определен страховой стаж истца по состоянию на 24 мая 2024 г. – 16 лет 10 месяцев 14 дней, величина ИПК – 24,418.

В соответствии со сведениями индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО13, сформированными Фондом пенсионного и социального страхования Российской Федерации по состоянию на 1 января 2025 г., по запросу от 28 января 2025 г., представленными истцом, стаж истца, учитываемый для целей назначения пенсии составляет 18 лет 6 месяцев 19 дней, величина ИПК - 29,260, с учетом включения в страховой стаж периодов ухода за детьми, 

<

дата> года рождения, и 

<

дата> года рождения), продолжительностью 2 года 11 месяцев 7 дней, 

Также в материалах дела содержатся сведения индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО13, сформированные по состоянию на 1 января 2025 г., по запросу от 12 февраля 2025 г., в которых стаж истца, учитываемый для целей назначения пенсии определен в размере 15 лет 11 месяцев 18 дней, величина ИПК – 16,400, без учета периодов ухода за детьми ФИО4 и ФИО5

Из пояснений истца в судебном заседании, представленных копий свидетельств о рождении ФИО3, 

<

дата> года рождения, ФИО4,

<

дата> года рождения, ФИО5, 

<

дата> года рождения, следует, что ФИО13 действительно родила и воспитывала до восьмилетнего возраста троих детей: ФИО3, рожденного на территории 

<

адрес>, ФИО4, и ФИО5, рожденных на территории 

<

адрес>; родительских прав в отношении детей не лишалась; в юридически значимый период (до восьми лет) ФИО3, ФИО4, ФИО5 проживали с истцом, последняя занималась их воспитанием, дети посещали дошкольные и образовательные учреждения, в том числе, и на территории Российской Федерации. 

Согласно справке №74 ООО «Коммуналсервис», содержащейся в материалах выплатного дела ФИО13, совместно с истцом по адресу: 

<

адрес>, были зарегистрированы, в том числе: с 20 декабря 1995 г. - ФИО3, 

<

дата> года рождения, ФИО4, 

<

дата> года рождения, ФИО5, 

<

дата> года рождения, выписаны с 27 июля 1999 г. 

В рамках оспариваемого истцом решения от 30 мая 2024 г. ответчиком проведен предварительный расчет стажа ФИО13, в котором учтен период ухода за ребенком ФИО3 с 

<

дата> по 

<

дата>, периоды ухода за ФИО4, и ФИО5, рожденными на территории 

<

адрес>, в названном расчете не поименованы и не включены в страховой стаж истца.

Вместе с тем, факт дожития детей истца: ФИО5, ФИО4 до восьмилетнего возраста, подтверждается копиями формы 1П, представленными ОВМ МО МВД России «Вышневолоцкий», названные лица были документированы паспортами граждан Российской Федерации.

Оспариваемым 

решение

м подтверждено, что по состоянию на дату первоначального обращения истца с заявлением о назначении страховой пенсии по старости (24 мая 2024 г.) страховой стаж истца, дающий право на назначение страховой пенсии по старости составил 16 лет 10 месяцев 14 дней, при требуемом стаже 15 лет, величина ИПК составила 24,418, при требуемой -28,2.

Из содержания вышеприведенных правовых норм следует, что юридически значимым обстоятельством по настоящему спору, в части определения права истца на страховую пенсию по старости, с учетом рождения троих детей, является факт рождения истцом троих детей во взаимосвязи с достижением установленного законом возраста, имеющимся страховым стажем и требуемой величиной ИПК, при этом место рождения детей не имеет правового значения при разрешении спорного вопроса о назначении страховой пенсии.

Документы, подтверждающие рождение у истца троих детей, в том числе, двух на территории 

<

адрес>, были предоставлены в пенсионный орган ФИО13, факт рождения у истца троих детей и их воспитания ФИО13 до восьми лет подтвержден материалами дела и не оспаривается ответчиком.

Доводы ответчика о том, что периоды ухода за детьми до 1,5 лет, рожденными на территории Украины при определении права на пенсию в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» не подлежат учету, исходя из положений Соглашения «О гарантиях прав граждан государств-участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения» и Договора от 15 сентября 2021 года, противоречат содержанию вышеприведенных международных соглашений, не содержащих требований о том, что при оценке пенсионных прав заинтересованных лиц учитываются только дети, родившиеся на территории Российской Федерации.

Установленные данными соглашениями правовые принципы применяются к вопросам учета стажа в целях определения размера пенсии и не охватывают другие элементы социально-демографического статуса лица, претендующего на назначение пенсии.

При этом установление законодателем льготного порядка реализации права на социальное обеспечение для отдельных категорий граждан, включая предоставление возможности досрочного назначения пенсии по старости, обусловлено приоритетом интересов и благосостояния детей, отражает признание общественной значимости осуществления материнской функции, направлено на защиту семьи, материнства, отцовства, опекунства и детства, имеет целью установление для соответствующей категории лиц с семейными обязанностями особых мер социального обеспечения, что согласуется с конституционными ценностями справедливости и юридического равенства и основанным на них принципом сбалансированности прав и обязанностей.

Такое правовое регулирование направлено на социальную защиту указанной категории граждан, представляет собой дополнительную гарантию социальной защиты в связи с выполнением социально значимой функции рождения и воспитания детей в многодетной семье, сопряженной с повышенными психологическими и эмоциональными нагрузками, физическими и материальными затратами. (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 24 июня 2021 г. № 1296-О).

Перечень необходимых для назначения пенсии документов утвержден приказом Минтруда Российской Федерации от 4 августа 2021 года № 538н «Об утверждении перечня документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению», согласно пункта 12 (в) которого для назначения страховой пенсии по старости в соответствии со статьями 30 - 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в дополнение к документам, предусмотренным пунктами 6 и 7 настоящего перечня, необходимы документы (сведения) о рождении ребенка (детей) (пункты 1, 1.1, 1.2 и 2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Требований о рождении и воспитании троих детей до достижения ими возраста 8 лет на территории Российской Федерации, как об этом указал ответчик в решении от 30 мая 2024 г. в обоснование отказа в назначении истцу страховой пенсии, названная норма права, не устанавливает.

Судом установлено, что истец достигла возраста 

<

данные изъяты> лет 23 июня 2024 г., родила троих детей и воспитывала их до достижения ими возраста восьми лет, является гражданкой Российской Федерации, с 20 декабря 1995 г. зарегистрирована по месту жительства на территории Российской Федерации, трое детей ФИО13 также являются гражданами Российской Федерации, при этом требований о рождении и воспитании трех детей до достижения ими возраста 8 лет именно на территории Российской Федерации действующим пенсионным законодательством не установлено.

В этой связи, суд приходит к выводу о необоснованном исключении из страхового стажа истца при оценке ее пенсионных прав при определении права на страховую пенсию по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», на дату вынесения решения от 30 мая 2024 г., периодов ухода за детьми ФИО4 и ФИО5, и с учетом установленных выше обстоятельств, подтвержденных представленными доказательствами, полагает, что исковые требования ФИО13 в части включения в ее страховой стаж и в расчет ее индивидуального пенсионного коэффициента (ИПК) для определения права на страховую пенсию по старости по указанному основанию периодов ухода за детьми: ФИО4, 

<

дата> года рождения, ФИО5, 

<

дата> рождении, подлежат удовлетворению. 

Период ухода до 1,5 лет за ФИО3, 

<

дата> года рождения, учтен ответчиком в оспариваемом решении при определении права истца на страховую пенсию по основанию, предусмотренному пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ, в бесспорном порядке, в связи с чем исковые требования в данной части не подлежат удовлетворению.

Разрешая требования истца о включении в страховой стаж периода работы ФИО13 на территории респ.Украина в колхозе «Украина» Александровского поселения Корюковского района Черниговской области с 5 февраля 1988 года по 19 июля 1989 года, суд учитывает следующее. 

Как указано выше, основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

До 1 января 2015 года основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на трудовые пенсии были установлены Федеральным законом от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Согласно части 1 статьи 2 Федерального закона № 400-ФЗ законодательство Российской Федерации о страховых пенсиях состоит из настоящего Федерального закона, Федерального закона от 16 июля 1999 года № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», Федерального закона от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования», других федеральных законов.

Пенсионное обеспечение лиц, переселившихся на постоянное место жительства в РФ из стран СНГ и республик бывшего СССР, осуществляется в соответствии с нормами Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ и Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Частью 1 статьи 4 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ установлено, что право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных данным федеральным законом.

В числе этих условий, как следует из содержания статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ, возраст (часть 1 статьи 8 названного закона), страховой стаж (часть 2 статьи 8 названного закона), индивидуальный пенсионный коэффициент (часть 3 статьи 8 названного закона).

В страховой стаж гражданам Российской Федерации, застрахованным в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации при условии, что за эти периоды начислялись или уплачивались страховые взносы в Социальный фонд России (до 1 января 2023 г. - Пенсионный фонд Российской Федерации), а периоды работы и (или) иной деятельности за пределами территории Российской Федерации - в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации или международными договорами Российской Федерации, либо в случае уплаты страховых взносов в Социальный фонд России в соответствии с данным Федеральным законом (части 1 и 2 статьи 11 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ).

Российской Федерацией в рамках указанного выше Соглашения от 13 марта 1992 г. в страховой стаж включались периоды работы, приобретенные на территории Украины, для определения права на страховую пенсию и исчисления ее размера до 1 января 2002 г. независимо от уплаты страховых взносов в Социальный фонд России, а после 1 января 2002 г. - только при условии уплаты страховых взносов в компетентные органы соответствующих государств, где осуществлялась работа.

С 1 января 2023 г. в условиях денонсации Российской Федерацией Соглашения от 13 марта 1992 г. учитывается только страховой стаж, приобретенный на территории Украины (Украинской ССР) за период до 1 января 1991 г.

В соответствии с ч. ч. 1, 2 ст. 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ при подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены ст. ст. 11, 12 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 01 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Из обстоятельств дела следует, что для дату первоначального обращения истца для назначения пенсии в связи с достижением 23 июня 2024 г. возраста 

<

данные изъяты> лет и вынесения оспариваемого решения от 30 мая 2024 г. истцу требовалось 15 лет страхового стажа и установленная величина ИПК не менее 28,2.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 г. № 1015 утверждены Правила подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий.

В соответствии со ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 1.1 Положения о порядке подтверждения трудового стажа для назначения пенсий в РСФСР, утвержденного приказом Министерства социального обеспечения РСФСР от 04.10.1991 г. № 190 и п. 11 раздела II Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 02.10.2014 г. № 1015, трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

В соответствии с пунктом 11 Правил № 1015 документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

ФИО13 в подтверждение обстоятельств осуществления трудовой деятельности в спорный период с 5 февраля 1988 г. по 19 июля 1989 г. в колхозе «Украина» Александровского с/с Корюковского района Черниговской области представлена трудовая книжка колхозника №.

Согласно сведениям, содержащимся в разделе «сведения о работе» названной трудовой книжке колхозника, ФИО13, 

<

дата> года рождения, 5 февраля 1988 г. на основании приказа № от 5 февраля 1988 г. назначена дояркой в колхоз «Украина» Александровского сельского совета Корюковского района Черниговской области (запись №); уволена с члена колхоза «Украина» Александровского сельского совета Корюковского района Черниговской области 3 февраля 1995 г. на основании приказа № от 3 февраля 1995 г. (запись №).

Сведения о приеме истца на работу в названный колхоз и увольнении из колхоза заверены председателем колхоза и удостоверены печатью колхоза, внесены на основании соответствующих приказов.

В соответствии с Основными положениями о ведении трудовых книжек колхозников, утвержденными Постановлением Совета Министров СССР от 21 апреля 1975 года № 310 (действовавшими на момент заполнения трудовой книжки колхозника на имя ФИО13), трудовая книжка колхозника является основным документом о трудовой деятельности члена колхоза. Трудовые книжки ведутся на всех членов колхозов с момента принятия их в члены колхоза. В трудовую книжку колхозника должны быть внесены не только сведения о колхознике, но и сведения о приеме его в члены колхоза, сведения о работе и трудовом участии в общественном хозяйстве.

На основании пункта 66 Правил № 1015, годы, в течение которых гражданин являлся членом колхоза, но не выработал установленный минимум трудового участия (независимо от причины), засчитываются в страховой стаж как полные календарные годы. Календарные годы, указанные в трудовой книжке колхозника, в которых не было ни одного выхода на работу, из подсчета исключаются.

В пункте 6 Основных положений о ведении трудовых книжек колхозников, утвержденных постановлением Совета Министров СССР от 21 апреля 1975 г. № 310 указано, что все записи в трудовой книжке заверяются во всех разделах за время работы в колхозе подписью председателя колхоза или специально уполномоченного правлением колхоза лица и печатью.

Трудовая книжка колхозника на имя ФИО13 заполнена в соответствии с требованиями Основных положений о ведении трудовых книжек колхозников, утвержденных Постановлением Совета Министров СССР от 21 апреля 1975 г. № 310 и является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Оснований подвергать сомнению приведенные в названном документе сведения о приеме истца на работу и ее увольнении из колхоза в названный период с 5 февраля 1988 г. по 3 февраля 1995 г. у суда не имеется. 

Оспариваемым решением ОСФ по Тверской области от 30 мая 2024 г. спорный период работы истца в Колхозе «Украина» учтен в страховом стаже истца в бесспорном порядке. 

Вместе с тем, как следует из материалов электронного выплатного дела ФИО13, представленного ответчиком, ФИО13 также обращалась с заявлениями о назначении страховой пенсии в ОСФ по Тверской области 11 декабря 2024 г., 25 июня 2025 г. и решениями № 246221/24 от

№71335/25

г. и

17 декабря 2024

 от 1 июля 2025 г., соответственно, ей было отказано в назначении страховой пенсии по старости в соответствии с п. 1.2 ч.1 ст. 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г.№400-ФЗ.

При этом ответчиком в названных решениях не включен в страховой стаж истца период работы ФИО13 в колхозе «Украина» с 5 февраля 1988 г. по 19 июля 1989 г. со ссылками на его прохождение на территории Украины и без указания периодов выходов на работу.

В сообщении от 23 октября 2025 г., представленном в ответ на запрос суда о возможной продолжительности страхового стажа истца и величине ИПК в случае принятия к зачету троих детей и включения в страховой стаж периодов ухода за ними и периодов работы, учтенных ответчиком в оспариваемом решении от 30 мая 2024 г., для определения права на пенсию по заявленному истцом основанию, ОСФ по Тверской области указало, что при условии принятия к зачету для определения права ФИО13 на пенсию троих детей и включения в страховой стаж для исчисления размера пенсии периодов ухода за ними до полутора лет продолжительность страхового стажа ФИО13 на дату обращения - 24 мая 2024 г. (дата права 23 июня 2024 г.) может составить 16 лет 5 месяцев (при требуемой продолжительности – 15 лет), величина ИПК может составить 22,467 (при требуемой величине - 28,2), при указанных в запросе условиях, право на досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с п.п. 1.2. ч.1 ст. 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ на дату обращения с заявлениями от 24 мая 2024 г. и 25 июня 2025 г. у ФИО13 не определяется; при первоначальном обращении истца (24 мая 2024 г.) период работы в колхозе «Украина» с 5 февраля 1988 г. по 19 июля 1989 г. не правомерно был учтен в страховой стаж в связи с отсутствием сведений о выходах на работу. 

При этом названный расчет предполагаемой продолжительности страхового стажа истца и величины ИПК на дату принятия оспариваемого решения от 30 мая 2024 г., как следует из его содержания, приведен без учета спорного периода работы ФИО13 в колхозе «Украина» с 5 февраля 1988 г. по 19 июля 1989 г.

Как следует из вышеприведенного ответа ОСФР по Тверской области на запрос суда, а также мотивов отказа ответчика во включении в страховой стаж ФИО13 периода работы истца в колхозе «Украина» с 5 февраля 1988 г. по 19 июля 1989 г., изложенных в решениях ОСФР по Тверской области об отказе в установлении (выплате) пенсии от 17 декабря 2024 г. и 1 июля 2025 г., основанием для исключения названного периода из страхового стажа ФИО13 стало отсутствие сведений о выходах члена колхоза на работу.

Иных оснований для отказа во включении спорного периода работы истца в колхозе «Украина» (с 5 февраля 1988 г. по 19 июля 1989 г.) ответчиком не приведено и в ходе рассмотрения дела не изложено, в том числе, ОСФ по Тверской области не ссылалось на оформление трудовой книжки колхозника на имя ФИО13 с нарушением трудового законодательства, действовавшего на день внесения содержащихся в ней записей, записи в указанной трудовой книжке колхозника никем не оспаривались.

Информация о выполнении годового минимума трудового участия ФИО13 в общественном хозяйстве колхоза «Украина» в спорный период 1988-1989 г.г. приведена в соответствующем разделе трудовой книжки колхозника, выданной на имя истца, с указанием основания внесения соответствующих записей (лицевые счета), названные записи ответчиком не оспорены, под сомнение не поставлены, что свидетельствует об обстоятельствах трудового участия ФИО13 в работе колхоза «Украина» и выходах истца на работу в спорный период.

При этом суммарное количество таких выходов на работу, исходя из буквального толкования требований пункта 66 Правил № 1015, для зачета в страховой стаж члена колхоза периодов работы в колхозе в годовом исчислении правового значения не имеет. 

Истец ФИО13 в судебном заседании подтвердила, работала в колхозе «Украина» в спорный период (с 5 февраля 1988 г. по 19 июля 1989 г.) в течение полного рабочего дня, периодов отвлечений не имела, получала заработную плату.

С учетом вышеприведенных нормативных требований, предъявляемых к заполнению трудовых книжек колхозника, порядку учета страхового стажа для установления страховых пенсий, определенному в Правилах № 1015, суд полагает обоснованным принять трудовую книжку колхозника на имя ФИО13 в качестве допустимого доказательства осуществления истцом трудовой деятельности в спорный период – с 5 февраля 1988 г. по 19 июля 1989 г. в колхозе «Украина» Александровского с/с Корюковского района Черниговской области.

Вопреки доводам ответчика, то обстоятельство, что в распоряжении пенсионного органа отсутствуют сведения о выходах на работу истца в названный период, при отражении в названной книжке колхозника информация о выполнении годового минимума трудового участия ФИО13 в общественном хозяйстве колхоза «Украина», не является основанием для исключения названного периода из страхового стажа истца. 

При том, что, при необходимости соответствующие сведения могли быть испрошены ответчиком в компетентных органах пенсионного фонда Украины по месту осуществления истцом трудовой деятельности, а невозможность проведения проверки сведений о работе истца в колхозе «Украина», осуществляемой на территории Украины в связи с отсутствием деловых контактов и сотрудничества между государственными органами Российской Федерации и Украины, не может лишать гражданина конституционного права на социальное обеспечение.

Общеправовой принцип справедливости исключает формальный подход и предполагает учет особенностей жизненной ситуации, в которой находится гражданин, что позволяет обеспечить справедливое соотношение прав и законных интересов такого гражданина с правами и законными интересами пенсионного органа.

Ответчик доказательств, опровергающих достоверность сведений о работе истца в колхозе «Украина» с 5 февраля 1988 г. по 19 июля 1989 г., в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представил. 

При этом различная оценка пенсионным органом пенсионных прав ФИО13 в части спорного периода работы в колхозе «Украина» при неоднократном обращении за назначением пенсии в течение непродолжительного периода (1 год) при наличии одних и тех же документов в распоряжении ответчика, не может быть признана соответствующей функциям, возложенным на ответчика, как орган пенсионного обеспечения. 

С учетом изложенного и установленных обстоятельств, суд полагает, что в страховой стаж ФИО13 подлежит включению период работы истца на территории Украины в колхозе «Украина» Александровского с/с Корюковского района Черниговской области с 5 февраля 1988 года по 19 июля 1989 года.

Разрешая исковые требования ФИО13 в части признания незаконным решения ОСФ по Тверской области от30 мая 2024 г. №102546/24 об отказе ФИО13 в назначении страховой пенсии по старости, суд учитывает следующее.

Материалами дела подтверждено и ранее судом установлено, что ФИО13 24 мая 2024 г. обратилась в ОСФР по Тверской области с заявлением о назначении пенсии в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в связи достижением 23 июня 2024 г. возраста 

<

данные изъяты> лет, дающего право на страховую пенсию по старости по указанному основанию и наличием иных условий, необходимых для назначения пенсии по указанному основанию. 

В рамках рассмотрения названного заявления истца ответчик, после проведения оценки пенсионных прав ФИО13, определил, что ее страховой стаж составляет 16 лет 10 месяцев 14 дней, величина ИПК – 24,418, при этом величина ИПК рассчитана без учета периодов ухода за 2 детьми, рожденными на территории 

<

адрес>. 

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО13, 

<

дата> года рождения, является матерью троих детей ФИО3, 

<

дата> года рождения, ФИО4, 

<

дата> года рождения, ФИО5, 

<

дата> года рождения, двое из которых (ФИО4 и ФИО5) рождены на территории 

<

адрес> и воспитывались ею до 8 лет, в связи с чем периоды ухода за ними подлежали включению в страховой стаж истца, также судом признано, что период работы ФИО13 в колхозе «Украина» Александровского с/с Корюковского района Черниговской области с 5 февраля 1988 г. по 19 июля 1989 г. также подлежит включению в страховой стаж истца. 

Определяя наличие предусмотренных Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ условий для назначения истцу пенсии по основанию, предусмотренному п 1.2 ч. 1 ст. 32 названного закона, а именно, наличие минимального требуемого страхового стажа и минимальной величины ИПК, в совокупности с достижением истцом 23 июня 2024 г. возраста 

<

данные изъяты> лет, суд учитывает, что ответчик при неоднократной оценке пенсионных прав ФИО13 в период с 24 мая 2024 г. по 1 июля 2025 г. при наличии в его распоряжении одних и тех же документов, различным образом рассчитывал период страхового стажа истца и величину ИПК применительно к спорным обстоятельствам ее работы в колхозе «Украина» в период с 5 февраля 1988 г. по 19 июля 1989 г., то включая названный период в стаж, то исключая его, и определяя право на страховую пенсию без учета периодов осуществления истцом ухода за детьми, рожденными на территории 

<

адрес>.

В материалах дела содержатся сведения о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО13 по состоянию на 1 января 2025 г., в которых с учетом включения в страховой стаж истца периодов ухода за детьми ФИО4, 

<

дата> года рождения, ФИО5, 

<

дата> года рождения, продолжительностью 2 года 11 месяцев 7 дней, страховой стаж ФИО13 составляет 18 лет 6 месяцев 19 дней, величина ИПК 29,260, без учета названного периода, страховой стаж истца согласно сведениям о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО13 составляет - 15 лет 11 месяцев 18 дней, величина ИПК – 16,400. 

В уведомлении ОСФР по Тверской области о сформированных правах пенсионных правах для назначения пенсии от 02.12.2025 г.№265937/22 в отношении застрахованного лица ФИО13, представленном истцом в судебное заседание, произведен расчет страхового стажа и величины ИПК по состоянию на 12 февраля 2025 г. (стаж учтен до 31.12.2024 г.): страховой стаж – 15 лет 11 месяцев 18 дней, величина ИПК – 29,900.

В ответах от 9 октября 2025 г., 23 октября 2025 г. на запрос суда о продолжительности страхового стажа и величине ИПК истца по состоянию на дату обращения с первоначальным заявлением о назначении пенсии (24 мая 2024 г.), с учетом включения в страховой стаж периода работы в колхозе «Украина» с 5 февраля 1988 г. по 19 июля 1989 г. и периодов ухода за детьми: 

<

дата> года рождения, и 

<

дата> года рождения, ОСФР по Тверской области указало, что страховой стаж ФИО13, при условии принятия к зачету для определения права на пенсию троих детей и включения в страховой стаж для исчисления размера пенсии периодов ухода за ними до полутора лет, продолжительность страхового стажа на 23 июня 2024 г. (дату права) может составить 16 лет 5 месяцев (при требуемой продолжительности - 15 лет), величина ИПК может составить 22,467 (при требуемой величине ИПК - 28,2), в связи с чем право на досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с п. 1.2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ на дату подачи первичного заявления (24 мая 2024 г.) у ФИО13 не определяется; при первоначальном обращении (24 мая 2024 г.) период работы в колхозе «Украина» с 05.02.1988 по 19.07.1989 (до даты рождения ребенка 

<

дата> года рождения) был учтен в страховой стаж, при рассмотрении повторных заявлений (от 11.12.2024, от 25.06.2025) данный период не учтен в страховой стаж в связи с отсутствием сведений о выходах на работу; период обучения в СПТУ № 2 г. Талды-Кургана Казахской ССР с 01.09.1982 по 15.03.1986 (так в дипломе № от 15.03.1986) при рассмотрении всех заявлений о назначении пенсии подлежал включению в подсчет страхового стажа; в бесспорном порядке ответчиком признаны подлежащими включению в страховой стаж истца следующие периоды: с 01.01.1982 г. по 17.09.1984 г. – учеба ( 2 года 17 дней), с 18.09.1984 г. по 28.11.1987 г. – период ухода за ребенком 

<

дата> г.р. (3 года 2 месяца 10 дней); со 02.03.2005 г. по 01.02.2010 г. – работа ( 4 года 11 месяцев); с 01.10.2013 г. по 27.11.2013 г., с 05.12.202 г. по 31.07.2024 г., с 01.11.2024 г. по 31.12.2024 г. – периоды ухода за лицом, достигшим 80 лет. 

Учитывая, что названный расчет произведен без учета периода работы истца в колхозе «Украина» с 5 февраля 1988 г. по 19 июля 1989 г., который исходя из установленных выше обстоятельств, подлежал включению в страховой стаж ФИО13, суд не может принять его в качестве достоверной информации о продолжительности страхового стажа истца и величины ИПК по состоянию на дату обращения с заявлением о назначении пенсии (24 мая 2024 г.).

В этой связи, суд полагает целесообразным при определении права ФИО13 на пенсию по основанию, предусмотренному п. 1.2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ, руководствоваться вышеприведенными сведениями о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО13 по состоянию на 1 января 2025 г. и информацией, содержащейся в уведомлении ОСФР по Тверской области о сформированных пенсионных правах для назначения пенсии от 02.12.2025 г. №265937/22, и приходит к выводу, что по состоянию на дату первоначального обращения с заявлением о назначении пенсии (24 мая 2024 г.) общий страховой стаж и величина ИПК ФИО13 составляли больше значения установленного нормой права, и являлись достаточными для назначения пенсии по достижении возраста 

<

данные изъяты> лет. 

В этой связи, суд считает необходимым признать решение ответчика об отказе в установлении пенсии от 30 мая 2024 г. № 102546/24 незаконным в части отказа в назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 1.2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ по изложенным в нем основаниям: отсутствие у заявителя требуемой величины ИПК – 28,2.

В силу статьи 22 Федерального закона «О страховых пенсиях» от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию. Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона.

Принимая во внимание вышеуказанные нормы права и установленные судом обстоятельства, суд приходит выводу о том, что ФИО13 с момента достижения возраста 

<

данные изъяты> лет (23 июня 2024 г.) имеет право на досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с п. 1.2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», с учетом того, что она достигла возраста 

<

данные изъяты> лет, родила, а также воспитывала троих детей на территории Российской Федерации до достижения ими 8 лет, имеет страховой стаж более 15 лет, величину ИПК более 28,2, в связи с чем, на ответчика подлежит возложению обязанность по назначению ФИО13 досрочной страховой пенсии с 23 июня 2024 г. 

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 140000 руб., суд принимает во внимание следующее.

В силу пункта 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (например, статья 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей», абзац шестой статьи 6 Федерального закона от 24 ноября 1996 года № 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации»). В указанных случаях компенсация морального вреда присуждается истцу при установлении судом самого факта нарушения его имущественных прав.

Из разъяснений, изложенных в абзаце 3 пункта 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 ГК РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Из изложенного следует, что одним из способов защиты потерпевшей стороны гражданских прав, является компенсация морального вреда. Моральный вред - это, нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. Суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а в случаях, предусмотренных законом, - и действиями, нарушающими имущественные права гражданина.

Право на пенсионное обеспечение является имущественным правом гражданина с учетом положений ст. ст. 7, 39 Конституции Российской Федерации и Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

При этом, нормативно-правовым актом, устанавливающим основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии является Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», которым возможность привлечения органов, осуществляющих пенсионное обеспечение, к ответственности в виде возмещения морального вреда, не предусмотрена.

В пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 года № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» даны разъяснения о том, что поскольку нарушения пенсионных прав затрагивают имущественные права граждан, требования о компенсации морального вреда исходя из положений пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат удовлетворению, так как специального закона, допускающего в указанном случае возможность привлечения органов, осуществляющих пенсионное обеспечение, к такой ответственности, не имеется.

Поскольку обстоятельства, на которые истец ссылается в обоснование своих требований о компенсации морального вреда, с учетом разъяснений, изложенных в п. 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 года № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» не свидетельствуют о причинения ФИО13 вреда, выразившегося в нарушении ее личных неимущественных прав в том понимании, как это трактуется законодателем, а оснований, предусмотренных для компенсации морального вреда в связи с нарушением пенсионных прав законодательством не предусмотрено, в связи с чем, требования ФИО13 о взыскании компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению.

Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, государственная пошлина уплачивается в следующих размерах: 

- при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, искового заявления неимущественного характера: для физических лиц - 3000 рублей.

Истцом при подаче настоящего искового заявления государственная пошлина уплачена не была. 

С учетом изложенного, с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Вышневолоцкий муниципальный округ» подлежит взысканию сумма государственной пошлины в сумме 3000 руб. 

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО13 (СНИЛС №) к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тверской области (ОГРН 

<

***>) о признании решения об отказе в досрочном назначении страховой пенсии незаконным, включении в страховой стаж и в расчет индивидуального пенсионного коэффициента для определения права на страховую пенсию по старости периодов ухода за детьми, включении в страховой стаж периодов работы, обязании назначить досрочную страховую пенсию по старости, взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Признать незаконным решение Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тверской области от30 мая 2024 г. №102546/24 об отказе ФИО13 в установлении (назначении) страховой пенсии по старости.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тверской области включить в страховой стаж ФИО13, 

<

дата> года рождения, период работы в колхозе «Украина» Александровского сельского совета Корюковского района Черниговской области с 5 февраля 1988 г. по 19 июля 1989 г.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тверской области включить в страховой стаж ФИО13, 

<

дата> года рождения, и в расчет ее индивидуального пенсионного коэффициента (ИПК) для определения права на страховую пенсию по старости периоды ухода за детьми: ФИО4, 

<

дата> года рождения, ФИО5, 

<

дата> года рождения.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тверской области назначить ФИО13, 

<

дата> года рождения, страховую пенсию по старости на основании пункта 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» - с 23 июня 2024 года. 

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО13 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тверской области отказать.

Взыскать с Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тверской области (ОГРН 

<

***>) в доход местного бюджета муниципального образования «Вышневолоцкий муниципальный округ» государственную пошлину в сумме 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Вышневолоцкий межрайонный суд Тверской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Л.М. Емельянова

.

УИД: 69RS0006-01-2025-001946-25