Судья Зрилина О.В. Дело №22-2926/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Нижний Новгород 05 июня 2019 года

Нижегородский областной суд в составе судьи Нестерука Р.Ю.,

с участием прокурора Меньшовой Т.Ю.,

осужденного ФИО1,

защитника адвоката Батина Р.Ю.,

защитника наряду с адвокатом Юнина В.П.,

при секретаре судебного заседания Лунегове А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 05 июня 2019 года в апелляционном порядке уголовное дело в отношении ФИО1 по его основной и дополнительной апелляционным жалобам, основной и дополнительной апелляционным жалобам защитника адвоката Батина Р.Ю., апелляционной жалобе защитника наряду с адвокатом Юнина В.П., апелляционной жалобе защитника наряду с адвокатом Киселева И.В., возражениям государственного обвинителя Давыдова Д.Ю. на вышеуказанные апелляционные жалобы на приговор Ардатовского районного суда Нижегородской области от 14 февраля 2019 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ.р., уроженец 

<

адрес>, гражданин РФ, не судимый

был осужден по п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ к наказанию в виде исправительных работ на срок 1 год с удержанием из заработной платы в доход государства 10% ежемесячно;

мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу;

в удовлетворении гражданского иска потерпевшего А.С.С. о взыскании с ФИО1 в счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты> рублей отказано; 

судьба вещественных доказательств определена;

У С Т А Н О В И Л:

Обжалуемым приговором ФИО1 признан виновным и осужден за кражу имущества А.С.С. (42 бревен из срубов дома и бани) с причинением значительного ущерба потерпевшему. 

Преступление совершено в ДД.ММ.ГГГГ на территории около 

<

адрес>.

В судебном заседании при рассмотрении дела судом первой инстанции ФИО1 вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал, пояснил, что приобрел спорные срубы дома и бани в ДД.ММ.ГГГГ у ранее незнакомого человека, представившегося А.А.В., за 

<

данные изъяты> рублей, подтверждением чему является расписка, на которой имеются подписи его и А.А.В. Таким образом, кражу указанных 42 бревен из спорных срубов путем выпиливания он не совершал, считал, что таким образом распоряжается собственным имуществом.

В своих основной и дополнительной апелляционных жалобах осужденный ФИО1, выражая несогласие с данным приговором, указал, что приговор постановлен без объективной оценки доказательств, имеющиеся в деле доказательства стороной обвинения и судом истолкованы односторонне, без учета его позиции относительно обстоятельств предъявленного обвинения. В протокол судебного заседания «были внесены» не все доказательства, а только те, которые были выгодны стороне обвинения, в приговоре также указаны недостоверные факты и показания свидетелей, сам приговор является надуманным, указывает на заинтересованность государственного обвинителя Давыдова Д.Ю. и судьи Зрилиной О.В. в исходе дела, поскольку потерпевший А.С.С. является авторитетной личностью в р.

<

адрес>. Сотрудники полиции при получении от А.С.С. заявления о преступлении не запросили у него документы на срубы дома и бани, документы на земельный участок, на котором стоят указанные срубы, в ходе следствия данные документы также не запрашивались. Признав его виновном в преступлении, а А.С.С. - потерпевшим и владельцем срубов (без документов этого сделать нельзя было иным способом), государственный обвинитель Давыдов Д.Ю. и судья Зрилина О.В. дали возможность потерпевшему идти в «гражданский» суд и требовать необходимые ему денежные средства. Кроме того, после оглашения всех доказательств стороны защиты ДД.ММ.ГГГГ произошла замена государственного обвинителя и началось давление на свидетелей защиты. В подтверждение своей невиновности он прошел психо-физиологическую экспертизу с использованием полиграфа, которую к делу приобщать отказались. Преступление он не совершал, приобрел указанные срубы в ДД.ММ.ГГГГ. Результаты установочных тестов в ходе его психофизиологического исследования показали адекватность его вегетативных реакций, что позволило выявить у него реально значимые вопросы с достоверностью не менее 95%. С самого начала предварительного следствия было ясно, что потерпевший и свидетели обвинения говорят неправду, чтобы исправить ситуацию государственный обвинитель организовал повторный судебный процесс, вызывая на допрос всех свидетелей обвинения с целью более конкретно установить год, начало и конец работы по строительству сруба дома и бани, потерпевший и свидетели обвинения меняли свои показания. А.С.С. пришлось говорить, что год начала и конца изготовления сруба дома и бани он перепутал. Суд в приговоре недопустимо ссылается на то, что З.С.И. в ДД.ММ.ГГГГ хотел купить сруб у потерпевшего, что якобы по его (ФИО2) просьбе З.С.И. обращался к А.С.С. с просьбой урегулировать конфликт миром. Эти показания А.С.С. выдумал лишь после того, как стороной защиты был допрошен З.И.С., который подтвердил факт продажи срубов дома и бани ему (ФИО2) неизвестным лицом в ДД.ММ.ГГГГ, и являющийся сыном З.С.И. Однако данный свидетель не был приглашен в суд, не был опрошен сторонами, соответственно, не подтвердил слова потерпевшего. При вынесении приговора суд сослался на показания лесничего К.В.С., который был заинтересован скрыть факт незаконной вырубки леса, в том числе, если это совершил А.С.С. Свидетель А.Т.В., являясь супругой потерпевшего, материально заинтересована в этом деле, однако суд к ее показаниям критически не отнесся, свидетель обвинения С.Н.С. состоит в родственных отношениях с потерпевшим А.С.С. Вопреки требованиям закона, несмотря на противоречивые показания потерпевшего А.С.С., не стали устанавливать собственника леса, из которого были сделаны срубы, не стали устанавливать гражданина по фамилии А.А.В. Никто не проводил проверку с целью установления фигуранта по делу А.А.В., которого видел свидетель защиты З.И.С. и которому А.А.В. также пытался продать данный сруб дома и бани, не проведены очные ставки и опознание А.А.В. свидетелем З.И.С., не приняты во внимание показания его (ФИО3) супруги Ч.В.П., которая была непосредственным свидетелем сделки по купле-продаже срубов дома и бани между ним и гражданином А.А.В.. Суд необоснованно критически отнесся к показаниям свидетеля Ч.В.П. в отличие от показаний жены потерпевшего и его родственников - С.Н.М. и К.А.В., и заинтересованного начальника лесхоза К.В.С. Между тем, допрошенные в судебном заседании свидетели З.И.С. и С.Т.Г. полностью подтвердили его (ФИО1) показания относительно изложенных им обстоятельств. При выемке документов необоснованно была изъята часть документов не с его (ФИО1) подписью, а с подписью его супруги, при этом понятой В.Е.М., с ее слов, не разъяснялись ее права. После установления факта незаконного приобщения к делу документов, не имеющих никакого отношения по делу, по которым проводилась техническая экспертиза, в ходе, которой исследовалось и делалось заключение экспертизы не по его подписи, а по подписи его супруги, которая к данному делу не имеет никакого отношения, стороной защиты было заявлено ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы с целью установления лица, подписи которого поставлены в исследованных экспертом документах, но суд в данном ходатайстве незаконно отказал. Вопреки выводам суда свидетель защиты З.И.С., к показаниями которого суд отнесся критически, в судебном заседании сообщал правдивые сведения и имел полное право находиться на приобретенном позднее участке в д.

<

адрес> в указанное им время, что подтверждают документы, приложенные к дополнительной апелляционной жалобе. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ З.И.С. пояснил суду, что после дачи им показаний в суде его отец З.С.И. дважды вызвался сотрудником полиции, в кабинете полиции ему было предложено поговорить с сыном, чтобы он поменял показания по делу. После отказа менять показания через несколько дней прокуратурой была инициирована проверка финансово-хозяйственной деятельности З.И.С., так как он является индивидуальным предпринимателем. З.И.С. был вызван прокурором Давыдовым Д.Ю. в прокуратуру р.

<

адрес>, где последний просил З.И.С. поговорить с ним (ФИО1), что бы он сознался в преступлении. Данные действия правоохранительных органов можно расценивать как давление на свидетеля. После приобщения стороной защиты к делу документов, свидетельствующих о том, что он (ФИО1) говорит правду, свидетели были вызваны в суд повторно и начали давать показания, противоположные первоначальным, но устраивающие государственное обвинение. В протоколе судебного заседания суд исказил показания свидетелей, не указал часть их показаний, в приговоре также суд исказил доказательства, проанализировал совокупность только части доказательств. Автор жалоб также привел собственную версию произошедших событий, обстоятельств дела, имеющихся доказательств и обжалуемого приговора, просил данный приговор отменить, вынести оправдательный приговор ввиду отсутствия состава преступления.

Не согласившись с приговором, в своих основной и дополнительной апелляционных жалобах защитник осужденного адвокат Батин Р.Ю. указал, что обжалуемый приговор является незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Такую позицию автор жалоб обосновал тем, что судом необоснованно не было принято во внимание то, что ФИО1 не отрицал факт выпиливания бревен срубов, однако при этом он предполагал, что имеет на это право. Факт принадлежности срубов потерпевшему не был установлен, поскольку невозможно установить право собственности на основании свидетельских показаний, а каких-либо подтверждающих документов о принадлежности срубов потерпевшему не представлено. Кроме того, судом незаконно было отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты о приобщении к материалам дела заключения специалиста полиграфолога, в удовлетворении ходатайства о приобщении сведений из МО 

<

данные изъяты> в отношении свидетеля З.. Полагает, что спорные деревянные сооружения, обозначенные как сруб бани и сруб дома, названы так с целью придания им большей значимости для потерпевшего в рамках уголовного дела, при этом документов, проектов, чертежей и прочего стороной обвинения не представлено. Факт принадлежности деревянных срубов потерпевшему не подтвердился, сведений о выделении леса потерпевшему не имеется, документы в виде лесорубочных билетов были уничтожены С.Н.С., и каких-либо процессуальных действий, направленных на установление принадлежности срубов именно потерпевшему, не проводилось, не произведено опознание срубов с участием самого потерпевшего в рамках ст.193 УПК РФ, следовательно, индивидуальные признаки, по которым потерпевший опознал срубы, как принадлежащие ему, не установлены. Факт договоренности между бригадой плотников и потерпевшим по поводу рубки срубов не может свидетельствовать об их принадлежности именно А.С.С. Суд квалифицировал действия ФИО1 как кражу с причинением значительного ущерба гражданину, при этом мотивировал значительность ущерба тем, что согласно показаниям потерпевшего и его супруги на момент совершения кражи совокупных доход семьи составлял 

<

данные изъяты>., то есть меньше причиненного преступлением ущерба. Таким образом, судом в приговоре не приведено сведений, подтверждающих значительность ущерба, кроме показаний потерпевшего и его супруги. Однако из их же показаний следует, что потерпевший с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ являлся индивидуальным предпринимателем, тем не менее, в материалах дела отсутствуют сведения о его доходах. Сторона защиты не может согласиться с выводами суда о том, что значительный ущерб имеет место быть в случае неиспользования срубов более 9 лет, нарушение целостности срубов никоим образом не изменило текущее имущественное положение потерпевшего, стоимость срубов в 

<

данные изъяты> рублей, заявленная потерпевшим, не подтверждается материалами дела, каких-либо мер к сохранности срубов, якобы принадлежащих ему, потерпевший не предпринимал. На основании изложенного автор жалоб просил приговор в отношении ФИО1 отменить, производство по делу прекратить за отсутствием в его действиях состава преступления.

В своей апелляционной жалобе защитник наряду с адвокатом Киселев И.В. указал, что обжалуемый приговор является ошибочным, необоснованным, незаконным и подлежащим отмене, поскольку выводы суда противоречат установленным обстоятельствам и не основаны на достаточной совокупности исследованных и достоверных доказательств. Такую позицию автор жалобы обосновал тем, что ФИО1 вину в совершении преступления не признавал, последовательно и мотивированно указывал на непричастность к его совершению, однако суд его показаниям дал критическую оценку. При этом суд сослался на показания потерпевшего А.С.С., который после написания заявления в полицию многократно давал противоречивые показания. Суд необоснованно критически отнесся к показаниям свидетеля защиты З.И.С., указав в приговоре, что З.И.С. показания выдумал. Потерпевший не смог подтвердить документально факт законности приобретения леса, из которого он осуществил изготовление срубов дома и бани, о чем свидетельствуют ответы из Департамента лесного хозяйства 

<

адрес>, Администрации 

<

адрес>, 

<

адрес> поселковой администрации 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> межрайонного лесничества. В ходе судебного разбирательства были исследованы свидетельство о смерти Б.Е.И, который умер ДД.ММ.ГГГГ. и который непосредственно принимал участие в строительстве спорных срубов дома и бани, спутниковый снимок от ДД.ММ.ГГГГ, после чего стало понятно, что в период, на который опирается обвинение, никакого пиломатериала, тем более никакого сруба дома и бани не заготавливались, а потерпевший и свидетели обвинения дали ложные показания, а для того, чтобы дело окончательно не развалилось, прокурором был инициирован повторный судебный процесс, где потерпевший и свидетели обвинения дали такие показания, которые устраивали обвинение. Таким образом, суд открыто встал на сторону обвинения, игнорируя доказательства стороны защиты. В ходе обыска были незаконно изъяты документы, не имеющие отношения к данному уголовному делу, при этом по ним проводилась техническая экспертиза, заключение экспертизы было сделано не по подписи ФИО1, а по подписи его супруги. Стороной защиты было заявлено ходатайство о назначении почерководческой экспертизы с целью установления лица, подписи которого поставлены в исследованных экспертом документах, но суд в данном ходатайстве незаконно отказал. Стороной защиты было заявлено ходатайство об отводе государственного обвинителя Давыдова Д.Ю., который непосредственно инициировал и организовывал вызов в полицию отца свидетеля защиты З., но суд в удовлетворении данного ходатайства незаконно отказал. Выводы суда о том, что показания свидетеля ФИО4 отвергаются в связи с тем, что он стал собственником земли только ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем он никак не мог находиться там до этого, являются надуманными, а техническая экспертиза по расписке была проведена некорректно. Все доказательства стороны обвинения являются в силу ст.ст.87, 88 УПК РФ либо недопустимыми, либо недостоверными. Суд незаконно отказал в приобщении к делу заключения специалиста-полиграфолога, в назначении ФИО1 психофизиологической экспертизы в 

<

адрес>. Протокол судебного заседания не соответствует действительности, что подтверждается аудиозаписью, которую вела сторона защиты. Автор жалобы также привел собственный анализ обстоятельств дела, имеющихся доказательств и обжалуемого приговора, просил данный приговор отменить, по предъявленному обвинению ФИО1 оправдать в связи с отсутствием состава преступления в его действиях, его непричастностью к преступлению.

В своей апелляционной жалобе защитник наряду с адвокатом Юнин В.П.,выражая несогласие с обжалуемым приговором, привел доводы, аналогичные доводам апелляционной жалобы защитника Киселева И.В., также указал, что все имеющиеся в деле доказательства были истолкованы односторонне, без объективной оценки этих доказательств и без учета позиции ФИО1 относительно обстоятельств предъявленного обвинения. В ходе предварительного следствия стороной защиты подавалось ходатайство о проведении комплекса ОРМ с целью установления лиц, пытавшихся продать или купить сруб дома и бани потерпевшего, но в удовлетворении данного ходатайства было незаконно отказано. Доводы ФИО1 о его непричастности к совершению инкриминируемого ему деяния носят реальный и состоятельный характер, потому заслуживают уважения и удовлетворения, в связи с чем просил обжалуемый приговор отменить, ФИО1 оправдать по предъявленному ему обвинению в связи с отсутствием состава преступления в его действиях, его непричастностью к преступлению.

В возражениях на апелляционные жалобы стороны защиты государственный обвинитель Давыдов Д.Ю. указал, что виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре суда, всем представленным доказательствам судом дана надлежащая оценка. Принадлежность А.С.С. срубов, из которых осужденным были похищены бревна, достоверно установлена в судебном заседании, в том числе, показаниями потерпевшего А.С.С., свидетелей А.С.А., К.В.С., Ш.А.И., С.В.А., Б.В.Е., С.А.Н., Г.А.М., К.М.Н., С.Н.С., А.Т.В. Суд обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты о приобщении к уголовному делу и исследовании заключения психофизиологического исследования. Доводы ФИО1 о том, что он приобрел срубы, расположенные на въезде в 

<

адрес> в ДД.ММ.ГГГГ, у незнакомого мужчины, следует расценивать как способ защиты и попытку избежать уголовной ответственности за совершенное преступление. Судом дана надлежащая оценка показаниями свидетелей Ч.П.П., Ч.В.П., З.И.С. и С.Т.Г. и указано, что их показания не являются основаниями для оправдания ФИО1 При изъятии документов с образцами подписи ФИО1 в ходе обыска ДД.ММ.ГГГГ от участвующих лиц, в том числе от понятых и самого ФИО1, не поступало замечаний относительно принадлежности части подписей Ч.В.П. Квалифицирующий признак совершения ФИО1 тайного хищения с причинением значительного ущерба гражданину нашел полное подтверждение в судебном заседании, стоимость похищенного имущества превышает совокупный доход семьи потерпевшего в месяц, в результате хищения срубы перестали существовать как целостный объект. Приложенные ФИО1 к апелляционной жалобе документы не могут свидетельствовать о правдивости показаний свидетеля З.И.С., и к показаниям данного свидетеля следует относится критически, из показаний ФИО1 и З.И.С. следует, что дать нужные ФИО1 показания З.И.С. согласился после их встречи на вечере выпускников, где ФИО1 поделился с З.И.С. проблемой, связанной с привлечением его к уголовной ответственности, в связи с чем показания З.И.С. вызваны ложно понятым чувством товарищества. Автор возражений полагает, что оснований для отмены приговора в отношении ФИО1 не имеется, приговор является законным и обоснованным, а указанные апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению.

Как следует из исследованного судом апелляционной инстанции письменного ответа от ДД.ММ.ГГГГ. исх.№ администрации р.

<

адрес> муниципального района 

<

адрес> на адвокатский запрос, сведений о выделении леса (древесины) гражданам за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ годы не имеется. 

Согласно исследованным судом апелляционной инстанции документам, а именно свидетельству о государственной регистрации права собственности на имя З.И.С. от ДД.ММ.ГГГГ., договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ акту приема-передачи к данному договору, ДД.ММ.ГГГГ З.И.С. купил у администрации 

<

данные изъяты> муниципального района 

<

адрес> артезианскую скважину по адресу: 

<

адрес>, в 150 метрах юго-восточнее 

<

адрес>, и зарегистрировал на нее право собственности ДД.ММ.ГГГГ 

В заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 доводы указанных апелляционных жалоб поддержал, заявил, что инкриминированного преступления не совершал, приобрел спорные срубы у человека, представившегося А.А.В., документы на срубы у него не проверял, т.к. не посчитал это необходимым. Просил обжалуемый приговор отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор или направить уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции либо возвратить прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. 

В заседании суда апелляционной инстанции защитник осужденного адвокат Батин Р.Ю., защитник осужденного наряду с адвокатом Юнин В.П. доводы указанных апелляционных жалоб, а также озвученную осужденным позицию полностью поддержали.

Прокурор Меньшова Т.Ю. в заседании суда апелляционной инстанции возражения государственного обвинителя на апелляционные жалобы стороны защиты поддержала, просила оставить обжалуемый приговор без изменения, а апелляционные жалобы осужденного и его защитников - без удовлетворения.

Проверив уголовное дело с учетом доводов апелляционных жалоб стороны защиты, доводов возражений государственного обвинителя на апелляционные жалобы осужденного и его защитников, исследовав ряд документов, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему: 

В соответствии со ст.389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции по апелляционным жалобам, представлениям.

Согласно ч.1 ст.389.13 УПК РФ уголовное судопроизводство в суде апелляционной инстанции осуществляется в порядке, установленном главами 35 - 39 настоящего Кодекса, с изъятиями, предусмотренными настоящей главой.

В силу требований ч.ч.3-6.1 ст.389.13 УПК РФ суд апелляционной инстанции вправе исследовать и оценить как доказательства, ранее исследовавшиеся судом первой инстанции, так и новые доказательства, представленные сторонами непосредственно в суд апелляционной инстанции.

На основании п.1 ч.1 ст.389.20 УПК РФ суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения уголовного дела вправе принять решение об оставлении решения суда первой инстанции без изменения, а жалобы или представления - без удовлетворения.

Согласно ч.4 ст.7, ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным, мотивированным и справедливым. Обжалуемый приговор этим требованиям закона отвечает. 

Так, суд апелляционной инстанции констатирует, что вопреки позиции стороны защиты, изложенные в приговоре выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении инкриминированного преступления фактическим обстоятельствам уголовного дела соответствуют, подтверждаются совокупностью надлежащим образом исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, которым суд в соответствии со ст.88 УПК РФ дал правильную оценку, как каждому доказательству в отдельности, так и в их совокупности с точки зрения относимости и допустимости. В приговоре суд привел свои мотивы, по которым доказательства, положенные в основу приговора, он признал достоверными, а другие отверг. Все собранные по делу доказательства в совокупности суд первой инстанции верно признал достаточными для разрешения дела по существу, имевшиеся противоречия устранил и пришел к обоснованным выводам о доказанности вины ФИО1 в совершении кражи бревен из срубов дома и бани, принадлежащих гр-ну А.С.С., с причинением потерпевшему значительного ущерба, т.е. в совершении преступления, предусмотренного п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ.

Действиям ФИО1 судом первой инстанции дана правильная юридическая оценка, квалификация, как следует из приговора, мотивирована надлежащим образом. 

Как верно указал в приговоре суд первой инстанции, вина осужденного в совершении указанного преступления подтверждается совокупностью имеющихся доказательств, а именно: 

- показаниями самого ФИО1 в части того, что он не отрицает факт выпиливания им 42-х бревен из спорных срубов дома и бани и транспортировки их на земельный участок своего родственника, и изготовления из данных бревен бани; 

- показаниями потерпевшего А.С.С. о принадлежности спорных срубов дома и бани именно ему, в т.ч. об обстоятельствах изготовления данных срубов работниками из приобретенной им древесины, о размере и значительности причиненного ему материального ущерба с учетом его материального положения и материального положения его семьи;

- свидетельскими показаниями жителя д.

<

адрес> Ж.Д.Н. о принадлежности спорных срубов А.С.С. и о наблюдении им факта выпиливания бревен из одного из этих срубов ФИО1, о сообщении им ФИО1 при этом, что сруб принадлежит А.С.С. 

- свидетельскими показаниями бывшего лесничего К.В.С. об изготовлении спорных срубов рабочими по заказу А.С.С. из приобретенной последним древесины;

- свидетельскими показаниями А.С.А. о продаже древесины (бревен) А.С.С.; 

- свидетельскими показаниями С.Н.С. о наблюдении ею, как соседкой, около д.

<

адрес> процесса изготовления спорных срубов именно для А.С.С., который приезжал и контролировал эту работу, и о передаче ей бригадиром рабочих, изготавливающих срубы, документов для А.С.С.;

- свидетельскими показаниями Г.В.И. о наблюдении им у 

<

адрес> процесса изготовления спорных срубов дома и бани, которые, по словам рабочих, изготавливающих срубы, принадлежат А.С.С.; 

- свидетельскими показаниями Б.В.Е., Г.А.И., С.А.Н., К.И.Н. об изготовлении ими около д.

<

адрес> спорных срубов дома и бани именно для А.С.С.

- протоколом осмотра места происшествия, в т.ч. спорных срубов у 

<

адрес>, в которых отсутствовало в результате выпила в общем 42 бревна; 

- двумя протоколами осмотров бревен в количестве 42 штуки на территории земельного участка родственника ФИО1;

- заключением строительно-технической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № о рыночной стоимости похищенных 42-х указанных бревен на момент совершения преступления с учетом даты изготовления спорных срубов в 

<

данные изъяты> - в 

<

данные изъяты> рублей;

- заключением судебной технической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № о несоответствии времени (давности) выполнения штрихов рукописного текста и подписей в расписке от имени А.А.В. о получении от ФИО1 

<

данные изъяты> рублей за якобы проданные спорные срубы дома и бани, периоду времени «ДД.ММ.ГГГГ», в том числе и дате «ДД.ММ.ГГГГ», указанной в расписке, с учетом поправки на вероятность данных выводов, поскольку расписка подвергалась нагреванию в процессе ламинирования;

- справкой-рапортом сотрудника полиции О.А.С. о результатах проверки по единой базе учета данных, согласно которой указанные в данной расписке от имени А.А.В. его паспортные данные принадлежат другому человеку - И.М.В.; 

- иными достоверными доказательствами;

Эти доказательства, принятые судом за основу своих выводов, вопреки позиции стороны защиты существенных противоречий, влияющих на составообразующие обстоятельства дела, не имеют, являются последовательными, логичными, соотносящимися между собой и дополняющими друг друга. Вопреки позиции стороны защиты каких-либо оснований не доверять указанным показаниям потерпевшего и свидетелей обвинения, считать их неправдивыми, а также сомневаться в достоверности и объективности указанных документальных доказательств, в том числе экспертных заключений, у суда первой инстанции не имелось. Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел признаков оговора осужденного со стороны потерпевшего и указанных свидетелей обвинения. Выводы суда первой инстанции о достоверности и допустимости данных доказательств суд апелляционной инстанции полностью разделяет. 

Из материалов дела следует, что суд первой инстанции на основании показаний потерпевшего А.С.С., а также свидетельских показаний, в том числе и лиц, являющихся посторонними по отношению к потерпевшему А.С.С., правильно установил принадлежность спорных срубов именно потерпевшему, устранив противоречия в показаниях потерпевшего и свидетелей обвинения относительно примерного времени изготовления данных срубов. Вопреки позиции стороны защиты, сами по себе неточности в показаниях допрошенных по делу лиц относительно времени изготовления спорных срубов (ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ) какого-либо принципиального значения для настоящего уголовного дела не имеют, никак не свидетельствуют о ложности показаний потерпевшего и указанных свидетелей о принадлежности спорных срубов именно А.С.С. и могут быть легко объяснены давностью указанных событий (более 9 лет назад) и отсутствием каких-либо документов, подтверждающих дату приобретения материала для данных срубов и дату их изготовления.

Также вопреки позиции стороны защиты, отсутствие указанных документов, подтверждающих каким-либо образом право собственности потерпевшего А.С.С. на бревна, из которых были изготовлены спорные срубы, право собственности на сами срубы объективно никак не может свидетельствовать о ложности показаний самого потерпевшего и многочисленных свидетелей обвинения, в том числе и незаинтересованных в исходе дела, о принадлежности спорных срубов именно потерпевшему А.С.С. Доводы стороны защиты о невозможности установления в уголовном процессе права собственности лица на то или иное имущество при отсутствии подтверждающих данное право документов являются несостоятельными, поскольку на законе не основаны. 

Отсутствие в различных муниципальных и государственных учреждениях сведений о выделении, заготовке, транспортировке леса для строительства спорных срубов, отсутствие каких-либо строительных документов на изготовление спорных срубов, учитывая давность рассматриваемых событий (более 9 лет), опять же никак не опровергает показания потерпевшего А.С.С. о приобретении им леса (бревен) для строительства спорных срубов легальным путем, кроме того, правомерность приобретения этого леса (бревен) А.С.С. находится за рамками настоящего судебного разбирательства. 

Инкриминированная судом осужденному рыночная стоимость похищенных бревен подтверждается экспертным заключением, составленным надлежащим лицом с применением соответствующих методик в рамках установленной законом процедуры, а значимость похищенного имущества для потерпевшего, значительность причиненного ему материального ущерба объективно подтверждается кроме показаний потерпевшего и его супруги иными достоверными доказательствами. 

Каких-либо оснований полагать, что ФИО1 по отношению к содеянному следует считать невменяемым, у суда первой инстанции обоснованно не имелось. 

Всем доказательствам стороны защиты, на которые ссылаются осужденный и его защитники в своих апелляционных жалобах, суд первой инстанции дал надлежащую оценку в приговоре и обоснованно их отверг, как недостоверные, мотивировав свои выводы.

Показания ФИО1 о невиновности суд первой инстанции правильно посчитал противоречащими достоверным доказательствам по делу и верно расценил их как способ защиты от предъявленного обвинения. 

Из материалов дела следует, что доводы стороны защиты, аналогичные доводам апелляционных жалоб осужденного и его защитников, о невиновности ФИО1, об отсутствии в его действиях состава преступления ввиду того, что он, якобы, приобрел спорные срубы в ДД.ММ.ГГГГ году у человека, представившегося А.А.В., и, соответственно, при выпиливании бревен из спорных срубов полагал, что распоряжается собственным имуществом, судом первой инстанции в ходе судебного разбирательства тщательно проверялись и обоснованно были отвергнуты с изложением в приговоре мотивов такой позиции, которую суд апелляционной инстанции находит убедительной.

Фактически изложенные в апелляционных жалобах стороны защиты доводы направлены на переоценку представленных суду первой инстанции доказательств стороны обвинения и представляют собой собственную трактовку произошедших событий и их собственную юридическую оценку, которая противоречит достоверно установленным судом обстоятельствам и не соответствует нормам действующего законодательства.

Исследованные по ходатайству стороны защиты судом апелляционной инстанции документы о праве собственности свидетеля защиты З.И.С. на артезианскую скважину, находящуюся на земельном участке в 

<

адрес>, вопреки позиции стороны защиты никоим образом не ставят под сомнение правильность оценки судом первой инстанции, как недостоверной, версии осужденного о покупке им спорных срубов в ДД.ММ.ГГГГ году, поскольку показания свидетеля защиты З.И.С. о том, что якобы в ДД.ММ.ГГГГ году ранее незнакомый ему мужчина (не потерпевший А.С.С.) предлагал ему на месте нахождения спорных срубов их приобрести, никак не подтверждают версию осужденного о покупке им спорных срубов в ДД.ММ.ГГГГ году у мужчины, представившегося А.А.В. 

С учетом всей совокупности достоверных доказательств по делу суд первой инстанции правильно расценил, как недостоверное доказательство, представленную стороной защиты расписку, якобы написанную ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ году продавцом спорных срубов А.А.В., с учетом того, что ФИО1 так и не смог обоснованно пояснить ни органам предварительного следствия, ни судам первой и апелляционной инстанций для каких значимых для него целей он спустя продолжительное время после составления этой расписки, но до совершения инкриминированных ему действий, поставил на ней свою подпись, хотя данный документ по своей форме представляет собой лишь «документальное подтверждение получения «продавцом» спорных срубов «А.А.В.» от него (ФИО1) денежных средств за проданные срубы», и для каких значимых целей данную расписку потребовалось ламинировать. 

Версия осужденного о приобретении им спорных срубов в ДД.ММ.ГГГГ году у «А.А.В.» еще и потому является несостоятельной и надуманной, что не была ФИО1 озвучена изначально правоохранительным органам при начале разбирательства по данному инциденту. Кроме того, ни в ходе предварительной процессуальной проверки до возбуждения уголовного дела, ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции, а также при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции осужденный не смог привести разумные и понятные доводы, объясняющие причину, по которой он, будучи в подобном зрелом возрасте и обладая средне-специальным образованием, совершил явно дорогостоящую для него покупку спорных срубов в день предложения этой покупки у человека, которого впервые видел, в личности которого он не удостоверился, хотя тот указал в расписке свои паспортные данные, и без выяснения какой-либо информации, в том числе и документальной, подтверждающей право собственности продавца на продаваемое имущество. 

Доводы стороны защиты о незаконности возбуждения настоящего уголовного дела, о неполноте и односторонности предварительного следствия, о заинтересованности органов следствия в исходе дела в пользу потерпевшего А.С.С., о неправомерном неустановлении «продавца спорных срубов А.А.В.» суд апелляционной инстанции во внимание не принимает, поскольку они основаны на собственной неверной трактовке обстоятельств дела и норм действующего законодательства 

Доводы стороны защиты о неправомерном изъятии органом предварительного следствия документов с подписью супруги осужденного ФИО1 - Ч.В.П., о неправомерном экспертном исследовании данных документов суд апелляционной инстанции считает несостоятельными, поскольку указанные действия на формирование каких-либо доказательств, относящихся к предмету доказывания по делу, никак не повлияли и не свидетельствуют о предвзятости и необъективности процедуры предварительного расследования. 

Из материалов дела следует, что вопреки позиции стороны защиты судебное разбирательство было проведено судом первой инстанции полно, объективно в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства в условиях равноправия и состязательности сторон с соблюдением требований ст.252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства и с соблюдением права осужденного на защиту. Стороны имели в процессе равные возможности по представлению и исследованию доказательств. Все ходатайства сторон об истребовании, исследовании доказательств были разрешены в судебном заседании в соответствии с законом с приведением мотивов принятых решений. Необоснованных постановлений об отказе в удовлетворении ходатайств осужденного и его защитников, существенным образом ограничивших бы право ФИО1 на защиту, судом первой инстанции не выносилось, а сами по себе решения суда об отказе в удовлетворении ходатайств стороны защиты никоим образом не свидетельствуют о том, что суд был заинтересован в исходе дела в пользу стороны обвинения. Заключение специалиста, составленное по результатам обследования ФИО1 при помощи «полиграфа», правомерно было отвергнуто судом первой инстанции для исследования, поскольку подобные заключения в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством не могут являться допустимыми доказательствами ввиду отсутствия в Российской Федерации научно обоснованной методики, гарантирующей получение достоверных результатов таких обследований. В ходе предварительного следствия и судебного разбирательства в суде первой инстанции осужденный был обеспечен защитниками, в том числе защитником из числа адвокатов. Оснований полагать, что защитники осуществляли защиту осужденного ненадлежащим образом, устранились от осуществления защиты, не имеется. 

Вопреки доводам стороны защиты, повторный вызов в суд по инициативе государственного обвинителя и повторный допрос в суде ранее допрошенных судом свидетелей обвинения действующему законодательству не противоречит и не свидетельствует об оказании на свидетелей неправомерного воздействия со стороны обвинения.

Доводы апелляционных жалоб стороны защиты о заинтересованности в исходе дела государственного обвинителя и председательствовавшего в заседании суда первой инстанции судьи, об оказании незаконного воздействия органов прокуратуры на свидетелей обвинения суд апелляционной инстанции отвергает, как надуманные и объективно ничем не подтвержденные.

Доводы стороны защиты об оказании незаконного воздействия стороны обвинения на свидетеля защиты З.И.С. какого-либо правового значения для настоящего уголовного дела не имеют, поскольку сторона защиты не привела суду апелляционной инстанции каких-либо доводов о влиянии такого воздействия на смысл и содержание данных свидетелем З.И.С. показаний. 

Доводы стороны защиты о неправомерном неприглашении в суд для допроса в качестве свидетеля З.С.И. - отца свидетеля защиты З.И.С. суд апелляционной инстанции отвергает, поскольку сторона защиты не привела каких-либо разумных и убедительных доводов о наличии у данного свидетеля информации, имеющей отношение к предмету судебного разбирательства. 

Доводы стороны защиты о том, что суд первой инстанции вышел за пределы предъявленного ФИО1 обвинения, прямо опровергаются содержанием описательной части обжалуемого приговора, из которой следует, что ФИО1 был осужден за совершение преступления в объеме предъявленного ему органом предварительного следствия обвинения. 

Отсутствие в обжалуемом приговоре содержания первоначально данных суду потерпевшим и некоторыми свидетелями обвинения показаний относительно времени изготовления спорных срубов при наличии в приговоре содержания последующих показаний данных лиц не является существенным нарушением закона, повлиявшим на законность, обоснованность и мотивированность обжалуемого приговора, поскольку из материалов дела, в том числе и из протокола судебного заседания, однозначно усматривается, что эти лица изначально добросовестно заблуждались на счет указанного времени и впоследствии, будучи повторно в суде допрошенными, уточнили свои показания в данной части. Таким образом, доводы осужденного и его защитников об отсутствии в приговоре содержания составообразующих доказательств, в том числе содержания доказательств стороны защиты, действительности не соответствует. 

Протокол заседания суда первой инстанции отвечает основным требованиям ст.259 УПК РФ, замечания стороны защиты на протокол судебного заседания председательствовавшим судьей были рассмотрены в соответствии со ст.260 УПК РФ и частично удостоверены. Вопреки позиции стороны защиты, удостоверение данных замечаний ввиду неточной фиксации хода заседания суда первой инстанции в протоколе судебного заседания какого-либо принципиального значения для составообразующих обстоятельств дела не имеет, данная неточная фиксация смысл и содержание исследованных судом первой инстанции доказательств существенным образом не исказила и не отразилась на соблюдении судом законных прав и интересов сторон, в том числе на соблюдении права ФИО1 на защиту. 

Таким образом, вопреки позиции стороны защиты, предусмотренных законом оснований для иной квалификации действий осужденного, для отмены обжалуемого приговора, для оправдания ФИО1, для прекращения в отношении него уголовного дела, для возвращения настоящего уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ не имеется. 

Как усматривается из обжалуемого приговора, обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд первой инстанции в соответствии с положениями ч.1 ст.61 УК РФ признал наличие у осужденного малолетних детей и обоснованно не установил как иных смягчающих обстоятельств, так и обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1 

Принимая во внимание фактические обстоятельства совершенного преступления, а также сведения о личности ФИО1, суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции, изложенной в приговоре, об отсутствии правовых оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

При назначении ФИО1 наказания суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, все представленные сторонами юридически значимые сведения о личности осужденного, смягчающее наказание обстоятельство и отсутствие отягчающих обстоятельств, а также влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, правомерно назначив ФИО1 основное наказание в виде исправительных работ в пределах санкции ч.2 ст.158 УК РФ с учетом положений ст.50 УПК РФ, обоснованно не усмотрев оснований для назначения как более строгого, так и более мягкого вида наказания и применения положений ст.64 и ч.1 ст.73 УК РФ. 

Свои выводы относительно назначенного осужденному наказания суд в приговоре мотивировал.

Ввиду вышеизложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что назначенное ФИО1 наказание требованиям ст.ст.6, 43, 60 УК РФ отвечает, является справедливым и соразмерным содеянному. Основания для смягчения или ужесточения назначенного осужденному наказания отсутствуют. 

Решение суда первой инстанции об оставлении без изменения до вступления приговора в законную силу избранной в отношении ФИО1 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении действующему законодательству соответствует. 

Решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении гражданского иска потерпевшего А.С.С. о взыскании с ФИО1 в счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты> рублей сторонами в апелляционном порядке не обжалуется, в связи с чем суд апелляционной инстанции не находит оснований для ревизии обжалуемого приговора и в этой части. 

Таким образом, нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, которые могли бы повлиять на правильность принятого судом первой инстанции решения, и влекущих отмену либо изменение приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает, в связи с чем апелляционные жалобы осужденного и его защитников удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Ардатовского районного суда Нижегородской области от 14 февраля 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного и его защитников - без удовлетворения. 

Судья Р.Ю. Нестерук