ЛИПЕЦКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Дедова Е.Н. Дело №2-425/2025

Докладчик Рябых Т.В. №33-270/2026

УИД 48RS0002-01-2024-005861-59

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 января 2026 года судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе:

председательствующего Рябых Т.В.,

судей Наставшевой О.А., Юрченко В.А.,

с участием прокурора Кровопусковой Ю.А.,

при ведении протокола помощником судьи Акимовым А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Липецке гражданское дело по апелляционной жалобе истца ФИО7 на решение Октябрьского районного суда г. Липецка от 18 ноября 2025 года с учетом дополнительного решения от 18 ноября 2025г., которым постановлено:

«В удовлетворении исковых требований ФИО7 к ГУ МЧС России по Липецкой области о признании незаконными акта о расследовании группового несчастного случая, установлении нарушений требований охраны труда и правил безопасности, взыскании компенсации морального вреда отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО7 к ГУ МЧС России по Липецкой области об обязании ГУ МЧС России по Липецкой области составить акт о несчастном случае на производстве по форме № (форма Н-1) по обстоятельствам, произошедшим 16.06.2023 года - отказать».

Заслушав доклад судьи Рябых Т.В., судебная коллегия

установила:

ФИО7 обратился в суд с иском к Главному управлению МЧС России по Липецкой области о признании акта о расследовании несчастного случая на производстве незаконным, установлении нарушений требований охраны труда и правил безопасности работ, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований ссылался на то, что 16 июня 2023 г., находясь на службе, исполняя служебные обязанности, получил травму. По обстоятельствам произошедшего ответчиком проведено расследование и составлен акт о расследовании группового несчастного случая, согласно которого не установлена связь заболевания с исполнением трудовых обязанностей. Между тем на пожар 16 июня 2023 г. караул выехал не в полном составе, в действиях работодателя имеются нарушения требований правил охраны труда и правил безопасности работ. Считает, что ему причинен тяжкий вред здоровью вследствие исполнения служебных обязанностей. Общее заболевание не лишало его возможности исполнять служебные обязанности, ежегодные медицинские осмотры он проходил и вопрос о его категории годности к занимаемой должности работодателем не ставился. Именно 16 июня 2023 г. вследствие сильнейшей физической нагрузки, перенапряжения, он получил травму спины, после чего здоровье не восстановилось, до настоящего времени находится на больничном.

С учетом уточнения исковых требований просил признать незаконным акт о расследовании группового несчастного случая (легкого несчастного случая, тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом), по форме №, по обстоятельствам, произошедшим с ним 16 июня 2023 г.; обязать Главное управление МЧС России по Липецкой области составить акт о несчастном случае на производстве по форме № (форма Н-1) по обстоятельствам, произошедшим 16 июня 2023 г.; установить в действиях работодателя нарушения требований охраны труда и правил безопасности работ; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500000 руб.

Истец ФИО7 в судебное заседание не явился, его представитель по доверенности ФИО8 исковые требования поддержала. Дополнительно указала, что заключение судебной медицинской экспертизы содержит не достоверные выводы, экспертиза проведена экспертом ФИО1, имеющим квалификацию врач-педиатр, не являющимся специалистом в области травматологии, в связи с чем он не мог делать выводы об отсутствии травматического характера заболевания ФИО7 С учетом состояния здоровья ФИО7 работодатель не имел права допускать его к работе. Полагала, что суд должен был назначить повторную экспертизу, поручив ее проведение экспертам г. Тамбова, которые в своем ответе на запрос указали, что такой вид экспертизы проводится с обязательным привлечением специалиста - травматолога.

Представители ответчика ГУ МЧС России по Липецкой области по доверенности ФИО9, ФИО10 исковые требования не признали, ссылаясь на то, что материалами дела подтверждено то обстоятельство, что факт вреда здоровью ФИО7 имеет не травматический характер, а вызван длительным прогрессирующим заболеванием. Вины работодателя в заболевании ФИО7 нет.

Представитель третьего лица ФКУЗ «МСЧ МВД России по Липецкой области» по доверенности ФИО11 полагала иск не подлежащим удовлетворению. Указала, что ФИО7 не сообщал ни о какой травме врачам скорой помощи, в связи с чем его направили на лечение в неврологическое отделение. ФИО7 после происшествия был пролечен и выписан на службу. Комиссией врачей истец признан негодным к службе по причине заболевания, диагностированного с 2010 года.

Суд постановил решение, резолютивная часть которого приведена выше.

В апелляционной жалобе истец ФИО7 просит решение суда отменить и постановить новое об удовлетворении исковых требований в полном объеме, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, не согласившись с оценкой судом доказательств. Указывает, что суд не принял во внимание, что диагностированное до 16 июня 2023г. общее заболевание не лишало его возможности исполнять служебные обязанности, ежегодно работодатель принимал решение о его годности к занимаемой должности и именно 16 июня 2023г. вследствие сильнейшей физической нагрузки и перенапряжения, он получил травму спины. Суд не принял во внимание положения ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации, что расследованию подлежат события, в результате которых пострадавшими получены иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов.

В суд апелляционной инстанции истец ФИО7, представитель третьего лица ФКУЗ «МСЧ МВД России по Липецкой области» не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены в установленном законом порядке. Представитель третьего лица просил о рассмотрении дела в его отсутствие. Исходя из положений части 3 статьи 167, статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

Выслушав объяснения представителей ответчика ГУ МЧС России по Липецкой области по доверенностям ФИО12, ФИО10, возражавших против доводов апелляционной жалобы, прокурора Кровопускову Ю.А., полагавшую решение суда законным и обоснованным, проверив судебное постановление в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда.

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в федеральную противопожарную службу Государственной противопожарной службы (далее - федеральная противопожарная служба), ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника федеральной противопожарной службы регулируются нормами Федерального закона от 23 мая 2016 г. №141-ФЗ "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее Федеральный закон №141-ФЗ), Федеральным законом от 30 декабря 2012 г. N 283-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

В случаях, не урегулированных вышеуказанными нормативными правовыми актами, к правоотношениям, связанным со службой в федеральной противопожарной службе, применяются нормы трудового законодательства Российской Федерации.

Вопросы расследования, оформления (рассмотрение), учет микроповреждений (микротравм), несчастных случаев с 1 марта 2022 г. регулируется положениями статей 226 - 231 главы 36.1 Трудового кодекса Российской Федерации

Согласно положениям статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В соответствии с частью 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

При несчастных случаях, указанных встатье 227Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель (его представитель) обязан в числе прочего немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию; немедленно проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные вКодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а о тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом - также родственников пострадавшего; принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии сглавой 36Трудового кодекса Российской Федерации (абзацы первый,второй,пятыйишестой статьи 228Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласночасти 1 статьи 229Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек.

Частью 9 статьи 229Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что расследование несчастного случая, происшедшего в результате катастрофы, аварии или иного повреждения транспортного средства, проводится комиссией, образуемой работодателем (его представителем) в соответствии с порядком, установленным частями первой и второй настоящей статьи, с обязательным использованием материалов расследования катастрофы, аварии или иного повреждения транспортного средства, проведенного соответствующим федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, органами дознания, органами следствия и владельцем транспортного средства.

Сроки расследования несчастного случая установленыстатьей 229.1Трудового кодекса Российской Федерации, согласно положениямчастей 1и2которой расследование несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили легкие повреждения здоровья, проводится комиссией в течение трех дней. Несчастный случай, о котором не было своевременно сообщено работодателю или в результате которого нетрудоспособность у пострадавшего наступила не сразу, расследуется в порядке, установленном настоящимКодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, по заявлению пострадавшего или его доверенного лица в течение одного месяца со дня поступления указанного заявления.

По требованию комиссии в необходимых для проведения расследования случаях работодатель за счет собственных средств обеспечивает в числе прочего выполнение технических расчетов, проведение лабораторных исследований, испытаний, других экспертных работ и привлечение в этих целях специалистов-экспертов; фотографирование и (или) видеосъемку места происшествия и поврежденных объектов, составление планов, эскизов, схем; предоставление транспорта, служебного помещения, средств связи, специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты (часть 2 статьи 229.2Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 3 статьи 229.2Трудового кодекса Российской Федерации определено, что материалы расследования несчастного случая включают в том числе планы, эскизы, схемы, протокол осмотра места происшествия, а при необходимости - фото- и видеоматериалы; протоколы опросов очевидцев несчастного случая и должностных лиц, объяснения пострадавших; экспертные заключения специалистов, результаты технических расчетов, лабораторных исследований и испытаний; медицинское заключение о характере и степени тяжести повреждения, причиненного здоровью пострадавшего, или причине его смерти, нахождении пострадавшего в момент несчастного случая в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Конкретный перечень материалов расследования определяется председателем комиссии в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая (часть 4 статьи 229.2Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 5 статьи 229.2Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает, в частности, обстоятельства и причины несчастного случая, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть 7 статьи 229.2Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 30 Приказа Минтруда России от 20 апреля 2022 г. N 223н "Об утверждении Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве" несчастный случай, в результате которого пострадавшим получены повреждения, отнесенные в соответствии с установленными квалифицирующими признаками к категории легких, квалифицированный как несчастный случай, не связанный с производством, в том числе происшедший в отдельных отраслях и организациях, оформляется актом о расследовании несчастного случая по форме N 5, предусмотренной приложением N 2 к настоящему приказу.

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействиями работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса РФ).

Согласно статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 1 июля 2019 года с ФИО7 заключен контракт о службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы по должности начальника караула 8 пожарно-спасательной части 3 пожарно-спасательного отряда федеральной противопожарной службы Главного управления МЧС России по Липецкой области.

С 30 декабря 2021 года ФИО7 переведен на должность начальника караула 3 пожарно-спасательной части 3 пожарно-спасательного отряда федеральной противопожарной службы Главного управления МЧС России по Липецкой области.

16 июня 2023 года ФИО7 участвовал в качестве начальника караула в составе дежурного караула 3 ПСЧ 3 ПСО ФПС ГУ МЧС России по Липецкой области в тушении пожара автосервиса «Авто Шанс сервис» по адресу: 

<

адрес>.

Как следует из объяснений истца, в ходе тушения пожара он почувствовал боль в спине и больше не смог выполнять служебные обязанности. Врач скорой медицинской помощи, находящийся на месте пожара, сделал ему обезболивающий укол. После возвращения в 3 ПСЧ 3 ПСО ФПС Главного управления МЧС России по Липецкой области боль не проходила, ему была вызвана скорая помощь, врачи которой поставили диагноз 

<

данные изъяты>, он снят с дежурства.

С 16 июня 2023г. по 19 июля 2023г. истец находился на амбулаторном лечении в ФКУЗ «МСЧ МВД России по Липецкой области» с диагнозом 

<

данные изъяты>. Выписан с улучшением к труду.

Согласно заключению эксперта ГУЗ «Липецкое областное БСМЭ» ФИО1 № в представленных медицинских документах 16 июня 2023 года и далее, данных о наличии каких-либо телесных повреждений (травм) у ФИО7 не имеется. Эксперт указал, что после 16 июня 2023 года у ФИО7 имело место обострение хронических заболеваний, включая 

<

данные изъяты>. Имевшиеся у ФИО7 заболевания 

<

данные изъяты> причинно-следственно не связаны с исполнением им служебных обязанностей при тушении пожара 16 июня 2023 года, так как вышеуказанные патологии развивались на протяжении многих лет, начиная с 2010 года, и являются результатом хронических дегенеративных процессов.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для признания акта № от 5 августа 2024 года о расследовании несчастного случая, произошедшего 16 июня 2024 года с ФИО7 недействительным, о возложении на работодателя обязанности составить акт о несчастном случае на производстве по форме № (форма Н-1), при этом суд исходил из того, что доказательств получения ФИО7 повреждения здоровья при исполнении им служебных обязанностей, которое повлекло стойкую утрату им профессиональной трудоспособности не представлено. Суд согласился с выводами ответчика о том, что несчастный случай, произошедший с ФИО7 нельзя квалифицировать как связанный с производством, исходя из объяснений самого потерпевшего, который 16 июня 2024г. не ссылался на получение им травмы.

Нарушений при проведении расследования несчастного случая судом не установлено.

Рассматривая требования ФИО7 о компенсации морального вреда в связи с недействительностью акта о несчастном случае, суд первой инстанции исходил из того, что по смыслу положений статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 219, 220, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием. Поскольку несчастный случай с ФИО7 квалифицирован как не связанный с производством, страховой случай не наступил, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии основания для компенсации морального вреда.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, осуществляется по нормам Федеральногозаконаот 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее также - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат в числе других физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем (абзац второй пункта 1 статьи 5Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Несчастным случаем на производстве в силуабзаца десятого статьи 3Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральнымзакономслучаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В абзаце третьем пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" содержатся разъяснения о том, что для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:

- относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть 2 статьи 227Трудового кодекса Российской Федерации);

- указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть 3 статьи 227Трудового кодекса Российской Федерации);

- соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным вчасти 3 статьи 227Трудового кодекса Российской Федерации;

- произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ);

- имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится вчасти 6 статьи 229.2Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.

По общему правилу несчастным случаем на производстве признается и подлежит расследованию в установленном порядке событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах как на территории работодателя, так и за ее пределами, повлекшее необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Для расследования несчастного случая работодателем (его представителем) образуется комиссия. По ее требованию в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая за счет средств работодателя для проведения расследования могут привлекаться специалисты-эксперты, заключения которых приобщаются к материалам расследования. На основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает, в том числе обстоятельства и причины несчастного случая с работником, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем, и квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Как следует из материалов дела, на основании рапорта ФИО7 от 9 июля 2024г. ответчиком создана комиссия по расследованию травмы на производстве (л.д.124-126, том 2).

Истцу направлено уведомление с разъяснением права участвовать в расследовании несчастного случая, произошедшего 16 июня 2023г.

В рамках расследования несчастного случая комиссией получена информация от ФКУЗ «МСЧ МВД России по Липецкой области» от 16 июля 2024г. о невозможности выдачи медицинского заключения о характере и степени их тяжести (форма №315/у) на ФИО7, так как по данным медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях ФИО7, информации о получении им каких- либо травм за период с 1 января 2023г. по 31 декабря 2023г. не содержится. Кроме того, комиссией опрошены пострадавшие при несчастном случае (очевидцы несчастного случая), получены объяснения ФИО7, должностные обязанности истца, изучены журналы, карточки по тушению пожара, карта № оценки профессиональных рисков, медицинские документы и иные сведения (л.д. 117-233, том 2).

По итогам расследования составлен акт о расследовании группового несчастного случая (легкого несчастного случая) от 5 августа 2024г. по форме №, установлены обстоятельства несчастного случая: 16 июня 2023г. ФИО7 заступил на суточное дежурство с 08 час. 00 мин. в должности начальника караула 3 ПСЧ 3 ПСО ФПС ГУ МЧС России по Липецкой области. В 11 ч. 38 мин. 16 июня 2023г. от диспетчера поступило сообщение о загорании автосервиса по адресу: 

<

адрес>. В составе дежурного караула выехали к месту выезда (в составе трех человек) начальник караула ФИО7, помощник начальника караула ФИО2 и водитель пожарной машины ФИО3 Также к месту вызова вызваны дополнительные силы 2 АЦ (11 человек) и прибыл АПП (3 человека). В ходе тушения пожара начальник караула 3 ПСЧ 3 ПСО ФПС ГУ МЧС России по Липецкой области ФИО7 почувствовал боль в спине и не смог больше принимать участие в тушении пожара. Он обратился в скорую помощь, которая находилась на месте тушения пожара и ему сделали обезболивающий укол. После возвращения в 3 ПСЧ 3 ПСО ФПС ГУ МЧС России по Липецкой области боль у ФИО7 не проходила, и ему была вызвана скорая помощь, которая поставила диагноз 

<

данные изъяты>, рекомендовано обратиться к участковому врачу, ФИО7 снят с дежурства. С 16 июня 2023г. ФИО7 находился на амбулаторном лечении, ему поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. В ГУЗ «ЛОКБ» поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>.

В соответствии с актом, составленным 5 августа 2024 года, комиссия приняла решение квалифицировать указанный несчастный случай как несвязанный с производством.

14 июля 2025г. с ФИО7 расторгнут контракт о прохождении службы в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и он уволен со службы в федеральной противопожарной службе по пункту 8 части 2 статьи 83 Федерального закона от 23 мая 2016г. № 141- ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (по состоянию здоровья на основании заключения военно-врачебной комиссии об ограниченной годности к службе в федеральной противопожарной службе и о невозможности выполнять служебные обязанности в соответствии с замещаемой должностью при отсутствии возможности перемещения по службе).

Суд верно исходил из того, что к основным задачам ФИО7 в соответствии с должностной инструкции относятся выезд на тушение пожаров и проведение АСР.

ФИО7 прошел обучение и инструктаж по занимаемой должности.

Как следует из журналов регистрации пожаров, 16 июня 2023 г. в 11 ч. 38 мин. поступило сообщение о пожаре.

В 11 ч. 43 мин. к месту вызова прибыло отделение 3 ПСЧ на АЦ-2,0-40 в количестве 3 человек личного состава во главе с начальником караула ФИО7. (РТП-1). Указанное отделение оценило обстановку на пожаре, осуществили разведку очага пожара, в 11 ч. 44 мин. подачу ствола РСК-50 на тушение.

В 11 ч. 45 мин. к месту вызова прибыли 2 отделения СПСЧ ФПС Главного управления в составе 11 человек личного состава.

Звеном ГДЗС СПСЧ подан ствол СВД на тушение.

В 11 ч. 47 мин. ФИО7 объявлена локализация пожара.

В 11 ч. 53 мин. к месту вызова прибыла дежурная смена СПТ на АПП в составе 3 человек личного состава во главе с заместителем начальника СПТ - начальником дежурной смены СПТ ФИО4 (РТП-2).

В 11 ч. 59 мин. ФИО4 объявлена ликвидация открытого горения.

В 12 ч. 23 мин. мужчина из числа работников автосервиса обратился в скорую помощь с признаками отравления продуктами горения.

В 13 ч. 30 мин. ФИО4 объявлена ликвидация последствий пожара. Данному пожару присвоен ранг №1, не является пожаром повышенной категории сложности.

Таким образом, на месте тушения пожара караул истца находился до прибытия 2 отделения СПСЧ 2 минуты.

Как следует из донесения о пожаре от 16 июня 2023г. №, составленным ФИО7, им в разделе «последствия пожара» указано об отсутствии полученных травм личным составом пожарной охраны (л.д.138,139, том 2).

Врачами скорой медицинской помощи, находящейся на месте пожара, установлен ФИО7 диагноз 

<

данные изъяты>, рекомендовано обращение к врачу.

Согласно материалам дела на тушение пожара 16 июня 2023 г. выехал караул в составе начальника караула ФИО7, помощника начальника караула ФИО2 и водителя пожарной машины ФИО3

Из объяснений ФИО7 от 22 июля 2024г. следует, что «вследствие перезагрузки на организм тяжести на опорно-двигательный аппарат в процессе тушения пожара», он получил травму и не смог больше принимать участие в тушении пожара.

ФИО2 в объяснениях указал, что по приезду на место ФИО7, поставил задачи создать звено и подать ствол на тушение. После локализации он (ФИО2) поднялся на крышу автосервиса и приступил к разборке конструкций. Когда спустился вниз, то увидел, что ФИО7 стоит у автомобиля скорой медицинской помощи. По прибытию в часть у ФИО7 снова заболела спина, была вызвана скорая помощь.

Согласно объяснениям ФИО3 по прибытию на место тушения пожара ФИО7 была поставлена задача работать на насосе, он приступил к ее выполнению. Спустя некоторое время он увидел, что ФИО7 сидит на стуле. На его вопрос «Что случилось?», он ответил, что прихватило спину.

Комиссией опрошены иные сотрудники (очевидцы) с места пожара. Так, ФИО5 показал, что проливал кровлю с начальником караула ФИО2 По окончании работ спустился вниз и увидел, как начальник караула ФИО7 сидит на стуле, а на его вопрос «Что случилось?», ответил, что прихватило спину. В машине скорой помощи ФИО7 сделали обезболивающий укол, ему стало лучше, а по возвращению в подразделение боль у истца усилилась и была вызвана скорая помощь, после осмотра выдана справка, на основании которой ФИО7 был снят с дежурства.

Из объяснений ФИО6 следует, что ФИО7 на месте пожара травм не получал, истец жаловался, что прихватило спину.

Аналогичные объяснения даны ФИО4

Таким образом, вопреки доводам истца данных о том, что 16 июня 2023г. ФИО7 при тушении пожара получил травму в материалах дела не имеется. Сам истец стал ссылаться на получение травмы при исполнении обязанностей только более чем через 20 дней.

Как следует из материалов дела и заключения эксперта ФИО1, ФИО7 

<

данные изъяты>.

При прохождении ФИО7 периодических медицинских осмотров противопоказаний к работе не выявлялось, ФИО7 на это также не указывал.

Доказательств того, что вредные и (или) опасные производственные факторы, сопряженные с работой пожарного, способствовали наступлению несчастного случая с ФИО7 16 июня 2023г. при исполнении им трудовых обязанностей по тушению пожара, в материалах дела не имеется. Сам ФИО7 не указывал обстоятельства получения травмы, при выполнении каких именно служебных функций, ссылаясь на общий вид происшествия как физические перегрузки и перенапряжения. Ни истец, ни очевидцы тушения пожара не ссылались на то, что ФИО7 тушение пожара осуществлял каким-либо средствами тушения, требующими значительных физических нагрузок, которые способствовали развитию у ФИО7 заболевания 

<

данные изъяты>, что позволяет говорить о непосредственной связи между наступившем заболевании ФИО7 и обстоятельствами его нахождения на месте тушения пожара.

При этом ФИО7 не отрицал, что по поводу заболеваний спины обращался в медицинские организации регулярно с 2010г., был признан годным к работе по итогам периодического медицинского осмотра в 2022г., а также 19 июля 2023г. по данным заболеваниям.

Все обязанности по отношению к ФИО7 в области охраны труда и техники безопасности выполнены работодателем: ответчик направлял истца на медицинский осмотр в целях определения соответствия состояния его здоровья поручаемой работе, и был признан годным к осуществлению работ по должности начальника караула.

Заключением судебно-медицинской экспертизы наличие у ФИО7 диагноза, развивающегося с 2010г., включая 

<

данные изъяты> и др. как основного заболевания подтверждено.

Допрошенный в судебном заседании в качестве эксперта ФИО1 объяснил, что состояние здоровья ФИО7 после 16 июня 2023 года явилось осложнением имеющихся у него на тот момент заболеваний, в том числе 

<

данные изъяты>. Причиной осложнений могла выступить любая физическая нагрузка. За период с 2010 года по 2023 года включительно у ФИО7 развивались 

<

данные изъяты>.

Оснований не доверять заключению эксперта ни у суда первой, ни у суда апелляционной инстанции не имеется.

Несогласие истца с заключением судебной медицинской экспертизы также не может служить основанием для отмены по существу правильного судебного постановления, поскольку судом обоснованно принято в качестве допустимого, достоверного и достаточного доказательства экспертное заключение, которое имеют подробное описание проведенных исследований, содержит полные, мотивированные, научно обоснованные ответы на поставленные перед экспертом вопросы, выводы эксперта согласуются с иными представленными в деле доказательствами, оценка заключениям судебно-медицинских экспертиз дана с учетом совокупности иных доказательств по делу. Нарушений требований процессуального законодательства при оценке судом доказательств по делу, в том числе экспертного заключения, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Факт наличие у эксперта специальности врача педиатра общей практики основанием к признанию заключения экспертизы недопустимым доказательством не является, поскольку у эксперта имеет квалификация – судебно-медицинский эксперт, что является достаточным для дачи заключения по данному виду экспертизы.

Учитывая, что материалы дела не содержат сведений и доказательств о том, что 16 июня 2023г. истцом получена травма при исполнении служебных обязанностей, то суд апелляционной инстанции полагает обоснованными выводы суда первой инстанции об отказе ФИО7 в удовлетворении иска в полном объеме.

Ссылка в апелляционной жалобе на несогласие с выводами суда первой инстанции подлежат отклонению, поскольку, отказывая в иске, суд первой инстанции принял во внимание положения главы 36.1 Трудового кодекса Российской Федерации в совокупности с исследованными доказательствами.

В целом доводы апелляционной жалобы заявителя повторяют его позицию по делу и не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного решения по существу, в связи с чем, признаются судебной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом не допущено.

Руководствуясь статьей 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Липецка от 4 сентября 2025г. с учетом дополнительного решения от 18 ноября 2025г. оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО7 - без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи:

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 9 февраля 2026г.