Дело № 2-2785/2017

Мотивированное 

решение

 изготовлено 29 августа 2017 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 августа 2017 года Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Нагибиной И. А., при секретаре Зверевой Т.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к открытому акционерному обществу «АльфаСтрахование» о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда, судебных издержек, штрафа,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга с иском к открытому акционерному обществу «АльфаСтрахование» о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда, судебных издержек, штрафа. 

В обоснование исковых требований указано, что 24 ноября 2016 года по адресу: 

<

...> 

<

 № >, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей: «Шкода Октавия», гос. № 

<

 № >, под управлением собственника ФИО2, «Дэу Гентра», гос. № 

<

 № >, принадлежащего истцу, под управлением ФИО3, «Шкода Рапид», гос. № 

<

 № >, под управлением собственника ФИО4

Виновником дорожно-транспортного происшествия истец считает водителя ФИО2, автогражданская ответственность которого застрахована ответчиком. 

Истец 25 ноября 2016 года обратился к страховщику автогражданской ответственности виновника с заявлением о наступлении страхового случая, подписав соглашение о проведении ремонта поврежденного автомобиля.

22 марта 2017 года истец отказалась от ремонта автомобиля и просила осуществить страховое возмещение в денежном выражении.

23 марта 2017 года ответчик выплатил страховое возмещение в сумме 34 518 рублей, которой не достаточно для восстановления поврежденного автомобиля.

Истец обратился к независимому эксперту для определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля, на основании заключения которого стоимость ремонта с учетом износа составила 107 685 рублей 01 копейка, величина УТС - 8 096 рублей. Ответчик на осмотре автомобиля 07 апреля 2017 года присутствовал. Расходы истца на оценку ущерба составили 8 000 рублей, на определение величины УТС - 2 000 рублей. 

Общая сумма убытка истца составила 125 781 рубль 01 копейка, недоплаченная сумма страхового возмещения - 91 263 рубля 01 копейка.

03 мая 2017 года ответчику вручена соответствующая претензия, которая оставлена последним без удовлетворения.

Моральный вред, причиненный истцу неправомерными действиями ответчика, оценивается истцом в сумме 3 000 рублей. 

Расходы истца на оплату юридических услуг составили 15 000 рублей.

Истец просит взыскать с ответчика в свою пользу 91 263 рубля 01 копейку страхового возмещения, 15 000 рублей расходов на оплату юридических услуг, 3 000 рублей компенсации морального вреда, а также штраф. 

В ходе судебного разбирательства истцом исковые требования уменьшены до 85 415 рублей 69 копеек в связи с осуществлением ответчиком частичной выплаты 25 апреля 2017 года в сумме 2 482 рубля и 11 мая 2017 года - 3 365 рублей 32 копеек. В остальной части исковые требования остались неизменными.

В судебном заседании представитель истца на уточненных исковых требованиях настаивал, просил удовлетворить их в полном объеме, указав на отсутствие вины в дорожно-транспортном происшествии водителя автомобиля истца «Дэу Гентра», гос. № В748АВ/196 ФИО3

Представитель ответчика в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась. Просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме по тем основаниям, что у страховщика отсутствовала обязанность по выплате истцу страхового возмещения до установления виновных в дорожно-транспортном происшествии лиц. Пояснила, что сумма страхового возмещения выплачена истцу в соответствии с требованиями действующего законодательства, с учетом равной степени вины каждого участника дорожно-транспортного происшествия, а именно в размере 1/3 от общей сумы страхового возмещения. Нарушений прав истца ответчиком не допущено. ФИО2 вину в дорожно-транспортном происшествии оспаривает. Оснований для возложения на ответчика ответственности в виде штрафа не имеется, моральный вред истцу не причинен.

Третье лицо ФИО3 в судебном заедании пояснил, что виновным в дорожно-транспортном происшествии является водитель ФИО2, который при совершении маневра поворота налево на парковку не убедился в безопасности своего маневра, в результате чего произошло столкновение транспортных средств. ФИО3 двигался по крайней левой полосе для движения в попутном направлении, Правил дорожного движения Российской Федерации не нарушал, скорость движения была максимально разрешенной.

Третье лицо ФИО2 и его представитель в судебном заседании вину в дорожно-транспортном происшествии не признали, полагают виновным водителя ФИО3, который выбрал неверную скорость для движения, и который при движении с допустимой скоростью мог избежать столкновения вовремя остановив свое транспортное средство, что подтверждается представленным суду заключением специалиста.

Третьи лица ФИО4, САО «ВСК» в судебное заседание не явились, представитель САО «ВСК» просил рассмотреть дело в свое отсутствие, причина неявки ФИО4 суду не известна при надлежащем его извещении о времени и месте судебного разбирательства.

Заслушав представителя истца, представителя ответчика, третье лицо и его представителя, заключение специалиста С., исследовав материалы дела и представленные доказательства, обозрев административный материал, а также видеофиксацию дорожно-транспортного происшествия, приобщенную к материалам настоящего дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под ущербом понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Основным критерием такого ущерба является его реальность.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с положениями ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности, подлежит возмещению на общих основаниях, предусмотренных ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в полном объеме лицом, виновным в причинении вреда.

Согласно абз. 2 п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Судом установлено, подтверждается справкой о дорожно-транспортном происшествии, что 24 ноября 2016 года по адресу: 

<

...> 

<

 № >, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием трех автомобилей: «Шкода Октавия», гос. № 

<

 № >, под управлением собственника ФИО2, автогражданская ответственность которого застрахована в ОАО «АльфаСтрахование», «Дэу Гентра», гос. № 

<

 № >, принадлежащего истцу, под управлением ФИО3, автогражданская ответственность застрахована в САО «ВСК», «Шкода Рапид», гос. № 

<

 № >, под управлением собственника ФИО4, автогражданская ответственность которого застрахована в ОАО «АльфаСтрахование». 

Согласно п.п. 8.1, 8.2, 8.4, 8.5 Правил дорожного движения Российской Федерации перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения. Подача сигнала указателями поворота должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения. При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. При перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. Перед поворотом налево водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении.

В соответствии с п.п. 10.1, 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч.

Постановлением по делу об административном правонарушении от 24 ноября 2016 года ФИО2 привлечен к административной ответственности за нарушение п. 8.5 Правил дорожного движения Российской Федерации в виде штрафа.

Решением по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении от 16 декабря 2016 года указанное выше постановление о привлечении ФИО2 к административной ответственности отменено, дело возвращено на новое рассмотрение.

25 января 2017 года производство по делу об административном правонарушении прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности водителей - участников дорожно-транспортного происшествия.

Из письменных объяснений ФИО2 следует, что он в указанное время на принадлежащем ему автомобиле «Шкода» двигался по ул. Белинского в сторону ул. Куйбышева по левому крайнему ряду со скоростью 20 км/ч, впереди и слева от него других автомобилей не было, потому начал совершать парковку под углом на тротуар, и получил удар в левую заднюю часть автомобиля от чего его автомобиль столкнулся с припаркованным транспортным средством «Шкода». Виновны в ДТП считает водителя «Дэу», который не соблюдал дистанцию до впереди идущего транспортного средства и скоростной режим.

Из объяснений ФИО3 следует, что он на автомобиле «Дэу» двигался по ул. Белинского со стороны ул. Куйбышева в сторону ул. Малышева по левому ряду со скоростью 45 км/ч. Впереди справа от него двигался автомобиль «Шкода» белого цвета, водитель которого начал перестроение в левый ряд, пытаясь припарковаться на левой стороне дороги. ФИО3 применил экстренное торможение, но в связи со скользкой дорогой и внезапным маневром водителя автомобиля «Шкода», избежать столкновения не удалось. Виновным в ДТП считает водителя автомобиля «Шкода», который не убедился в безопасности маневра при перестроении.

Согласно выводам главного эксперта ЭКЦ ГУ МВД России по Свердловской области от 09 февраля 2017 года непосредственно перед столкновением автомобиль светлого цвета «Шкода Октавия», гос. № 

<

 № > смещался влево в направлении парковочного кармана, а автомобиль темного цвета «Дэу Гентра», гос. № 

<

 № > двигался по левому ряду прямолинейно до контакта с задней часть. Автомобиля «Шкода Октавия». В рассматриваемой дорожной ситуации водитель автомобиля «Шкода Октавия» должен был руководствоваться требованиями п.п. 8.1, 8.2, 8.4, 8.5 Правил дорожного движения Российской Федерации. Водитель автомобиля «Дэу Гентра» должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 (ч. 2) Правил дорожного движения Российской Федерации. Действия водителя «Шкода Рапид» в рассматриваемой дорожной ситуации требованиями Правил дорожного движения Российской Федерации не регламентируются.

Из заключения специалиста 

<

 № > от 30 декабря 2016 года, выполненного ООО Агентство «Эксперт-Информ», следует, что исходя из имеющихся видеозаписей, скорость автомобиля «Дэу Гентра» перед происшествием составляла около 82 км/ч. В условиях данного происшествия водитель указанного автомобиля при расчетной скорости около 82 км/ч не располагал технической возможностью предотвратить столкновение путем торможения в момент начала перестроения автомобиля «Шкода Октавия» влево, а при допустимой скорости 60 км/ч он имел бы техническую возможность снизить скорость своего автомобиля до скорости автомобиля «Шкода Октавия», не прибегая к экстренному торможению, достаточно было бы служебного торможения, и при этом не потребовалась бы его остановка. После снижения скорости до максимально разрешенной и выезда автомобиля «Шкода Октавия» за пределы опасной зоны было возможно продолжить движение в прежнем направлении, то есть помеха, которую создал автомобиль «Шкода Октавия», не является опасностью для движения. В данном случае действия водителя автомобиля «Дэу Гентра» при выборе скорости, превышающей допустимую, то есть не соответствующей требованиям п.п. 10.1, 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, фактически лишили его возможности предотвратить столкновение и находятся в прямой причинно-следственной связи с данным ДТП. Данные действия удовлетворяют условию необходимости и достаточности для вывода о том, что именно они, с технической точки зрения, являются причиной ДТП. 

В судебном заседании специалист С. поддержал выводы, изложенные в заключении специалиста 

<

 № > от 30 декабря 2016 года, пояснил, что действия водителя ФИО2 в рассматриваемой дорожной ситуации, предметом исследования не являлись.

Оба представленных суду заключения основаны на исследовании материалов административного дела: схемы места дорожно-транспортного происшествия, составленного сотрудниками ГИБДД, объяснениях участников дорожно-транспортного происшествия, видеоматериалов. Данные доказательства являлись предметом исследования суда при рассмотрении настоящего дела. Полномочия экспертов сомнений у суда не вызывают, квалификация экспертов подтверждена документально. Экспертное заключение и заключение специалиста одно другому не противоречат, заключение специалиста дополняет выводы, содержащиеся в экспертном заключении.

Стороной истца в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств, опровергающих выводы экспертов, а также доказательств, подтверждающих отсутствие в действиях водителя «Дэу Гентра» ФИО3 вины в дорожно-транспортном происшествии.

Таким образом, при определении вины участников дорожно-транспортного происшествия суд принимает в качестве допустимых и достоверных доказательств заключения эксперта и специалиста и приходит к выводу о наличии обоюдной вины в действиях водителей ФИО2 и ФИО3 при управлении транспортными средствами в момент рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, которые находятся в прямой причинно-следственной связи с возникшим у участников дорожно-транспортного происшествия ущербом, связанным с повреждением транспортных средств.

Водитель ФИО2 в нарушение требований п.п. 8.1, 8.2, 8.4, 8.5 Правил дорожного движения Российской Федерации не убедился в безопасности маневра при осуществлении поворота налево на парковку, что привело к дорожно-транспортному происшествию. Водитель ФИО3 при движении в прямом направлении, в нарушение п.п. 10.1, 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации превысил максимально допустимую скорость для движения, которая не позволила при обнаружении опасности снизить скорость автомобиля вплоть до полной его остановки, что привело к столкновению с автомобилем ФИО2, завершавшим парковку. При этом суд учитывает, что скорость движения автомобиля ФИО3 превышала максимально разрешенную более чем на 20 км/ч, и что при выборе ФИО3 разрешенной скорости для движения, столкновения возможно было избежать. Таким образом, вина водителя ФИО3 определяется судом равной 70%, водителя ФИО2 - 30% соответственно.

Вины водителя ФИО4, являющегося собственником автомобиля «Шкода Рапид», гос. № В686ВХ/196, в дорожно-транспортном происшествии не имеется.

В соответствии со ст. 931 Гражданского Кодекса Российской Федерации по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена. 

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы. 

В силу статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» и Положения о правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденного Банком России 19 сентября 2014 года № 431-П при наступлении страхового случая именно на страховую компанию возлагается ответственность по возмещению ущерба потерпевшему. Заявление о страховой выплате в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред.

Согласно ст. 7 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (в ред. 04 ноября 2014 года) страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

На момент ДТП автогражданская ответственность всех участников дорожно-транспортного происшествия застрахована в установленном законом порядке, что не оспаривалось представителем ответчика в судебном заседании и подтверждается справкой о дорожно-транспортном происшествии.

Автогражданская ответственность ФИО2 застрахована ответчиком, истца ФИО1 - САО «ВСК». 

Из материалов дела следует, что к страховщику ОАО «АльфаСтрахование» с заявлением о наступлении страхового случая истец обратилась 25 ноября 2016 года, заключив соглашение о ремонте поврежденного автомобиля. Однако 22 марта 2017 года отказалась от ремонта и просила сумму страхового возмещения перечислить на расчетный счет. В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что заявление о выплате страхового возмещения в денежном выражении получено страховщиком 22 марта 2017 года.

В этот же день ответчиком истцу перечислена сумма страхового возмещения в размере 34 518 рублей по платежному поручению 

<

 № >. Данная сумма определена страховщиком в объеме 33% от общей суммы страхового возмещения, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 29 января 2015 года «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Согласно данным разъяснениям, если из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить вину застрахованного лица в наступлении страхового случая или определить степень вины каждого из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера понесенного каждым ущерба (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО). При этом страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки, суммы финансовой санкции, штрафа и компенсации морального вреда, если обязательства по выплате страхового возмещения в равных долях от размера понесенного каждым из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия ущерба им исполнены.

В соответствии с абз. 1, 2 п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО 21. в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате. При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

В силу п. 22 ст. 12 указанного Закона если все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред, страховщики осуществляют страховые выплаты в счет возмещения вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована. Страховщики осуществляют страховую выплату в счет возмещения вреда, причиненного потерпевшему несколькими лицами, соразмерно установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована.

В случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим Федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

Расчет суммы страхового возмещения произведен ответчиком на основании экспертного заключения 

<

 № > от 15 декабря 2016 года, выполненного ООО «Авто-Техническое Бюро-Саттелит», из которого следует, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца с учетом износа составляет 104 600 рублей. 33% от указанной суммы, а именно 34 518 рублей выплачены истцу 22 марта 2017 года.

Далее 25 апреля 2017 года ответчиком истцу произведена доплата страховой суммы в размере 2 482 рубля на основании экспертного заключения 

<

 № > от 19 апреля 2017 года, составленного по заданию страховщика в дополнение к ранее составленному и с учетом скрытых повреждений автомобиля истца. Сумма ущерба с учетом скрытых повреждений составила 111 000 рублей, соответственно 33% от указанной суммы составляет 36 630 рублей.

После получения претензии истца ответчиком произведена доплата величины УТС на основании представленного истцом расчета, а также компенсированы расходы истца на определение величины УТС. Сумма выплаты страховщика составила 33% от заявленной истцом - 3 365 рублей 32 копейки, что подтверждается платежным поручением от 11 мая 2017 года 

<

 № >.

Общая сумма страховой выплаты, осуществленной ответчиком истцу, составила 40 365 рублей 32 копейки.

Истцом в обоснование суммы ущерба представлено экспертное заключение 

<

 № > от 14 апреля 2017 года, выполненное ОООО «ГРАНТ-2001», в соответствии с которым стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составила 107 700 рублей, что ниже стоимости, определенной страховщиком на 3 300 рублей, величина УТС, определенная на основании отчета 

<

 № > от 24 ноября 2016 года ООО «ГРАНТ-2001», составила 8 096 рублей.

Поскольку вина водителя ФИО3. управлявшего в момент рассматриваемого страхового случая установлена судом равной 70%, сумма материального ущерба, определенная истцом, составляет 115 796 рублей, истец вправе требовать выплаты страхового возмещения у страховщика не превышающей 30% от общей суммы ущерба. Таким образом, право требования истца не может составлять более 34 738 рублей 80 копеек. Расходы истца на определение величины УТС составили 2 000 рублей, что подтверждается соответствующей квитанцией, страховщиком, не оспаривающим отчет об определении величины УТС, возмещено истцу в счет компенсации указанных расходов 660 рублей (33% от заявленной суммы).

Ответчиком истцу выплачена сумма страхового возмещения, с учетом компенсации расходов на определение величины УТС, в размере 40 365 рублей 32 копейки. Данная выплата осуществлена ответчиком добровольно в соответствии с требованиями действующего законодательства и до предъявления настоящего иска, оснований для взыскания суммы страхового возмещения в большем размере, при установлении вины водителя ФИО3, управлявшего автомобилем истца, равной 70%, у суда не имеется, в связи с чем, исковые требования о взыскании суммы страхового возмещения удовлетворению не подлежат.

При отсутствии в действиях ответчика нарушений прав истца, не имеется оснований для взыскания штрафа, предусмотренного п. 3 ст. 16.1 Закона об ОСАГО и компенсации морального вреда на основании ст. 15 Закона о защите прав потребителей.

Расходы истца на определение стоимости восстановительного ремонта в сумме 8 000 рублей компенсации за счет ответчика не подлежат, поскольку истцом не доказана необходимость и целесообразность несения данных расходов при определении ответчиком суммы ущерба, превышающей сумму, определенную экспертом ООО «ГРАНТ-2001».

Иных требований истцом не заявлено.

При отказе в удовлетворении исковых требований не имеется оснований для взыскания с ответчика в пользу истца расходов на оплату услуг представителя, которые являются судебными издержками в силу положений ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 56, 167, 194-199, Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к открытому акционерному обществу «АльфаСтрахование» о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда, судебных издержек, штрафа, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения в Свердловский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья: И. А. Нагибина