дело №12-58/2018 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 мая 2018 года город Буденновск

Судья Буденновского городского суда Ставропольского края Пронькина В.А. с участием должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Ставропольскому краю ФИО1 

рассмотрел в открытом судебном заседании дело об административном правонарушении в отношении:

ФИО2, 

<

данные изъяты>

поступившее с жалобой ФИО2 на постановление № ИДПС ОВДДПС ОГИБДД ОМВД России по Буденновскому району ФИО1 от 27.03.2018г. о наложении административного штрафа, 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Буденновскому району лейтенанта полиции ФИО1 № от 27.03.2018 года ФИО2 привлечен к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ за перевозку на заднем сиденье ребенка с использованием детского удерживающего кресла которое не было зафиксировано ремнем безопасности, с назначением штрафа в размере 3000 рублей.

В жалобе ФИО2 указал о несогласии с указанным постановлением по следующим основаниям.

27.03.2018 года примерно в 07 ч. 50 мин., ФИО2 совместно со своим ребенком двигался по территории жилой зоны расположенной в микр. № 

<

адрес> на автомобиле Лада Веста Г/Н 

<

данные изъяты> РУС, где в близи садика «Звездочка № » был остановлен сотрудником ГИБДД ГАС, который попросил открыть задние двери автомобиля, после открытия дверей указанный сотрудник без разрешения и без участия понятых, а так же не производя видео-фиксацию своих действий протянул руку к ребенку ФИО2 и начал дергать кресло в месте с ребенком проверяя его крепление, после чего данный сотрудник протянул руку за детское удерживающее кресло и отстегнул ремень безопасности фиксирующий указанное кресло. Сразу же после произведенных махинаций, указанный сотрудник ГИБДД все начал снимать на свой личный сотовый телефон. Он неоднократно выражал свое несогласие с незаконными действиями сотрудника ГИБДД ГАС

Так же необходимо отметить, что при осмотре автомобиля Лада Веста Г/Н 

<

данные изъяты> РУС присутствовал только один сотрудник, а именно ГАС После чего указанный сотрудник позвал ФИО2 пройти за собой к служебному автомобилю «HYNDAY», где передал документы ФИО2 инспектору ДПС ОГИБДД ОМВД России по Буденновскому району лейтенанту полиции ФИО1, который начал составлять на ФИО2 административный материал по ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ, начал отбирать объяснения от САВ который даже и не видел самого кресла и незаконных действий сотрудника ГИБДД ГАС, а так же составлять протокол 

<

адрес> и постановление №.

Согласно которых установлено, что по адресу: 

<

адрес> гр. ФИО2 перевозил на заднем сиденье ребенка с использованием детского удерживающего кресла которое не было зафиксировано ремнем безопасности, за данное правонарушение на ФИО2 наложен штраф в размере 

<

данные изъяты> руб.

Необходимо отметить следующее, что при привлечении ФИО2 к административной ответственности был нарушен порядок, поскольку первоначально инспектором ГИБДД было вынесено постановление о наложении административного штрафа, с которым ФИО2, не согласился и только после этого этим же инспектором был составлен протокол об административном правонарушении.

По мнению заявителя в результате действий инспектора ГИБДД ФИО1 грубо нарушены процессуальные нормы, предусмотренные КоАП РФ при производстве дела об административном правонарушении.

Ст. 29.1 КоАП РФ предусматривает, что должностное лицо при подготовке к рассмотрению дела об административном правонарушении выясняет правильно ли составлены протокол об административном правонарушении и другие протоколы, предусмотренные Кодексом, а также правильно ли оформлены иные материалы дела. Однако перед рассмотрением дела, инспектор ГИБДД ФИО1 не проверил наличия в деле доказательств события административного правонарушения в действиях ФИО2. В связи с этим, были нарушены основополагающие принципы процедуры административного производства.

В соответствии со ст. 24.1. КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела. Однако о какой объективности может идти речь, когда и Постановление и протокол составлен одним и тем же лицом, непосредственно заинтересованным в исходе дела, и при этом не было проведено полного и всестороннего выяснения обстоятельств дела.

Считает этот факт существенным процессуальным нарушением, исключающим в нарушение ст. 24.1 КоАП РФ принципы объективности и всесторонности при рассмотрении дела об административном правонарушении, поскольку инспектор ГИБДД ФИО1 надуманно не принял во внимание, что инспектор ГИБДД ГАС отстегнул ремень безопасности от детского кресла.

В соответствии с ч. 1 ст. 1.6. КоАП РФ, лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении не иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

В силу положений ст. 26.1 КоАП РФ по делу об административном правонарушении выяснению подлежат: наличие события административного правонарушения, лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые названным кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, виновность лица в совершении административного правонарушения, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность, характер и размер ущерба, причинённого административным правонарушением, обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Согласно п. 22.9 ПДД РФ, утверждённых постановлением Совета Министров-Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, перевозка детей допускается при условии обеспечения их безопасности с учётом особенностей конструкции транспортного средства. Перевозка детей до 12-летнего возраста в транспортных средствах, оборудованных ремнями безопасности, должна осуществляться с использованием детских удерживающих устройств, соответствующих весу и росту ребенка, или иных средств, позволяющих пристегнуть ребенка с помощью ремней безопасности, предусмотренных конструкцией транспортного средства, а на переднем сиденье легкового автомобиля - только с использованием детских удерживающих устройств.

Из буквального толкования данной нормы следует, что перевозка детей до 12-летнего возраста на заднем сиденье транспортного средства возможна с использованием как детских удерживающих устройств, соответствующих весу и росту ребёнка, так и иных средств, позволяющих пристегнуть ребёнка с помощью ремней безопасности.

В соответствии с пунктом 2.1.3 ГОСТ Р 41.44-2005 «Единообразные предписания, касающиеся удерживающих устройств для детей, находящихся в механических транспортных средствах», утверждённого приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 20 декабря 2005 г. N 318-ст ), детские удерживающие устройства могут быть двух конструкций: цельной, включающей в себя комплект лямок или гибких элементов с пряжкой, устройство регулирования, крепления и, в некоторых случаях, дополнительное сиденье и/или противоударный экран, который может быть прикреплён с помощью собственной цельной лямки или лямок; нецельной, включающей в себя частичное удерживающее устройство, которое при использовании в сочетании с ремнём безопасности для взрослых, проходящим вокруг туловища ребёнка, или удерживающим устройством, в котором находится ребёнок, образует детское удерживающее устройство в комплекте.

Из содержания постановления инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Буденновскому району лейтенанта полиции ФИО1 усматривается, что ребёнок перевозился на заднем сиденье с использованием детского удерживающего устройства.

Объективная сторона административного правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотрена ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ, выражается в невыполнении и водителем обязанности при движении на транспортном средстве, перевозить детей до 12 лет с использованием детских удерживающих устройств.

Таким образом, довод сотрудника ГИБДД ФИО1 о том, что кресло не было зафиксировано ремнем безопасности не видя того как сотрудник ГИБДД ГАС его отстегнул, не может быть принят во внимание, поскольку, заявитель изначально не признавал своей вины в инкриминированном правонарушении считая действия сотрудника ГИБДД ГАС незаконными.

Более того, необходимо отметить, что при составлении на ФИО2 - 27.03.2018 года протокола об административном правонарушении, инспекторы ОГИБДД ОМВД России по Буденновскому району оформляли по ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ массово, по мнению заявителя действия сотрудников ГИБДД были поставлены на конвейер, с целью массового получения выгоды для государства, что категорически не допустимо.

Он полагает, что необоснованно привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ, поскольку вмененное правонарушение по п. 22.9 ПДД РФ не является законным, заявитель настаивал и настаивает что ребенок перевозился в кресле пристегнутым, а факт перевозки ребенка без удерживающего кресла сотрудниками ГИБДД не доказан, так же как и не доказан факт отсутствия крепления кресла на момент остановки Т/С ФИО2, поскольку съемка началась после незаконных действий сотрудника ГИБДД ГАС выразившихся в нарушении прав ФИО2, который расценивает указанные действия как порочащие честь и достоинство сотрудников ГИБДД.

На основании вышеизложенного, ФИО2 просит:

- отменить постановление № от 27.03.2018 года и прекратить производство по делу в отношении ФИО2 в связи с отсутствием состава административного правонарушения;

- в случае признания ФИО2 виновным в совершении правонарушения предусмотренного ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ прекратить производство применив малозначительность правонарушения.

В судебное заседание ФИО2 не явился, будучи надлежащим образом извещенный о времени и месте его проведения.

Суд счел возможным рассмотрение дела без участия ФИО2

ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Ставропольскому краю ФИО1 с доводами жалобы не согласился, пояснив, что факт совершения ФИО2 административного правонарушения подтверждается доказательствами: протоколом об административном правонарушении, объяснениями свидетелей сотрудников ГАС и САВ, видеозаписью. Доводы жалобы, что сотрудник ГАС сам отстегнул удерживающее устройство в автомобиле ФИО2, считает необоснованными, поскольку он находился рядом и видел, что ГАС не совершал этих действий. 

Суд, выслушав ИДПС ФИО1, свидетеля ГАС, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Обжалуемое постановление было вынесено 27.03.2018г. в 08 часов 20 мин., как отражено в нем ФИО2 оспаривал его. 

Согласно ч. 1 ст. 28.6 КоАП РФ, в случае, если при совершении физическим лицом административного правонарушения назначается административное наказание в виде предупреждения или административного штрафа, протокол об административном правонарушении не составляется, а уполномоченным на то должностным лицом на месте совершения административного правонарушения выносится постановление по делу об административном правонарушении о назначении административного наказания в виде предупреждения или административного штрафа в порядке, предусмотренном статьей 29.10 настоящего Кодекса. Копия постановления по делу об административном правонарушении вручается под расписку лицу, в отношении которого оно вынесено.

Согласно ч. 2 ст. 28.6 КоАП РФ, в случае, если лицо, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, оспаривает наличие события административного правонарушения и (или) назначенное ему административное наказание, составляется протокол об административном правонарушении.

27.03.2018г. в 08 часов 35 минут был составлен протокол об административном правонарушении, в котором указаны два свидетеля - сотрудники ДПС ОГИБДД ОМВД России по Ставропольскому краю ГАС и САВ

Из объяснений указанных свидетелей от 27.03.2018г. следует, что 27.03.2018г. ФИО2 перевозил на заднем сиденье ребенка с использованием детского удерживающего кресла которое не было зафиксировано ремнем безопасности.

Эти же обстоятельства свидетель ГАС подтвердил в судебном заседании, дополнив, что он категорически отрицает доводы жалобы о том, что сам отстегнул удерживающее устройство. Если бы это так, как указывает ФИО2 в жалобе, то для этого ему пришлось бы проделать несколько неудобных манипуляций, однако ничего такого он не делал. Он увидел, что удерживающее кресло, в котором находился ребенок 5-6 лет, не было зафиксировано ремнем безопасности, стал фиксировать это на камеру своего телефона, после этого Попов стал возмущаться. 

В совокупности данные протокола об административном правонарушении от 11.10.2017г., показания свидетелей ГАС и САВ полностью опровергают доводы ФИО2 о его невиновности.

ФИО2 не приведено ни одного доказательства, подтверждающего изложенные в жалобе обстоятельства.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о доказанности обстоятельств, изложенных в обжалуемом постановлении о совершении ФИО2 27.03.2018г. административного правонарушения, которому дана правильная юридическая квалификация по ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ и назначено наказание.

С учетом этого, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого постановления по доводам жалобы.

Руководствуясь п. 1 ч.1 ст. 30.7, ст. 30.8, ст. 30.9 КоАП РФ,

РЕШИЛ:

Постановление № от ДД.ММ.ГГГГ ИДПС ОВДДПС ОГИБДД ОМВД России по Буденновскому району ФИО1 в отношении ФИО2 о наложении административного штрафа оставить без изменения, а жалобу последнего - без удовлетворения.

Настоящее решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд в течение 10 дней со дня вручения (получения) его копии порядке, установленном ст. 30.9 КоАП РФ, через Буденновский городской суд.

Судья Пронькин В.А.