Дело № 2-114/2019 Копия 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

(мотивированное решение составлено 17 сентября 2019 года)

12 сентября 2019 года г. Псков

Псковский гарнизонный военный суд в составе председательствующего – судьи Филиппова А.А., при секретаре Крамаренко А.О., с участием ответчика ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении военного суда гражданское дело по исковому заявлению федерального казённого учреждения «Единый расчётный центр Министерства обороны Российской Федерации» (далее – ЕРЦ) к военнослужащему войсковой части № старшему прапорщику ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения в виде излишне выплаченных денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

ЕРЦ через своего представителя ФИО2 обратился в Псковский гарнизонный военный суд с исковым заявлением, в котором просил взыскать с военнослужащего войсковой части № старшего прапорщика ФИО1 в пользу ЕРЦ неосновательное обогащение в виде излишне выплаченных денежных средств в размере 20133 рублей 69 копеек.

В обоснование иска ФИО2, с учетом последующих уточнений, указала, что в январе и феврале 2013 года ФИО1, проходившему военную службу в войсковой части №, были начислены и выплачены надбавки за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, в размере 10% оклада по воинской должности, за особые условия военной службы в размере 100% оклада по воинской должности, а также ежемесячная премия за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей в размере 25% оклада денежного содержания на общую сумму 43848 рублей. После этого в СПО «Алушта» кадровыми органами были внесены сведения о том, что указанные выплаты полагались ФИО1 лишь в период с 01 июня по 31 декабря 2012 года. В этой связи, с учетом положений Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих» и Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны РФ от 30.12.2011 № 2700, ст.1102 ГК РФ, ответчику в период с 01 января по 28 февраля 2013 года указанные надбавки и премия были выплачены излишне и являются неосновательным обогащением. При этом, по мнению представителя истца, выплата ФИО1 названной суммы не явилась следствием ошибочных действий ЕРЦ, поскольку сведения, определяющие состав и размер денежного довольствия военнослужащих, в СПО «Алушта» вносятся кадровыми органами. Взаиморасчетом сумма излишне выплаченных ответчику денежных средств была уменьшена на 15401,35 рублей. Кроме того, в апреле 2017 года в ЕРЦ поступило заявление ФИО1 на удержание излишне выплаченных денежных средств, в связи с чем в период с апреля 2017 года по декабрь 2018 года из денежного довольствия ответчика было удержано 8312,96 рублей. Таким образом, сумма задолженности ФИО1 составила 20133,69 рублей. 

В судебное заседание представитель ЕРЦ, надлежащим образом извещенный о месте и времени его проведения, не прибыл, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Третье лицо на стороне истца, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, – войсковая часть № и ее представитель, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного заседания, в суд не прибыли. В поступившем отзыве командир войсковой части № просил исковые требования ЕРЦ удовлетворить и рассмотреть дело в его отсутствие.

Третье лицо на стороне истца, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, – войсковая часть № и ее представитель, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного заседания, в суд не прибыли, о причинах неявки не сообщили.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования ЕРЦ не признал и просил в их удовлетворении отказать, пояснив, что в январе и феврале 2013 года в период прохождения им военной службы в войсковой части № ему обоснованно были начислены и выплачены спорные надбавки. 18 февраля 2013 года он был уволен с военной службы в связи с несоблюдением условий контракта и с 18 марта 2013 года исключен из списков личного состава воинской части. 28 октября 2015 года он вновь поступил на военную службу по контракту и стал проходить ее в войсковой части №. 01 апреля 2017 года он по предложению ЕРЦ написал заявление о согласии на удержание с него 8312,96 рублей в счет необоснованно выплаченной ему за январь и февраль 2013 года премии за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей. Указанные денежные средства были удержаны ЕРЦ из его денежного довольствия в период с апреля 2017 года по декабрь 2018 года. Какие-либо иные требования ЕРЦ к нему не предъявлял. Считает, что о неположенных выплатах ЕРЦ достоверно стало известно в 2013 году. Однако, в суд с иском представитель истца обратился только в 2019 году. Следовательно, истцом без уважительной причины пропущен срок исковой давности, предусмотренный ч.1 ст.196 ГК РФ, а потому в удовлетворении искового заявления должно быть отказано. 

Заслушав объяснения ответчика, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч.1 ст.196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Исходя из названных положений закона, а также главы 60 ГК РФ, к требованиям о взыскании неосновательного обогащения применяется общий срок исковой давности.

Согласно ч.1 ст.200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следует из отметок на почтовом конверте, исковое заявление ЕРЦ сдано в организацию почтовой связи 09 июля 2019 года. 

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству ФИО1 было представлено в суд письменное заявление о пропуске истцом срока исковой давности. 

В силу положений статьи 56 ГПК РФ бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности, несет сторона, сделавшая такое заявление.

Действительно, как усматривается из копий расчетных листков ответчика за январь и февраль 2013 года, а также копий реестров на зачисление денежных средств, со дня получения истцом денежного довольствия за январь и февраль 2013 года (8, 14 февраля и 06 марта 2013 года) и до дня обращения ЕРЦ с иском в суд (09 июля 2019 года) прошло более трех лет.

При этом, представленные ЕРЦ в обоснование иска документы, в том числе копии страниц СПО «Алушта», не содержат сведений о дате внесения кадровым органом в указанное программное обеспечение измененной информации, касающейся периода выплаты ответчику надбавок за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, и за особые условия военной службы, премии за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей, а также фамилии должностного лица кадрового органа, внесшего соответствующие данные.

Несмотря на неоднократные предложения суда, содержащиеся в определении о подготовке дела к судебному разбирательству от 12.08.2019 и судебном извещении от 30.08.2019, указанные сведения ЕРЦ в суд не представлены. 

Каких-либо оснований полагать, что о неположенных выплатах ЕРЦ стало известно в течение трех лет, предшествующих обращению в суд с иском, не имеется.

Так, приказы должностных лиц о прекращении выплаты ответчику надбавок за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, и за особые условия военной службы, премии за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей изданы не позднее марта 2013 года, что подтверждается выписками из приказов Министра обороны Российской Федерации от 18.02.2013 № 141, командира войсковой части 64044 от 04.03.2013 № Х21 и от 18.03.2013 № 56.

Кроме того, из расчетных листков ответчика за январь-март 2013 года следует, что в январе 2013 года ответчику действительно были начислены и выплачены указанные спорные надбавки и премия, однако в феврале 2013 года эти выплаты были удержаны, а в марте 2013 года уже не начислялись и не выплачивались.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что при обеспечении ответчика денежным довольствием за февраль 2013 года истцу должно было быть известно о произведенной ФИО1 переплате надбавок за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, за особые условия военной службы, а также премии за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей.

Ссылки представителя истца на сбой СПО «Алушта» и представленные в подтверждение этого копии страницы «Динамическая ошибка» и ответа АО «ЦНИИ ЭИСУ» от 04.09.2015 данный вывод суда не опровергают, поскольку также не содержат информации о внесении изменений, касающихся периода выплаты ответчику спорных надбавок и премии.

Таким образом, срок исковой давности необходимо исчислять со дня выплаты ФИО1 денежного довольствия за февраль 2013 года, т.е. с 06 марта 2013 года. 

Вместе с тем, в суд с исковым заявлением о взыскании с ответчика излишне выплаченных денежных средств ЕРЦ обратился лишь 09 июля 2019 года, т.е. спустя более 3 лет со дня, когда должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума), по смыслу ст.205 ГК РФ, а также пункта 3 статьи 23 ГК РФ, срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

Заявление истца о перерыве течения срока исковой давности в связи с признанием ответчиком долга суд отвергает по следующим основаниям.

В соответствии со ст.203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.12 постановления Пленума, бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

В качестве таких обстоятельств истец сослался на заявление ответчика от 01 апреля 2017 года о согласии на удержание из его денежного довольствия 8312,96 рублей.

Из объяснений ответчика в судебном заседании, копий его рапорта, СПО «Алушта» (страница «Данные по переплатам») и расчетных листков за период с апреля 2017 года по декабрь 2018 года следует, что действительно 01 апреля 2017 года ФИО1 написан рапорт о согласии на удержание из его денежного довольствия указанной суммы, которая в тот же период и была удержана.

Данные обстоятельства сторонами не оспаривались.

Вместе с тем, в судебном заседании ФИО1 пояснил, что, написав указанный рапорт, он признал лишь задолженность, образовавшуюся вследствие неположенной выплаты ему премии за период января-февраля 2013 года, какие-либо иные задолженности не признавал.

Это утверждение ФИО1 подтверждается представленными ЕРЦ справками-расчетами, согласно которым размер излишне выплаченного ФИО1 денежного довольствия за период января-февраля 2013 года значительно превышает размер признанного им долга.

Каких-либо доказательств того, что ответчик признал долг полностью, включая размер выплаченных ему надбавок за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, и за особые условия военной службы, ЕРЦ не представлено и в материалах дела не имеется.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что ответчик, написав заявление от 01.04.2017, признал лишь часть долга.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.20 постановления Пленума, признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.

Следовательно, указанное заявление ФИО1 от 01.04.2017 не может свидетельствовать о признании им долга полностью и о перерыве течения срока исковой давности.

Поскольку доказательств перерыва течения срока исковой давности не имеется, суд считает, что на момент обращения истца в суд срок исковой давности для защиты его нарушенного права истек, и этот срок пропущен ЕРЦ без уважительных причин, что в соответствии с ч.2 ст.199 ГК РФ является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно ч.4 ст.198 ГПК РФ в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, военный суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении искового заявления ЕРЦ к военнослужащему войсковой части № старшему прапорщику ФИО1 о взыскании в пользу федерального казённого учреждения «Единый расчётный центр Министерства обороны Российской Федерации» неосновательного обогащения в виде излишне выплаченных денежных средств в размере 20133 (двадцати тысяч ста тридцати трех рублей) 69 копеек отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ленинградский окружной военный суд через Псковский гарнизонный военный суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий А.А. Филиппов

.

.

. 

.

.

.

. 

.

.

.

.

. 

. 

.

. 

. 

. 

.

.

.