Дело № 2-598/2017

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

10 мая 2017 года г. Бугульма РТ

Бугульминский городской суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Фроловой И.Н. при секретаре Печерской Е.Л., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному автономному учреждению социального обслуживания «Центр социальной адаптации для лиц без определенного места жительства и занятий «Маяк» Министерства труда, занятости и социальной защиты Республики Татарстан в Бугульминском муниципальном районе РТ (ГАУСО ЦСА «Маяк») о взыскании незаконно недоплаченной премии, неначисленной премии,, доплаты заработной платы за работу во время перерыва для отдыха, доплаты заработной платы за совмещение должности охранника, процентов за просрочку выплат, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском в защиту своих трудовых прав.

В исковом заявлении указала, что с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ работала в ГАУСО ЦСА «Маяк» в должности администратора. За весь период работы у истца не было ни одного взыскания, однако в ДД.ММ.ГГГГ года ей была выплачена премия ко Дню Республики в размере 1000 рублей вместо положенной 3000 рублей. Кроме того, согласно приказу зам. министра ФИО 1 № от ДД.ММ.ГГГГ. были премированы администраторы в размере 3000 рублей, данная премия истцу не выплачивалась, просит взыскать 5000 рублей премии и проценты за задержку в размере 451 рубль 80 копеек. Согласно трудовому договору истцу установлена рабочая смена продолжительностью 22 часа с двумя обеденными перерывами с 13 часов до 14 часов и с 2 часов до 03 часов. Фактически ночной перерыв с 2 часов до 3 часов использовать было запрещено, так как по должностной инструкции администратор в ночное время не может покидать центр и спать. Считает, что этот час должен оплачиваться, поэтому просит взыскать за переработку в течение 127 смен с 01.06.2015 по 22.10.2016 года с учетом ночной надбавки 4091 рубль 24 копейки и проценты в сумме 354 рубля 57 копеек С ДД.ММ.ГГГГ. на администраторов были возложены дополнительные обязанности в связи с тем, что не стало охранников. Доплата заработной платы за работу в качестве охранника истцу не производили, просит взыскать из расчета среднего заработка охранника в 12000 рублей, доплаты 50% от этого заработка за 11 календарных месяцев. Нарушения со стороны работодателя привели истца к нервным срывам, страданиям, чувству унижения. Просит взыскать с ответчика компенсацию причиненного ей морального вреда 10000 рублей. 

В ходе судебного разбирательства ФИО1 и ее представитель по устному заявлению ФИО2 исковые требования поддержали. 

Представители ответчика ГАУСО ЦСА «Маяк» ФИО3 и ФИО4 в суде иск не признали, представили письменный отзыв на иск, просили в иске отказать, заявили о пропуске истцом срока для обращения в суд. 

Заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, суд считает иск обоснованным и подлежащим удовлетворению в части.

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года истец ФИО1 работала по трудовому договору в ГАУСО ЦСА «Маяк» в должности администратора.

В период работы истца в ГАУСО ЦСА «Маяк» производилось премирование работников ко Дню республики, а после увольнения истца - премирование по итогам работы за 9 месяцев ДД.ММ.ГГГГ. Выплата премии ко Дню республики произведена ДД.ММ.ГГГГ года на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ года, ФИО1 премия выплачена в размере 1000 рублей, по итогам 9 месяцев – ДД.ММ.ГГГГ года на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ года, квартальная премия ФИО1 вообще не выплачена в связи с ее увольнением на момент издания приказа о выплате премии.. 

Право работодателей стимулировать своих работников закреплено в ч. 1 ст. 191 ТК РФ, конституционной основой выступают ст. ст. 34 и 35 Конституции РФ. Однако ч. 3 ст. 55 и ч. 3 ст. 56 Конституции РФ предусмотрено, что права, гарантированные приведенными статьями, могут быть ограничены федеральным законом. Эти ограничения должны преследовать хотя бы одну из легитимных целей, перечисленных в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ. Кроме того, ч. 3 ст. 17 Конституции РФ содержит общеправовой запрет на злоупотребление правом, нарушение которого имеет последствием, как правило, отказ в удовлетворении требований злоупотребившей стороны.

Право работодателей на установление конкретной системы стимулирования предусмотрено ст. 57 ТК РФ о содержании трудового договора, а также ст. ст. 8 (право на принятие локальных нормативных актов) и 135 ТК РФ (об установлении систем оплаты труда).

Вместе с тем ни условия трудового договора, ни положения локального нормативного акта не могут противоречить нормам федерального закона, в противном случае применяются нормы федерального закона. Таким образом, право работодателя на установление системы стимулирования и ее применение не абсолютно 

Еще одним распространенным принципом права является запрет на дискриминацию, являющийся международным отраслевым принципом и закрепленный также в ст. 3 ТК РФ, согласно ч. 2 которой никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

Для применения этого принципа необходимо, чтобы у работника возникло право на получение стимулирующей выплаты. Буквально согласно ст. 191 ТК РФ работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Включение в локальном нормативном акте об оплате труда условия, при котором работник, отработавший весь положенный для премирования период времени, лишается права на получение премии исключительно в связи с увольнением по собственному желанию, свидетельствует о дискриминации, так как расторжение трудового договора по инициативе работника является его исключительным правом, и работодатель не может своими действиями создавать условия, при которых увольнение по данному основанию будет приводить к негативным для работника последствиям, в том числе в виде лишения последнего права на премию за полностью отработанный им период, так как реализация права на увольнение по собственному желанию никаким образом не связана с деловыми качествами работника, поэтому неначисление истице премии за отработанный период (9 месяцев), по результатам которого производилось премирование, является незаконными, нарушающими права истицы, гарантированные ей ч. 3 ст. 37 Конституции РФ и ст. 3 ТК РФ. 

Премии за квартал и год входят в систему оплаты труда, поскольку выплачиваются работнику за труд, т.е. за исполнение им своих трудовых обязанностей, связаны с результатами деятельности и выполнением установленных показателей, следовательно, являются частью заработной платы работника. При этом отказ от выплаты премии работнику, уже не работающему в компании, но отработавшему период, за который выплачивается премия, является дискриминационным. 

Прекращение трудового договора с работодателем, по общему смыслу закона, не лишает работников права на получение соответствующих стимулирующих выплат. Истицей фактически отработан период (9 месяцев ДД.ММ.ГГГГ года), за который другим работникам начислена премия в размере 3000 рублей. Каких-либо доказательств, свидетельствующих об отсутствии ее личного вклада в выполнение работы, ответчиком не представлено.

В связи с вышеизложенным суд приходит к выводу, что премия, приказ о выплате которой был издан после прекращения трудового договора с работником, подлежит выплате работнику, еще работавшему в указанном периоде и выполнявшему требования для начисления премии, в связи с чем положения локального нормативного акта в этой части не подлежат применению как противоречащие федеральному законодательству, а с ответчика в пользу истца подлежат взысканию 3000 рублей и проценты за просрочку выплаты за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 332,85 рублей.

Срок обращения в суд по требованиям о выплате премий не пропущен, так как ответчиком не представлено доказательств того, что уведомление истца о размере начисленной ко Дню Республики премии произведено ранее ДД.ММ.ГГГГ года.

Решение работодателя о выплате истцу премии ко Дню Республики в размере 1000 рублей, а не 3000 рублей, как просит истец, принято им в пределах своей компетенции, с учетом конкретных замечаний по работе истца, на основании действующего локального нормативного акта, согласовано с комиссией по премированию и не подлежит пересмотру судом. Основания для доплаты премии ко Дню Республики отсутствуют.

Согласно статье 108 Трудового кодекса Российской Федерации, в течение рабочего дня (смены) работнику должен быть предоставлен перерыв для отдыха и питания продолжительностью не более двух часов и не менее 30 минут, который в рабочее время не включается.

Время предоставления перерыва и его конкретная продолжительность устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка или по соглашению между работником и работодателем.

На работах, где по условиям производства (работы) предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно, работодатель обязан обеспечить работнику возможность отдыха и приема пищи в рабочее время. Перечень таких работ, а также места для отдыха и приема пищи устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка.

Истец заявляет, что по трудовому договору ей установлена рабочая смена продолжительностью 22 часа с двумя обеденными перерывами с 13 часов до 14 часов и с 2 часов до 03 часов. Фактически ночной перерыв с 2 часов до 3 часов использовать запрещено, так как по должностной инструкции администратор в ночное время не может покидать центр и спать. Считает, что этот час должен оплачиваться, поэтому просит взыскать за переработку в течение 127 смен с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года с учетом ночной надбавки 4091 рубль 24 копейки и проценты в сумме 354 рубля 57 копеек.

Ответчик по существу не опровергает доводы истца, признает запрет на выход с территории Центра и на сон во время перерыва для отдыха, при этом поясняет суду, что у администратора имеется комната отдыха, где созданы условия для отдыха (диван) и приема пищи. 

В связи с тем, что в ночное время дежурный администратор является единственным сотрудником ГАУСО ЦСА «Маяк» и в любое время в течение рабочей смены должен выполнять свои должностные обязанности, в том числе и во время перерыва для отдыха в 2 до 3 часов ночи, когда может возникнуть необходимость в его участии в разрешении возникшей проблемы, суд приходит к выводу, что характер работы истца отвечает критериям части 3 статьи 108 ТК РФ, так как по условиям производства (работы) предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно, а работодатель обеспечивает работнику лишь возможность отдыха и приема пищи в рабочее время. Следовательно, час рабочей смены с 2 до 3 часов, учтенный работодателем как неоплачиваемый перерыв для отдыха, подлежит оплате ввиду того, что по существу таковым не является.

Вместе с тем, суд приходит к выводу о пропуске истцом срока для обращения в суд за период работы, предшествующий ДД.ММ.ГГГГ года и отказывает истцу в иске о доплате за этот период с учетом заявления ответчика о пропуске процессуального срока. Уважительные причины пропуска срока отсутствовали. В период с ДД.ММ.ГГГГ года истцом отработано 5 рабочих смен, следовательно, переработка составила 5 часов, которые подлежат оплате в размере 475 рублей 73 копейки. Проценты за просрочку их выплат следует исчислять со следующего после увольнения дня, размер процентов за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года составит 51 рубль 83 копейки.

Компенсацию причиненного нарушением трудовых прав морального вреда суд определяет к возмещению в размере 1000 рублей. Доказательств причинения морального вреда в большем размере истец суду не представил.

Основания для взыскание доплаты за совмещение профессии охранника отсутствуют, так как объем должностных обязанностей истца как администратора, существовавший в тот период, когда охранники имелись, и в тот период, когда охранников не стало, никак не изменился. Должностные инструкции, трудовой договор дополнительных обязанностей администратора, введенных после расторжения гражданско-правового договора с охранным предприятием, не содержат.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного автономного учреждения социального обслуживания «Центр социальной адаптации для лиц без определенного места жительства и занятий «Маяк» Министерства труда, занятости и социальной защиты Республики Татарстан в Бугульминском муниципальном районе РТ (ГАУСО ЦСА «Маяк») в пользу ФИО1 3871 рубль 41 копейку (из которых: 

<

данные изъяты>) и компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 отказать.

Взыскать с Государственного автономного учреждения социального обслуживания «Центр социальной адаптации для лиц без определенного места жительства и занятий «Маяк» Министерства труда, занятости и социальной защиты Республики Татарстан в Бугульминском муниципальном районе РТ (ГАУСО ЦСА «Маяк») государственную пошлину в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, в размере 700 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд РТ в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме путем подачи жалобы через Бугульминский городской суд.

Судья: подпись.

Копия верна.

Судья И.Н. Фролова

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>