Дело №2-1079/2024 КОПИЯ 

УИД78RS0011-01-2023-008238-27

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Санкт-Петербург 26 февраля 2024 года

Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга в составе: 

председательствующего судьи Кузовкиной Т.В., 

при секретаре Наумовой М.И.

с участием представителей сторон ФИО1, ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Комитету по развитию транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга о возмещении убытков, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к Комитету по развитию транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга (далее по тексту - КРТИ) о возмещении убытков, взыскании компенсации морального вреда, мотивируя тем, что на основании постановлений КРТИ он неоднократно был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст.37-2 Закона Санкт-Петербурга от 31.05.2010 №273-70 «Об административных правонарушениях в Санкт-Петербурге» с назначением административного наказания в виде штрафа в размере 3 000 рублей за каждое правонарушение. С целью получения квалифицированной юридической помощи истец заключил договор оказания юридических услуг 10.06.2020, после чего обратился в суд с жалобами на постановления КРТИ о привлечении его к административной ответственности. Решениями Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга постановления КРТИ №, №, №, №, №, №, №, №, вынесенные в отношении истца, отменены с прекращением производства по делам об административных правонарушениях. Таким образом, по мнению истца, в связи с незаконными действиями должностного лица КРТИ истцу причинены убытки в сумме расходов на оплату услуг представителя. Кроме того, истец полагает, что вправе требовать компенсации морального вреда в соответствии со ст.ст.15,1069,1070,151 Гражданского кодекса РФ, Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.2020 №36-П, в связи с чем, истец просит взыскать с ответчика убытки в сумме 56 000 рублей по оплате услуг представителя, в сумме 7 800 рублей по оплате услуг по оформлению нотариально удостоверенного доказательства, а также компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей.

Истец в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, в связи с чем, суд счел возможным рассмотреть дело в его отсутствие. 

Представитель истца в судебное заседание явился, требования иска поддержал.

Представитель ответчика в судебном заседании просила отказать в удовлетворении требований. 

Суд, выслушав представителей сторон, оценив представленные доказательства, приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

КРТИ входит в структуру исполнительных органов государственной власти Санкт-Петербурга на основании Постановления Губернатора Санкт-Петербурга от 31.05.2012 № 36-пг (ред. от 26.04.2019) «О структуре исполнительных органов государственной власти Санкт-Петербурга».

Постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 27.09.2012 № 1044 (ред. от 08.06.2020) «О внесении изменений в некоторые постановления Правительства Санкт-Петербурга» утверждено Положение «О Комитете по развитию транспортной инфраструктуры» (далее по тексту Положение), пунктами 3.4 которого предусмотрены полномочия КРТИ рассматривать дела об административных правонарушениях в пределах своей компетенции. 

В соответствии с п. 1.2 Положения, КРТИ проводит государственную политику в области развития объектов транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга, планирования развития транспортного комплекса Санкт-Петербурга, организации дорожного движения и хранения транспортных средств и координирует деятельность в этой сфере исполнительных органов государственной власти Санкт-Петербурга.

Согласно ст. 48 Закона Санкт-Петербурга от 31.05.2010 №273-70 «Об административных правонарушениях в Санкт-Петербурге», дела об административных правонарушениях, предусмотренных настоящим Законом Санкт-Петербурга, рассматриваются в пределах своих полномочий исполнительными органами государственной власти Санкт-Петербурга: исполнительным органом государственной власти Санкт-Петербурга, проводящим государственную политику в области планирования развития транспортного комплекса Санкт-Петербурга, организации дорожного движения и хранения транспортных средств, - дела об административных правонарушениях, предусмотренных в ст.37-2 настоящего Закона Санкт-Петербурга.

Статьей 37-2 Закона Санкт-Петербурга «Об административных правонарушениях» предусмотрено, что занятие парковочного места на платной парковке без оплаты влечет наложение административного штрафа на граждан и юридических лиц в размере трех тысяч рублей.

Как установлено судом и следует из материалов дела, уполномоченным должностным лицом КРТИ в отношении истца ФИО4 вынесены постановления о привлечении к административной ответственности, предусмотренной ст.37-2 Закона Санкт-Петербурга «Об административных правонарушениях в Санкт-Петербурге» с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 3 000 рублей – постановления № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Статьей 25.5 КоАП РФ предусмотрено, что для оказания юридической помощи лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в производстве по делу об административном правонарушении может участвовать защитник. В качестве защитника или представителя к участию в производстве по делу об административном правонарушении допускается адвокат или иное лицо.

10.06.2020 между истцом и ФИО5 заключен договор оказания юридических услуг, по условиям которого истец поручил, а исполнитель ФИО10 принял обязательство оказать истцу юридические услуги, перечень и стоимость которых указывается в приложении к договору (л.д. 48-49).

Согласно перечням услуг №, №, №, №, №, №, №, № к данному договору истцу оказаны услуги по анализу документов, подготовке жалобы на указанные постановления по делам об административном правонарушении, а также участию в качестве защитника в суде по оспариванию постановления, включая при необходимости сбор доказательств, участие в допросе свидетелей. Стоимость услуг по каждому перечню составила 7 000 рублей и оплачена истцом, о чем указано в актах, включенных в соответствующе перечни услуг. В общей сумме истцом понесены расходы по оплате услуг защитника на сумму 56 000 рублей.

18.03.2021 ФИО6, временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО7, на основании ст.102-103 Основ законодательства о нотариате по просьбе и согласно заявлению ФИО5 в порядке обеспечения доказательств по делам 12-1379/2021, 12-1378/2021, 12-1377/2021, 12-1376/2021, 12-1375/2021, 12-1374/2021, 12-1373/2021, 12-1061/2021, 12-1034/2021, 12-948/2021, 12-904/2021, 12-792/2021, 12-606/2021, 12-1775/2020, 12-1774/2020, 12-1773/2020, 12-1772/2020, 12-1771/2020, 12-1770/2020, 12-1769/2020, 12-1768/2020, 12-1767/2020, 12-1766/2020, 12-1765/2020, 12-1757/2020, 12-1756/2020, 12-1728/2020, 12-1720/2020, 12-1285/2020, 12-1763/2020, 12-1762/2020, 12-1761/2020, 12-1759/2020, 12-1758/2020, 12-1727/2020, 12-1726/2020, 12-1723/2020, 12-1722/2020, 12-1721/2020, 12-1760/2020 составлен протокол допроса свидетеля ФИО15, сообщившей о периоде использования ею и обстоятельствах парковки принадлежащего истцу транспортного средства (л.д. 56-57), За совершение нотариального действия ФИО5 уплатил 8 000 рублей, что подтверждается указанным протоколом. В материалы дела представлена расписка от 18.03.2021, согласно которой истец возместил ФИО5 затраты на оплату нотариальных услуг по допросу свидетеля ФИО8 на сумму 8 000 рублей. 

Решениями Дзержинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (л.д. 20-23), от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (л.д. 52-55), от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (л.д. 58-62), от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (л.д. 70-75), от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (л.д. 76-82), от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (л.д. 83-88), от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (л.д. 89-96), от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (л.д. 97-103), указанные постановления КРТИ о привлечении истца к административной ответственности отменены, производство по делам об административном правонарушении прекращены в связи с отсутствием в действиях истца состава административного правонарушения (постановления №, №, №, №, №, №, №), в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности (постановление №). 

Как разъяснено постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», расходы на оплату труда адвоката или иного лица, участвовавшего в производстве по делу в качестве защитника, не отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении. Поскольку в случае отказа в привлечении лица к административной ответственности либо удовлетворения его жалобы на постановление о привлечении к административной ответственности этому лицу причиняется вред в связи с расходами на оплату труда лица, оказывавшего юридическую помощь, эти расходы на основании статей 15, 1069, 1070 ГК РФ могут быть взысканы в пользу этого лица за счет средств соответствующей казны (казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации). 

Статья 16 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляет обязанность возмещения Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием убытков, причиненных гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов. Таким образом, гражданским законодательством установлены гарантии защиты прав граждан и юридических лиц от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти, направленные на реализацию положений статьи 53 Конституции Российской Федерации.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, по своей юридической природе обязательства, возникающие в силу применения норм гражданско-правового института возмещения вреда, причиненного действиями органов власти или их должностных лиц, представляют собой правовую форму реализации гражданско-правовой ответственности, к которой привлекается в соответствии с предписанием закона причинитель вреда (ст.1064 ГК РФ). 

Пунктом 1 статьи 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Статья 1069 ГК РФ содержит специальную норму об ответственности за вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц. Применение данной нормы предполагает наличие как общих условий деликтной (т.е. внедоговорной) ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя), так и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями причинителя вреда и характера его действий (Постановление Конституционного Суда РФ от 03.07.2019 № 26-П, Определение КС РФ от 17.01.2012 № 149-О-О).

Согласно ст.1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Указанная правовая норма предусматривает возмещение вреда независимо от вины должностных лиц соответствующих органов с целью реализации гражданско-правовой защиты конституционных прав каждого, в то время как ответственность за иные незаконные действия государственных органов и их должностных лиц по ст.1069 ГК Российской Федерации наступает на общих условиях ответственности за причинение вреда (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2009 года N 1005-О-О и др.).

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу убытки возмещаются при наличии вины причинителя вреда.

Таким образом, при отсутствии в законе иного порядка возмещения расходов на оплату труда лицу, оказывавшего юридическую помощь при прекращении производства по делу об административном правонарушении в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление, подлежат применению правила установленные ст. ст. 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми расходы на оплату услуг труда защитника возмещаются за счет соответствующей казны.

В силу разъяснений, содержащихся в абзацах первом и третьем пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу вышеуказанных норм права во взаимосвязи с разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, необходимыми условиями возмещения убытков, вызванных расходами на оплату труда лица, оказывавшего юридическую помощь (то есть вреда), являются причинно-следственная связь между действиями должностных лиц государственных органов и наступившим вредом, противоправность деяния причинителя вреда, а также его вина.

Вместе с тем, в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.2020 № 36-П по делу о проверке конституционности статей 15, 16, части первой статьи 151, статей 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, частей 1, 2 и 3 статьи 24.7, статей 28.1 и 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также статьи 13 Федерального закона «О полиции» в связи с жалобами граждан ФИО9 и ФИО11 указано, что положения статей 15, 16, 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования не могут выступать в качестве основания для отказа в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 (отсутствие события или состава административного правонарушения) либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы) со ссылкой на недоказанность незаконности действий (бездействия) государственных органов или их должностных лиц или наличия вины должностных лиц в незаконном административном преследовании.

В случае возмещения в таком порядке судебных расходов по делу об административном правонарушении, исходя из правовой природы судебных расходов, критерием их возмещения является вывод суда о правомерности или неправомерности требований заявителя, вследствие чего лицо, в пользу которого состоялось решение по делу об административном правонарушении, имеет право на возмещение судебных расходов (убытков) проигравшей стороной вне зависимости от наличия или отсутствия ее вины в их причинении.

Данная правовая позиция сформулирована в Постановлении Конституционного Суда РФ от 15.07.2020 № 36-П, исходя из того, что в отсутствие в КоАП РФ специальных положений о возмещении судебных издержек лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП РФ, положения статей 15, 16, 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, по сути, восполняют данный правовой пробел, а потому не могут применяться иным образом, чем это вытекает из устоявшегося в правовой системе существа отношений по поводу возмещения такого рода расходов.

Общим правилом возмещения расходов (издержек), возникших при судебном разрешении правовых конфликтов, является компенсация их стороне, в пользу которой принято решение. Именно такой подход соответствует требованиям справедливости и равенства сторон в споре.

Данные правовые позиции в полной мере применимы и к расходам, возникшим у привлекаемого к административной ответственности лица при рассмотрении дела об административном правонарушении.

Иное препятствовало бы судебной защите прав и свобод граждан, не позволяя применять механизм компенсации вреда, причиненного в результате неправомерных действий государственных органов, и, соответственно, противоречило бы ст. ст. 19, 45, 46, 52, 53 Конституции Российской Федерации.

Вместе с тем, убытки, понесенные в связи с восстановлением права лицом, в отношении которого производство по делу было прекращено ввиду отсутствия в его действиях состава вмененного административного правонарушения, по существу является возмещением судебных расходов.

Возмещение проигравшей стороной правового спора расходов другой стороне не обусловлено установлением ее виновности в незаконном поведении - критерием наличия оснований для возмещения является итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен.

Поскольку в ходе рассмотрения дела установлено, что постановления №, №, №, №, №, №, № по делам об административном правонарушении, предусмотренном ст.37-2 Закона Санкт-Петербурга «Об административных правонарушениях в Санкт-Петербурге», вынесенные должностным лицом КРТИ в отношении истца отменены с прекращением производства по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения, при этом в связи с производством по жалобам на указанные постановления истцом понесены расходы на оплату услуг защитника, на ответчика возлагается ответственность по возмещению данных расходов, что составляет 49 000 рублей (7000*7).

С учетом приведенной позиции, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации, в данном случае установление вины должностных лиц не является определяющим.

Судом установлено, что постановление КРТИ о привлечении истца к административной ответственности № отменено с прекращением производства по делу об административном правонарушении в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности. Выводы о виновности, либо невиновности истца в совершении административных правонарушений в в данном решении отсутствуют.

Согласно правовой позиции, приведенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.06.2009 № 9-П «По делу о проверке конституционности ряда положений статей 24.5, 27.1, 27.3, 27.5 и 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО12, ФИО13 и ФИО14.», прекращение дела не является преградой для установления в других процедурах ни виновности лица в качестве основания для его привлечения к гражданской ответственности или его невиновности, ни незаконности имевшего место в отношении лица административного преследования в случае причинения ему вреда: споры о возмещении административным преследованием имущественного ущерба и о компенсации морального вреда или, напротив, о взыскании имущественного и морального вреда в пользу потерпевшего от административного правонарушения разрешаются судом в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, отказ от дальнейшего административного преследования в связи с истечением давности привлечения к административной ответственности не является безусловным основанием для выводов о законности, либо незаконности привлечения к административной ответственности.

В данном случае в порядке гражданского производства при рассмотрении требований о возмещении убытков подлежат установлению факт отмены постановления должностного лица в отношении истца, факт принятия в пользу истца постановления по результатам спора о законности его привлечения к административной ответственности. Необходимо также разрешить вопрос о том, имелись ли основания для прекращения данного производства на основании пункта 1 или 2 части первой статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в зависимости от чего принимается решение по требованиям о возмещении расходов на оплату услуг защитника. Недоказанность незаконности действий (бездействия) или наличия вины должностного лица являются юридически значимыми обстоятельствами только при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 24.06.2021 № 1253-0, определения Верховного Суда Российской Федерации от 17.01.2023 № 57-КГ22-4-К1, от 20.04.2021 № 8-КГ20-4-К2).

Таким образом, факт прекращения производства по делу об административном правонарушении в отношении истца в связи с истечением сроков давности указывает на наличие права гражданина в порядке гражданского судопроизводства доказывать свою невиновность и не является безусловным основанием к отказу в возмещении понесенных убытков. 

Согласно материалам дела, в обоснование жалобы на постановление по делу об административном правонарушении № истец указывал, что транспортное средство используется для перевозки 

<

данные изъяты> – ФИО15. 

Согласно вступившим в законную силу решениям Дзержинского районного суда г.Санкт-Петербурга, которыми отменены постановления КРТИ в отношении истца с прекращением производства по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения, транспортное средство, принадлежащее истцу, используется для перевозки ФИО8, 

<

данные изъяты>.

В соответствии с п.6.6.2 Постановления Правительства Санкт-Петербурга от 23.06.2014 №543 «О порядке создания и использования, в том числе на платной основе парковой (парковочных мест)» требование о внесении платы не распространяется на транспортные средства, управляемые инвалидами I, II групп, а также инвалидами III группы в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и перевозящие таких инвалидов и(или) детей-инвалидов, на которых установлен опознавательный знак «Инвалид», - на специально выделенных и обозначенных соответствующими дорожными знаками и разметкой парковочных местах.

Согласно протоколу допроса свидетеля ФИО8, 07.09.2018 для целей парковки автомобиля, принадлежащего истцу, используемого для ее перевозки, ФИО8 получен знак инвалида, с этого времени на автомобиле истца размещен знак, а автомобиль парковался на местах с соответствующим обозначением. Летом 2019 года ФИО8 обратилась в МФЦ с заявлением о внесении в реестр записи о парковочном разрешении инвалида, услуга была оказана. 21.05.2019 требование о необходимости оформления парковочного разрешения инвалида отменено Постановлением Правительства Санкт-Петербурга №313. С 01.07.2020 положения Федерального закона от 24.11.1995 №181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» о праве на бесплатную парковку для инвалидов действуют в новой редакции, согласно которой бесплатная парковка для инвалида предоставляется путем подачи заявления для размещения сведений о транспортном средстве, управляемом инвалидом, или транспортном средстве, перевозящем инвалида в федеральной государственной информационной системе «Федеральный реестр инвалидов», что было сделано ФИО8 16.07.2020. В период с мая 2019 года по 16.07.2020 транспортное средство, принадлежащее истцу, использовалось ФИО8 ежедневно, парковался автомобиль исключительно в предназначенных для инвалидов местах в Центральном районе Санкт-Петербурга, обычно, на Виленском переулке, ФИО16 переулке, Саперном переулке, улице Восстания; на автомобиле в передней части лобового стекла всегда был размещен специальный знак «Инвалид» (л.д. 56-57).

Указанные обстоятельства, с достаточной степенью достоверности свидетельствуют о наличии признаков отсутствия в действиях ФИО3 состава и события административного правонарушения, предусмотренного ст.32-7 Закона Санкт-Петербурга «Об административных правонарушениях в Санкт-Петербурге», и являются достаточными для выводов об отсутствии его вины в совершении вмененных административных правонарушений. В совокупности с установленным фактом отмены постановлений судом, содержащимися в решениях выводами о незаконности вынесенных постановлений и удовлетворении жалоб ФИО3, указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии у истца права требования возмещения убытков, связанных с рассмотрением жалоб на постановления и в данной части. 

При таких обстоятельствах, понесенные истцом расходы по оплате услуг защитника при рассмотрении жалобы на постановления по делам об административных правонарушениях, по результатам которой постановление отменено с прекращением производства по делам в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности, также подлежат возмещению, в связи с чем с ответчика в пользу истца подлежат взысканию убытки в сумме 7 000 рублей. 

Более того, суд считает необходимым отметить, что само решение от 21.12.2020, несмотря на прекращение производства по делу по нереабилитирующему основанию, содержит указание на то, что обстоятельства, входящие в предмет доказывания, надлежащим образом не установлены, противоречия не устранены и усматриваются основания для отмены постановления и направления материалов дела должностному лицу, вынесшему постановление для проведения дополнительной проверки и устранения допущенных нарушений закона. Также указано на то, что в постановлении не исследовались обстоятельства наличия у истца права занимать парковочное место для инвалидов. Таким образом, данное постановление также содержит выводы об обоснованности жалобы ФИО3 

Определяя сумму подлежащих взысканию с ответчика понесенных истцом расходов, суд учитывает, что сам по себе факт оплаты стоимости услуг представителя стороной по делу не влечет полного взыскания с другой стороны указанных затрат, так как при заключении договора об оказании юридических услуг стороны свободны в определении их стоимости. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Понесенные истцом расходы по оплате услуг защитника при производстве по делу об административном правонарушении из расчета 7 000 рублей по каждому делу, с учетом объема оказанных услуг, соответствуют обычно взимаемой стоимости за ведение дела по оспариванию постановления о привлечении к административной ответственности, принципам разумности, соразмерности и справедливости, в связи с чем, суд не усматривает оснований для их снижения. Приходя к указанному выводу суд учитывает приведенные обеими сторонами данные о взимаемых ценах за оказание данного вида услуг, в том числе ответчиком представлены сведения о стоимости услуг от 500 рублей до 15 000 рублей, истцом приведены данные, свидетельствующие о том, что использованные ответчиком источники приводят не окончательную стоимость услуг. 

Разрешая требования истца о возмещении убытков, связанных с оплатой нотариальных услуг по оформлению показаний свидетеля, суд учитывает доказанность возникновения убытков на стороне непосредственно истца, и взаимосвязь данных расходов с необходимостью защиты прав в суде при оспаривании постановлений о привлечении к административной ответственности. Принятые судом решения основаны, в том числе, на протоколе допроса свидетеля от 18.03.2021. С учетом того, что истцом в данной части доказан факт несения им расходов, требования о взыскании убытков подлежат удовлетворению в заявленной сумме, в размере 7 800 рублей. 

При таких обстоятельствах, суд взыскивает с ответчика в пользу истца убытки в сумме 63 800 рублей (49 000+7 000+7 800). Приходя к указанному выводу, суд учитывает, что в соответствии со ст.154 п.4, ст.158 п.1 п.п.12.1 Бюджетного кодекса РФ, органы исполнительной власти (органы местной администрации), являющиеся главными распорядителями (распорядителями) и (или) получателями бюджетных средств, главными администраторами (администраторами) доходов бюджета, главными администраторами (администраторами) источников финансирования дефицита бюджета, осуществляют соответствующие бюджетные полномочия, установленные настоящим Кодексом и принятыми в соответствии с ним правовыми актами. Главный распорядитель бюджетных средств отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Согласно п.4.6 Положения о КРТИ, данный исполнительный орган государственной власти Санкт-Петербурга уполномочен выступать от имени Санкт-Петербурга в судебных органах по вопросам, находящимся в компетенции Комитета. Согласно п.4.13, п.6.2 Положения, КРТИ осуществляет в установленном порядке функции главного распорядителя средств бюджета Санкт-Петербурга; финансирование Комитета осуществляется за счет средств бюджета Санкт-Петербурга.

Таким образом, по заявленным требованиям, с учетом пункта 12.1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, КРТИ является надлежащим ответчиком, при этом само взыскание необходимо осуществлять за счет казны с указанного Комитета. 

Разрешая заявленное ответчиком ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности суд учитывает следующие обстоятельства. 

В обоснование данного ходатайства ответчик указывает, что по делам 12-1728/2020, 12-1769/2020 решение было вынесено 11.12.2020, при этом трехлетний срок исковой давности начинает течь со дня оказания услуги, т.е. со дня вынесения решения суда. Указывает, что акт оказанных услуг не может подтверждать дату окончания исполнения услуг по договору ввиду того, что полная оплата по каждой из оказанных услуг была внесена в момент обращения за их оказанием, а акты подписаны спустя длительное время после фактического оказания услуг. 

Данные доводы суд отклоняет по следующим основаниям. 

Согласно п.1 ст. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 (ред. от 22.06.2021) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

По смыслу приведенных положений, обязанность доказать факт пропуска срока исковой давности возлагается в данном случае, на ответчика, который заявил соответствующее ходатайство. 

Необходимым условием для исчисления срока исковой давности является осведомленность истца о нарушении его прав, т.е. в данном случае - об основаниях прекращения производства по делу об административном правонарушении, от чего непосредственно зависит наличие или отсутствие права на взыскание понесенных в рамках данных дел судебных расходов, при этом обязанность доказать данные обстоятельства возлагается на отвечика. 

Как следует из материалов дела, решения по делам 12-1769/2020 (постановление КРТИ №), 12-1728/2020 (постановление КРТИ №), действительно, были вынесены ДД.ММ.ГГГГ, в то время как с данным иском истец обратился через систему ГАС «Правосудие» ДД.ММ.ГГГГ.

Денежные средства в отношении постановления № были уплачены ДД.ММ.ГГГГ, а акт оказанных услуг подписан ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 46), а в отношении постановления № денежные средства уплачены ДД.ММ.ГГГГ, а акт подписан ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 12). 

Вместе с тем, ответчиком не доказано, что ФИО3 узнал об основаниях отмены постановлений и прекращения производства по делу об административном правонарушении непосредственно в день вынесения соответствующего решения Дзержинским районным судом Санкт-Петербурга, в связи с чем, срок исковой давности не может считаться пропущенным. Каких-либо сведений, в том числе, подтверждающих вручение истцу копий решений непосредственно 11.12.2020 либо свидетельствующих об осведомленности истца об основаниях прекращения производства в указанную дату по делу ответчиком не представлено. 

При таких обстоятельствах, суд не может с достоверностью установить, что ФИО3 узнал или должен был узнать о нарушении своих прав непосредственно 11.12.2020, в связи с чем, ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности подлежит отклонению. 

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к выводу об отсутствии оснований к их удовлетворению.

Согласно статьям 151, 1064, 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, причиненный гражданину моральный вред (физические или нравственные страдания) компенсируется при наличии вины причинителя такого вреда, за исключением случаев, предусмотренных законом. 

Применительно к случаям компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, лицам, в отношении которых дела были прекращены, в системе действующего правового регулирования компенсация морального вреда может иметь место независимо от вины причинивших его должностных лиц во всяком случае, когда к гражданину было незаконно применено административное наказание в виде административного ареста либо он незаконно был подвергнут административному задержанию на срок не более 48 часов в качестве меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест. Такое законодательное решение вопроса о порядке компенсации морального вреда, причиненного гражданину незаконным привлечением к административной ответственности, исходит из необходимости повышенной правовой защиты свободы и личной неприкосновенности граждан. 

В случае же применения к гражданину вследствие привлечения к административной ответственности иных мер административного принуждения, не затрагивающих эти ценности, гражданин не лишен возможности использовать общие основания и порядок компенсации причиненного морального вреда, предусмотренные ст.ст.151, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (Постановление Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-П). 

Восстановление нарушенных прав и свобод лиц, в отношении которых дела были прекращены, может сопровождаться требованием о компенсации морального вреда, причиненного в результате административного преследования, однако возмещение морального вреда указанным лицам, как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в системе действующего правового регулирования может производиться только в соответствии с общими гражданско-правовыми правилами (определения от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О).

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Так, например, судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного незаконными решениями, действиями (бездействием) органов и лиц, наделенных публичными полномочиями; компенсация морального вреда, причиненного гражданину, в отношении которого осуществлялось административное преследование, но дело было прекращено в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения либо ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (п.п.1,2 ч.1 ст.24.5, п.4 ч.2 ст.30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, далее - КоАП РФ).

Таким образом, в случае незаконного привлечения к административной ответственности, не связанного с назначением административного наказания в виде административного ареста либо применением меры административного задержания при производстве по делу, причиненный вред возмещается на общих основаниях; безусловное взыскание такой компенсации при отсутствии вины должностных лиц, в случае, если административное наказание в виде административного ареста не назначалось, мера административного задержания не применялась, не предусмотрено.

Согласно правовой позиции, выраженно й в определении Верховного суда РФ от 20.04.2021 № 8-КГ20-4-К2 недоказанность незаконности действий (бездействия) или наличия вины должностного лица являются юридически значимыми обстоятельствами при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда.

С учетом того, что административное задержание, иные меры процессуального принуждения в отношении истца не применялись, наказание в виде административного ареста не назначалось, причинение морального вреда истцу в данном случае не презюмируется. 

Таким образом, для разрешения требований истца о возмещении морального вреда, причиненного ему незаконным привлечением к административной ответственности, необходимо установление не только самой незаконности акта о привлечении к административной ответственности, но и факта наличия вреда личности, а также вины должностных лиц КРТИ. 

Исходя из толкования изложенных норм и правовых позиций, истец, предъявляющий требования о компенсации морального вреда в связи с прекращением производства по делу об административном правонарушении, в котором не применялся административный арест и административное задержание, не освобожден от бремени доказывания обстоятельств, являющихся основанием для такой компенсации, а суд - от обязанности установить наличие, либо отсутствие совокупности условий компенсации морального вреда.

В данном случае такая совокупность судом не установлена.

Основанием к отмене постановлений о привлечении истца к административной ответственности явилось представленное истцом доказательства – протокола допроса свидетеля, согласно которому во время фиксации правонарушения транспортное средство, находящееся в собственности истца, использовалось для перевозки ФИО8, имеющей инвалидность 2 группы. Виновные действия (в форме умысла либо неосторожности) должностных лиц при принятии постановлений установлены не были, в том числе решениями Дзержинского районного суда г.Санкт-Петербурга, которыми отменены постановления КРТИ. 

Привлечение истца к административной ответственности осуществлялось на основании имеющихся в распоряжении КРТИ данных об истце, как собственнике транспортного средства, осуществившего парковку транспортного средства. Каких-либо сведений о целях использования транспортного средства в спорный период у КРТИ не имелось, с учетом особенностей производства по делам об административных правонарушениях данной категории (ст.2.6.1, ст.28.6 КоАП РФ), не предусматривающих опрос привлекаемых лиц, допрос свидетелей. 

Отсутствие состава, наличие иных оснований к прекращению производства по делу, отмена постановлений сами по себе не свидетельствует о виновности должностных лиц в причинении вреда. 

Таким образом, вина должностных лиц КРТИ в незаконном привлечении истца к административной ответственности отсутствует, что, в свою очередь, освобождает ответчика от ответственности за причинение морального вреда, который, помимо прочего, истцом не доказывался.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Санкт-Петербурга, в лице Комитета по развитию транспортной инфраструктуры, за счет средств казны Санкт-Петербурга, в пользу ФИО3 (паспорт № в возмещение расходов по оплате юридической помощи 56 000 рублей, по оплате услуг нотариуса 7 800 рублей, а всего – 63 800 (шестьдесят три тысячи восемьсот) рублей, в удовлетворении остальной части требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение одного месяца со дня его изготовления решения в окончательной форме.

Судья 

Решение в окончательной форме изготовлено 22.03.2024.