Дело № 22 – 704/2021 Судья Копалыгина В.С.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

2 сентября 2021 года г. Кострома

Костромской областной суд в составе

председательствующего судьи Сенина А.Н.,

с участием прокурора Апалько Р.Ю.,

осужденного ФИО1,

защитника Козлова В.А.,

потерпевших Т., Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарями Краснухиным В.Ю., Грачевой Н.В., 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы (основную и дополнительные) осужденного ФИО1 и защитника Козлова В.А. на приговор Галичского районного суда Костромской области от 20 апреля 2021 года, по которому

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, разведенный, зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>, проживающий по адресу: 

<

адрес>, ранее несудимый,

осужден по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ (в редакции Федерального закона от 17.06.2019 г. № 146-ФЗ) к 4 годам лишения свободы в колонии-поселении с лишением права управления транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

В срок лишения ФИО1 права управления транспортными средствами зачтен срок, в течение которого его водительское удостоверение находилось в ОГИБДД МО МВД России 

<

данные изъяты> на основании постановления мирового судьи судебного участка № Галичского судебного района 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Порядок следования ФИО1 к месту отбывания наказания определен за счет государства самостоятельно.

Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу и получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы о направлении к месту отбывания наказания оставлена в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислен со дня его прибытия в колонию-поселение, время следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, врученным ему на основании ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, распространен на время отбывания ФИО1 наказания в виде лишения свободы и исчислен с момента отбытия им основного наказания в виде лишения свободы.

Исковые требования Т. и Н. удовлетворены, с ФИО1 взысканы денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> рублей в пользу каждого из потерпевших в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступления защитника Козлова В.А. и осужденного ФИО1, подержавших доводы основной и дополнительных апелляционных жалоб, мнения прокурора Апалько Р.Ю., потерпевших Т. и Н., полагавших апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, приговор суда – без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

по приговору ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, совершенном лицом, находящимся в состоянии опьянения. 

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 свою вину по предъявленному ему обвинению не признал. 

В совместной апелляционной жалобе осужденный ФИО1 и защитник Козлов В.А. просят приговор отменить, в отношении ФИО1 вынести оправдательный приговор за отсутствием события преступления. В обоснование приводят доводы о том, что в приговоре не получили оценки доводы подсудимого и защитника относительно обстоятельств, входящих в предмет доказывания. Указывают, что в ходе предварительного расследования уголовного дела достоверно не установлено место столкновения автомобилей с обязательной привязкой продольно-поперечных координат. По делу не доказано, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый. Полагают, что выводы предварительного следствия и суда основываются на недопустимых и недостоверных доказательствах. Квалифицирующий признак совершения преступления в состоянии опьянения вменен подсудимому незаконно. Судом не опровергнуты версии о попадании этанола в организм после ДТП, о выезде на полосу встречного движения водителя Т., которым был нарушен п. 2.1.2. Правил дорожного движения РФ, что и обусловило причинение потерпевшим тяжкого вреда здоровью. Обращают внимание, что судом первой инстанции по существу не разрешена их жалоба, поданная в порядке ст. 125 УПК РФ на постановление о возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ. Судом незаконно отклонены ходатайства стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, о назначении автотехнической и судебно-медицинской экспертизы. Ссылаются на наличие оснований для возвращения дела прокурору, в связи с нарушением органом расследования требований ст.ст. 73, 171, 172, 220 УПК РФ, поскольку при составлении обвинительного заключения и предъявлении ФИО1 обвинения не указана редакция Уголовного закона и Правил дорожного движения, действующих на день совершения ДТП. Указывают, что не соблюдены требования квалификации преступления и установления всех обстоятельств, подлежащих доказыванию, в предъявленном обвинении не описаны конкретные абзацы и пункты Правил дорожного движения РФ, которые были нарушены, не описано, в чем это выражалось, не описаны их последствия и причинно-следственная связь между этими нарушениями и наступившими вредными последствиями. Также указывают на нарушение судом принципов уголовного судопроизводства.

В дополнительной апелляционной жалобе осужденный ФИО1 приводит доводы о том, что факт выезда им на полосу встречного движения не доказан, сотрудники ГИБДД допустили грубые ошибки при составлении документов на месте ДТП, полагает, что они скрыли улики. Ссылаясь на схему ДТП, показания Г., показания эксперта В., указывает о том, что правила дорожного движения им не нарушались, выезд его автомобиля на полосу встречного движения произошел в результате ДТП, произошедшего по вине Т.. Судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о проведении комплексной автотехнической экспертизы. Полагает, что являются необоснованными выводы проведенной по делу автотехнической экспертизы, поскольку экспертом не установлено, где именно на проезжей части, на чьей полосе движения произошло столкновение автомобилей. Показания сотрудников ГИБДД М., З. и дознавателя Г. являются недопустимыми доказательствами, поскольку в их показаниях имеются противоречия, они заинтересованы в исходе дела. Судом необоснованно отвергнуты его показания об употреблении спиртного после ДТП. Обращает внимание на рапорт, составленный сотрудником ГИБДД С., в котором подтверждается факт того, что не его автомобиль выехал на встречную полосу движения, на отсутствие в материалах уголовного дела сведений об отсутствии у водителя автомобиля 

<

данные изъяты> Т. состояния опьянения, несмотря на то, что его освидетельствование проводилось. Считает, что сотрудники правоохранительных органов, прокуратуры и суда, расположенных на территории 

<

адрес>, заинтересованы в исходе дела. Указывает, что 

<

данные изъяты> судом было отменено постановление суда первой инстанции, признавшего законным возбуждение уголовного дела, поручено рассмотреть данный вопрос при рассмотрении дела по существу, однако этого не было сделано. Указывает, что Б. он видел в суде четвертый раз, в суде она дала показания, отличающиеся от показаний, содержащихся в протоколе её допроса следователем.

В дополнительной апелляционной жалобе защитник Козлов В.А. просит приговор в отношении ФИО1 отменить, постановить оправдательный приговор за отсутствием в его действиях состава преступления, в удовлетворении исковых требований отказать. В обоснование приводит доводы о том, что уголовное дело возбуждено до прекращения производства по делу об административном правонарушении по тому же факту и в отношении того же лица. Дело возбуждено на основании недостоверного заключения автотехнической судебной экспертизы. Ссылаясь на постановление о возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, рапорт о поступлении в дежурную часть по телефону сообщения о преступлении, рапорт инспектора ОГИБДД С., иные материалы дела указывает на то, что по делу достоверно не установлено место ДТП, механизм ДТП. Полагает, что в деле отсутствует заключение автотехнической судебной экспертизы о месте и механизме ДТП. Указывает, что протокол осмотра места происшествия, схема места ДТП содержат в себе признаки подлога и фальсификации о месте преступления. Ссылаясь на т. № л.д. № уголовного дела, указывает, что расстояние до препятствия 

<

данные изъяты> метров, когда Т. заметил опасность, придумана самостоятельно следователем. Обращает внимание суда на то, что определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ не отменялось, однако ДД.ММ.ГГГГ возбуждено дело об административном правонарушении по данному факту. Ссылаясь на протокол о направлении Т. на медицинское освидетельствование, акт медицинского освидетельствования Т., указывает, что данное заключение не соответствует действительности, а также действующему законодательству. Вывод врача о состоянии опьянения незаконен. Указывает на то, что определение о прекращении дела об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ вшито в материалы дела после ознакомления стороны защиты с материалами дела, что подтверждает незаконность возбуждения уголовного дела следователем ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что у следователя Ф. отсутствовали законные поводы и основания для возбуждения уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ. Ссылаясь на постановление о назначении автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, заключение эксперта-автотехника В. от ДД.ММ.ГГГГ, указывает, что следователем перепутаны в исходных данных для эксперта загруженность автомобилей и их скорость, придумано расстояние до препятствия, когда водитель Т. его обнаружил, в связи с чем эксперт пришел к недостоверным выводам. Указывает, что экспертом неправильно применена формула для определения остановочного пути. Обращает внимание на противоречия, содержащиеся в показаниях Т. и Н. Полагает, что обвинительное заключение составлено ДД.ММ.ГГГГ следователем за рамками срока следствия, поскольку срок предварительного расследования был установлен до ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что на момент медицинского освидетельствования на состояние опьянения 

<

данные изъяты> больница не имела лицензии на наркологическое освидетельствование, а врач Со. – не имела полномочий на наркологическое освидетельствование. Указывает, что автотехническое исследование специалиста-автомеханика А. подтверждает версию ФИО1 о месте и механизме ДТП на его полосе движения. Ссылаясь на заключение специалиста врача-судебно-медицинского эксперта Р., указывает, что оно подтверждает версию ФИО1 о том, что потерпевшие в момент ДТП не были пристегнуты ремнями безопасности, что обусловило их травмирование до тяжкого вреда здоровью. Указывает, что судом необоснованно было отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты о возврате уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ в связи с тем, что следователем при составлении протокола ознакомления защиты с материалами дела разъяснены обвиняемому права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ в старой редакции. 

Указывает, что в предъявленном ФИО1 обвинении не установлен и не описан способ совершения преступления, не указаны конкретные абзацы и пункты ПДД, которые были нарушены, не описано, в чем это конкретно выразилось, не описаны их последствия и причинно-следственная связь между нарушениями таковых и наступившими вредными последствиями, ввиду чего событие преступления не установлено и не доказано. Указывает, что ФИО1 предъявлено обвинение, не соответствующее фабуле обвинительного заключения, со ссылкой на 

<

данные изъяты>, а не 

<

данные изъяты> километр автодороги, в связи с чем событие преступления не установлено. Полагает, что квалифицирующий признак в виде совершения преступления в состоянии опьянения вменен его подзащитному незаконно и необоснованно в связи с нарушением процедуры его направления на медицинское освидетельствование и самого медицинского освидетельствования. Указывает, что допущенные нарушения не позволяют определить пределы судебного разбирательства и нарушают право его подзащитного на защиту от предъявленного обвинения, так как оно неконкретно и непонятно, в связи с чем имеются основания для возращения дела прокурору. Также указал, что при ознакомлении с материалами уголовного дела следователем ФИО1 не разъяснены, права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ в действующей редакции. Указывает, что поскольку дознаватель Г. и следователь Ф. дали ложные показания необходимо вынести частное постановление и направить материалы для проведения проверки и принятия процессуального решения. По факту ненадлежащего содержания автомобильной дороги полагает необходимым вынести частное постановление.

В возражениях на апелляционные жалобы государственные обвинители Шигарев С.Ю. и Марков А.В., считая доводы апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и защитника Козлова В.А. необоснованными, просят приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Обстоятельства, при которых совершено преступление и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом установлены верно.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и защитника Козлова В.А., виновность ФИО1 в совершении преступления материалами дела установлена, подтверждается собранными доказательствами, полно, всесторонне, объективно исследованными судом и приведенными в приговоре.

Так, из показаний в судебном заседании потерпевшей Н. следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 

<

данные изъяты> она с мужем возвращалась из 

<

адрес> в 

<

адрес> на личной автомашине марки 

<

данные изъяты>. Управлял автомобилем её супруг Т., она находилась на переднем пассажирском сиденье. Она и муж были пристегнуты ремнями безопасности, двигались со скоростью около 

<

данные изъяты> км/час. Дорожные условия были удовлетворительными. В указанный день Т. спиртных напитков не употреблял. Проехав спуск с горы недалеко от 

<

адрес>, на расстоянии около 

<

данные изъяты> она увидела едущую навстречу автомашину, которую заносило из стороны в сторону. Когда автомашина оказалась на их полосе движения, она закричала супругу. Несмотря на то, что её супруг начал торможение автомобиля, избежать столкновения автомобилей не удалось, так как расстояние, на котором они заметили встречный автомобиль было небольшим. В результате дорожно-транспортного происшествия она получила телесные повреждения в виде сотрясения головного мозга, ушибленной раны лба, закрытого перелома головки левой бедренной кости. 

Из показаний в судебном заседании потерпевшего Т. усматривается, что он со своей супругой ДД.ММ.ГГГГ около 

<

данные изъяты> на личной автомашине марки 

<

данные изъяты> возвращался из 

<

адрес> в 

<

адрес>. Он управлял автомобилем, его супруга находилась на переднем пассажирском сиденье. Оба они были пристегнуты ремнями безопасности. Он ехал со скоростью около 

<

данные изъяты> км/ч. Спиртных напитков не употреблял, дорожные условия были удовлетворительными. Проехав спуск с горы, расположенный недалеко от 

<

адрес>, заворачивая по дороге в сторону 

<

адрес> на расстоянии около 

<

данные изъяты> увидел едущую навстречу автомашину марки 

<

данные изъяты>, которую заносило из стороны в сторону. После того, как встречная автомашина оказалась на его полосе движения, произошло столкновение. Несмотря на то, что он предпринял экстренное торможение и старался ехать ближе к правой обочине дороги, избежать столкновения со встречным автомобилем не удалось, поскольку все произошло очень быстро и расстояние, на котором он заметил указанный автомобиль, было небольшим. После столкновения автомобилей он потерял сознание. В период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время не работает вследствие нетрудоспособности, не может самостоятельно передвигаться. В результате ДТП получил телесные повреждения, в настоящее время его состояние является неудовлетворительным. Ему требуется проведение операции по замене бедренного сустава. Автомобиль, принадлежащий ему на праве собственности, восстановлению не подлежит. Длительное лечение причинило ему глубокие нравственные страдания. 

Свидетель Б. на предварительном следствии показала, что ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время к ней в гости приехал ФИО1 Они выпивали. ФИО1 употреблял коньяк, а она вино. На следующий день ДД.ММ.ГГГГ они поехали в 

<

адрес> на автомобиле марки 

<

данные изъяты>, принадлежащем ФИО1. С ними поехала её дочь Бс. Автомобилем управлял ФИО1, она сидела на переднем пассажирском сиденье, её дочь находилась на заднем сиденье автомобиля. Все были пристегнуты ремнями безопасности. Скорость автомобиля была 

<

данные изъяты> км/ч, дорога была скользкая. После того, как они проехали 

<

адрес>, с горы автомашину стало заносить, она выехала на полосу встречного движения. Когда они подъехали к повороту на 

<

адрес> автомобиль вновь стало заносить, машина боком двигалась к полосе встречного движения, по которой навстречу двигался автомобиль марки 

<

данные изъяты>. Она закричала и в этот момент произошло столкновение правой части их автомобиля с автомобилем 

<

данные изъяты>. Она ударилась головой, потеряла сознание, пришла в себя в 

<

данные изъяты> больнице (т№, л.д. №). 

Из показаний в судебном заседании свидетеля И. следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 

<

данные изъяты> часов он выехал из 

<

адрес> в 

<

адрес>. Проезжая по дороге, увидел, что на автодороге произошло ДТП между двумя автомобилями. Автомобиль марки 

<

данные изъяты> находился в кювете, из него вытаскивали пострадавших. Второй автомобиль марки 

<

данные изъяты> лежал на боку на правой части дороги по ходу движения из 

<

адрес> в 

<

адрес>. Он принимал участие в освобождении из автомобиля 

<

данные изъяты> потерпевшей Н.. Она находилась на переднем пассажирском сиденье, была пристегнута ремнем безопасности. Лицо, голова, руки, одежда были в крови, самостоятельно она передвигаться не могла. Второй пострадавший в этом автомобиле Т. также был весь в крови, находился без сознания. 

Свидетель О. в судебном заседании показал, что ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время узнал, что завхоз школы Н. со своим супругом пострадали в дорожно-транспортном происшествии. На принадлежащем ему автомобиле он поехал на место ДТП. Прибыв к месту ДТП, он увидел, что автомобиль Т. находится в кювете, а второй автомобиль лежит на правом боку на проезжей части дороги. Он принимал участие в освобождении из автомобиля потерпевшего Т.. Т. находился на переднем сиденье водителя, был пристегнут ремнем безопасности. Лицо, голова, руки, одежда были в крови, самостоятельно передвигаться он не мог, периодически терял сознание. На месте ДТП он видел ФИО1, который просил извинения у Т.. 

Из показаний в судебном заседании свидетелей З. и М., сотрудников ДПС ОГИБДД МО МВД России 

<

данные изъяты>, следует, что ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время они прибыли на место дорожно-транспортного происшествия, где обнаружили, что столкнулись два автомобиля. Первый автомобиль марки 

<

данные изъяты> находился в кювете с правой стороны по ходу движения из 

<

адрес>. Второй автомобиль марки 

<

данные изъяты> лежал на правом боку на проезжей части этой же стороны дороги. При осмотре места происшествия были обнаружены следы заноса, ведущие со встречной полосы к автомобилю 

<

данные изъяты>. Дорожные условия были удовлетворительные, на дороге был снежный накат. Видимость была хорошая. Водитель автомобиля 

<

данные изъяты> ФИО1 находился на месте ДТП. Водитель и пассажир второго автомобиля были доставлены в больницу до их прибытия. Поскольку от ФИО1 исходил запах алкоголя, он был отстранен от управления транспортным средством и доставлен в ОГБУЗ «

<

данные изъяты> ЦРБ» для прохождения медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. По результатам освидетельствования было установлено состояние опьянения, в отношении него был составлен протокол об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. 

Согласно протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ был осмотрен участок автодороги 

<

адрес> – 

<

адрес>, на котором на расстоянии около 

<

данные изъяты> метров от 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие. Покрытие дорожного полотна асфальтобетонное с наслоением льда и снега. На правой стороне дороги по ходу движения из 

<

адрес> на обочине находится автомобиль 

<

данные изъяты>, второй автомобиль 

<

данные изъяты> находится за первым автомобилем в кювете. На левой стороне дороги по ходу движения автомобиля 

<

данные изъяты> обнаружены следы заноса, ведущие к заднему правому колесу указанного автомобиля. Прямой след заноса – 

<

данные изъяты> метров, после чего след поворачивает на полосу движения, предназначенную для встречного движения на расстоянии 

<

данные изъяты> метров (т. №, л.д. №). 

Из акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> в ОГБУЗ «

<

данные изъяты> больница» проведено медицинское освидетельствование ФИО1, по результатам которого установлено состояние алкогольного опьянения (т. № л.д. №). 

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ водитель автомобиля марки 

<

данные изъяты> не имел технической возможности предотвращения столкновения с автомобилем марки 

<

данные изъяты> путем экстренного торможения. Водитель автомобиля марки 

<

данные изъяты> в рассматриваемой дорожной ситуации должен был руководствоваться требованиями абз. 1 п. 9.4 и абз.1 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, однако действия водителя указанного транспортного средства не соответствовали указанным требованиям и находятся в прямой причинной связи с наступившим дорожно-транспортным происшествием, тогда как в действиях водителя транспортного средства марки 

<

данные изъяты> несоответствия его действий требованиям Правил дорожного движения РФ не усматривается (т. №, л.д. №). 

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у Т. имелись телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты> Указанный комплекс повреждений образовался ДД.ММ.ГГГГ в условиях дорожно-транспортного происшествия, влечет значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть и квалифицируется как тяжкий вред здоровью (т. №, л.д. №). 

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ у Н. обнаружены телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты>, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку развития значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть (т. №, л.д. №). 

Достоверность доказательств, положенных судом в основу приговора, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, так как они взаимно согласуются и дополняют друг друга.

Анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления и дать правильную юридическую квалификацию действий осужденного по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ (в ред. Федерального закона от 17.06.2019 г. № 146-ФЗ). 

Вышеприведенные и другие доказательства, полно изложенные в приговоре, опровергают доводы апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и защитника Козлова В.А. об отсутствии достаточных доказательств, подтверждающих вывод суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден. 

Вопреки доводам осужденного ФИО1 и защитника Козлова В.А., уголовное дело в отношении ФИО1 возбуждено в строгом соответствии с требованиями ст. 140, 144, 145, 146 УПК РФ. Оснований, при которых уголовное дело не могло быть возбуждено, предусмотренных ст. 24 УПК РФ, не имелось. 

Утверждения защитника Козлова В.А. о незаконности возбуждения уголовного дела в период производства по делу об административном правонарушении являются несостоятельными, поскольку наличие производства по административному делу не является препятствием для возбуждения уголовного дела. При этом, как видно из материалов уголовного дела, ДД.ММ.ГГГГ производство по делу об административном правонарушении по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО1 было прекращено в связи с возбуждением уголовного дела (т. № л.д. №). 

Являются необоснованными доводы защитника и осужденного о том, что в предъявленном ФИО1 обвинении не установлен и не описан способ совершения преступления, не указаны конкретные абзацы и пункты ПДД, которые были нарушены, не описано, в чем это конкретно выразилось, не описаны последствия и причинно-следственная связь между нарушениями и наступившими вредными последствиями, поскольку утвержденное в предусмотренном законом порядке обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ; в нем отражено существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, приведена формулировка предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление, от которого ФИО1 имел возможность защищаться всеми средствами и способами, не запрещенными УПК РФ.

Нельзя признать состоятельными доводы защитника Козлова В.А. о том, что в предъявленном обвинении не указана редакции Уголовного закона и Правил дорожного движения РФ, действующих на день совершения ДТП, поскольку ссылка на редакцию Уголовного закона и Правил дорожного движения РФ требуется в случае их изменения после совершения преступления. В тоже время на момент совершения преступления и предъявления ФИО1 обвинения редакции п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ и п.п. 1.3, 1.5, 2.7, 9.4, 10.1 Правил дорожного движения РФ не изменялись. 

Доводы защитника Козлова В.А. о том, что постановленный приговор не соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, так как в нём не указаны конкретные действия осужденного, способ совершения преступления, механизм совершения инкриминируемого деяния, не описаны последствия и причинно-следственная связь, не влекут отмену приговора, поскольку приговор вынесен в соответствии с требованиями ст. 304, 307 и 308 УПК РФ, в нём указано описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, последствий преступления, доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства. 

Вопреки доводам осужденного и защитника, всем доказательствам, исследованным в судебном заседании, в том числе показаниям свидетелей З., М., Г., специалиста А., заключению специалиста А., заключению специалиста Р. в приговоре дана полная и правильная оценка. Все доказательства по данному делу оценены судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела. При этом суд в приговоре указал, по каким основаниям он принял одни доказательства и отверг другие.

Неосновательны доводы осужденного ФИО1 и его защитника Козлова В.А. о том, что в основу приговора положены недопустимые доказательства, в частности протокол осмотра места происшествия, схема места дорожно-транспортного происшествия, заключение автотехнической экспертизы, поскольку по данному уголовному делу все доказательства получены в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона, поэтому обоснованно признаны допустимыми доказательствами. 

Доводы осужденного и защитника о том, что по данному делу не установлено место дорожно-транспортного происшествия, не установлено место столкновения автомобилей на проезжей части дороги, являются необоснованными, поскольку на основании совокупности добытых и исследованных в судебном заседании доказательств, а именно, на основании показаний потерпевших Т., Н., свидетелей И., О., Е., З., М., Г., Б., П., Ч., См., протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, органом предварительного расследования и судом достоверно установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло на 

<

адрес>, столкновение автомобилей марки 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> произошло на полосе движения автомобиля 

<

данные изъяты>, встречной относительно движения автомобиля 

<

данные изъяты> 

Вопреки доводам осужденного и защитника, показания потерпевших Т. и Н. суд обоснованно признал достоверными и положил в основу приговора, так как у суда отсутствовали основания не доверять показаниям потерпевших, поскольку они по сути непротиворечивы, последовательны и согласуются в деталях с совокупностью иных исследованных доказательств, которые взаимодополняют друг друга. В частности, показания потерпевших относительно обстоятельств дорожно-транспортного происшествия подтверждены в судебном заседании показаниями свидетелей Б., З., М., Г., протоколом осмотра места происшествия, протоколами осмотра транспортных средств. 

Являются несостоятельными доводы защитника Козлова В.А. о наличии противоречий в показаниях потерпевших Т. и Н., поскольку каких-либо противоречий в их показаниях не имеется. 

К показаниям осужденного ФИО1 о том, что он правил дорожного движения не нарушал, дорожно-транспортное происшествие произошло по вине Т., который выехал на полосу встречного движения, суд правильно отнёсся критически, расценив их как избранный им способ избежать уголовной ответственности за содеянное, так как они опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Доводы осужденного ФИО1 о том, что спиртное он употребил после дорожно-транспортного происшествия судом первой инстанции тщательно исследовались и обоснованно отвергнуты с приведением в приговоре соответствующих мотивов. Оснований сомневаться в выводах суда в этой части у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Нельзя согласиться с доводами осужденного и защитника о том, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайств о возращении уголовного дела прокурору, о назначении комплексной трасолого-автотехнической судебно-медицинской экспертизы, поскольку заявленные в судебном заседании ходатайства о возращении уголовного дела прокурору и о назначении указанной экспертизы разрешены с соблюдением надлежащей процедуры, в условиях состязательного процесса, решения по ним приняты с приведением убедительных мотивов, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. 

Вопреки доводам осужденного и защитника, суд обоснованно признал в качестве допустимого доказательства заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку для проведения указанной экспертизы, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, был допущен эксперт В., обладающий специальными познаниями, необходимыми для проведения экспертизы и дачи заключения. Его выводы были сделаны в рамках поставленных вопросов и в пределах его компетенции, заключение автотехнической экспертизы отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ и содержит подробные и мотивированные ответы на поставленные перед экспертом вопросы. Решение о допустимости заключения указанной экспертизы принято судом с учётом его соответствия совокупности иных исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе с учетом показаний в судебном заседании эксперта В., разъяснившего и дополнившего данное им заключение. 

Основывая свои выводы на показаниях свидетеля Б., данных в ходе предварительного следствия, суд детально исследовал причины изменения ею показаний в судебном заседании, оценил возникшие противоречия и привёл мотивы, по которым отдал предпочтение этим показаниям и отверг другие. 

Доводы осужденного ФИО1 о том, что сотрудники полиции М., З. и Г. являются заинтересованными в исходе дела лицами и их показания не могут являться доказательствами по делу, не основаны на законе, согласно которому свидетелем является лицо, которому известны обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела. Каких-либо оснований, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, для признания показаний указанных свидетелей в качестве недопустимых доказательств по данному делу не имеется. 

Утверждения осужденного ФИО1 и защитника Козлова В.А. о том, что потерпевшие Т. и Н. в нарушение п. 2.1.2. Правил дорожного движения РФ в момент дорожно-транспортного происшествия не были пристегнуты ремнями безопасности опровергаются показаниями потерпевших Т., Н., свидетелей И., О. 

Несостоятельны доводы осужденного ФИО1 о нахождении Т. в момент дорожно-транспортного происшествия в состоянии алкогольного опьянения, поскольку согласно акту медицинского освидетельствования от ДД.ММ.ГГГГ № состояние алкогольного опьянения у Т. не установлено (т. №, л.д. №). 

Не могут быть приняты во внимание доводы осужденного ФИО1 о том, что сотрудники ГИБДД допустили грубые нарушения при составлении документов на месте дорожно-транспортного происшествия, скрыли улики, сотрудники правоохранительных органов, прокуратуры и суда, расположенных на территории 

<

адрес>, заинтересованы в исходе дела, поскольку они не находят своего подтверждения в материалах уголовного дела. 

Являются необоснованными доводы осужденного и защитника в части того, что судом первой инстанции по существу не разрешена их жалоба, поданная в порядке ст. 125 УПК РФ на постановление о возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку, как видно из материалов уголовного дела, по жалобе ФИО1 на постановление о возбуждении уголовного дела 

<

данные изъяты> районным судом 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ принято решение об отказе в удовлетворении жалобы (т. №, л.д. №). По жалобе защитника Козлова В.А. на постановление о возбуждении уголовного дела 

<

данные изъяты> районным судом 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ принято решение об отказе в удовлетворении жалобы (т. № л.д. №). 

<

данные изъяты> судом ДД.ММ.ГГГГ постановление 

<

данные изъяты> районного суда 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ отменено, материал направлен на новое рассмотрение (т. №, л.д. №). При новом рассмотрении жалобы ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> районным судом 

<

данные изъяты> принято решение о прекращении производства по жалобе в связи с направлением уголовного дела в суд для рассмотрения по существу (т. №, л.д. №). Постановление суда вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ. 

Вопреки доводам защитника Козлова В.А., медицинское освидетельствование осужденного ФИО1 на состояние опьянения проведено в соответствии с требованиями действующего законодательства, врач Со. прошла подготовку по вопросу проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения лиц, управляющих транспортными средствами (т. №, л.д. №). Являются голословными утверждения защитника об отсутствии у ОГБУЗ 

<

данные изъяты> больница по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ лицензии на осуществление медицинской деятельности. 

Оспаривая виновность ФИО1 в совершении преступления, результаты заключений судебно-медицинской и автотехнической судебных экспертиз, осужденный ФИО1 и защитник Козлов В.А. в суде первой инстанции ссылались на заключения специалистов А. № от ДД.ММ.ГГГГ и Р. от ДД.ММ.ГГГГ, ставящие под сомнение выводы экспертов. Вместе с тем, суд первой инстанции обоснованно критически отнёсся к результатам указанных заключений специалистов, поскольку они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам.

Порядок участия специалиста в уголовном процессе, установлен ст. 168 и 270 УПК РФ, определяющими, что речь идет об участии специалиста именно в процессуальных действиях.

Специалист вправе дать заключение по уголовному делу (п. 3.1 ч. 2 ст. 74 УПК РФ), при условии его участия в производстве следственных действий в силу ст. 58 УПК РФ (осмотре, обыске, следственном эксперименте и др.). При этом в своем заключении специалист использует сведения, полученные в результате своего участия в этих действиях.

В данном случае А. и Р. провели исследование на основании материалов, представленных им осужденным и защитником, с изложением выводов по поставленным перед ними вопросам. Однако данный порядок определен ст. 195-207 УПК РФ и относится только к производству экспертиз.

Показания в суде апелляционной инстанции специалиста А. не влекут отмену приговора, поскольку не опровергают выводы суда о виновности осужденного ФИО1 и не свидетельствуют о его невиновности во вменённом ему деянии. 

Доводы защитника Козлова В.А. о том, что свидетели Г. и Ф. дали ложные показания нельзя признать обоснованными, поскольку они не находят своего подтверждения в материалах уголовного дела. 

Вопреки доводам защитника Козлова В.А., судом первой инстанции обоснованно не было сделано вывода о ненадлежащем содержании автомобильной дороги. Суд апелляционной инстанции не усматривает наличия в материалах уголовного дела каких-либо данных для иного вывода и вынесения в связи с этим частного постановления. 

Как видно из материалов уголовного дела, следователем при ознакомлении с материалами дела обвиняемому ФИО1 разъяснены права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ, нарушений прав ФИО1 при этом не допущено. 

Несостоятельны утверждения защитника Козлова В.А. о составлении обвинительного заключения за пределами срока предварительного следствия, поскольку с учетом положений ч. 2 ст. 128 УПК РФ обвинительное заключение по данному уголовному делу составлено в пределах срока предварительного следствия. 

Нельзя признать обоснованными доводы осужденного и защитника о нарушении прав подсудимого ФИО1, процедуры судопроизводства, принципов состязательности и равноправия сторон, обвинительном уклоне судебного разбирательства. Как видно из протокола судебного заседания, председательствующий судья создала сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. При этом сторона защиты активно пользовалась правами, предоставленными законом, в том числе исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Заявленные сторонами ходатайства были разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Основанные на законе мнения и возражения стороны защиты судом принимались во внимание. Стороны не заявляли об ущемлении их прав. 

Отклонение ходатайств подсудимого и защитника не свидетельствует о предвзятости или необъективности суда. 

Суд в приговоре должным образом мотивировал выводы о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы с назначением дополнительного наказания, обоснованно не нашел оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, назначения ему наказания с применением положений ст. 64, 73 УК РФ. Суд апелляционной инстанции считает данные выводы суда правомерными, основанными на требованиях закона.

Гражданский иск разрешен судом правильно, размер компенсации морального вреда определен судом в соответствии с положениями ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ, с учетом характера причиненных потерпевшим Т. и Н. физических и нравственных страданий, а также требований разумности и справедливости.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены приговора по доводам апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и защитника Козлова В.А. 

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям. 

Как следует из приговора, суд в обоснование своего вывода о виновности ФИО1 в совершении преступления сослался на показания допрошенных в качестве свидетелей сотрудников полиции З. и М. о том, что в своих объяснениях ФИО1 им пояснял, что выпивал спиртное накануне вечером, после чего управлял транспортным средством и его автомобиль занесло на полосу встречного движения, в связи с чем произошло столкновение с другим автомобилем. 

Вместе с тем по смыслу закона сотрудник полиции может быть допрошен в суде только по обстоятельствам проведения того или иного следственного или процессуального действия при решении вопроса о допустимости доказательства, а не в целях выяснения содержания показаний допрошенного лица. Поэтому показания этой категории свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно из их бесед либо во время допроса подозреваемого (обвиняемого), свидетеля, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности подсудимого.

С учетом этого из показаний свидетелей З. и М. подлежат исключению указания на сведения, которые стали им известны из объяснений ФИО1 об обстоятельствах совершения им преступления.

Кроме того, в обоснование виновности ФИО1 в совершении преступления суд в приговоре сослался на показания свидетеля См., данные им на предварительном следствии и содержащиеся в томе № на л.д. №, о том, что он, является 

<

данные изъяты> ОГКУ 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время ехал в 

<

адрес> по служебной необходимости и напротив поворота на д. 

<

адрес> видел произошедшее дорожно-транспортное происшествие. 

Между тем, как видно из материалов уголовного дела и протокола судебного заседания, в томе № на л.д. № изложены показания на предварительном следствии свидетеля Ч., которые были оглашены в судебном заседании и обоснованно приведены в приговоре. 

Показания на предварительном следствии свидетеля См., являющегося водителем «

<

данные изъяты> амбулатории» ОГБУЗ «

<

данные изъяты> больница», изложенные в томе № на л.д. №, судом были оглашены в судебном заседании и приведены в приговоре. 

Таким образом, поскольку суд, допустив ошибку, в приговоре необоснованно привел показания свидетеля См., изложенные в томе № на л.д. №, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из числа доказательств показания свидетеля См., изложенные в томе № на л.д. №.

В тоже время исключение из приговора показаний свидетеля См., изложенных в томе № на л.д. №, и части показаний свидетелей З. и М. не влияет на выводы суда о виновности ФИО1, поскольку его виновность в совершении преступления подтверждается совокупностью иных исследованных и приведенных в приговоре доказательств. 

Как видно из описательно-мотивировочной части приговора, при описании преступного деяния, признанного судом доказанным, суд указал о нарушении ФИО1 п. 5.5 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств Приложения к «Основным положениям по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения». При этом суд не указал, какие конкретно неисправности, предусмотренные этим пунктом Перечня, имелись в автомобиле, которым управлял ФИО1, и как наличие неисправностей находится в прямой причинной связи с обстоятельствами дорожно-транспортного происшествия. 

В связи с этим суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния указание о нарушении ФИО1 п. 5.5 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств Приложения к «Основным положениям по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения». 

Кроме того, назначая ФИО1 основное наказание, суд учел наступление последствий в виде тяжкого вреда здоровью потерпевших Н. и Т., что является квалифицирующим признаком преступления, за которое он осужден. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», обстоятельства, относящиеся к признакам состава преступления, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ, должны учитываться при оценке судом характера общественной опасности содеянного. Однако эти же обстоятельства не могут быть повторно учтены при назначении наказания. 

При таких обстоятельствах подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора указание об учете при назначении наказания ФИО1 наступивших последствий в виде тяжкого вреда здоровью потерпевших Н. и Т. 

В связи с исключением из приговора указания суда о нарушении ФИО1 п. 5.5 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатации транспортных средств, и указания об учете при назначении наказания наступивших последствий, назначенное ФИО1 наказание подлежит смягчению. 

Помимо этого, суд первой инстанции, правильно назначив осужденному ФИО1 по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ дополнительное наказание, являющееся обязательным для данной статьи, допустил ошибку, указав о назначении дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами, поскольку санкцией указанной статьи предусмотрено назначение дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью. 

Суд апелляционной инстанции считает необходимым уточнить описательно-мотивировочную и резолютивную части приговора указанием о назначении осужденному ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, так как это не ухудшает положение осужденного и не нарушает его право на защиту. 

Иных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, по делу не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л :

приговор Галичского районного суда Костромской области от 20 апреля 2021 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из числа доказательств показания свидетеля См., изложенные в томе № на л.д. №

Исключить из приговора ссылку на показания свидетелей З. и М. в части обстоятельств совершения осужденным преступления. 

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния указание о нарушении ФИО1 п. 5.5 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств Приложения к «Основным положениям по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения». 

Уточнить описательно-мотивировочную и резолютивную части приговора указанием о назначении осужденному ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. 

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание об учете при назначении наказания ФИО1 наступивших последствий в виде тяжкого вреда здоровью потерпевших Н. и Т. 

Смягчить назначенное ФИО1 по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ (в редакции Федерального закона от 17.06.2019 г. № 146-ФЗ) наказание до 3 лет 9 месяцев лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 4 месяца. 

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и защитника Козлова В.А. – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции через Галичский районный суд Костромской области в течение шести месяцев со дня его вынесения. 

В случае подачи кассационной жалобы (кассационного представления) осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий