РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 ноября 2023 года г. Тольятти

Центральный районный суд г. Тольятти Самарской области в составе:

председательствующего судьи - Новак А.Ю.,

при секретаре - Журавлевой Д.Д.,

с участием представителя истца - П.Е.А. по доверенности,

представителей ответчика ГБУЗ СО «ТГКБ №» - Ф.И.Ю., Н.И.А. по доверенностям, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО13 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения 

<

адрес> «Тольяттинская городская клиническая больница №», Министерству здравоохранения 

<

адрес> о компенсации морального вреда,

установил:

П.Б.Ш. обратился в суд с иском к ГБУЗ 

<

адрес> «Тольяттинская городская клиническая больница №», с учетом уточненных исковых требований о компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что работал 

<

данные изъяты> в ГБУЗ СО «ТГКБ №» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГг. П.Б.Ш. является отцом троих несовершеннолетних детей, однако, в процессе трудовых отношений со стороны ответчика в отношении истца были совершены следующие действия (бездействие), а именно: длительное время допускался к работе в ночное время, вопреки ст. 96 ТК РФ, а также допускался к работе в выходные и праздничные дни в нарушении ст. 113 ТК РФ. Несмотря на неоднократные заявления со стороны истца в администрацию, относительно несогласия работать в ночные смены, работодатель в лице и.о. главного врача ГБУЗ СО «ТГКБ №» ФИО8 ставил П.Б.Ш. в график дежурств в выходные дни, чем лишал возможности видеться с детьми и нарушал нормы трудового права. Согласия относительно работы в ночные смены в выходные дни истец не давал, на письменные обращения работодатель не реагировал. Указанными действиями (бездействием) ответчика истцу причинены нравственные и физические страдания, а именно: лишение возможности видеться с детьми, хроническое недосыпание, эмоциональное выгорание. Размер причиненного ответчиком морального вреда оценивается истцом в сумме 1 000 000 рублей.

Представитель истца П.Е.А. в судебном заседании поддержал уточненные исковые требования, просил удовлетворить, пояснив суду, что П.Б.Ш., будучи отцом троих детей, третий ребенок у него родился ДД.ММ.ГГГГ, старший - ДД.ММ.ГГГГ, средний - ДД.ММ.ГГГГ, при наличии трех детей систематически допускался и выводился на работу в ночное время, также работал в выходные и праздничные дни. Каких-либо письменных разрешений на одобрение и выполнение такой работы не было, работодатель должен был и обязан был письменно у него спросить его мнение, работодатель эту обязанность проигнорировал. То есть, без должного согласия его выводили на работу в эти дни. Между руководством больницы и П.Б.Ш. стали происходить конфликтные ситуации, тогда П.Б.Ш. обратился в Государственную инспекцию по труду в 

<

адрес> для защиты своих прав, которая установила нарушения и в адрес горбольницы ГБУЗ СО ТГКБ № было вынесено предостережение. Больница данное предостережение получила и продолжила нарушать его права, продолжила ставить его в ночные смены, выходные и праздничные дни. Из-за того, что он постоянно выходил в ночные смены, выходные и праздничные дни у него с 

<

данные изъяты>

Представители ответчика ГБУЗ СО «ТГКБ №» в судебном заседании возражали против заявленных требований просили отказать в иске, пояснив суду, что трудовой договор с истцом П.Б.Ш. заключен в № г., то есть до внесения изменений, которые были внесены в Трудовой кодекс в ноябре 2021 

<

адрес> законом № 372-ФЗ, который предоставлял право на отказ от работы в ночное время. На момент трудоустройства истца данное согласие требовать не представлялось возможным. До ДД.ММ.ГГГГ работодатель не был извещен о наличии у П.Б.Ш. трех детей. Он обращался с заявлениями, на что ему давались ответы, что нужно подтвердить, документально это было не подтверждено. Только ДД.ММ.ГГГГ, уже после увольнения, истец пришел за трудовой книжкой и потребовал с сотрудника отдела кадров, так как он вносил запись в личную карточку, внести третьего ребенка, что было сделано ДД.ММ.ГГГГ. В данном случае эти льготы были предоставлены многодетным семьям для того, чтобы они в ночное время находились рядом со своими детьми, заботились о них, в данном случае с тремя детьми истец не мог находиться одновременно, и сам факт отцовства, не дает ему права пользоваться данной льготой. Статус многодетного отца в данном случае у работника отсутствовал. У работодателя есть документ, подтверждающий, что работник уклонялся от содержания детей, в связи с чем, работодателю были направлены исполнительные листы на взыскание алиментов на детей. Сведений о том, что дети от первого брака должны были остаться проживать с истцом, не представлено. Сам факт наличия третьего ребенка был выяснен только в момент, когда работник уже был уволен. Считали, что работодатель действовал в соответствии с нормами закона.

Представитель ответчика Министерства здравоохранения 

<

адрес>, привлеченного к участию в деле определением от ДД.ММ.ГГГГ, в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом, просил рассмотреть дело без его участия, представив суду возражения на исковые требования, в которых указал, что работодателем истца являлось Учреждение, министерство в трудовых отношениях с П.Б.Ш. не состояло, решений о допуске его к работе в ночное время, в выходные и праздничные дни не принимало. Рассмотрение настоящего гражданского дела не затрагивает права и законные интересы министерства (выступающего в качестве третьего лица), так как министерство не является субъектом либо участником спорных трудовых правоотношений и поскольку вред здоровью истца обжалуемыми действиями не причинен, оснований для субсидиарной ответственности министерства не имеется.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в 

<

адрес>, привлеченной к участию в деле протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ, в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом, просил рассмотреть дело без его участия, представив суду отзыв, просил принять решение на усмотрение суда, по имеющимся в деле доказательствам.

Выслушав явившихся в судебное заседание лиц, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Основными задачами трудового законодательства является создание необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, интересов государства, а также правовое регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений по трудоустройству у данного работодателя (ст. 1 Трудового кодекса РФ).

Согласно ч. 4 ст. 3 Трудового кодекса Российской Федерации Лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Как следует из материалов дела, в соответствии с трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ. № П.Б.Ш. работал в ГБУЗ СО «ТГКБ №» 

<

данные изъяты> по ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается записью в трудовой книжке.

Согласно трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ П.Б.Ш. установлена 5 дневная рабочая неделя.

В соответствии с дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, П.Б.Ш. принят по внутреннему совместительству в ГБУЗ СО «ТГКБ №» на 0.25 ставки с рабочей неделей по утвержденному графику.

Как указывает истец, в процессе трудовых отношений со стороны ГБУЗ СО «ТГКБ №» он длительное время допускался к работе в ночное время, а также допускался к работе в выходные и праздничные дни. 

Данный факт не опровергается стороной ответчика, а также подтверждается представленными суду графиками дежурства.

В соответствии со ст. 96 ТК РФ ночное время - время с 22 часов до 6 часов. Работники, имеющие трех и более детей в возрасте до восемнадцати лет, в период до достижения младшим из детей возраста четырнадцати лет могут привлекаться к работе в ночное время только с их письменного согласия и при условии, если такая работа не запрещена им по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением. При этом указанные работники должны быть в письменной форме ознакомлены со своим правом отказаться от работы в ночное время.

Согласно ст. 113 ТК РФ, работа в выходные и нерабочие праздничные дни запрещается, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Привлечение работников к работе в выходные и нерабочие праздничные дни производится с их письменного согласия в случае необходимости выполнения заранее непредвиденных работ, от срочного выполнения которых зависит в дальнейшем нормальная работа организации в целом или ее отдельных структурных подразделений, индивидуального предпринимателя.

Согласно ст. 259 ТК РФ, привлечение к работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни женщин, имеющих детей в возрасте до трех лет, допускаются только с их письменного согласия и при условии, что это не запрещено им в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. При этом женщины, имеющие детей в возрасте до трех лет, должны быть ознакомлены в письменной форме со своим правом отказаться от направления в служебную командировку, привлечения к сверхурочной работе, работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни.

Гарантии, предусмотренные частью второй названной статьи, предоставляются также работникам, имеющим трех и более детей в возрасте до восемнадцати лет, в период до достижения младшим из детей возраста четырнадцати лет.

П.Б.Ш. является отцом троих несовершеннолетних детей: ФИО15 ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО16 ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО17 ДД.ММ.ГГГГ г.р., что подтверждается свидетельствами о рождении.

Тем самым истец относится к числу лиц указанных в ст. 96, 259 ТК РФ и, следовательно, для привлечения его к работам в ночную смену, выходные и праздничные дни требуется согласие истца, а также должно быть представлены доказательства того, что работник был письменно ознакомлен с правом отказаться от работы в указанные периоды. 

Следует отметить, что П.Б.Ш. обращался с заявлением (вх. № от ДД.ММ.ГГГГ) на имя главного врача ГБУЗ СО «Тольяттинская городская клиническая больница №» по вопросу перевода на ночные смены без его согласия. По результатам рассмотрения указанного заявления П.Б.Ш. дан ответ от ДД.ММ.ГГГГ исх. №, однако доводы о переводе на ночные смены без его согласия рассмотрены не были, право на отказ о привлечении к работе в ночное время не разъяснено.

Также П.Б.Ш. ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ обращался с аналогичным заявлением на имя Главного врача.

В нарушении ч. 5 ст. 96 ТК РФ, ст. 259 ТК РФ, ГБУЗ СО «Тольяттинская городская клиническая больница №» разъяснено право на отказ от привлечения к работе только ДД.ММ.ГГГГ 

В апреле 2023 г. истец обратился в Государственную инспекцию труда в 

<

адрес> с заявлением о проверке работодателя о наличии или отсутствии нарушений в сфере трудового законодательства. П.Б.Ш. в Государственную инспекцию труда в 

<

адрес> был представлен трудовой договор.

Ответом от ДД.ММ.ГГГГ Государственная инспекция труда в 

<

адрес> сообщила истцу, что ГБУЗ СО «ТГКБ №» объявлено предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований ст. 22. 96. 113 ТК РФ, а также разъяснено, что работник имеет право обратиться в суд за защитой своих прав.

Однако и после вынесенного предостережения ответчик продолжил ставить истца в ночные смены, выходные и праздничные дни.

Кроме того, данный факт являлся предметом рассмотрения обращения П.Б.Ш. в прокуратуру. По результатам проверки также было установлено, что в нарушение ч. 5 ст. 96 ГК РФ ГБУЗ СО «Тольяттинская городская клиническая больница №» разъяснено право на отказ о привлечении к работе в ночное время, согласно ответа от ДД.ММ.ГГГГ по результатам рассмотрения обращения П.Б.Ш. от ДД.ММ.ГГГГ вх. №. 

Представителем ответчика указано на то обстоятельство, что истцом документов, подтверждающих то обстоятельство, что он являлся отцом троих детей, представлено не было, ввиду чего он законно привлекался к работе в ночное время и в выходные и праздничные дни.

Опрошенная в качестве свидетеля ФИО9 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что работает в ГБУЗ СО ТГКБ № 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ П.Б.Ш. пришел за трудовой книжкой, ему дали трудовую книжку, он подписал приказы, также ему дали личную карточку на подпись. Он открыл сведения и сказал, что третий ребенок не записан. Потом он открыл телефон, показал в телефоне свидетельство о рождении ребенка и она внесла запись. В личном деле копии свидетельства о рождении не было, он только показал фотографию в телефоне. Обращался ли ранее П.Б.Ш. с просьбой внести запись пояснить не могла.

Представитель истца пояснял, что работодатель знал о наличии у истца троих детей, но вместе с тем продолжал привлекать его к работе в ночное время, в выходные и праздничные дни, его право на отказ от работы в ночное время, выходные и праздничные дни ему не разъяснялось.

Суду не представлено документов, подтверждающих письменное согласие истца и разъяснение ему права на отказ от работы в ночное время, выходные и праздничные дни.

Как установлено в судебном заседании, ГБУЗ СО «Тольяттинская городская клиническая больница №» разъяснено право на отказ о привлечении к работе в ночное время только ДД.ММ.ГГГГ по результатам рассмотрения обращения П.Б.Ш. от ДД.ММ.ГГГГ, не смотря на то, что еще осенью 2022 г. он обращался с аналогичным заявлением.

Ввиду чего, доводы представителя ответчика, что никаких документов о наличии у истца трех детей предоставлено не было, статус многодетного отца в данном случае у работника отсутствовал, судом отклоняются, поскольку работодатель, не смотря на обращение истца с данным заявлением еще в сентябре 2022 г. не разъяснил истцу предоставленное ему право на отказ от работы в вышеуказанное время, не разъяснил какие документы необходимо представить ему в подтверждение данного заявления, разъяснив данное право только ДД.ММ.ГГГГ.

Законодателем четко прописана категория работников, которые к работе в ночное время не допускаются, в соответствии с ч.5 ст. 96 ТК РФ. Данный перечень является исчерпывающим и однозначным, П.Б.Ш. относится к категории работников, имеющих трех и более детей в возрасте до восемнадцати лет, а не многодетным отцом, как указывает представитель ответчика.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены факты неправомерных действий со стороны ответчика, выразившиеся в том, что П.Б.Ш. как отец троих детей, длительное время допускался к работе в ночное время, а также допускался к работе в выходные и праздничные дни без его согласия и доказательств, подтверждающих ему разъяснение данного права.

В связи с этим суд находит обоснованными доводы истца о том, что в связи с данными нарушениями, ему причинены нравственные страдания, связанные с умалением его трудовых прав. 

Поскольку в судебном заседании установлено, что со стороны ГБУЗ СО « ТГКБ №» в отношении истца были совершены действия нарушающие его трудовые права, имеются основания для частичного удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Факт нарушения трудовых прав истца также установлен в рамках проверки заявления П.Б.Ш. прокуратурой 

<

адрес>. В адрес больницы ДД.ММ.ГГГГ направлено представление об устранении нарушений требований трудового законодательства.

На данное представление направлено ДД.ММ.ГГГГ сопроводительное письмо, в котором указано, что учреждением приняты меры для недопущения впредь подобных ситуаций, а также привлечены к дисциплинарной ответственности начальник отдела кадров, заместитель начальника отдела кадров, которым объявлено замечание.

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ) (п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 Постановления).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 27 Постановления).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 Постановления).

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу абз. 14 ч. 1 ст. 21 и ст. 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

В обоснование размера компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей истец указывает на то обстоятельство, что указанными действиями (бездействием) ответчика ему причинены нравственные и физические страдания, а именно: 

<

данные изъяты>

Судом установлено, что в результате привлечения истца к работе в ночное время, выходные и праздничные дни, он был лишен возможности проводить время со своими детьми, из – за недосыпов испытывал чувство усталости. Как пояснял представитель истца он даже обращался к неврологу. Вместе с тем, документов, подтверждающих ухудшение здоровья в указанный выше период, истцом не представлено, равно как и не представлено доказательств того, что именно из – за его работы произошел разрыв отношений с супругой и матерью третьего ребенка. 

Не смотря на доводы ответчика, о том, что он со своими детьми не проживал, что не доказано в судебном заседании, так как фактически П.Б.Ш. расстался официально с первой супругой в 2022 г. и с матерью третьего ребенка в 2022 г., родительских прав в отношении детей он не лишен, а значит, имел право на общение с детьми в любое время, чего он был лишен в результате нарушения его трудовых прав.

С учетом того что факт нарушения трудовых прав истца установлен в судебном заседании, а также с учетом степени причинения истцу нравственных страданий и переживаний, связанных с невозможностью общения со своими малолетними детьми, соотнеся их с тяжестью причиненных истцу физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учитывая поведение самого истца, который не смотря на то, что уже ДД.ММ.ГГГГ ему было разъяснено право на отказ от работы в ночное время, выходные дни, документов, подтверждающих наличие третьего ребенка так и не представил, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению суд считает, что в пользу истца подлежит взысканию с ответчика ГБУЗ 

<

адрес> «Тольяттинская городская клиническая больница №» компенсация морального вреда в размере 50 000 рублей, что будет отвечать принципам разумности и справедливости.

П.Б.Ш. до ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых правоотношениях с ГБУЗ СО «ТГКБ №» на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ 

ГБУЗ СО «ТГКБ №» является самостоятельным юридическим лицом. Согласно пункту 5.6.5 устава ГБУЗ СО «ТГКБ №» главный врач самостоятельно принимает (назначает), переводит и увольняет работников Учреждения, заключает с ними трудовые договоры, включая руководителей обособленных структурных подразделений, а также устанавливает формы организации труда работников (и. 5.6.6 устава Учреждения).

Работодателем истца являлось ГБУЗ СО «ТГКБ №», Министерство здравоохранения в 

<

адрес> в трудовых отношениях с П.Б.Ш. не состояло, решений о допуске его к работе в ночное время, в выходные и праздничные дни не принимало. Ввиду чего в удовлетворении требований к указанному ответчику следует отказать.

Руководствуясь ст. ст. 12, 56, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО18 - удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения 

<

адрес> «Тольяттинская городская клиническая больница №» ОГРН № в пользу ФИО19, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт № компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Центральный районный суд г. Тольятти Самарской области в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.Ю. Новак

Решение в окончательной форме изготовлено 30 ноября 2023 года

Председательствующий А.Ю. Новак