№ 22-25/2026 (22-1829/2025)

Судья Зеленская Т.Г. УИД 35RS0006-01-2025-000516-24

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Вологда 19 февраля 2026 года

Вологодский областной суд в составе:

председательствующего судьи Викторова Ю.Ю.,

при ведении протокола помощником судьи Земсковой Ж.А.,

с участием прокурора Никифорова А.А.,

осужденного ФИО1, его защитника - адвоката Корельского А.С.,

представителя потерпевшей Т.К. - адвоката Шаповалова А.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционным жалобам осужденного ФИО1, адвоката Корельского А.С. в его защиту на приговор Великоустюгского районного суда Вологодской области от 28 мая 2025 года в отношении ФИО1,

установил:

приговором Великоустюгского районного суда Вологодской области от 28 мая 2025 года

ФИО1, 

<

ДАТА> года рождения, уроженец 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, не судимый;

осужден по ч.1 ст.264 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 1 год.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ установлены ограничения: не изменять место жительства или пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования «Великоустюгский муниципальный округ» без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, по месту жительства один раз в месяц для регистрации.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Взыскано с ФИО1 в пользу Т.К. в счет компенсации морального вреда 400 000 рублей.

Решен вопрос по вещественным доказательствам.

Приговором ФИО1 признан виновным в нарушении 2 апреля 2024 года в районе ... м автодороги «...» в Великоустюгском районе Вологодской области лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью Т.К.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым. Указывает, что правила дорожного движения не нарушал. ДТП произошло по вине водителя, который выехал на своем автомобиле на его полосу движения и создал реальную угрозу лобового столкновения. Спасая свою жизнь, он принял меры для ухода от столкновения со встречным автомобилем, нажал на педаль тормоза, после чего повернул руль влево. Водитель С.А. резко изменил направление движения и повернул в сторону своей полосы. Ему не хватило места для манёвра уклонения, в результате чего автомобиль С.А. врезался в правую переднюю часть его автомобиля. Данные обстоятельства подтверждаются информацией, зафиксированной на видеозаписях с АЗС и видеорегистратора свидетеля ФИО2, показаниями свидетеля Я.В. и выводами эксперта С.М., из которых следует, что в сложившейся ситуации он был вынужден действовать данным способом, а именно выехать на встречную полосу из-за того, что С.А. создал аварийную ситуацию. Выезд на свободную от движения полосу был единственно возможным манёвром для спасения жизни его и супругов Щ.. Просит приговор отменить, вынести по делу оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе адвокат Корельский А.С. считает приговор незаконным и необоснованным ввиду существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов. Указывает, что изложенные в заключении эксперта С.М. и в обвинении выводы о том, что С.А. вернулся в свою полосу движения и не препятствовал движению автомобиля под управлением ФИО1, опровергаются материалами дела. Фотоснимки с места происшествия, которые не были исследованы в судебном заседании, подтверждают тот факт, что С.А. не освободил ФИО1 полосу для проезда, и в момент столкновения задняя левая часть его автомобиля находилась на полосе встречного движения. Показания свидетеля С.А. в суде о том, что он выехал на встречную полосу движения для объезда ямки, но затем вернулся в свою полосу и проехал ещё порядка 100 метров до столкновения, опровергаются: ответом на запрос из ООО «Автодороги Вытегры» (т.3 л.д.147-150), согласно которому по состоянию на 2 апреля 2024 года никаких неровностей дорожного полотна на указанном С.А. участке автодороги не было; исследованными в судебном заседании видеозаписями с камер видеонаблюдения автозаправочной станции «НТК», на которых видно, как автомобиль ВАЗ-2131 под управлением С.А. выехал на полосу встречного движения и продолжал двигаться по ней практически до самого столкновения с автомобилем ВАЗ-212140 под управлением ФИО1 Лишь в последний момент, когда автомобиль ФИО1 был уже на встречной для него полосе, С.А. выполнил поворот вправо, возвратившись в свою полосу движения, где и произошло столкновение. Изложенным подтверждаются показания свидетелей И.А., И.Ю., Я.В. и ФИО1 о том, что С.А. засмотрелся на вывеску АЗС с ценами на бензин и допустил выезд на полосу встречного движения, о чём он сам пояснил им непосредственно после ДТП. Недостоверные показания С.А. необоснованно положены судом в основу обвинительного приговора. Суд не дал надлежащей оценки показаниям свидетелей И.А., И.Ю., Я.В., которые в суде пояснили, что считают виновным в столкновении именно водителя С.А. При этом свидетель И.А. прямо указал, что, по его мнению, ФИО1 действовал в условиях крайней необходимости. Эксперт С.М. в суде пояснил, что расстояние между автомобилями на момент возвращения С.А. в свою полосу движения им не устанавливалось, достоверно установить это расстояние не представляется возможным. В заключении экспертом не приведено никаких расчётов, позволяющих точно определить, удалось бы избежать столкновения в случае применения ФИО1 экстренного торможения вплоть до остановки транспортного средства или нет. Это сомнение должно трактоваться в пользу подсудимого. У ФИО1 изначально имелось преимущественное (приоритетное) право перед водителем С.А. на движение по своей автомобильной полосе, С.А. не имел права вынуждать подсудимого выполнять небезопасный маневр. Водитель С.А. в сложившейся дорожной обстановке вынудил ФИО1 изменить направление движения. Выводы стороны обвинения о наличии преступной небрежности в действиях ФИО1 в ходе судебного разбирательства подтверждения не нашли. Преступная небрежность содержится в действиях водителя С.А., нарушившего требования п.1.4, 1.5, 9.1, 10.1 абз. 1 ПДД РФ. Согласно заключениям экспертиз, выполняя требования указанных пунктов Правил, С.А. располагал технической возможностью избежать столкновения. ФИО1, применяя манёвр уклонения от неизбежного столкновения с автомобилем С.А., устранял опасность, непосредственно угрожающую его жизни, т.е. действовал в состоянии крайней необходимости. Увидев движущийся ему навстречу автомобиль под управлением С.А., который без видимых причин при свободной своей полосе выехал на встречную полосу, ФИО1 обоснованно предположил, что С.А. либо уснул, либо ему стало плохо, либо он хочет свести счёты с жизнью. ФИО1 не понимал, что можно ожидать от водителя С.А., и в каком состоянии он находился на тот момент. Реакция ФИО1 была вполне понятна и объяснима. Это был естественный рефлекс - уйти от столкновения в безопасном направлении. При этом ФИО1 обоснованно опасался, что при выполнении им манёвра вправо или при нажатии на тормоз с сохранением прямолинейности движения избежать столкновения ему не удастся. Имеется практика Верховного Суда РФ по административным делам, когда действия водителя в аналогичной ситуации: по уклонению от столкновения со встречным автомобилем признавались осуществлёнными в состоянии крайней необходимости. Выводы суда первой инстанции относительно вины ФИО1 в произошедшем ДТП не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В возражениях государственный обвинитель Заборский А.Л. и потерпевшая Т.К. просят оставить приговор без изменения.

В судебном заседании апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и защитник Корельский А.С. поддержали доводы апелляционных жалоб, ссылаясь на декриминализацию деяния и положения ст.10 УК РФ просили прекратить производство по уголовному делу за отсутствием состава преступления.

Прокурор Никифоров А.А., представитель потерпевшей адвокат Шаповалов А.О. полагали, что апелляционные жалобы являются необоснованными, против прекращения уголовного дела в связи с декриминализацией деяния не возражали.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции находит апелляционные жалобы необоснованными, а приговор суда - подлежащим отмене по доводам, не связанным с апелляционными жалобами.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в нарушении Правил дорожного движения, повлекших по неосторожности причинение вреда здоровью человека, подтверждаются собранными по делу доказательствами, в том числе:

протоколом осмотра места происшествия и схемой ДТП - участка автодороги Чекшино-Тотьма-Котлас-Куратово (404-ый километр), которыми зафиксировано, что один из столкнувшихся автомобилей - ЛАДА-213100 находится под углом к проезжей части в сторону г. Котласа, второй - ЛАДА-212140 лежит на обочине справа. Обломанные и утерянные части автомобилей, основная часть осколков находятся на правой полосе движения (со стороны г. Великий Устюг). Место столкновения автомобилей - на полосе движения автомобиля С.А.;

показаниями свидетеля С.А. о том, что 2 апреля 2024 г. он на своём автомобиле «Нива» выехал в г. Котлас. На правом пассажирском сидении находилась его супруга Т.К. При подъезде к АЗС «НТК» он стал объезжать неровность на дороге и частью своего автомобиля выехал на встречную полосу. Объехав неровность, он сразу же вернулся на свою полосу движения, где произошло столкновение с едущим ему навстречу автомобилем марки «Нива» под управлением ФИО1 Столкновение со встречным автомобилем произошло на его полосе движения;

показаниями потерпевшей Т.К. о том, что днём 2 апреля 2024 г. они с мужем на автомобиле «Нива» поехали в г. Котлас. На объездной автодороге г. Красавино, в районе АЗС, их автомобиль попал в ДТП, столкновение произошло на их полосе движения;

заключением судебно-медицинской экспертизы № 281, согласно которой у Т.К. были обнаружены сочетанная тупая травма .... Травмы возникли в результате травмирующих воздействий тупого твёрдого предмета (предметов), либо при соударении с таковым (таковыми), в том числе в результате соударения с частями (деталями) салона автомобиля в условиях дорожно-транспортного происшествия; по признаку опасности для жизни в комплексе расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью;

показаниями свидетелей И.Ю. и И.А. - инспекторов ДПС ОМВД России «Великоустюгский», из которых следует, что 2 апреля 2024 г. они прибыли на место ДТП и обнаружили две столкнувшихся «Нивы». Со слов водителей и по следам транспортным средств они определили место столкновения автомобилей: на правой полосе движения, в сторону г. Котласа. Они произвели замеры, составили необходимые документы, в том числе схему места ДТП, которую подписали оба водителя;

показаниями свидетеля Я.В. - очевидца столкновения автомобилей ВАЗ-212140 и ВАЗ-2131, о том, что 2 апреля 2024 г. он двигался следом за автомобилем ВАЗ-212140. Автомобиль ВАЗ-2131 выехал на их полосу движения. Водитель ВАЗ-212140, чтобы избежать столкновения, свернул налево, на встречную полосу. После этого водитель ВАЗ-2131 резко повернул в свою полосу движения и врезался в автомобиль ВАЗ-212140, в правую его сторону. От удара автомобиль ВАЗ-212140 откинуло на обочину, и он перевернулся на левый бок;

протоколами осмотров СD-R-диска с видеозаписью с камер видеонаблюдения, установленных на АЗС № 2 г. Красавино ООО «НТК», и диска с записью с видеорегистратора, установленного в автомобиле Я.В., на которых запечатлён момент столкновения автомобилей ФИО3;

заключением повторной автотехнической экспертизы от 12 марта 2025 г., проведенной экспертом С.М., из которого следует, что действия водителя автомобиля ВАЗ-212140 ФИО1 в данной дорожной ситуации не соответствовали требованиям п. 8.1 и 10.1 абз. 2 ПДД РФ. Водитель ФИО1, двигаясь по правой стороне проезжей части, при возникновении опасности для движения - встречного автомобиля ВАЗ-213100, выехавшего на его полосу движения, должен был воспринять складывающуюся дорожную обстановку как опасную и принять меры к снижению скорости с сохранением прямолинейного направления движения в пределах занимаемой им полосы движения. Выполняя требования п. 8.1 и 10.1 абз. 2 ПДД РФ: при возникновении опасности для движения, приняв меры к снижению скорости с сохранением прямолинейного направления движения в пределах своей полосы движения, водитель ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем под управлением водителя С.А., который к моменту столкновения транспортных средств освобождал полосу для беспрепятственного проезда автомобилю ВАЗ-212140. В данной дорожной ситуации водитель ФИО1 совершил манёвр с выездом на полосу встречного движения. При этом ему не удалось обеспечить безопасность данного манёвра, вследствие чего действия осужденного не соответствовали требованиям п. 8.1 ПДД РФ. Первоначально опасность для движения водителю ФИО1 своими действиями, не соответствующими требованиям п. 1.4, 1.5, 9.1, 10.1 абз. 1 ПДД РФ, создал водитель С.А. В свою очередь, с технической точки зрения неправильные действия водителя автомобиля ФИО1 на сложившуюся дорожно-транспортную ситуацию, не соответствующие требованиям п. 8.1, 10.1 абз. 2 ПДД РФ, привели к созданию опасной ситуации для водителя автомобиля С.А., который к моменту столкновения уже вернулся в ранее занимаемую полосу. ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем ВАЗ-213100 под управлением С.А., в том числе при движении с разрешенной скоростью 90 км/час и при движении со скоростью, им указанной, - 70 км/час. Осужденный мог предотвратить столкновение транспортных средств при обнаружении опасности для движения в виде движущегося со встречного направления автомобиля под управлением С.А. за 20 метров до своего автомобиля, поскольку автомобиль ВАЗ-213100 к моменту столкновения освобождал полосу для беспрепятственного проезда автомобиля ВАЗ-212140;

показаниями эксперта ФБУ «ВЛСЭ Минюста России» С.М., подтвердившего в суде свои выводы о механизме столкновения автомобилей ВАЗ-2131 и ВАЗ-212140, о нарушении обоими водителями Правил дорожного движения, о наличии у водителя ФИО1 избежать ДТП путем принятия мер к торможению с сохранением прямолинейного движения.

Оснований не доверять приведенным выше доказательствам не имеется, поскольку они согласуются между собой, подтверждают друг друга и полностью опровергают показания ФИО1, сводящиеся к отсутствию у него возможности избежать встречного столкновения иным способом, нежели путем выезда на встречную полосу движения.

Анализ указанных доказательств позволяет сделать вывод о том, что при возникновении опасности в виде выехавшего на встречную полосу движения автомобиля ВАЗ-213100 под управлением водителя С.А., водитель ФИО1, имея техническую возможность избежать столкновения путем выполнения требований п.п. 8.1, 10.1 абз. 2 ПДД РФ, предписывающих ему при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средств, и запрещающих при выполнении маневра создавать опасность для движения и помехи другим участникам дорожного движения, неправильно оценил дорожную ситуацию и в нарушение указанных требований вместо торможения в пределах своей полосы выехал на встречную полосу движения, где столкнулся с автомобилем ВАЗ-213100, который к этому моменту вернулся на свою полосу движения.

Заключение повторной судебной автотехнической экспертизы от 12 марта 2025 г. обоснованно признано судом допустимым доказательством и положено в основу приговора, поскольку экспертиза назначена и проведена в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, проводивший исследование эксперт С.М. обладает необходимой квалификацией, имеет высшее техническое и дополнительное профессиональное образование, достаточный стаж работы по экспертным специальностям (т.3 л.д.65-66) и не заинтересован в исходе дела.

Составленное экспертом С.М. заключение соответствует требованиям ст.ст. 80, 204 УПК РФ и противоречий, которые бы могли поставить под сомнение обоснованность сделанных им выводов, не содержит.

Эксперту С.М. для производства повторной автотехнической экспертизы предоставлялись корректные исходные данные, полученные при производстве процессуальных действий, включая видеозапись дорожной ситуации.

Доказательств, указывающих на использование экспертом при проведении исследования недостоверных сведений, суду не представлено.

Вопреки доводам апелляционных жалоб все имеющие значение для рассмотрения дела фотографии с места ДТП (в количестве 27 штук) вместе с видеозаписью с камер видеонаблюдения, установленных на АЗС «НТК», предоставлялись в распоряжение эксперта С.М. для производства повторной автотехнической экспертизы и были им исследованы (т.3 л.д.81).

Выводы эксперта С.М. в той части, что водитель ФИО1 нарушил требования п. 8.1 ПДД РФ и имел техническую возможность избежать столкновения с автомобилем С.А., согласуются с ранее проведенными по делу автотехническими экспертизами, также исследованными в судебном заседании с участием сторон.

Доводы защитника о том, что в момент столкновения водитель С.А. полностью не освободил полосу, по которой изначально двигался автомобиль под управлением ФИО1, опровергаются показаниями свидетеля С.А., видеозаписью с камер наблюдения АЗС и заключением повторной автотехнической экспертизы.

Доводы стороны защиты о нахождении ФИО1 в состоянии крайней необходимости были подробно изучены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты с приведением аргументов, основанных на положениях ч.1 ст.39 УК РФ, согласно которым вред может считаться причиненным в состоянии крайней необходимости лишь тогда, когда лицо причинило его для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами. Доказательств того, что возникшая опасность могла быть устранена ФИО1 только путем выезда на встречную полосу, суду не представлено.

Вопреки доводам стороны защиты фотоснимки с места ДТП, приложенные ФИО1 к апелляционной и кассационной жалобам (т.4 л.д.153-154 и т.5 л.д.7-8), новых сведений, ставящих под сомнение выводы суда, не содержат, а всего лишь с другого ракурса дают наглядное представление о месте дорожно-транспортного происшествия, все обстоятельства которого подробно зафиксированы протоколом осмотра места происшествия, схемой ДТП, фотоснимками и видеозаписью, исследованными в судебном заседании с участием сторон и принятыми в качестве источников исходных данных для проведения автотехнических экспертиз.

Суд правомерно положил в основу приговора результаты осмотров места происшествия и видеозаписей столкновения автомобилей, заключение судебно-медицинской экспертизы по повреждениям Т.К., заключение повторной автотехнической экспертизы и показания свидетеля С.А. о том, что на момент ДТП его автомобиль вернулся в свою полосу движения, признал их достоверными, поскольку они согласуются между собой, а также с иными доказательствами.

Всем собранным по делу доказательствам судом в соответствии с требованиями ст.ст. 87-88 УПК РФ дана надлежащая оценка.

Существенных противоречий в показаниях свидетелей обвинения С.А., И.Ю., И.А. и Я.В., влияющих на правильность выводов суда, не имеется. Показания данных свидетелей приведены в приговоре в достаточном объёме, без искажений.

Пояснения свидетелей И.Ю., И.А. и Я.В. о том, что, по их мнению, виновным в ДТП является водитель С.А., водитель ФИО1 действовал в состоянии крайней необходимости, основаны на не имеющем научного обоснования предположении, поэтому в силу п.2 ч.2 ст.75 УПК РФ не могут быть использованы в качестве доказательств по делу.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется, однако приговор, тем не менее, подлежит отмене.

Согласно п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Уголовное дело подлежит прекращению по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 настоящей статьи, в случае, когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость этого деяния были устранены новым уголовным законом (ч.2 ст.24 УПК РФ).

В силу ч.1 ст.10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу.

В абз. 2 п. 2 Постановления от 24 июня 2025 г. № 10 «О практике применения судами положений статьи 10 Уголовного кодекса Российской Федерации об обратной силе уголовного закона» Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что преступность деяния может устраняться не только путем внесения соответствующих изменений в уголовный закон, но и путем отмены или изменения нормативных правовых актов иной отраслевой принадлежности, к которым отсылают бланкетные нормы уголовного закона.

Часть 1 статьи 264 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за нарушение лицом, управляющим автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

В основу выводов о квалификации действий ФИО1 по ч.1 ст.264 УК РФ органами следствия и судом положено заключение судебно-медицинского эксперта от 19 июля 2024 г. № 281, согласно которому у Т.К. (потерпевшей по уголовному делу) установлена сочетанная тупая травма ..., которая по признаку вреда, опасного для жизни человека, квалифицирована, как причинившая тяжкий вред здоровью.

При определении степени тяжести вреда здоровью Т.К. судебно-медицинский эксперт руководствовался Правилами определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 г. № 522 и Порядком определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утверждённым приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 г. №194н (т.1 л.д.125-127), которые с 1 сентября 2025 г. утратили свою силу в связи с введением в действие нового Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного Приказом Минздрава России от 08 апреля 2025 г. № 172н (далее – Новый порядок), которым установлены новые критерии для квалификации телесных повреждений.

В связи с введением в действие Нового порядка судом апелляционной инстанции по делу назначена дополнительная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено БУЗ Вологодской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно выводам дополнительной судебно-медицинской экспертизы от 16 февраля 2026 года №196 у Т.К. установлена сочетанная тупая травма .... Угрожающего жизни состояния не установлено. Для лечения сочетанной тупой травмы ... необходим срок более 21 дня, поэтому данная травма по признаку длительности расстройства здоровья, повлекла за собой средней тяжести вред здоровью (п.5.2.1 «Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденного Приказом Министерства здравоохранения РФ от 8 апреля 2025 года № 172н).

Причинение водителем средней тяжести вреда здоровью не образует состав деяния, запрещенного Уголовным кодексом.

Таким образом, на момент рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции преступность и наказуемость деяния, совершенного ФИО1, устранена посредством внесения изменений в нормативные акты иной отраслевой принадлежности, к которым отсылает ч.1 ст.264 УК РФ, что с учетом положений ст.10 УК РФ является основанием для отмены приговора и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 и ч.2 ст.24 УПК РФ.

Основания для постановления оправдательного приговора или прекращения дела по реабилитирующим основаниям отсутствуют.

В связи с прекращением производства по делу гражданский иск потерпевшей Т.К. подлежит оставлению без рассмотрения, что не препятствует последующему его предъявлению и рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ,

постановил:

приговор Великоустюгского районного суда Вологодской области от 28 мая 2025 года в отношении ФИО1 отменить.

Уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить на основании пункта 2 части 1 и части 2 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

Гражданский иск потерпевшей Т.К. оставить без рассмотрения.

Вещественные доказательства:

- медицинскую карту № 4273/171 Т.К., медицинскую карту № 4355/181 С.А., медицинскую карту № 4277/172 ФИО1 - оставить в БУЗ ВО «Великоустюгская ЦРБ»;

- автомобиль марки «LADA 2131», г/р К 003 ОМ 35 - оставить у С.А.;

- автомобиль марки «LADA 212140», г/рк К 919 МЕ 35 - оставить у ФИО1;

- диск с видеозаписью с камеры видеонаблюдения с автозаправки «НТК» и лазерный диск с видеозаписью дорожно-транспортного происшествия, изъятый у ФИО1, - хранить при материалах уголовного дела.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Кассационная жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения данного постановления. В случае пропуска указанного срока или отказа судом первой инстанции в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в кассационный суд общей юрисдикции.

Стороны вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанцией.

Председательствующий