Судья Тхазаплижева Б.М. 

Докладчик Шомахов Р.Х. Дело №44Г-29/2019

Постановление

Президиума Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики 

25 июля 2019 года г. Нальчик

Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики в составе: 

председательствующего Ташуева М.З.

членов президиума: Бабугоевой Л.М., Маздогова В.Х., Созаевой С.А.

при секретаре Туменовой А.А.

с участием ФИО1, ее представителя по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, представителя Министерства внутренних дел по Кабардино-Балкарской Республике и Министерства внутренних дел России –ФИО3, по доверенностям от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству внутренних дел по Кабардино-Балкарской Республике, Министерству внутренних дел России о признании незаконным и необоснованным решения Министерства внутренних дел по Кабардино-Балкарской Республике о снятии с учета очередников на получение единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения и восстановлении на учете очередников Министерства внутренних дел по Кабардино-Балкарской Республике на получение единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения, как вдове погибшего сотрудника при исполнении служебных обязанностей с 27 декабря 2016 года, переданное для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции определением судьи Верховного Суда КБР Созаевой С.А. по кассационной жалобе ФИО1 на апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 30 января 2019 года, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с заявлением к МВД по КБР и ЦЖБК МВД по КБР о признании незаконным решения о снятии ее с учета очередников МВД по КБР на получение единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения и возложении на МВД по КБР обязанности восстановить ее с 27 декабря 2016 года в очереди МВД по КБР на получение единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения (далее - единовременная социальная выплата или ЕСВ).

В обоснование заявленных требований ФИО1 указала, что является вдовой сотрудника органов внутренних дел МВД по КБР ФИО4, погибшего 2 февраля 2011 года при исполнении служебных обязанностей. При жизни У.А.Х., ни он, ни члены его семьи не имели жилья, в связи с чем МВД по КБР после его гибели предпринимались меры к улучшению жилищных условий семьи.

15 декабря 2016 года в целях реализации права на обеспечение жилым помещением она обратилась в Центральную жилищно-бытовую комиссию МВД по КБР (далее по тексту – ЦЖБК МВД по КБР) с заявлением о постановке на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения. 

Решением ЦЖБК МВД по КБР от 19 декабря 2016 года, утвержденным распоряжением МВД по КБР от 27 декабря 2016 года №, ФИО1 с семьей в составе 3-х человек (она, сын, У.А.А., и погибший У.А.Х.), принята на учет.

Однако решением ЦЖБК МВД по КБР от 17 мая 2018 года она снята с учета очередников на получение единовременной социальной выплаты со ссылкой на то, что представленные ФИО1 документы не подтверждают нуждаемость ее семьи в улучшении жилищных условий на момент смерти У.А.Х., в частности, в акте обследования жилищных условий, составленном в 2016 году, отсутствуют достоверные данные о состоянии домовладения, в котором проживает семья, за 2011 год. 

По мнению ФИО1, действия ответчиков по снятию ее с учета на получение единовременной социальной выплаты являются незаконными, поскольку при обращении с заявлением о постановке на такой учет ею были предоставлены все предусмотренные законом документы. Оснований, перечисленных в постановлении Правительства РФ от 30 декабря 2011 года № 12233 для исключения из очереди, не имелось.

ФИО1 полагала, что решение комиссии МВД по КБР от 17 мая 2018 года, утвержденное распоряжением МВД по КБР от 04.06.2018года №, нарушает права и законные интересы ее семьи, вследствие чего просила суд признать незаконным и отменить указанное решение, восстановить ее в очереди Министерства внутренних дел по Кабардино-Балкарской Республике на получение единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения. 

Ответчик иск не признал. 

Решением Нальчикского городского суда КБР от 6 ноября 2018 года иск ФИО1 удовлетворен, решение МВД по КБР (в виде распоряжения от 04.06.2018г. №) о снятии ФИО1 с учета очередников на получение единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения признано незаконным. На Министерство внутренних дел по Кабардино-Балкарской Республике возложена обязанность восстановить ФИО1 на учет очередников МВД по Кабардино-Балкарской Республике на получение единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения, как вдову погибшего сотрудника при исполнении служебных обязанностей с момента издания распоряжения МВД по КБР № от 27.12.2016г.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда КБР от 30 января 2019 года решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1

В кассационной жалобе, поступившей в Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики 12 апреля 2019 года, ФИО1 просит отменить состоявшееся по делу апелляционное определение ввиду существенного нарушения норм материального и процессуального права и оставить в силе решение суда первой инстанции.

В обоснование незаконности обжалуемого судебного постановления заявитель указал, что признавая законным решение МВД по КБР об исключении семьи истца из очереди на получение единовременной социальной выплаты, суд апелляционной инстанции исходил из того, что материалы дела не содержат доказательств, позволяющих сделать вывод о том, что истцом изначально в полном объеме были представлены документы, необходимые для решения вопроса о нуждаемости семьи У.А.Х. в улучшении жилищных условий и права на получение единовременной социальной выплаты для приобретения жилья. МВД по КБР правомерно сняло семью погибшего сотрудника с учета очередников на получение единовременной социальной выплаты, поскольку в материалах отсутствовали документы, устанавливающие основания для определения нуждаемости в жилом помещении семьи погибшего сотрудника на день его гибели.

При этом, как считает ФИО1, Судебная коллегия оставила без должного внимания и оценки представленный ею в ЦЖБК МВД по КБР акт обследования жилого помещения от 1 ноября 2016 года, который содержит необходимые сведения о ее жилищных условиях на дату смерти ее мужа, а именно по состоянию на февраль 2011 года. Составленный в 2011 году местной администрацией Чегемского муниципального района КБР акт обследования домовладения, в котором проживала ее семья, она не смогла представить в ЦЖБК МВД по КБР, поскольку акты за 2011 годы были уничтожены в связи с истечением срока их хранения. То обстоятельство, что такой акт был составлен, и на его основании семья была признана нуждающейся в улучшении жилищных условий и включена в списки очередников на получение жилья местной администрации Чегемского муниципального района в 2011 году, и что впоследствии акт был уничтожен, подтверждается письмами органа местного самоуправления и не оспаривалось ответчиками. Суд первой инстанции установил названные юридически значимые обстоятельства, дал им надлежащую правовую оценку, и вынес решение о правомерности принятия ее на учет для получения единовременной социальной выплаты и отсутствии оснований для снятия с этого учета. 

Автор жалобы полагает, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, что предусмотренные гражданским процессуальным законодательством основания для отмены этого решения в апелляционном порядке отсутствовали. 

По данной кассационной жалобе письмом судьи Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 22 апреля 2019 года гражданское дело истребовано в адрес Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики, поступило 7 мая 2019 года.

Определением судьи Верховного Суда КБР от 5 июля 2019 года дело с кассационной жалобой ФИО1 передано для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда КБР.

Заслушав доклад судьи Верховного суда КБР Созаевой С.А., проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, поддержанной ФИО1 и ее представителем ФИО2, возражения представителя МВД России и МВД по КБР ФИО3, Президиум приходит к следующему.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения норм материального и процессуального права были допущены по данному делу судом апелляционной инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Федерального закона от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ) сотрудник, имеющий стаж службы в органах внутренних дел не менее 10 лет в календарном исчислении, имеет право на единовременную социальную выплату для приобретения или строительства жилого помещения один раз за весь период государственной службы, в том числе службы в органах внутренних дел.

Порядок и условия предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и членам их семей устанавливаются Правилами предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 30 декабря 2011 года № 1223 (далее - Правила).

В силу части 3 статьи 4 Закона единовременная социальная выплата предоставляется не позднее одного года со дня гибели (смерти) сотрудника органов внутренних дел в равных частях членам семьи, а также родителям сотрудника погибшего (умершего) вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных в связи с выполнением служебных обязанностей, либо вследствие заболевания, полученного в период прохождения службы в органах внутренних дел, при наличии у погибшего (умершего) сотрудника условий, предусмотренных частью 2 настоящей статьи.

Право сотрудника органов внутренних дел на единовременную социальную выплату признается при установлении его нуждаемости в жилом помещении, которая определяется по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 4 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ. В частности, единовременная социальная выплата предоставляется сотруднику при условии, что он не является нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения (пункт 1 части 2 статьи 4 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ); является нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения и обеспечен общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее 15 квадратных метров (пункт 2 части 2 статьи 4 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ); проживает в помещении, не отвечающем установленным для жилых помещений требованиям, независимо от размеров занимаемого жилого помещения (пункт 3 части 2 статьи 4 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ).

В соответствии с абзацем 1 пункта 5 Правил принятие сотрудника на учет для получения единовременной выплаты осуществляется на основании заявления сотрудника на имя руководителя федерального органа исполнительной власти, органа, в котором указывается, что ранее ему во всех местах прохождения государственной службы единовременные выплаты (субсидии) в целях приобретения (строительства) жилого помещения не предоставлялись. В силу подпункта «а» пункта 5 Правил к заявлению прилагаются копия финансового лицевого счета, справка о проверке жилищных условий, выписка из домовой книги или единый жилищный документ за последние 5 лет до подачи заявления с мест жительства сотрудника и членов его семьи. 

Члены семьи погибшего (умершего) сотрудника в случае, если на дату подачи заявления со дня его гибели (смерти) прошло более 5 лет помимо документов, указанных в абзацах первом и втором настоящего подпункта, представляют копию финансового лицевого счета, справку о проверке жилищных условий, выписку из домовой книги или единый жилищный документ, содержащие сведения на дату гибели (смерти) сотрудника, со своих мест жительства и места жительства сотрудника. В случае, если по независящим обстоятельствам указанные документы не могут быть получены, представляются документы, подтверждающие невозможность их получения.

Из приведенных нормативных положений следует, что право членов семьи погибшего сотрудника на единовременную социальную выплату для приобретения или строительства жилого помещения признается при установлении его нуждаемости в жилом помещении, которая определяется по названным выше основаниям, и в доказательство которых должен быть представлен пакет документов, в том числе справка о проверке жилищных условий, содержащая сведения на дату гибели (смерти) сотрудника. В случае, если указанные документы не могут быть получены, то представляются документы, подтверждающие невозможность их получения.

Из материалов дела усматривается, что 2 февраля 2011 года при исполнении служебных обязанностей был убит инспектор ДПС ОГИБДД ОВД по Чегемскому району старший лейтенант милиции У.А.Х. 

15 декабря 2016 года ФИО1, вдова У.А.Х., обратилась в МВД по КБР с заявлением, в котором просила принять ее на учет на получение единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения семьи в составе двух человек (У.Д.З. и сын, У.А.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения).

В доказательство нуждаемости в жилом помещении ФИО1 представила требуемый названными Правилами пакет документов, в том числе акт обследования жилищных условий, из которого следовало, что ФИО1 с семьей в составе 3-х человек (она, сын, У.А.А., и погибший У.А.Х.), на момент гибели У.А.Х. были зарегистрированы и проживали в домовладении, состоявшем из двух жилых помещений площадью 76,6 кв.м. и 75,1 кв.м. по адресу: 

<

адрес>. При этом заключением межведомственной комиссии местной администрации Чегемского муниципального района от 1 ноября 2016 года признано, что жилой дом площадью 75,1 кв.м. по вышеназванному адресу на момент гибели У.А.Х. находился в непригодном для проживания состоянии, а в жилом доме площадью 76,6 кв.м., расположенном по этому же адресу зарегистрировано и проживало 7 человек. 

Рассмотрев заявление ФИО1 и представленные ею документы, ЦЖБК МВД по КБР вынесла решение, оформленное протоколом от 19 декабря 2016 года, утвержденным распоряжением МВД по КБР от 27 декабря 2016 года №, о принятии ФИО1 с семьей в составе 3-х человек на учет на получение единовременной социальной выплаты (л.д. 10-11), документы направлены в МВД России.

Письмом заместителя начальника Департамента по материально-техническому и медицинскому обеспечению МВД России от ДД.ММ.ГГГГ документы были возвращены в МВД по КБР. При этом обращено внимание на то, что У.А.Х. погиб ДД.ММ.ГГГГ, вместе с тем акт о признании помещения, непригодным для проживания, составлен межведомственной комиссией ДД.ММ.ГГГГ, то есть после смерти сотрудника; не указан статус домовладения общей площадью 76,6 кв.м. и 75,1 кв.м., в котором был зарегистрирован и проживал сотрудник с семьёй на момент его гибели. Кроме того, согласно свидетельству о государственной регистрации права, данное домовладение оформлено в собственность отца погибшего сотрудника ДД.ММ.ГГГГ, то есть после смерти сотрудника. Изложенное, по мнению отраслевого отдела МВД России, свидетельствует о том, что Комиссией не до конца проработан вопрос о нуждаемости в жилой площади семьи погибшего сотрудника (л.д. 37-38).

В соответствии с пунктом 14 Правил предоставления единовременной социальной выплаты предусмотрено, ЦЖБК выполняет в том числе следующие функции: проверяет сведения, содержащиеся в документах, представленных сотрудником в соответствии с пунктом 5 Правил (подпункт «а» названного пункта), направляет в случае необходимости запрос в другие государственные органы и организации для проверки сведений о наличии у сотрудника условий для принятия его на учет для получения единовременной социальной выплаты (подпункт «б» пункта 14 Правил).

В целях проверки сведений, содержащихся в формируемой уполномоченным подразделением базе данных о лицах, принятых на учет для получения единовременной социальной выплаты, Министерство внутренних дел Российской Федерации и органы могут направлять запросы в федеральные государственные органы, а также государственные органы субъектов Российской Федерации для получения информации, необходимой для предоставления единовременной выплаты (пункт 26 Правил).

Из содержания приведенных выше положений, следует, что запросы в соответствующие государственные органы направляются с целью проверки определенных сведений, представленных сотрудниками или членами их семей при подаче ими заявления о постановке на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения, то есть комиссия вправе проверить сведения, содержащиеся в документах, представленных в подтверждение нуждаемости в улучшении жилищных условий. 

Как следует из содержания вышеназванного письма Департамента по материально-техническому и медицинскому обеспечению МВД России от 12 сентября 2017 года, документы, представленные ФИО1 в ЦЖБК МВД по КБР и содержащие сведения о жилищных условиях истца на момент смерти ее супруга, а также о собственнике домовладения, в соответствии с пунктом 14 Правил подлежали проверке со стороны комиссии МВД по КБР. 

Между тем, констатировав те обстоятельства, что представленные ФИО1 свидетельство о праве собственности на вышеназванный жилой дом и акт обследования жилищных условий были составлены и выданы после смерти У.А.Х., и не подтверждают нуждаемость семьи ФИО1 в улучшении жилищных условий, ЦЖБК МВД по КБР 17 мая 2018 года приняла решение о снятии ее с учета на получение единовременной социальной выплаты (л.д. №).

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования ФИО1, Нальчикский городской суд КБР пришел к выводу о незаконности решения ЦЖБК МВД по КБР в части снятия истца с учета для получения ЕСВ, поскольку истец подпадает под категорию лиц, перечисленных в части 3 статьи 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 247-ФЗ, ее муж являлся сотрудником органов внутренних дел, погиб при исполнении служебных обязанностей, на момент его смерти и на момент обращения истца в ЦЖБК его семья нуждается в улучшении жилищных условий, так как проживает в ветхом жилом помещении, которое принадлежало на день смерти У.А.Х. его отцу, У.Х.А.

МВД по КБР не оспаривало отсутствие у семьи погибшего сотрудника надлежащих жилищных условий, однако полагало, что согласно пункту 5 Правил истец обязан представить акт обследования жилищных условий на момент смерти ее мужа, то есть за 2011 год, акт обследования от 1 ноября 2016 года не может быть принят в качестве надлежащего документа, требуемого названными Правилами для принятия истца на учет для получения ЕДВ.

С этим согласился и суд апелляционной инстанции. Отменяя решение суда первой инстанции, и соглашаясь с выводами ЦЖБК МВД по КБР, судебная коллегия указала, что обращаясь с заявлением, ФИО1 документы, необходимые для решения вопроса о предоставлении единовременной социальной выплаты в полном объеме не представила. В связи с этим суд апелляционной инстанции посчитал, что действия ЦЖБК МВД по КБР являются правомерными. 

Приведенные выводы суда апелляционной инстанции являются ошибочными, основанными на неправильном толковании норм материального права, регулирующих порядок и условия постановки на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения.

В соответствии с пунктом 16 Правил предоставления единовременной социальной выплаты отказ в принятии сотрудника на учет для получения единовременной выплаты допускается в случае, если представленные документы и сведения, полученные по результатам проведенной комиссией проверки, не подтверждают наличие условий, необходимых для принятия сотрудника на такой учет.

Как указано выше, несмотря на указание МВД России в письме от 12 сентября 2017 года, и вопреки положениям п. 14 Правил, ЦЖБК МВД по КБР проверку сведений, изложенных в акте проверки жилищных условий, не проводило, ограничившись выводом о том, что акт обследования жилищных условий за 2011 год истцом не представлен. 

В то же время, из материалов дела усматривается и установлено судом, что в МВД по КБР с 2011 года имелись все необходимые данные о том, что названные сведения соответствуют действительности, что семья У.А.Х. на момент его смерти нуждалась в улучшении жилищных условий, и практически сразу после его гибели МВД по КБР предпринимались меры к улучшению жилищных условий этой семьи, и это подтверждается представленными ответчиком в суд письмами руководства МВД по КБР от 29 марта 2011года №, от 25 ноября 2011 года №, 19 февраля 2013 года № (л.д. №).

В частности, из письма заместителя Министра внутренних дел по КБР в адрес администрации Чегемского муниципального района от 29.03.2011г. № следует, что руководство МВД по Кабардино-Балкарской Республике просит рассмотреть вопрос о признании ФИО1, нуждающейся в улучшении жилищных условий с целью решения ее жилищного вопроса путем приобретения жилья за счет средств «Национального Благотворительного Фонда», о принятом решении просил проинформировать в возможно короткие сроки (л.д. 48). 

Решением органа местного самоуправления городского поселения Чегем от 1 апреля 2011 года ФИО1 была признана нуждающейся в улучшении жилищно-бытовых условий, а 14 июня 2011 года включена в списки очередников на получение жилья местной администрации Чегемского муниципального района (л.д. №). 

Следует отметить, что в период спорных правоотношений учетная норма площади жилого помещения для принятия граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях была установлена в г.п. Чегем в размере не более 12 кв.м. общей площади жилого помещения на человека (решение Совета местного самоуправления Чегемского муниципального района КБР от 10 апреля 2007 года).

Очевидно, что решение о постановке истца на учет для получения жилья, было принято по результатам обследования ее жилищных условий и составленного по результатам обследования акта. Данное обстоятельство не оспаривалось и МВД по КБР. В частности, в суде апелляционной инстанции представитель МВД России и МВД по КБР пояснил, что не имеет сомнений относительно существования названного акта за 2011год, речь идет лишь о том, что в соответствии с постановлением Правительства РФ от 28 января 2006 года № 47 «Об утверждении Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания, данные акты составляются межведомственной комиссией, а акт от 2011 года составлен местной администрацией городского поселения Чегем (л.д. №).

Как указано выше, в постановлении Правительства РФ от 30 декабря 2011 г. N 1223 «О предоставлении единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации» в случае, если по независящим обстоятельствам документы, перечисленные в пункте 5 Правил, не могут быть получены, представляются документы, подтверждающие невозможность их получения. 

Из письма главы местной администрации г.п. № от 30.10.2018г. № следует, что в связи с истечением срока хранения акты обследования жилищно-бытовых условий жизни за 2011г. были уничтожены по акту № от 01.03.2018г (л.д. №).

Таким образом, суду представлены доказательства невозможности представления акта обследования жилищных условий за 2011г., испрашиваемого ответчиком.

В то же время, суд кассационной инстанции отмечает, что пункт 5 Правил, возлагая обязанность на заявителя в лице ФИО1 представить документы, подтверждающие сведения о ее жилищных условиях по состоянию на момент смерти ее мужа, не содержит требования о представлении справки, составленной именно перед его гибелью или сразу после его гибели. По смыслу указанной нормы заявитель обязан представить справку о проверке жилищных условий, содержащую сведения на дату гибели (смерти) сотрудника о нуждаемости его семьи в улучшении жилищных условий. Представленный истцом в МВД по КБР акт от 1 ноября 2016 года содержит указанные сведения, их достоверность проверена судом и не оспаривалась МВД по КБР. 

То обстоятельство, что спорное домовладение в 2011 году не было снято с кадастрового учета, как прекратившее существование в силу непригодности для проживания, не является основанием для сомнений в истинности изложенных в акте от 1 ноября 2016 года данных о ветхости жилого помещения в 2011 году. В соответствии с ч. 1 и 2 ст. 16 Федерального закона от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ "О государственном кадастре недвижимости», действовавшего на момент возникновения спорных правоотношений, изменения в государственный кадастр недвижимости вносятся лишь в случае прекращения существования объекта недвижимости по заявлению собственника при соблюдении определенной процедуры. В данном случае объект недвижимости не был снесен, истица проживает в этом помещении, не имея другого жилья.

С учетом изложенного Президиум полагает, что имевшиеся в МВД по КБР с 2011 года официальные документы подтверждают отсутствие жилья у семьи У.А.Х. на момент его смерти. Истцом доказан факт невозможности представления по не зависящим от нее обстоятельствам акта обследования жилищных условий за 2011г. и потому суждение МВД по КБР, а впоследствии и суда апелляционной инстанции, что в отсутствие такого акта ФИО1 не может состоять на учете для получения ЕДВ, являются ошибочными, основанными на неправильном применении норм материального права.

Принимая решение о снятии истца с учета, ЦЖБК МВД по КБР также сослалась на то, что свидетельство о государственной регистрации права собственности на домовладение, в котором проживает ФИО1, выдано отцу У.А.Х. с 12.01.2016 года, то есть после гибели сотрудника.

В соответствии со ст. 25.3 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (в редакции, действующей как на момент гибели сотрудника, так и на момент выдачи названного свидетельства о праве собственности от 12 января 2016 года) одним из оснований для государственной регистрации права собственности гражданина на объект индивидуального жилищного строительства, создаваемый или созданный на земельном участке, предназначенном для индивидуального жилищного строительства, либо создаваемый или созданный на земельном участке, расположенном в границе населенного пункта и предназначенном для ведения личного подсобного хозяйства (на приусадебном земельном участке), является правоустанавливающий документ на земельный участок, на котором расположен такой объект недвижимого имущества.

Согласно абз. 4 п. 2 ст. 25.2 этого же закона таким правоустанавливающим документом на земельный участок является выдаваемая органом местного самоуправления выписка из похозяйственной книги о наличии у такого гражданина права на данный земельный участок. 

Из свидетельства о праве собственности от 12 января 2016 года усматривается, что право собственности на жилой дом площадью 75,1 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>. за У.Х.А. было зарегистрировано на основании выписки из похозяйственной книги о наличии у гражданина права на земельный участок от 24 декабря 2008 года. 

В представленной в суд выписке из похозяйственной книги от 24.12.2008г. собственником жилого дома указан отец погибшего сотрудника - У.Х.А. (л.д.№).

Данное обстоятельство подтверждается также письмом заместителя главы местной администрации г.п. Чегем от 03.10.2018г. № о том, что на 2.02.2011г. (дата гибели У.А.Х.) собственником домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес> являлся У.Х.А. (л.д.№).

Таким образом, в силу вышеприведенных норм, право собственности У.Х.А. на указанный жилой дом возникло не позднее 2008 года.

Разрешая дело по существу, и удовлетворяя заявленный иск, суд первой инстанции исходил из того, что представленное ФИО1 свидетельство о праве собственности отвечает требованиям пункта 5 Правил, поскольку оно было выдано на основании выписки из похозяйственной книги от 2008 года. Учитывая, что названное свидетельство о праве собственности представлялось ФИО1 при обращении в ЦЖБК МВД по КБР, что оно содержит указание на эту выписку, суд первой инстанции правомерно констатировал, что выдача свидетельства о праве собственности в 2016 году означала лишь государственную регистрацию права, и что на момент смерти сотрудника МВД его отец, У.Х.А. являлся собственником этого жилого дома. Этот вывод суда согласно правилам ст.ст. 55, 56 ГПК РФ подтвержден соответствующими доказательствами и соответствует нормам закона о государственной регистрации прав на недвижимость. 

Ввиду изложенного Президиум полагает, что истцом при обращении с заявлением о постановке на учет для получения указанной выплаты были представлены все необходимые документы, подтверждающие наличие указанных в части 2 и части 3 статьи 4 Федерального закона от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ условий для постановки ее на учет для получения единовременной социальной выплаты, и решением ЦЖБК МВД по КБР от 19 декабря 2016 года она правомерно была принята на такой учет. Сведения о жилищных условиях истца на момент смерти ее супруга, в соответствии с указаниями МВД и в соответствии с положениями п. 14 Правил могли быть уточнены в рамках полномочий Комиссии, что сделано не было. Этот пробел был устранен Нальчикским городским судом, который, проверив названные обстоятельства, обоснованно признал незаконным решение ЦЖБК МВД о снятии истца с очереди на получение ЕСВ. 

Выводы суда являются правильными, соответствующими установленным по настоящему делу обстоятельствам и нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, потому основания, предусмотренные гражданским процессуальным законодательством, для отмены этого решения в апелляционном порядке, отсутствовали. 

В связи с этим апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 30 января 2019 года подлежит отмене с оставлением в силе решения Нальчикского городского суда КБР от 6 ноября 2018 года.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Верховного Суда КБР

П О С Т А Н О В И Л :

кассационную жалобу ФИО1 удовлетворить.

Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 30 января 2019 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к Министерству внутренних дел по Кабардино-Балкарской Республике, Министерству внутренних дел России о признании незаконным и необоснованным решения Министерства внутренних дел по Кабардино-Балкарской Республике о снятии с учета очередников на получение единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения и восстановлении на учете очередников Министерства внутренних дел по Кабардино-Балкарской Республике на получение единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения, как вдове погибшего сотрудника при исполнении служебных обязанностей с 27 декабря 2016 года, отменить, оставить в силе решение Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики от 6 ноября 2018 года.

Председательствующий М.З. Ташуев