Дело № 1-699/2025 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург «25» августа 2025 года

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе: председательствующего судьи Доничевой В.В., 

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Василеостровского района Санкт-Петербурга ФИО1, 

защитника – адвоката Ивановой Ю.В., 

подсудимого ФИО2, 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Щелкуновой О.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале № 557 Московского районного суда Санкт-Петербурга материалы уголовного дела в отношении

ФИО2, 

<

данные изъяты> ранее не судимого, содержащегося под стражей фактически с 13.03.2025, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 159, ч.3 ст. 327, ч.1 ст. 187 УК РФ, 

У С Т А Н О В И Л:

В производстве Московского районного суда Санкт-Петербурга находится уголовное дело по обвинению ФИО2 в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 159, ч. 3 ст. 327, ч.1 ст. 187 УК РФ, поступившее 11.07.2025 по подсудности из Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга. 

Согласно обвинительному заключению ФИО2 обвиняется в том, что совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, совершённое группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, при следующих обстоятельствах:

ФИО2, находясь в достоверно неустановленном следствием месте, в достоверно неустановленный следствием период времени, но не позднее 10 часов 00 минут 01 апреля 2024 года, с неустановленным следствием лицом, в отношении которого выделено в отдельное производство материалы уголовного дела (далее - неустановленное лицо, соучастник), из корыстных побуждений, с целью незаконного материального обогащения, заведомо зная о факте смерти У., а также о наличии недвижимой жилой площади по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, вступил в преступный сговор, направленный на приобретение путём обмана права на чужое имущество, принадлежащее У., а именно вышеуказанную квартиру и распределил преступные роли, спланировав место и время совершения преступления.

После чего, действуя согласно распределению ролей в общих преступных интересах, неустановленный соучастник при неустановленных обстоятельствах, приискал персональные данные третьего лица — Ю., не осведомлённого о его (ФИО2) и соучастника преступном умысле, ни о самом факте существования У. и указанного объекта недвижимости, и, используя установочные данные указанного лица, а также осознавая, что Ю. родственником У. не является, права на вступление в наследство не имеет, при этом планируя, что действовать от имени Ю. будет ФИО2, изготовил и предоставил ФИО2 заведомо подложные документы, а именно: свидетельство о рождении Ю. 

<

данные изъяты>, содержащее заведомо ложные сведения о том, что У. является матерью Ю.; справку формы №9 о регистрации, содержащую заведомо ложные сведения о регистрации Ю. по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>; заявление от 01 апреля 2024 года, содержащее ложные сведения о том, что Ю. ставит в известность нотариальную контору, что Ю. принимает по всем основаниям наследования наследство, оставшееся после смерти У.; поддельный договор о продаже в собственность граждан жилого помещения от 02 сентября 1992 года, содержащий поддельную подпись выполненную от имени У.; копию поддельного паспорта 

<

данные изъяты> 60 отделом милиции Василеостровского района Санкт-Петербурга на имя Ю., но с вклеенной погрудной фотографией с изображением ФИО2; свидетельство о смерти 

<

данные изъяты>

Затем, согласно распределению ролей, ФИО2, заведомо зная об отсутствии у У. наследников, в неустановленное следствием время, но не позднее 10 часов 00 минут 01 апреля 2024 года, находясь в неустановленном следствием месте, в соответствии с ранее разработанным преступным планом, действуя из корыстных побуждений, в общих преступных интересах, с целью приобретения права на чужое имущество, осознавая общественную опасность и противоправность своих преступных действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий, в виде причинения имущественного вреда Правительству Санкт-Петербурга Администрации Василеостровского района Санкт-Петербурга индивидуальный налоговый № (далее по тексту - Администрация Василеостровского района г. Санкт-Петербурга) и желая их наступления, собственноручно выполнил рукописный текст и подпись от имени приисканного неустановленным соучастником, Ю. в заявлении от 01 апреля 2024 года о вступлении в наследство, которое вместе с вышеуказанными заведомо поддельными документами передал через Ш., не осведомлённую о его (ФИО2) и соучастника преступном умысле нотариусу нотариального округа 

<

адрес> С, нотариальная контора которой расположена по адресу: 

<

адрес>, на основании которых, К. - временно исполняющим обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга С, было открыто наследственное дело, а также удостоверено свидетельство о праве на наследство по закону, выполненное на бланке 

<

данные изъяты>, согласно которому Ю. унаследовал принадлежащее У. имущество, а именно квартиру по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, тем самым ФИО2, обманув К. - временно исполняющего обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга С, относительно достоверности представленных документов и скрыв от последнего факт того, что предоставленные документы являются поддельными, а информация, содержащаяся в них, не соответствует действительности, действуя совместно с неустановленным соучастником, незаконно получил право на чужое имущество - вышеуказанную квартиру на приисканное лицо - Ю., неосведомлённого о преступной деятельности ФИО2 и соучастника и самом факте вступления в наследство.

Затем, в неустановленное следствием время, но не позднее 23 часов 59 минут 10 апреля 2024 года К. - временно исполняющий обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга С, неосведомлённый о его(ФИО2) и соучастника преступном умысле, выполняя в установленном порядке обязанности нотариуса, предоставил в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по г. Санкт-Петербургу (далее – управление Росреестра) вышеуказанное свидетельство о праве на наследство по закону ДД.ММ.ГГГГ, на основании которого 10 апреля 2024 года в управлении Росреестра, расположенном по адресу: 

<

адрес>, был зарегистрирован переход права собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 7 646 285 рублей 93 копейки, на имя приисканного лица - Ю., неосведомлённого о его (ФИО2) и соучастника преступной деятельности, что повлекло лишение 

<

адрес>, в лице распорядителя - Администрации Василеостровского района г. Санкт-Петербурга прав на указанное жилое помещение.

После чего, в дальнейшем, с целью извлечения материальной выгоды ФИО2, действуя совместно со своим неустановленным соучастником, принял решение об оформлении перехода права собственности на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, к третьим лицам, выступая в роли приисканного лица - Ю., заведомо им не являясь, в период с 09 часов 00 минут по 20 часов 00 минут 23 июля 2024 года предъявил нотариусу нотариального округа 

<

адрес> А., нотариальная контора которого расположена по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, вышеуказанный паспорт 

<

данные изъяты> на имя Ю., но с вклеенной погрудной фотографией с его (ФИО2) изображением.

Таким образом, ФИО2, действуя совместно и по предварительному сговору с неустановленным соучастником, совершил мошенничество, то есть приобретение путём обмана права на чужое имущество, а именно на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, принадлежащую после смерти У. г. Санкт-Петербургу, в лице распорядителя - Администрации Василеостровского района г. Санкт- Петербурга, кадастровой стоимостью 7 646 285 рублей 93 копейки, то есть в особо крупном размере, полученными денежными средствами распорядился согласно совместного преступного умысла, причинив своими преступными действиями материальный ущерб бюджету г. Санкт-Петербурга в лице распорядителя - Администрации Василеостровского района г. Санкт- Петербурга на указанную сумму.

При этом лично ФИО2 в достоверно неустановленный следствием период времени, но не позднее 10 часов 00 минут 01 апреля 2024 года, вступил в преступный сговор с неустановленным следствием лицом, получил от соучастника подложные документы, а именно: свидетельство о рождении Ю. №, содержащее заведомо ложные сведения о том, что У. является матерью Ю.; справку формы №9 о регистрации, содержащую заведомо ложные сведения о регистрации Ю. по адресу: 

<

адрес>; заявление от 01 апреля 2024 года, содержащее ложные сведения о том, что Ю. ставит в известность нотариальную контору, что Ю. принимает по всем основаниям наследования наследство, оставшееся после смерти У.; поддельный договор о продаже в собственность граждан жилого помещения от 02 сентября 1992 года, содержащий поддельную подпись выполненную от имени У.; копию поддельного паспорта 

<

данные изъяты> на имя Ю., но с вклеенной погрудной фотографией с его (ФИО2) изображением; свидетельство о смерти У. от 

<

данные изъяты>, после чего, в неустановленное следствием время, но не позднее 10 часов 00 минут 01 апреля 2024 года, собственноручно выполнил рукописный текст и подпись от имени Ю. в заявлении от ДД.ММ.ГГГГ о вступлении в наследство, которое вместе с вышеуказанными заведомо поддельными документами передал через Ш. нотариусу нотариального округа 

<

адрес> С, после чего, принял решение об оформлении перехода права собственности на вышеуказанную квартиру к третьим лицам, выступил в роли приисканного лица - Ю., заведомо им не являясь, предъявил нотариусу нотариального округа 

<

адрес> А., вышеуказанный паспорт 

<

данные изъяты> на имя Ю., но с вклеенной погрудной фотографией с его (ФИО2) изображением. Указанные действия ФИО2 органом предварительного следствия квалифицированы по ст. 159 ч.4 УК РФ. 

Также ФИО2 обвиняется в совершении оборота поддельных документов, то есть приобретении, хранении, перевозке в целях использования и использовании заведомо поддельного паспорта гражданина, предоставляющего права, квалифицированных органом предварительного следствия по ст. 327 ч.3 УК РФ, и в совершении неправомерного оборота средств платежей, то есть приобретении, хранении, транспортировке в целях использования средств оплаты, предназначенных для неправомерного осуществления приёма, выдачи, перевода денежных средств, квалифицированных органом предварительного следствия по ст. 187 ч.1 УК РФ. 

В судебном заседании судом поставлен на обсуждение вопрос о возвращении уголовного дела прокурору на основании ст. 237 ч.1 п.1 УПК РФ, поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения. 

Подсудимый и его защитник-адвокат возражали против возвращения уголовного дела прокурору, указав на признание ФИО2 вины по предъявленной формулировке обвинения, где указано об умысле на приобретение путем обмана права на чужое имущество. 

Государственный обвинитель возражал против возвращения уголовного дела прокурору, полагая, что несоответствие диспозиции предъявленного обвинения изложенному обвинению не нарушает права подсудимого, и изменение диспозиции и формулировки обвинения возможно в ходе судебного разбирательства. 

Суд, выслушав мнения участников процесса, полагает необходимым настоящее уголовное дело возвратить прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, по следующим основаниям. 

В соответствии с п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело подлежит возвращению судом как по ходатайству стороны, так и по собственной инициативе прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления. 

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 8 декабря 2013 года N 18-П положения ч. 1 ст. 237 УПК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе норм не исключают правомочие суда по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом во всех случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном производстве, если возвращение дела не связано с восполнением неполноты проведенного дознания или предварительного следствия. 

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 N 39 "О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору" разъяснено, что возвращение уголовного дела прокурору имеет своей целью устранение таких препятствий его рассмотрения судом, которые исключают возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу и не могут быть устранены в судебном разбирательстве. Уголовное дело может быть возвращено прокурору как по результатам предварительного слушания, так и при рассмотрении дела судами первой и вышестоящих инстанций. 

Под допущенными при составлении обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления нарушениями требований уголовно-процессуального закона в соответствии с п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225, частях 1, 2 статьи 226.7, а также других взаимосвязанных с ними нормах УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа.

Определяя требования, которым должно отвечать обвинительное заключение, законодатель в ст. 220 УПК РФ установил, что в данном процессуальном акте, в частности, должны быть указаны: существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление (п. 3, 4 ч. 1 ст. 220 УПК РФ). 

Частями 1, 2 и 4 статьи 159 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за мошенничество, то есть хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере. 

В формулировке же обвинения ФИО2 при изложении следователем диспозиции обвинения как совершение мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана, указано о совершении ФИО2 мошенничества иным способом - приобретением права на чужое имущество путем обмана, который и описывается в формулировке обвинения подсудимого. 

В этой связи, вопреки доводам стороны обвинения, при указанном противоречии диспозиции и формулировки обвинения как в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, так и в обвинительном заключении по способу совершения преступления, при отсутствии указания в формулировке обвинения иного способа совершения подсудимым мошенничества, ни изменение государственным обвинителем диспозиции или формулировки обвинения, ни дополнение диспозиции или формулировки обвинения указанием на иной способ совершения мошенничества не будет соответствовать требованиям ст.ст. 246, 252 УПК РФ, и будет противоречить указанным нормам уголовно-процессуального законодательства. 

Между тем, неправильная квалификация судом фактически совершенного деяния, неверное установление основания уголовной ответственности и назначения наказания, влекут вынесение неправосудного приговора. Суд, рассматривая уголовное дело по существу, должен исходить из существа предъявленного подсудимому обвинения, в связи с чем его возможное изменение в сторону смягчения и переквалификация действий подсудимого, не влияют на выводы суда о допущенных недостатках предварительного расследования и нарушениях УПК РФ, которые подлежат устранению органами следствия. В силу требований ст. ст. 15, 29, УПК РФ суд не является органом уголовного преследования и не выступает на стороне защиты или обвинения и не может подменять следователя в ходе судебного разбирательства по делу и сам проводить действия, направленные на установление обстоятельств, на основании которых впоследствии сам же суд должен сделать вывод о наличии либо отсутствии состава преступления, доказанности виновности лица, правильности квалификации содеянного и т.п. Невыполнение следователем своей обязанности по соблюдению требований ст.ст. 171, 220 УПК РФ, несоответствие способа совершения преступления, указанного в диспозиции обвинения, способу совершения преступления, указанному в формулировке обвинения, как одного из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, является существенным нарушением УПК РФ, препятствует рассмотрению дела судом, и невосполнимо в судебном заседании, поскольку фундаментально нарушает принцип состязательности сторон и обеспечение права подсудимого на защиту, лишает подсудимого возможности защищаться, оспаривать обстоятельства, входящие в предмет доказывания. 

В силу вышеизложенного указанное нарушение уголовно-процессуального закона не может быть устранено в судебном разбирательстве, равно как и делает невозможным постановление судом законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу. Вопреки доводам стороны обвинения о возможности судом исправить данное нарушение УПК РФ, возложение на суд обязанности в той или иной форме выполнять функцию следователя, стороны обвинения не согласуется с положениями статьи 123 Конституции Российской Федерации и препятствует независимому и беспристрастному осуществлению правосудия, как того требуют статьи 10, 118 и 120 Конституции Российской Федерации. 

Учитывая, что суд не вправе самостоятельно дополнять предъявленное обвинение или существенно изменять обстоятельства в фабуле обвинения, равно как и дополнение диспозиции обвинения государственным обвинителем путем указания иного способа мошенничества противоречит требованиям ст. 246 УПК РФ, а конкретизация данных обстоятельств имеет значение для дела, суд находит, что несоответствие формулировки предъявленного ФИО2 обвинения диспозиции статьи 159 УК РФ является существенным нарушением положений ст. 220 УПК РФ, препятствует постановлению на основе данного обвинительного акта судебного решения по уголовному делу. При указанных обстоятельствах доводы стороны защиты о признании подсудимым своей вины в совершении указанного в формулировке обвинения преступления суд находит несостоятельными. 

В этой связи суд приходит к выводу о необходимости возвращения уголовного дела в отношении ФИО2 прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ. 

В соответствии с ч. 3 ст. 237 УПК РФ, при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении подсудимого. С учетом данных о личности подсудимого ФИО2 обвиняемого в совершении трех умышленных преступлений, два из которых отнесены законодателем к категории тяжкого, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет, постоянной или временной регистрации на территории Российской Федерации не имеющего, по заявленному месту жительства не проживавшего, в отсутствие достоверных сведений о наличии у обвиняемого легального источника доходов и средств к обеспечению своей жизнедеятельности, с учетом инкриминируемых ему преступлений, связанных с извлечением материальной выгоды, оснований для изменения меры пресечения в виде заключения под стражу, срок которой продлен по 09.12.2025, на иную суд не усматривает. При указанных обстоятельствах имеются достаточные основания полагать, что подсудимый, в случае изменения ему меры пресечения на иную, не связанную с изоляцией от общества в специализированном учреждении, может скрыться от суда. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 255, 256, 237 ч.1 п. 1 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Возвратить на основании п. 1 ч.1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело в отношении ФИО2, 

<

данные изъяты>, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 159, ч. 3 ст. 327, ч. 1 ст. 187 УК РФ, прокурору Василеостровского района Санкт-Петербурга для устранения препятствий его рассмотрению судом.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО2, срок которой продлен 20.06.2025 постановлением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга по 09.12.2025 оставить без изменения. 

3. Вещественные доказательства по данному уголовному делу, находящиеся в материалах уголовного дела (т.2 л.д. 71-84) направить прокурору Василеостровского района Санкт-Петербурга одновременно с материалами уголовного дела.

Настоящее постановление может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в апелляционном порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ в течение 15 суток со дня его провозглашения, а также в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ. В случае подачи апелляционной жалобы, представления подсудимый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного деда судом апелляционной инстанции в течение 15 суток со дня вручения копии постановления при нахождении под стражей и в тот же срок со дня вручения копии апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих его интересы, вправе поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника. 

Судья В.В. Доничева