Дело №2-306/2024

48RS0009-01-2024-000353-13

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Данков 24 июля 2024 года 

Данковский городской суд Липецкой области в составе председательствующего судьи Ермолаева А.А.,

при секретаре – помощнике судьи Искусных Ю.С.,

с участием истцов ФИО1, ФИО2, их представителя ФИО3,

представителей ответчика ФИО4, ФИО5,

прокуроров Голобородько В.А. и ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Данкове гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 и ФИО7 к ООО «Данковский Экспресс» о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 и ФИО8 обратились с иском к ООО «Данковский экспресс» о взыскании компенсации морального вреда. 

В обоснование заявленных требований указали, что погибший водитель ООО «Данковский экспресс» ФИО9 доводился близким родственником истцам ФИО1 (супругом), ФИО2 (отцом) и ФИО7 (сыном).

22.01.2024 водитель ФИО9 погиб на рабочем месте – в гаражном боксе ООО «Данковский экспресс» при попытке завести автобус.

Полагая, что юридическим лицом не надлежащим образом было организовано соблюдение техники безопасности, истцы обратились с иском к ООО «Данковский экспресс» о взыскании компенсации морального вреда в размере 2 000 000 рублей (в пользу каждого из истцов), а также расходов на оплату услуг представителя.

В письменном возражении на исковые требования представитель ответчика ФИО4 просил исковые требования оставить без удовлетворения по следующим основаниям:

- причиной смерти водителя ФИО9 явилась его грубая неосторожность (ст.1083 ГК РФ) при запуске двигателя автобуса (запуск двигателя осуществлялся в период нахождении ФИО9 перед автобусом без включения рычага стояночного тормоза и без выключения передачи);

- по результатам проведения проверки следователем Чаплыгинского МСО СУ СК РФ по Липецкой области отказано в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.143 УК РФ в связи с отсутствием причинно - следственной связи между действиями сотрудников ООО «Данковский экспресс» и наступлением смерти ФИО9 (в постановлении следователя отражено, что причиной смерти ФИО9 является несоблюдение им правил охраны труда);

- размер заявленных требований о компенсации (2 000 000 в пользу каждого из истцов) является чрезмерным, т.к. размер компенсации определяется с учетом всех обстоятельств и, в том числе, с учетом наличии вины погибшего;

- предприятие (ООО «Данковский экспресс») по итогам работы в 2022- 2023 гг. являлось убыточным и не имеет средств к выплате компенсации в указанном размере.

В судебном заседании истица ФИО1 исковые требования поддержала по указанным в нем основаниям и пояснила, что с погибшим ФИО9 они находилась 29 лет в браке. У них были теплые супружеские отношения. Он всегда ее поддерживал. Когда дочь вышла замуж супруги еще больше сблизились. В связи с чем, в связи со смертью супруга она ощущает невосполнимую утрату близкого человека, ощущение утраты семьи. Супруг был ее опорой и надеждой на долгую совместную жизнь. Когда его не стало, то ответчик оплатил 38000 рублей при похоронах (приобретался гроб и остальное необходимое имущество). Ответчик выплатил ей заработную плату мужа. После утраты мужа ее жизнь существенно изменилась, в связи с переживаниями у нее меняется (повышается) давление и она чувствует себя плохо, постоянно принимает лекарственные препараты. Не смотря на факт того, что дочь вышла замуж, они старались жить одной дружной семьей. С ними в одном доме с 2019 года проживает отец мужа (истец ФИО7). Данный истец болен, после смерти мужа ФИО7 остался на ее содержание и уход, т.к. пенсия его не большая (примерно 15 - 16 тысяч рублей). Их дочь ФИО2 также очень любила отца и уговорила мужа купить дом неподалеку, чтобы чаще видеться с ними.

В настоящее время она трудоустроена, заработная плата ее примерно 25 - 26 тысяч рублей. У мужа заработная плата составляла от 25 до 35 тысяч рублей и была существенной помощью в проживании и содержании хозяйства. В 2021 году они с мужем взяли кредит на покупку машины. Кредит ей надо погашать до июня 2025 года. Недавно они выплатили ипотеку. В связи с чем, они с мужем строили планы на жизнь, которые (планы) рухнули с его кончиной. Она полагает, что ее муж также нарушил правила безопасности. 

В судебном заседании истец ФИО2 показала, что погибший ФИО9 являлся ей отцом. Всю жизнь она была «папина дочка» и даже после замужества у нее сохранились теплые отношения с отцом и матерью. По этой причине она уговорила мужа купить дом рядом с домом родителей. Отношения у нее с отцом всегда были хорошие, они очень часто виделись, проводили вместе (всей семьей) праздники, торжества. Отец всегда помогал в содержании детей, баловал их. В настоящее время она не работает, ее супруг получает заработную плату в размере 60 тысяч рублей. Они выплачивают ипотечный кредит за приобретенный дом. Нарушил ли отец технику безопасности она не знает.

Представитель истцов ФИО3 в судебном заседании исковые требования всех истцов поддержал по доводам, указанным в исковых заявлениях. Дополнительно пояснил, что истец ФИО7 (отец погибшего) существенно переживает смерть сына, с надеждой на помощь которого он жил на пенсии. Истцу 76 лет, он не смог явиться в судебное заседание, т.к. ему тяжело общаться на данную тему и он после операции находится на лечении. После смерти его жены с 2019 года он проживал в семье сына и расчитывал на помощь в преклонном возрасте. У него имеется также дочь, которая проживает в г.Луганске, но в связи с происходящими событиями (СВО на Украине) он не может у нее проживать и расчитывать на ее помощь. После смерти сына существенно ухудшилось состояние его здоровья, у него было диагностировано онкологическое заболевание, и он был прооперирован. Проживает он на пенсию в размере примерно 20 тыс. рублей. Иных средств к существованию он не имеет.

Факт нарушения ФИО9 техники безопасности представитель не отрицает, выводы, содержащиеся в материалах расследования несчастного случая и материале проверки Чаплыгинского МСО СУ СК РФ по Липецкой области не оспаривает, но, как указал сам представитель ответчика ФИО4 - ФИО9 как водитель не должен был заниматься ремонтом автобуса, в том числе, самостоятельно. Более того, обращает внимание на то, что вред причинен источником повышенной опасности, а потому – подлежит компенсации его владельцем независимо от вины. 

Истец ФИО7, третьи лица 

<

данные изъяты> будучи своевременно и надлежащим образом извещенными о дате, времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении дела слушанием не представили.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 исковые требования не признал по основаниям, указанным в письменном возражении, дополнительно пояснил, что ФИО9 работал в ООО «Данковский экспресс» водителем. При этом, он не должен был заниматься ремонтом автобуса. Это делает слесарь и механик. В ходе проведения проверки как в рамках расследования несчастного случая на производстве (трудовой инспекцией), так и следователем Чаплыгинского МСО СУ СК РФ по Липецкой области оснований для возбуждения уголовного дела и привлечения к уголовной ответственности кого - либо не установлено. В качестве причины несчастного случая указано – несоблюдение ФИО9 техники безопасности. Указанные выводы он не оспаривает. Вместе с тем, проверка указанных обстоятельств на самом предприятии не проводилась и не выяснялось почему ФИО9 начал ремонт автобуса, который диспетчером указан как сломанный. Он полагает, что автобус был исправен, но почему иные записи значатся в журнале диспетчера пояснить не может. Данный автобус принадлежит администрации Данковского района и находится у ООО «Данковский экспресс» в аренде.

Кроме того, не может объяснить свою позицию о непризнании исковых требований при наличии факта причинения вреда источником повышенной опасности.

После смерти ФИО9 его семье были компенсированы расходы на ритуальные услуги, жене выплачена задолженность по заработной плате. Она также получила страховую выплату в связи с гибелью мужа. Денежные средства в возмещение компенсации морального вреда никому из истцов не передавались. 

Полагает, что компенсация в 2 млн. рублей в пользу каждого из истцов приведет к банкротству предприятия.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО5 исковые требования также не признала по основаниям, указанным в письменном возражении ответчика. Дополнительно пояснила, что исходя из содержания акта расследования несчастного случая и материалов доследственной проверки причиной несчастного случая явились действия самого погибшего ФИО9 Полагает, что ФИО9 допущена грубая неосторожность при обращении с техникой, что привело к несчастному случаю.

Полагает, что в удовлетворении исковых требований необходимо отказать в силу следующего:

- истцами не доказан факт существенного изменения состояния здоровья (наступление вреда здоровью) после наступления смерти ФИО9 и влияние данного обстоятельства (гибели ФИО9) на состояние здоровья истцов;

- истцами не представлены расчеты заявленных требований о том, почему сумма требований определена именно в 2 млн. рублей и каждым из истцов;

- в ООО «Данковский экспресс» были проведены все инструктажи о соблюдении техники безопасности при том, что за действия каждого из сотрудников Общество не может отвечать своим имуществом;

- компенсация в 2 млн. рублей в пользу каждого из истцов приведет к банкротству предприятия, т.к. по результатам работы в 2023 году предприятие получило убыток 3 млн. рублей.

Требования о взыскании судебных расходов полагает завышены, т.к. указанное дело не представляет какой - либо сложности, представителем написаны 3 однотипных исковых заявления, в судебных заседаниях представитель одновременно представлял интересы 3 истцов, в связи с чем, полагает, что судебные расходы (в случае удовлетворения исковых требований) подлежат снижению до 10 000 рублей за 1 судебное заседание. 

Заслушав объяснения сторон и их представителей, оценив законность и обоснованность заявленных ими доводов и исследовав материалы дела, суд с учетом заключения прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить требования истцов с учетом разумности и справедливости, приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст.210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не установлено законом или договором.

По общему правилу, установленному п.1 ст.1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу ст.1079 ГК РФ ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном Законом порядке.

Из указанных правовых норм следует, что гражданско - правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на его собственника и при отсутствии его вины в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Таким образом, собственник источника повышенной опасности несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, либо, что источник повышенной опасности выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц или был передан иному лицу в установленном Законом порядке.

Из взаимосвязи указанных правовых норм следует, что гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на собственника при отсутствии вины такого собственника в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Таким образом, владелец источника повышенной опасности, принявший риск причинения вреда таким источником, как его собственник, несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статьей 1100 ГК РФ установлено, что в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2 ст1101 ГК РФ).

В соответствии с абз.1 п.2 ст.1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО9 (муж ФИО1, отец ФИО2, сын ФИО7) состоял на основании трудового договора №11 от 01.07.2020 в трудовых отношениях с ООО «Данковский экспресс» и работал в должности «водителя».

22.01.2024 примерно в 06.20 ФИО9, находясь на рабочем месте - в гаражном боксе предприятия, 

<

адрес> при попытке завести автобус ПАЗ №, принадлежащий администрации Данковского района Липецкой области переданный в безвозмездное пользование ответчику (на основании договора №150 от 14.12.2023 для осуществления регулярных перевозок на территории г.Данкова и Данковского района) находясь перед автобусом и не убедившись в фиксации транспортного средства (расположении рычагов стояночного тормоза в положении «включено» и коробки переключения передач в положении «выключено») осуществил пуск двигателя. В результате чего автобус завелся и совершил наезд на ФИО9, придавив последнего к стене гаражного бокса.

В соответствии с заключением эксперта № от 09.02.2024 смерть ФИО9 наступила в результате закрытой тупой травмы груди, включающей в себя кровоизлияние в мягкие ткани передней и задней поверхности грудной клетки, разрыва правого и левого легких и развития острой кровопотери. 

Из акта № о несчастном случае на производстве, утвержденного директором ООО «Данковский экспресс» 04.03.2024, следует:

- водитель ФИО9 22.01.2024, находясь в гаражном боксе предприятия перед запуском двигателя автобуса 

<

данные изъяты> не убедился в положений рычагов стояночного тормоза «включено» и рычага переключения передач «выключено», запустил двигатель автобуса, в результате чего автобус совершил наезд на ФИО9, причинив ему повреждения, от которых он скончался;

- старший механик ФИО21 не обеспечил должного контроля за ходом выполнения работ при выпуске на линию АТП и соблюдением водителем ФИО9 правил по охране труда;

- механик ФИО22 не выполнил обязанности по контролю и фиксации всех неисправностей автобуса № в журнал.

Согласно должностным инструкциям сотрудников:

- в п.2.1.4 Инструкции по охране труда для водителя автобуса (от 18.01.2022) перед пуском двигателя транспортного средства необходимо убедиться, что транспортное средство заторможено стояночным тормозом, рычаг переключения передач поставлен в нейтральное положение;

- в должностные обязанности старшего механика входит: обеспечение бесперебойной технически правильной эксплуатации и надежной работы АТС (п.2.1), организация работ по ремонту АТС (п.2.4), соблюдение правил промышленной безопасности и охраны труда при проведении ремонтных работ (п.2.13), организация выпуска на линию технически исправных АТС (п.2.15);

- в должностные обязанности механика входит: контроль технического состояния АТС при выходе на линию и возвращении с линии на соответствие требованиям безопасности к техническому состоянию, контроль качества проведения и ремонта АТС в процессе выполнения работ, передача по смене сменному механику всех сведений о техническом состоянии каждой единицы АТС и информацию о проведенных ремонтах.

При проведении расследования несчастного случая опрошенные лица дали следующие пояснения:

- из пояснений ФИО23 – автобус № 21.01.2024 был исправен, после обеда была информация о наличии неисправности, которая была устранена и после устранения которой автобус направился в рейс. При осмотре вечером (после рейса) автобус находился в исправном состоянии, сведений о неисправности стартера не имелось, порядок вывода автобуса на ремонт следующий: если поломка незначительная, то она устраняется водителем совместно со слесарем, если поломка в выходной день, то устраняется водителем с механиком либо сторожем;

- из объяснений ФИО24 – он встретился с ФИО9 22.01.2024 около 06.00. ФИО9 ушел в бокс гаража. О неисправности стартера узнал от диспетчера. При обходе гаража ФИО9 не обнаружил и искал его на территории предприятия. О том, что ФИО9 задавило автобусом узнал через несколько минут от сторожа. 

Постановлением старшего следователя Чаплыгинского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по липецкой области от 21.02.2024 отказано в возбуждении уголовного дела в отношении старшего механика ФИО25 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.143 УК РФ.

Таким образом, к движению автобуса действительно привели действия ФИО9, который совершил пуск двигателя, не убедившись в фиксации автобуса.

Вместе с тем, суд полагает, что ответчиком не было надлежащим образом организовано соблюдение техники безопасности и контроль допуска водителя к транспортному средству.

Так, опрошенная в ходе расследования несчастного случая ФИО26 пояснила, что 21.01.2022 после обеда ФИО9 сообщил, что возвращается на предприятие, т.к. автобус не исправен. О данном факте она сообщила диспетчеру ФИО27 (которая должна была работать 22.01.2024), пояснив, что на маршрут ФИО9 необходимо направить другой автобус, т.к. автобус ФИО9 сломался. В этот день на смене был механик ФИО28

Опрошенная ФИО29 пояснила, что утром 22.01.2024 ФИО9 прибыл на работу и намеревался попробовать завести свой автобус, пояснив, что с 21.01.2024 его не заводил.

При этом, ФИО9 получил путевой лист и прошел медкомиссию. 

Таким образом, 21.01.2024 автобус № механиком ФИО30 фактически не осматривался, т.к. в случае его осмотра механик не мог не знать о том, что 21.01.2024 ФИО9 вернулся с маршрута уже в 15.00 в связи с неисправностью автобуса. 

В связи с отсутствием осмотра сведения о техническом состоянии и необходимости ремонта автобуса не были внесены в журнал и ФИО9 необоснованно был допущен к управлению указанным автобусом путем выдачи путевого листа и допуска к АТС.

Кроме того, из должностной инструкции водителя не следует наличие обязанности осуществления диагностики либо ремонта АТС, в связи с чем, водитель ФИО9 также необоснованно был допущен к АТС, имеющему неисправность.

Как уже было указано выше, из пояснений ФИО10 следует, что в ООО «Данковский экспресс» функции по диагностике и ремонту АТС возлагаются не на механика либо слесаря, а на водителя.

Данные обстоятельства в судебном заседании подтвердил представитель ответчика ФИО4

В силу положений абз.4 и 14 ч.1 ст.21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз.4, 15 и 16 ч.2 ст.22 ТК РФ).

При этом, обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абз.2 ч.1 ст.210 ТК РФ).

Частью 1 ст.214 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз.2 ч.2 ст.214 ТК РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ч.1 ст.21 ТК РФ).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. Все работники, выполняющие трудовые функции по трудовому договору, подлежат обязательному социальному страхованию. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве право на такое возмещение вреда имеют названные в законе лица, которым причинен ущерб в результате смерти кормильца. Моральный вред работнику, получившему трудовое увечье, и, соответственно, членам семьи работника, если смерть работника наступила вследствие несчастного случая на производстве, возмещает работодатель, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Одной из основных обязанностей работника по трудовому договору является бережное отношение к имуществу работодателя, в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества (ч.2 ст.21 ТК РФ).

В связи с чем, суд полагает, что оснований для вывода о наличии в действиях ФИО9 грубой неосторожности не имелось, т.к. он выполнял работу, в отношении которой и ранее возникло требование работодателя к выполнению.

При этом, именно на работодателя в силу требований законодательства возлагается обязанность по обеспечению ФИО9 соответствующим требованиям безопасности рабочим местом путем:

- организации осмотра АТС как до выезда, так и при возвращении из рейса;

- своевременной диагностики неисправности АТС;

- поручения диагностики и ремонта АТС лишь тем лицам, в чьи должностные обязанности входят указанные мероприятия;

- ограничения допуска к неисправным АТС лиц, не имеющих прав (обязанностей) осуществления диагностики и ремонта. 

В связи с чем, судом признается необоснованной ссылка стороны ответчика (в обоснование занятой позиции) на материалы расследования несчастного случая и процессуальное решение органов Следственного комитета, т.к. в ходе указанных мероприятий действительно не установлено наличие причинно - следственной связи между действиями сотрудников ответчика и наступившими последствиями. 

Вместе с тем, как установлено судом (и не оспаривалось сторонами), автобус ПАЗ г.н. АЕ 162/48 ввиду ненадлежащего контроля со стороны ответчика своевременно и уполномоченными лицами не был подвергнут диагностированию на предмет наличия неисправностей, а водитель ФИО9 в нарушение его должностных обязанностей (не имя обязанностей по ремонту АТС) был допущен к управлению указанным автобусом.

В результате запуска двигателя в отсутствие механика ФИО9 при исполнении служебных обязанностей был смертельно травмирован.

Суд также находит необоснованными доводы стороны ответчика о том, что истцами не представлено доказательств ухудшения состояния здоровья в результате гибели близкого человека и о том, что истцами не представлены расчеты заявленных требований, т.к. истцами заявлены требования неимущественного характера (не смотря на факт материального выражения компенсации). 

Судом установлено, что истцы и погибший ФИО9 находились в кровном родстве, оказывали материальную поддержку друг другу, вели фактически общее хозяйство, а потому, смерть ФИО9 явилась невосполнимой утратой для истцов, что, безусловно, причинило истцам сильнейшие нравственные и физические страдания. 

В связи с чем, поскольку несчастный случай с ФИО9 произошел при исполнении им должностных обязанностей в результате неудовлетворительной организации производства работ со стороны работодателя (ООО «Данковский экспресс»), последний обязан осуществить компенсацию морального вреда, причиненного истцам смертью близкого родственника.

При этом, в судебном заседании сторонами не приведено доводов о наличии предусмотренных Законом оснований для освобождения ответчика от возмещения истцам компенсации причиненного морального вреда. Доводы стороны ответчика о наличии грубого нарушения требований безопасности со стороны погибшего судом признаны необоснованными, доводы о неблагополучном финансовом положении ответчика учитываются судом при определении размера компенсации, но основанием для освобождения от ее выплаты (как и факт получения страховых выплат) не являются. 

При разрешении вопроса о размере компенсации морального вреда, подлежащего взысканию, суд руководствуется положениями ст.151, 1100, 1101 ГК РФ, разъяснениями, приведенными в п.32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», а также учитывает характер и последствия причиненных потерпевшим нравственных страданий, причинения физической боли, конкретные обстоятельства гибели ФИО9, а также требования разумности и справедливости.

Оценивая доводы сторон о размере компенсации морального вреда, суд учитывает следующее:

- в результате полученных телесных повреждений, определенных экспертом как причинившие тяжкий вред здоровью, ФИО9 скончался;

- истцы имеют средства к существованию (ФИО1 трудоустроена, ФИО7 является получателем пенсии), все истцы имеют жилые помещения, ФИО1 и ФИО2 имеют транспортные средства;

- ФИО1 имеет кредитное обязательство до июня 2025 года (в размере 175 000 рублей);

- ФИО2 и ее супруг имеют кредитное обязательство в размере 1982520,79 рублей, а также на иждивении 2 н/л детей. 

Учитывая вышеизложенное, суд признает обоснованными доводы истцов о необходимости взыскания с ответчика компенсации морального вреда, но заявленную истцами сумму компенсации морального вреда в 2 млн. рублей (с учетом всех заслуживающих внимание обстоятельств, действий самого ФИО9, материального положения сторон) признает завышенной и не соответствующей требованиям разумности и справедливости. 

В связи с чем, с учетом сведений об обстоятельствах гибели ФИО9, материального состояния сторон и возможности получения дохода в будущем, в целях возмещения морального вреда, суд полагает целесообразным и отвечающим требованиям разумности и справедливости определить сумму компенсации в пользу ФИО1 и ФИО2 в размере 800 000 (в пользу каждого истца) и в пользу ФИО7 в размере 700 000 рублей. 

Суд полагает возможным указанным образом дифференцировать размер компенсации, подлежащий выплате в пользу истцов с учетом более тесных отношений между супругами и погибшим ФИО9 и его дочерью, а также с учетом сведений о наличии у истца ФИО7 иных детей - дочери. 

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 ГПК РФ. 

В соответствии с ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

При этом, гражданское процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения расходов на возмещение судебных расходов, в том числе на оплату услуг представителя, является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного стороной требования.

Таким образом, общим принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу, что следует из содержания ст.98 ГПК РФ и разъясняется в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

Следовательно, правом на возмещение этих расходов обладает та сторона, в пользу которой состоялось решение: либо истец - при удовлетворении иска (полностью или в части), либо ответчик - при отказе в удовлетворении исковых требований.

Согласно п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В судебном заседании истцами заявлены требования о взыскании с ответчика судебных расходов на оплату услуг представителя в сумме 52000 рублей (в пользу ФИО1), 7000 рублей (в пользу ФИО2), 7000 рублей (в пользу ФИО8). 

В обоснование заявленных требований представлены:

- соглашение №10 от 19.04.2024 на сумму 7 000 рублей (заключено с ФИО1) с предметом исполнения: составление искового заявления (с чеком по операции от 22.04.2024 об уплате представителю 7 000 рублей);

- соглашение №11 от 19.04.2024 на сумму 7 000 рублей (заключено с ФИО2) с предметом исполнения: составление искового заявления (с чеком по операции от 22.04.2024 об уплате представителю 7 000 рублей);

- соглашение №12 от 19.04.2024 на сумму 7 000 рублей (заключено с ФИО7) с предметом исполнения: составление искового заявления (с чеком по операции от 22.04.2024 об уплате представителю 7 000 рублей);

- соглашение №15 от 15.06.2024 на сумму 45 000 рублей (заключено с ФИО1) с предметом исполнения: представление интересов ФИО1, ФИО2, ФИО7 в судебных заседаниях (с чеками по операции от 16.06.2024 об уплате представителю 15 000 рублей, от 08.07.2024 на сумму 30 000 рублей).

В связи с чем, факт несения расходов на оплату услуг представителя при производстве по гражданскому делу истцами в судебном заседании подтвержден, при том, что суд пришел к выводу об обоснованности требований каждого истца. 

В постановлении Пленума №1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», указано:

- расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (п.12); 

- разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п.13).

Суд полагает, что ответчиком не приведено обоснованных доводов в опровержение понесенных истцами расходов, что (при подтверждении истцами факта несения расходов) является основанием для удовлетворения требования о возмещении понесенных расходов. 

Кроме того, суд учитывает, что ответчиком не приведено обоснованных доводов о злоупотреблении истцами правом на выбор представителя (в целях завышения судебных расходов) либо злоупотреблением правом на определение размера расходов. Как указано представителем истцов в судебном заседании и не оспорено ответчиком, размер гонорара за 1 день участия в судебном заседании по гонорарной практике определен в 15 000 рублей. 

В связи с чем, с учетом факта выезда представителя истца в г.Данков (из г.Лебедянь) для участия в судебных заседаниях, факта оказания юридической помощи 3 лицам доводы представителей ответчика о том, что указанные расходы являются завышенными, суд находит надуманными с учетом участия представителя истца в 2-х судебных заседаниях (11.07.2024, 24.07.2024) и подготовкой представителем процессуальных документов (в отношении которых имеется отдельное соглашение).

Поскольку истцы по искам указанной категории в силу подп.3 п.1 ст.333.36 НК РФ освобождаются от уплаты государственной пошлины, в связи с удовлетворением требований истцов государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в размере 900 рублей (с учетом рассмотрения 3-х требований о взыскании компенсации морального вреда). 

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 и ФИО7 к ООО «Данковский Экспресс» 

<

данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Данковский Экспресс» в пользу ФИО1 денежные средства в размере 852 000 (восемьсот пятьдесят две тысячи) рублей, из которых:

- 800 000 (восемьсот тысяч) рублей в качестве компенсации морального вреда;

- 52 000 (пятьдесят две тысячи) рублей - расходов на оплату услуг представителя.

Взыскать с ООО «Данковский Экспресс» в пользу ФИО2 денежные средства в размере 807 000 (восемьсот семь тысяч) рублей, из которых:

- 800 000 (восемьсот тысяч) рублей в качестве компенсация морального вреда;

- 7 000 (семь тысяч) рублей - расходов на оплату услуг представителя;

Взыскать с ООО «Данковский Экспресс» в пользу ФИО7 денежные средства в размере 707 000 (семьсот семь тысяч) рублей, из которых: 

- 700 000 (семьсот тысяч) рублей в качестве компенсация морального вреда;

- 7 000 (семь тысяч) рублей - расходов на оплату услуг представителя.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2 и ФИО7 к ООО «Данковский Экспресс» отказать.

Взыскать с ООО «Данковский Экспресс» в бюджет Данковского муниципального района Липецкой области государственную пошлину в сумме 900 (девятьсот) рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий областной суд через Данковский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий А.А.Ермолаев

Мотивированный текст решения изготовлен 31.07.2024