Дело (УИД) № 18RS0005-01-2020-000398-97 (производство № 2-907/2020)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 сентября 2020 года г. Ижевск

Устиновский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе:

председательствующего - судьи Малкова К.Ю., 

при секретаре судебного заседания - Сакриевой Л.В.,

с участием: 

помощников прокурора Устиновского района г. Ижевска Семеновой А.В., Мальцева М.О.,

представителя истцов ФИО2, ФИО3, ФИО4 - ФИО5, действующей на основании доверенностей,

представителей ответчика БУЗ УР «РКОД им С.Г. Примушко МЗ УР» ФИО8, ФИО10, действующих на основании доверенностей,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2, ФИО3, ФИО4 к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Республиканский клинический онкологический диспансер имени Сергея Григорьевича Примушко Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» о компенсации морального вреда и возмещении материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились в суд с исковым заявлением к ответчику БУЗ УР «РКОД им С.Г. Примушко МЗ УР», которым первоначально просили взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 14 800 рублей, компенсацию морального вреда в размере 4 500 000 рублей, по 1 500 000 рублей каждому истцу.

Требования истцами мотивированы тем, что ФИО1 являлась мамой и родной сестрой истцов. ФИО1 в течение последних нескольких лет периодически жаловалась на 

<

данные изъяты>. В начале ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 вновь обратилась за медицинской помощью по поводу 

<

данные изъяты>. Получала лечение в участковой больнице, улучшение состояния здоровья не наступало, и она была направлена врачом участковой больницы к ЛОР-врачу в 

<

данные изъяты>. Врачом было назначено лечение, но улучшения также не последовало, после чего врач принял решение направить ФИО1 на МРТ. При обследовании на МРТ обнаружили 

<

данные изъяты>, было выдано направление в БУЗ УР «РКОД им С.Г. Примушко МЗ УР» на консультацию. В последующем врач БУЗ УР «РКОД им С.Г. Примушко МЗ УР» проконсультировал ФИО1, рекомендовал проведении операции в условиях стационара, назначил необходимые обследования, назначил дату госпитализации. ДД.ММ.ГГГГ врач ФИО12 провел операцию ФИО1, после которой она в сознание не пришла. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умерла. Смерть ФИО1 наступила по вине ФИО12, являющегося сотрудником БУЗ УР «РКОД им С.Г. Примушко МЗ УР». Постановлением 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО12, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ, прекращено с назначением ему меры уголовно-правового характера в виде 

<

данные изъяты>. Истцы потеряли любимую маму и сестру, горе утраты неописуемо, им нанесен моральный вред в связи с понесенными нравственными страданиями по поводу смерти близкого и родного человека, до сегодняшнего дня не оправились от смерти ФИО1 и постоянно скорбят о ней. Причиненный моральный вред истцы оценивают в размере 4 500 000 рублей. Кроме того, истцами понесены расходы на погребение в размере 14 800 рублей.

В ходе рассмотрения дела сторона истцов в порядке ст. 39 ГПК РФ уточнила исковые требования в части возмещения материального ущерба и в окончательной редакции просила взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 25 350 рублей в следующем порядке: в пользу ФИО4 15 350 рублей, в пользу ФИО13 10 000 рублей. Остальные требования не изменились.

Истцы ФИО2, ФИО3, ФИО4, третье лицо Министерство здравоохранения Удмуртской Республики в судебное заседание не явились, о назначенном судебном заседании извещены надлежащим образом. Кроме того, истцы представили заявления о рассмотрении дела в их отсутствие.

Ранее в судебном заседании истец ФИО4 исковые требования поддержала в полном объеме, дополнительно суду пояснила, что ФИО1 приходилась ей родной сестрой двойняшкой. Проживает по адресу: 

<

адрес>, сестра проживала в 

<

адрес>. Последний раз сестра приезжала к ней в ДД.ММ.ГГГГ, по телефону общались практически каждый день, в гостях бывала три раза в год. Помогала сестре финансово и вещами, деньги давала на безвозмездной основе. Отношения с сестрой были теплые, конфликтных ситуаций не возникало. У сестры с ее дочерьми были очень доверительные отношения, дочери созванивались с ней несколько раз в день, девочки очень были привязаны к маме, со всеми вопросами, проблемами и радостями шли к маме. Возмещения ущерба в рамках уголовного дела со стороны третьего лица не поступало.

Ранее в судебном заседании истец ФИО14 исковые требования поддержала в полном объеме, дополнительно суду пояснила, что ФИО1 - ее мама, проживали с мамой раздельно, мама проживала в 

<

данные изъяты>, она проживала в 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ. Приезжали к маме на выходные, праздники, созванивались с мамой по несколько раз в день, конфликтов на бытовой почве с мамой никогда не возникало, были теплые отношения. Старшая сестра Наталья проживает в 

<

адрес>, в летние отпуска, праздники тоже приезжала к маме, сестра уехала от мамы, когда начала учиться в 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ, после окончания переехала в 

<

данные изъяты>, где проживала около года, после проживала снова в 

<

данные изъяты>. У сестры с мамой также были теплые отношения, конфликтных ситуаций не возникало. С сестрой работают 

<

данные изъяты>, отпуск у них по 

<

данные изъяты> дня, отпуска полностью проводили у мамы. Врач принес извинения в рамках следствия, сестра при этом присутствовала, тети в этот момент не было, устные извинения они приняли.

Истцом ФИО2 в материалы дела представлены письменные пояснения, в которых указала, что она была с мамой в хороших дружеских отношениях, конфликтных ситуаций никогда не возникало, к маме ездили на длинные выходные и праздники, бывало, что мама с сестрой приезжали сами в гости. С мамой созванивались каждый день по несколько раз.

Направленная третьему лицу ФИО12 судебная корреспонденция возвращена в суд с отметкой об истечении срока хранения в почтовом отделении. С учетом доставления судебного извещения по месту жительства третьего лица, в соответствии с пунктом 11.1 Порядка приема и вручения внутренних регистрируемых почтовых отправлений, утвержденных приказом ФГУП «Почта России» от 07 марта 2019 года №98-п, суд признает третье лицо ФИО12 надлежащим образом извещенными о судебном заседании.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

В судебном заседании представитель истцов ФИО5, действующая на основании доверенностей, исковые требования в последней редакции поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении и в письменных пояснениях.

Представитель ответчика ФИО10, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, дополнительно суду пояснил, что профессиональная деятельность третьего лица не была застрахована. 

Ранее в судебном заседании представитель ответчика ФИО8, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, дополнительно суду пояснил, что требования должны быть соразмерны. Кроме того, требования были удовлетворены в рамках рассмотрения уголовного дела, ФИО12 загладил причиненный вред путем принесения извинений, в денежном выражении моральный вред не возмещался. 

Помощник прокурора Устиновского района г. Ижевска Мальцев М.О. в своем заключении заявил о наличии оснований для удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда и возмещения материального ущерба.

Выслушав объяснения участников процесса, заключение помощника прокурора, исследовав материалы настоящего гражданского дела, материалы уголовного дела №, суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения настоящего гражданского дела.

ДД.ММ.ГГГГ между Государственным учреждением здравоохранения Республиканский онкологический диспансер (Работодатель) и ФИО12 заключен трудовой договор №, согласно которому работник принят на работу с ДД.ММ.ГГГГ, работник принимается на работу в качестве 

<

данные изъяты>. Работа по трудовому договору является для работника основным местом работы (п.п. 1.1, 3.1, 4.1 договора) (уг.дело №, т.4, л.д. 64-65).

Согласно трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО12 обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину.

На основании приказа Государственного учреждения здравоохранения Республиканский клинический онкологический диспансер № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО12 принят с ДД.ММ.ГГГГ на должность 

<

данные изъяты> (уг.дело №, т.4, л.д. 54-57).

На основании приказа БУЗ УР «РКОД им С.Г. Примушко МЗ УР» № от ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> ФИО12 переведен в 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ (уг.дело №, т.4, л.д. 58-62).

ДД.ММ.ГГГГ между БУЗ УР «РКОД МЗ УР» (Работодатель) и ФИО12 заключен трудовой договор №, согласно которому работник приступает к работе ДД.ММ.ГГГГ на неопределенный срок на должность 

<

данные изъяты>, договор является договора по совместительству (п.п. 1.1, 1.2, 1.4 договора) (уг.дело №, т.4, л.д. 67).

Дополнительным соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, пункт 4.1 трудового договора изложен в следующей редакции «ФИО12 перевести на должность 

<

данные изъяты> (уг.дело №, т.4, л.д. 66).

На основании приказа БУЗ УР «РКОД им С.Г. Примушко МЗ УР» № от ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> переведен на должность 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ (уг.дело №, т.4, л.д.63,68-75).

ФИО12 с должностными инструкциями 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ №, 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ №, 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № ознакомлен (уг.дело №, т.4, л.д. 68-75).

В соответствии с должностной инструкцией 

<

данные изъяты>, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ главным врачом БУЗ УР «РКОД МЗ УР», ФИО12 в своей работе должен:

- руководить работой всех сотрудников отделения;

- организовывать работу операционного отделения для выполнения плановых и экстренных хирургических вмешательств;

- постоянно участвовать в проведении плановых и экстренных хирургических операций, требующих присутствия специалиста его квалификации;

- контролировать правильность и своевременность поступления больных в операционное отделение;

- осуществлять контроль за медицинским оборудованием и состоянием производственных помещений;

- разрабатывать и проводить мероприятия по координации и преемственности в работе с другими лечебно-диагностическими подразделениями Больницы;

- осуществлять освоение и внедрение новых методик и техник;

- обеспечивать систематическое повышение своей квалификации и профессиональной подготовки персонала отделения, аттестацию сотрудников.

ДД.ММ.ГГГГ для получения медицинской помощи и медицинских услуг на стационарное лечение в 

<

данные изъяты> БУЗ УР «РКОД МЗ УР» поступила ФИО1 с диагнозом «

<

данные изъяты>». 

ДД.ММ.ГГГГ согласно утвержденному главным врачом больницы списку хирургических операций, 

<

данные изъяты> ФИО12 в период времени с 08.00 часов до 20.00 часов провел ФИО1 

<

данные изъяты>. 

ДД.ММ.ГГГГ после операции в помещении БУЗ УР «РКОД им С.Г. Примушко МЗ УР» ФИО1 умерла. Факт смерти ФИО1 подтверждается свидетельством о смерти серии 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно посмертному эпикризу из медицинской карты ФИО1 № 

<

данные изъяты>, выполнено оперативное вмешательство (ДД.ММ.ГГГГ): 

<

данные изъяты>

Согласно протоколу патолого-анатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ, у пациентки ФИО1 

<

данные изъяты>.

Согласно протоколу заседания комиссии по исследованию летальных исходов № от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

данные изъяты>.

Согласно акту проверки Министерства здравоохранения Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ по результатам ведомственного контроля качества оказания медицинской помощи ФИО1 в БУЗ УР «РКОД им. С.Г. Примушко МЗ УР» в ДД.ММ.ГГГГ, причиной летального исхода у пациентки ФИО1 следует считать 

<

данные изъяты>.

Из заключения МЗ Пензенской области ГБУЗ «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что смерть ФИО1 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> в БУЗ УР «РКОД имени С.Г. Примушко МЗ УР», основным заболеванием (повреждением), приведшим к смерти пациентки, следует считать 

<

данные изъяты>. Осложнения основного заболевания: 

<

данные изъяты>. При проведении оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ в объеме «

<

данные изъяты>» в условиях БУЗ УР «РКОД имени С.Г. Примушко МЗ УР» возникло повреждение: 

<

данные изъяты>. Наличие интраоперационных осложнений (

<

данные изъяты>), свидетельствует о нарушении техники оперативного вмешательства. Установленный дефект медицинской помощи (

<

данные изъяты>, состоит в причинно-следственной связи со смертью ФИО1 В случае отсутствия интраоперационных осложнений (

<

данные изъяты>), исход заболевания должен быть благоприятным.

Вступившим в законную силу постановлением 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное дело в отношении 

<

данные изъяты> ФИО12, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ, на основании ст. 

<

данные изъяты> УПК РФ с назначением ему меры уголовно-правового характера в виде 

<

данные изъяты>.

Указанным постановлением установлено, что вследствие допущенной 

<

данные изъяты> БУЗ УР «РКОД МЗ УР» ФИО12 небрежности ФИО1 причинена 

<

данные изъяты> - 

<

данные изъяты>, в результате чего ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> час. в БУЗ УР «РКОД МЗ УР» наступила смерть ФИО1 Непосредственной причиной смерти ФИО1 явилась 

<

данные изъяты>

Из свидетельств о рождении серии 

<

данные изъяты> №, серии 

<

данные изъяты> № следует, что родителями ФИО4, ФИО1 являются ФИО33, ФИО6.

Из справки о заключении брака Отдела ЗАГС Администрации МО «

<

адрес>» Удмуртской Республики 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в органе ЗАГС имеется запись о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО1. После заключения брака супругам присвоена фамилия Б-вы.

Из свидетельств о рождении серии 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, серии 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что матерью ФИО13, ФИО15 является ФИО1.

Согласно свидетельству о заключении брака серии 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 и ФИО15 заключили брак, о чем составлена запись акта о заключении брака №. После заключения брака супругам присвоена фамилия З-вы.

Согласно свидетельству о заключении брака серии 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 и ФИО13 заключили брак, о чем составлена запись акта о заключении брака №. После заключения брака супругам присвоена фамилия К-вы.

Согласно свидетельству о смерти от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умерла ДД.ММ.ГГГГ.

Указанные обстоятельства установлены судом из содержания искового заявления, объяснений сторон и представленных сторонами письменных доказательств.

В силу ч.3 ст. 123 Конституции РФ судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно разъяснений, содержащихся в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 N 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия", при рассмотрении гражданских дел следует исходить из представленных истцом и ответчиком доказательств.

Разрешая настоящее гражданское дело, суд руководствуется положениями ст.ст.12, 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) согласно которым правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом; доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Согласно п. 3 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

В силу ч. 1 ст. 37 названного Федерального закона медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на адрес всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 вышеуказанного Федерального закона пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Как указано в п. 2 ст. 2 данного Федерального закона, качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с п. 2 ст. 64 этого же Федерального закона, критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 данного федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно ч. 3 ст. 98 того же Федерального закона вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (ч. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ).

Согласно ст. 15 Трудового кодекса РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Основания возникновения трудовых отношений предусмотрены ст. 16 Трудового кодекса РФ, к их числу относятся, в том числе, заключение трудового договора, а также фактический допуск работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Как следует из материалов уголовного дела №, вступившим в законную силу постановлением 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное дело в отношении ФИО12, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ, на основании ст. 

<

данные изъяты> УПК РФ с назначением ему меры уголовно-правового характера в виде 

<

данные изъяты>. Указанным постановлением установлено, что вследствие допущенной 

<

данные изъяты> БУЗ УР «РКОД МЗ УР» ФИО12 небрежности ФИО1 причинена 

<

данные изъяты>, в результате чего ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> час. в БУЗ УР «РКОД МЗ УР» наступила смерть ФИО1 Непосредственной причиной смерти ФИО1 явилась 

<

данные изъяты>.

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, в рамках уголовного дела установлена вина ФИО12 в совершении преступления в отношении ФИО1, а также причинно-следственная связь между недостатками, допущенными в БУЗ УР «РКОД им С.Г. Примушко МЗ УР» вследствие ненадлежащего исполнения 

<

данные изъяты> ФИО12 своих профессиональных обязанностей при оказании медицинской помощи ФИО1 и наступлением ее смерти. Данные обстоятельства в силу ч.4 ст.61 ГПК РФ не подлежат доказыванию вновь.

Истцы, будучи дочерьми и сестрой погибшей ФИО1, ссылались на нарушение их личных неимущественных прав в результате действий 

<

данные изъяты> БУЗ УР «РКОД им С.Г. Примушко МЗ УР» ФИО12, которые являются основаниями для возмещения причиненных им нравственных страданий.

Согласно ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 ГК РФ.

На основании п.1 ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно правовой позиции, выраженной в п.2 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно ст.2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью.

Жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). 

Согласно п.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Пленумом Верховного Суда РФ в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ разъяснено, что размер возмещения морального вреда определяется судом в решении, исходя из степени тяжести травмы, иного повреждения здоровья, других обстоятельств, свидетельствующих о перенесенных потерпевшим физических и нравственных страданий, а также с учетом имущественного положения причинителя вреда, степени вины потерпевшего и иных конкретных обстоятельств. 

Моральный вред возмещается независимо от возмещения имущественного вреда и не может быть поставлен в зависимость от его размеров.

Поскольку вина врача БУЗ УР «РКОД им С.Г. Примушко МЗ УР» ФИО12 в наступлении смерти ФИО1 установлена и между действиями врача и наступлением смерти последней имеется прямая причинно-следственная связь, ФИО12 на момент причинения вреда состоял в трудовых отношениях с БУЗ УР «РКОД им С.Г. Примушко МЗ УР», то обязанность по возмещению вреда должен нести работодатель - БУЗ УР «РКОД им С.Г. Примушко МЗ УР».

В этой связи, рассматривая требования истцов о компенсации причиненного им в связи с изложенными событиями морального вреда, суд, руководствуясь приведенными положениями законодательства, считает их обоснованными.

Безусловно, в результате смерти ФИО1 истцам ФИО2, ФИО3 как детям и ФИО4 как сестре причинен моральный вред. 

Суд полагает не подлежащим дополнительному доказыванию факт того, что страдания близкого человека (матери и сестры), причиняют душевную боль и нравственные страдания. Страх за жизнь и здоровье своего родителя и сестры, ее будущее, которые истцы переживали в период с ДД.ММ.ГГГГ (после оперативного вмешательства) по ДД.ММ.ГГГГ (день смерти), является естественным для ее детей и сестры. Горе детей и сестры, вынужденных наблюдать, как мучается и страдает их мать и сестра, является безусловным и свидетельствует о высокой степени перенесенных истцами нравственных страданий.

Не нуждается в доказывании и тот факт, что утрата близкого родственника, человека, причиняет любому человеку душевную боль и нравственные страдания, препятствует дальнейшему гармоничному протеканию жизни и делает невозможным продолжать привычный образ жизни.

Необходимость защиты семейных связей следует из статьи 38 Конституции РФ, объявляющей семью находящейся под защитой государства. Смерть близкого родственника нарушает целостность семьи и семейные связи, при этом одновременно с причинением вреда семейным связям человека нарушается еще ряд его личных неимущественных прав, состав которых зависит от специфики семейных связей члена семьи с умершим.

Помимо причинения вреда семейным связям как неимущественному благу истцов в результате смерти их матери и сестры, одновременно, нарушены и их личные неимущественные права как членов ее семьи. 

Так, ФИО2 и ФИО3, потерявшим свою мать, и ФИО4, потерявшей свою сестру, причинено горе, от последствий которого они никогда не оправятся. Потеря стала для истцов тяжелым моральным и физическим потрясением, невосполнимой утратой. 

Отношения между истцами и ФИО1, как это установлено в судебном заседании были добрыми и теплыми, относились они друг другу с любовью, характерной для членов семьи. 

В судебном заседании, установлено, что на день смерти ФИО1 и истцы проживали раздельно, но часто общались, встречались, помогали друг другу в различных вопросах. При этом, суд учитывает, что между дочерьми и матерью, на момент гибели последней, были более тесные семейные отношения.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание обстоятельства, при которых погибла ФИО1, характер физических и нравственных страданий истцов, описанный выше характер межличностных отношений, сложившихся между истцами и ФИО1, и с учетом требований разумности и справедливости оценивает размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО2 и ФИО3, как дочерям умершей, по 600 000 рублей каждой, а размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО4, как сестре, в 500 000 рублей.

Суд полагает такие компенсации разумными, справедливыми и адекватными пережитым и переживаемым в настоящее время истцами моральным и нравственным страданиям, вызванным перенесенными ими душевными травмами в связи с утратой близкого человека. Определенные судом денежные компенсации морального вреда в достаточной степени компенсируют причиненный истцам моральный вред.

Доказательств необходимости возмещения морального вреда в требуемом истцами размере 4 500 000 рублей, не представлено. При определении размера компенсации морального вреда судом были приняты во внимание фактические обстоятельства причинения вреда. Уменьшая сумму компенсации морального вреда, суд исходит из того обстоятельства, что истцами не представлены в суд достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что действиями ответчика причинен моральный вред, подлежащий компенсации в заявленном ими размере.

В соответствии со ст. 1094 Гражданского кодекса РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Размер подлежащих возмещению расходов на погребение подлежит определению с учетом положений Федерального закона от 12.01.1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", содержащего понятие "погребение" и устанавливающего перечень расходов, связанных с ним, по смыслу которых во взаимосвязи с положениями абзаца первого ст. 1094 ГК РФ возмещению подлежат лишь понесенные на погребение необходимые расходы.

Вопрос о размере таких расходов должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего (ст. 5 Федерального закона от 12.01.1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", ст. 1174 ГК РФ), и с учетом положений ст. 9 Федерального закона "О погребении и похоронном деле", устанавливающей, что к гарантированному перечню услуг по погребению относятся оформление документов, необходимых для погребения, предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения, перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий), погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

Данный федеральный закон определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Приведенный в законе перечень является гарантированным государством и подлежит оплате за счет средств федерального бюджета и бюджета субъекта РФ, при этом закон не запрещает приобретать ритуальные принадлежности по собственному усмотрению и за собственный счет.

Расходы, сверх определенных законом, подлежат возмещению причинителем вреда в той мере, в какой они являются необходимыми для обычного погребения.

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, то есть размер возмещения не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного статьей 9 Федерального закона от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле".

Как указано выше, статья 3 этого же Закона определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Как следует из материалов дела, истцом ФИО2 понесены расходы по договору № фрахтования транспортного средства для перевозки тела умершей к месту погребения в размере 

<

данные изъяты> рублей. При этом, согласно справке УСЗН в 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 выплачено пособие на погребение в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Таким образом, с ответчика в пользу истца ФИО2 подлежит взысканию в счет возмещения материального ущерба 3 443,49 рублей.

Кроме того, истцом ФИО4 понесены расходы на погребение в размере 15 350 рублей, что подтверждено документально. Данные расходы суд признает необходимыми, в связи с чем, указанные расходы подлежат возмещению истцу ФИО4 за счет ответчика.

В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

При таких обстоятельствах с ответчика в пользу бюджета Муниципального образования «Город Ижевск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 18 751,74 рублей (

<

данные изъяты>) от требования о компенсации морального вреда).

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2, ФИО3, ФИО4 к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Республиканский клинический онкологический диспансер имени Сергея Григорьевича Примушко Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» о компенсации морального вреда и возмещении материального ущерба – удовлетворить частично.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Республиканский клинический онкологический диспансер имени Сергея Григорьевича Примушко Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей, в счет возмещения материального ущерба денежные средства в размере 3 443,49 рублей.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Республиканский клинический онкологический диспансер имени Сергея Григорьевича Примушко Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей. 

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Республиканский клинический онкологический диспансер имени Сергея Григорьевича Примушко Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей, в счет возмещения материального ущерба денежные средства в размере 15 350 рублей. 

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО3, ФИО4 отказать.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Республиканский клинический онкологический диспансер имени Сергея Григорьевича Примушко Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» в пользу бюджета Муниципального образования «Город Ижевск» государственную пошлину в размере 18 751 рубль 74 копейки.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики (через Устиновский районный суд г. Ижевска) в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято судом 23 октября 2020 года.

Судья – К.Ю. Малков