Дело № 1 – 15/2017 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

03 апреля 2017 года г. Кемь РК 

Кемский городской суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Клепцова Б.А.,

при секретарях: Горбуновой Т.Б., Рысаковой Л.В., 

с участием государственного обвинителя Кемской районной прокуратуры Волкова А.В., 

подсудимого: ФИО1, 

защитника – адвоката Багинской Г.Ф., предоставившей удостоверение № и ордер №,

а также потерпевшего А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, 

<

данные изъяты> 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил угрозу убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, при следующих обстоятельствах:

21 ноября 2016 года в период с 18 часов 00 минут до 20 часов 30 минут, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в комнате квартиры, расположенной 

<

адрес>, на почве внезапно возникших в ходе ссоры личных неприязненных отношений к А., 

<

данные изъяты> (далее – А. А.Б.), имея умысел на угрозу убийством, удерживая в правой руке нож, действуя умышленно, направился к А. и замахнулся в отношении него ножом, высказав при этом А. угрозу убийством, в связи с чем последний был испуган, испытал страх за свою жизнь. В сложившейся обстановке А. А.Б., учитывая агрессивное поведение и решительные действия ФИО1, воспринял действия ФИО1 и высказанную им угрозу убийством как реальную угрозу для своей жизни, поскольку у него имелись достаточные основания опасаться осуществления этой угрозы. 

Он же, ФИО1, совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку при следующих обстоятельствах:

21 ноября 2016 года в период с 18 часов 00 минут до 20 часов 30 минут, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в комнате квартиры, расположенной по 

<

адрес>, после того как высказал в адрес А. угрозу убийством, на почве внезапно возникших в ходе ссоры личных неприязненных отношений к С., 

<

данные изъяты> (далее – С.), имея умысел на причинение ему смерти, удерживая в руке нож, в ходе борьбы повалил С. на пол, где умышленно, с целью убийства С., нанес ему не менее 7 ударов клинком ножа в область головы, шеи, груди, спины и левой руки, причинив тем самым С. следующие телесные повреждения: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

В результате умышленных, направленных на убийство С. действий ФИО1, 21 ноября 2016 года на месте происшествия наступила смерть потерпевшего от колото-резаного ранения спины слева, проникающего в левую плевральную полость, с повреждением верхней доли левого легкого, осложнившегося развитием острой комбинированной (наружной и внутренней) кровопотери.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 119 УК РФ не признал, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ признал частично, и пояснил, что помнит, нанес два удара ножом, от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст.51 Конституции РФ, пояснил, что согласен с оглашением показаний данных им при допросе на предварительном следствии. 

При допросе в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого (т. 2 л.д. 63-65) в присутствии адвоката, после разъяснения ст.51 Конституции РФ и, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по делу, в том числе при отказе от них, ФИО1, чьи показания были оглашены в судебном заседании в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, пояснял, что 21 ноября 2016 года, вечером около 17 часов, со С.М. и С. собрались у него в квартире, расположенной по 

<

адрес> чтобы употребить спиртное, отметить 3 месяца до выхода на пенсию. Был ли еще кто-либо в квартире, он не помнит. При распитии спиртного конфликтов не происходило, он не помнит, чтобы наносил какие-либо повреждения С.. 

При допросе в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого 23.11.2016 года (т. 2 л.д. 70-72) в присутствии адвоката, после разъяснения ст.51 Конституции РФ и, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по делу, в том числе при отказе от них, ФИО1, чьи показания были оглашены в судебном заседании в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, пояснял, что обстоятельств ссоры и нанесения телесных повреждений С. он не помнит.

При допросе в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого 09.12.2016 года (т. 2 л.д. 84-86) ФИО1 пояснял, что поддерживает данную ранее явку с повинной, действительно 21.11.2016 года вечером, в своей квартире, он совершил убийство С., поскольку был пьян и плохо отдавал отчет своим действиям. Ранее он не помнил обстоятельства произошедшего.

При допросе в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого 17.01.2017 года (т. 2 л.д. 91-93) ФИО1 пояснял, что поддерживает ранее данные показания и явку с повинной. 21 ноября 2016 года, вечером, у него произошёл конфликт со С., в то время как он распивал с последним спиртное у себя дома. В какой-то момент, разозлившись на С., из-за чего не помнит, он нанёс последнему 2 удара ножом в область груди и шеи, других обстоятельств он не помнит.

При допросе в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого 20.01.2017 года (т. 2 л.д. 108-111) ФИО1 пояснял, что о том, что он высказывал какие либо угрозы А., он не помнит, ранее данные показания поддерживает в полном объеме. Нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия в его квартире, является тем ножом, которым он причинил телесные повреждения С. 

Несмотря на непризнание вины подсудимым в угрозе убийством, и частичное признание вины в убийстве, его виновность в содеянном, полностью подтверждается доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия: 

Так, потерпевший А. А.Б. в суде пояснил, что данные ранее показания в качестве свидетеля и при проверки показаний на месте поддерживает. 21 ноября 2016 года, примерно в 18 часов он на такси приехал в квартиру ФИО1, расположенную на 

<

адрес>, по приглашению друга – С. В квартире находились ФИО1, С. и С.М., с которыми стал распивать спиртное, конфликтов, ссор не было. Затем, С.М. и ФИО1 легли спать в комнате квартиры. Он помнит, ФИО1 встал, в руке у того был нож. Павлов сказал: «Я уже резал баранов, сейчас покажу на тебе, как их резал». Ему стало страшно. Он схватился левой рукой за запястье правой руки ФИО1 и удерживал 1-2 минуты, так как была угроза его жизни. После чего он пытаясь успокоить, довел ФИО1 до дивана в комнате. Он почувствовал, что ФИО1 расслабил руку. Он встал, отошел, когда повернулся, увидел, что С. сидит рядом с ФИО1 на диване. Было последними произнесено насколько слов, после чего он увидел, как оба упали на пол, и ФИО1 нанес два удара ножом в туловище С., у последнего ничего в руках не было. Он в шоке выбежал на улицу и вызвал полицию. Пока ждал наряд полиции из дома никто не выходил, видел, что в окне квартиры погас свет. Когда приехали сотрудники полиции и зашли в квартиру, Павлов сказал, что С. спит. При осмотре увидели у С. ножевые ранения. На вопрос, где находится нож, Павлов сказал, что не знает. Сотрудники изъяли нож из кухонного стола.

Потерпевшая С.Т., чьи показания, данные в ходе предварительного расследования, были оглашены в судебном заседании в порядке ст.281 ч.1 УПК РФ (т. 1 л.д.207-209), пояснила, что у нее был сын – С. По характеру С. был тихим, спокойным, в некоторой мере слабохарактерным. Таких черт характера, как агрессивность, конфликтность у С. не имелось. По обстоятельствам преступления, ничего пояснить не может. 

Свидетель С.М. в судебном заседании пояснил, что 21 ноября 2016 года, патрулировали на 900-м км, где с ФИО1 и С. выпили 2 бутылки водки. После окончания рабочей смены после 17 часов, он со С. и ФИО1 распивали спиртное дома у ФИО1, конфликтов не было. Затем домой к ФИО1 пришёл А., с которым продолжили выпивать. Он опьянел и заснул. Разбудил его сотрудник полиции. Когда он проснулся, то увидел, что С. лежит на полу, лицом вниз, рядом кровь. В полиции ему А. сказал, что ФИО1 накинулся на С. и нанес удары ножом.

Свидетель С.А. в судебном заседании пояснил, что в ноябре 2016 года, около 21 часа, с М., выехали по вызову на 

<

адрес> прибытию к адресу их встретил А. А.Б., который пояснил, что распивали спиртное. Павлов сначала ему угрожал, а затем набросился на С.. Он с М. проследовали в квартиру. Открыв дверь, Павлов сказал, что С. уехал. Он и М. попросили ФИО1 пустить их в квартиру, тот согласился. В квартире, на полу был обнаружен С., Павлов сказал, что тот спит. Он подошел, и обнаружил, что у С. пульс отсутствует, рука в крови, рана на шее. Также в квартире был мужчина, который спал. ФИО1 о повреждениях у С. говорил, что ничего не знает, на вопрос где нож, ничего не ответил. 

Свидетель М. в судебном заседании пояснил, что осенью 2016 года во время нахождения на службе совместно со С.А., около 20 - 21 часов от оперативного дежурного ОМВД поступило сообщение, о том, что в одной из квартир по 

<

адрес>, происходит драка, необходимо выехать по указанному адресу для проверки сообщения. Прибыв по адресу, их встретил гражданин, который пояснил, что в ходе распития спиртного в квартире между ФИО1 и С. произошла ссора, в ходе которой ФИО1 ударил С. ножом. Он и С.А. проследовали в квартиру. Дверь открыл ФИО1, который сказал, что С. куда-то ушел. Он со С.А. зашли в квартиру, где в комнате на полу был обнаружен С., лежавший на животе, на диване спал второй мужчина. У С. на шее была обнаружена колото-резанная рана, пульс отсутствовал. О случившемся доложили в дежурную часть полиции, вызвали скорую помощь. ФИО1 о случившемся ничего не говорил. Мужчина, который спал на диване, проснулся когда приехала скорая помощь.

Свидетель К. в судебном заседании пояснила, что ФИО1 ее муж, с которым она проживает раздельно, постоянно созванивались. Когда жили вместе, муж практически не пил, все делал по дому. В состоянии опьянения любил поговорить, агрессивным не был, когда она на него ругалась, он отмалчивался. Не верит, что ФИО1 мог взять в руки нож. Родители ФИО1, как она знает, раньше держали овец.

Свидетель Б. в судебном заседании пояснила, что 21 ноября 2016 года работала 

<

данные изъяты> скорой помощи 

<

адрес> ЦРБ, совместно с Г. После 20 часов поступил вызов на 

<

адрес>. Прибыв по указанному адресу и зайдя в квартиру, она увидела сотрудников полиции, и лиц, которые там находились –С. А. и С., а также мужчину в возрасте, ростом ниже среднего. С. лежал на полу лицом вниз в луже крови. Она подошла, признаков жизни у последнего не было, на теле было около 5-и ножевых ранений на щеке, шее, грудной клетке. С.М. спал, А. А.Б. сидел за столом, с мужчиной в возрасте общались сотрудники полиции. С.М. проснулся, спросил, что случилось.

Свидетель Г., допрошенная в ходе предварительного следствия в качестве свидетеля (т. 2 л.д. 53-56), чьи показания были оглашены в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, пояснила, что 21 ноября 2016 года с 20 часов работала в 

<

данные изъяты> скорой медицинской помощи ГБУЗ РК 

<

адрес> ЦРБ» совместно с 

<

данные изъяты> Н. Через некоторое время после начала смены, она и Б. выехали на вызов для оказания медицинской помощи. В это время из приёмного покоя поступил срочный вызов в район 

<

адрес> где произошло ножевое ранение. Приехав по указанному адресу, обнаружили в квартире наряд полиции. На полу комнаты квартиры, в положении лёжа находился мужчина. При оказании мужчине медицинской помощи было установлено, что смерть последнего наступила ещё до их прибытия, поскольку у мужчины отсутствовало сознание, дыхание, пульсация на сонной артерии, были максимально расширены зрачки, в связи с чем на месте вызова была констатирована смерть до прибытия бригады скорой медицинской помощи. В дальнейшем, у мужчины было обнаружено около 5-6 ножевых ран – на груди, на спине. В квартире, помимо сотрудников полиции, находился А. А.Б., а также двое мужчин, которых она не знала.

Также виновность подсудимого в совершении угрозы убийством, и в убийстве, подтверждается письменными доказательствами, материалами дела, исследованными в ходе судебного следствия:

- рапортом об обнаружении признаков преступления следователя Кемского МСО СУ СК РФ по РК от 10.01.2017 года, согласно которому в ходе расследования уголовного дела № установлено, что 21 ноября 2016 года, в вечернее время, ФИО1, находясь в жилом помещении, расположенном по 

<

адрес> высказал угрозу убийством в адрес А. (т. 1 л.д. 42);

- рапортом помощника УУП ОМВД России по Кемскому району М.Н. от 17.01.2017 года, согласно которому в ходе проведения проверки сообщения о преступлении установлено, что ФИО1, находясь в квартире по 

<

адрес>, удерживая в руках нож, высказал угрозы убийством в отношении А. (т. 1 л.д. 44);

- протоколом проверки показаний свидетеля А. на месте от 16.12.2016 года, согласно которому свидетель А. А.Б. подтвердил ранее данные показания в качестве свидетеля, а также продемонстрировал, находясь по 

<

адрес>, обстоятельства возникшего между ним и ФИО1 конфликта, имевшего место вечером 21 ноября 2016 года, последующее высказывание ФИО1 угрозы в его адрес, а также как именно вечером 21 ноября 2016 года ФИО1 нанес два удара ножом С. (т. 1 л.д. 233-240);

- протоколом явки с повинной ФИО1 от 09.12.2016 года, согласно которого ФИО1 сообщил, что 21 ноября 2016 года, вечером, после распития большого количества спиртных напитков вместе со С., А., С.М. у него дома, в то время когда С.М. спал, он поссорился с А., при этом высказав в ходе ссоры в адрес последнего угрозу убийством. Когда С. заступился за А., у него в руках находился нож, между ним и С. завязалась борьба, и в какой-то момент он нанес С. два или три удара ножом, куда наносил, он точно не помнит, нож держал в правой руке (т. 2 л.д. 82-83);

- рапортом об обнаружении признаков преступления руководителя 

<

адрес> МСО СУ СК РФ по РК от 22.11.2016 года, согласно которому в ходе осмотра места происшествия по 

<

адрес> у С. обнаружены 6 проникающих колото-резаных ранений в области лица, шеи, груди и спины (т. 1 л.д. 17);

- рапортом об обнаружении признаков преступления оперативного дежурного ОМВД России по 

<

адрес> от 21.11.2016 года, согласно которому 21 ноября 2016 года в 20 часов 30 минут от А. получено сообщение о том, что 21 ноября 2016 года в д. 

<

адрес> в ходе ссоры, после распития спиртного, ФИО1 причинил несколько ножевых ранений С. (т. 1 л.д. 36);

- рапортом полицейского-водителя ОППСП ОМВД России по 

<

адрес> М. от 21.11. 2016 года, согласно которому в ходе несения службы 21.11.2016 года из дежурной части ОМВД России по 

<

адрес> поступило сообщение о том, что в д. 

<

адрес> происходит драка с применением ножа. По прибытию по указанному адресу, к ним обратился А. А.Б., который пояснил, что распивал спиртное вместе с ФИО1 и С. В какой-то момент между ФИО1 и С. произошла ссора, в ходе которой ФИО1 схватился за нож и стал бить им С., а А. А.Б. испугавшись, выбежал из квартиры (т. 1 л.д. 49);

- протоколом осмотра места происшествия от 21-22 ноября 2016 года, согласно которому осмотрено место происшествия по 

<

адрес>. В ходе осмотра в помещении комнаты квартиры обнаружен труп С., с колото-резаными ранениями в области лица, шеи, груди и спины. С места происшествия изъяты: нож, футболка и ветровка (спортивная куртка) С. (т. 1 л.д. 18-33);

- протоколом выемки от 23.11.2016 года, согласно которому у подозреваемого ФИО1 изъяты чёрные спортивные штаны, в которые он был одет в момент происшествия (т. 1 л.д. 79-82);

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования от 24.11.2016 года, согласно которому у обвиняемого ФИО1 получен образец крови (т. 1 л.д. 70-71);

- протоколом освидетельствования обвиняемого ФИО1 от 24.11.2016 года, согласно которому у того установлено наличие телесных повреждений: на левом предплечье гематома 3 х 2 см с желтушностью; на левом колене гематома синюшнего цвета; на правой голени рубец (т. 1 л.д. 73-76);

- картой вызова скорой медицинской помощи № от 21.11.2016 года, согласно которой смерть С. зафиксирована до прибытия бригады скорой медицинской помощи. У С. зафиксированы ножевые ранения в области правой щеки, грудной клетки, шеи. Время приёма выезда – 20 часов 30 минут, время прибытия на место вызова – 20 часов 37 минут (т. 1 л.д. 108-109);

- заключением эксперта № от 24.12.2016 года, согласно которому при исследовании трупа С. установлены повреждения: колото-резаное ранение спины слева, проникающее в левую плевральную полость с повреждением верхней доли левого легкого, квалифицированное как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека и стоящее в прямой причинной связи с наступлением смерти потерпевшего; колото-резаное ранение груди справа, в проекции 2-го межреберья по окологрудинной линии, проникающее в правую плевральную полость без повреждения правого легкого, квалифицированное как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; колото-резаную рану мягких тканей правой щеки, две колото-резаные раны мягких тканей шеи, резаную рану мягких тканей на проксимальной фаланге 1-го пальца левой кисти, колото-резаную рану мягких тканей спины справа, квалифицированные как легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства продолжительностью не свыше 21 дня. Все установленные повреждения на трупе С. являются прижизненными и могли образоваться не менее чем за 30 мин – 1 часа до наступления смерти. Смерть С. наступила от колото-резаного ранения спины слева, проникающего в левую плевральную полость, с повреждением верхней доли левого легкого, осложнившегося развитием острой комбинированной (наружной и внутренней) кровопотери. Установленные колото-резаные ранения и раны – образовались от однократных воздействий плоским колюще-режущим предметом типа нож, клинок которого имел в следообразующей части острие, режущие лезвие и П-образный в сечении обух. Нельзя исключить возможность причинения установленных повреждений представленным на экспертизу ножом. Смерть С. наступила 21 ноября 2016 года (т. 1 л.д. 113-124);

- заключением эксперта № от 22.12.2016 года, согласно которому на спортивной куртке обвиняемого ФИО1 обнаружена кровь человека, которая могла произойти от потерпевшего С. и обвиняемого ФИО1 (т. 1 л.д. 141-144);

- заключением эксперта № от 23.12.2016 года, согласно которому на представленных на экспертизу спортивных брюках обвиняемого ФИО1 установлены следы крови в виде двух капель, единичных помарок и двух брызг. Капли образовались от свободного падения частиц жидкой крови, оторвавшихся с кровоточащей поверхности. Помарки образовались от контактов с окровавленным предметом (предметами) (т. 1 л.д. 146-148);

- заключением эксперта № от 21.12.2016 года, согласно которому на одежде, принадлежащей С. и представленной на исследование, имеется 13 сквозных колото-резаных повреждений (4 повреждения на футболке и 9 повреждений на куртке), образованные в результате нанесения не менее 7-ми ударов предметом (-ами), имеющим (-и) прочную, острую рабочую часть (кромку) линейной формы и «П»-образный обух толщиной около 2мм, что характерно для клинка ножа. Данные колото-резаные повреждения на одежде, принадлежащей С. и представленной на исследование, могли быть образованы клинком ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия 21-22 ноября 2016 года и представленного на исследование (т. 1 л.д. 169-172);

- заключением эксперта №/МД от 18.01.2017 года, согласно которому у ФИО1 установлены повреждения: ушиб мягких тканей левого предплечья с их отеком и кровоподтеком в области предплечья, кровоподтек в области левого коленного сустава, квалифицированные как не причинившие вреда здоровью; рубец в области правой голени, ставший результатом заживления раны, решить вопрос о степени тяжести вреда здоровью которого не представилось возможным. Все повреждения возникли в результате воздействия твердых предметов. Ушиб мягких тканей левого предплечья с их отеком и кровоподтеком в области предплечья, кровоподтек в области левого коленного сустава могли образоваться 21 ноября 2016 года (т. 1 л.д. 177-178);

- заключением эксперта №/Д от 18.01.2017 года, согласно которому колото-резаная рана мягких тканей спины справа могла образоваться способом и при взаиморасположении, указанными свидетелем А. А.Б. в ходе проверки показаний на месте. Возможность образования установленных повреждений способом, указанным обвиняемым ФИО1 в ходе проведения проверки показаний на месте, исключается (т. 1 л.д. 183-187);

- протоколом осмотра предметов от 14.01.2017 года, согласно которому осмотрены нож, футболка, выполненная из ткани голубого цвета и спортивная куртка, выполненная из ткани чёрного цвета, изъятые 21-22 ноября 2016 года в ходе осмотра места происшествия кв. 

<

адрес>; спортивные брюки, выполненные из ткани чёрного цвета, изъятые в ходе выемки 23 ноября 2016 года у подозреваемого ФИО1; образцы крови обвиняемого ФИО1 и свидетеля А. на марлевых тампонах, изъятые 24 ноября 2016 года в ходе получения образцов для сравнительного исследования; образец крови трупа С. на марлевом тампоне, представленный в распоряжение органа предварительного следствия по окончанию производства судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств № от 22.12.2016 года (т. 1 л.д. 189-194);

- протоколом проверки показаний обвиняемого ФИО1 на месте от 17 января 2017 года, согласно которому обвиняемый ФИО1 подтвердил ранее данные им показания, а также продемонстрировал, находясь по 

<

адрес> как именно вечером 21 ноября 2016 года он нанес два удара ножом С. (т. 2 л.д. 95-102).

Свидетель со стороны защиты В. в судебном заседании пояснила, что ФИО1 ее отчим. Когда не смогли дозвониться до отчима, стали выяснять, где тот находится. Д. рассказал ей, что около 03 часов ночи, он работал по такси, и стоял на «пятаке» у дома 

<

адрес>. К нему в машину сели С.М. и незнакомый мужчина. Стаскееевич плакал, и рассказал, что С. умер у него на руках, пояснил, что ФИО1 нанес удары, С.М. подскочил, перевернул С., но тот был уже мертв, С.М. перевернул его обратно.

Свидетель С.М., дополнительно допрошенный в судебном заседании, пояснил, что когда ночью вышли с А. из полиции, доехали домой к последнему на такси. Он был в состоянии опьянения, плохо все помнит, но того, что он видел, как С. нанесли удары, он не говорил. 

Оценив собранные по делу и исследованные в судебном заседании доказательства каждое в отдельности, а затем в их совокупности, суд считает их допустимыми, так как все они получены в соответствии с требованиями закона и достаточными для признания доказанной вины подсудимого ФИО1 в угрозе убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, а также в убийстве. 

Делая вывод о виновности подсудимого ФИО1 в инкриминируемых ему деяниях, суд основывается на показаниях потерпевших А., С.Т., свидетелей С.М., С.А., М., Н., К., Г., поскольку у суда нет оснований не доверять показаниям потерпевших, данных свидетелей, так как в судебном заседании не установлено наличие неприязненных отношений потерпевших, свидетелей с подсудимым, не установлено поводов для его оговора, а также суд основывается на оглашенных письменных материалах дела. 

Суд критически относится к позиции ФИО1, который в судебном заседании вину в совершении угрозы убийством не признал, вину в убийстве признал частично, и принимает ее как избранный подсудимым способом защиты, так как она опровергается показаниями потерпевших, свидетелей, изученными в судебном заседании письменными материалами дела.

Анализируя показания подсудимого ФИО1, данными им на предварительном следствии: в явке с повинной (т.2 л.д.82-83), при допросе в качестве обвиняемого (т.2 л.д.84-86, 91-93, 108-111), суд учитывает, что перечисленные доказательства получены в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, показания в качестве обвиняемого даны в присутствии защитника, с разъяснением права отказаться от дачи показаний, и о том, что в случае его согласия дать показания, они могут быть использованы в качестве доказательств по делу.

Признавая указанные выше показания ФИО1 достоверными, и кладя их в основу приговора, суд учитывает, что эти показания являются последовательными, согласованными между собой, существенных противоречий не содержат и подтверждаются показаниями потерпевших, свидетелей, письменными доказательствами по делу, исследованными в судебном заседании.

С учетом доказательств по делу и их оценки, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1: 

- по ч. 1 ст. 119 УК РФ, как угроза убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы;

- по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. 

При квалификации действий подсудимого по ч. 1 ст. 119 УК РФ суд учитывает, что действия и умысел ФИО1 были направлены на угрозу убийством в отношении А., о чем свидетельствует выбранное орудие преступления (нож), высказываемые угрозы в адрес потерпевшего, и то, что тот воспринял эти угрозы реально, так как у него имелись основания опасаться осуществления данной угрозы, учитывая, что ФИО1 был в состоянии опьянения агрессивен, высказал угрозу убийством, держа в руках нож, находясь в непосредственной близости от потерпевшего.

Об умысле ФИО1 на убийство свидетельствуют выбранное орудие преступления (нож), количество, сила, направленность нанесенных ранений в жизненно важные органы. При решении вопроса о направленности умысла ФИО1, суд исходит из совокупности всех обстоятельств содеянного, и учитывает способ преступления, характер и локализацию телесных повреждений, поведение подсудимого до и после совершения преступления.

Мотивом совершенного преступления явились неприязненные отношения, возникшие во время ссоры при распитии спиртных напитков, вследствие чего ФИО1 нанес С. не менее 7 ударов ножом. 

Суд считает установленной причинную связь между действиями ФИО1 и смертью С. в результате нанесения удара ножом в область спины, причинения проникающего колото-резаного ранения, от полученных повреждений С. скончался.

При определении уголовно-правовой квалификации совершённого убийства, суд приходит к выводу об отсутствии законных оснований для квалификации действий подсудимого как убийство, совершённое в состоянии аффекта либо при превышении пределов необходимой обороны. ФИО1, согласно заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы, обнаруживает расстройство психики в форме синдрома зависимости от алкоголя средней степени, которое не лишает ФИО1 возможности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, в момент инкриминируемого деяния ФИО1 не обнаруживал какого-либо психического расстройства, кроме вышеуказанного, находился в состоянии простого алкогольного опьянения, в состоянии физиологического аффекта, длительной психотравмирующей ситуации не находился. Исследованные судом доказательства, в том числе показания подсудимого, потерпевшего А., указывают на то, что конфликт между погибшим и подсудимым не угрожал жизни и здоровью подсудимого, что в совокупности не свидетельствовало и не могло свидетельствовать о наличии реального посягательства на жизнь и здоровье подсудимого либо реальной угрозы подобного посягательства. Таким образом полагать, что ФИО1 действовал, находясь состоянии необходимой обороны или превысил ее пределы, у суда оснований не имеется.

Оснований не доверять собранным по делу доказательствам суд не усматривает. Доказательства, представленные обвинением суду, являются относимыми, допустимыми, и в своей совокупности достаточными для постановления обвинительного приговора. 

При решении вопроса о назначении наказания суд, в соответствии с ч.3 ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступлений, данные личности виновного, в том числе смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия его жизни. 

Суд принимает во внимание, что подсудимый совершил умышленное преступление небольшой тяжести и умышленное особо тяжкое преступление, а также личность подсудимого, который ранее не судим; имеет постоянное место жительства и работы; по месту жительства характеризуется удовлетворительно, жалоб от родственников и лиц совместно проживающий по поводу негативного поведения в быту и общественных местах не поступало, спиртными напитками не злоупотребляет; к административной ответственности не привлекался; по месту работы характеризуется положительно; на учете у врачей-специалистов психиатра, нарколога, не состоит; согласно заключения судебно-психиатрической экспертной комиссии № от 26 декабря 2016 года, ФИО1 обнаруживает расстройство психики в форме синдрома зависимости от алкоголя средней степени, которое не лишает ФИО1 возможности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, в момент инкриминируемого деяния ФИО1 не обнаруживал психического расстройства, кроме вышеуказанного, находился в состоянии простого алкогольного опьянения, в состоянии физиологического аффекта не находился; в применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 1 л.д. 133-135). 

Психическое здоровье подсудимого ФИО1 у суда сомнений не вызывает, суд признает его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

Суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого по эпизоду угрозы убийством в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ - явку с повинной, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – возраст подсудимого, осуществление ухода за престарелым отцом, имеющим заболевания.

Суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого по эпизоду убийства в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ - явку с повинной, активное способствование в расследовании преступления, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – частичное признание вины, в части нанесения двух ударов ножом С., возраст подсудимого, осуществление ухода за престарелым отцом, имеющим заболевания.

При этом суд учитывает, что в соответствии с абз. 3 п. 29 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 22.12.2015 г. № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», добровольное сообщение лица о совершенном им или с его участием преступлении признается явкой с повинной и в том случае, когда лицо в дальнейшем в ходе предварительного расследования или в судебном заседании не подтвердило сообщенные им сведения.

Оснований, для признания в качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, состояние его здоровья, суд не находит, поскольку ФИО1 на учете у врачей специалистов не состоит, согласно изученным материалам дела серьезными хроническими соматическими заболеваниями не страдает.

С учетом характера и степени общественной опасности преступлений, обстоятельств их совершения и личности виновного, суд в качестве обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого по обоим эпизодам преступлений учитывает в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в связи с чем положения ч.1 ст. 62 УК РФ применены быть не могут.

Оснований для применения ст.64 УК РФ, а также обстоятельств, исключающих преступность и наказуемость деяния, которые могут повлечь освобождение подсудимого от уголовной ответственности и наказания, суд не усматривает.

В соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ с учетом фактических обстоятельств преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и степени его общественной опасности, отягчающих наказание обстоятельств, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, не имеется.

Принимая во внимание данные о личности подсудимого, условия и образ его жизни, обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, в целях восстановления социальной справедливости, суд считает необходимым назначить ФИО1 наказание, связанное с реальным лишением свободы, поскольку его исправление невозможно без изоляции от общества. Суд приходит к выводу, что назначение данного наказания является справедливым, соответствует общим началам назначения наказания, а также задачам и принципам уголовного закона. Назначение ФИО1 иного наказания, суд считает нецелесообразным, полагая, что его назначение не обеспечит достижения целей наказания. Оснований для применения к подсудимому условного осуждения к лишению свободы, на основании ст. 73 УК РФ, суд не находит. 

Учитывая личность подсудимого, наличие смягчающих наказание обстоятельств, суд считает возможным не применять к нему дополнительное наказание по ч.1 ст. 105 УК РФ, в виде ограничения свободы.

С учетом смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, личности подсудимого, на основании ч. 3 ст.69 УК РФ, суд назначает по совокупности преступлений окончательное наказание путем частичного сложения наказаний. 

С учетом общественной опасности совершенных преступлений, для обеспечения исполнения приговора суда, ввиду необходимости отбывания наказания подсудимым ФИО1 в виде лишения свободы, суд считает необходимым меру пресечения – заключение под стражу, в отношении ФИО1, до вступления приговора в законную силу, оставить без изменения.

В ходе предварительного следствия по уголовному делу, согласно постановления от 13.12.2016 года (т.2 л.д.79-80) для защиты обвиняемого ФИО1 участвовал адвокат Никитин А.С., которому государством в соответствии со ст.132 УПК РФ компенсирована сумма за оказание им юридической помощи защитника в размере 3630 рублей. ФИО1 не возражал против участия адвоката в деле, заявление об отказе от защитника не подавал. ФИО1 является трудоспособным, иждивенцев не имеет, в связи с чем суд взыскивает процессуальные издержки с подсудимого ФИО1 в полном объеме.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вопрос о вещественных доказательствах, суд разрешает, в соответствии с ч.3 ст.81 УПК РФ.

На основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ ФИО1 надлежит отбывать наказание в исправительной колонии строгого режима. 

Руководствуясь ст.ст. 303 – 309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначить наказание:

- по ч. 1 ст. 119 УК РФ в виде лишения свободы на срок 5 (пять) месяцев, 

- по ч. 1 ст. 105 УК РФ в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет. 

На основании ч.3 ст.69 УК РФ назначить осужденному ФИО1 наказание по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначенных отдельно за каждое преступление, определив к отбытию наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет 1 (один) месяц, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1 оставить прежней – заключение под стражу, до вступления приговора в законную силу, срок наказания исчислять с 03 апреля 2017 года. Зачесть в срок отбытия наказания, срок содержания под стражей в период с 22 ноября 2016 года по 02 апреля 2017 года. 

Гражданский иск по делу не заявлен.

В соответствии со ст. 131, 132 УПК РФ взыскать с осужденного ФИО1 в пользу федерального бюджета Российской Федерации, процессуальные издержки по делу, выплаченные адвокату за оказание им юридической помощи, за участие в деле по назначению в ходе предварительного расследования в размере 3630 (три тысячи шестьсот тридцать) рублей. 

Вещественные доказательства по уголовному делу: 

<

данные изъяты>, - уничтожить как не представляющие ценности, после вступления приговора в законную силу.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Карелия через Кемский городской суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: Б.А. Клепцов