Дело № 2-27/2018 

П Р И Г О В О Р

 

именем Российской Федерации 

07 декабря 2018 года г. Архангельск 

Архангельский областной суд в составе 

председательствующего Саладина А.С.

при секретарях Юшмановой А.Н., Поповой Л.С. 

с участием государственных обвинителей – прокуроров уголовно-судебного отдела прокуратуры Архангельской области ФИО1, ФИО2, 

подсудимого ФИО3 и его защитника – адвоката Фролова И.В., 

подсудимого ФИО4 и его защитника – адвоката Резановой С.Е., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, в браке не состоящего, детей не имеющего, с неполным средним образованием, неработающего, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, ранее не судимого, содержащегося под стражей с 17 сентября 2017 года, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.139, п.п. «д, ж» ч.2 ст.105 УК РФ, 

ФИО4, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, со средним образованием, в браке не состоящего, имеющего малолетнего ребенка, неработающего, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, ранее судимого:

- 30 марта 2006 года Коношским районным судом Архангельской области с учетом изменений, внесенных постановлением Исакогорского районного суда г. Архангельска от 22 июня 2012 года, по 

<

данные изъяты> УК РФ (в редакции Федерального закона от 07 марта 2011 года № 26-ФЗ) к 6 годам 11 месяцам лишения свободы, освобожденного 07 декабря 2012 года по отбытии наказания;

- 17 февраля 2014 года мировым судьей судебного участка № 1 Коношского судебного района Архангельской области по 

<

данные изъяты> УК РФ к 1 году 2 месяцам лишения свободы, на основании ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год. Постановлением Коношского районного суда Архангельской области от 30 сентября 2014 года условное осуждение ФИО4 по приговору мирового судьи от 17 февраля 2014 года отменено, и он направлен для отбывания наказания в исправительную колонию строгого режима, освобожденного 27 ноября 2015 года по отбытии наказания, содержащегося под стражей с 17 сентября 2017 года, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.139, п.п. «д, ж» ч.2 ст.105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО3 и ФИО4 нарушили неприкосновенность жилища и совершили убийство с особой жестокостью. 

Преступления совершены в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> при следующих обстоятельствах. 

В указанный период времени ФИО3 и ФИО4, находясь в состоянии алкогольного опьянения, с целью выяснений отношений с БЛС, договорились совершить незаконное проникновение в его жилище - хозяйственную постройку, пригодную и предназначенную для временного проживания, расположенную вблизи 

<

адрес> 

<

адрес>. 

Подойдя к указанной постройке, ФИО3 и ФИО4, действуя совместно и согласованно, при отсутствии разрешения проживающего в ней БЛС, в нарушение ст. 25 Конституции РФ, согласно которой жилище неприкосновенно, и никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения, через незапертую на запорное устройство входную дверь незаконно вошли в подсобное помещение хозяйственной постройки, в которой проживал потерпевший.

Находясь в указанном помещении, ФИО3 и ФИО4, действуя умышленно, в составе группы лиц по предварительному сговору, совместно выбили запертую на запорное устройство дверь, ведущую в жилую часть хозяйственной постройки, нанеся по ней удары ногами.

В результате указанных действий входная дверь открылась, после чего ФИО3 и ФИО4 незаконно вошли в жилую часть хозяйственной постройки БЛС, нарушив его конституционное право на неприкосновенность жилища. 

Обнаружив в хозяйственной постройке БЛС, ФИО3, испытывая к нему личную неприязнь, вызванную тем, что ранее потерпевший взял у него зарядное устройство для портативного телевизора и длительное время не возвращал, а также тем, что последний сообщил ВГК о примененном к нему насилии со стороны ФИО3 и ФИО4, подошел к сидящему на кровати БЛС и, действуя умышленно, с целью убийства, с применением значительной силы нанес ему не менее шести ударов руками в область головы.

ФИО4, испытывая к БЛС неприязнь по этим же причинам, присоединился к действиям ФИО3, направленным на убийство потерпевшего и, действуя умышленно, с целью убийства, с применением значительной силы также нанес БЛС не менее шести ударов руками в область головы.

После этого ФИО3 и ФИО4, реализуя совместный преступный умысел, направленный на убийство БЛС с особой жестокостью, действуя в составе группы лиц, желая причинить потерпевшему особые страдания и мучения путем нанесения ему большого количества телесных повреждений и истязаний, проявляя особую жестокость, издевательства и глумление над жертвой, нанесли БЛС множественные удары руками, ногами и иными предметами в область головы, тела и конечностей.

Так, ФИО3 после того, как ФИО4 по его просьбе стал удерживать БЛС за руки, нанес последнему не менее четырех ударов ногой в обуви в область головы и тела. Затем ФИО3 и ФИО4 совместно нанесли со значительной силой не менее пяти ударов каждый руками в область головы и тела потерпевшего. 

После этого ФИО3, вооружившись обнаруженным в этой же хозяйственной постройке шилом, нанес им не менее двух ударов в область левой ноги БЛС, а ФИО4, вооружившись принесенным с собой неустановленным тупым твердым предметом с наличием двух выступающих частей в виде ребер, также нанес им удар в область указанной ноги. Кроме того, ФИО4, с целью запугивания и подавления воли БЛС к сопротивлению, приставлял к его шее клинок принесенного с собой ножа.

Затем, продолжая реализовывать совместный преступный умысел, направленный на убийство БЛС с особой жестокостью, ФИО3 и ФИО4 вытащили потерпевшего из хозяйственной постройки на улицу.

Там ФИО3, с целью запугивания БЛС и подавления его воли к сопротивлению, потребовал от последнего выкопать себе яму при помощи лопаты, которую он (ФИО3) заранее взял в хозяйственной постройке. Получив отказ, ФИО3 нанес данной лопатой удар по туловищу БЛС, отчего тот упал на землю.

После этого ФИО3, причиняя потерпевшему особые страдания и мучения, проявляя особую жестокость, действуя совместно и согласованно с ФИО4, со значительной силой нанес указанной лопатой БЛС не менее четырех ударов в область головы, шеи, туловища и конечностей, в результате чего сломался черенок лопаты. Находившийся в это время рядом ФИО4, проявляя особую жестокость, действуя совместно и согласованно с ФИО3, со значительной силой нанес БЛС не менее десяти ударов ногами в обуви в область головы, туловища и конечностей. 

Далее ФИО3, продолжая реализовывать совместный с ФИО4 преступный умысел, положил черенок от лопаты на шею лежащего на земле БЛС и, с целью его удушения, не менее трех раз вставал ногами на указанный черенок, лишая потерпевшего возможности дышать и причиняя ему тем самым особые физические и психические страдания. Затем ФИО3 со значительной силой нанес черенком от лопаты не менее трех ударов в область головы, шеи, туловища и конечностей БЛС, после чего потерпевший перестал подавать признаки жизни. 

В результате совместных умышленных действий ФИО3 и ФИО4 потерпевшему БЛС были причинены телесные повреждения характера:

- открытой черепно-мозговой травмы: множественных фрагментарно-оскольчатых локально-конструкционных переломов костей носа, правой и левой верхнечелюстных и небных костей, правой и левой скуловых дуг, решетчатой кости, нижней челюсти, линейных конструкционных переломов костей основания черепа, кровоизлияния под мягкие оболочки височной доли правого большого полушария головного мозга, множественных (13) ушибленных ран волосистой части головы и лица, кровоподтека в правых отделах лобной области, кровоподтека в левых отделах лобной области, кровоподтека в области носа, правых глазничной и скуловой областях, кровоподтека в левых отделах лобной области, левых височной и околоушно-жевательной областях, кровоподтека в области левой ушной раковины;

- закрытой травмы шеи: полного разгибательного перелома левого большого рога подъязычной кости, неполных разрывов сочленений больших рогов кости с телом подъязычной кости, множественных переломов хрящей гортани, переломов хрящей шейной части трахеи, кровоизлияния в мягкие ткани шеи, кровоизлияния в щитовидную железу;

- двух ушибленных ран и кровоподтека передней поверхности левой голени, ушиблено-рваной раны на тыльной поверхности левой кисти;

- повреждений с кровоизлияниями в мягкие ткани паховой области. 

Указанные телесные повреждения осложнились закономерным развитием травматического шока, оцениваются в совокупности как тяжкий вред здоровью по квалифицирующему признаку опасности для жизни и повлекли смерть БЛС на месте преступления через непродолжительное время после их причинения. 

В судебном заседании подсудимый ФИО3 полностью признал вину в незаконном проникновении в жилище и частично – в совершении убийства. 

Отказавшись в судебном заседании давать показания об обстоятельствах инкриминируемых преступлений в силу положений ст. 51 Конституции РФ, ФИО3 тем не менее после оглашения его показаний, данных в ходе предварительного расследования, согласился ответить на вопросы участников процесса.

Признавая факт избиения БЛС в помещении хозяйственной постройки и на улице, ФИО3 заявил, что он не согласен с количеством ударов, указанных в предъявленном ему обвинении. 

Так, ФИО3 утверждал, что в помещении постройки он нанес БЛС один удар рукой в голову, а когда ФИО4 стал удерживать потерпевшего, он нанес последнему только один удар ногой по голове. Общее количество нанесенных ударов БЛС он не помнит, но их было значительно меньше, чем указано в обвинении.

Не оспаривая количество ударов нанесенных потерпевшему на улице, ФИО3 сообщил, что, положив черенок лопаты на шею БЛС, он только один раз вставал ногами на этот черенок, лишая того возможности дышать. 

Свои действия по избиению БЛС он и ФИО4 прекратили лишь после того, как потерпевший перестал подавать признаки жизни.

Протоколы своих допросов в ходе предварительного расследования он подписал без предварительного прочтения по просьбе следователя. 

Подсудимый ФИО4 в ходе судебного разбирательства также полностью признал вину в совершении незаконного проникновения в жилище и частично – в совершении убийства.

В судебном заседании ФИО4 отказался давать показания, воспользовавшись правом, предоставленным ему ст. 51 Конституции РФ. Вместе с тем, отвечая на вопросы участников процесса, после оглашения его показаний, данных на стадии предварительного расследования, сообщил следующее.

Подтвердив факт избиения БЛС в помещении хозяйственной постройки и на улице совместно с ФИО3, ФИО4 также пояснил, что он нанес потерпевшему меньшее количество ударов, чем указано в предъявленном обвинении. Точное количество нанесенных ударов в настоящее время он не помнит. 

Утверждает, что следователь переписывал его показания из ранее составленных протоколов его допросов, а он подписывал эти протоколы, не ознакомившись с их содержанием.

Вместе с тем виновность каждого из подсудимых в совершении инкриминируемых им преступлений подтверждается совокупностью следующих доказательств, исследованных и проверенных судом.

В связи с отказом от дачи показаний, в судебном заседании были оглашены показания ФИО3 и ФИО4, данные в ходе предварительного расследования.

Так, при допросе в качестве подозреваемого ФИО3 показал, что в ДД.ММ.ГГГГ он вместе с ФИО4 работал и проживал на территории пилорамы предпринимателя ГАИ. На территории соседней пилорамы проживал БЛС. 

ДД.ММ.ГГГГ он дал БЛС в пользование зарядное устройство для портативного телевизора, которое последний долго ему не возвращал. ДД.ММ.ГГГГ он узнал, что БЛС проживает в хозяйственной постройке на территории пилорамы предпринимателя ВКГ. В этот же день в вечернее время он пришел к БЛС и потребовал возвратить зарядное устройство. У него произошел конфликт с БЛС, в ходе которого он нанес ему около трех-четырех ударов кулаком по лицу, после чего потерпевший сообщил, что указанное устройство находится у ВКГ. 

По дороге к дому ВКГ он и БЛС встретили ФИО4, который пошел вместе с ними. Когда они шли, ФИО4 с силой толкнул потерпевшего, отчего тот упал. Затем БЛС зашел в дом к ВКГ, чтобы забрать зарядное устройство, а он и ФИО4 остались на улице. Через некоторое время на крыльцо вышел ВКГ, который стал ругаться в их адрес, они испугались и убежали. После этого он неоднократно звонил на телефон БЛС, чтобы связаться с ВКГ и объяснить ситуацию, однако БЛС выключил телефон, что его очень разозлило. 

Он и ФИО4, вернувшись к себе в бытовку, решили разобраться с БЛС. ФИО4 взял с собой нож и гвоздодер, после чего они пошли к потерпевшему. Пройдя в подсобное помещение постройки, где проживал БЛС, они обнаружили, что дверь, ведущая в жилое помещение, закрыта на запорное устройство. Выбив ударами ног входную дверь, он вместе с ФИО4 прошел в жилую часть постройки. 

Подойдя к сидящему на кровати БЛС, он сразу же нанес тому удар кулаком по лицу. ФИО4 также нанес удар кулаком по лицу. Он спросил у БЛС про зарядное устройство, а также попытался выяснить, зачем потерпевший сообщил о предыдущем своем избиении ВКГ. БЛС промолчал, что очень разозлило его и ФИО4, после чего они стали того избивать. 

Каждый из них нанес не менее пяти-шести ударов кулаками по лицу БЛС. Затем ФИО4 по его просьбе стал удерживать БЛС, а он нанес тому не менее четырех ударов ногой по лицу. После этого ФИО4 нанес БЛС несколько ударов кулаком по лицу и гвоздодером по левой ноге. Далее они совместно нанесли потерпевшему множественные удары кулаками в область лица. От их действий все лицо БЛС было в крови.

После того как БЛС вымыл лицо, он и ФИО4 продолжили избиение, нанеся тому большое количество ударов кулаками по лицу. Затем он и ФИО4 вытащили БЛС на улицу, при этом в подсобном помещении постройки он взял лопату, которой нанес БЛС удар по спине, отчего последний упал на колени. 

В какой-то момент ФИО4 сказал: «Пора кончать с ним, все равно он не жилец». После этих слов он нанес БЛС по лицу не менее семи-восьми ударов черенком от лопаты. Затем он положил черенок на горло потерпевшего и встал на него ногами. Прекратив избиение, они решили сжечь труп БЛС, чтобы скрыть следы преступления. Взяв в своей бытовке канистру с бензином, они вернулись и, облив труп бензином, подожгли его. После этого в печи бытовки, скрывая следы преступления, они сожгли свою одежду. 

На следующий день он и ФИО4 вернулись на место происшествия, завернули труп БЛС в одеяло и плед, а затем скинули его в близлежащую канаву (т.4 л.д.52-58). 

При проверке показаний на месте ФИО3 указал способ проникновения в жилище БЛС, продемонстрировал, каким образом он и ФИО4 наносили удары потерпевшему, а также описал действия, связанные с сокрытием трупа.

Помимо этого, ФИО3 сообщил, что, находясь в хозяйственной постройке, он взял со стола шило и нанес им БЛС не менее двух ударов по левой ноге. Также ФИО3 уточнил, что на улице он наносил удары БЛС металлической частью лопаты, при этом последний кричал от боли, плакал, умолял прекратить избиение. ФИО4 в это время также избивал потерпевшего, нанося ему удары ногами по голове и телу. 

От ударов металлическая часть лопаты отлетела в сторону. После этого он положил черенок от лопаты на шею БЛС и несколько раз вставал на него ногами, сдавливая тем самым шею потерпевшего. От этих действий БЛС хрипел. После слов ФИО4 «надо кончать» он нанес БЛС не менее трех ударов черенком по голове, и последний перестал подавать признаки жизни (т.4 л.д.59-82). 

В последующем в ходе предварительного расследования ФИО3 дополнил и уточнил свои первоначальные показания, сообщив следующее.

Когда он и ФИО4 пошли к БЛС, чтобы разобраться, они оба находились в состоянии алкогольного опьянения. В помещении хозяйственный постройки ФИО4 не только избивал БЛС, но и приставлял к шее нож. Во время избиения ФИО4 по его просьбе удерживал потерпевшего за руки. 

Находясь на улице, он предложил БЛС при помощи лопаты выкопать себе яму. Получив отказ, нанес БЛС множественные удары металлической частью лопаты по лицу и телу. Именно от этих ударов лопата сломалась. После этого он несколько раз надавливал ногами на черенок, который находился на шее БЛС, отчего потерпевший начинал задыхаться. Затем он с силой нанес БЛС не менее восьми ударов черенком от лопаты в область лица (т.4 л.д.87-93, 99-102, 117-121, 128-131, 141-144, 151-153, 154-158, 168-170, т.6 л.д.29-33). 

Из показаний ФИО4, данных в качестве подозреваемого, следует, что ДД.ММ.ГГГГ, около ДД.ММ.ГГГГ, он с ФИО3 и ГГГ употребляли спиртные напитки в своей бытовке. Затем он ушел к своему знакомому МРВ.

Через некоторое время на улице он встретил ФИО3 и БЛС, которые шли к дому ВГК, чтобы забрать зарядное устройство. Он пошел вместе с ними. Ему было известно, что ранее указанное зарядное устройство БЛС взял у ФИО3 и длительное время не возвращал. По дороге он с силой толкнул потерпевшего, отчего последний упал и ударился лицом. Когда они пришли, БЛС зашел в дом ВГК, а он и ФИО3 остались на улице. Услышав голос ВГК, который ругался в их адрес, они испугались и убежали. 

Находясь у себя в бытовке, ФИО3 предложил ему «разобраться» с БЛС из-за того, что тот долго не возвращал зарядное устройство, а также пожаловался на Беляева ВГК. Он взял кухонный нож и гвоздодер, после чего они пошли на территорию соседней пилорамы, где в хозяйственной постройке проживал БЛС.

Они зашли в подсобное помещение указанной постройки и обнаружили, что входная дверь в ее жилую часть закрыта изнутри на запорное устройство. Он ударом ноги выбил входную дверь, и они прошли в жилое помещение. ФИО3 сразу же подошел к БЛС и нанес тому удар кулаком по лицу. Он также нанес потерпевшему удар кулаком по лицу. После этого каждый из них стал наносить БЛС множественные удары кулаками в область лица. Затем по просьбе ФИО3 он стал удерживать БЛС, а ФИО3 нанес тому не менее четырех ударов ногой по лицу. От их действий все лицо потерпевшего было в крови.

Далее ФИО3 продолжил избивать БЛС ногами, нанеся последнему большое количество ударов по всему телу. Он также подошел к БЛС и нанес тому около трех-четырех ударов гвоздодером по ногам, а после этого нанес значительное количество ударов кулаками по телу. Потом по его предложению БЛС умылся, однако не смог остановить кровь.

После этого ФИО3 продолжил избивать потерпевшего кулаками. Затем он увидел в руках у ФИО3 шило, которым последний нанес несколько ударов БЛС по ногам. В это время он приставлял к шее потерпевшего клинок ножа, чтобы напугать того. 

Обнаружив в подсобном помещении постройки лопату, он и Беляев вытащили БЛС на улицу. ФИО3 предложил потерпевшему выкопать яму, но тот отказался. Тогда ФИО3 ударил БЛС по телу лопатой, отчего тот упал на землю. Он подошел к БЛС и нанес около десяти ударов ногами по туловищу. Затем ФИО3 стал наносить множественные удары металлической частью лопаты по лицу и телу БЛС. От этих ударов лопата сломалась. После этого ФИО3 положил черенок от лопаты на шею БЛС и встал на него ногами, тем самым производя удушение. Убирая ноги с черенка, ФИО3 давал потерпевшему возможность отдышаться, а потом повторял свои действия. 

Далее ФИО3 стал наносить множественные удары черенком от лопаты по лицу БЛС. Через некоторое время потерпевший перестал подавать признаки жизни.

С целью скрыть следы преступления, он и ФИО3 облили труп БЛС бензином и подожгли. Также в печи бытовки они сожгли свою одежду. На следующий день они завернули труп БЛС в плед и одеяло и скинули в канаву (т.4 л.д.179-185). 

В ходе проверки показаний на месте ФИО4 сообщил о способе проникновения в жилище БЛС, а также описал обстоятельства его избиения, воспроизведя эти действия на манекене человека (т.4 л.д.86-208). 

При проведении последующих допросов ФИО4 дал аналогичные показания, уточнив, что именно состояние алкогольного опьянения вызвало у него агрессию, которую он проявил при избиении БЛС (т.4 л.д.218-221, 232-236, 243-246, т.5 л.д.7-10, 17-19, 20-25, 35-37, т.6 л.д.13-15).

Показания ФИО3 и ФИО4 об обстоятельствах совершенных преступлений объективно подтверждаются исследованными в судебном заседании показаниями свидетелей, заключениями экспертов и протоколами следственных действий. 

Так, свидетель ГГГ показал, что он проживал в сторожке рядом с бытовкой ФИО3 и ФИО4. ДД.ММ.ГГГГ после ДД.ММ.ГГГГ он вместе с ними употреблял спиртные напитки, а потом подсудимые ушли.

Поздним вечером к нему в сторожку пришли БЛС и ВГК, при этом последний интересовался, где находятся ФИО3 и ФИО4. Когда те вернулись, то сообщили ему, что убежали от ВГК, который громко на них кричал и ругался.

В ночь на ДД.ММ.ГГГГ он слышал громкий стук с территории пилорамы, где проживал БЛС. Затем оттуда стал доноситься глухой звук ударов и мужские голоса. Через некоторое время он увидел в окно два мужских силуэта, которые шли в направлении бытовки ФИО3 и ФИО4. 

ДД.ММ.ГГГГ ВГК сообщил ему об исчезновении БЛС (т.2 л.д.42-45).

Из показаний свидетеля ВГК следует, что с ДД.ММ.ГГГГ в хозяйственной постройке на территории его пилорамы проживал БЛС.

ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время БЛС пришел к нему домой и сообщил о том, что его (БЛС) избили двое людей. Затем он увидел, что на улице у его дома находятся ФИО3 и ФИО4. Он вышел на крыльцо и заругался, после чего подсудимые убежали. Отправив БЛС домой, он поехал искать ФИО3 и ФИО4, но не нашел их.

Около 22 часов 30 минут ему на телефон позвонил БЛС и попросил разрешение передать его (ВГК) номер телефона ФИО3 и ФИО4. Он согласился, но звонка от тех не последовало. После этого он уже не мог дозвониться до БЛС.

ДД.ММ.ГГГГ он разговаривал с ФИО4 и ФИО3, при этом последний пояснил о конфликте с БЛС из-за длительного невозвращения зарядного устройства. В течение дня он пытался найти БЛС, но тот не отвечал на звонки.

В этот же день в вечернее время он пришел в хозяйственную постройку, где проживал БЛС и обнаружил, что входная дверь в жилое помещение выбита, на стенах, полу и предметах мебели имелись следы крови. Он понял, что к этому причастны ФИО3 и ФИО4. Он вернулся к их бытовке и потребовал, чтобы подсудимые нашли БЛС. На следующий день об исчезновении БЛС он сообщил в полицию (т.2 л.д.1-8, 24-26). 

В ходе предварительного расследования была осмотрена детализация телефонных соединений по абонентскому номеру ВГК.

Согласно протоколу осмотра ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ ему поступил входящий телефонный звонок с абонентского номера, которым пользовался БЛС (т.2 л.д.14-17, 18-23). 

Аналогичная информация была получена при осмотре детализации телефонных соединений с абонентского номера БЛС. При этом последнее входящее соединение на номер потерпевшего зафиксировано ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ с абонентского номера, которым пользовался ФИО3 (т.3 л.д.161-164). 

Свидетель ГАИ показал, что у него на пилораме работали ФИО3 и ФИО4, которые проживали тут же в бытовке. На территории соседней пилорамы проживал БЛС. 

ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил ВГК и сообщил, что ФИО3 и ФИО4 избили БЛС, при этом местонахождение последнего неизвестно. На следующий день он обнаружил, что от крыльца бытовки, где проживали ФИО3 и ФИО4, пропала канистра с бензином (т.2 л.д.27-29, 30-32).

Из показаний свидетеля МРВ следует, что он проживает рядом с территорией пилорамы ВГК. В один из дней середины ДД.ММ.ГГГГ года к нему пришел знакомый ФИО4, который находился в состоянии алкогольного опьянения. Пообщавшись, ФИО4 ушел.

На следующий день он встретил ВГК, который искал ФИО4. Позже он узнал об обнаружении трупа ВГК с признаками насильственной смерти (т.2 л.д.46-49).

Свидетель АМА показала, что она является собственником нежилого здания, находящегося по адресу: 

<

адрес>, которое используется как пилоцех. Весной ДД.ММ.ГГГГ года она заключила договор аренды указанного здания с предпринимателем ГАИ. Ей известно, что в ДД.ММ.ГГГГ в здании пилоцеха работали какие-то мужчины, проживавшие в бытовке на территории производственной базы. Рядом с указанным зданием находится территория пилорамы предпринимателя ВГК (т.2 л.д.80-83). 

Свидетель КШ, проживающий совместно с АМА, дал аналогичные показания (т.2 л.д.59-62).

Из показаний свидетеля СПН известно, что он, являясь сотрудником полиции, ДД.ММ.ГГГГ принимал участие в поисковых мероприятиях, направленных на установление местонахождения БЛС. Вместе с другими сотрудниками он обследовал участок местности вблизи производственной базы, на территории которой тот проживал. В одной из канав им был обнаружен завернутым в плед труп БЛС (т.2 л.д.77-79). 

Свидетель СПЛ в судебном заседании показал, что он проходит службу в должности участкового уполномоченного полиции ОМВД России по Коношскому району. ДД.ММ.ГГГГ в отдел полиции поступило заявление ВГК об исчезновении БЛС. В ходе проведения осмотра жилища потерпевшего обнаружены следы борьбы и кровь. На следующий день был найден труп БЛС с признаками насильственной смерти. По подозрению в совершении этого преступления были задержаны ФИО3 и ФИО4. 

Согласно протоколам осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ входная дверь в жилое помещение хозяйственной постройки, где проживал БЛС, находилась в открытом состоянии, при этом дверное полотно и дверная коробка имели повреждения в виде трещин. Ригель врезного замка входной двери находился в положении «закрыто» и был деформирован в виде изгиба. На филенке двери обнаружен след обуви. Жилая часть постройки состояла из комнаты и кухни, в которых были: печь, стол для приема пищи, стулья, два спальных места (кушетка и кровать), кресло, телевизор и т.д. В жилом помещении зафиксировано нарушение общего порядка, при этом на стенах, предметах мебели, кухонной утвари, постельных принадлежностях имелись следы вещества бурого цвета (т.1 л.д.86-102, 151-173). 

ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра участка местности вблизи территории пилорамы предпринимателя ВГК обнаружен плед в свернутом состоянии, в котором находился труп БЛС с признаками насильственной смерти: множественными телесными повреждениями в области головы, туловища и конечностей, а также следами термического воздействия. На трупе имелись следы обгоревшей одежды. Рядом с трупом находились обгоревший черенок от лопаты и железная (рабочая) часть лопаты. 

Около хозяйственной постройки, где проживал БЛС, обнаружено кострище, рядом с которым были найдены: фрагменты одежды, фрагмент ножа со следом обуви, фрагмент мобильного телефона, футболка и сланец (т.1 л.д.103 -115).

При проведении осмотра трупа БЛС в морге ГБУЗ АО «Коношская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ обнаружены и изъяты фрагменты одежды. Кроме того, при осмотре трупа зафиксированы телесные повреждения характера множественных ран лица и головы, а также следы термического воздействия (т.1 л.д.138-147).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ в печи бытовки, в которой проживали ФИО3 и ФИО4, обнаружены фрагменты мобильного телефона и металлическая игла от шила длиной 10 см. (т.1 л.д.174-186). 

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы по материалам дела от ДД.ММ.ГГГГ на трупе БЛС обнаружены следующие телесные повреждения:

- открытая черепно-мозговая травма: множественные фрагментарно-оскольчатые локально-конструкционные переломы костей носа, правой и левой верхнечелюстных и небных костей, правой и левой скуловых дуг, решетчатой кости, нижней челюсти, линейные конструкционные переломы костей основания черепа (глазничных частей лобной кости, тела, больших и малых крыльев основной кости, продырявленной пластинки решетчатой кости), кровоизлияние под мягкие оболочки височной доли правого большого полушария головного мозга, множественные (13) ушибленные раны волосистой части головы и лица (в передне-левых отделах теменной области, в левых отделах лобной области и в области левой брови, в области носа, в области левой ушной раковины, в области слизистой оболочки верхней губы, в области левого угла рта, в левых отделах нижней губы, в левой щечной области (4 раны), в подбородочной области и в подподбородочной области), кровоподтек в правых отделах лобной области, кровоподтек в левых отделах лобной области, кровоподтек в области носа, правых глазничной и скуловой областях, кровоподтек в левых отделах лобной области, левых височной и околоушно-жевательной областях, кровоподтек в области левой ушной раковины;

- закрытая травма шеи: полный разгибательный перелом левого большого рога подъязычной кости, неполные разрывы сочленений больших рогов кости с телом подъязычной кости, множественные переломы хрящей гортани (полный сгибательный перелом левого верхнего рога и оскольчатый перелом пластинок в области угла щитовидного хряща, неполные атипичные сгибательные переломы в области основания дуги перстневидного хряща справа и слева, неполный атипичный разгибательный перелом в средних отделах дуги, полный фрагментарно-оскольчатый разгибательный перелом центральных отделов пластинки и неполные атипичные сгибательные переломы правого и левого краев пластинки перстневидного хряща), переломы хрящей шейной части трахеи (неполный сгибательный перелом левых концевых отделов первого и второго полуколец, неполный сгибательный перелом правого отдела второго полукольца и полный разгибательный перелом среднего отдела второго полукольца), кровоизлияние в мягкие ткани шеи «в проекции подъязычной кости, щитовидного хряща, щитовидной железы», кровоизлияние в щитовидную железу;

- две ушибленные раны и кровоподтек передней поверхности левой голени, ушиблено-рваная рана на тыльной поверхности левой кисти;

- повреждения с кровоизлияниями в мягкие ткани паховой области.

Причиной смерти БЛС явилась совокупность указанных повреждений, которые, сочетаясь по времени и взаимно отягощая друг друга, осложнились закономерным развитием травматического шока.

Данные телесные повреждения подлежат оценке в совокупности как тяжкий вред здоровью по квалифицирующему признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти БЛС.

Обнаруженные телесные повреждения образовались при следующих обстоятельствах: открытая черепно-мозговая травма – в результате не менее чем 16 ударных локальных воздействий твердого тупого предмета (предметов) в область головы БЛС; закрытая травмы шеи – в результате не менее чем 3 ударных и (или) сдавливающих воздействий тупого предмета (предметов) в передние отделы шеи БЛС; две ушибленные раны и кровоподтек передней поверхности левой голени – от воздействия тупого твердого предмета длиной не менее 4,3 см., с наличием двух выступающих частей в виде ребер, расположенных на одной условной осевой линии, длинами не менее 2,0 см. и 1,6 см.; рана тыльной поверхности левой кисти – от воздействия тупого твердого предмета с травмирующей частью в виде неравномерно выраженного ребра длиной не менее 3,2 см.

Давность образования телесных повреждений может соответствовать периоду до трех часов до наступления смерти потерпевшего.

Труп БЛС подвергался воздействию пламени.

При судебно-медицинской экспертизе крови и мочи от трупа БЛС обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,58 промилле в крови и 2,74 в моче, что свидетельствует о том, что незадолго до смерти погибший принимал алкоголь (т.2 л.д.185-207).

Помимо этого, для определения механизма образования обнаруженных у потерпевшего телесных повреждений была проведена медико-криминалистическая экспертиза.

Согласно выводам эксперта имевшиеся у БЛС повреждения:

- рана передних отделов теменной области слева, рана левой брови, рана верхушки носа, рана левой ушной раковины, рана левого угла рта, рана области нижней губы слева, раны левой щечной области, рана подбородочной области и рана подподбородочной области, образовавшиеся от не менее чем двенадцати воздействий тупого твердого предмета, могли быть причинены рабочим краем полотна металлической части лопаты; 

- рана слизистой оболочки верхней губы, образовавшая в результате однократного воздействия тупого твердого предмета, могла быть причинена как металлической частью лопаты, так и фрагментами черенка;

- кровоподтек правых отделов лобной области, кровоподтек в лобной области слева, кровоподтек области спинки носа с распространением на правые глазничную и скуловую области, кровоподтеки левых отделов лобной, левых височной и околоушно-жевательной областей, области левой ушной раковины, образовавшиеся в результате не менее чем четырех ударных воздействий тупого твердого предмета, могли быть причинены как металлической частью лопаты, так и фрагментами черенка;

- множественные фрагментарно-оскольчатые локально-конструкционные переломы костей носа, правой и левой верхнечелюстных и небных костей, правой и левой скуловых дуг, решетчатой кости, с конструкционными повреждениями костей основания черепа в передней и средней черепных ямках – линейными переломами глазничных частей лобной кости, тела, больших и малых крыльев основной кости, продырявленной пластинки решетчатой кости, локально-конструкционных переломов нижней челюсти, образовавшиеся в результате не менее чем девяти ударных воздействий тупого твердого предмета, могли быть причинены как металлической частью лопаты, так и фрагментами черенка; 

- рана тыльной поверхности левой кисти, образовавшаяся в результате воздействия тупого твердого предмета с травмирующей частью в виде неравномерно выраженного ребра длиной не менее 3,2 см., могла быть причинена рабочим краем полотна металлической части лопаты.

Причинение БЛС переломов подъязычно-гортанно-трахеального комплекса как металлической частью лопаты, так и фрагментами черенка не исключается. 

Представленные на экспертизу два фрагмента черенка до разделения составляли единое целое (т.3 л.д.66-77).

Судебно-медицинский эксперт УАВ, проводивший вышеуказанную экспертизу, подтвердил ее выводы и показал, что образование у БЛС повреждений характера раны в области слизистой оболочки верхней губы, кровоподтеков в области лица, переломов костей лицевого скелета, закрытой травмы шеи от ударных воздействий рук, ног в обуви, равно как и любого другого тупого твердого предмета не исключается, поскольку руки человека и ноги в обуви в судебно-медицинском отношении, обычно, могут быть охарактеризованы как тупые твердые предметы (т.2 л.д.220-222).

Заключением эксперта установлено, что на фрагментах газеты, бумаги, шторы и одеяла, а также ручке, спортивной куртке, изъятых в жилище БЛС, обнаружена кровь, которая могла произойти от последнего.

На металлической части лопаты и на футболке из кострища обнаружена кровь, видовая принадлежность которой не установлена (т.3 л.д.40-43). 

Согласно заключению эксперта след обуви на клинке ножа, обнаруженном в кострище, мог быть оставлен подошвой полуботинка, изъятого из жилища ФИО4 (т.3 л.д.127-131).

Как пояснил ФИО4 в судебном заседании, указанный след обуви был оставлен им, когда он и ФИО3 на следующий день после убийства БЛС принимали меры к сокрытию трупа.

Из заключений эксперта следует, что у ФИО3 и ФИО4 каких-либо телесных повреждений ДД.ММ.ГГГГ не обнаружено (т.2 л.д.230-231, 236-237).

Выводы экспертов, изложенные в вышеуказанных заключениях, содержат ответы на все поставленные перед ними вопросы, являются понятными и непротиворечивыми, а составленные ими заключения полностью соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ.

Анализируя исследованные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В ходе предварительного расследования и в судебном заседании подсудимые ФИО3 и ФИО4 пояснили, что они, договорившись, с целью выяснения отношений с БЛС, без его согласия, проникли в жилую часть хозяйственной постройки, где тот проживал, выбив ногами входную дверь. 

Признательные показания подсудимых об обстоятельствах незаконного проникновения в жилище БЛС объективно подтверждены протоколом осмотра места происшествия, согласно которому на входной двери в жилую часть постройки, где проживал потерпевший, имеются повреждения запорного устройства.

О наличии состоявшегося предварительного сговора на незаконное проникновение в жилище свидетельствует и характер совместных действий подсудимых, которые, подойдя к хозяйственной постройке, где проживал БЛС, не предпринимая каких-либо действий, направленных на получение согласия потерпевшего войти в его жилище, сразу же выбили входную дверь и вошли в жилое помещение. 

Согласно Примечанию к статье 139 УК РФ под жилищем в указанной статье, помимо прочего, понимается иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенное для временного проживания.

Как следует из показаний свидетеля ВГК, хозяйственная постройка на территории его пилорамы, в которой жил БЛС, была пригодна для временного проживания, поскольку в ней имелись условия для сна, отдыха, проведения досуга, приготовления и приема пищи. Также в ней были электричество, печь отопления, застекленные окна, входные двери с запорными устройствами и т.д. Поскольку у БЛС не было своего дома, с ДД.ММ.ГГГГ он предоставил тому указанную постройку для временного проживания.

Об использовании данной постройки в качестве жилого помещения сообщил в судебном заседании и свидетель СПЛ. 

Таким образом, судом установлено, что хозяйственная постройка, в которой проживал БЛС, являлась его жилищем, при этом она была пригодна и предназначена для временного проживания.

Из показаний ФИО3 и ФИО4 следует, что БЛС не давал им разрешения заходить в свое жилое помещение, а значит, выбивая входную дверь, закрытую на запорное устройство, подсудимые осознавали, что незаконно проникают в жилище против воли проживающего в нем БЛС и желали этого, то есть действовали с прямым умыслом.

Уголовное дело о преступлении, предусмотренном ч.1 ст.139 УК РФ, в соответствии с ч.3 ст.20 УПК РФ является делом частно-публичного обвинения и возбуждается не иначе как по заявлению потерпевшего. Однако, в силу ч.4 ст.20 УПК РФ такое дело вправе возбудить руководитель следственного органа, а также следователь или дознаватель с согласия прокурора и при отсутствии заявления потерпевшего, если данное преступление совершено в отношении лица, находящегося в зависимом или беспомощном состоянии либо по иным причинам не способного защитить свои права и законные интересы.

Указанное преступление было совершено ФИО3 и ФИО4 непосредственно перед причинением смерти потерпевшему БЛС.

При таких обстоятельствах возбуждение ДД.ММ.ГГГГ заместителем руководителя следственного отдела уголовного дела по ч.1 ст.139 УК РФ по данному факту при отсутствии заявления БЛС (т.1 л.д.42-43) являлось законным и обоснованным, поскольку потерпевший в силу своей насильственной смерти не мог самостоятельно защитить свои права и законные интересы. 

В судебном заседании подсудимые ФИО3 и ФИО4 факт применения физического насилия к БЛС, в результате которого наступила его смерть, не отрицали и не оспаривали. 

Вместе с тем утверждали, что каждым из них было нанесено потерпевшему меньшее количество ударов, чем указано в предъявленном им обвинении.

Указанные показания подсудимых в части количества нанесенных ударов суд отвергает, поскольку они опровергаются их собственными признательными показаниями, данными в ходе предварительного расследования. 

Так, на стадии расследования ФИО3 и ФИО4 были даны развернутые признательные показания, в том числе о количестве, характере и локализации нанесенных потерпевшему ударов, которые соответствуют фактическим обстоятельствам преступления, установленным судом.

Оценивая эти показания как достоверные, суд исходит из того, что они в деталях согласуются между собой, являются последовательными и подробными, а также подтверждены иными доказательствами по делу, в том числе показаниями свидетелей, протоколами следственных действий и заключениями экспертов.

Доводы ФИО3 и ФИО4 о том, что они подписывали протоколы допросов у следователя, не знакомясь с их содержанием, суд находит несостоятельными.

Как следует из материалов уголовного дела, каждый из подсудимых был ознакомлен с протоколами своих допросов путем личного прочтения, что удостоверено их подписями. Замечаний и заявлений от участвующих лиц не поступало. Данных о влиянии следователя и оперативных сотрудников полиции на содержание приведенных показаний не имеется. Все следственные действия проведены с участием защитников. ФИО3 и ФИО4 были разъяснены положения ст.51 Конституции РФ и права, соответствующие их процессуальному статусу, в том числе об использовании этих показаний в качестве доказательств и в случае последующего отказа от них. 

Таким образом, показания подсудимых ФИО3 и ФИО4, данные на стадии предварительного расследования, получены без нарушения уголовно-процессуального закона, и имеют отношение к существу предъявленного им обвинения, в связи с чем суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными и принимает за основу своих выводов. 

В соответствии с п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 года № 1 «О судебной практике по делам об убийстве» убийство признается совершенным группой лиц, когда два или более лица, действуя совместно с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего, применяя к нему насилие, причем необязательно, чтобы повреждения, повлекшие смерть, были причинены каждым из них (например, один подавлял сопротивление потерпевшего, лишал его возможности защищаться, а другой причинил ему смертельные повреждения). 

Вопреки доводам стороны защиты о наличии у подсудимых единого умысла, направленного на убийство БЛС, свидетельствуют характер и последовательность их совместных действий, количество, интенсивность и способ нанесенных потерпевшему ударов, а также применение (ФИО3) с этой целью предметов – металлической лопаты, а затем и черенка от этой лопаты, которые значительно увеличивают силу ударов и травматическое воздействие.

Так, в судебном заседании на основании показаний ФИО3 и ФИО4, данных на стадии предварительного расследования, установлено, что как только подсудимые вошли в хозяйственную постройку и обнаружили БЛС, они сразу же стали наносить ему со значительной силой множественные удары руками и ногами в голову. Вытащив потерпевшего на улицу, ФИО3 и ФИО4 продолжили его избивать, нанося множественные удары металлической лопатой и черенком от лопаты (ФИО3), а также ногами (ФИО4) в область головы, шеи, туловища и конечностей. ФИО3 также положил черенок от лопаты на шею БЛС и несколько раз вставал на него ногами, производя тем самым удушение. В результате указанных действий потерпевшему были причинены телесные повреждения, повлекшие его смерть на месте происшествия.

Таким образом, ФИО3 и ФИО4, действуя согласованно, объединяя свои усилия при избиении потерпевшего, умышленно и целенаправленно нанесли ему множество ударов именно в те части тела – в голову, шею и туловище, где расположены жизненно важные органы, а ФИО3, кроме того, пытался лишить БЛС возможности дышать.

О значительной силе таких ударов (нанесенных как руками и ногами, так и металлической лопатой, а также черенком от лопаты), свидетельствует характер причиненных БЛС телесных повреждений в виде открытой черепно-мозговой травмы и закрытой травмы шеи, а также фактические обстоятельства совершенного преступления, согласно которым в результате нанесения ударов лопатой потерпевшему, у нее сломался черенок. 

Как установлено в судебном заседании, удары ФИО3 и ФИО4 наносились поочередно и без разрыва во времени, при этом каждый из подсудимых осознавал противоправность действий другого, характер примененного к потерпевшему насилия, наблюдая за ухудшением его состояния после очередного ударного воздействия. 

При этом о наличии у подсудимых совместного умысла на убийство свидетельствует и то обстоятельство, что после слов ФИО4 «пора кончать с ним, все равно он не жилец», ФИО3 нанес БЛС удары черенком по голове, после чего потерпевший перестал подавать признаки жизни. 

С учетом характера примененного насилия и поведения подсудимых, как во время, так и после происшествия (совершение активных действий по сокрытию убийства и следов совершенного ими преступления) суд приходит к выводу, что ФИО3 и ФИО4 объединили свои усилия при избиении потерпевшего, предвидели возможность его гибели, поэтому наступивший преступный результат в виде смерти БЛС является для них общим.

Мотивом указанных действий ФИО3 и ФИО4 явилась личная неприязнь к БЛС, вызванная тем, что ранее потерпевший взял у ФИО3 зарядное устройство для портативного телевизора и длительное время не возвращал, а также тем, что БЛС сообщил ВГК о ранее примененном к нему насилии со стороны подсудимых. 

При этом отсутствие при задержании у ФИО3 и ФИО4 телесных повреждений свидетельствует о том, что какого-либо противоправного воздействия на них со стороны потерпевшего не имелось.

Также в ходе судебного заседания нашел свое подтверждение и такой квалифицирующий признак, как совершение убийства с особой жестокостью.

В силу п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 года № 1 «О судебной практике по делам об убийстве» наличие указанного признака определяется не только способом совершения преступления, но и другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным особой жестокости. При этом необходимо установить, что умыслом виновного охватывалось причинение потерпевшему особых страданий и мучений. Особая жестокость может выражаться, в частности, в пытках, истязании, глумлении над потерпевшим, причинении ему особых страданий в процессе лишения жизни (нанесение большого количества телесных повреждений). 

На наличие в действиях ФИО3 и ФИО4 особой жестокости при совершении убийства БЛС указывает не только количество причиненных потерпевшему прижизненных телесных повреждений, но и избранный подсудимыми особо болезненный способ насилия: нанесение ударов не только руками и ногами, но и иными предметами (металлической лопатой, черенком от лопаты), то есть орудиями, применение которых значительно увеличивает последствия травмирующего воздействия, а также нанесение ударов в ногу шилом и неустановленным тупым твердым предметом, которое носило характер издевательства и глумления над потерпевшим.

О желании подсудимых причинить БЛС особые страдания и мучения свидетельствуют и действия подсудимого ФИО3, который, производя удушение, убирал ноги с черенка лопаты, давая потерпевшему возможность отдышаться, а потом повторял свои действия. 

Совершение ФИО3 и ФИО4 указанных насильственных действий в отношении БЛС не могло привести к немедленной его смерти, однако причиняло ему сильную физическую боль и страдания в течение длительного периода времени. 

Несмотря на то, что ФИО4 ударов БЛС лопатой и черенком не наносил, удушение его не производил, в это время он находился рядом с ФИО3, продолжая избивать потерпевшего, тем самым одобряя и соглашаясь с действиями ФИО3, что указывает на наличие у подсудимых совместного умысла на убийство потерпевшего с особой жестокостью. 

Приставление ФИО4 во время избиения ножа к шее БЛС и высказывание последнему ФИО3 требования «выкопать себе яму», то есть могилу, также расценивается судом как проявление особой жестокости, связанное с причинением потерпевшему особых психических страданий. 

Помимо этого, об особой жестокости при совершении преступления в отношении БЛС свидетельствует и сама причина его смерти – совокупность множественных телесных повреждений, сочетавшихся по времени и взаимно отягощающих друг друга, осложнившихся закономерным развитием травматического шока.

Таким образом, суд приходит к выводу, что при совершении убийства БЛС испытывал особые физические и психические страдания, что осознавалось подсудимыми, поскольку потерпевший кричал от боли, хрипел, плакал и просил их прекратить свои действия. 

Как следует из предъявленного обвинения, ФИО4 в процессе нанесения им и ФИО3 ударов БЛС, с целью убийства, действуя совместно и согласованно с ФИО3, умышленно нанес БЛС принесенным с собой ножом удар в область груди и живота, причинив последнему телесное повреждение характера резаной раны на передней поверхности груди и живота, которая расценивается как легкий вред здоровью по признаку временного расстройства здоровья продолжительностью до трех недель (до 21-го дня). 

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы по материалам дела высказать достоверное суждение о прижизненном либо посмертном образовании резаной раны на передней поверхности груди и живота БЛС не представляется возможным ввиду отсутствия необходимых для этого объективных диагностических признаков, в связи с чем данное повреждение учету при решении вопроса о степени тяжести причиненного вреда здоровью и причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшего не подлежит (т.2 л.д.185-207). 

Принимавший участие в проведении указанной экспертизы судебно-медицинский эксперт УАВ. сообщил, что поскольку при проведении аутопсии трупа БЛС не было отмечено наличие либо отсутствие кровоизлияний в области указанной раны, а изъятие из нее образцов мягких тканей для гистологического исследования не производилось, то достоверно высказаться о прижизненном характере ее образования не представляется возможным (т.2 л.д.220-222).

В ходе предварительного расследования ФИО4 категорически отрицал факт прижизненного причинения им БЛС резаной раны груди и живота, допуская при этом возможность нанесения указанного телесного повреждения после смерти потерпевшего (т.5 л.д.7-10).

Подсудимый ФИО3 как на стадии предварительного расследования, так и в судебном заседании утверждал, что ударов ножом БЛС он не наносил. Ударял ли ФИО4 ножом потерпевшего, он не видел. 

В силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих, толкуются в пользу подсудимого. 

Поскольку исследованные в судебном заседании доказательства не дают достаточных оснований для выводов о том, что образование резаной раны передней поверхности груди и живота БЛС носило прижизненный характер, указание на это подлежит исключению из предъявленного подсудимым обвинения. 

Изложенное не влечет изменения квалификации содеянного ФИО3 и ФИО4 и не влияет на выводы суда о причине смерти БЛС, поскольку, как следует из заключения экспертов, указанная резаная рана не учитывалась при решении вопроса о степени тяжести причиненного вреда здоровью потерпевшего и причинно-следственной связи с наступлением его смерти. 

С учетом указанного суд квалифицирует действия ФИО3 и ФИО4:

- по ч.1 ст.139 УК РФ как незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица;

- по п.п. «д, ж» ч.2 ст.105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное с особой жестокостью, группой лиц. 

Согласно заключениям комиссии экспертов психиатров-психологов ФИО3 и ФИО4 страдают психическим расстройством в форме синдрома зависимости от алкоголя, средняя стадия, воздержание в условиях, исключающих употребление и страдали им во время совершения инкриминируемых деяний. Указанное психическое расстройство не относится (в рамках ст.21 УК РФ) к категории временных, хронических или иных психических расстройств.

В период совершения инкриминируемых деликтов ФИО3 и ФИО4 находились в состоянии простого алкогольного опьянения с достаточной ориентировкой в окружающем, последовательными и целеноправленными действиями. Психические расстройства подсудимых не сопровождались какой-либо психотической симптоматикой, расстройствами сознания, болезненными волевыми расстройствами, по своему психическому состоянию они могли и могут осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать по ним показания и принимать участие в судебно-следственных действиях. В принудительных мерах медицинского характера подсудимые не нуждаются. 

Индивидуально-психологические особенности ФИО3 и ФИО4 не оказали существенного влияния на их поведение (т.3 л.д.8-11, 20-23).

Выводы экспертных комиссий оформлены надлежащим образом, мотивированы, объективно подтверждаются обстоятельствами дела, в связи с чем оснований сомневаться в их достоверности у суда не имеется. 

Под диспансерным наблюдением у нарколога и психиатра ФИО3 и ФИО4 не состоят (т.5 л.д.119, 204). 

С учетом изложенного, исходя из данных о личности подсудимых, их адекватного поведения на всех стадиях уголовного судопроизводства, суд признает ФИО3 и ФИО4 вменяемыми, подлежащими уголовной ответственности и наказанию. 

При назначении им наказания в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личности виновных, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначаемого наказания на исправление подсудимых и на условия жизни их семей.

ФИО3 и ФИО4 совершили два умышленных преступления против конституционных прав граждан и против жизни человека, которые в силу ч.2 и ч.5 ст.15 УК РФ относятся к категориям небольшой тяжести и особо тяжких. 

Исходя из фактических обстоятельств дела, степени общественной опасности содеянного, оснований для изменения категории преступления, предусмотренного п.п. «д, ж» ч.2 ст.105 УК РФ, на менее тяжкую в порядке ч.6 ст.15 УК РФ суд не усматривает. 

В соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ суд признает в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО3 и ФИО4 по каждому из инкриминируемых им деяний, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию других соучастников.

Об этом свидетельствуют подробные признательные показания подсудимых об обстоятельствах совершенных преступлений, данные ими на стадии предварительного расследования и подтвержденные при проверке показаний на месте. 

Как следует из материалов уголовного дела, непосредственно после возбуждения уголовного дела по факту обнаружения трупа БЛС с признаками насильственной смерти следователем был допрошен ФИО3, который сообщил о своей и ФИО4 причастности к незаконному проникновению в жилище и к убийству потерпевшего (т.1 л.д.226-231). На момент этого допроса орган предварительного расследования не располагал информацией о лицах, совершивших указанные преступления. 

Исходя из изложенного, суд расценивает данные показания ФИО3 как его явку с повинной и в силу п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ признает ее обстоятельством, смягчающим наказание по каждому из совершенных этим подсудимым преступлений.

Так же на основании п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ суд признает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимому ФИО4 по преступлениям, предусмотренным ч.1 ст.139 УК РФ, п.п. «д, ж» ч.2 ст.105 УК РФ, – наличие у него малолетнего ребенка.

Признавая данное обстоятельство, смягчающим наказание, суд исходит из того, что в судебном заседании ФИО4 сообщил о наличии у него малолетнего ребенка, которому он помогает материально, перечисляя денежные средства его матери, что стороной обвинения не опровергнуто.

В судебном заседании установлено, что при совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.139 УК РФ, ФИО3 и ФИО4 действовали в составе группы лиц по предварительному сговору, в связи с чем на основании п. «в» ч.1 ст.63 УК РФ суд признает это обстоятельство, отягчающим наказание каждого из подсудимых по указанному преступлению. 

Согласно ч.1.1 ст.63 УК РФ суд в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Факт употребления ФИО3 и ФИО4 непосредственно перед совершением преступлений спиртных напитков подтверждается показаниями свидетеля ГГГ и подсудимыми не оспаривается.

Как следует из показаний ФИО4, его агрессия при совершении преступлений была обусловлена употреблением спиртных напитков. В трезвом состоянии он бы подобного не совершил. 

Таким образом, именно состояние алкогольного опьянения, вызванное добровольным употреблением каждым из подсудимых значительного количества спиртного, ослабило внутренний контроль за их поведением, способствовало проявлению агрессии и вызвало желание совершить преступления. 

С учетом изложенного, суд в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ признает обстоятельством, отягчающим наказание подсудимых ФИО3 и ФИО4, по каждому преступлению – совершение их в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО4 по всем преступлениям, в соответствии с п. «а» ч.1 ст.63 УК РФ суд признает рецидив преступлений. 

При этом вид рецидива у ФИО4 по преступлению, предусмотренному п.п. «д, ж» ч.2 ст.105 УК РФ, является особо опасным (п. «б» ч.3 ст.18 УК РФ). 

Подсудимые характеризуются следующим образом.

ФИО3 ранее не судим (т.5 л.д.112, 113), по месту жительства главой МО «Климовское» характеризуется удовлетворительно, проживает с матерью, жалоб на его поведение в быту от соседей не поступало (т.5 л.д.141).

Согласно характеристике от участкового уполномоченного полиции ФИО3 злоупотребляет спиртными напитками, в состоянии опьянения вспыльчив и агрессивен (т.5 л.д.121). 

За время учебы в МБОУ «Климовская средняя школа» ФИО3 проявил себя как слабоуспевающий ученик, не проявляющий старания в учебе. На уроках был неактивен, не всегда собран, обладал неустойчивым вниманием. Кроме того, иногда был эмоционально неустойчив, в сложных ситуациях возможны импульсивность и агрессивность. Не прошел государственную итоговую аттестацию и получил справку об обучении за курс основного общего образования (т.5 л.д.144).

По месту военной службы ФИО3 зарекомендовал себя дисциплинированным и исполнительным военнослужащим. Свою военную специальность освоил в полном объеме. Воинскую дисциплину соблюдал. К командирам и начальникам относился с уважением, на критику реагировал адекватно. Все поставленные задачи выполнял качественно. Имел поощрение от командования части. По характеру спокоен, доброжелателен, уравновешен, в коллективе пользовался заслуженным авторитетом (т.5 л.д.147).

В судебном заседании мать подсудимого – БСП охарактеризовала сына с положительной стороны. Он всегда помогал ей в домашних делах и по хозяйству. Кроме того, БСП сообщила о наличии у нее хронических заболеваний. 

ФИО4 ранее судим (т.5 л.д.160-161, 162-163, 185-187, 193-195), по месту жительства характеризуется удовлетворительно, нигде не работает, проживает с матерью и сестрой, злоупотребляет спиртными напитками, жалоб от соседей на его поведение в быту не поступало (т.5 л.д.207, 209, 216). 

По месту отбывания наказания в виде лишения свободы в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Архангельской области по приговору от 30 марта 2006 года ФИО4 характеризуется удовлетворительно. Трудоустроен не был. За незначительные нарушения установленного порядка отбывания наказания неоднократно проводились беседы профилактического характера. Один раз поощрялся за активное участие в общественной жизни учреждения. На мероприятия воспитательного характера внешне реагировал правильно, делал соответствующие выводы (т.5 л.д.223). 

Объективность данных, характеризующих подсудимых, сомнений у суда не вызывает, поскольку характеристики составлены соответствующими должностными лицами, заверены их подписями и печатями.

С учетом всех обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, а также данных о личности подсудимых суд приходит к выводу, что достижение целей наказания, установленных ст.43 УК РФ, возможно только в условиях изоляции ФИО3 и ФИО4 от общества, а потому считает необходимым назначить каждому из них за преступление, предусмотренное п.п. «д, ж» ч.2 ст.105 УК РФ, лишение свободы с обязательным дополнительным наказанием в виде ограничения свободы. 

При этом за преступление, предусмотренное ч.1 ст.139 УК РФ, каждому из них следует назначить наказание в виде исправительных работ.

Фактических и правовых оснований для применения к подсудимым ст.64 и ст.73 УК РФ, а к ФИО4 также и ч.3 ст.68 УК РФ суд не усматривает.

Вместе с тем при назначении ФИО3 и ФИО4 наказания и определении его размера суд учитывает характер и степень фактического участия каждого из них в совершении групповых преступлений, наличие вышеуказанных смягчающих и отягчающих обстоятельств, состояние здоровья подсудимых и их близких родственников. 

В связи с наличием обстоятельств, отягчающих наказание, оснований для применения к подсудимым положений ч.1 ст.62 УК РФ не имеется. 

Исходя из всех обстоятельств содеянного ФИО3 и ФИО4, а также учитывая данные о их личностях, наказание им по совокупности преступлений в порядке ч.3 ст.69 УК РФ суд назначает путем частичного сложения наказаний за каждое из них.

При этом при назначении наказания по совокупности преступлений суд учитывает положения п. «в» ч.1 ст.71 УК РФ, в силу которого три дня исправительных работ соответствуют одному дню лишения свободы. 

Отбывать наказание ФИО3 согласно п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ надлежит в исправительной колонии строгого режима, поскольку он осуждается за совершение особо тяжкого преступления. 

С учетом того, что вид рецидива у подсудимого ФИО4 является особо опасным, в соответствии с п. «г» ч.1 ст.58 УК РФ суд определяет ему местом отбывания наказания исправительную колонию особого режима. 

Руководствуясь п.10 ч.1 ст.308, ст.ст. 97, 108-110 УПК РФ, в целях обеспечения исполнения приговора на период апелляционного обжалования ранее избранную подсудимым меру пресечения суд оставляет без изменения.

В соответствии со ст. 72 УК РФ время содержания подсудимых под стражей до вступления приговора в законную силу засчитывается в сроки лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого или особого режима. 

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО3 и ФИО4 содержатся под стражей с 17 сентября 2017 года (т.4 л.д.46-49, 172-175). 

Разрешая вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд руководствуется ч.3 ст.81 УПК РФ и с учетом мнения участников судебного разбирательства приходит к следующему:

- фрагменты газеты, бумаги, шторы и одеяла со следами вещества бурого цвета, нож, шариковую ручку, спортивную куртку, два фрагмента черенка лопаты, железную часть лопаты, фрагменты одежды темно-синего цвета, сланец, футболку, фрагмент ножа (клинок), три фрагмента одежды, фрагмент филенки двери, как не представляющие ценности, надлежит уничтожить;

- детализацию телефонных соединений абонентских номеров № необходимо хранить при уголовном деле;

- пару мужских кожаных ботинок следует вернуть их владельцу – ФИО4 либо лицу, представляющему его интересы в установленном законом порядке, а в случае отказа в получении – уничтожить;

- камуфляжные брюки, пару перчаток, свитер (рубаху) ФИО4, как невостребованные указанным подсудимым, надлежит уничтожить (т.3 л.д.190-191, 192). 

В то же время суд не разрешает вопрос о судьбе фрагментов мобильного телефона, шила и ткани светло-голубого цвета, признанных вещественными доказательствами, поскольку, как следует из материалов уголовного дела, указанные вещественные доказательства были утрачены на стадии предварительного расследования (т.3 л.д.176-177, 178, 179-189). 

В ходе судебного разбирательства и при производстве предварительного следствия подсудимым ФИО3 и ФИО4 оказывалась юридическая помощь адвокатами, участвующими по назначению следователя и суда.

За оказание такой помощи адвокатам из федерального бюджета было выплачено вознаграждение:

- за защиту ФИО3 на стадии предварительного расследования – 52 122 рубля, из которых 4 080 рублей адвокату Щеколдину А.А. (т.6 л.д.35-36), 41 174 рубля адвокату Костив А.Ю. (т.6 л.д.38-39), 4 828 рублей адвокату Лосеву В.В. (т.6 л.д.56-57), 2 040 рублей адвокату Коростелевой А.М. (т.6 л.д.83-84) и в ходе судебного разбирательства – 30 600 рублей, из которых 4 080 рублей адвокату Трусовой Ю.В., 26 520 рублей адвокату Фролову И.В., а всего на общую сумму 82 722 рубля; 

- за защиту ФИО4 на стадии предварительного расследования – 53 414 рублей, из которых 51 374 рубля адвокату Стрежневу А.В. (т.6 л.д.59-60), 2 040 рублей адвокату Полутренко Е.А. (т.6 л.д.85-86) и в ходе судебного разбирательства – 30 600 рублей, из которых 4 080 рублей адвокату Мореву В.К., 26 520 рублей адвокату Резановой С.Е., а всего на общую сумму 84 014 рублей. 

В соответствии с п.5 ч.2 ст.131 УПК РФ указанные расходы являются процессуальными издержками, которые взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Подсудимые ФИО3 и ФИО4 возражали против взыскания с них расходов по оплате услуг защитников, ссылаясь на свое затруднительное материальное положение.

Из материалов уголовного дела следует, что подсудимые от услуг назначенных им защитников, как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании, не отказывались.

Разрешая вопрос о распределении процессуальных издержек, суд учитывает мнение сторон и исходит из того, что ФИО3 и ФИО4 осуждаются к лишению свободы на определенный срок, они молоды и трудоспособны, в связи с чем располагают возможностью исполнить приговор суда в части имущественных взысканий. 

При таких обстоятельствах суд полагает необходимым взыскать с подсудимых ФИО3 и ФИО4 в доход федерального бюджета процессуальные издержки:

- с подсудимого ФИО3 в сумме 82 722 рубля; 

- с подсудимого ФИО4 в сумме 84 014 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 302, 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО3 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.139, п.п. «д, ж» ч.2 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ч.1 ст.139 УК РФ в виде исправительных работ в местах, определяемых органами местного самоуправления, на срок 8 (восемь) месяцев с удержанием в доход государства 15% заработной платы; 

- по п.п. «д, ж» ч.2 ст.105 УК РФ в виде лишения свободы на срок 16 (шестнадцать) лет с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев. 

На основании ч.3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно назначить ФИО3 по совокупности преступлений наказание в виде лишения свободы на срок 16 (шестнадцать) лет 1 (один) месяц с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установить ФИО3 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 

возложив на ФИО3 обязанность являться в указанный специализированный государственный орган два раза в месяц для регистрации.

Местом отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО3 определить исправительную колонию строгого режима.

Срок отбывания ФИО3 наказания в виде лишения свободы исчислять с 07 декабря 2018 года.

Зачесть ФИО3 в срок лишения свободы время его содержания под стражей в период с 17 сентября 2017 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Меру пресечения ФИО3 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения. 

ФИО4 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.139, п.п. «д, ж» ч.2 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ч.1 ст.139 УК РФ в виде исправительных работ в местах, определяемых органами местного самоуправления, на срок 9 (девять) месяцев с удержанием в доход государства 15% заработной платы; 

- по п.п. «д, ж» ч.2 ст.105 УК РФ в виде лишения свободы на срок 17 (семнадцать) лет с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев. 

На основании ч.3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно назначить ФИО4 по совокупности преступлений наказание в виде лишения свободы на срок 17 (семнадцать) лет 1 (один) месяц с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установить ФИО4 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 

возложив на ФИО4 обязанность являться в указанный специализированный государственный орган два раза в месяц для регистрации.

Местом отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО4 определить исправительную колонию особого режима.

Срок отбывания ФИО4 наказания в виде лишения свободы исчислять с 07 декабря 2018 года.

Зачесть ФИО4 в срок лишения свободы время его содержания под стражей в период с 17 сентября 2017 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Меру пресечения ФИО4 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения. 

Вещественные доказательства:

- фрагменты газеты, бумаги, шторы и одеяла со следами вещества бурого цвета, нож, шариковую ручку, спортивную куртку, два фрагмента черенка лопаты, железную часть лопаты, фрагменты одежды темно-синего цвета, сланец, футболку, фрагмент ножа (клинок), три фрагмента одежды, фрагмент филенки двери, как не представляющие ценности, – уничтожить;

- детализацию телефонных соединений абонентских номеров № – хранить при уголовном деле;

- пару мужских кожаных ботинок – вернуть их владельцу – ФИО4 либо лицу, представляющему его интересы в установленном законом порядке, а в случае отказа в получении – уничтожить;

- камуфляжные брюки, пару перчаток, свитер (рубаху) ФИО4, как невостребованные указанным подсудимым, – уничтожить.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде сумм, выплаченных адвокатам за оказание юридической помощи, в размере 82 722 (Восемьдесят две тысячи семьсот двадцать два) рубля.

Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде сумм, выплаченных адвокатам за оказание юридической помощи, в размере 84 014 (Восемьдесят четыре тысячи четырнадцать) рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации через Архангельский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции как лично, так и с помощью защитника, о чем необходимо указать в своей апелляционной жалобе, а в случае подачи апелляционного представления или жалобы другого лица – в отдельном ходатайстве или возражениях на них в течение 10 суток со дня вручения копии представления или жалобы.

Осужденные также вправе ходатайствовать об апелляционном рассмотрении дела с участием защитника, о чём должны подать в суд, постановивший приговор, соответствующее заявление в срок, установленный для подачи возражений на апелляционные жалобы (представление).

Председательствующий А.С. Саладин