К делу № 2-3628/18

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 июля 2018 года г. Армавир Краснодарский край

Армавирский городской суд 

Краснодарского края в составе

председательствующего Лантух В. В.,

при секретаре Выходцевой К.Ю.,

с участием: истца ФИО3, представителя ответчика ГБУЗ 

«ПНД -2» МЗ КК – ФИО4 (дов. б/н от 19.09.2017 года), 

рассмотрев в выездном открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Психоневрологический диспансер №» министерства здравоохранения Краснодарского края (далее по тексту ГБУЗ «ПНД №2» МЗ КК) об обжаловании дисциплинарного взыскания, 

у с т а н о в и л:

ФИО3, будучи штатным работником ГБУЗ «ПНД №2» МЗ КК с 06.08.2012 года, находясь на должности санитара полатного, обратился в суд с иском к ГБУЗ «Психоневрологический диспансер №2» МЗ КК о признании незаконным объявленного ему на основании Приказа от 13.06.2018 года №144-П главного врача ФИО5 дисциплинарного взыскания в виде выговора и его отмене. 

Требования мотивированы тем, что согласно вышеуказанному приказу, поводом для которого послужило обращение матери пациента ФИО2, находившемся в медицинском учреждении на очередном лечении с диагнозом 

<

данные изъяты> который сообщил ей о том, что 22.05.2018 года санитар ФИО3 ударил его ногой. 

В ходе проведенной служебной проверки по заявлению ФИО1 были отобраны объяснения ванщицы ФИО9 которая показала, что 22.05.2018 года ФИО3 резким ударом руки в живот остановил больного ФИО2, пытавшегося пройти по коридору в сторону служебных помещений. Кроме того, санитарка палатная ФИО8 показала, что со слов ФИО9 ей известно, что та была свидетелем того, как в коридоре ФИО3 ударил рукой в живот больного ФИО2 

Поскольку помимо объяснений вышеуказанных работников других объективных доказательств нанесения пациенту удара рукой в живот не установлено, поскольку при проведении служебной проверки каких-либо телесных повреждений на теле больного обнаружено не было, медицинское освидетельствование не проводилось, скорая помощь пациенту не вызывалась, заявление о противоправных действиях истца в правоохранительные органы не подавалось, принимая во внимание, что в указанный день ФИО3 действительно остановил ФИО2 в коридоре мужского отделения больницы при попытки последнего пройти в служебное помещение без применения какого-либо насилия. Как действительно он остановил больного можно было убедиться, просмотрев видеозаписи с камер видеонаблюдения, установленных в коридоре, так как указанные в объяснении ванщицы ФИО9 обстоятельства находились в секторе видеонаблюдения двух видеокамер, однако этого не было сделано.

Полагая, что служебная проверка была не полной, не объективной, а изложенные в заявлениях ФИО1 и больного – ФИО2, а также в объяснениях работников обстоятельства не соответствуют действительности, принимая во внимание, что ранее к дисциплинарной ответственности истец не привлекался, трудовой дисциплины не нарушал, сославшись на ч.5 ст.192 ТК РФ, истец просит признать дисциплинарное взыскание незаконным и отменить его.

В стадии досудебной подготовки по делу представителем ответчика ФИО4 представлен письменный отзыв на иск, в котором по существу заявленного требования возражала, мотивировав тем, что в рамках проведенной проверки по заявлению ФИО1 - матери пациента ФИО2, были изучены и исследованы все обстоятельства данного события, опрошены свидетели, в частности санитарка-ванщица ФИО9, а также санитарка палатная ФИО8, которые подтвердили, что ФИО3 нанес удар пациенту ФИО2 Кроме того, был опрошен пациент ФИО2, который пояснил, что истец нанес ему удар в живот. В рамках проверки также были осмотрены видеозаписи с камер наблюдения, расположенных в коридоре диспансера, однако участок коридора, где происходили описанные события, в поле зрения камер не попал. Поскольку в результате проверки было установлено, что санитар палатный ФИО3 грубо нарушил правила этики и деонтологии, к нему в порядке ст.193 ТК РФ было применено дисциплинарное взыскание в виде выговора. 

В выездном судебном заседании истец ФИО3 поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении, настаивал на их удовлетворении, при этом пояснил, что находился в коридоре мужского отделения ГБУЗ «ПНД №2» МЗ КК в районе комнаты хранения дез.средств, из палаты по направлению к служебным помещения шел пациент ФИО2, который был остановлен им поднятием руки вверх, без применения какого-либо насилия к пациенту. Кроме того, указанный участок коридора хорошо просматривается с двух ракурсов камерами наблюдения, расположенными под потоком. Однако в момент служебной проверки руководством было исследовано совершенно другое место, которое действительно находилось в слепой зоне для камер. По указанным обстоятельствам полагал, что проверка проведена преднамеренно с целью не исследовать участок коридора, находившийся в зоне видимости камер наблюдения, где фактически он остановил больного ФИО2, а объяснение очевидца - санитарки-ванщицы ФИО9, на котором построено все обвинение не соответствует действительности, поскольку само заявление пациента ФИО2 с его диагнозом следовать оценивать критически, просил удовлетворить иск в полном объеме. 

Представитель ответчика ГБУЗ «ПНД №2» МЗ КК - ФИО4 по существу заявленного иска возражала в полном объеме, мотивировав доводами, приведенными по тексту письменных возражений, при этом пояснила, что действительно в ходе служебной проверки было установлено совершенно другое место совершения ФИО3 дисциплинарного проступка – другой коридор и там не установлены камеры видеонаблюдения, однако собранные в ходе проверки доказательства достоверно подтверждают, что санитар палатный ФИО3 грубо нарушил правила этики и деонтологии, в частности он не должен был размахивать руками, а напротив вести себя корректно, спокойно и уважительно по отношению к пациенту. В результате его небрежного отношения к работе, моральному и психическому состоянию здоровья пациента ФИО2 был причинен вред, что является недопустимым. 

Допрошенная в качестве свидетеля санитарка ФИО11 показала, что знает пациента ФИО2 с момента её прихода на работу в ГБУЗ «ПНД №2» МЗ КК, где она работает более восьми лет. За указанный период он неоднократно проходил лечение в их учреждении. В период прохождения лечения ФИО2 постоянно говорит о том, что его бьют, ему угрожают, хотят его убить, об этом он сообщает своей матери – ФИО1, которая реагирует на данные слова серьезно, воспринимает их как правду, после чего затевает скандалы в больнице на почве того, что её сына обижают, пытается выяснить, кто бьет её сына, однако в последующем успокаивается. 

Свидетель ФИО9 пояснила, что работает санитаркой-ванщицей, 22 мая 2018 года она находилась на смене и видела, как в коридоре мужского отделения в районе палаты №7 и комнаты хранения дез.средств санитар палатный ФИО3 резким движение руки оттолкнул двигавшегося в направлении служебных помещений пациента ФИО2, который находился позади ФИО3, тем самым остановив больного. При этом свидетель уточнила, что рука ФИО3 не была сомкнута в кулак, он ладонью оттолкнул пациента, при этом от не упал. Это все происходило именно в том месте, где сейчас находится судья, установленные две видеокамеры с противоположных ракурсов полностью фиксируют в этом месте все движения, почему в ходе служебной проверки администрация больницы указало место в другом коридоре, где нет видеокамер, ей неизвестно. 

Свидетель врач-психиатр ГБУЗ «ПНД №2» МЗ КК ФИО12 пояснила суду, что знает пациента ФИО2 длительное время - с первого поступления в ПНД- 2, поскольку последний периодически проходит лечение в диспансере. Находясь на лечении ФИО2 постоянно жалуется на то, что его бьют какие-то личности, что всех его родственников убили, и скоро его самого тоже убьют, боялся выходить в коридор, говорил, что за ним следят. Такое поведение больного соответствует его заболеванию с диагнозом: 

<

данные изъяты> Указанные жалобы от пациента ФИО2 исходили и в предыдущие его госпитализации в 2017 году - даже при выписки из диспансера у ФИО2 остаются остаточные бредовые идеи. В мае 2018 года, в очередное его поступление, он также жаловался, что его избивают какие-то личности, угрожают его убить. Мать воспринимает жалобы ФИО2 серьезно, как реальные, полагает, что её сын говорит правду, приходила неоднократно в диспансер и устраивала скандалы, однако спустя некоторое время после общения с сыном она также критически оценивает его жалобы на побои, угрозы убийством, преследование, и тому подобное. 

Свидетель ФИО13 показал, что работает врачом-психиатром в ГБУЗ «ПНД -№2» МЗ КК, знает пациента ФИО2 с 2015 года, некоторое время являлся его лечащим врачом. При обострении заболевания ФИО2 высказывает жалобы, в том числе, на то, что его бьют, хотят убить его и всех родственников. Такое поведение больного соответствует его заболеванию с диагнозом: «Органическое бредовое шизофреноподобное расстройство в связи с болезнью Реклингхаузена. F 06.27.». Свои бредовые идеи ФИО2 высказывает не только персоналу диспансера, но говорит это своей матери, которая воспринимает жалобы серьезно, верит ему и неоднократно предъявляла по поводу избиения сына претензии персоналу диспансера. 

Выслушав стороны и их представителей, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд находит требования ФИО3, обоснованными и подлежащими удовлетворению по ниже следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст. 352 Трудового кодекса Российской Федерации, каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Как следует из материалов дела ФИО3 состоит в трудовых отношениях с ГБУЗ «ПНД №2» МЗ КК, в должности санитара палатного психиатрического отделения.

-13 июня 2018 года, Приказом №144-П, вынесенным главным врачом ГБУЗ «ПНД -2» ФИО5, к санитару палатному психиатрическому отделению ФИО3, за нарушение ст.21 Конституции РФ, ч.1 ст.18, п.1 ч.2 ст.73 Федерального Закона от 21.11.2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст.5 Закона РФ от 02.07.1992 года №3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании», п. 2.21 раздела II «Обязанности» должностной инструкции санитара палатного психиатрического отделения, применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.

Согласно Акту о проведении служебного расследования от 13.06.2018 года №2 в результате проведенного расследования выявлено следующее:

При рассмотрении заявления матери душевнобольного ФИО2 гражданки ФИО1 от 25 мая 2018 года вх. №1686, поступившего непосредственно главному врачу ГБУЗ «ПНД № 2» 25 мая 2018 года, было установлено, что пациент ФИО2 сообщил своей маме в день посещения о том, что 22 мая 2018 года санитар палатный ФИО3 ударил его ногой. В этой связи ФИО1 обратилась с просьбой принять меры к санитару палатному ФИО3, с целью недопущения в дальнейшем наибольшего причинения вреда здоровью больному.

Из объяснительной санитара палатного психиатрического отделения (ранее психоневрологического отделения) ФИО3 от 30 мая 2018 года следует, что 22 мая 2018 года пациент ФИО2 был остановлен им при попытке пройти в служебное помещение, при этом какого либо удара, либо иных телесных повреждений ему не наносил. 

В процессе осмотра душевнобольного ФИО2 на предмет телесных повреждений в составе: главной медицинской сестры ФИО14, старшей медицинской сестры ФИО15, и.о заведующего психиатрическим отделением - врача-психиатра ФИО16, юрисконсульта ФИО4 телесных повреждений не обнаружено, но больной жаловался на боли в животе.

При устном опросе душевнобольного ФИО2 юрисконсультом ФИО4 тот рассказал: «что санитар палатный Вадим бьет его», при этом пациент показал удары на себе жестами по направлению в живот.

В письменном заявлении от 25 мая 2018 года ФИО2 также подтвердил, что санитар Вадим ударил его в живот.

Санитарка - ванщица ФИО9 психиатрического (ранее психоневрологического) отделения в своей объяснительной от 25 мая 2018 года подтвердила, «что 22 мая 2018 года, в первой половине дня, санитар ФИО3 резким ударом руки в живот остановил больного ФИО2, когда он шел в сторону служебных помещений».

Из объяснительной санитарки палатной ФИО8 от 25.05.2018 года следует, что «со слов ванщицы ФИО17, 22 мая 2018 года она была свидетелем того, что санитар палатный ФИО3 ударил рукой в живот больного ФИО2 в коридоре».

Таким образом, комиссия по служебному расследованию пришла к выводу, что санитар палатный психиатрического отделения ФИО3 нарушил свои должностные обязанности, изложенные в п. 2.21 раздела II «Обязанности» должностной инструкции санитара палатного психиатрического (ранее психоневрологического) отделения и другие вышеуказанные правовые нормы, «нормы этики при общении с сотрудниками, пациентами и их родственниками»; нарушил основной принцип этики и деонтологии - «не навреди»; небрежное, недобросовестное, формальное отношение к своим обязанностям привело санитара палатного к действиям, причинившим вред моральному и психическому здоровью пациента ФИО2, действия санитара палатного привели к стрессу пациента ФИО2, который испытал волнения и переживания, моральные страдания, возможные негативные последствия в процессе стационарного лечения в ГБУЗ «ПНД №2»; санитар палатный ФИО3 отнесся неуважительно к личности душевнобольного, грубо и пренебрежительно остановил душевнобольного при попытке войти в служебное помещение.

За совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить, в том числе, дисциплинарные взыскания в виде выговора (ст.192 ТК РФ).

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ст.192 ТК РФ).

Истец ФИО3 оспаривает применённое дисциплинарное взыскание, ссылаясь на неполноту исследованных обстоятельств указанного события.

Как следует из представленных по запросу суда медицинских документов на пациента ГБУЗ «ПНД №2» МЗ КК ФИО2, последний страдает психическим расстройством в виде параноидного синдрома с 2001 года, в психиатрический стационар впервые попал в 2003 года, после чего многократно проходил лечение в АПНД, в результате чего ему установлен диагноз: «Органическое бредовое шизофреноподобное расстройство в связи с болезнью Реклингхаузена 06.27». 

Согласно эпикризам из истории болезни (от 30.09.2016, 05.03.2017, 02.06.2017, 10.11.2017) поводами для госпитализации служило ухудшение психического состояния ФИО2, в том числе, проявление беспокойства, тревожности, агрессии, высказывание бредовых идей, жалобами на появление голосов, ощущением воздействий потусторонних сил (эпикриз от 05.03.2017 года №54).

Последний раз, ФИО2 госпитализирован в добровольном порядке в мае 2018 года, в связи с ухудшением психического состояния. В процессе лечения неоднократно говорил, что его избивают какие-то личности, что его хотят убить, что подтверждено показаниями свидетелей врачей-психиатров ПНД №2 ФИО12 и ФИО13 

Из показаний санитарки ФИО11 следует, что она знает пациента ФИО2 более восьми лет - с момента её прихода на работу в ГБУЗ «ПНД №2» МЗ КК. За указанный период он неоднократно проходил лечение в их учреждении. В период прохождения лечения ФИО2 постоянно говорит о том, что его бьют, ему угрожают, хотят его убить, об этом он сообщает своей матери – ФИО1, которая реагирует на данные слова серьезно, воспринимает их как правду, после чего затевает скандалы в больнице на почве того, что её сына обижают, пытается выяснить, кто бьет её сына, однако в последующем успокаивается. 

В ходе выездного судебного заседания был осмотре журнал – дневник психиатрического отделения, согласно которому имеется запись от 22.05.2018 года о том, что пациент ФИО2 ведет себя спокойнее, принимает пищу и лекарства, какой-либо отметки о конфликте ФИО3 с ФИО2 в журнале нет. 

Также в ходе выездного судебного заседания было установлено точное место совершения вменяемого ФИО3 дисциплинарного проступка, которое не соответствует тому, которое было определено в ходе служебного расследования и оцененного как «слепая зона», где камеры не фиксируют место действия. Фактическое место действия, по вменяемому ФИО3 инциденту фиксируется двумя видеокамерами в видом сзади и видом справа по ходу движения больного ФИО2, однако видеофиксации данных камер не являлись предметом служебной проверки. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. 53 Постановления Пленума от 17.03.2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая вышеприведенную правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение. 

Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Согласно обжалуемому приказу, ФИО3, в том числе, вменятся нарушение п. 2.21 должностной инструкции, из содержания которой следует, что он обязан соблюдать нормы этики при общении с сотрудниками, пациентами и их родственниками. 

Статьей 5 Закона РФ от 02.07.1992 года №3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании» закреплено, что лица, страдающие психическими расстройствами, обладают всеми правами и свободами граждан, предусмотренными Конституцией Российской Федерации и федеральными законами. Ограничение прав и свобод граждан, связанное с психическим расстройством, допустимо лишь в случаях, предусмотренных законами Российской Федерации.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела по существу, суду не представлено в своей совокупности достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих нарушение ФИО3 прав пациента, или своих должностных обязанностей, поскольку судом достоверно установлено, что при описанных событиях каких-либо насильственных действий истец в отношении пациента не применял, что в том числе подтвердил свидетель ФИО18, которая в ходе выездного заседания пояснила, что ФИО3 остановил своей правой рукой пациента ФИО2, направлявшегося в сторону служебных помещений, при этом рука ФИО3 не была сжата в кулак, ладонью пришлась в область живота пациента, тем самым преградив ему дальнейшее движение по коридору. При этом, какого-либо неуважительного отношения к пациенту, или ограничения его прав ФИО3 не допустил. 

Принимая во внимание, что ФИО2 страдает органическим бредовым шизофреноподобным расстройством, а также его навязчивую бредовую идею о том, что его бьют он высказывает регулярно на протяжении многих лет лечения в диспансере, учитывая, что работодатель преднамеренно место вменяемого ФИО3 дисциплинарного проступка изменил на «слепую зону», суду приходит к убеждению, что в действиях ФИО3 отсутствовало какое либо противоправное поведение, которым он мог нанести или нанес больному ФИО2 моральный или психический вред, либо вред здоровью, что также зафиксировано в журнале-дневники в описанную дату 22.05.2018 года, где указано, что жалоб от ФИО2 не поступало, напротив, он стал спокойнее, принимает лекарства и питание. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к убеждению, что при проведении служебного расследования, положенного в основу Приказа №144-П от 13.06.2018 года работодателем не были в полной мере учтены все обстоятельства, при которых возник повод для дисциплинарного взыскания, в связи с чем, суд находит обжалуемый приказ не обоснованным и подлежащим отмене. 

Принимая во внимание, что истец при подаче иска, в соответствии с требованиями п. 19 ст.333.36 Налогового кодекса РФ, освобожден от уплаты госпошлины, она подлежит взысканию с ответчика, не освобожденного от её уплаты в порядке ч.1 ст.103 ГПК РФ, в размере пропорциональном удовлетворенным исковым требованиям, что составляет 300 руб. 00 коп.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194 -199 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

Удовлетворить исковые требования ФИО3 в полном объеме.

Признать дисциплинарное взыскание в виде выговора, примененное в отношении санитара палатного психиатрического отделения ФИО3 на основании Приказа главного врача государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Психоневрологический диспансер №2» министерства здравоохранения Краснодарского края ФИО5 №144-П от 13.06.2018 года незаконным и отменить его. 

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Психоневрологический диспансер №2» министерства здравоохранения Краснодарского края - 300 (триста) рублей 00 коп. - государственную пошлину в доход местного бюджета МО г. Армавир.

Резолютивная часть решения объявлена участникам процесса 09.07.2018 года, мотивированное решение изготовлено 13.07.2018 года.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в апелляционную инстанцию судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда через Армавирский городской суд в течение одного месяца со дня его изготовления в мотивированном виде. 

Председательствующий судья Лантух В.В. Подпись. Решение не вступило в законную силу.