Судья, вынесший обжалуемое Дело №7-1/2021

постановление

, ФИО1 №5-90/2020

РЕШЕНИЕ

Город Анадырь 11 января 2021 года

Судья суда Чукотского автономного округа Калинина Н.Л.,

при секретаре Гребцовой С.Н.,

с участием лица, привлекаемого к административной ответственности, ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видео-конференц-связи жалобу ФИО2 на постановление судьи Чаунского районного суда от 23 октября 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, в отношении ФИО2,

установил:

постановлением судьи Чаунского районного суда от 23 октября 2020 года ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 11 месяцев.

Не согласившись с данным постановлением, ФИО2 подал на него жалобу и дополнение к ней, в которых просит указанное постановление отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием в его действиях события административного правонарушения.

В судебное заседание должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении, ст. инспектор группы ДПС ОГИБДД МОМВД России «Билибинский» (м/д г. Певек) ФИО3 не явился, о времени и месте рассмотрения жалобы извещён надлежащим образом, об отложении судебного заседания не ходатайствовал.

ФИО2 в судебном заседании поддержал жалобу и дополнение к ней по изложенным в них основаниям. 

Проверив материалы дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, заслушав ФИО2, изучив доводы жалобы и дополнения к ней, прихожу к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.12.8 КоАП РФ управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, влечёт наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

В силу абз.1 п.2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых постановлением Совета Министров Правительства Российской Федерации от 23.10.1993г. №1090 (далее – Правила дорожного движения), водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Согласно примечанию к ст.12.8 КоАП РФ употребление веществ, вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение, либо психотропных или иных вызывающих опьянение веществ запрещается. Административная ответственность, предусмотренная указанной статьёй и ч.3 ст.12.27 КоАП РФ, наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, или в случае наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека.

Признавая ФИО2 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, судья суда первой инстанции исходил из доказанности факта управления ФИО2 транспортным средством в состоянии опьянения. 

Данный вывод нахожу правильным, соответствующим нормам права, регулирующим возникшие правоотношения, и основанным на исследованных при рассмотрении дела об административном правонарушении доказательствах, а доводы жалобы ФИО2 об обратном – несостоятельными.

Как следует из постановления судьи от 23 октября 2020 года, 13 июня 2020 года в 4 часа 50 минут на 1 км автодороги Певек-Апапельгино ФИО2 в нарушение абз.1 п.2.7 Правил дорожного движения управлял транспортным средством УАЗ-396355 с государственным регистрационным знаком № находясь в состоянии алкогольного опьянения, при этом состав уголовно наказуемого деяния в действиях ФИО2 отсутствовал (л.д.86). 

Факт совершения ФИО2 административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, и его виновность подтверждаются собранными по делу доказательствами: протоколом об административном правонарушении от 31 августа 2020 года (л.д.2); протоколом об отстранении от управления транспортным средством от 13 июня 2020 года (л.д.3); актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 13 июня 2020 года (л.д.4); протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 13 июня 2020 года (л.д.5); актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 13 июня 2020 года №9 с бумажными носителями показаний технического средства измерения (л.д.23, 24, 25); объяснением понятого В.Д.П. от 

<

дата> (л.д.14); показаниями допрошенных в суде в качестве свидетелей понятого К.М.А. (л.д.81-82), ст. инспектора ГДПС ОГИБДД (м/д г.Певек) МОМВД России «Билибинский» ФИО3 (л.д.58, 59, 68), инспектора ДПС ОГИБДД (м/д г.Певек) МОМВД России «Билибинский» Л.Д.Г. (л.д.69), В.А.Ю. (л.д.57, 84), Г.И.С. (л.д.57-58), Б.В.С. (л.д.58-59), а также иными доказательствами.

Доводы жалобы ФИО2 о том, что судьёй районного суда не дана надлежащая оценка его объяснениям о том, что на момент обращения к нему сотрудников полиции он не управлял транспортным средством, сотрудники полиции его не останавливали, а подъехали к стоящему продолжительное время автомобилю, что алкоголь он употребил после поломки автомобиля, не соответствуют действительности.

Так, допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей сотрудники полиции ФИО3 и Л.Д.Г. показали, что, двигаясь около четырёх-пяти утра 13 июня 2020 года на служебном автомобиле вместе с инспектором ГИБДД Б.В.С. и начальником отделения ФСБ П.М.М. из города на пожар на свалке, увидели впереди автомобиль УАЗ, который на их глазах на первом километре автодороги Певек-Апапельгино съехал в кювет. Когда они подъехали к автомобилю, то за рулём увидели ФИО2 в состоянии сильного алкогольного опьянения. Примерно в это же время подъехала водовозка МП ЧРКХ под управлением В.А.Ю., с помощью которой автомобиль УАЗ достали на проезжую часть (л.д.58, 68, 69). 

Таким образом, сотрудники полиции в судебном заседании не утверждали, что они остановили автомобиль под управлением ФИО2, а поясняли, что видели, как автомобиль движется впереди.

Оснований не доверять показаниям сотрудников полиции, перед началом допроса предупреждённых об административной ответственности по ст.17.9 КоАП РФ за дачу заведомо ложных показаний, как правильно указал суд первой инстанции, не имеется. Не установлены в ходе рассмотрения дела какие-либо основания для оговора ФИО2 сотрудниками полиции.

Вопреки мнению ФИО2 в жалобе, тот факт, что критерием оценки деятельности сотрудников ГИБДД является составление протоколов об административном правонарушении, не свидетельствует об их заинтересованности, поскольку осуществление производства по делам об административных правонарушениях, выявление административных правонарушений входит в из должностные обязанности. Надлежащее исполнение должностных обязанностей не может быть поставлено в вину должностным лицам.

Указание на противоречия в показаниях ФИО3, касающиеся того, кто 13 июня 2020 года отвозил на свалку начальника отделения ФСБ, не может быть принято во внимание, поскольку не имеет значения для квалификации действий ФИО2 по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ. 

Кроме того, в судебных заседаниях и 20 октября, и 21 октября 2020 года ФИО3 утверждал, что после того, как было установлено, что ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения управлял транспортным средством, он, ФИО3, и Б.В.С. остались оформлять правонарушение, а Л.Д.Г. повёз начальника отделения ФСБ дальше. После ФИО2 было остановлено еще пять-шесть машин, водители которых находились в состоянии алкогольного опьянения, и ФИО3 и Б.В.С. стали оформлять всех по очереди (л.д.59, 68). Аналогичные показания дал Л.Д.Г. (л.д.69). В своих объяснениях ФИО2 также указывал, что оформление правонарушения в отношении него осуществлял ФИО3 (л.д.48-49, 67). 

Ссылка заявителя в дополнении к жалобе на то, что на участке дороги, где двигались автомобили ФИО2 и сотрудников ГИБДД, невозможно видеть движущиеся транспортные средства, несостоятельна, так как какие-либо доказательства данному утверждению не представлены, при рассмотрении дела в районном суде ФИО2 на эти обстоятельства не ссылался.

Кроме того, показания сотрудников полиции о совершении ФИО2 правонарушения подтверждаются и иными доказательствами.

При рассмотрении дела судьёй районного суда ФИО2 пояснил, что его автомобиль сломался, мимо проезжал В.А.Ю. на водовозке на тушение пожара на свалке, который сказал, что, когда будет возвращаться обратно, то заберёт машину ФИО2 на жёсткой сцепке. Поскольку жёсткая сцепка подразумевает под собой жёсткое крепление автомобиля при буксировке, при котором управление автомобилем не требуется, ФИО2, ожидая В.А.Ю., употребил алкогольный напиток, рюмки три-четыре. После этого подъехали сотрудники ДПС, в том числе ФИО3, почувствовав запах алкоголя, стали оформлять правонарушение (л.д.48-49, 67). 

Свидетель В.А.Ю., допрошенный по ходатайству ФИО2, пояснил, что утром 13 июня 2020 года он ехал на свалку, увидел стоящую вне дороги, под углом к дорожному полотну машину ФИО2, остановился, достал трос и вытащил машину ФИО2 В тот момент, когда зацепил канат, поднял голову и увидел, что к ним со ФИО2 подошли пожарные и сотрудники полиции, а также увидел две пожарные и полицейскую машины (л.д.57, 84).

В связи с изложенным объяснения ФИО2 в части употребления алкоголя после отъезда В.А.Ю. на свалку следует оценивать критически с учётом того, что ФИО2 не мог употребить алкоголь в указанное им время, соответственно, управлял автомобилем, находясь в состоянии алкогольного опьянения.

Вопреки указанию заявителя в дополнении к жалобе, судья районного суда дал надлежащую оценку показаниям В.А.Ю., указав, что эти показания не опровергают показаний ФИО3 и Л.Д.Г.

Показания В.А.Ю. от показаний названных сотрудников полиции отличаются лишь в том моменте, кто к ФИО2 подъехал первым, что объясняется как индивидуальным восприятием ситуации каждым из свидетелей, так и длительным временем, прошедшим с момента правонарушения. В целом же, свидетель В.А.Ю. подтвердил, что сотрудники ГИБДД появились на месте правонарушения тогда, когда он собирался доставать машину ФИО2 на дорогу.

Объективная оценка, вопреки доводу жалобы ФИО2, дана судьёй районного суда и показаниям свидетелей Г.И.С. и Б.В.С. Показания изложены в постановлении верно, соответствуют протоколу судебного заседания. То обстоятельство, что данные свидетели не видели факт управления находившимся в состоянии алкогольного опьянения ФИО2 автомобилем, не исключает иные доказательства, подтверждающие данный факт. 

Из вышеизложенного следует, что судья районного суда, руководствуясь ст.26.11 КоАП РФ, дал объективную оценку исследованным доказательствам и обоснованно признал факт управления транспортным средством находившимся в состоянии алкогольного опьянения ФИО2 подтверждённым надлежащим образом. 

Довод жалобы ФИО2 о противоречии ч.1 ст.12.8 КоАП РФ вывода судьи районного суда о том, что тот факт, что он не был остановлен сотрудниками полиции, не свидетельствует об отсутствии в его действиях состава административного правонарушения, основан на неверном толковании закона.

Ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, как указывалось выше, устанавливает административную ответственность за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Из текста данной нормы следует, что объективная сторона указанного административного правонарушения не предусматривает в качестве его обязательного элемента остановку водителя сотрудниками полиции. 

Довод жалобы ФИО2 о недопустимости в качестве доказательства протокола об административном правонарушении от 31 августа 2020 года в связи с отсутствием в нём подписи понятого К.М.А. не основан на действующем законодательстве.

В соответствии с ч.2 ст.28.2 КоАП РФ в протоколе об административном правонарушении указываются дата и место его составления, должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол, сведения о лице, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, фамилии, имена, отчества, адреса места жительства свидетелей и потерпевших, если имеются свидетели и потерпевшие, место, время совершения и событие административного правонарушения, статья КоАП РФ или закона субъекта Российской Федерации, предусматривающая административную ответственность за данное административное правонарушение, объяснение физического лица или законного представителя юридического лица, в отношении которых возбуждено дело, иные сведения, необходимые для разрешения дела.

В протоколе об административном правонарушении от 31 августа 2020 года понятой К.М.А. указан в качестве свидетеля. Подпись свидетеля, исходя из требований ч.2 ст.28.2 КоАП РФ, не является обязательным реквизитом протокола об административном правонарушении.

Отсутствие подписи понятого К.М.А. в протоколе об отстранении от управления транспортным средством от 13 июня 2020 года, в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от13 июня 2020 года, в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 13 июня 2020 года, в протоколе о задержании транспортного средства от 13 июня 2020 года (л.д.3, 4, 5, 33), на что указывает ФИО2 в жалобе, действительно является нарушением ч.2 ст.25.7 КоАП РФ.

Вместе с тем указанные нарушения не привели к вынесению незаконного постановления о привлечении ФИО2 к административной ответственности, поскольку понятой К.М.А., допрошенный в качестве свидетеля судьёй районного суда, пояснил, что он присутствовал при всех процессуальных действиях, совершаемых в отношении ФИО2, при составлении протоколов, а также при попытке пройти освидетельствование с помощью алкотектора, дал объяснение 13 июня 2020 года о произошедшем, его рукой в объяснении написано «с моих слов записано верно»; подписи в протоколах забыл поставить по той причине, что в тот день участвовал в качестве понятого при оформлении нескольких протоколов об административном правонарушении (л.д.81-82). 

Показания К.М.А. подтверждены объяснениями второго понятого В.Д.П. от 13 июня 2020 года, при отобрании которых он был предупреждён об административной ответственности по ст.17.9 КоАП РФ за заведомо ложные показания (л.д.14).

Тем самым опровергаются ссылки ФИО2 в дополнении к жалобе на нарушение ч.2 ст.27.12 КоАП РФ в связи с участием при применении мер обеспечения производства по делам об административных правонарушениях одного понятого. 

Идентичность объяснений В.Д.П. и К.М.А., составленных 13 июня 2020 года, вопреки мнению заявителя в жалобе, с учётом их составления с помощью технического средства, не ставит под сомнение их правдивость.

Ссылки в жалобе на заинтересованность К.М.А. в связи с тем, что он ранее работал в органах внутренних дел, поддерживает дружеские отношения с инспекторами ГИБДД, голословны. При допросе К.М.А. в качестве свидетеля ФИО2 подтвердил слова свидетеля о том, что они не знакомы, неприязненных отношений между ними нет (л.д.81, обр. ст-на). 

При таких обстоятельствах судья районного суда обоснованно не признал вышеперечисленные протоколы недопустимыми доказательствами.

То обстоятельство, на которое ссылается заявитель в жалобе: что в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 13 июня 2020 года слово «отказался» написано не его рукой (л.д.4), само по себе, даже в случае его подтверждения, не свидетельствует о согласии ФИО2 пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, поскольку и понятые В.Д.П., К.М.А., и ст. инспектор ГДПС ФИО3 пояснили, что ФИО2 было предложено пройти освидетельствование с помощью прибора «Алкотектор-Юпитер», однако ФИО2 не смог сделать глубокий вдох, так как был в сильном алкогольном опьянении, после чего он отказался проходить освидетельствование на месте, но согласился на освидетельствование в медицинском учреждении. 

Доводы ФИО2 в жалобе о том, что в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 13 июня 2020 года и в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование от 13 июня 2020 года стоят не его подписи, аналогичны доводам при рассмотрении дела об административном правонарушении в районном суде. Как правильно указал судья районного суда, эти доводы опровергаются показаниями свидетеля К.М.А., понятого В.Д.П. и должностного лица ФИО3

Неполучение копий протокола об административном правонарушении, о задержании транспортного средства, об отстранении от управления транспортным средством, акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протокола о направлении на медицинское освидетельствование, неуказание в протоколе о задержании транспортного средства технических повреждений, на что ФИО2 указывает в жалобе, даже в случае подтверждения этих фактов, не относятся к числу нарушений, исключающих административную ответственность лица при доказанности совершения административного правонарушения. 

Неточности в указании номера дела, дат в протоколе ознакомления с определением о назначении экспертизы от 13 июня 2020 года и в протоколе ознакомления с актом медицинского освидетельствования от 31 августа 2020 года (л.д.10, 26), неверное указание даты заключения эксперта в протоколе ознакомления с заключением эксперта от 31 августа 2020 года (л.д.22), неверное указание адреса понятой А.И.А. в протоколе отбора проб (л.д.9), на которые заявитель указывает в жалобе, являются явно техническими описками, не влияющими на выводы судьи о виновности ФИО2 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ 

Незаполнение графы о согласии на извещение путём СМС-сообщения в расписке (обязательстве) от 

<

дата>, указание номера телефона, не принадлежащего ФИО2, проставление не его подписи на данной расписке (л.д.32) не имеют правового значения при рассмотрении жалобы на постановление районного судьи, поскольку указанный документ не применялся при рассмотрении дела в районном суде, ФИО2 о времени и месте рассмотрения дела извещался повестками. Надлежащая расписка (обязательство) оформлена ФИО2 в Чаунском районном суде 22 октября 2020 года (л.д.93).

Указание в жалобе на нарушение судьёй районного суда положений Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), в том числе в части предоставления права последней реплики (слова) и ведения аудиопротоколирования, основано на неправильном понимании действующего законодательства, поскольку КАС РФ регламентирует рассмотрение административных дел, тогда как рассмотрение дел об административных правонарушениях регулируется КоАП РФ, который, в частности, не устанавливает право последней реплики лица, привлекаемого к административной ответственности, и необходимость ведения протокола судебного заседания при рассмотрении дела об административном правонарушении, тем более необходимость ведения аудиопротоколирования.

Ссылки заявителя в дополнении к жалобе на неправильное изложение протоколов рассмотрения дела об административном правонарушении в суде не подтверждены какими-либо доказательствами, в связи с чем не могут быть приняты во внимание. 

Рассматривая довод жалобы ФИО2 о том, что назначенное ему наказание максимально приближено к наиболее строгому наказанию при том, что обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено и имеется обстоятельство, смягчающее наказание, прихожу к следующему.

В соответствии с ч.2 ст.4.1 КоАП РФ при назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершённого им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

Как видно из материалов дела, судьёй районного суда при назначении наказания все указанные обстоятельства учтены, в том числе смягчающие и отягчающие административную ответственность, какие-либо новые обстоятельства заявителем в жалобе не приведены, в связи с чем оснований для изменения назначенного наказания не усматривается.

Постановление о привлечении ФИО2 к административной ответственности вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч.1 ст.4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, при рассмотрении жалобы на судебное постановление не установлены, в связи с чем оснований для его отмены или изменения не усматриваю.

На основании изложенного, руководствуясь ст.30.7 КоАП РФ, судья

решил:

постановление судьи Чаунского районного суда от 23 октября 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, в отношении ФИО2 оставить без изменения, жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Судья суда Чукотского 

автономного округа Н.Л. Калинина