2-3417/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Белгород 14 сентября 2017 г.

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи Фокина А.Н.,

при секретаре судебного заседания Сухорукове А.В.,

с участием представителя истца ФИО1, ответчика П.., в отсутствие истца,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К. к П. о взыскании денежных средств в порядке субсидиарной ответственности,

у с т а н о в и л:

По договорам аренды от 24.10.2011 и от 01.01.2012 индивидуальный предприниматель К. предоставлял во временное пользование ООО «МАИ» два экскаватора.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 03.04.2014 с ООО «МАИ» в пользу ИП К.. взысканы задолженность по арендной плате по вышеуказанным договорам в размере 39 200 рублей и 249 576 рублей соответственно, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 29 888,1 рублей и расходы на уплату государственной пошлины в размере 9 373 рубля. Всего взыскано 328 037,1 рублей.

Директором и одним из участников ООО «МАИ» являлся П..

19.05.2017 ИФНС России по г. Белгороду в ЕГРЮЛ внесена запись о предстоящем исключении ООО «МАИ» из государственного реестра, как недействующего.

11.09.2017 регистрирующим органом в ЕГРЮЛ внесена запись об исключении ООО «МАИ» из государственного реестра.

К.. 11.04.2016 утратил статус индивидуального предпринимателя.

Дело инициировано иском К.., направленным в суд 02.08.2017, в котором он просит взыскать с П.. денежные средства в размере 373 336,2 рублей. В обоснование иска ссылается на то, что ФИО2 являлся учредителем и директором ООО «МАИ» и в результате неисполнения обязанности по представлению в налоговый орган сведений о хозяйственной деятельности, налоговой и бухгалтерской отчетности общества создал условия для исключения ООО «МАИ» из ЕГРЮЛ, что привело к невозможности получения им присужденной суммы, на невозврат долга. Полагает, что П. должен нести субсидиарную ответственность по обязательствам ООО «МАИ».

Истец К.. в судебное заседание не явился.

Представитель истца иск поддержал, заявив о технической ошибке при составлении искового заявления при указании требуемой с ответчика суммы. Просит взыскать с П.. денежные средства в размере 328 037,1 рублей – взысканную арбитражным судом с ООО «МАИ», но не уплаченную сумму. Указал на то, что ответчик не предпринял никаких мер для исполнения решения суда и погашения долга, не заявил о банкротстве организации.

Ответчик П.. иск не признал. Считает, что не должен нести ответственность за ООО «МАИ». Указал на то, что на момент предъявления к нему рассматриваемого иска общество еще не было исключено из ЕГРЮЛ. Пояснил, что с 2013 года ООО «МАИ» фактически не вело никакой деятельности в связи с ухудшением финансового положения организации, в том числе из-за долгов контрагентов, для взыскания которых он предпринимал необходимые меры вплоть до обращения в суды. Полагает, что к своим обязанностям относился добросовестно.

Исследовав обстоятельства дела по представленным доказательствам, суд считает иск не подлежащим удовлетворению.

По общему правилу, закрепленному п. 3 ст. 308 ГК РФ, обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (третьих лиц). Исходя из положений ст.ст. 307, 309, 310 ГК РФ ответственность из договорного обязательства может нести лишь лицо, выступающее в качестве стороны обязательства.

Ответчик П. к числу субъектов правоотношений по договорам аренды, заключенным между К. и ООО «МАИ» 24.10.2011 и 01.01.2012, не относится. Стороной договоров он не являлся, обязательства по оплате непосредственно на себя брал.

В целях защиты своего права К. обращался в арбитражный суд и по его иску с ООО «МАИ» была взыскана задолженность по арендной плате.

В расписке от 15.10.2015 наличие перед истцом долга П.. подтвердил от лица общества, а не у него самого.

Согласно п. 2 ст. 56 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ или другим законом.

Пунктом 3 ст. 64.2 ГК РФ установлено, что исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в ст. 53.1 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Из системного толкования указанных норм следует, что право на предъявление подобных требований основано на корпоративных отношениях, и истцами могут быть лишь учредители (участники), выступающие в интересах юридического лица. В связи с этим закон допускает возможность обращения в суд лишь с исковыми требованиям о взыскании убытков. Заявление требований, возникших в связи с неисполнением обязательств, вытекающих из договора, правовой конструкцией статей 53.1 и 64.2 ГК РФ не предусмотрено. Вопреки мнению истца данные правовые нормы к рассматриваемому спору не применимы.

Положения ч. 3.1 ст. 3 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», предусматривающие возможность возложения по заявлению кредитора субсидиарной ответственности по обязательствам общества на лиц, уполномоченных выступать от его имени, в случае их недобросовестных или неразумных действий, вступили в силу 27.07.2017 и на ранее возникшие правоотношения сторон свое действие не распространяют.

Достаточных и достоверных доказательств возникновения у ООО «МАИ» долга перед К.. и его неоплаты в результате каких-либо виновных действий (бездействия) П. не представлено.

Доводы об исключении возможности получения К.. от ООО «МАИ» присужденной суммы вследствие неисполнения П. обязанности по представлению в налоговый орган сведений о хозяйственной деятельности, налоговой и бухгалтерской отчетности общества неубедительны.

ООО «МАИ» исключено из ЕГРЮЛ на основании положений ст. 21.1 Закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» как недействующее юридическое лицо по инициативе налогового органа.

Запись о предстоящем исключении ООО «МАИ» из государственного реестра, как недействующего, ИФНС России по г. Белгороду была внесена в ЕГРЮЛ 19.05.2017.

При этом законом предусмотрена возможность направления кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, в течение трех месяцев со дня опубликования налоговым органом решения о предстоящем исключении заявлений о несогласии с таким исключением. В случае направления таких заявлений решение об исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не принимается и такое юридическое лицо может быть ликвидировано в установленном гражданским законодательством порядке, в том числе по правилам Закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Лишь если подобные заявления в течение установленного срока не направлены, регистрирующий орган исключает недействующее юридическое лицо из ЕГРЮЛ путем внесения в него соответствующей записи.

К.. не был лишен возможности воспользоваться соответствующим правом и направить в ИФНС по г. Белгороду заявление о несогласии с исключением ООО «МАИ» из ЕГРЮЛ.

Кроме того, в силу ч. 8 ст. 22 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ может быть обжаловано кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, в течение года со дня, когда они узнали или должны были узнать о нарушении своих прав.

Доводы о неисполнении П.. обязанности по подаче заявления в арбитражный суд о банкротстве общества отклоняются.

По смыслу действующего законодательства привлечение по данной причине к субсидиарной ответственности руководителя организации-должника возможно только при условии проведения процедуры банкротства. В отношении ООО «МАИ» подобная процедура не осуществлялась.

При этом, учитывая, что сумма требований К.. превышает 300 000 рублей, он мог сам обратить с соответствующим заявлением в арбитражный суд (ч. 2 ст. 33 Закона «О несостоятельности (банкротстве)».

При таких обстоятельствах доводы истца о том, что непредставление в налоговый орган П.., как директором, сведений о хозяйственной деятельности, налоговой и бухгалтерской отчетности общества привело к невозможности получения им от ООО «МАИ» присужденной суммы, необоснованны.

В силу п. 2 ст. 64.2 ГК РФ исключение недействующего, то есть фактически прекратившего свою деятельность юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные законом применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Согласно ст. 419 ГК РФ обязательство прекращается ликвидацией юридического лица, кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо.

Поскольку оснований для возложения на П. субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «МАИ» перед К. не установлено, иск удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении иска К. к П. о взыскании денежных средств в порядке субсидиарной ответственности отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Судья