Дело № 2-134/2018

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Молчаново 11 октября 2018 года

Молчановский районный суд Томской области в составе:

председательствующей судьи Дубасовой Т.М., 

при секретаре судебного заседания Климовой Г.Н.,

с участием:

заместителя прокурора Молчановского района Томской области Бессмертных Ю.Н., 

истца, законного представителя несовершеннолетнего ФИО1, ФИО2,

представителя истца ФИО2 – ФИО3, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности от 06.03.2018,

представителя ответчика ООО «Речной порт Нефтеюганск» - ФИО4, действующего на основании доверенности /__/,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1, к Обществу с ограниченной ответственностью «Речной порт Нефтеюганск» о признании недействительным акта о расследовании несчастного случая, о признании несчастного случая связанным с производством, возложении обязанности по составлению акта по форме Н-1, обязании направления копии акта формы Н-1 в фонд социального страхования, взыскании расходов на погребение и денежной компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего /__/ ФИО1, обратилась в суд с исковым заявлением к ООО «Речной порт Нефтеюганск», в котором просит признать недействительным акт расследования несчастного случая со смертельным исходом от 18.11.2016; признать несчастный случай со смертельным исходом, произошедший с К. 02.11.2016, связанным с производством; возложить обязанность на ООО «Речной порт Нефтеюганск» составить акт по форме Н-1; обязать ООО «Речной порт Нефтеюганск» направить копию акта формы Н-1 в Фонд социального страхования; взыскать с ООО «Речной порт Нефтеюганск» в её пользу расходы, связанные с копкой могилы в размере 6000 рублей; взыскать с ООО «Речной порт Нефтеюганск» в её и ФИО1 пользу компенсацию морального вреда в размере 1500000 рублей по 750000 рублей на каждого.

В обоснование заявленных требований указала, что К. работал в ООО «Речной порт Нефтеюганск» в должности старшего электромеханика-шкипера. Общий стаж работы в указанной организации составил 12 лет 2 месяца. 2 ноября 2016 года в Нефтеюганский межрайонный следственный отдел поступило сообщение о том, что с палубы плавкрана, расположенного в речном порту /__/ пропал К., предположительно утонул. 03 ноября 2016 года в ходе осмотра палубы ПК-15, в районе речного порта, был обнаружен труп К. без признаков насильственной смерти. Согласно заключению эксперта, дата наступления смерти К. – 03.11.2016. В период с 02.11.2016 по 18.11.2016 было проведено служебное расследование несчастного случая со смертельным исходом, по результатам которого был составлен акт от 18.11.2016 по форме-4. Согласно пунктам 6, 7, указанного акта, несчастный случай со смертельным исходом квалифицирован как не связанный с производством, а К. признан ответственным за допущенные нарушения норм права, явившихся причинами несчастного случая. Согласно пункту 5 акта в качестве основной причины, вызвавшей наступление несчастного случая, названа неудовлетворительная организация работ.

Не согласившись с выводами комиссии в части признания указанного несчастного случая не связанным с производством, истец считает, что указанный несчастный случай произошел на рабочем месте. Ссылается на то, что К. проживал в специально оборудованной каюте, расположенной на плавкране. Иного места для нахождения где-либо во время отдыха работодателем не было предоставлено, поэтому нахождение на рабочем месте, в том числе, во время установленного перерыва, - условие работодателя, и должно быть включено в рабочее время, так как связано с особенностями выполнения К. трудовой функции в качестве старшего электромеханика-шкипера, отвечающего за весь процесс проведения ремонтных работ на плавательном судне. Полагает, что фактические данные указывают на то, что К. осуществлял действия в интересах работодателя, в том числе, и вне установленного рабочего времени, например, проводил 01.11.2016 в 00 часов 00 минут инструктаж, а также в вечернее время поднимался на палубу для осмотра машинного отделения плавкрана. Считает, что статья 227 Трудового кодекса распространяет свое действие и на время установленных перерывов, как на «иные правомерные действия, обусловленные трудовыми отношениями с работодателем» и конкретизирует, что расследованию подлежат случаи, которые произошли в период работы вахтовым методом во время междусменного отдыха, при нахождении на судне в свободное от вахты и судовых работ время. Указание на точное время (5 часов 30 минут) в акте расследования несчастного случая со смертельным исходом от 18.11.2016, в течение которого произошел несчастный случай, считает необоснованным, поскольку данный вывод основан только на предположении Р., о том, что он проснулся в 5 часов 30 минут от шагов на палубе.

Истец, согласившись с выводом комиссии в пункте 5 акта расследования от 18.11.2016 в том, что причина несчастного случая – это неудовлетворительная организация работ работодателем, полагает, что комиссией неверно применена статья 214 Трудового кодекса Российской Федерации, которая не возлагает обязанность на работника по какой-либо организации работ, кроме того комиссия не уточняет, какую именно инструкцию 78 п. 12 она имела в виду. Считает, что пункт 6 акта расследования от 18.11.2016, в части возложения ответственности за несчастный случай со смертельным исходом на К. недействительным, поскольку работодатель в нарушение статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации не обеспечил обучение и инструктаж по охране труда, стажировку К. и допустил его к работе, следовательно, ответственность за допущенные нарушения должна лежать на работодателе.

Полагает, что поскольку ответчик не признал несчастный случай со смертельным исходом, произошедший 02.11.2016, связанным с производством, не утвердил соответствующий акт расследования и не направил его в страховую компанию, то нарушил ее право на обеспечение по обязательному социальному страхованию.

В качестве правового обоснования заявленных исковых требований ФИО2 указаны положения статей 1064, 1088, 1089 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 109, 184, 212, 214, 227, 228, 230 Трудового кодекса Российской Федерации, статей 1, 5, 7 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», пункт 6 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», пункты 1, 8, 24 «Правил по охране труда на судах морского и речного флота», утвержденных приказом Минтруда России от 05.06.2014 № 367н, пункт 3 «Инструкции о порядке применения Правил возмещения предприятиями, учреждениями, организациями ущерба, причиненного рабочим и служащим увечьем либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей», утвержденной Постановлением Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 13.02.1985 № 50/П-2, пункт 26 «Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях», утвержденного Постановлением Минтруда России от 24.10.2002 № 73.

Определением суда от 14.08.2018 по ходатайству представителя ответчика ООО «Речной порт Нефтеюганск» - ФИО4, к участию в гражданском деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, привлечены Государственное учреждение – Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, Государственная инспекция труда в Ханты-Мансийском автономном округе – Югре (т. 1 л.д. 170-172).

Определением суда от 25.09.2018 по ходатайству представителя третьего лица - Государственного учреждения – Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, к участию в гражданском деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, привлечено Государственное учреждение – региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре.

В судебном заседании истец, законный представитель несовершеннолетнего ФИО1, ФИО2 и её представитель ФИО3, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности от 06.03.2018, исковые требования поддержали и привели доводы аналогичные изложенные в исковом заявлении. В части требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 1500000 рублей, по 750 рублей на каждого, ФИО2 дополнительно пояснила, что она и её семья потеряли кормильца, ребенок потерял отца, не стало семьи, отсутствует мужское воспитание, у сына стали возникать затруднения с учебой, появились тройки. 

Представитель ответчика ООО «Речной порт Нефтеюганск» - ФИО4, действующий на основании доверенности /__/, в письменном возражении на исковое заявление (т. 1 л.д. 192-196) и дополнениях к нему (т. 2 л.д.243-244) в удовлетворении исковых требований просил отказать. Полагает, со ссылкой на положения статьи 231 Трудового кодекса Российской Федерации, что истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования разногласий и споров, поскольку законодательство установило императивную норму о необходимости досудебного обращения в государственную инспекцию труда, при наличии каких-либо разногласий связанных с расследованием несчастного случая. Кроме того полагает, ссылаясь на положения статей 231, 381, 386, 392 Трудового кодекса Российской Федерации, что истцом пропущен срок обжалования акта расследования несчастного случая со смертельным исходом от 18.11.2016. Утверждает, что на основании собранных документов и материалов комиссия по расследованию несчастного случая обоснованно установила, что несчастный случай со смертельным исходом, произошедший 02.11.2016, ориентировочно в 5 часов 30 минут со старшим электромехаником – шкипером ООО «Речной порт Нефтеюганск» К. произошел в тот момент, когда работник не участвовал в производственной деятельности предприятия, находился не при исполнении своих обязанностей или при выполнении какой-либо работы по поручению предприятия, что его действия совершались не в интересах работодателя, поэтому комиссия квалифицировала данный несчастный случай как не связанный с производством, который не подлежит учету и регистрации в ООО «Речной порт Нефтеюганск» и не оформляется актом на форме Н-1. Считает, что работником К. нарушены требования охраны труда: оставил не закрытые цепочки леерного ограждения палубы, вышел на палубу в несоответствующей нормам и требованиям СИЗ обуви (сланцы), поскольку согласно статье 214 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан соблюдать требования охраны труда, а старший электромеханик – шкипер К. сам являлся руководителем и ответственным лицом за охрану труда на плавкране ПК-15.

При этом ссылаясь на положения статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 302 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» представитель ответчика полагает, что истцом существенно завышен размер компенсации морального вреда, сумма требуемая истцом неразумна, а выплата морального вреда в размерах указанных истцом, несомненно, повлечет изменения в организационной структуре Общества, уменьшение или сокращение работников, иные неблагоприятные последствия, поскольку ответчик не обладает запасом финансовой прочности и ликвидности для удовлетворения исковых требований истца. Кроме того ООО «Речной порт Нефтеюганск» была оказана материальная помощь истцу в размере 30 тыс. рублей, была организована и оплачена транспортировка тела погибшего из /__/ до места захоронения.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4, действующий на основании доверенности /__/, с исковыми требованиями не согласился по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениях к нему, излагая правовую позицию ООО «Речной порт Нефтеюганск» утверждал, что несчастный случай со смертельным исходом, произошедший со старшим электромехаником – шкипером К., произошел в тот момент, когда работник не участвовал в производственной деятельности предприятия, находился не при исполнении своих обязанностей или при выполнении какой-либо работы по поручению предприятия, поэтому данный несчастный случай и был квалифицирован как не связанный с производством, и не подлежит учету и регистрации в ООО «Речной порт Нефтеюганск» и не оформляется актом на форме Н-1. 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика Государственного учреждения – Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации в письменном отзыве на исковое заявление (т. 2 л.д. 197-205) в удовлетворении исковых требований просит отказать в полном объеме, ссылаясь на то, что на основании собранных материалов расследования несчастного случая, произошедшего с К. 02.11.2016 г., комиссия обоснованно пришла к выводу о том, что данный несчастный случай не связан с производством, так как в момент несчастного случая старший электромеханик - шкипер ООО «Речной порт Нефтеюганск» К. не исполнял свои должностные обязанности, в производственной деятельности работодателя не участвовал, какую-либо работу по поручению работодателя не выполнял, действий в интересах работодателя не совершал. В этой связи, данный несчастный случай не подпадает под действие Закона № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». В обоснование отзыва ссылается на часть 1 статьи 1, статью 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125 –ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», статьи 227, 229, 230, 231 Трудового кодекса Российской Федерации, Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденное постановлением Минтруда России от 24.10.2002 № 73. 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика Государственного учреждения – региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу –Югре в письменном отзыве на исковое заявление (т. 2 л.д. 208-212) полагает, что доказательств, опровергающих выводы комиссии по расследованию несчастного случая истцом не представлено. Считает, что расследование несчастного случая, произошедшего с К., проведено с соблюдением ст. 227, 229.1-230.1 ТК РФ главным государственным инспектором труда Государственной инспекции труда в ХМАО-Югре Ч. (председатель комиссии) и шестью членами комиссии, в том числе с участием представителя Филиала №3 отделения Фонда. В результате расследования, проведя объективный анализ показаний Р. и И., заключения экспертизы, комиссия по расследованию несчастного случая объективно установила, что несчастный случай со смертельным исходом, произошедший 02.11.2016г. в 5.30 ч. со старшим электромехаником- шкипером К. произошел в тот момент, когда работник не участвовал в производственной деятельности предприятия, находился не при исполнении своих обязанностей или при выполнении работы по поручению работодателя, его действия не совершались в интересах работодателя. Так, дополнительное соглашение к трудовому договору от 31.08.2016г. подтверждает, что К. переведен на «ПК-15», приказ ООО «Речной порт Нефтеюганск» /__/ свидетельствует о том, что «ПК -15» выведен из эксплуатации на горячий отстой (саморемонт судна) с 27.10.2018. Согласно пункту 31 Положения об особенностях режима рабочего времени и времени отдыха работников плавающего состава судов внутреннего транспорта, утвержденного приказом Министерства транспорта РФ от 16 мая 2003 года № 133, рабочее время и время отдыха работников плавсостава в межнавигационный период при их использовании на зимнем отстое, саморемонте и других работах регулируется трудовым законодательством Российской Федерации и правилами внутреннего трудового распорядка организаций. Пунктами 5.1 и 5.2 раздела 5 Правил внутреннего трудового распорядка в ООО «Речной порт Нефтеюганск» установлена 5 дневная рабочая неделя, продолжительность ежедневной работы (рабочее время) с 8.00 до 17.15. (для мужчин). Локальные акты ООО «Речной порт Нефтеюганск» не регулируют вопросы обеспечения жильем работников. Законные основания проживания бригады на ПК- 15 отсутствуют. Один из членов бригады С. каждый день после окончания рабочего времени, то есть после 17.15 ч., уходил домой, остальные оставались на судне. Даже сделав предположение, что часть бригады проживала на «ПК-15» с ведома (разрешения) работодателя), не дают оснований полагать, что все время, проводимое ими на плавкране, в том числе в ночное, следует считать рабочим временем или временем при исполнении своих обязанностей или выполнением работы по поручению работодателя или совершались в интересах работодателя. Комиссией установлено, что К. являлся руководителем бригады и лицом, ответственным за охрану труда на ПК-15, нарушил требования охраны труда оставив не закрытые цепочки на металлических ограждениях, выйдя на палубу 02.11.2016 в 5.30 ч для перекура в несоответствующей нормам и требованиям СИЗ обуви поскользнулся, упал в воду и утонул. Полагает, что комиссия верно квалифицировала и обоснованно пришла к выводу, что несчастный случай, произошедший с К. 02.11.2016г. в 5.30 ч. не связан с производством. Необходимо отметить, что согласно ст.229.2 ТК РФ комиссия при расследовании несчастного случая учитывала все обстоятельства в совокупности. 

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика Государственное учреждение – Томское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, Государственная инспекция труда в Ханты-Мансийском автономном округе – Югре, Государственное учреждение –региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу –Югре, извещенные о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явились, просили рассмотреть дело в свое отсутствие.

В соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО1, представителей третьих лиц. 

Свидетель К.Г. в судебном заседании пояснил, что К. его /__/, с 31 октября 2016 на 01 ноября 2016 года он ночевал у /__/ на плавкране, в его каюте, плавкран находился на горячем отстое, т.е. на ремонте перед сдачей на холодный отстой. У /__/ с коллективом были добрые отношения. /__/ курил на палубе плавкрана. 03.11.2016 года ему сообщили, что с /__/ произошел несчастный случай. По приезду на плавкран он осмотрел место, с которого мог упасть в воду /__/, было видно, что на месте он мог поскользнуться, обратил внимание, что на плавкране проводятся сварочные работы по ограждению. 

Заслушав объяснения истца и его представителя, представителя ответчика, мнение прокурора, полагавшего иск не подлежащим удовлетворению, исследовав представленные доказательства, допросив свидетеля, суд приходит к следующему.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливаются гарантии социальной защиты (часть 2 статья 7); каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статья 37); каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статья 39). Определение же принципов, правил и особенностей различных видов социального обеспечения, включая обеспечение по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, относится к полномочиям законодателя (часть 2 статья 39, пункт «ж» часть 1статья 72 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда», если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

В число таких договорных обязательств входят отношения, вытекающие из трудового договора.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 6 своего постановления от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» со ссылкой на пункт 2 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ также разъяснил, что работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как следует из пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда наступает за виновное причинение вреда, если законом не предусмотрено возмещение вреда при отсутствии вины причинителя.

По смыслу указанных норм права, основанием возникновения обязанности по возмещению вреда служит гражданское правонарушение, выразившееся в причинении вреда другому лицу.

Основаниями для возложения гражданско-правовой ответственности за причинение вреда является совокупность следующих юридически значимых обстоятельств: наличие вреда; вина ответчика, противоправность действий, причинно-следственная связь между допущенными нарушениями и наступившим вредом. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств, правовых оснований для возмещения вреда не имеется.

В соответствие с позицией Верховного суда РФ, изложенной в Постановлении Пленума ВС РФ от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 ТК РФ); указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 ТК РФ); соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 ТК РФ; произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ); имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 ТК РФ), и иные обстоятельства.

В соответствии со статьей 227 Трудового кодекса Российской Федерации, расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве, предоставленном работодателем (его представителем), либо на личном транспортном средстве в случае использования личного транспортного средства в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) или по соглашению сторон трудового договора;

при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком;

при следовании на транспортном средстве в качестве сменщика во время междусменного отдыха (водитель-сменщик на транспортном средстве, проводник или механик рефрижераторной секции в поезде, член бригады почтового вагона и другие);

при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха, а также при нахождении на судне (воздушном, морском, речном) в свободное от вахты и судовых работ время;

при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая.

Статьей 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» установлено, что несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии с пунктом 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного постановлением Минтруда РФ от 24 октября 2002 года № 73, расследуются в установленном порядке, квалифицируются, оформляются и учитываются в соответствии с требованиями статьи 230 Трудового кодекса РФ и настоящего Положения как связанные с производством несчастные случаи, происшедшие с работниками или другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или работ по заданию работодателя (его представителя), а также осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Таким образом, комиссия, проводившая расследование несчастного случая на производстве, устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая и определяет, связан ли несчастный случай с производством, с трудовыми обязанностями или работами по заданию работодателя, осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах или не связан с вышеуказанными обстоятельствами при отсутствии таковых.

Как следует из материалов дела 18.04.2005 между Обществом с ограниченной ответственностью «Речной порт Нефтеюганск» и К. заключен трудовой договор на неопределенный срок, в соответствии с которым К. принят на работу в ООО «Речной порт Нефтеюганск» на плавкран «КПЛ-76» на должность старший электромеханик-крановщик, приказом /__/. Приказом /__/, с 01.09.2016 К. переведен на плавкран «ПК-15» на должность старшего электромеханика-шкипера (т. 1 л.д. 24-25, т. 2 л.д. 8-13). 

Согласно копии должностной инструкции старшего электромеханика-шкипера, утвержденной исполнительным директором ООО «Речной порт Нефтеюганск» С.А. (т. 2 л.д. 3-6), старший электромеханик-шкипер назначается и освобождается от должности руководителем речного порта, непосредственно подчиняется главному диспетчеру по П и ГР (п. 1). Старший электромеханик-шкипер плавкрана выполняет обязанности и пользуется правами капитана транспортного судна и является единоначальником на плавкране (п.п. 1 п. 2), еженедельно осматривает кран и на основании результатов осмотров участвует в планировании объемов работ на ТО-2 и на межнавигационный ремонт (п.п. 8 п. 2), лично руководит ремонтными работами на ТО-2 и в зимний ремонт и обеспечивает их качество и полноту (п.п. 10 п. 2), соблюдает правила техники безопасности при выполнении работ (п.п. 12 п.2). Являясь руководителем и организатором безопасного производства работ и эксплуатации плавкрана, несет полную ответственность за создание и обеспечение безопасных условий труда на своем плавкране и безопасность эксплуатации (п.п. 1 п. 3), обеспечивает правильную организацию и безопасное ведение технологических процессов и производство работ, при использовании судовой техники, в соответствии с утвержденными проектами, технологическими картами и регламентами, планами, паспортами, нарядами, требованиями правил и норм безопасности (п.п. 2 п. 3), регулярно, не реже одного раза в неделю, проверяет состояние плавкрана, его механизмов и рабочих мест, исправность двигателя и оборудования, приспособления и инструментов с записью в вахтенном журнале, постоянно в процессе работы следит за наличием, применением и исправным состоянием средств защиты, спасательных средств, оградительных и предохранительных устройств, устройств автоматического контроля и сигнализации, нормальной освещенностью, за использованием и правильным применением рабочими средств индивидуальной защиты (п.п. 8 п. 3). С должностной инструкцией старшего электромеханика-шкипера К. ознакомлен, о чем свидетельствует его подпись.

Согласно «Уставу службы на судах министерства речного флота РСФСР», утвержденного Приказом Министерства речного флота РСФСР от 30.03.1982 № 30 шкипер несамоходного судна пользуется правами и выполняет обязанности (с учетом назначения и особенностей работы судна), которые изложены в разделе «Капитан». Капитан является единоначальником и руководителем судового экипажа, доверенным лицом судовладельца. Капитан обязан, в том числе, обеспечить соблюдение правил, инструкций, приказов, наставлений и других нормативных документов по обеспечению безопасности судна, людей, грузов, производственной деятельности и технической эксплуатации судна и судовой техники (т. 1 л.д. 95-115).

В соответствии с Инструкцией по охране труда для комсостава на судах (капитан, механик, штурман, помощник механика) № 78 к работе в качестве комсостава могут допускаться лица, в том числе, знающие правила техники безопасности. Капитан, являясь руководителем и организатором безопасного производства работ и эксплуатации судна, несет полную ответственность за создание и обеспечение безопасных условий труда (п.п. 4 п. 1), обеспечивает исправное состояние и безопасную эксплуатацию судна, оборудования, в соответствии с требованиями правил устройств, технической эксплуатации и техники безопасности (пп. 6 п. 1) (т. 2 л.д. 14-35).

Согласно копии карты /__/ специальной оценки условий труда работников от 14.10.2014 проведена оценка условий труда старшего электромеханика-шкипера (т. 2 л.д. 36). 

В соответствии с протоколом оценки эффективности средств индивидуальной защиты на рабочем месте от 27.08.2014 /__/, рабочее место старшего электромеханика- шкипера соответствует требованиям обеспеченности работников СИЗ (т. 2 л.д. 37).

Согласно копиям протокола заседания комиссии ООО «Речной порт Нефтеюганск» по проверке знаний от 24.04.2103 /__/, от 15.05.2014 /__/, от 20.05.2015 /__/ по электрической безопасности, по оказанию первой помощи при несчастном случае К. проверку знаний прошел (т. 1 л.д. 249, 250, т. 2 л.д. 1).

В октябре 2016 года старший электромеханик-шкипер К. прошел внеплановый инструктаж, по причине осенних условий, гололеда (т. 2 л.д. 2).

В соответствии с копией приказа от 27.10.2016 /__/, изданным ООО «Речной порт Нефтеюганск» плавкран «ПК-15» выведен из эксплуатации и поставлен на горячий отстой в связи с производством ремонтных работ с 27 октября 2016 года (т. 2 л.д. 7).

В соответствии с копией табеля учета использования рабочего времени и расчета заработанной платы за октябрь, ноябрь 2016 года старший электромеханик-шкипер К. отработал в октябре 26 дней (с 01.10.2016 по 26.10.2016) по 8 часов в день, а всего 206 часов, в ноябре 1 день (01.11.2016) по 8 часов, а всего 8 часов (т. 1 л.д. 247, 248). 

Согласно копии Правил внутреннего трудового распорядка ООО «Речной порт Нефтеюганск» (т. 2 л.д. 67-72) для работников ООО «Речной порт Нефтеюганск» устанавливается пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов для мужчин, выходные дни: суббота и воскресенье, при этом начало рабочего дня – 8 часов, перерыв на обед: с 12 часов до 13 часов 15 минут, окончание рабочего дня – 17 часов 15 минут. Режим рабочего времени и времени отдыха работников плавсостава регламентируется Положением «Об особенностях режима рабочего времени и времени отдыха работников плавсостава» /__/ и Уставом службы на судах.

Таким образом, судом установлено, что К, работал старшим электромехаником-шкипером в ООО «Речной порт Нефтеюганск» на плавкране «ПК-15». 27.10.2016 плавкран «ПК-15» выведен из эксплуатации и поставлен на горячий отстой в связи с производством ремонтных работ. Работодателем установлена пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов, выходные дни: суббота и воскресенье, при этом начало рабочего дня – 8 часов, перерыв на обед: с 12 часов до 13 часов 15 минут, окончание рабочего дня – 17 часов 15 минут. 

В связи с несчастным случаем на производстве со смертельным исходом со старшим электромехаником-шкипером К., приказом исполнительного директора ООО «Речной порт Нефтеюганск» С.А. от 03.11.2016 /__/ создана комиссия по расследованию причин несчастного случая (т. 1 л.д. 245-246).

Составлен Акт о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 18.11.2016 (т. 1 л.д. 26-30), расследование проведено в период с 02.11.2016 по 18.11.2016 с участием членов комиссии в составе председателя комиссии – Главного государственного инспектора труда (по охране труда) Государственной инспекции труда в Ханты-Мансийском автономном округе – Югре – Ч., членов комиссии: главного специалиста филиала № 3 ГУ-РО ФСС РФ по ХМАО-Югре – Л., зам. начальника отдела по вопросам предпринимательства и трудовым отношениям администрации города – П,, председателя Нефтеюганского территориального объединения организации профсоюзов – Б., главного инженера ООО «Речной порт Нефтеюганск» - П.А., специалиста по охране труда ООО «Речной порт Нефтеюганск» - С.М., иного представителя органа работников ООО «Речной порт Нефтеюганск» - А.

Пунктом 4 Акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 18.11.2016 установлены обстоятельства несчастного случая. Так, 01.11.2016 с 08-00 часов бригада плавкрана «ПК-15» проводили технологические работы, в составе четырех человек: С., К., Р. и И. Работы велись в машинном отделении. По окончанию рабочего дня в 17 часов 15 минут С. переоделся и ушел с плавкрана, а также с территории речного порта домой. Оставшаяся бригада, спустившись в каютное отделение, переоделась, поужинала и разошлась по каютам для отдыха. Так как в каютах предусмотрено по два спальных места, К. находился в отдельной каюте от Р. и И. В течение вечернего времени К. поднимался на палубу для перекура и осмотра машинного отделения плавкрана. 02.11.2016 в 8 часов 30 минут, при выполнении технических работ в дизельном отделении на плавкране «ПК-15», бригада в составе трех человек Р., С., И. обнаружила отсутствие на плавкране старшего электромеханика К. и сообщили об этом групповому механику З. Осмотр плавкрана начали в 9 часов с главным инженером П.А., заместителем главного инженера Б.Е. и специалистом по охране труда С.М. Во время осмотра плавкрана были обнаружены следы на снегу вдоль перил и нарушенная целостность льда за бортом плавкрана. Р. пояснил, что 02.11.2016 примерно в 5 часов 30 минут проснулся от шагов на палубе и решил, что это К. вышел покурить, после чего лег спать дальше, не придав событию никакого значения. В 6 часов утра сработал будильник и Р. вышел из каюты и поднялся на палубу на перекур, на палубе никого не было, он подумал, что К. находится у себя в каюте. Согласно медицинскому свидетельству о смерти, род смерти – утопление.

Пунктом 5 указанного Акта установлены причины, вызвавшие несчастный случай: неудовлетворительная организация работ, выразившаяся в том, что на проектных металлических ограждениях были сняты цепочки (нарушена статья 214 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 12 инструкции по охране труда для комсостава на судах № 78).

Пунктом 6 Акта установлено, что К. являлся руководителем, ответственным лицом плавкрана «ПК-15», в период междусменного отдыха на плавкране «ПК-15», оставил не закрытые цепочки, а также вышел на палубу в несоответствующей нормам и требованиям СИЗ обуви (сланцы), в результате чего поскользнулся и упал за борт в воду.

На основании собранных документов и материалов комиссия по расследованию несчастного случая установила, что несчастный случай со смертельным исходом, произошедший 02.11.2016 в 5 часов 30 минут со старшим электромехаником-шкипером ООО «Речной порт Нефтеюганск» К. произошел в тот момент, когда работник не участвовал в производственной деятельности предприятия, находился не при исполнении своих обязанностей или при выполнении какой-либо работы по поручению предприятия, что его действия совершались не в интересах работодателя. Комиссия квалифицирует данный несчастный случай, как несвязанный с производством, который не подлежит учету и регистрации в ООО «Речной порт Нефтеюганск» и не оформляется актом по форме Н-1 (п. 7 Акта).

Таким образом, комиссией, несчастный случай, произошедший с К., был квалифицирован как не связанный с производством.

Указанные обстоятельства подтверждаются копией постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 02.12.2016 по факту пропажи, предположительно утонул, К., /__/ (т. 1 л.д. 42-44).

Согласно заключению эксперта /__/ смерть К., /__/ наступила от механической асфиксии, вследствие закрытия дыхательных путей водой при утоплении, что подтверждается наличием жидкости в пазухе основной кости, подплевральными кровоизлияниями, венозным полнокровием внутренних органов. Смерть К. наступила не менее 3-4 суток до 07.11.2016, на что указывает выраженность трупных явлений. Установить более точную дату наступления смерти К. не предоставляется возможным, в связи с нахождением трупа во влажной низкотемпературной среде. При судебно-химическом исследовании крови К. обнаружен этиловый спирт в количестве 0,15 % (промилле), был практически трезв (т. 1 л.д. 31-41).

Копия свидетельства о смерти /__/ подтверждает, что К., /__/, умер 03 ноября 2016 года в /__/ ( т. 1 л.д. 22).

Согласно копии справки о смерти /__/ К., /__/, умер 03 ноября 2016 года. Причиной смерти указано: утопление в воде; утопление с неопределенными намерениями, в другом уточненном месте. Место смерти: /__/ (т. 1 л.д. 23).

Суд, проанализировав указанные выше нормы права, материалы дела, приходит к выводу об отсутствии оснований для признания несчастного случая, произошедшего с К., /__/, связанным с производством, поскольку, несчастный случай в 5 часов 30 минут 02.11.2016 произошел не при исполнении погибшим К. трудовых обязанностей или работ по заданию работодателя, не в интересах работодателя, через несколько часов после окончания рабочей смены, то есть в нерабочее время. Кроме того, К. нарушены требования охраны труда, оставил не закрытые цепочки леерного ограждения палубы, вышел на палубу в несоответствующей нормам и требованиям СИЗ обуви (сланцы), поскольку согласно статье 214 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан соблюдать требования охраны труда, а старший электромеханик – шкипер К. сам являлся руководителем и ответственным лицом за охрану труда на плавкране ПК-15.

Показания свидетеля К.Г. выводов суда не опровергают. 

Истцом и ее представителем не предоставлено достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что названный несчастный случай связан с производством, и как следствие, опровергающих выводы комиссии о расследовании несчастного случая.

Не установив обстоятельств, указывающих на то, что произошедший несчастный случай должен квалифицироваться, как несчастный случай на производстве в силу статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого Акта недействительным и подлежащего оформлению по форме Н-1.

В соответствии со статьей 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с работником, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Страховой случай – подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья или смерти застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию (статья 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваниях»).

Страховщик – Фонд социального страхования Российской Федерации (статья 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваниях»).

Так как несчастный случай, произошедший с К., не является несчастным случаем на производстве по указанным выше основаниям, то, значит, он не может быть признан судом страховым случаем.

Согласно пункту 1 статьи 10 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваниях» единовременные страховые выплаты и ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются лицам, имеющим право на их получение, если результатом наступления страхового случая стала смерть застрахованного.

В соответствии пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваниях» право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая.

Поскольку установлено, что несчастный случай, произошедший с К., не является страховым случаем, то и требование истца ФИО2 об обязании ООО «Речной порт Нефтеюганск» направить копию акта формы Н-1 в Фонд социального страхования не подлежит удовлетворению.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

Согласно статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу статьи 184 Трудового кодекса Российской Федерации виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваниях», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

При этом вышеупомянутый закон не связывает возмещение морального вреда с виной причинителя вреда.

Согласно пункту 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Понятие морального вреда раскрывается пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в соответствии с которым под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. В силу пункта 3 указанного Постановления, в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Требование истца о компенсации морального вреда в размере 1500000 рублей по 750000 рублей на ФИО2 и ФИО1 не подлежит удовлетворению, поскольку как установлено выше, смерть /__/ истца наступила в результате несчастного случая, происшедшего с К., не участвующим в производственной деятельности работодателя, не при исполнении им трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также не при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, следовательно, вины ответчика в смерти /__/ истца не имеется, моральный вред компенсации не подлежит. И в этой связи, требования истицы о возмещении материального вреда в виде расходов на копку могилы в размере 6000 рублей не подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, суд находит несостоятельными доводы представителя ответчика ФИО4, о том, что истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования разногласий и споров.

Согласно статье 231 Трудового кодекса Российской Федерации, разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. В этих случаях подача жалобы не является основанием для невыполнения работодателем (его представителем) решений государственного инспектора труда.

По смыслу указанной статьи, заявитель имеет право альтернативной подачи заявления о рассмотрении разногласий по вопросам расследования, оформления и учета несчастного случая на производстве, как в орган государственной инспекции труда, так и в суд, что и было сделано заявителем. Таким образом, нормативными актами Российской Федерации не предусмотрен досудебный порядок разрешения указанного спора.

Довод представителя ответчика ФИО4 о том, что истцом пропущены сроки обжалования акта расследования несчастного случая со смертельным исходом от 18.11.2016 суд также признает несостоятельными.

Так, исходя из характера спора, возникшего в сфере применения трудового законодательства (признание недействительным акта расследования несчастного случая со смертельным исходом от 18.11.2016), акт расследования несчастного случая со смертельным исходом составлен комиссией работодателя, расследовавший и установивший обстоятельства и причины произошедшего несчастного случая в порядке, предусмотренном статьями 228-230 Трудового кодекса Российской Федерации, не имеет властно-распорядительного характера, следовательно, признаками нормативного правового акта не обладает, и не может быть предметом оспаривания в суде.

Из существа заявленных ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего /__/ ФИО1, требований к ООО «Речной порт Нефтеюганск» следует, что указанный спор не может быть отнесен к индивидуальным трудовым спорам. Следовательно, положения статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, регламентирующей сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора не применимы.

Таким образом, требования истца ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего /__/ ФИО1, о признании недействительным акта расследования несчастного случая со смертельным исходом от 18.11.2016, о признании несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего с К. 02.11.2016, связанным с производством, о возложении обязанностей на ООО «Речной порт Нефтеюганск» составить акт по форме Н-1, об обязании ООО «Речной порт Нефтеюганск» направить копию акта формы Н-1 в Фонд социального страхования, о взыскании с ООО «Речной порт Нефтеюганск» в пользу истца расходов, связанных с копкой могилы в размере 6000 рублей, о взыскании с ООО «Речной порт Нефтеюганск» в пользу ФИО2 и ФИО1 компенсации морального вреда в размере 1500000 рублей по 750000 рублей на каждого удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1, к Обществу с ограниченной ответственностью «Речной порт Нефтеюганск» о признании недействительным акта о расследовании несчастного случая, о признании несчастного случая связанным с производством, возложении обязанности о составлении акта по форме Н-1, обязании направления копии акта формы Н-1 в фонд социального страхования, взыскании расходов на погребение и денежной компенсации морального вреда отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Молчановский районный суд Томской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 15 октября 2018 года. 

Судья Т.М. Дубасова

Решение на момент размещения не вступило в законную силу.

.

.

.

.