КОПИЯ

Дело № 2-463/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 февраля 2019 года Октябрьский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Качесовой Н.Н.,

при секретаре Монгуш А.А.,

с участием представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности от 09.01.2019 №3, сроком действия до 31.12.2019, представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности от 14.02.2019, сроком действия на три года, рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по иску Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Томск Томской области к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Томск и Томской области (далее ГУ-УПФ в г.Томск Томской области) обратилось в суд с иском к ФИО3, в котором просит взыскать с ответчика неосновательное обогащение в виде излишне выплаченной суммы пенсии за период с 05.12.1997 по 31.01.2017 в общей сумме 600512,55 рублей, в том числе 595279,16 рублей – страховая пенсия, 273 рубля – социальная доплата «адресная помощь», единовременная выплата за январь 2017 года - 5000 рублей. 

В обоснование требований указано, что ФИО3 с 05.12.1997 состоял на учете в УПФР в г.Томск Томской области как получатель пенсии по инвалидности в соответствии со ст. 43 Закона РФ от 20.11.1991 № 340-1 «О государственных пенсиях в РФ», действующей до 01.01.2002. При обращении с заявлением от 16.12.1997 о назначении пенсии по инвалидности ФИО3 указал, что пенсия по другому основанию или от другого ведомства не назначалась. С 27.02.2015, в связи с достижением возраста 60 лет, ответчику установлена пенсия по старости в соответствии с ч.6 ст.22 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях". В 2017 году в результате сверки данных о получателях пенсии через территориальные органы Пенсионного фонда РФ и по линии «силовых» ведомств стало известно о том, что ФИО3 является получателем пенсии за выслугу лет с 27.01.1991 в соответствии с п. «а» ч.1 ст.13 Закона РФ от 12.02.1993 №4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, государственной противопожарной службе, органу по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей». Дополнительно к пенсии производилась социальная выплата «адресная помощь» в апреле, октябре, декабре 1999, и в январе 2000 года в общей сумме 273 рубля. В результате сообщения недостоверных сведений, по вине пенсионера образовалась переплата за период с 05.12.1997 по 31.01.2017 в сумме 600512,55 рублей, в том числе: переплата пенсии в размере 595279,16 рублей, переплата социальной выплаты «адресная помощь» в размере 273 рубля, единовременная выплата за январь 2017 года в размере 5000 рублей. На комиссии по рассмотрению вопросов, связанных с переплатами пенсий и других выплат 20.06.2017 в присутствии пенсионера принято решение о возмещении переплаты, возникшей по вине ФИО3, путем перечисления денежных средств на счет Управления. До настоящего времени оплата ответчиком не произведена. 

Представитель истца ГУ - УПФР в г.Томск Томской области, ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, по основаниям, в нем изложенным. Согласно представленному отзыву полагает, что не смотря на то, что страховая пенсия является ежемесячной денежной выплатой в целях компенсации застрахованным лицам заработной платы, течение срока исковой давности по требованиям о взыскании необоснованно выплаченной суммы страховой пенсии начинается в соответствии с положениями п.1 ст. 200 ГК РФ. В спорных правоотношениях обязательство по возврату излишне выплаченных сумм возникло из норм о неосновательном обогащении, договорные отношения между сторонами отсутствуют, Управлению Пенсионного фонда РФ не было и не могло быть известно о необходимости прекращения выплаты в течение всего периода неосновательного получения ответчиком пенсии. Поэтому, правило об исковой давности при повременных платежах в данном случае не применимо, так как Управлению стало известно о нарушении права в январе 2017 года по всем платежам, а не по тем, которые имели место последние три года, предшествовавшие обращению в суд. Управление начисляя ежемесячно пенсию в период с 05.12.1997 по январь 2017 года в отношении ФИО3, о нарушении своего права не знало. О факте получения ФИО3 пенсии за выслугу лет по линии силовых ведомств Управлению стало известно в январе 2017 года в результате сверки базы данных получателей пенсий и иных выплат по линии ПФР и силовых ведомств, проведенной в рамках мероприятий по подготовке к осуществлению в январе 2017 года единовременной выплаты гражданам. Таким образом, полагает, что срок исковой давности в данном случае подлежит исчислению с момента, когда Управление узнало о нарушении своего права, наличии оснований для прекращения выплаты страховой пенсии по старости в связи с получением пенсии по линии силовых ведомств, т.е. с 16.01.2017.

Ответчик ФИО3, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не сообщил. Суд, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, заявила ходатайство о применении срока исковой давности. Согласно представленному отзыву полагает, что пенсионный орган должен был узнать о нарушении своего права с момента поступления документов, послуживших основанием для назначения и выплаты пенсии по инвалидности ответчику, законными полномочиями по проверке которых, пенсионный орган наделен. Пенсионный орган имел возможность проверить представленные ФИО3 документы, сделать запрос в ФСБ РФ при принятии решения о назначении пенсии, т.е. в декабре 1997 года, однако не сделал этого. Поскольку выплата пенсии производится ежемесячно, то неосновательное обогащение возникает с момента получения ответчиком каждой выплаты, соответственно право на возврат пенсии возникает у пенсионного органа после каждого платежа, с которого начинает течь срок исковой давности. Полагает, что поскольку истец заявил об излишне выплаченной сумме пенсии за период с 05.12.1997 по 31.01.2017, то в пределы срока исковой давности попадает период с 30.01.2016 по 31.01.2017.

Выслушав представителя истца, представителя ответчика, изучив материалы дела, допросив свидетеля, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ГУ-УПФ РФ Российской Федерации в г.Томск Томской области подлежат удовлетворению, исходя из следующего.

Согласно ч.6 ст. 22 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ (ред. от 27.12.2018) «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости лицу, получающему страховую пенсию по инвалидности, достигшему возраста для назначения страховой пенсии по старости в соответствии с частью 1 или 1.1 статьи 8 настоящего Федерального закона, имеющему не менее 15 лет страхового стажа и величину индивидуального пенсионного коэффициента не менее 30, назначается со дня достижения им указанного возраста без истребования от него заявления о назначении страховой пенсии по старости на основании данных, имеющихся в распоряжении органа, осуществляющего пенсионное обеспечение. Орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, в течение 10 рабочих дней со дня вынесения решения о назначении страховой пенсии по старости извещает данное лицо о назначении ему страховой пенсии по старости.

В соответствии со ст. 7 Закона РФ от 12.02.1993 N 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, утверждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей» лицам, имеющим одновременно право на различные государственные пенсии, назначается одна пенсия по их выбору.

В соответствии с частью 2 статьи 4 Федерального закона от 17 декабря 2001 года №173-Ф3 «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», действовавшего на период спорных правоотношений, в случаях, предусмотренных Федеральным законом «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», допускается одновременное получение пенсии по государственному пенсионному обеспечению, установленной в соответствии с указанным Федеральным законом, и трудовой пенсии (части трудовой пенсии), установленной в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Статьей 5 вышеуказанного Федерального закона были определены следующие виды трудовых пенсий: трудовая пенсия по старости; трудовая пенсия по инвалидности; трудовая пенсия по случаю потери кормильца. При этом было установлено, что трудовая пенсия по старости может состоять из следующих частей: страховой части; накопительной части.

Согласно пункту 2 статьи 3 Федерального закона 15 декабря 2001 года №166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» гражданам, имеющим одновременно право на различные пенсии в соответствии с законодательством Российской Федерации, устанавливается одна пенсия по их выбору, если иное не предусмотрено федеральным законом. При этом право на одновременное получение двух пенсий имеет ограниченный круг лиц, нуждающихся в особой социальной защите. Перечень этот определен п. 3 ст. 3 указанного федерального закона.

На основании п. 4 ст. 23 Федерального закона РФ № 173-ФЗ от 17.12.2001 «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», пенсионер обязан безотлагательно извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера трудовой пенсии или прекращение ее выплаты.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 декабря 2012 года №30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» разъяснено, что, рассматривая требования об установлении гражданам, получающим пенсию за выслугу лет или пенсию по инвалидности в соответствии с Законом 12 февраля 1993 года №4468-1, страховой части трудовой пенсии по старости, суд с учетом части 4 статьи 7 этого Закона и пункта 6 статьи 3 Федерального закона №166-ФЗ вправе их удовлетворить при соблюдении такими гражданами предусмотренных в Федеральном законе №173-Ф3 условий, необходимых для назначения трудовой пенсии по старости (на общих основаниях или досрочной).

Положениями статьи 25 Федерального закона от 17 декабря 2001 года №173-Ф3 «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» предусмотрено, что физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты трудовой пенсии, а работодатели, кроме того, - за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования. В случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных пунктом 4 статьи 23 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату трудовых пенсий, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. В случаях невыполнения или ненадлежащего выполнения обязанностей, указанных в пункте 1 настоящей статьи, и выплаты в связи с этим излишних сумм трудовой пенсии работодатель и пенсионер возмещают пенсионному органу, производящему выплату трудовой пенсии, причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Аналогичные положения об ответственности виновных лиц в случае предоставления ими недостоверных сведений или несвоевременного предоставления сведений о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии или прекращение ее выплаты, предусмотрены статьей 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях ».

В силу п. 3 ч. 1 ст. 25 Федерального закона N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.

В соответствии с ч.4 ст. 29 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ (ред. от 27.12.2018) «О страховых пенсиях» в случае прекращения выплаты страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии до полного погашения задолженности по излишне выплаченным суммам указанной пенсии или выплаты, удерживаемым на основании решений органов, осуществляющих пенсионное обеспечение, оставшаяся задолженность взыскивается в судебном порядке.

Как видно из дела, 16.12.1997 ФИО3 обратился в ГУ УПФР в г. Томск с заявлением о назначении пенсии по инвалидности. В заявлении указал, что у него на иждивении находится один человек, пенсию по другому основанию или от другого ведомства не назначалась (л.д. 15-16).

Решением заведующего отделом начальника управления ГУ УПФР в г. Томск от 24.12.1997 № 6/570 ФИО3 назначена по инвалидности в соответствии со ст. 43 Закона РСФСР «О государственных пениях в РСФСР» (л.д. 14). 

На основании решения о назначении пенсии (переводе с одной пенсии на другую) от 27.02.2015 (л.д.17) ФИО3 на основании его заявления переведен с пенсии по инвалидности на трудовую пенсию по старости.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 не относится к категории граждан, предусмотренных п. 3 ст. 3 Федерального закона 15 декабря 2001 года №166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», имеющих право на одновременное получение двух пенсий. 

Как следует из ответа УФСБ России по Томской области от 24.01.2017 №124/15/925 (л.д.20) ФИО3 является получателем пенсии за выслугу лет с 27.01.1991 в соответствии с п. «а» ч.1 ст.13 Закона РФ от 12.02.1993 №4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, государственной противопожарной службе, органу по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей». Пенсия за выслугу лет назначена за период с 08.05.1973 по 26.01.1991. 

Решением ГУ-УПФ РФ в г.Томске Томской области от 01.02.2017 (л.д18) выплата трудовой пенсии по старости ФИО3 прекращена.

Согласно протоколу решения комиссии по рассмотрению вопросов, связанных с переплатами пенсий и других выплат от 20.06.2017 № 999 (л.д.65-66) в присутствии ФИО3 принято решение о возмещении переплаты, возникшей по вине ФИО3, в связи с сокрытием факта получения пенсии за выслугу лет при обращении за назначением пенсии по инвалидности, путем перечисления денежных средств на счет Управления. В адрес ответчика 03.07.2017 направлено уведомление об образовавшейся переплате от 30.06.2017 № 1991 с приложением реквизитов для добровольного погашения задолженности. 

Из протокола о выявлении излишне выплаченных пенсионеру сумм пенсии УПФР в г.Томск от 21.02.2018 № 360п (л.д.70) за период с 01.01.2017 по 31.01.2017 ФИО3 выплачена единовременная денежная выплата пенсии в размере 5000 рублей. В результате сверки данных о получателях пенсии территориальные органы Пенсионного фонда РФ и по линии «силовых» ведомств было установлено, что ФИО3 27.01.1991 является получателем пенсии за выслугу лет, предусмотренный п. «а» ст.13 Закона РФ от 12.02.1993 №4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, государственной противопожарной службе, органу по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей».

Поскольку при обращении в ГУ УПФ РФ в г.Томск Томской области за назначением пенсии ФИО3 скрыл факт назначения ему пенсии за выслугу лет от другого ведомства, пенсия по инвалидности в соответствии со ст. 7 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» была ему назначена и выплачивалась необоснованно.

За период с 05 декабря 1997 года по 31 января 2017 года ФИО3 излишне выплачена страховая пенсия в размере 595279,16 рублей единовременная выплата в соответствии с Федеральным законом от 22 ноября 2016 года № 385-ФЗ «О единовременной денежной выплате гражданам, получающим пенсию» в размере 5 000 руб. 00 коп., социальная доплата «адресная помощь» в размере 273 рубля, в общей сумме 600512,55 рублей.

Таким образом, в период с 05.12.1997 по 31.01.2017 оснований для получения пенсии по инвалидности, а позднее трудовой пенсии по старости у ответчика не имелось, однако о наступлении такого обстоятельства ФИО3 истца не уведомил. 

Как следует из истории выплаты пенсии ФИО3 на лицевой счет № 075116 за период с 05.12.1997 по 31.01.2018 перечислено всего: 595279,16 рублей, указанные обстоятельства подтверждается справками о выплате за 1998 год, за 2000 год, за 2001 год, за 2002 год, за 2002 год, за 2003 год, за 2004 год, за 2005 год, за 2006 год, за 2007 год, за 2008 год, за 2009 год (л.д.21-25), справкой о выплате за 2010 год от 27.04.2017, справкой о выплате за 2011 год от 27.04.2017, справкой о выплате за 2012 год от 27.04.2017, справкой о выплате за 2013 год от 27.04.2017, справкой о выплате за 2014 год от 27.04.2017 (л.д.26-30), выпиской из лицевого счета ФИО3 

<

***> (л.д.31-33), актом подтверждения доставки пенсии (л.д.36-37,39), выписками по счету ФИО3 № 40817810002150002107 за период с 20.04.2010 по 17.08.2017 (л.д.41-64).

Согласно выписке из лицевого счета 

<

***> (л.д.34) ФИО3 перечислена единовременная выплата гражданам, получающим пенсию в размере 5000 рублей. 

Из расчета по переплате пенсии следует, что у ФИО3 образовалась переплата пенсии за период с 05.12.1997 по 31.01.2017 в сумме 595279,16 рублей, единовременной выплаты в размере 5 000 рублей, социальной доплаты «адресная помощь» в размере 273 рубля, в общей сумме 600512,55 рублей.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В силу п. 4 ст. 1103 ГК РФ правила об обязательствах из неосновательного обогащения подлежат применению (поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений) также к требованиям о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

В соответствии со ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Из названных норм следует, что обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного рассмотрения спора, является факт недобросовестности получателя неосновательного обогащения, доказывание которого по общему правилу лежит на истце, как на потерпевшей стороне.

Поскольку в судебном заседании, при исследовании материалов дела установлен факт того, что ответчик ФИО3 собственноручно указал, что ранее пенсию по другому основанию или от другого ведомства не получал, предупрежден о необходимости безотлагательно извещать территориальный орган ПФР об обстоятельствах, влекущих за собой изменения размера пенсии или прекращение её выплаты, однако данные факты скрыл от государственного учреждения, суд считает, что требования подлежат удовлетворению. Как уже установлено, данные денежные средства были получены ответчиком в отсутствии к этому правовых оснований, в связи с чем на основании ст. 1102 ГК РФ они должны быть взысканы с ответчика. 

Доводы стороны ответчика о том, что при обращении в ГУ-УПФ РФ в г.Томск Томской области с заявлением о назначении пенсии ФИО3 не понимал о чем его спрашивают поскольку находился в болезненном состоянии в связи с перенесенной незадолго до этого операцией, судом не могут быть приняты во внимание, поскольку факт нахождения ФИО3 в болезненном состоянии, которое бы ему препятствовало пониманию значения своих действий, объективно ничем не подтвержден. 

В ходе разбирательства по делу представитель ответчика указал, что истцом пропущен срок исковой давности, который составляет три года.

Исходя из требований ст. ст. 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, срок исковой давности в данном случае исчисляется не со дня получения ежемесячной компенсационной выплаты, а с момента, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права, наличии оснований для прекращения выплаты компенсации в связи с получением ответчиком пенсии по случаю потери кормильца.

Согласно разъяснениям, изложенным п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Поскольку о применении исковой давности заявлено стороной ответчика, то ей же и надлежало доказать обстоятельства, свидетельствующие об истечении срока исковой давности для обращения истца в суд.

Однако в силу ст. 56 ГПК РФ ответчиком не представлено относимых и допустимых доказательств этому.

Из материалов дела усматривается, что истец, действуя добросовестно, начисляя ежемесячно пенсию в период с 05.12.1997 по январь 2017 года в отношении ФИО3 о нарушении своего права не знал.

Об отсутствии оснований для осуществления начисления пенсии, то есть о том, что ФИО3 с 27.01.1991 является получателем пенсии за выслугу лет по линии силовых ведомств, пенсионному органу стало известно не ранее 16 января 2017 года в результате сверки баз данных получателей пенсии и иных выплат по линии ПФР и силовых ведомств.

Именно с этого времени истец установил нарушение своего права. Доказательств того, что ФИО3 предоставлял сведения о себе в пенсионный орган в иную дату, не представлено.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что истец с иском в суд обратился в пределах трехлетнего срока.

Доводы ответчика, о том, что им при назначения пенсии была представлена трудовая книжка и документы о стаже работы, из которых Пенсионный фонд самостоятельно мог определить о том, что ответчик является получателем пенсии, не могут быть приняты во внимание, поскольку обязанность ставить в известность Пенсионный фонд о поступлении на работу и других обстоятельствах, влияющих на изменение размера федеральной социальной доплаты к пенсии, либо влекущих её прекращение, лежит на лице, который обратился с заявлением о назначении пенсии.

Доводы стороны ответчика об отсутствии его вины в переплате пенсии правового значения не имеют, поскольку в данном случае вопрос о наличии либо отсутствии виновных действий не влияет на обязанность ответчика возвратить сумму необоснованно полученных денежных средств.

Поскольку в период с 05.12.1997 – 31.01.2017 денежные средства были получены ответчиком от ГУ-УПФ РФ в г.Томск Томской области без каких – либо правовых оснований, денежная сумма в размере 600512,55 рублей до настоящего времени в добровольном порядке не возвращена, а потому подлежит взысканию с ФИО3 в пользу истца.

Кроме того, в соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика в бюджет муниципального образования «город Томск» подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, в размере 9205,13 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Томск Томской области к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу Государственного Учреждения – Управление Пенсионного фонда в г. Томск Томской области сумму неосновательного обогащения в виде излишне выплаченной суммы пенсии за период с 05.12.1997 по 31.01.2017 в размере 600512, 55 руб.

Взыскать с ФИО3 в бюджет муниципального образования «Город Томск» государственную пошлину в размере 9 205,13 рублей.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Томска.

Председательствующий судья Н.Н. Качесова

Копия верна.

Судья Н.Н. Качесова

Секретарь: А.А. Монгуш

«____» ______________ 20______ года

Оригинал хранится в деле № 2-463/2019 в Октябрьском районном суде г.Томска.