Дело № 2-917/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Камышин 22 декабря 2017 г.

Камышинский городской суд Волгоградской области в составе:

председательствующего судьи Коваленко Н.Г.,

при секретаре судебного заседания Растегаевой Ю.В.,

с участием представителей истца-ответчика ФИО1 адвоката Кельн А.Б. и по доверенности ФИО2, 

ответчика-третьего лица ФИО3, 

представителя ответчика-третьего лица ФИО4 - адвоката Ивановой Н.П. в порядке ст. 50 ГПК РФ, 

ответчика-истца ФИО6, 

представителя ответчика-истца ФИО7 по доверенности ФИО8, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО4, ФИО6, ФИО7 о признании сделок недействительными, истребовании имущества из незаконного владения, исключении сведений из государственного реестра прав и признании права собственности на жилое помещение,

по встречному исковому заявлению ФИО6 к ФИО1 о признании добросовестным приобретателем,

по встречному исковому заявлению ФИО7 к ФИО1 о признании добросовестным приобретателем,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 в лице своего представителя по доверенности ФИО2 обратился в Камышинский городской суд Волгоградской области с исковым заявлением к ФИО3, ФИО4, ФИО6, ФИО7 о признании сделок недействительными, истребовании имущества из незаконного владения, исключении сведений из государственного реестра прав и признании права собственности на жилое помещение.

В обосновании своих требований, с учетом их изменения в порядке ст. 39 ГПК РФ, представитель указав, что ФИО1 являлся собственником 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: ...., на основании договора купли-продажи 

<

данные изъяты> долей квартиры от 01 июля 2011 года.

По приговору Камышинского городского суда .... от 19 мая 2014 года ФИО1 осужден к отбытию наказания в виде лишения свободы сроком на 

<

данные изъяты> Приговор суда вступил в законную силу 03 июля 2014 года, после чего ФИО1 был направлен для отбытия наказания в .... ...., где находится по настоящее время.

В 2016 году истцу стало известно, что в отношении принадлежащего ему жилого помещения, без его ведома и согласия, были совершены две сделки. Так, 19 мая 2016 года в Камышинский отдел Росреестра был сдан договор дарения 

<

данные изъяты> долей квартиры от 19 мая 2016 г., по условиям которого ФИО1 подарил ФИО3 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: .....

После этого 01 июня 2016 года была зарегистрирована еще одна сделка, по условиям которой ФИО3 подарил ФИО4 

<

данные изъяты> долей указанной квартиры.

Представитель ссылается на то, что с 2013 года ФИО1 находился под стражей, а затем в исправительной колонии, никакого личного участия при заключении договора дарения не принимал, каких-либо лиц на совершении указанной сделки от его имени не уполномочивал.

В этой связи, в декабре 2016 года было возбуждено уголовное дело по 

<

данные изъяты> находящееся в настоящее время в производстве следственного отдела МО МВД России «Камышинский».

Несмотря на данное обстоятельство, после подачи настоящего иска в суд в отношении спорного жилого помещения было совершено еще две сделки.

Так, 18 апреля 2017 года между ФИО4 и ФИО6 был заключен договор купли-продажи 

<

данные изъяты> долей квартиры, по условиям которого ФИО6 приобрела спорное жилое помещение за 

<

данные изъяты> рублей. 

28 июля 2017 года ФИО6, достоверно зная, что в Камышинском городском суде Волгоградской области находится гражданское дело по оспариванию незаконных сделок в отношении спорного жилого помещения, заключила договор купли-продажи 

<

данные изъяты> долей квартиры с ФИО7, по условиям которого спорное жилое помещение было продано за 

<

данные изъяты> рублей.

Представитель истца считает, что поскольку договор дарения спорного жилого помещения ФИО1 не подписывал, ФИО3 в этой сделке не участвовал, так как находился в местах лишения свободы, то в силу положений ст. 168 ГК РФ договор дарения от 19 мая 2016 года является ничтожной сделкой с момента ее совершения, а значит правовые последствия в виде перехода права собственности по договору на спорное жилое помещение не наступили.

При этом договор дарения от 01 июня 2016 года ФИО3 также не подписывал в силу указанных причин, а потому и этот договор является недействительным и не влечет за собой переход права собственности на спорное жилое помещение к ФИО4 Следовательно, все последующие сделки в отношении спорного жилого помещения являются не законными, а само жилое помещение находится в незаконном владении ответчика ФИО9

При изложенном, представитель ФИО1 просит суд признать недействительным договор дарения ДД.ММ.ГГГГ долей квартиры, расположенной по адресу: ...., заключенный 19 мая 2017 года между ФИО1 и ФИО3.

Признать недействительным договор дарения 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: ...., заключенный 01 июня 2017 года между ФИО3 и ФИО4.

Признать недействительным договор купли-продажи 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: ...., заключенный 18 апреля 2017 года между ФИО4 и ФИО6.

Признать недействительным договор купли-продажи 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: ...., заключенный 28 июня 2017 года между ФИО6 и ФИО7.

Исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись о государственной регистрации права собственности ФИО7 на 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: .....

Истребовать 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: ...., из владения ФИО7 в пользу ФИО1.

Признать за ФИО1 право собственности на 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: .....

Истец-ответчик ФИО1, извещенный о времени и месте в установленном законом порядке, в судебное заседание не явился, отбывает наказание в .... ...., обеспечил явку представителей ФИО2 и адвоката Кельн А.Б., которые требования своего доверителя поддержали. Дали пояснения аналогичные, изложенным в иске. Просили признать технической опиской неправильное указание 2017 года в сделках от 19 мая и от 1 июня.

Ответчик-истец ФИО6, не согласившись с исковыми требованиями ФИО1, обратилась в суд со встречным исковым заявлением к ФИО1, указав, что никаких доказательства о недействительности совершения данной сделки купли продажи не приводится. Кроме этого отсутствуют указания на недобросовестность приобретателя ФИО6 в совершении данной сделки. Договор купли-продажи 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: ...., заключенный 18 апреля 2017 года между ФИО4 и ФИО6, был удостоверен нотариусом .... ФИО10, содержание договора соответствует волеизъявлению его участников. При этом до подписания договора купли продажи, нотариусом были проверены документы, подтверждающие юридическую законность данной сделки. Фактически обращаясь к нотариусу, у ФИО6 не было ни каких сомнений в праве продавца на отчуждение имущества в виде 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: ...., при совершении сделки.

В судебном заседании ответчик-истец ФИО6 встречные исковые требования поддержала, просила суд в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать, признать ее добросовестным приобретателем 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: ...., по договору купли-продажи от 18 апреля 2017 г.

Ответчик-истец ФИО9 исковые требования ФИО1 не признал, обратившись в суд со встречным исковым заявлением к ФИО1, в котором указал, что довод истца о том что, ФИО1 договор дарения спорного жилого помещения ФИО3 не подписывал, не подтвержден, также как и то, что ФИО3 в этой сделке не участвовал. Никаких доказательства о недействительности совершения данной сделки купли-продажи не приводится. Кроме этого, отсутствуют указания на недобросовестность приобретателя ФИО6 в совершении данной сделки. Договор купли-продажи 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: ...., заключенный 18 апреля 2017 года между ФИО4 и ФИО6, был удостоверен нотариусом .... ФИО10, содержание договора соответствует волеизъявлению его участников. При этом до подписания договора купли продажи, нотариусом были проверены документы, подтверждающие юридическую законность данной сделки. Фактически обращаясь к нотариусу, у ФИО6 не было ни каких сомнений в праве продавца на отчуждение имущества в виде 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: ...., при совершении сделки.

Ответчик-истец ФИО9 надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился, доверил представление своих интересов ФИО8, действующему по доверенности, который в судебном заседании требования встречного иска ФИО7 поддержал, в удовлетворении исковых требований ФИО1 просил отказать.

Ответчик-третье лицо ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО1 признал в полном объеме, с исковыми требованиями ФИО6 и ФИО7 не согласен. Пояснил, что на момент заключения договоров дарения 19 мая 2016 г. и 01 июня 2016 г. он отбывал наказание в местах лишения свободы по приговору Камышинского городского суда ...., освободился по отбытии наказания из .... .... 22 декабря 2016 г. С ФИО1 и ФИО4 знаком, но какое-либо имущество от ФИО1 в дар не принимал, ФИО4 ничего не дарил.

В связи с тем, что место нахождение и место жительство ответчика ФИО4 суду и лицам, участвующим в деле, не известно, суд в порядке ст. 50 ГПК РФ назначил ему в качестве представителя адвоката.

В судебном заседании интересы ФИО4 представляла адвокат Иванова Н.П., которая исковые требования не признала и пояснила, что поскольку ответчик не присутствует в судебном заседании она, исходя из его интересов, не может признать иск. Просила суд в удовлетворении требований истцу-ответчику ФИО1 отказать. 

Третье лицо Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по .... будучи надлежащим образом извещенными о времени и месту судебного разбирательства, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили, о причинах его неявки суд в известность не поставили, не просили о рассмотрении дела в его отсутствие, а также об отложении дела разбирательством, возражений относительно заявленных требований не представили. При этом материалы дела содержат письменные объяснения представителя Управления ФИО24 в которых фактически сообщалось об очередном переходе права собственности на спорное жилое помещение.

При таких обстоятельствах суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса, извещенных о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, их представителей, проверив материалы дела, обозрев материалы уголовного дела № ...., выслушав свидетелей, суд считает исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению в полном объеме, а встречные исковые требования ФИО6 и ФИО11 не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

По смыслу п. 3 ч. 1 ст. 8 ГК РФ, одним из оснований возникновения или прекращения гражданских прав и обязанностей является судебное решение, установившее наличие либо отсутствие таких прав и обязанностей.

В силу п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли сторон.

П. 1 ст. 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно части 1 и части 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В судебном заседании установлено.

Истец ФИО1 на основании договора купли-продажи 

<

данные изъяты> долей квартиры от 09 июня 2011 года являлся собственником общей долевой собственности 

<

данные изъяты> квартиры по адресу: ...., о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 01 июля 2001 года сделана запись о регистрации № .... (л.д.9)

По приговору Камышинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 назначено наказание в виде 

<

данные изъяты> лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

В приговоре указано: срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с 19 мая 2014 года. Зачесть ФИО1 в срок отбывания наказания время содержания под стражей, в качестве меры пресечения в виде заключения под стражу, с 03 февраля 2014 года по 18 мая 2014 года. 

Приговор суда вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, после чего ФИО1 был отправлен для отбытия наказания в .... ...., где находится по настоящее время.

Согласно договора дарения 

<

данные изъяты> долей квартиры, в .... 19 мая 2016 года ФИО1 подарил ФИО3 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенных по адресу: .... (л.д.12).

Согласно договора дарения 

<

данные изъяты> долей квартиры, в .... 01 июня 2016 года ФИО3 подарил ФИО4 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенных по адресу: .... (л.д.13).

ДД.ММ.ГГГГ в Следственном отделе МО МВД России «Камышинский» в отношении неустановленного лица возбуждено уголовное дело по 

<

данные изъяты> УК РФ за № ..... Поводом для возбуждения уголовного дела стал материал процессуальной проверки, зарегистрированный в КУСП № .... от ДД.ММ.ГГГГ. 

17 апреля 2017 года в Камышинский городской суд поступило настоящее исковое заявление (л.д.4-6) 

18 апреля 2017 года между представителем ФИО4 в лице ФИО5 (доверенность) и ФИО6 заключен договор купли-продажи 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенных по адресу: ...., по условиям которого, ФИО6 приобрела 

<

данные изъяты> долей за 

<

данные изъяты> рублей (л.д.225-226). 

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ФИО7 заключен договор купли-продажи 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенных по адресу: ...., по условиям которого, ФИО9 приобрел 

<

данные изъяты> долей за 

<

данные изъяты> рублей (л.д.163-164).

29 июня 2017 года в рамках настоящего дела по ходатайству представителя истца ФИО1 адвоката Кельн А.Б. от 29 июня 2017 года, на 

<

данные изъяты> долей квартиры по адресу: .... определением Камышинского городского суда наложен арест (л.д.62-64). 

30 июня 2017 года ФИО9 и представитель ФИО6 по доверенности ФИО16 (супруг последней) подали в Росреестр заявления о регистрации перехода прав от ФИО6 к новому собственнику ФИО7, что подтверждается делом правоустанавливающих документов (л.д.143-153) 

04 июля 2017 года право собственности ФИО7 на 

<

данные изъяты> долей в квартире по адресу: .... зарегистрировано, что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д.160)

Данные обстоятельства не оспариваются лицами, участвующими в деле, следовательно, суд находит их установленными и доказанными.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для признании договоров купли-продажи и договоров дарения недействительными, истребования имущества из чужого незаконного владения у последнего приобретателя, исключении сведений из государственного реестра прав и признания права собственности за истцом.

Суд считает, что указанные представителем истца в обоснование требований иска обстоятельства подделки подписи ФИО1 в договоре дарения от 19 мая 2016 года и отсутствия у ФИО1 на момент заключения договора дарения волеизъявления, направленного на отчуждение принадлежащей ему доли в праве собственности на квартиру, а также обстоятельства подделки подписи ФИО3 в договоре дарения от 19 мая 2016 года и в договоре дарения от 01 июня 2016 года, отсутствие ФИО1 и ФИО3 на 19 мая 2016 года и на 01 июня 2016 года в г. Камышине, подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами.

Так, согласно протокола допроса потерпевшего ФИО1, данного им в ...., он отбывает наказание в .... с 22 июля 2014 года. До момента заключения под стражу он проживал по адресу: .... гражданской супругой ФИО2 Данную недвижимость он приобрел в 2011 году и намерения кому-то её продать, а также подарить у него не было. При обозрении договора дарения от 19 мая 2016 года ФИО1 пояснил, что видит его в первый раз в жизни, он его никогда не подписывал. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании пояснял, что находился в местах лишения свободы с 23 декабря 2013 года по 22 декабря 2016 года по приговору Камышинского городского суда от 21 февраля 2014 года.

Данное обстоятельство подтверждается справкой об освобождении и копией приговора (л.д.47-49).

Также ответчик ФИО3 суду пояснил, что в 

<

данные изъяты> ему предъявляли два договора дарения, сличали его подписи, но он не подписывал договор дарения от 19 мая 2016 года, а также договор дарения от 01 июня 2016 года. Ничего не получал в дар и ничего сам никому не дарил. С заявлениями о регистрации перехода права собственности не обращался, регистратора из Росреестра не знает и ранее не видел (л.д.119-120) 

Данные обстоятельства подтверждает допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО17, которая пояснила суду, что 15 июня 2016 года не видела ни ФИО4 ни ФИО3 при приеме документов на регистрацию. Все было сделано по звонку от государственного регистратора ФИО25 (л.д.219-222) 

При таких данных, суд считает, что доказательства одобрения истцом сделки от 19 мая 2016 года, либо совершения ФИО1 действий, позволяющих признать наличие волеизъявления, направленного на прекращение владения 

<

данные изъяты> долей квартиры, в материалы дела не представлены. Соответствующие обстоятельства истцом отрицаются.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что истец ФИО1 и ответчик ФИО3 находились в момент совершения сделки 19 мая 2016 года и 1 июня 2016 года в местах лишения свободы, что исключало их присутствие и участие при заключении данной сделки в г. Камышине. 

Согласно заключению эксперта № ...., выполненным экспертом ЭКО МО МВД России Камышинский на основании Постановления о назначении судебной почерковедческой экспертизы от 18 января 2017 года следователем СО МО МВД России Камышинский по материалу уголовного дела № ...., рукописная запись: «ФИО1» в графе «ДАРИТЕЛЬ», на оборотной стороне копии договора дарения 

<

данные изъяты> долей квартиры от 19 мая 2016 года, выполнена не ФИО1, а другим лицом; рукописная запись: «ФИО3» в графе «ДАРИТЕЛЬ», на оборотной стороне копии договора дарения 

<

данные изъяты> долей квартиры от 1 июня 2016 года, выполнена не ФИО3, а другим лицом.

При таком положении, суд считает, что договор дарения, заключенный 19 мая 2016 года между ФИО1 и ФИО3, а также договор дарения, заключенный 01 июня 2016 года между ФИО3 и ФИО4, не соответствуют требованиям законодательства, в связи с чем, имеются основания для восстановления нарушенного права истца путем признания договоров дарения недействительным.

Согласно п. 32 совместного Постановления Пленума ВС РФ N 6 и Пленума ВАС РФ N 8 от 01 июля 1996 г. ничтожная сделка является недействительной независимо от признания ее таковой судом (п. 1 ст. 166). Учитывая, что Кодекс не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки, споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица.

Однако, до тех пор, пока не доказано обратное ответчики являются добросовестными приобретателями спорного имущества, так как в силу требований п. 3 ст. 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Согласно ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 21 апреля 2003 года N 6-П, содержащиеся в пунктах 1 и 2 статьи 167 ГК РФ общие положения о последствиях недействительности сделки в части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке, по их конституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со статьями 166 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если это непосредственно не оговорено законом. Определяя последствия продажи имущества лицом, не имеющим права на его отчуждение, поскольку добросовестное приобретение в смысле статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация)".

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительности сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

В соответствии с п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) - в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Учитывая, что в судебном заседании установлен факт недействительности безвозмездных сделок от 19 мая и от 01 июня 2016 года, который подтверждается представленными в материалы дела доказательствами и фактически ответчиками не оспорены и не опровергнуты, следовательно, суд считает установленным, что имущество ФИО1 выбыло из его владения незаконно.

Данные сделки (договора дарения) считаются недействительными с момента совершения и не порождают тех юридических последствий, ради которых заключалась, в частности, отсутствует переход титула собственника к приобретателю (от ФИО1 к ФИО3 и от ФИО3 к ФИО4).

Таким образом, сделка, совершенная 18 апреля 2017 года между представителем продавца ФИО4 по доверенности ФИО18 и покупателем ФИО6 не может считаться законной, так как ФИО4 не приобрел права собственности 

<

данные изъяты> долей в силу недействительности сделки от 01 июня 2016 года и от 19 мая 2016 года, потому не мог распоряжаться и заключать сделки по отчуждению спорной недвижимости.

В связи с чем, суд считает, что ничтожная сделка по отчуждению 

<

данные изъяты> от 18 апреля 2017 года не порождает права собственности ФИО6 на спорную недвижимость.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что договор купли-продажи от 28 июня 2017 года, заключенный между ФИО6 и ФИО7, в силу требований ст. 168 ГК РФ, является ничтожной сделкой.

Ничтожная сделка не порождает права собственности ФИО7 на спорную недвижимость.

При таких обстоятельствах, суд не находит оснований для удовлетворения требований ФИО12 и ФИО6 о признании их добросовестными приобретателями 

<

данные изъяты> долей квартира по адресу: .....

Отказывая во встречных исковых требованиях ФИО6 и ФИО12, суд считает необходимым отметить, что запрет совершать распорядительные действия по отчуждению или передаче в пользование или владение имеющегося у ответчика имущества является наиболее распространенной мерой обеспечения и состоит в запрете ответчику распоряжаться соответствующим имуществом.

Любое распоряжение данным имуществом является ничтожной сделкой в соответствии со ст. 168 ГК РФ о недействительности сделки как сделка, не соответствующая закону.

В соответствии с ч. 2 ст. 13 ГПК РФ судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Таким образом, ограничение, установленные определением суда о наложении ареста на имущество вступают в действие в момент его вынесения и его действие не обусловлено какими-либо событиями.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

В соответствии со ст. 141 ГПК РФ заявление об обеспечении иска рассматривается в день его поступления в суд без извещения ответчика, других лиц, участвующих в деле.

Согласно ч. 1 ст. 142 ГПК РФ определение суда об обеспечении иска приводится в исполнение немедленно.

Согласно статье 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом. В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав" указано, что в соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю на праве собственности с момента государственной регистрации его права в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 3 пункта 60 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации право собственности на недвижимое имущество до момента государственной регистрации сохраняется за продавцом.

Из приведенных выше норм закона с учетом правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации следует, что момент возникновения права собственности на недвижимое имущество обусловлен моментом государственной регистрации данного права на это имущество.

Согласно ст. 550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации. Исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами.

В силу положений пункта 2 статьи 558 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

Материалами дела подтверждается, что в рамках настоящего дела, находящегося в производстве Камышинского городского суда с 17 апреля 2017 года, 29 июня 2017 года вынесено определение о наложении ареста на 

<

данные изъяты> долей квартиры по адресу: .... (л.д.63-64). 

Таким образом, с момента наложения обеспечительных мер на 

<

данные изъяты> долей квартиры по адресу: ...., ФИО6, во всяком случае, была лишена права совершать действия, направленные на регистрацию перехода права собственности 

<

данные изъяты> долей в квартире, находящиеся под запретом. 

Суд считает, что совершенная супругом ФИО6 –ФИО16 сделка по регистрации перехода права собственности от ФИО6 к ФИО7, зарегистрированная в Росреестре 04 июля 2017 года, направлена на определение юридической судьбы обремененного имущества-

<

данные изъяты> долей в спорной квартире, что свидетельствует о совершении действий по распоряжению данным имуществом, что противоречит вышеуказанным требованиям закона.

Более того, суд считает, что ФИО6, на 30 июня 2017 года достоверно зная о том, что 29 июня 2017 года Камышинский городской суд наложил арест на 

<

данные изъяты> долей в квартире, повела себя не добросовестно-не приостановила сделку по переходу прав от неё к ФИО7, не сообщила покупателю о данном обстоятельстве. Суд расценивает данные действия, как намерение причинения вред истцу, что свидетельствует о злоупотребление правом.

Суд приходит к таким выводам согласно материалам дела: 29 июня 2017 года у нотариуса ФИО13, которая проводила сделку купли-продажи между ФИО6 и ФИО7, сотрудниками МО МВД России «Камышинский» была проведена выемка документов, подтверждающая переход права собственности от ФИО4 к ФИО6 (л.д.224-237).

В протоколе допроса в качестве свидетеля и.о. нотариуса ФИО14 пояснила, что 29 июня 2017 года к ней пришли сотрудники полиции, изъяли документы, подтверждающие переход права собственности на 

<

данные изъяты> долей от ФИО4 к ФИО6 От них она узнала, что на данную квартиру наложен судебный арест. Ей предъявили определение Камышминского городского суда от 29 июня 2017 года, в связи с чем, она отозвала документы о регистрации права собственности на ФИО7 до выяснения обстоятельств. 30 июня 2017 года около 09.00 часов по телефону она сообщила мужу ФИО6-ФИО16, что на предмет сделки наложен судебный арест, поэтому было принято решение об отзыве документов из Росреестра. В этот же день, ФИО16 на основании доверенности от ФИО6 забрал у ФИО14 документы, при этом, был очень недоволен, так как боялся не успеть подать документы на регистрацию до того момента, как там будет известно об аресте.

Ответчик-истец ФИО6 в протоколе допроса в качестве свидетеля от 12 сентября 2017 года пояснила, что 30 июня 2017 года в МО МВД России Камышинский от сотрудников полиции узнала, что хозяин 

<

данные изъяты> долей квартиры находится в местах лишения свободы, что квартира неоднократно продавалась мошенническим способом, что на квартиру наложен арест. Несмотря на это, она не стала предпринимать попыток расторгнуть договор купли-продажи, заключенный с ФИО12, так как не хотела терять деньги. Не сообщила об этом факте мужу ФИО16

Суд считает, что договор купли-продажи от 28 июня 2017 года не является доказательством перехода прав собственности на спорное имущество к ФИО7, поскольку в силу статей 131, 223, 551 ГК РФ и ст. 2 Федерального закона от 21.07.1997 г. N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" датой государственной регистрации прав является день внесения соответствующих записей о правах в Единый государственный реестр прав.

Право собственности у приобретателя ФИО7 возникло с момента такой регистрации -04 июля 2017 года.

Определение о наложении ареста вынесено 29 июня 2017 года.

При таких обстоятельствах, ФИО9 не может являться добросовестным приобретателем 

<

данные изъяты> долей.

Суд считает, что регистрация Росреестром перехода права собственности от ФИО6 к ФИО12 была осуществлена после вынесения Камышинским городским судом определения о наложении обеспечительных мер от 29 июня 2017 года-04 июля 2017 года, поэтому сделка, заключенная 28 июня 2017 года между ФИО6 и ФИО12 является ничтожной сделкой в соответствии со ст. 168 ГК РФ.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, принимая во внимание правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, Президиума Верховного Суда Российской Федерации, Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для истребования 

<

данные изъяты> долей из чужого незаконного владения у последнего приобретателя ФИО7

Кроме этого, на основании ст. 218 ГК РФ, суд полагает возможным признать право собственности на 

<

данные изъяты> долей в спорной квартире за ФИО1, поскольку в судебном заседании установлено, что сделка ничтожна с момента её совершения. В судебном заседании факт незаконного лишения права собственности ФИО1 установлен, следовательно, нарушенное право подлежит восстановлению путем признания за истцом права собственности. 

Рассматривая требования истца об исключении из реестра запись о государственной регистрации права ФИО12, суд приходит к выводу, что оно также подлежит удовлетворению, так как государственная регистрация, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 05.07.2001 г., призвана лишь удостоверить со стороны государства юридическую силу соответствующих правоустанавливающих документов. Она не затрагивает самого содержания указанного гражданского права, не ограничивает свободу договоров, юридическое равенство сторон, автономию их воли и имущественную самостоятельность.

Государственной регистрации подлежит только существующее право, то есть возникшее на законных основаниях.

Между тем, из представленных в дело доказательств, следует, что регистрация оспариваемого права произведена 04 июля 2017 года в отсутствие оснований, установленных ст. 17 ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", то есть противозаконно, а ответчики-истцы не представили суду доказательств обратного.

Кроме того, из разъяснений, данных в абзаце 2 пункта 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" следует, что оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

Таким образом, суд приходит к выводу, что права собственности на спорный объект недвижимости у ФИО12 не возникло, поэтому требование ФИО1 об исключении из реестра недвижимости о государственной регистрации права собственности ФИО12 законное, поэтому подлежит удовлетворению.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Анализируя представленные доказательства в порядке ст. 67 ГПК РФ, суд считает, что истец-ответчик предоставил достаточные и неоспоримые доказательства заявленных исковых требований, а ответчики-истцы не предоставили суду доказательств обратного.

На основании чего, суд приходит к выводу удовлетворить исковые требования ФИО1 в полном объеме, а во встречных исковых требованиях ФИО6 и ФИО12, отказать.

Что касается доводов представителя ответчика адвоката Ивановой Н.П., о том, что она не может признать исковые требования, поскольку ответчик не присутствует в судебном заседании, то суд их отвергает как несостоятельные, потому как они не отражают объективную позицию относительно заявленных исковых требований ФИО1

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО4, ФИО6, ФИО7 о признании сделок недействительными, истребовании имущества из незаконного владения, исключении сведений из государственного реестра прав и признании права собственности на жилое помещение, удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: ...., от 19.05.2016 года, заключенный между ФИО1 и ФИО3.

Признать недействительным договор дарения 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу: ...., от 01.06.2016 года, заключенный между ФИО3 и ФИО4.

Признать недействительным договор купли-продажи 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу ...., от 18.04.2017 года, заключенный между ФИО4 и ФИО6.

Признать недействительным договор купли-продажи 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу ...., от 28.06.2017 года, заключенный между ФИО6 и ФИО7.

Исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись о государственной регистрации права собственности ФИО7 на 

<

данные изъяты> долей квартиры, расположенной по адресу .....

Признать за ФИО1 право собственности на 

<

данные изъяты> долей квартиры расположенной по адресу .....

В удовлетворении встречных исковых требованиях ФИО6 к ФИО1 о признании добросовестным приобретателя, отказать.

В удовлетворении встречных исковых требованиях ФИО7 к ФИО1 о признании добросовестным приобретателя, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Волгоградского областного суда через Камышинский городской суд Волгоградской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Коваленко Н.Г.