Судья: Сафронов А.Ю. Дело 22-5065/2019 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Барнаул 12 декабря 2019 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Зверева Д.Ю. 

при секретаре Мжельском С.А.

с участием прокурора Новиковой Т.И.

адвоката Загнетиной О.С.

осужденного ФИО14

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО14, адвоката Тихобаевой Е.В. на приговор Змеиногорского городского суда Алтайского края от 14 октября 2019 года, которым 

ФИО14, 

<

данные изъяты>, не судимый;

- осужден по ч.1 ст.264 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы, с возложением ограничений: 

- не выезжать за пределы территории муниципального образования «Змеиногорский район» Алтайского края без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы; 

- не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, 

Возложена обязанность два раза в месяц являться в указанный орган для регистрации в установленные им дни.

В соответствии с ч.3 ст.47 УК РФ назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года.

Исковые требования потерпевшей ФИО1 к ФИО14 удовлетворены частично. 

Взыскано с ФИО14 в пользу потерпевшей ФИО1 компенсация морального вреда в размере 300 000 рублей.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Изложив содержание приговора, существо апелляционных жалоб и возражений на них, выслушав пояснения осужденного ФИО14, адвоката Загнетиной О.С., мнение прокурора Новиковой Т.И., суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО14 признан виновным и осужден за то, что в период с 7 часов 50 минут до 8 часов 30 минут 10 января 2018 года, управляя автомобилем «Тойота Спринтер», государственный регистрационный знак ***, двигаясь по покрытой укатанным снегом проезжей части ул. Ленина в г. Змеиногорске Алтайского края, в темное время суток, без учета имевшихся дорожных условий, а именно видимости в направлении движения, со скоростью, не позволяющей ему возможность постоянного контроля за движением управляемого им автомобиля, то есть в нарушение требований абзаца 1 п. 1.5, п. 10.1 ПДД РФ, совершил наезд на пересекавшую проезжую часть в районе дома *** по ул. Ленина пешехода ФИО1, в результате чего последней был причинен тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Преступление совершено при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании осужденный ФИО14 виновным себя не признал. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО14, выражая несогласие приговором суда, просит его отменить, вынести оправдательный приговор.

Анализируя доказательства, содержащиеся в приговоре суда, давая им собственную оценку, считает, что причиной данного ДТП явились действия самой потерпевшей. Полагает, что суд необоснованно не принял во внимание нарушение ПДД потерпевшей, а именно: быстрое пересечение ею проезжей части на нерегулируемом перекрестке с ограниченной видимостью в зимнее темное время, при гололеде, выбегая из-за стоящего встречного автомобиля на полосу его движения, несмотря на наличие с двух сторон пешеходных переходов. 

Считает, что судом также необоснованно были отклонены все ходатайства его защитника, в том числе о признании доказательств недопустимыми и о назначении повторных экспертиз, несмотря на существенные пробелы предварительного следствия и допущенные ошибки.

Суд также не принял во внимание его тяжелое материальное положение, а именно: наличие на иждивении двух малолетних детей, престарелой матери, его возраст, наличие кредитных обязательств, расходов семьи, очень маленький и непостоянный ежемесячный доход семьи. Считает, что приобщенную стороной обвинения справку о его доходе нельзя признать объективной в силу того, что сведения, указанные в ней, не соответствуют действительности, поскольку его автомобиль находился на штрафстоянке по данному уголовному делу в период с 10 января 2018 года до марта 2019 года.

Полагает, что суд не только необоснованно вынес обвинительный приговор, но и назначил дополнительное наказание, лишив права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, поскольку автомобиль является единственным источником дохода.

В апелляционной жалобе в защиту интересов осужденного адвокат Тихобаева Е.В., считая приговор суда необоснованным, просит его отменить, вынести оправдательный приговор. В обоснование приводит доводы, в целом аналогичные доводам осужденного, изложенным в жалобе последнего.

Также, ссылаясь на приведенный в обвинительном заключении перечень пунктов ПДД, полагает, что в заключении не указано – какими действиями обвиняемого нарушены те или иные пункты ПДД.

Кроме того, обращая внимание на то, что обвинение ФИО14 было предъявление спустя 12 месяцев, полагает, что орган предварительного расследования искусственно лишал ФИО14 соответствующего статуса, ущемляя тем самым его процессуальные права. При этом предварительное следствие велось с обвинительным уклоном, полученные доказательства не были проверены и не оценены, ряд представленных доказательств имеют признаки недопустимости. Также было нарушено право обвиняемого на защиту, отказано во всех ходатайствах в назначении повторных судебных автотехнических экспертиз и в проведении других следственных и процессуальных действий, указанных в ходатайстве, которые могли иметь существенные значение для дела. 

Обращая внимание на протокол выемки от 27 февраля 2018 года, полагает, что по делу не соблюдены положения ст.61 УПК РФ, при этом выражает несогласие с доводами свидетелей ФИО2 и ФИО3 о наличии технической ошибки в протоколе выемки, поскольку указанные лица напрямую заинтересованы в исходе данного уголовного дела.

Ссылаясь на проведенные следователем ФИО3 18 февраля 2019 года с потерпевшей следственные действия, такие как ознакомление с заключениями экспертиз и проверки показаний, указывает, что фактически несколько действий проводилось в одно и тоже время, что является недопустимым. При этом также выражает несогласие с доводами ФИО3 о наличии технической ошибки. Обращает внимание, что данные полученные при проверке показаний на месте также использовались как исходные данные при назначении и проведении автотехнической экспертизы по делу. Ссылаясь на требования ч.2 ст.50 Конституции РФ, ч.1 ст.75, ст.88 УПК РФ, считает, что все следственные действия и соответственно составленные к ним процессуальные документы, а равно как и иные документы, составленные на основании указанных документов в рамках данного уголовного дела нельзя признать допустимыми.

Обращая внимание на протокол осмотра места совершения административного правонарушения от 10 января 2018 года, указывает, что в данном протоколе имеются исправления, относительно освещения – слово «не освещен» исправлено на «освещен», что является существенным для установления всех обстоятельств произошедшего ДТП. При этом, согласно представленного ответа ИП ФИО4, который занимается благоустройством города, в районе места ДТП освещение было установлено лишь 8 декабря 2018 года. Также согласно ответа администрации г.Змеиногорска в районе места ДТП имелись 2 фонаря, однако не представлено данных об их исправности.

Считает, что следствием неверно были определены и установлены значимые и существенные обстоятельства, имеющие важное значение для правильного и законного разрешения дела. Так, следствием не был установлен момент возникновения опасности, возникший для водителя, что не позволяет определенно и достоверно судить о наличии или отсутствии технической возможности для предотвращения ДТП. Обстоятельства произошедшего устанавливались со слов потерпевшей, которые противоречат показаниям свидетелей ФИО5 и ФИО6, из которых усматривается, что момент возникновения опасности для водителя возник за 4-7 метров. Однако при производстве всех автотехнических экспертиз не учитывались показания свидетелей – очевидцев ДТП и показания ФИО14. Кроме того, в ходе судебного заседания и предварительного расследования не учтено наличие колеи и гололеда на дороге.

Ссылаясь на показания свидетелей ФИО5, ФИО7 и ФИО6, указывает о наличии на полосе движения автомобиля ФИО14 и на противоположной стороне иных автомобилей, которые затрудняли видимость ФИО14. Между тем, данные обстоятельства не устанавливались следователем. Свидетель ФИО5 пояснял, что следственный эксперимент, проводившийся 25 февраля 2019 года, фактически не соответствовал той обстановке, при которой произошло ДТП, а со свидетелем ФИО6 не были проведены необходимые следственные действия.

С учетом вышеизложенного, полагает, что исходные данные, указанные следователями в постановлениях о назначении экспертиз, не соответствуют представленным и исследованным доказательствам. При этом ни в одной экспертизе не ставился вопрос по потерпевшей в части нарушения ею правил дорожного движения. 

Указывает, что при производстве экспертиз не были истребованы сведения о метеорологических условиях на момент ДТП, данные об уличном освещении и уклоне дорожного покрытия, а представленные исходные данные для экспертов не были проверены. Также не приняты во внимание антропометрические данные ФИО14, поскольку при проведении следственного эксперимента был приглашен статист, который отличался по комплекции и росту с ФИО14.

Ссылаясь на показания потерпевшей, на выводы суда относительно невозможности бега потерпевшей, считает, что данные показания и выводы опровергаются показаниями свидетелей ФИО5 и ФИО6. Кроме того, при определении темпа движения потерпевшей проводились проверки показаний самой потерпевшей, однако никто не учел, что она преодолела при проверки расстояние на костылях. При таких обстоятельствах заключения автотехнических экспертиз являются необъективными и необоснованными.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО14 и адвоката Тихобаевой Е.В. государственный обвинитель Копылова А.И. просить приговор суда оставить без изменений, как законный и обоснованный, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб и возражений на них, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение. 

Вопреки доводам жалоб, выводы суда о виновности осужденного в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, содержание которых полностью раскрыто в приговоре суда и которые были надлежаще оценены судом с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела. 

Мотивы принятого судом решения по результатам оценки доказательств изложены в приговоре, как этого требует ст.307 УПК РФ.

Так осужденный ФИО14 не отрицал сами обстоятельства данного дорожно-транспортного происшествия, согласно которым, он, управляя автомобилем, приблизившись к перекрестку, увидел переходившую дорогу пешехода ФИО1, стал тормозить, однако не смог вовремя остановить свой автомобиль и совершил наезд на пешехода, что фактически не оспаривается и в апелляционных жалобах.

При этом судом надлежащим образом была проверена версия осужденного об отсутствии его вины в данном дорожно-транспортном происшествии. Указанная версия обоснованно расценена судом критически, как избранный способ защиты в целях избежать ответственности за содеянное, поскольку опровергается исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, в основу обвинительного приговора судом обоснованно положены показания потерпевшей ФИО1 об обстоятельствах данного ДТП, согласно которым она, находясь на пересечении дороги, убедившись, что автомобилей там нет и ей ничего не угрожает, стала шагом пересекать проезжую часть, при этом, проезжую часть она не перебегала, поскольку быстро идти или бежать она не могла в силу состояния своего здоровья, в том числе из-за перенесённого протезирования левого тазобедренного сустава, что не позволяло ей даже быстро ходить. Она прошла уже большую часть дороги, после чего ее ослепил свет фар и произошел наезд.

Показания потерпевшей надлежаще оценены судом как логичные, последовательные и согласующиеся с другими доказательствами по уголовному делу, в частности:

- с показаниями свидетеля ФИО6 - очевидца данного ДТП, об обстоятельствах пересечения потерпевшей ФИО1 проезжей части и произошедшего наезда на последнюю автомобилем под управлением ФИО14, а также о погодных и дорожных условиях в месте совершения ДТП;

- с показаниями свидетелей ФИО5 и ФИО7 - пассажиров автомобиля под управлением ФИО14, об обстоятельствах наезда на потерпевшую, а также о дорожной обстановке на месте происшествия, в том числе погодных условиях;

- с показаниями свидетеля ФИО8 о дорожной обстановке на месте происшествия сразу же после совершения ДТП;

- с показаниями свидетелей ФИО3, ФИО2 - сотрудников полиции, об обстоятельствах производства ими следственных и иных процессуальных действий и их документировании;

- с показаниями понятых ФИО9, ФИО10, ФИО11 и ФИО12, об обстоятельствах производства следственных действий в их присутствии и фиксации их результатов, подтвердивших их достоверность и внесение в составленные протоколы информации соответствующей действительности;

- с показаниями свидетеля ФИО13, участвовавшего в ходе проведения следственного эксперимента в качестве статиста, об обстоятельствах проведения данного следственного действия и обстановке на месте в момент проведения следственного эксперимента, в том числе о погодных условиях.

Вышеназванные показания потерпевшей и свидетелей стороны обвинения являются последовательными, согласуются друг с другом, а также с иными доказательствами по уголовному делу, в частности: с протоколами осмотров места происшествия от 10 января 2018 года и от 24 сентября 2018 года, а также осмотра предметов от 27 февраля 2018 года, согласно которым зафиксирован участок местности – место ДТП, определены границы перекрестка, проведены необходимые замеры данного участка местности и обстановки на нем, а также установлены характерные для ДТП повреждения на автомобиле, которым управлял ФИО14; с протоколами следственных экспериментов от 25 февраля и от 22 марта 2019 года, которыми установлена видимость элементов дороги - места ДТП, с учетом установленного темпа ходьбы пешехода, произведены соответствующие замеры; с протоколами проверок показаний на месте от 2 июля, от 31 августа, от 24 сентября 2018 года и от 18 февраля 2019 года, согласно которым потерпевшей ФИО1 подтвержден маршрут своего движения, место совершения наезда автомобилем, дорожная обстановка, также проведены замеры по определению темпа движения потерпевшей перед наездом на нее автомобиля, а также иные необходимые замеры; с протоколами проверок показаний свидетелей ФИО5, ФИО8 от 22 марта и от 24 сентября 2018 года, которыми подтверждено месторасположение потерпевшей после ДТП, обстоятельства движения автомобиля под управлением ФИО14 до ДТП, в момент и после ДТП; с заключениями эксперта № 536 от 15 марта 2018 года и № 536 – доп. от 09 октября 2018 года о наличии телесных повреждений у ФИО1, образовавшихся от воздействия твердых тупых предметов, каковыми могли быть выступающие части движущегося автомобиля и элементы дорожного покрытия, которые в совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; с заключениями судебных автотехнических экспертиз № 2086 от 27 февраля 2018 года, № 4531 от 11 мая 2018 года, № 7131 от 20 июля 2018 года, № 2603 от 29 марта 2019 года, которыми подтверждена исправность автомобиля ФИО14 в момент совершения ДТП, определена скорость движения, тормозной и остановочный путь автомобиля, наличие резерва расстояния и технической возможности предотвратить наезд на пешехода, а также указано на необходимость водителя, в заданной дорожной обстановке, руководствоваться требованиями пункта 10.1 абзац 2 ПДД, пункта 13.1 ПДД РФ с учетом понятия «Уступить дорогу (не создавать помех)» пункта 1.2. ПДД РФ.

Вышеназванные доказательства при отсутствии законных и объективных оснований сомневаться в их достоверности, обоснованно положены судом в основу обвинительного приговора.

Данными доказательствами опровергаются доводы апелляционных жалоб об отсутствии в действиях ФИО14 состава преступления, за которое он осужден настоящим приговором. 

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами авторов апелляционных жалоб о недопустимости и недостоверности вышеназванных показаний потерпевшей и свидетелей обвинения, а также заключений экспертов, как доказательств по делу. 

Так, в соответствии с ч.1 ст.74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основании которых суд, прокурор, дознаватель в порядке, определенном настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. 

В соответствии с ч. 1 ст. 75 УПК РФ недопустимыми являются лишь доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса.

Согласно ст. 87 УПК РФ проверка доказательств производится дознавателем, следователем, прокурором, судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

В соответствии с ч.1 ст.88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательств в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела. 

Данные требования уголовно-процессуального закона при оценке доказательств, в том числе протоколов проверки показаний на месте, следственных экспериментов, показаний потерпевшей и свидетелей обвинения, судом первой инстанции соблюдены должным образом.

Приговор суда соответствует положениям главы 39 УПК РФ, в том числе ст.297 и ч.4 ст.302 УПК РФ, поскольку выводы суда о виновности осужденного основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств.

Потерпевшая и свидетели были допрошены, как в ходе предварительного расследования, так и судебного следствия, в строгом соответствии с нормами уголовно-процессуального кодекса. При этом они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. У суда не имелось объективных оснований сомневаться в достоверности их показаний, поскольку они согласуются с иными исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе и между собой. Не усматривает таковых оснований и суд апелляционной инстанции.

Противоречия в показаниях потерпевшей и свидетелей стороны обвинения рассмотрены и надлежаще оценены судом. Вопреки доводам жалоб, каких-либо существенных противоречий в показаниях указанных лиц, ставящих под сомнение сам факт совершения данного преступления осужденным и правильность квалификации его действий, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд апелляционной инстанции также не находит оснований сомневаться в допустимости представленных суду экспертных исследований. Судебные экспертизы проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Экспертам надлежаще разъяснены положения ст. 57 УПК РФ, а также положения ст. 307 УК РФ об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Оснований полагать о заинтересованности экспертов в исходе дела либо их некомпетентности, а равно неправильности выводов экспертов, суд апелляционной инстанции не находит. При этом, признавая экспертные заключения допустимыми доказательствами, суд исходил из того, что выводы экспертов научно обоснованы, непротиворечивы и соответствует материалам дела. Нарушений уголовно-процессуального закона при назначении и проведении экспертного исследования, влекущих признание вышеназванного заключения недопустимым доказательством, не выявлено.

При данных обстоятельствах, суд первой инстанции объективно не усмотрел необходимости в проведении повторных и дополнительных судебных экспертиз, на что обращено внимание в жалобах, не усматривает такой необходимости и суд апелляционной инстанции.

Иные доводы, на которые обращено внимание в жалобах, касающиеся собственной трактовки ряда Правил дорожного движения авторами жалоб, на законность и обоснованность состоявшегося судебного решения не влияют и основанием к его отмене не являются.

При данных обстоятельствах, показания осужденного ФИО14 о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине пешехода ФИО1, суд первой инстанции верно расценил как реализованный способ защиты от предъявленного обвинения. 

Вопреки доводам жалоб судом были проанализированы и надлежаще оценены все представленные суду доказательства, в том числе и доказательства стороны защиты о недоказанности вины осужденного, в приговоре дана надлежащая оценка как каждому доказательству в отдельности, так и всем доказательствам в их совокупности.

Совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, получивших надлежащую оценку в приговоре, обоснованно признана судом достаточной для разрешения уголовного дела, установления виновности осужденного в совершенном им преступлении, так как приведенные в приговоре доказательства взаимосвязаны между собой, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства содеянного.

Все доказательства, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, обоснованно признаны судом как полученные в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, каких-либо оснований для признания их недопустимыми и исключения из приговора не имеется. Какой-либо фальсификации доказательств по делу, вопреки доводам жалоб, также не установлено.

Субъективное мнение авторов апелляционных жалоб о том, что для установления обстоятельств по делу необходимо было провести ряд дополнительных следственных действий и экспертных исследований, не основано на положениях ст. 38 УПК РФ, закрепляющей процессуальную самостоятельность следователя, в том числе при направлении хода расследования и производстве следственных и иных процессуальных действий. 

Не могут быть признаны судом апелляционной инстанции состоятельными и доводы авторов апелляционных жалоб о фальсификации материалов уголовного дела и искусственном формировании доказательств должностными лицами, проводившими предварительное расследование по делу, их предвзятости по отношению к ФИО14 

Вышеуказанные доводы носят чисто декларативный характер, направлены на то, чтобы в лице конкретных указанных ими лиц опорочить всю систему правоохранительных органов и в данном регионе, и таким образом избежать справедливого уголовного наказания за содеянное. 

Упомянутые заявления осужденного и стороны защиты о фальсификации материалов уголовного дела тщательно проверялись судом первой инстанции и аргументировано отвергнуты в приговоре, как несостоятельные.

Установленные в ходе судебного следствия данные, указывающие о наличии технических ошибок в некоторых процессуальных документах, не свидетельствуют о незаконности проводимых следственных действий.

Ссылки авторов апелляционных жалоб на то, что осужденный и в целом сторона защиты были ущемлены в процессуальных правах, в том числе ограничены в праве представлять доказательства, участвовать в их исследовании, суд апелляционной инстанции также не может признать заслуживающими внимания.

Так, из протокола судебного заседания с очевидностью явствует, что осужденный ФИО14 и сторона защиты активно исследовала доказательства, представляемые стороной обвинения. В частности, наряду со стороной обвинения, в установленном законом порядке непосредственно допрашивали потерпевшую, свидетелей обвинения. Кроме того ставили перед ними вопросы в связи с оглашенными в процессе судебного разбирательства по ходатайствам стороны обвинения либо защиты в соответствии с положениями, предусмотренными ч.3 ст. 281 УПК РФ, показаниями на предварительном следствии, а также обращали внимание председательствующего судьи на имеющиеся противоречия, причины которых тщательно выяснялись и были устранены.

В случае отказа в удовлетворении ходатайств стороны защиты, судом первой инстанции принимались обоснованные и мотивированные решения, в правильности которых, вопреки аргументам авторов апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не сомневается. 

Суд апелляционной инстанции обращает внимание, что доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника идентичны доводам, изложенным ФИО14 и стороной защиты в суде первой инстанции. При этом судом в обжалуемом приговоре даны надлежаще мотивированные и обоснованные ответы на вышеназванные доводы, с которыми соглашается и суд апелляционной инстанции.

Доводы апелляционных жалоб фактически сводятся к переоценке обстоятельств дела, что при отсутствии нарушения правил их оценки судом, недопустимо. Новых обстоятельств, позволяющих поставить под сомнение выводы суда, в жалобах не содержится.

Собственная оценка осужденным и адвокатом в жалобах исследованных доказательств, не подвергает сомнению правильность принятого судом решения.

Критическая оценка в приговоре доводов осужденного и стороны защиты, на что также обращается внимание в жалобах, не свидетельствует о нарушении судом права осужденного на защиту.

Объективных данных, свидетельствующих о предвзятости председательствующего судьи по данному делу, суд апелляционной инстанции не усматривает. В ходе судебного рассмотрения принципы судопроизводства, в том числе гарантированные ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также ст. 14 УПК РФ - презумпции невиновности, председательствующим судьей нарушены не были. Обвинительного уклона судом не допущено. 

Убедительное обоснование выводов о признании несостоятельными доводов осужденного и стороны защиты приведено судом первой инстанции в приговоре. Оснований не согласиться с принятым решением у суда апелляционной инстанции не имеется.

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда, что именно нарушение водителем ФИО14 требований пунктов п.1.5; п.10.1 Правил дорожного движения РФ, находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде данного дорожно-транспортного происшествия, повлекшего причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что дорожная обстановка, на которую обращено внимание в доводах жалоб, а именно – недостаточная видимость, плохие погодные условия, наличие гололеда, не снимало с водителя ФИО14 обязанности по соблюдению требований вышеназванных пунктов Правил дорожного движения РФ, а напротив определяло условия при которых ФИО14, как водитель, должен был выбрать такую скорость, которая бы обеспечивала ему возможность постоянного контроля за движением автомобиля, а в случае возникновения опасности – для предотвращения ДТП.

Выводы суда о юридической оценке и квалификации действий осужденного ФИО14 в полной мере мотивированы в приговоре, соответствуют положениям уголовного закона и являются правильными. 

Что касается назначенного осужденному наказания, то в целом оно назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6; 43; 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, в том числе и характеризующего материала, совокупности смягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а также иных обстоятельств, влияющих на вид и размер наказания. 

При этом, вопреки доводам жалоб, в качестве смягчающих наказание обстоятельств судом признаны и надлежаще учтены все установленные смягчающие обстоятельства, в том числе те, на которые обращено внимание в апелляционных жалобах. Объективных оснований для признания иных обстоятельств в качестве смягчающих, суд апелляционной инстанции не усматривает.

С учетом обстоятельств дела, личности виновного, суд пришел к обоснованному выводу о назначении ФИО14 наказания в виде ограничения свободы. При этом, учитывая обстоятельства преступления, характер допущенных нарушений ПДД, суд первой инстанции, мотивированно руководствовался положениями ч.3 ст.47 УК РФ, правомерно назначил ФИО14 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. 

Назначенное наказание является справедливым и соразмерным содеянному, каких-либо обстоятельств, существенно уменьшающих общественную опасность содеянного, по делу не имеется, оснований для смягчения наказания, в том числе с применением положений ст.ст. 53.1, 64 УК РФ, не усматривается.

Решение о компенсации морального вреда принято в строгом соответствии с требованиями ст. 151 ГК РФ, ст. 1101 ГК РФ, при этом судом приняты во внимание обстоятельства совершения преступления, характер и степень причиненных потерпевшей нравственных и физических страданий, степень тяжести вреда, причиненного ее здоровью, а также фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости. Свои выводы о частичном удовлетворении иска потерпевшей суд надлежаще мотивировал. Оснований для изменения размера взысканной компенсации морального вреда в сторону уменьшения суд апелляционной инстанции не усматривает.

Таким образом, оснований для изменения приговора по доводам апелляционных жалоб не имеется. 

Вместе с тем, судом первой инстанции в приговоре ошибочно указано, что ФИО14 совершено умышленное преступление, относящееся к категории небольшой тяжести, поскольку в соответствии с положениями ст.ст. 24, 26 УК РФ преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ, относится к категории преступлений, совершенных по неосторожности.

С учетом данного обстоятельства, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора данное указание суда.

При этом суд апелляционной инстанции полагает, что данное изменение приговора не влияет в целом на законность и обоснованность вынесенного судебного решения, не влечет его отмену, а также снижение назначенного осужденному наказания, поскольку ссылка на него не повлияла на его вид и размер.

Иных нарушений уголовно – процессуального закона, влекущих отмену приговора, не выявлено. 

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Змеиногорского городского суда Алтайского края от 14 октября 2019 года в отношении ФИО14 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о том, что ФИО14 совершено умышленное преступление. 

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и его защитника – без удовлетворения.

Председательствующий: Д.Ю. Зверев