Дело №2-3038/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 октября 2017 года г.Смоленск

Промышленный районный суд города Смоленска в составе:

председательствующего судьи Шиловой И.С., 

при секретаре Потапенковой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Смоленской области, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Федеральной службе исполнения наказаний о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Смоленской области (далее по тексту – МФ РФ в лице УФК по Смоленской области), Министерству внутренних дел Российской Федерации (далее по тексту – МВД РФ), Федеральной службе исполнения наказаний (далее по тексту – ФСИН) о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указал, что в период времени с 13 по 15 сентября 2012 года содержался в ИВС УМВД Ленинского района г. Смоленска в бесчеловечных условиях. Утверждает, что в указанный период по причине отсутствия обеспечения в камере указанного учреждения надлежащих условий содержания (отсутствие умывальника, полки для личных вещей гигиены, посуды, а также вешалки для одежды, отсутствие условий приватности в туалетах, бочки для питьевой воды, постельного белья, средств личной гигиены, ежедневных прогулок, нормы санитарной площади камеры на человека), которые были невыносимыми, унижающими достоинство, ему причинены нравственные и физические страдания.

Просит суд взыскать с ответчика МФ РФ в лице УФК по Смоленской области в счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты> руб.

Истец ФИО1, надлежаще извещенный о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явился, в связи с отбыванием наказания в местах лишения свободы в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области, не воспользовался правом направить представителя в соответствии со ст.48 ГПК РФ.

Представитель ответчика МФ РФ в лице УФК по Смоленской области – ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, поддержав представленные возражения и ссылаясь на отсутствие оснований для взыскания с государства в пользу истца денежной компенсации морального вреда. Истцом пропущен установленный срок исковой давности, который составляет три года. Несмотря на то, что на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ исковая давность по общему правилу не распространяется, подача иска по истечении 5 лет после последнего нахождения истца в ИВС свидетельствует об отсутствии у него надлежащей заинтересованности в защите своих прав и ставит под сомнение указанные факты нарушений. Кроме того, пояснила, что материально-бытовое обеспечение в изоляторах временного содержания не входит в компетенцию Минфина России, а находится в ведении администрации ИВС. Просила в иске отказать в полном объеме.

Представитель ответчика МВД РФ – ФИО3, действующая на основании доверенности, поддержала позицию представителя ответчика МФ РФ в лице УФК по Смоленской области, пояснив дополнительно, что действия должностных лиц ИВС 

незаконными в установленном порядке не признаны, в связи с чем, оснований для удовлетворения требования о возмещении морального вреда в соответствии со ст. 1069 ГК РФ не имеется. Согласно ч.1 ст.242.2 БК РФ обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов РФ или их должностных лиц, возложена на МФ РФ. Таким образом, МВД России не может являться надлежащим ответчиком по заявленным истцом требованиям. 

Представитель ответчика ФСИН и представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчиков УФСИН России по Смоленской области,– ФИО4, действующий на основании доверенностей, поддержал позицию представителей ответчиков. Просил в иске отказать.

Представитель третьего лица ИВС УМВД России по г.Смоленску – ФИО5, действующая на основании доверенности, поддержала позицию представителя ответчика МФ РФ в лице УФК по Смоленской области, пояснив дополнительно, что в период содержания ФИО1 в ИВС УМВД России по г. Смоленску содержалось 14.09.2012 года 8 человек, а 15.09.2012 года 6 человек. Прогулочным двориком ИВС УМВД России по г.Смоленску не оборудован в связи с отсутствием технической возможности, истец на прогулку не выводился. За период содержания в 2012 года, истец вывозился на следственные действия 14.09.2012 года с 15 час. 15 мин. до 18 час. 00 мин. При убытии из ИВС УМВД России по г. Смоленску ФИО1 жалоб не высказывал. Вместе с тем, отсутствие централизованной подачи воды и системы канализации, не отличаются от условий жизни в сельской местности России, в связи с чем данная ситуация не является настолько неудовлетворительной, чтобы приравниваться к нарушению положений ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Действия должностных лиц ИВС УМВД России по г. Смоленску незаконными не признаны, в связи с чем, основания для удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда в заявленном размере отсутствуют. 

Привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца прокуратура Смоленской области, надлежаще извещенная о времени и месте слушания дела, в судебное заседание явку своего представителя не обеспечила, в поступившем в суд ответе по запросу суда о предоставлении информации, просила о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя. 

В силу ч.3,5 ст.167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело по существу в отсутствие истца и третьего лица.

Выслушав объяснения представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

В соответствии с ч.1 ст.17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Согласно ст.21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствием с п.15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ», суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (ст.1 Федерального закона от 30.031998 № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Статья 3 названной Конвенции гласит: «Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

Как неоднократно отмечал Европейский Суд, что страдания и унижение при нарушении ст. 3 Конвенции в любом случае должны превосходить уровень страданий и унижений, неизбежно присутствующих в любом законном обращении или наказании. В соответствии с данным положением Договаривающееся Государство должно обеспечить содержание лица под стражей в таких условиях, в которых бы уважалось его человеческое достоинство, такими способами и методами, при которых лицо не терпит душевных страданий и лишений, превышающих неизбежный уровень страданий при заключении, а также должным образом заботится о здоровье и благополучии с учетом практических требований лишения свободы (Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Кудла против Польши» (Kudla v. Poland), жалоба №30210/96, §94, ECHR 2000-XI; Постановление Европейского Суда по делу «Калашников против Российской Федерации» (Kalashnikov v. Russia), жалоба №47095/99, ECHR 2002-VI).

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях №663 C (XXIV) от 31.07.1957 года и №2076 (LXII) от 13.05.1977 года, предусматривают, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (п.10). Каждому заключенному следует обеспечивать отдельную койку в соответствии с национальными или местными нормами (п.19).

По правилам ст.ст.151, 1101 Гражданского Кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В силу ч.1 ст.150 ГК РФ к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Судом установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в период с 01 час. 40 мин. 14 сентября 2012 года по 09 час. 45 мин. 15 сентября 2012 года содержался в ИВС УМВД России по г. Смоленску, жалоб не поступало, после чего направлен в СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области. 

За период содержания в 2012 году истец вывозился на следственные действия 14 сентября 2012 года с 15 час. 15 мин. до 18 час. 00 мин.

Данные обстоятельства подтверждаются имеющимися в деле письменными доказательствами: выкопировка Книги №939 учета лиц, содержащихся в изоляторе временного содержания, Журнала №927 медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС, Журнала №848 регистрации выводов подозреваемых и обвиняемых из камер изолятора временного содержания (л.д. 49-54).

Заявляя исковые требования, ФИО1 утверждает, что за период его содержания в ИВС отсутствовал умывальник, полка для личных вещей гигиены, посуды, а также вешалка для одежды, отсутствовали условия приватности в туалетах, бочка для питьевой воды, постельное белье, средства личной гигиены, ежедневные прогулки, норма санитарной площади камеры на человека не соответствовала установленной законом. Все эти нарушения были невыносимыми, унижающими его достоинство.

В силу ст.23 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» заключенным создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, им предоставляется индивидуальное спальное место. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

В соответствии с п. 45 приказа МВД России от 22.11.2005 года №950 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел» камеры ИВС оборудуются: индивидуальными нарами или кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова дежурного; урной для мусора; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией; детскими кроватями в камерах, где содержатся женщины с детьми; тазами для гигиенических целей и стирки одежды.

В соответствии с п.98 Наставления по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования, подозреваемых и обвиняемых, утвержденного приказом МВД России от 07.03.2006 года №140дсп «Об утверждении Наставления по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования, подозреваемых и обвиняемых» для экстренных случае в камерах санузлов предусмотрен покамерный вывод подозреваемых и обвиняемых в туалет, под охраной заступающего и сменяющегося нарядов.

Из ответа Прокуратуры Смоленской области №859ж-2017 от 09.10.2017 года следует, что в ходе проверки от 28.10.2011 года прокуратурой Ленинского района г.Смоленска установлены нарушения прав подозреваемых и обвиняемых на получение материально – бытового обеспечения.

В нарушение ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в камерах №1 (двухместной), №6 (четырехместной), №7 (четырехместной), №10 (четырехместной) норма санитарной площади на одного человека менее 4 кв.м. 

Также выявлены нарушения в предоставлении подозреваемым и обвиняемым ежедневной прогулки продолжительностью менее одного часа, отсутствие в камерах ИВС полки для туалетных принадлежностей, бачка для питьевой воды, санитарных узлов с соблюдением условий приватности, крана с водопроводной водой, кнопки для вызова дежурного. 

В прокуратуру района 21.07.2017 года поступило обращение ФИО1 по вопросу нарушения санитарно-гигиенических норм в период его содержания в ИВС УМВД России по г. Смоленску с 13.09.2012 года по 15.09.2012 года.

09.08.2017 года прокуратурой района направлен ответ в котором истец был уведомлен об устранении на данный момент нарушений указанных в доводах обращения (л.д. 17-18, Надзорное производство №859ж-17 по жалобе ФИО1).

Из справки УМВД России по г.Смоленску №52/19675 от 10.10.2017 года усматривается, что ИВС подозреваемых и обвиняемых УМВД России по г. Смоленску с 2006 года по 2014 год, состоит из 10 камер, лимит мест в них 22, общая площадь 106,3 кв.м.: 4 камеры одиночных: №1 - площадью 7,6 кв.м., №2 – площадью 5,8 кв.м, №3 – площадью 6 кв.м., №4 – площадью 5,8 кв.м.; 6 камер трехместных: №5 – площадью 12,8 кв.м, №6 – площадью 14 кв.м., №7 – площадью 15,1 кв.м., №8 – площадью 13 кв.м., №9 – площадью 12,7 кв.м, №10 – площадью 13,5 кв.м., 2 следственных кабинета, комната для свиданий (адвокатской), здравпункта, кабинета начальника, дежурной комнаты, кладовки, раздевалки для личного состава, кухни, санузла (душ, туалет).

В период содержания ФИО1 в ИВС УМВД России по г. Смоленску содержалось: 14.09.2012 года – 8 человек, 15.09.2012 года – 6 человек. 

В ИВС имеется санузел общей площадью 7,6 кв.м., в который сотрудниками ИВС осуществляется покамерный вывод подозреваемых и обвиняемых.

Подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в ИВС, обеспечиваются ежедневно бесплатным трехразовым горячим питанием по нормам. Также для индивидуального использования обеспечиваются: спальным местом, постельными принадлежностями, постельным бельем, столовой посудой и столовыми приборами для приема пищи. 

Камеры ИВС оборудованы: индивидуальными кроватями, столом и скамейками по лимиту мест в камере, вешалкой для верхней одежды, бачком для питьевой воды, радиодинамиком для вещания, кнопкой вызова дежурного, урной для мусора, био ведрами, в случае отсутствия в камерах санузлов предусмотрен покамерный вывод подозреваемых и обвиняемых в общий санузел (туалет), под охраной заступающего и сменяющего нарядов, вытяжной вентиляцией и камерами видеонаблюдения.

Прогулочным двором ИВС УМВД России по г. Смоленску не оборудован, в связи с отсутствием технической возможности, ФИО1 на прогулку не выводился (л.д. 47-48).

В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вопреки доводам истца, допустимых и достаточных доказательств, позволяющих определить номер камеры, в которой содержался истец в период нахождения в ИВС УМВД России по г. Смоленску, в материалы дела не представлено, следовательно, проверить его доводы о наполняемости камер не представляется возможным.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец в камере ИВС УМВД России по г. Смоленску содержался менее двух суток. Учитывая непродолжительность его содержания в камере, суд полагает, что требования ст.3 Конвенции нарушены не были в части условий содержания под стражей в течение этого периода.

Доводы истца об отсутствии централизованной подачи питьевой воды и системы канализации, также не позволяют прийти к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска в данной части, поскольку прецедентная практика Европейского суда по правам человека (решение от 16 сентября 2004 года «О приемлемости жалобы «№30138/02 ФИО6») относительно санитарных условий, отмечено, что отсутствие централизованной подачи питьевой воды и системы канализации на самом деле заслуживает порицания, равно как и размещение туалета в отдельном неотапливаемом и неосвещенном строении, построенном над выгребной ямой. Тем не менее, необходимо отметить, что указанные условия ничем не отличаются от условий жизни в сельской местности России, где жители берут воду из колодцев и пользуются отдельно стоящим туалетом с выгребной ямой. Суд полагает, что данная ситуация не является настолько неудовлетворительной, чтобы приравниваться к нарушению положений ст.3 Конвенции.

В заключение суд констатирует, что условия содержания заявителя под стражей во время рассматриваемого периода действительно были очень некомфортными, но не столь тяжелыми, чтобы достигнуть степени суровости, необходимой для отнесения ситуации к сфере действия ст.3 Конвенции. Следовательно, требования ст.3 Конвенции не были нарушены в части данного периода.

Между тем, представитель ответчика УМВД России по г. Смоленску подтвердил, что ИВС УМВД России по г. Смоленску не оборудован прогулочным двором в связи с плотной городской застройкой. ФИО1 за период содержания на прогулку не выводился.

В данной части суд приходит к выводу, что в этот период условия содержания в ИВС не соответствовали требованиям закона, а именно: отсутствовал прогулочный дворик.

На основании изложенного, суд считает частично доказанным факт содержания истца в не приемлемых условиях с позиции ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Данные обстоятельства, по мнению суда, являются достаточными для того, чтобы причинить страдания или переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, и вызвать у истца чувство неполноценности, которое заставляет его ощущать себя униженными и оскорбленным. При этом судом принимается во внимание то обстоятельство, что ответчиками не представлено доказательств того, что указанные ограничения прав ФИО1 были основаны на измеримых интересах безопасности. Обязанность создания надлежащих условий содержания заключенных принята и подтверждена властями РФ, в том числе в многочисленных ответах Европейскому Суду по правам человека.

С учетом доказанности факта нарушения личных неимущественных прав ФИО1, а также вины Российской Федерации в нарушении этих прав, принимая во внимание то обстоятельство, что учреждения ИВС России финансируются из федерального бюджета, исходя из прецедентной практики Европейского Суда по аналогичным спорам (п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», п.4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 №23 «О судебном решении»), суд применительно к правилам ст.ст.151, 1069 и 1071 ГК РФ считает возможным взыскать в пользу истца денежную компенсацию причиненного ему морального вреда.

Довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности подлежит отклонению, так как в соответствии со ст.208 ГК РФ на заявленное истцом требование сроки исковой давности не распространяются, суд признает не имеющим правового значения то обстоятельство, что ФИО1 обратился с иском только 25.08.2017 года.

В силу подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ, применительно к рассматриваемому спору, главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Подпункт 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ предусматривает, что главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Таким образом, по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов власти, предъявляемым к Российской Федерации, от ее имени в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств.

Подпунктом 100 пункта 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного указом Президента Российской Федерации от 21.12.2016 года №699, установлено, что Министерство внутренних дел России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

С учетом вышеприведенных положений законодательства надлежащим ответчиком по требованиям ФИО1 о компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания в ИВС УМВД России по г. Смоленску будет являться Министерство внутренних дел Российской Федерации.

В силу п. 2 ст. 151, п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Поскольку в ходе судебного разбирательства нашел подтверждение факт того, что условия содержания ФИО1 в ИВС УМВД России по г. Смоленску не отвечали требованиям Федерального закона №103-ФЗ от 15.07.1995 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», он имеет право на компенсацию морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер и объем нарушений прав истца, требования разумности и справедливости, и с учетом этого считает достаточным размер компенсации морального вреда в сумме 500 руб.

Руководствуясь ст.ст.194–198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 

<

данные изъяты> руб. в счет компенсации морального вреда.

В остальной части иска и в иске к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Смоленской области, Федеральной службе исполнения наказаний отказать

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение одного месяца с момента изготовления его в мотивированной форме. 

Судья И.С. Шилова