№ 2-9/2021

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

29 марта 2021 года с. Сюмси

Сюмсинский районный суд Удмуртской Республики в составе: председательствующего судьи Н.В. Байгозина, 

при секретаре Е.А. Морозовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании денежных средств, неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда и судебных расходов,

у с т а н о в и л:

ФИО1 /далее по тексту истец/ обратилась в суд с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 /далее по тексту ИП ФИО3, ответчик/ о взыскании денежных средств, неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда и судебных расходов.

Исковые требования мотивированы следующим.

По утверждению ФИО1, в конце июня 2019 года она с целью приобретения дистанционным способом спортивной обуви обратилась в интернет-магазин, позиционирующий себя как федеральная сеть спортивных точек на сайте: htts://vk.com/sportsrussianstore.

Для получения более точной и достоверной информации об ассортименте и стоимости товара, она связалась посредством телефонной связи через Мессенжер WhatsApp с представителем компании. В результате телефонного разговора были оговорены и достигнуты все существенные условия договора /предмет, срок, условия работы/. Предложение о сотрудничестве её устроило, согласно условиям достигнутого соглашения. 

30 июля 2019 года, между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 – представителем компании, /далее ИП ФИО2/ был заключён договор №, в соответствии с условиями которого правообладатель за вознаграждение представляет ей право использовать в своей деятельности в сфере продажи спортивных товаров комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, на результаты интеллектуальной деятельности Время Спорта и MaxTraffik, передаёт в её собственность кроссовки в количестве 64 пар. 

Согласно разделу 2 п. 2.1 договора, ИП ФИО2 должен был предоставить ФИО1 для реализации кроссовки модельного ряда в количестве согласно приложению № к настоящему договору /64 пары/, а она обязана была принять и оплатить товар на условиях, определённых договором.

08 августа 2019 года, согласно условиям договора, она произвела оплату товара на сумму 249 000 рублей, что подтверждается копией чека от 08 августа 2019 года с отметкой банка, приложенному к исковому заявлению.

Кроссовки должны были поступить в её адрес, со слов ИП ФИО2, в течение не более 40 дней с момента оплаты. Указанный срок, с учётом даты оплаты, истёк 17 сентября 2019 года. Следовательно, неустойку, по её мнению, правомерно начислять со следующего дня, а именно, с 18 сентября 2019 года, что ею сделано исходя из таблицы расчёта исковых требований.

10 ноября 2019 года в её адрес поступили кроссовки, но не в оговорённом и согласованном количестве и качестве. Так, из заявленной в приложении № партии, она получила лишь 22 пары кроссовок, вместо 64 обещанных. К тому же полученные ею кроссовки с вышеуказанными товарными знаками обладали признаками контрафакта, отсутствовал номер артикла и номер партии. Визуально усматривалось, что произведены кроссовки далеко не на производственных мощностях правообладателей, без соблюдения требований к маркировке, качеству изделия и используемым материалам. Стоимость одной пары кроссовок независимо от модели и наименования согласно договорённости с ИП ФИО2, что подтверждается логическими математическими расчётами, составила 3 890 рублей 63 копейки.

Предоставление исключительного права по договору также не состоялось. Отсутствовал сертификат соответствия товара, зарегистрированного в установленном порядке. В связи с чем ФИО1 считает, что ответчиком реализация вышеуказанной продукции производится с нарушением прав правообладателей и нарушает требования закона.

В части возникших между ею и ответчиком правоотношений, уплатив последнему денежные средства по договору, она не получила встречного предоставления, предусмотренного договором, и соответственно, у ответчика нет оснований для удержания полученных по данному договору денежных средств. 

Для урегулирования возникшей ситуации ФИО1 неоднократно обращалась к ответчику с требованием о возврате денежных средств или передачи товаров надлежащего качества и количества, как в устной, так и в письменной формах. Однако с момента направления в адрес ответчика досудебной претензии, он не принял мер по урегулированию возникшей ситуации.

Поэтому, по её мнению, у неё имеются все основания требовать с ИП ФИО2 неосновательное обогащение. ФИО1 считает, что в действиях ИП ФИО2 имеет место быть недобросовестность и злоупотребление правом, поскольку он не выполнил условия договорённости в обусловленный срок, а заключил с ней мнимую сделку с целью получить денежные средства без намерения создать соответствующие правовые последствия. Обязательства же должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Перечисленные ответчику денежные средства являются неосновательным обогащением, и потому, как считает ФИО1, ей подлежат возврату все денежные средства, вместе с начисленными процентами за пользование чужими денежными средствами согласно ст. 395 ГК РФ.

В итоге она просит взыскать с ИП ФИО2 в её пользу: 

163 406 рублей 25 копеек как неосновательное обогащение;

7 986 рублей 27 копеек – проценты за пользование чужими денежными средствами;

50 000 рублей в счёт компенсации морального вреда за причинённые моральные и нравственные страдания, причинённые ненадлежащим исполнением условий договора ответчиком.

В судебном заседании истец ФИО1, заранее и надлежащим образом извещённая о дате, месте и времени рассмотрения дела, не участвовала. Направила в суд заявление с просьбой рассмотреть дело в её отсутствие, на исковых требованиях настаивала.

Ответчик ИП ФИО2 и третье лицо ФИО4, также заранее и надлежащим образом извещённые о дате и месте судебного разбирательства, в судебном заседании не участвовали. Направленная на их имя судебная корреспонденция /определения о назначении судебного заседания, распределении бремени доказывания/ по адресу их регистрации и проживания возвратилась в суд с отметкой оператора связи «Истёк срок хранения». Данные сведения суд расценивает как надлежащее уведомление указанных лиц о времени и месте судебного разбирательства /в соответствии со ст. 113 ГПК РФ/, поскольку согласно статье 3 Закона РФ от 25 июня 1993 года № 5242-1 «О праве граждан РФ на свободу передвижения, выбор места жительства в пределах РФ», статье 27 Конституции РФ, гражданин вправе сам выбирать место своего жительства. Регистрационный учёт согласно Правилам регистрации и снятия граждан РФ с регистрационного учёта по месту пребывания и по месту жительства в пределах РФ /утверждённых Постановлением Правительства РФ от 17 июля 1995 года № 713/ устанавливается в целях обеспечения необходимых условий для реализации гражданами своих прав и свобод, а также исполнения ими обязанностей перед другими гражданами, государством и обществом, носит уведомительный характер и отражает факт нахождения гражданина по месту пребывания либо жительства. 

Ответчик ИП ФИО3 и ФИО4, привлечённая в качестве третьего лица, для взаимоотношений с другими гражданами и государством обозначили своё место регистрации по адресу: 

<

адрес>, Удмуртская Республика, и адрес проживания по адресу: 

<

адрес>. Данные адреса указаны и в заявлениях ФИО3 об отмене заочного решения суда, направленных в Чайковский городской суд Пермского края, куда первоначально обратилась с указанным исковым заявлением ФИО1, затем дело было направлено по подсудности в Сюмсинский районный суд Удмуртской Республики по месту регистрации ИП ФИО2

Ответчик и третье лицо не сообщили об уважительных причинах неявки в суд, не просили о рассмотрении дела в их отсутствие. 

Положения ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закрепляют перечень прав, принадлежащих лицам, участвующим в деле, которые направлены на реализацию конституционного права на судебную защиту. Согласно данной правовой норме эти лица должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

В соответствии с п. 4 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебное извещение, адресованное лицу, участвующему в деле, направляется по адресу, указанному лицом, участвующим в деле, или его представителем.

В силу ч. 1 ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

При возвращении почтовым отделением связи судебных повесток и извещений с отметкой «за истечением срока хранения», следует признать, что в силу статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, гарантирующих равенство всех перед судом, неявка лица в суд по указанным основаниям есть его волеизъявление, свидетельствующее об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в разбирательстве, а потому не является преградой для рассмотрения дела.

Согласно ст. 118 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны сообщить суду о перемене своего адреса во время производства по делу. При отсутствии такого сообщения судебная повестка или иное судебное извещение посылаются по последнему известному суду месту жительства или месту нахождения адресата и считаются доставленными, хотя бы адресат по этому адресу более не проживает или не находится.

В соответствии со ст. 119 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при неизвестности места пребывания ответчика суд приступает к рассмотрению дела после поступления в суд сведений об этом с последнего известного места жительства ответчика.

Согласно правовой позиции, закрепленной в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации, по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Таким образом, риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

Поэтому суд рассмотрел дело в отсутствие сторон и третьего лица, согласно ч.ч. 4 и 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Исследовав представленные сторонами доказательства, оценив их в совокупности, суд приходит к следующему.

Из представленных истцом материалов дела следует, что 30 июля 2019 года, между индивидуальным предпринимателем ФИО2, именуемым в дальнейшем «Правообладатель», с одной стороны, и ФИО1, именуемой в дальнейшем «Пользователь», с другой стороны, был заключён договор №.

Договор вступает в законную силу с даты его подписания обеими сторонами и действует до 01 августа 2020 года. Данный договор сторонами не оспорен, иное в суде не доказано.

В соответствии с условиями договора «Правообладатель» за вознаграждение представляет «Пользователю» права использовать в своей деятельности в сфере продажи спортивных товаров комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, на результаты интеллектуальной деятельности Время Спорта и MaxTraffik, передаёт в собственность «Пользователя» кроссовки в количестве 64 пар. 

Согласно разделу 2 п. 2.1 договора, ИП ФИО2 должен был предоставить ФИО1 для реализации кроссовки модельного ряда в количестве согласно приложению № 1 к настоящему договору /64 пары/, а она обязана была принять и оплатить товар на условиях, определённых договором.

Текст договора № от 30 июля 2019 года не содержит условий о сроках поставки Правообладателем товара Пользователю. Однако, как указывает истец, при заключении договора была достигнута устная договорённость, что товар поступит в течение не более чем 40 дней с момента оплаты.

10 ноября 2019 года в её адрес поступили кроссовки, но не в оговорённом и согласованном количестве и качестве. Так, из заявленной в приложении № 1 партии, она получила лишь 22 пары кроссовок, вместо 64 обещанных. 

В соответствии с ч. 1 ст. 12 ГПК РФ, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. 

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии с ч. 1 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно ч. 1 ст. 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно ч. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

ФИО1 заключила договор № по приобретению 64 пар кроссовок для их дальнейшей реализации. Таким образом, ею заключен договор поставки.

Согласно ст. 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида. Существенными также являются условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, даже если бы они восполнялись диспозитивной нормой (п. 1 ст. 432 ГК РФ, п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49, п. 11 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.02.2014 N 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными»).

Договор поставки является отдельным видом договора купли-продажи и в соответствии с положениями пункта 5 статьи 454 Кодекса к договору поставки применяются положения, предусмотренные параграфом 1 главы 30 Кодекса о купле-продаже, если иное не предусмотрено правилами Кодекса об этом виде договора.

Согласно пункту 3 статьи 455 Кодекса условие договора купли-продажи о товаре считается согласованным, если договор позволяет определить наименование и количество товара. Требования Кодекса об определении предмета договора поставки (наименование и количество подлежащего поставке товара), как существенного условия договора данного вида, установлены законодателем с целью недопущения неопределенности в правоотношениях сторон по исполнению условий договора.

Существенные условия договора, в данном случае наименование и количество товара, могут быть согласованы сторонами не только в едином договоре-документе, но и содержаться во взаимосвязанных с таким договором документах, подписываемых его сторонами. 

По данному договору ответчик должен был поставить истцу кроссовки определённых моделей и размерного ряда, указанных в приложении № 1 к договору от 30 июля 2019 года. Однако, по утверждению истца, кроссовки и товар был направлен в его адрес ненадлежащего качества.

Согласно ч. 1 ст. 518 ГК РФ, покупатель (получатель), которому поставлены товары ненадлежащего качества, вправе предъявить поставщику требования, предусмотренные статьей 475 настоящего Кодекса, за исключением случая, когда поставщик, получивший уведомление покупателя о недостатках поставленных товаров, без промедления заменит поставленные товары товарами надлежащего качества.

В соответствии с ч. 1 ст. 475 ГК РФ, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца:

соразмерного уменьшения покупной цены;

безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок;

возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.

2. В случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору:

отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы;

потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору.

3. Требования об устранении недостатков или о замене товара, указанные в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, могут быть предъявлены покупателем, если иное не вытекает из характера товара или существа обязательства.

4. В случае ненадлежащего качества части товаров, входящих в комплект (статья 479), покупатель вправе осуществить в отношении этой части товаров права, предусмотренные пунктами 1 и 2 настоящей статьи.

5. Правила, предусмотренные настоящей статьей, применяются, если настоящим Кодексом или другим законом не установлено иное.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что между сторонами фактически сложились правоотношения по поставке товара, и необходимо руководствоваться положениями закона, регулирующего отношения по поставке товара, а не о неосновательном обогащении.

Поэтому, ФИО1 имеет право обратиться к ИП ФИО2 в соответствии со ст. 475 ГК РФ, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца:

соразмерного уменьшения покупной цены;

безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок;

возмещения своих расходов на устранение недостатков товара. 

В случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору:

отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы;

потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору.

Факт направления ФИО1 в адрес ответчика ИП ФИО3 денежных средств в размере 250 000 рублей по договору № не нашёл своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Как следует из материалов дела, в частности, мемориального ордера № от 08 августа 2019 года ФИО1 перечислены 50 000 рублей на расчётный счёт ФИО4 /л.д. 19/. 

Ещё 100 000 рублей перечислены ФИО1 на счёт ФИО4 по мемориальному ордеру № от 08 августа 2019 года /л.д. 20/.

100 000 рублей были переведены на счёт банковской карты ответчика /л.д. 17-18/. Из данной суммы была произведена оплата за поставленные 22 пары кроссовок в размере 85 593 рублей 75 копеек.

Таким образом, следует, что указанные денежные средства перечислены ответчику ИП ФИО3 частично, а сумма в размере 150 000 рублей была переведена иному лицу в отсутствие каких-либо договорных отношений, к которому и могут быть предъявлены требовании о взыскании денежных сумм, как неосновательное обогащение.

Следовательно, ответчик ИП ФИО3 не вернул истцу сумму 14 406 рублей 25 копеек, то есть, разницу между полученными денежными средствами в размере 100 000 рублей и оплатой за поставленные 22 пары кроссовок на сумму 85 593 рубля 75 копеек.

Поэтому, именно указанная сумма в размере 14 406 рулей 25 копеек подлежит взысканию с ответчика в пользу ФИО1

Пункт 7 ч. 1 ст. 8 ГК РФ называет в качестве самостоятельного основания возникновения гражданских прав и обязанностей неосновательное обогащение, которое приводит к возникновению отдельной разновидности внедоговорного обязательства, регулируемого нормами главы 60 ГК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.

При этом наличие указанных обстоятельств в совокупности, а также размер неосновательного обогащения должно доказать лицо, обратившееся в суд с соответствующими исковыми требованиями /ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации/.

По смыслу указанной нормы, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трёх условий: факт приобретения или сбережения имущества, приобретений или сбережение имущества за счёт другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счёт другого лица не основано ни на законе, ни на сделке. 

Недоказанность одного из этих обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Из имеющихся в деле и представленных сторонами спора доказательств следует, что ФИО1, требуя возврата денежных средств, полученных ИП ФИО2, знала о наличии обязательства, вытекающего из договора поставки, предполагая на добросовестное исполнение ответчиком условий договора.

Для применения пункта 4 статьи 1109 ГК РФ необходимо наличие в действиях истца прямого умысла. Бремя доказывания наличия таких обстоятельств в силу непосредственного указания закона лежит на приобретателе имущества или денежных средств. Недоказанность приобретателем (ответчиком) факта благотворительности (безвозмездного характера действий истца) и заведомого осознания потерпевшим отсутствия обязательства, по которому передается имущество, является достаточным условием для отказа в применении данной нормы права.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределением бремени доказывания, на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение (неосновательно получено или сбережено имущество); обогащение произошло за счет истца; размер неосновательного обогащения; невозможность возврата неосновательно полученного или сбереженного в натуре. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ. 

Как следует из содержания ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела; эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

По смыслу ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно с закрепленными в ст. ст. 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод праве каждого на справедливое судебное разбирательство и праве на эффективное средство правовой защиты, предусмотренном в п. 1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, ч. 1 ст. 19, ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК Российской Федерации принципе состязательности и равноправия сторон, установленном в ст. 9 ГПК Российской Федерации принципе диспозитивности, приведенные выше положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предполагают, что свобода определения объема своих прав и обязанностей в гражданском процессе и распоряжения процессуальными средствами защиты предусматривает усмотрение сторон в определении объема предоставляемых ими доказательств в подтверждение своих требований и возражений.

При этом стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности. Суд, содействуя сторонам в реализации этих прав, осуществляет в свою очередь лишь контроль за законностью совершаемых ими распорядительных действий, основывая решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, и оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого из них в отдельности, а также достаточность и взаимную связь их в совокупности (ч. 2 ст. 57, ст. ст. 62, 64, ч. 2 ст. 68, ч. 3 ст. 79, ч. 2 ст. 195, ч. 1 ст. 196 ГПК Российской Федерации).

Согласно правилам распределения бремени доказывания, предусмотренным в ст. 56 ГПК РФ, лицо, заявляющее требование из неосновательного обогащения, должно доказать, что ответчик приобрел или сберег это имущество за счет истца и что такое сбережение или приобретение имело место без установленных законом или сделкой оснований, а ответчик должен доказать возврат неосновательного приобретенного (сбереженного) имущества, либо юридически значимые обстоятельства, исключающие возврат истцу сбереженных за его счет денежных средств.

Таким образом, в предмет доказывания по иску о взыскании неосновательного обогащения входят факт неосновательного сбережения денежных средств ответчиком за счет истца; отсутствие правовых оснований для сбережения денежных средств ответчиком; размер неосновательного обогащения.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО1 взыскании с ответчика в её пользу суммы неосновательного обогащения в размере 150 000 рублей, как не подтверждённого в суде доказательства направления указанных денежных средств именно ИП ФИО3

Согласно ч. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

За период с 18 сентября 2019 года по 27 октября 2019 года за 40 дней просрочки размер процентов составляет 767 рублей 12 копеек за нарушение сроков исполнения договора и неправомерное удержание 100 000 рублей.

За период с 28 октября 2019 года по 29 мая 2020 года за 215 дней просрочки от суммы задолженности в размере 14 406 рублей 25 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами составили 516 рублей 87 копеек. Общая сумма процентов за пользование чужими денежными средствами за указанный период в общей сложности составила 1 283 рубля 99 копеек, которая должна быть взыскана с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 

Согласно ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 /в редакции от 06 февраля 2007 года/ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред ФИО1 связывает с причинением её моральных и нравственных страданий в результате не возврата ответчиком денежной суммы, то есть, в связи с нарушением имущественных прав.

Действующее законодательство не предусматривает возможность компенсации морального вреда за нарушение таких имущественных прав, а факт нарушения личных неимущественных права или нематериальных благ истцом не доказан.

При указанных в исковом заявлении обстоятельствах оснований для удовлетворения требований ФИО1 о компенсации морального вреда суд не усматривает. 

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворён частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

При подаче иска в суд истцом уплачена госпошлина в размере 4 928 рублей, что подтверждается чек-ордером от 02 июня 2020 года от общей суммы заявленных исковых требований на 171 392 рубля 52 копейки. Иск удовлетворён частично на сумму 15 690 рублей 24 копейки. Поэтому подлежат возмещению судебные расходы частично в размере 451 рубля 14 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 395; п.п. 1, 2 ст. 1102; 1107; 1109 ГК РФ, статьями 12; 56; 67; 98; 194-199, ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании денежных средств, неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда и судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с ИП ФИО2 пользу ФИО1:

задолженность по договору поставки в размере 14 406 рублей 25 копеек;

проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 18 сентября 2019 года по 29 мая 2020 года в размере 1 283 рублей 99 копеек;

возместить судебные расходы, связанные с уплатой госпошлины в размере 451 рубля 14 копеек.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение одного месяца со дня его вынесения в окончательной форме через Сюмсинский районный суд Удмуртской Республики путём подачи апелляционной жалобы.

Мотивированное решение изготовлено 05 апреля 2021 года.

Судья: Н.В. Байгозин

Копия верна: Судья Н.В. Байгозин

Секретарь судебного заседания Е.А. Морозова