Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 июля 2017 года г. Самара

Куйбышевский районный суд гор. Самары в составе:

председательствующего - Кузиной Н.Н.,

при секретаре - Крючковой А.О., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-816/17 по иску ФИО10 к ФИО11, ФИО12, ФИО13 о признании договора дарения недействительным и встречному иску ФИО12, ФИО13 к ФИО10, ФИО11 о признании добросовестными приобретателями недвижимого имущества,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО10 обратилась в суд с иском к ФИО11, в котором просит признать недействительным договор дарения 1/15 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, от 14.09.2015 г. и применить последствия недействительности сделки.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству к участию в деле в качестве соответчиков были привлечены ФИО12, ФИО13

ФИО12, ФИО13 обратились в суд со встречным иском к ФИО10, ФИО11 о признании их добросовестными приобретателями 8/15 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, по договору купли-продажи от 10.03.2017 г. по реестру №, удостоверенному временно исполняющей обязанности нотариуса г. Самара Самарской области ФИО1 - ФИО2

В судебном заседании истец-ответчик ФИО10 свои исковые требования поддержала, встречные исковые требования не признала, и пояснила, что ее супругу ФИО3 принадлежала 1/5 доля в праве общей долевой собственности в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, которую он 21.03.2014 г. подарил ее сыну – ФИО4 После смерти первой супруги ФИО3 ему в порядке наследования стала принадлежать 1/15 доля в праве общей долевой собственности в спорной квартире, которую он 13.05.2014 г. подарил ей. Собственниками других долей в квартире являлись дочь ФИО3 – ФИО5 и ФИО12 Доля ее семьи по отношению к доле ФИО12 была больше. В октябре 2014 г. было принято решение о продаже долей в квартире, с соблюдением интересов всех собственников. ФИО18 всегда препятствовали пребыванию ее семьи в квартире. Она предложила ФИО11 пожить в данной квартире по договору найма. Как только ФИО11 переехала в указанную квартиру со своей семьей, ФИО18 начали скандалить, выгонять ее из квартиры, постоянно вызвали полицию. После чего она предложила ФИО11 купить у нее ее 1/15 долю в квартире, на что она согласилась. 15.04.2015 г. был заключен предварительный договор купли-продажи указанной доли. Затем решили продать ФИО11 все доли, которые принадлежали ее семье в указанной квартире. На покупку всех долей у ФИО11 не хватало денежных средств. Она пояснила, что занимается продажей дома в Самарской области, после продажи которого, полностью рассчитается с ней. ФИО12 был против того, чтобы они продавали доли без его участия и не дал бы согласие на продажу долей. В связи с чем было принято решение оформить договор дарения на ФИО11 принадлежащей ей 1/15 доли. 14.09.2015 г. между ней и ФИО11 был заключен договор дарения 1/15 доли в квартире. Данная сделка изначально являлась притворной, то есть сделкой, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, а именно договор купли-продажи. Стоимость данной доли составляла 237.000 руб. и данную сумму она получила от ответчицы ФИО11 Доказательством того, что данная сделка является притворной является предварительный договор купли-продажи от 15.04.2015 г., в котором указаны все условия сделки. Впоследствии ФИО11 на основании договоров купли-продажи приобрела доли в квартире, принадлежащие ФИО4 и ФИО5 Она не считает ФИО18 добросовестными приобретателями квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. С ФИО18 они постоянно пытались выйти на сделку и продать им свои доли в указанной квартире, однако они постоянно срывались по различным причинам. ФИО18 знали о притворности сделки по дарению 1/15 доли в квартире ФИО11 Просит ее исковые требования удовлетворить, во встречных исковых требованиях отказать. 

В судебном заседании представитель истца-ответчика ФИО10 - ФИО14 исковые требования ФИО10 поддержала, встречные исковые требования не признала, подтвердила показания своего доверителя, просила исковые требования ФИО10 удовлетворить, во встречных исковых требованиях отказать.

В судебном заседании ответчик ФИО11 первоначальные исковые требования не признала, встречные исковые требования признала, пояснила, что в 2014 г. по договору найма заключенному с ФИО10 проживала со своей семьей в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>. В указанной квартире семье ФИО10 принадлежала доля, а оставшаяся доля принадлежала ФИО12 Она имела намерения выкупить доли у ФИО10 На тот момент она продавала квартиру в 

<

адрес>, и после получения денежных средств готова была их выкупить. ФИО10 предложила ей выкупить ее 1/15 долю и 1/5 долю ее сына ФИО4 в рассрочку. ФИО18 препятствовали ее семье в проживании в указанной квартире, они постоянно ругались, вызывали полицию, выгоняли из квартиры. ФИО10 предложила передать ей 1/15 долю в квартире по предварительному договору купли-продажи, а долю ее сына ФИО4 продать подороже. Каких-либо расписок о продаже долей составлено не было, часть денег она передала ФИО10 сразу, вторую часть в рассрочку. Однако в связи с тем, что ФИО18 выселяли ее семью, ФИО10 предложила оформить договор дарения на 1/15 долю в квартире. Оставшиеся доли в квартире она купила примерно через год после дарения 1/15 доли. Впоследствии доли – ФИО10, ее сына ФИО4 и ее падчерицы ФИО5 она приобрела. При расчете с ФИО10 ей не хватало 150.000 руб. ФИО10 предложила ей взять денежные средства в долг под проценты у ее подруги, она согласилась. Полагает, что данный спор возник именно в связи с тем, что она не вернула долг. По сделкам с ФИО10 она рассчиталась полностью. Просила в иске ФИО10 отказать, встречные требования ФИО18 удовлетворить.

Представитель ответчиков-истцов ФИО15 в судебном заседании исковые требования ФИО10 не признала, встречные исковые требования поддержала, пояснила, что в настоящее время ответчик ФИО11 не является собственником спорной доли в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, она ее подарила своим несовершеннолетним детям ФИО6 и ФИО7 Впоследствии по договору купли-продажи ФИО11 продала 8/15 долей в квартире ФИО18, стоимость которых составила 1.250.000 руб., сумма в размере 297.852 руб. была передана ФИО11 за счет собственных средств ФИО18, а оставшаяся сумма в размере 952.148 руб. путем перечисления ПАО «Сбербанк России» заемных средств предоставляемых ФИО18 по кредитному договору от 06.03.2017 г., на счет ФИО11 ФИО16 будучи в браке с ФИО3 по договору дарения получила от него спорную 1/15 долю в квартире. Затем ФИО3 подарил сыну ФИО10 – ФИО4 1/5 долю в указанной квартире. После чего ФИО10 поселила в квартиру ФИО11 с ее детьми, заявив ФИО12, что она родственница, а впоследствии сообщила, что подарила свою долю данной родственнице. ФИО10 в иске указала, что заключая договор дарения с ФИО11 фактически прикрыла следку купли-продажи доли в праве общей долевой собственности с целью обойти право преимущественной покупки возникшее у ФИО12 ФИО18 не знали и знать не могли, что заключенный договор дарения между ФИО10 и ФИО11 прикрывает договор купли-продажи, так как они не являлись участниками данной сделки, и их никто не посвящал в подробности данной сделки. ФИО10 не уведомила их об этом. При совершении сделки ФИО18 приняли все меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества. Сделка купли-продажи отвечает всем признакам действительности сделки, она совершена по доброй воле и волеизъявлению сторон, письменная форма сделки соблюдена. Просит в иске ФИО10 отказать, встречные исковые требования удовлетворить в полном объеме, признать ФИО12 и ФИО13 добросовестными приобретателями 8/15 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

В судебном заседании ответчик-истец ФИО12 исковые требования ФИО10 не признал, свои встречные исковые требования поддержал, подтвердил показания своего представителя, просил свои исковые требования удовлетворить, в иске ФИО10 отказать. 

В судебном заседании ответчик-истец ФИО13 исковые требования ФИО10 не признала, свои встречные исковые требования поддержала, подтвердила показания своего представителя, просила свои исковые требования удовлетворить, в иске ФИО10 отказать.

В судебном заседании представитель третьего лица ПАО Сбербанк – ФИО17, действующий на основании доверенности, возражал против удовлетворения исковых требований ФИО10, исковые требования ФИО18 поддержал, и показал, что истец ФИО10 требование о признании договора дарения недействительным обосновывает тем, что сделкой дарения 1/15 доли квартиры прикрывалась сделка ее купли-продажи. Истцом в доказательство притворности договора дарения в суд представлен предварительный договор купли-продажи от 15.04.2015 г. Считает заявленные требования незаконными и необоснованными. Предварительный договор купли-продажи от 15.04.2015 г. не является доказательством притворности заключенного договора дарения от 04.09.2015 г. В данном случае соглашение о цене и сроках исполнения обязательств не достигнуто, каких-либо претензий, писем, иных обращений относительно оплаты стоимости 1/15 доли в течении длительного времени начиная с 2015 г. со стороны истца ФИО10 к ответчикам не последовало. Заключением оспариваемого договора достигнута цель дарения и сделка исполнена. По смыслу ст. 170 ГК РФ наличие воли ФИО10 на передачу в дар 1/15 доли квартиры, о чем указано в тексте договора, исключает возможность признания ее недействительной (притворной). В данном случае, заключение договора дарения между ФИО10 и ФИО11 свидетельствует об утрате заинтересованности сторон в заключении основного договора купли-продажи и отказе от намерений по его заключению. Считает, встречные исковые требования ФИО12 и ФИО13 законными и обоснованными. 10.03.2017 г. между ФИО6, ФИО7 и ФИО12, ФИО13 с использованием заемных денежных средств в сумме 952.148 руб., предоставленных ПАО Сбербанк покупателям в рамках кредитного договора № от 06.03.2017 г., был подписан договор купли-продажи 8/15 долей в праве общей долевой собственности квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Указанная сделка прошла государственную регистрацию в установленном законом порядке. В собственность ФИО6 и ФИО7 1/15 доли в праве общей долевой собственности квартиры поступила в рамках договора дарения от 10.06.2016 г., заключенного с ФИО11 Факт получения ФИО6 и ФИО7 от ФИО12 и ФИО13 денежных средств за продажу жилого помещения подтверждается договором купли-продажи 8/15 долей в праве общей долевой собственности квартиры, а так же тем, что на приобретение спорной части квартиры ФИО12 и ФИО13 был получен ипотечный кредит. При заключении договора купли-продажи квартиры ФИО18 проверяли действительность предоставленных им документов, осматривали приобретаемое ими жилое помещение до его приобретения. Кроме того, принадлежность квартиры продавцам проверялось так же сотрудниками ПАО Сбербанк при выдаче ипотечного кредита, а договор прошел правовую экспертизу в Управлении Росреестра по Самарской области. Добросовестность приобретения ФИО18 квартиры подтверждается наличием записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Кроме того, добросовестность ФИО18 по совершенной сделке никем не оспаривается. Просил в удовлетворении исковых требований ФИО10 отказать в полном объеме. Исковые требования ФИО12 и ФИО13 удовлетворить в полном объеме.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Самарской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом. 

Изучив материалы дела, выслушав объяснения участвующих в деле лиц, свидетелей, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что на основании договора передачи квартир в собственность граждан (в порядке приватизации) № от 04.09.2004 г. жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, было передано в общую долевую собственность граждан ФИО8, ФИО9, ФИО5, ФИО3, ФИО12 по 1/5 доле каждому (л.д. 45-47, 74).

На основании договора дарения 21.03.2014 г. право собственности на 1/5 долю в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение перешло от ФИО3 к ФИО4

На основании свидетельства о праве на наследство по закону 21.04.2014 г. право собственности на 1/15 долю в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение перешло от ФИО8 к ФИО3

На основании договора дарения 13.05.2014 г. право собственности на 1/15 долю в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение перешло от ФИО3 к ФИО10

<

дата> ФИО12 регистрирует за собой право собственности на 7/15 долей в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение.

<

дата> ФИО5 регистрирует за собой право собственности на 4/15 доли в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение.

На основании договора дарения от 04.09.2015 г. право собственности на 1/15 долю в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение перешло от ФИО10 к ФИО11 (л.д. 55).

На основании договора дарения доли в праве общей собственности на квартиру от 10.06.2016 г. ФИО11 подарила 1/15 долю в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение по 1/30 доли ФИО6 и ФИО7 (л.д. 62-63).

На основании договора купли-продажи доли в праве общей долевой собственности на квартиру от 10.06.2017 г. от ФИО4 к ФИО6 и ФИО7 перешло право собственности на 1/5 долю в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение и за каждой из них зарегистрировано право собственности по 2/15 долей (л.д. 64-65).

На основании договора купли-продажи доли в праве общей долевой собственности на квартиру от 13.08.2016 г. от ФИО5 к ФИО6 и ФИО7 перешло право собственности на 4/15 долей в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение и за каждой из них зарегистрировано право собственности по 2/15 доле (л.д. 68-69).

На основании договора купли-продажи от 10.03.2017 г. от ФИО6 и ФИО7 к ФИО12 и ФИО13 перешло право собственности на 8/15 долей в праве общей долевой собственности (по 4/15 долей каждому) на спорное жилое помещение, и за ФИО12 (с учетом прежде принадлежащих 7/15 долей) зарегистрировано право собственности на 11/15 долей, а за ФИО13 зарегистрировано право собственности на 4/15 долей (л.д. 172-175).

Оспаривая договор дарения от 04.09.2015 г. 1/15 доли в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение ФИО10 ссылается на то, что договор дарения в соответствии с ч. 2 ст. 170 ГК РФ является притворной сделкой, поскольку прикрывает собой договор купли-продажи.

Из материалов дела следует, что между ФИО10 и ФИО11 15.04.2015 г. был заключен предварительный договор купли-продажи 1/15 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, которым определена дата совершения сделки купли-продажи не позднее 20 марта 2016 года, так же оговорено, что к этому сроку стороны обязуются заключить договор купли-продажи и подготовить полный пакет документов, необходимых для совершения сделки. Стоимость предмета договора была определена в размере 237.000 руб., которую покупатель обязался выплатить в рассрочку в течение периода с 10.05.2015 г. по 20.03.2016 г. (л.д. 5-6).

Согласно п. 1 ст. 429 ГК РФ, по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

В соответствии с п. 5 ст. 429 ГК РФ, в случаях, если сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, применяются положения, предусмотренные пунктом 4 статьи 445 настоящего Кодекса. Требование о понуждении к заключению основного договора может быть заявлено в течение шести месяцев с момента неисполнения обязательства по заключению договора.

В судебном заседании установлено, что в указанные в предварительном договоре купли-продажи сроки передача денежных средств не производилась, договор купли-продажи спорного имущества к 20.03.2016 г. сторонами заключен не был.

04.09.2015 г., то есть за пол года до окончания согласованного сторонами срока на заключение договора купли-продажи, между ФИО10 и ФИО11 был заключен договор дарения 1/15 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, который сторонами был подписан и подан в Управление Росреестра по Самарской области для государственной регистрации перехода права собственности по указанной сделке, что также подтверждается подписями в заявлении об удостоверении перехода права собственности от 04.09.2015 г. (л.д. 7, 52-55).

Согласно выписке из ЕГРН № от 

<

дата>, за ФИО11 12.09.2015 г. на основании договора дарения было зарегистрировано право собственности на 1/15 долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру (л.д. 45-47).

В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что от заключения договора купли-продажи на основании предварительного договора купли-продажи от 15.04.2015 г. отказались обе стороны, что подтверждается не только досрочным заключением договора дарения между ними при прямом волеизъявлении, а так же тем, что ни до ни в последствии ФИО10 в соответствии с положениями ст. 429 ГК РФ не предпринимались действия для понуждения ФИО11 к заключению договора купли-продажи.

В силу дефиниций статьи 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Положения пунктов 1, 2, 3 статьи 420, пункта 1 статьи 425, пункта 1 статьи 432 ГК РФ устанавливают, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. К договорам применяются правила о двух - и многосторонних сделках. К обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах. Договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения. Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно ст. ст. 572, 574 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применится правила предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса. Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ч.ч. 1,2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с ч. 2 ст. 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из п. 87 Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как основания своих требований или возражений.

Из буквального толкования положений договора дарения с учетом требований ст. 431 ГК РФ следует, что каких-либо требований дарителя, от выполнения которых зависит передача квартиры в собственность одаряемого, данный договор не содержит.

Договор дарения от 04.09.2015 г. заключен в письменной форме, соответствует требованиям ст. ст. 572, 574 ГК РФ, предъявляемым к форме и содержанию договора, подписан сторонами, что подтверждает достижение между ними соглашения по всем существенным условиям сделки в предусмотренной законом письменной форме.

Данный договор дарения фактически исполнен, переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке. 

При этом истцом-ответчиком ФИО10 не представлено доказательств, подтверждающих возмездный характер договора дарения либо наличие оснований свидетельствующих о притворности сделки.

Разрешая спор, руководствуясь положениями ст. ст. 166, 167, 170, 572, 574, 433, 432, 583 ГК РФ, оценив представленные доказательства в их совокупности в соответствии со ст. 67 ГК РФ, суд исходил из того, что при заключении договора дарения доли квартиры наступили именно те последствия, которые стороны имели в виду: ФИО10 передала в дар ФИО11 в собственность 1/15 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, право собственности ФИО11 на 1/15 долю указанной квартиры зарегистрировано в установленном законом порядке, в связи с чем суд приходит выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО10 о признании недействительным договора дарения 1/15 доли квартиры от 04.09.2015 г.

Доводы истца-ответчика ФИО10 о том, что договор дарения прикрывает собой договор купли-продажи, поскольку за 1/15 долю она получила от ФИО11 денежные средства, не могут быть приняты во внимание.

В нарушение требований ч. 1 ст. 56 ГПК РФ истцом-ответчиком не было представлено надлежащих доказательств, свидетельствующих о том, что действительная воля сторон оспариваемого договора дарения была направлена на достижение иных правовых последствий. Доказательств того, что между ФИО10 и ФИО11 имелась договоренность о фактической продаже долей, материалы дела не содержат.

Доводы истца-ответчика ФИО10 о том, что договор купли-продажи 1/15 доли в квартире не мог быть заключен сторонами из-за необходимости соблюдения права преимущественной покупки собственников других долей в спорном жилом помещении, не могут быть приняты судом по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ст. 250 ГК РФ, при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов, а также случаев продажи доли в праве общей собственности на земельный участок собственником части расположенного на таком земельном участке здания или сооружения либо собственником помещения в указанных здании или сооружении.

В соответствии с п. 2 ст. 250 ГК РФ, продавец доли обязан известить в письменной форме остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю постороннему лицу с указанием цены и других условий, на которых продает ее. Если остальные участники долевой собственности не приобретут продаваемую долю в праве собственности на недвижимое имущество в течение месяца, а в праве собственности на движимое имущество в течение десяти дней со дня извещения, продавец вправе продать свою долю любому лицу. В случае, если все остальные участники долевой собственности в письменной форме откажутся от реализации преимущественного права покупки продаваемой доли, такая доля может быть продана постороннему лицу ранее указанных сроков.

Таким образом, у истца-ответчика в соответствии с положениями п. 2 ст. 250 ГК РФ имелась законная возможность при отсутствии согласия иных участников долевой собственности осуществить сделку купли-продажи.

Кроме того, ответчик-истец ФИО12 в судебном заседании показал, что не только не препятствовал заключению сделок иных участников общей долевой собственности по отчуждению принадлежащих им долей, но и давал свое согласие при осуществлении сделок купли-продажи от 10.06.2016 г. и 13.08.2016 г.

В соответствии со ст. 301 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Как следует из положений ст. ст. 301, 302 ГК РФ, добросовестность приобретателя чужого имущества ставится в зависимость о того, знал приобретатель имущества или не знал, либо мог знать, что имущество приобретается у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать.

Согласно п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума ВАС Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. В то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя. 

Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Пункт 39 выше указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума ВАС Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. указывает, что по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

На основании договора передачи квартиры в собственность граждан в порядке приватизации от 04.09.2004 г. ФИО12 являлся собственником 1/5 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>.

ФИО12 на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от 08.09.2014 г. перешло право собственности на 4/15 доли в праве общей долевой собственности в спорном жилом помещении, в связи с чем 18.09.2014 г. им было зарегистрировано за собой право собственности на 7/15 доли в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение. 

ФИО12 и ФИО13 приобрели право собственности на 4/15 и 4/15 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, на основании договора купли-продажи от 10.03.2017 г., заключенного с ФИО11, в лице законного представителя несовершеннолетней ФИО6, и ФИО7, с разрешения законного представителя ФИО11 (л.д. 89).

Управлением Росреестра по Самарской области 15.03.2017 г. было зарегистрировано право ФИО12 на 11/15 долей и ФИО13 на 4/15 долей в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение (л.д. 24-30).

За ФИО6 и ФИО7 право собственности на продаваемые ими ответчикам-истцам по 4/15 долей в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение были зарегистрированы в установленном законом порядке, были приобретены ими по договорам купли-продажи и договору дарения, сведения о которых содержатся в ЕГРН. Ответчики-истцы были осведомлены о совершении сделок купли-продажи, поскольку ФИО12 давал свое согласие на их произведение в связи с наличием у него права преимущественной покупки.

Сомнений в наличии воли собственника ФИО10 передать право собственности на 1/15 доли ФИО11 не возникает. 

Кроме того, ФИО10 при совершении сделки дарения от 10.06.2016 г. выступала в качестве представителя ФИО11 на основании доверенности, то есть действуя в таком качестве была осведомлена о переходе права собственности от ФИО11 по спорной доле к ФИО6 и ФИО7, не оспаривала это и предшествующий ему договор дарения (л.д. 62).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФИО18 при заключении договора купли-продажи с ФИО6 и ФИО7 не могли и не должны были усомниться в праве продавцов на отчуждение долей в праве общей долевой собственности на квартиру, поскольку право собственности за ними было зарегистрировано в установленном законом порядке, сведения об ограничении (обременении) права отсутствовали.

Доказательств обратного, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, истцом-ответчиком не представлено.

В соответствии со ст. 40 Конституции РФ каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, выше приведенные положения Конституции РФ, нормы закона, разъяснения постановления Пленума ВС РФ, суд приходит к выводу о том, что имеются все основания для признания ФИО18 добросовестными приобретателями 4/15 долей и 4/15 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, а соответственно для удовлетворения встречных исковых требований.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО10 к ФИО11, ФИО12, ФИО13 о признании договора дарения недействительным – отказать.

Встречные исковые требования ФИО12, ФИО13 удовлетворить.

Признать ФИО12, ФИО13 добросовестными приобретателями 8/15 долей в праве общей долевой собственности на 

<

адрес>, расположенную по адресу: 

<

адрес>, в 

<

адрес>, по договору купли-продажи от 10.03.2017 г. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд в месячный срок со дня его изготовления в окончательной форме с подачей жалобы через Куйбышевский районный суд г. Самары. 

Мотивированное решение изготовлено 02.08.2017 г.

Судья Н.Н. Кузина