Дело № 2-60/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 мая 2018 года с. Тарбагатай

Тарбагатайский районный суд Республики Бурятия в составе:

председательствующего судьи Зайцева Э.Е.,

при секретаре Фетисовой Т.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Новороссийскому филиалу Федерального государственного унитарного предприятия «Главное управление строительства дорог и аэродромов» Министерства обороны РФ о взыскании заработной платы и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с указанным иском, просит взыскать с ответчика задолженность по заработной плате в размере 

<

данные изъяты> руб., денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы, компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 

<

данные изъяты> руб.

С учетом заявления об уменьшении суммы исковых требований просит взыскать задолженность по заработной плате в размере 

<

данные изъяты> руб., компенсацию за задержку заработной платы в размере 

<

данные изъяты> руб., компенсации морального вреда – 

<

данные изъяты> руб., в то же время увеличил требование о взыскании судебных издержек, просил взыскать 

<

данные изъяты> руб.

В обоснование своих требований истец ссылается на то, что он состоял в трудовых отношениях с ответчиком с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ. Был принят на должность дорожного рабочего 4 разряда СМУ №, расположенного по адресу 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор № расторгнут на основании п. 2 ст. 77 ТК РФ в связи с окончанием срока его действия. В соответствии с положением ст. 140 ТК РФ при расторжении трудового договора все причитающиеся работнику суммы должны быть выплачены в день увольнения, значит, все соответствующие выплаты, включая задолженность, должны были быть выплачены ДД.ММ.ГГГГ. Согласно п. 5.1. трудового договора при приеме на работу ему была установлена тарифная ставка в размере 

<

данные изъяты> руб. в час. За период работы с ДД.ММ.ГГГГ у него неоднократно изменялись существенные условия трудового договора, такие, как изменение должности и тарифной ставки, в июле 2017 г. его перевели на вахтовый метод работы, однако, дополнительные соглашения к трудовому договору, несмотря на требования, на руки выданы не были. Не выплачена в полном объеме заработная плата за октябрь 2017 года, также не осуществлена выплата за переработку сверх нормы в количестве 526 часов. Кроме того, им не использован ежегодный оплачиваемый отпуск за проработанное время, компенсации при увольнении выплачено не было. ДД.ММ.ГГГГ им было получено уведомление о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия, где было предложено написать заявление с просьбой направить трудовую книжку по почте. Заявление им было написано и передано сотруднику отдела кадров филиала. ДД.ММ.ГГГГ на неоднократные обращения к работнику отдела кадров филиала, который располагается на территории 

<

адрес>, разъяснений по вопросу выплат, начислений и выдачи трудовой книжки получено не было. На просьбу предоставить расчеты по выплате компенсации за неиспользованные дни отпуска, сотрудник филиала ответила, что их еще не производили. По количеству часов отработанных сверх нормы показали документ, где напротив его фамилии было указано, что ему не оплачено 526 часов отработанных сверх нормы за весь период работы. Всего за указанный период задолженность ответчика по основным выплатам составила 

<

данные изъяты> руб., в т.ч. 

<

данные изъяты> руб. - заработная плата за октябрь 2017 г.; 

<

данные изъяты> руб. - оплата за переработку сверх нормы в количестве 526 часов; 

<

данные изъяты> руб. - компенсация за неиспользованные дни отпуска в количестве 29 календарных дней. Из них было частичное погашение заработной платы за октябрь 2017 года в размере 

<

данные изъяты> рублей, произведено ДД.ММ.ГГГГ Таким образом, работодатель не выполнил одну из своих основных обязанностей, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации и условиями трудового договора. По состоянию на день его обращения в суд с исковым заявлением ответчик обязан был выплатить в его пользу денежную компенсацию за задержку всех выплат в размере 

<

данные изъяты> руб. После неисполнения своего обязательства ответчиком, отказывающимся до настоящего времени исполнить свои обязательства по выплате причитающихся выплат и своевременной выдаче трудовой книжки у него возник психоэмоциональный стресс. Моральный вред ему причинен тем, что, рассчитывая на добросовестное исполнение ответчиком своих обязанностей, он возлагал определенные надежды, связывая с этим свои личные планы. 

<

данные изъяты> 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, просил их удовлетворить, суду пояснил, что после подачи им искового заявления работодатель ДД.ММ.ГГГГ перечислил ему начисленную заработную плату в размере 

<

данные изъяты> руб., после чего в апреле 2018 года перечислил 

<

данные изъяты> руб.

Согласно представленному суду Уставу федерального государственного унитарного предприятия «Главное военно-строительное управление № 7» Приказом директора Департамента имущественных отношений Министерства обороны Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № Федеральное государственное унитарное предприятие «Главное управление строительства дорог и аэродромов» Министерства обороны РФ переименовано в Федеральное государственное унитарное предприятие «Главное военно-строительное управление № 7».

В связи с изложенным судом произведена замена ответчика на Федеральное государственное унитарное предприятие «Главное военно-строительное управление № 7».

Представитель ответчика Федерального государственного унитарного предприятия «Главное военно-строительное управление № 7» в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении дела в их отсутствие, в направленном в адрес суда ходатайстве указал, что на ДД.ММ.ГГГГ задолженность по заработной плате перед ФИО1 составляет 

<

данные изъяты> руб.( компенсация за несвоевременную выплату заработной платы), просил иск удовлетворить частично, отказать в компенсации морального вреда. 

В судебном заседании специалист - бухгалтер ФИО2 суду пояснила, что согласно трудовому договору у ФИО1 был установлен суммированный учет рабочего времени, что подразумевает, что в установленный договором учетный период (1 год) в какие-то месяцы у Гаспарян могла образоваться переработка, но в последующем ему могли быть предоставлены дни отдыха за переработанное время, и обязанность работодателя оплатить время переработки возникала только в том случае, если ФИО1 за весь учетный период не были полностью предоставлены дни отдыха за переработанное время. Из представленных суду документов (табелей учета рабочего времени, расчетных листков) следует, что у Гаспарян имелись часы переработки за период с февраля по август 2017 года, однако впоследствии в октябре, ноябре 2017 года ему были предоставлены частично дни отдыха за переработанное время, а за оставшуюся часть переработки была произведена оплата, в соответствии с условиями трудового договора. Также как следует, из представленных суду материалов, по трудового договору заработная плата должна была выплачивать работнику два раза в месяц: 30-го числа каждого месяца и 15 числа каждого месяца, следующего за расчетным. Вместе с тем, работодателем нарушались указанные в договоре сроки, так полностью заработная плата выплачивалась работнику не 15 числа месяца, следующего за расчетным, а только 29-30 числа. т.е. задержка составляла 14-15 дней, но работодателем ежемесячно за задержку заработной платы начислялась и выплачивалась компенсация в размерах, установленных ст.236 Трудового кодекса РФ. При увольнении Гаспарян была начислена как заработная плата, так и компенсация за неиспользованный отпуск, которая была начислена в соответствии требованиями трудового законодательства. Согласно расчетным листам и табелям рабочего времени не была начислена оплата за переработку в двойном размере в праздничные дни в феврале и марте 2017 года, однако, впоследствии за работу в праздничные и выходные дни Гаспарян предоставлялись дни отдыха, в связи с чем оплата в двойном размере не производилась. Окончательный расчет с Гаспарян был произведен позже дня увольнения в связи с чем работодателем согласно расчетному листку за декабрь 2017 года также была начислена компенсация за задержку произведенных выплат, размер которой соответствует требованиям ст.236 ТК РФ.

Заслушав пояснения истца, специалиста, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Согласно ст.21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В силу ст. 129, 132, 133 Трудового кодекса российской Федерации – заработная плата – вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные и стимулирующие выплаты. Заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда, максимальным размером не ограничивается и не может быть ниже минимального размера оплаты труда, если работник отработал за этот период норму рабочего времени и выполнил трудовые обязанности.

Согласно с.1 ст.135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Из материалов дела следует, что ФИО1 в период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ответчиком в должности дорожного рабочего СМУ №.

Трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 (5.1) установлена тарифная ставка в размере 

<

данные изъяты> руб., районный коэффициент в размере 20%; процентная ставка в размере до 30 % заработка. 

На момент заключения договора ФИО1 был принят по должности дорожного рабочего 4 разряда, впоследствии, согласно расчетным листкам в марте ФИО1 был установлен 5 разряд, с мая 2017 года состоял в должности монтажника по монтажу стальных и железобетонных конструкций 6 разряда. 

Также указанным выше трудовым договором (п.4.1) установлен суммированный учет рабочего времени работника с учетным периодом 1 год.

Согласно ст.104 Трудового кодекса РФ, когда по условиям производства (работы) у индивидуального предпринимателя, в организации в целом или при выполнении отдельных видов работ не может быть соблюдена установленная для данной категории работников (включая работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда) ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, допускается введение суммированного учета рабочего времени с тем, чтобы продолжительность рабочего времени за учетный период (месяц, квартал и другие периоды) не превышала нормального числа рабочих часов. Учетный период не может превышать один год, а для учета рабочего времени работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, - три месяца.

Нормальное число рабочих часов за учетный период определяется исходя из установленной для данной категории работников еженедельной продолжительности рабочего времени. Для работников, работающих неполный рабочий день (смену) и (или) неполную рабочую неделю, нормальное число рабочих часов за учетный период соответственно уменьшается.

Порядок введения суммированного учета рабочего времени устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка.

Согласно ч.1 ст.99 ТК РФ сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Согласно ч.1 ст.152 Трудового кодекса РФ Сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно.

Согласно ч.3 ст.152 Трудового кодекса РФ работа, произведенная сверх нормы рабочего времени в выходные и нерабочие праздничные дни и оплаченная в повышенном размере либо компенсированная предоставлением другого дня отдыха в соответствии со статьей 153 настоящего Кодекса, не учитывается при определении продолжительности сверхурочной работы, подлежащей оплате в повышенном размере в соответствии с частью первой настоящей статьи.

Согласно ч.6 ст.136 Трудового кодекса РФ заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Таким образом, из указанных норм следует, что оплата работнику работы сверх нормы рабочего времени при суммированном учете рабочего времени может быть оплачена в размере установленном ст.152 Трудового кодекса РФ по истечении учетного периода. 

Как следует из представленных суду материалов и пояснений истца трудовой договор между Новороссийским филиалом Федерального государственного унитарного предприятия «Главное управление строительства дорог и аэродромов» Министерства обороны РФ и ФИО1 был расторгнут ДД.ММ.ГГГГ (до истечения учетного периода установленного трудовым договором).

Таким образом, в соответствии с требованиями ст.140 Трудового кодекса РФ все суммы, причитающихся работнику от работодателя, в т.ч. и оплата за выполненную работу сверх нормы рабочего времени, должна была быть произведена в день увольнения работника. 

Таким образом, доводы истца об обязанности работодателя ежемесячно производить оплату за выполненную работу сверх установленной нормы рабочего времени и представленные истцом в этой части расчеты суд полагает не обоснованными.

Также не обоснованы истребования истца о выплате компенсации за задержку оплаты выполненной работы сверх установленной нормы рабочего времени после каждого расчетного месяца. 

Как следует из представленных суду табелей учета рабочего времени, индивидуальной карточки учета времени вахтовых работников за 2017 год ФИО1 сверх нормы рабочего времени было отработано 662 часа, из них 311 часов было компенсировано предоставлением дней отдыха.

Таким образом, на день прекращения трудового договора в соответствии со ст.152 Трудового кодекса РФ ФИО1 подлежало оплате 351 час.

Согласно расчетному листку за декабрь заработная плата за произведенную работу сверх нормы рабочего времени (351 час) была начислена в размере 

<

данные изъяты> рубля, с начислением на указанную сумму районного коэффициента и северной надбавки.

Также ФИО1 была начислена компенсация за неиспользованный отпуск в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

Правильность начисления указанных сумм была проверена и подтверждена в судебном заседании специалистом ФИО2 

Впоследствии указанные суммы были ФИО1 выплачены

Таким образом, суд полагает необоснованными требования ФИО1 о взыскании недоначисленной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск.

Вместе с тем в соответствии со ст. 236 ТК РФ, при нарушении работодателем установленного срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. Обязанность выплаты указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Судом установлено, что при выплате ФИО1 ежемесячной заработной платы имела место задержка выплаты части заработной платы на 15 дней.

Однако, согласно расчетным листкам за задержку срока выплаты заработной платы работодателем начислялась и выплачивалась компенсация с соответствии со ст.236 ТК РФ.

Правильность начисления указанной компенсации проверена и подтверждена в судебном заседании специалистом ФИО2 

Также при прекращении ДД.ММ.ГГГГ трудового договора ФИО1 не были произведены все причитающиеся ему выплаты, которые были произведены только ДД.ММ.ГГГГ в связи с чем ФИО1 также имеет право на компенсацию в порядке ст.236 ТК РФ, и согласно расчетному листку за декабрь 2017 года такая компенсация была работодателем начислена в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Правильность начисления указанной компенсации подтверждена в судебном заседании специалистом ФИО2

Из пояснений ФИО1 следует, что указанная компенсация на день рассмотрения дела судом ему работодателем выплачена.

В связи с изложенным суд полагает необоснованными исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы.

ФИО1 также заявлены исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, при разрешении которых суд исходит из следующего. 

Согласно ст.21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

Вместе с тем, согласно абз.2,3,4 п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Таким образом, суд полагает, что ФИО1 в связи с существенной задержкой производства всех причитающихся ему выплат при прекращении трудового договора имеет право на компенсацию морального вреда.

Размер компенсации с учетом требований разумности и справедливости суд полагает необходимым определить в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

Также суд согласно ч.1 ст.98 ГПК ПФ полагает подлежащими взысканию с ответчика возмещение расходов, понесенных ФИО1 в связи с рассмотрением дела, а именно расходов по оплате услуг за составление искового заявления) в сумме 

<

данные изъяты> рублей.

Последующие расходы в размере 

<

данные изъяты> рублей произведены истцом для составления обоснования исковых требований о взыскании компенсации за задержку производства оплаты выполненной работы сверх нормы рабочего времени, которые судом признаны необоснованными, в связи с чем суд полагает. что в этой части расходы ФИО1 возмещению не подлежат. 

Также с ответчика на основании ч.1 ст.103 ГПК РФ подлежит взысканию в доход муниципального бюджета МО «Тарбагатайский район» государственная пошлина, размер которой суд определяет исходя из того, что на момент обращения в суд, задолженность ответчика перед ФИО1 по заработной плате составляла 

<

данные изъяты> рублей, и полагает необходимым взыскать госпошлину в размере 

<

данные изъяты> рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Федеральному государственному унитарному предприятию «Главное военно-строительное управление № 7» о взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального государственного унитарного предприятия «Главное военно-строительное управление № 7» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей, а также возмещение расходов понесенных в связи с рассмотрением дела в размере 

<

данные изъяты> рублей, всего 

<

данные изъяты> рублей. 

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с Федерального государственного унитарного предприятия «Главное военно-строительное управление № 7» в доход бюджета МО «Тарбагатайский район» государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Бурятия в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 15.05.2018 г.

СОГЛАСОВАНО

Председательствующий судья Зайцев Э.Е.