Дело №2-2055/2018 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Ковров 17 сентября 2018 года 

Ковровский городской суд в составе председательствующего судьи Ивлиевой О.С., при секретаре Жильцовой О.С., с участием помощника Ковровского городского прокурора Бугаевой С.В., истца ФИО1 и ее представителя ФИО2, представителя ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Коврове гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Управление троллейбусного транспорта г.Коврова» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Управление троллейбусного транспорта г.Коврова» (далее по тексту ООО «УТТ г.Коврова») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 450 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 в обоснование заявленных исковых требований указали, что истец состояла в трудовых отношениях с ООО «УТТ г. Коврова», работала в должности 

<

данные изъяты>. 

<

дата> во время исполнения трудовых обязанностей с ФИО1 произошёл несчастный случай: троллейбус подрезал автомобиль «Волга» и водителем ФИО4 было предпринято экстренное торможение. В этот момент истец находилась на задней площадке троллейбуса, упираясь спиной о вертикальной поручень, и обилечивала пассажиров. Она протянула сидевшему на сиденье пассажиру руку со сдачей и в это время произошла резкая остановка троллейбуса. Стараясь удержать равновесие, ФИО1 пыталась ухватиться за пассажирское сиденье, но в тот день на нем отсутствовали металлические поручни (были установлены ответчиком позднее), в связи с чем, потеряв равновесие, от резкого торможения упала спиной на пол салона, сильно ударившись головой, потеряв при этом сознание. Истец бригадой СМП была доставлена в ГБУЗ ВО «ЦГБ г.Коврова», где дежурный врач отказал ей в осмотре и оказании медицинской помощи по мотиву нахождения ее якобы в состоянии алкогольного опьянения, но взятый у нее анализ впоследствии показал отсутствие в крови этилового спирта, в связи с чем по данному факту проводится проверка Департаментом здравоохранения администрации Владимирской области. 

<

данные изъяты>. 

<

дата> истец вышла на работу, но по состоянию здоровья не смогла продолжать работать, в связи с чем попросила работодателя предоставить ей отпуск вне графика, в чем ей было отказано, и ФИО1 пришлось уволиться с работы. Согласно заключению судебно – медицинской экспертизы 

<

№> от 

<

дата> причиненный истцу в результате ДТП вред здоровью квалифицирован как вред средней тяжести. В акте о несчастном случае на производстве по форме Н-1 от 

<

дата> указано, что причинами несчастного случая являются нарушение ПДД троллейбуса ФИО4 и нарушение истцом п. 3.1 Инструкции по охране труда для кондуктора пассажирского троллейбуса, согласно которому «во время движения троллейбуса и, передвигаясь по салону, кондуктор должна держаться за поручень, остерегаться падения». Вместе с тем, обилечивать пассажиров и держаться за поручень во время движения троллейбуса невозможно. Просили взыскать с ООО «УТТ г. Коврова», как владельца источника повышенной опасности, и работодателя компенсацию морального вреда в размере 450 000 руб., 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> Ответчик не проявил к истцу должного внимания и сочувствия, как к сотруднику, проработавшему на предприятие свыше 13 лет, не оказал какой-либо помощи и поддержки.

Представитель ответчика ООО «УТТ г.Коврова» ФИО3 с исковыми требованиями не согласилась, указав, что в акте о несчастном случае отражено, что причиной падения ФИО1 является, в т.ч. нарушение Инструкции по охране труда для кондукторов пассажирского троллейбуса, согласно которой она должна была держаться за поручень во время движения троллейбуса. При соблюдении указанных требований последствия ДТП были бы менее тяжкими. Также не установлена причинно-следственная связь между выявленными у истца повреждениями 

<

дата> и произошедшим 

<

дата> ДТП, поскольку в больницу ФИО1 обратилась только через 2 дня. Размер компенсации морального вреда полагала завышенным, т.к. виновником произошедшего несчастного случая является сама истец, сотрудниками ООО «УТТ г.Коврова» пострадавшей была оказана первая медицинская помощь и вызвана СМП.

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явилась, извещена о дате и времени рассмотрения дела надлежащим образом, ранее в судебном заседании указала, что 

<

дата> работала с ФИО1 по маршруту 

<

№>, а именно управляла троллейбусом 

<

№>. Ехавший впереди нее водитель автомобиля «Волга» резко затормозил, чтобы пропустить пешехода, в связи с чем она была вынуждена применить резкое торможение, в результате которого кондуктор ФИО1 упала в салоне и ударилась головой. Утверждала, что верхние (двойные) сиденья задней площадки, а также низкие сиденья, через одно, в салоне троллейбуса были оборудованы поручнями на момент ДТП.

Выслушав стороны, заключение прокурора Бугаевой С.В., полагавшей исковые требования о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 220 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Абзацем 2 пункта 2 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности и имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

Частью 1 ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса. 

Согласно абзацу второму ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Как следует из материалов дела и не оспаривалось сторонами ФИО1 с 

<

дата> состояла в трудовых отношениях с ООО «УТТ г. Коврова», работала в должности 

<

данные изъяты>.

<

дата> в 5-50 час. работники ООО «УТТ г.Коврова» в составе водителя ФИО4 и кондуктора ФИО5 выехали на троллейбусе 

<

№> на линию.

<

дата> около 7-30 час. водитель ООО «УТТ г.Коврова» ФИО4, управляя троллейбусом, при возникновении опасности применила экстренное торможение, в результате которого в салоне троллейбуса произошло падение кондуктора ФИО1 Полученные последней телесные повреждения квалифицируются как причинившие вред здоровью средней тяжести. 

Постановлением Ковровского городского суда от 

<

дата> ФИО4 признана виновной в нарушении пунктов 1.5 и 8.1 ПДД РФ и совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.24 КоАП РФ.

Согласно части 4 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации в акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. 

Из акта о несчастном случае на производстве 

<

№> от 

<

дата> следует, что причинами несчастного случая являются как нарушение водителем ФИО4 п.п.3.1, 3.18 и 4.13 Инструкции по охране труда для водителя пассажирского троллейбуса, касающиеся соблюдения ПДД РФ, так и нарушение кондуктором службы по организации сбора выручки ФИО1 требований п.3.1 Инструкции по охране труда для кондукторов пассажирского троллейбуса, согласно которым кондуктор обязана во время движения троллейбуса и, передвигаясь по нему, держаться за поручень, остерегаться падения.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Давая правовую оценку установленным по делу фактическим обстоятельствам дела в совокупности с представленными сторонами в обоснование своих доводов и возражений доказательствами, суд приходит к выводу, что истцу ФИО1 вред здоровью средней тяжести был причинен при исполнении трудовых обязанностей в результате падения в троллейбусе и ООО «УТТ г.Коврова», как владелец источника повышенной опасности, и работодатель водителя ФИО4, должно нести ответственность.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. 

Оценив представленные по делу доказательства, суд полагает возможным согласиться с доводами представителя ответчика ФИО3 о наличии в действиях ФИО1 грубой неосторожности, поскольку в нарушение п.3.1 Инструкции по охране труда для кондукторов пассажирского троллейбуса, она, двигаясь по салону троллейбуса, не воспользовалась поручнями, что способствовало причинению вреда здоровью.

Доводы истца и ее представителя ФИО2 о том, что в салоне троллейбуса отсутствовали металлические поручни, признаются судом несостоятельными, поскольку из протокола осмотра места несчастного случая от 

<

дата> следует, что салон троллейбуса оборудован средствами безопасности – поручнями; троллейбус был выпущен на линию в технически исправном состоянии (акт о несчастном случае на производстве 

<

№>).

Каких-либо доказательств того, что представленный в материалы дела акт о несчастном случае на производстве был истцом оспорен в порядке ст. 231 Трудового кодекса Российской Федерации, признан недействительным (в том числе, в части установления обстоятельств несчастного случая, а также установления лиц, допустивших нарушение требований охраны труда), истцом не представлено.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Поскольку при рассмотрении дела судом было установлено наличие вины как в действиях работника ответчика ФИО4, так и наличие признаков грубой неосторожности в действиях самой пострадавшей, определяя размер причиненного ФИО1 морального вреда, суд учитывает указанные выше обстоятельства (критерии) оценки размера компенсации морального вреда, а также принимает во внимание обстоятельства ДТП и причинения потерпевшему вреда; характер и степень тяжести полученных телесных повреждений; период нахождения на лечении; ограничения в быту и личной жизни в связи с нахождением на стационарном и амбулаторном лечении, характер и степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевшего.

Суд признает несостоятельными доводы представителя ответчика ФИО3 об отсутствии причинно-следственной связи между выявленными у истца 

<

дата> повреждениями и произошедшим 

<

дата> ДТП. 

Из карты вызова СМП 

<

№> от 

<

дата> следует, что у ФИО1 непосредственно после ДТП диагностированы: 

<

данные изъяты>» (л.д.50).

В Журнале приема больных ГБУЗ ВО «ЦГБ г.Коврова» имеется запись о том, что доставленная СМП ФИО1 

<

дата> в 8-00 час. была осмотрена травматологом З, заключение: 

<

данные изъяты> (л.д.52). 

<

данные изъяты> в крови ФИО1 не обнаружен, что подтверждается справкой о результатах химико-токсилогических исследований (л.д.31).

Согласно выписке из амбулаторной карты 

<

дата> ФИО1 обращалась к неврологу, выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> л.д.18).

Наличие у истца телесных повреждений, механизм их образования подтверждены заключением судебно-медицинской экспертизы от 

<

дата> 

<

№> (л.д. 21-22).

Таким образом, суд полагает установленным, что имеющиеся у истца телесные повреждения были получены 

<

дата> в дорожно-транспортном происшествии, в результате падения в салоне троллейбуса. В нарушение ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено каких-либо относимых и допустимых доказательств того, что повреждения могли быть получены ФИО1 при других обстоятельствах либо после ДТП и до момента госпитализации 

<

дата> Поскольку фактически 

<

дата> дежурным сотрудником ГБУЗ ВО «ЦГБ г.Коврова» какое-либо медицинское обследование ФИО1 не осуществлялось, то не направление ее в стационар для оказания медицинской помощи в этот день не свидетельствует об отсутствии у нее травм, поскольку они были диагностированы ранее бригадой СМП, в связи с чем и было принято решение о доставлении пострадавшей в учреждение здравоохранения.

Наличие у истца телесных повреждений, механизм их образования подтверждены заключением судебно-медицинской экспертизы от 

<

дата> 

<

№> (л.д. 21-22).

С учетом вышеуказанных обстоятельств, исходя из нравственных и физических страданий ФИО1, соблюдения принципа баланса интересов сторон, фактических обстоятельств дела, суд находит разумной сумму денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в ее пользу, в размере 120 000 рублей, что согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, а также отвечает требованиям разумности и справедливости.

В соответствии с п. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В силу подп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера государственная пошлина уплачивается для физических лиц в размере 300 руб.

При подаче иска в суд истец не понес расходов по оплате государственной пошлины, таким образом, она подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Управление троллейбусного транспорта г.Коврова» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 120 000 руб.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Управление троллейбусного транспорта г.Коврова» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Ковровский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий О.С.Ивлиева

Мотивированное решение изготовлено 24 сентября 2018 года.