Дело № 2-719/17

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. ФИО1 16 мая 2017 года

Можгинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Смагиной Н.Н.,

при секретаре Кузнецовой Л.А., 

с участием: 

представителя ответчика ФИО2, действующего на основании доверенности от дд.мм.гггг, сроком по дд.мм.гггг, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Федеральному казенному учреждению «Военный комиссариат Удмуртской Республики», военному комиссариату (города Можга, Можгинского, Алнашского, Граховского и Кизнерского районов Удмуртской Республики) об установлении факта нахождения на иждивении, 

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ответчикам об установлении факта нахождения на иждивении супруга - М.А.М., умершего дд.мм.гггг.

Исковое заявление мотивировано тем, что супруг истца М.А.М. являлся получателем пенсии по линии Министерства обороны Российской Федерации, дд.мм.гггг он умер. На момент смерти мужа она являлась пенсионером, находилась на его иждивении, так как размер дохода супруга значительно превышал ее доход и являлся для нее постоянным и основным источником средств к существованию. Размер ее пенсии на день смерти мужа составлял 9690,07 руб. Поскольку М.А.М. был военным пенсионером, то она обратилась с заявлением об оформлении пенсии по потере кормильца в Отдел военного комиссариата УР по г. Можге, Можгинскому, Алнашскому, Граховскому и Кизнерскому районам. На заявление истец получила письменное разъяснение о том, кому может быть назначена пенсия, поскольку ее муж был зарегистрирован по адресу: 

<

***>, а она по адресу: 

<

***>. Муж истца в 2008 году выехал из 

<

***> в 

<

***> вынужденно, для ухода за престарелой матерью, М.А.В., дд.мм.гггг года рождения. Находясь в браке с дд.мм.гггг, супруги вели общее хозяйство, согласовывали расходы, улучшали быт, материально помогали в учебе дочери в ВУЗе в 

<

***>. В период совместной жизни супругами были приобретены квартиры в 

<

***> и 

<

***>, дд.мм.гггг они с мужем купили гараж в 

<

данные изъяты> дд.мм.гггг - садовый участок в садоводческом товариществе 

<

данные изъяты> Их дочь М.А.А. с 2011 года, не найдя работу в 

<

***>, устроилась на работу в 

<

***>. Чтобы дочь продолжила работу после декретного отпуска, истцу пришлось нянчиться с внучкой. Установление факта нахождения на иждивении истцу необходимо для оформления пенсии по случаю потери кормильца за умершего мужа, получавшего пенсию по линии Министерства обороны РФ.

В судебное заседание истец ФИО3 не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, просила дело рассмотреть в ее отсутствие, исковые требования поддерживает. 

В письменных объяснениях истец указала, что с 1997 года она совместно с супругом М.А.М. является собственником квартиры по адресу: 

<

***>. Деньги, которые М.А.М. передавал ей лично в руки при встречах или переводил на карту дочери М.А.А., шли на ремонт квартиры, приобретение мебели, бытовой техники. В гараже, собственником которого являлся М.А.М., на деньги, выделенные им, в 2013 году покрыли заново крышу. Со дня вступления в гаражный кооператив 

<

данные изъяты> (дд.мм.гггг) по день своей смерти, М.А.М. выплачивал членские взносы. В 2013 году супруг лично передал истцу денежные средства в сумме 45000 рублей на расходы и путевку в 

<

***>. Еще в 2016 году муж выплатил кредит в размере 50000 рублей за компьютер, принтер, приобретенные для нее. Также регулярно супругом истцу выделялись деньги на приобретение одежды, лекарства, лечение зубов. Проживали они врозь друг от друга вынужденно, муж ухаживал за матерью, М.А.В., сломавшей в 2008 году ногу, а она, не найдя работу в 

<

***>, вернулась в 

<

***>. Истец получала от мужа помощь, которая являлась для нее постоянным и основным источником средств к существованию.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие истца.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 исковые требования не признает, считает, что иск удовлетворению не подлежит. В обоснование возражений суду пояснил, что военный комиссариат (города Можга, Можгинского, Алнашского, Граховского и Кизнерского районов Удмуртской Республики) не может быть стороной по заявленному иску, поскольку не является ни представительством, ни филиалом Федерального казенного учреждения «Военный комиссариат Удмуртской Республики». Члены семьи умершего считаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. В тех случаях, когда заявитель имел заработок, получал пенсию, стипендию и т.п., необходимо выяснять, была ли помощь со стороны лица, предоставлявшего содержание, постоянным и основным источником средств к существованию заявителя. Из искового заявления следует, что на момент смерти М.А.М., истцу выплачивалась пенсия в размере 9690, 07 руб., которая превышала прожиточный минимум в УР в 1 квартале 2016 года для пенсионеров, а также минимальный размер оплаты труда в РФ. Кроме того, ФИО3 после выхода на пенсию продолжала работать, получала заработную плату, в связи с чем могла самостоятельно обеспечивать себя необходимым жизненным минимумом. Также нельзя принять в качестве надлежащего доказательства доводы истца о том, что она находилась на иждивении М.А.М., поскольку фактически с 2008 года по день его смерти супруги проживали раздельно, в разных городах, доказательств того, что супруги проживали единой семьей, имели совместный бюджет, истцом не представлено. Также не может быть принята в качестве надлежащего доказательства справка о состоянии вклада на имя их дочери- М.А.А., так как предметом искового заявления является установление факта нахождения на иждивении истца, а не их дочери. Кроме того, у ФИО3 имеется трудоспособная дочь, которая в силу закона обязана оказывать помощь нетрудоспособной матери. 

Выслушав объяснения представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено в судебном заседании, дд.мм.гггг умер М.А.М., проживавший на день смерти по адресу: 

<

***>.

Согласно копии свидетельства о заключении брака, истец с дд.мм.гггг состояла в браке с М.А.М., актовая запись №*** от дд.мм.гггг.

М.А.М. являлся получателем пенсии, назначенной по линии Министерства обороны Российской Федерации, истцу также назначена страховая пенсия по старости с дд.мм.гггг.

Из копии трудовой книжки истца, справки о заработной плате усматривается, что ФИО3 с дд.мм.гггг по дд.мм.гггг постоянно работала в 

<

данные изъяты>, ее среднемесячная заработная плата за вычетом обязательных платежей за период с апреля 2013 года по август 2015 года составила 10138,08 рублей.

Из справок ГУ - Управления ПФ РФ в г. Можге (межрайонное), ФКУ «Военный комиссариат УР» о размере получаемых пенсий супругами ФИО3 за период с апреля 2013 года по дд.мм.гггг следует, что на день смерти супруга, ФИО3 получала пенсию по старости в размере 9690,07 рублей, М.А.М. получал пенсию в размере 18569,51 рублей.

В соответствии со свидетельством о собственности на жилье от дд.мм.гггг, копии договора на передачу квартир (домов) в собственность граждан от дд.мм.гггг) ФИО3 и М.А.А. являются собственниками жилых помещений по адресу: 

<

***> и по адресу: 

<

***>, при жизни, М.А.М. также имел долю в праве на указанное имущество.

Письмом начальника отдела военного комиссариата УР по г. Можга, Можгинскому, Алнашскому, Граховскому, Кизнерскому районам №*** от дд.мм.гггг истцу дан ответ на ее обращение, где разъяснено право обратиться в суд с заявлением об установлении факта нахождения на иждивении супруга.

В соответствии с п. 5 ст. 2 ФЗ №76-ФЗ от 27.05.1998 «О статусе военнослужащих», к членам семей военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, на которых распространяются социальные гарантии, компенсации, если иное не установлено настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами, относятся: супруг (супруга), несовершеннолетние дети, дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных учреждениях по очной форме обучения, лица, находящиеся на иждивении военнослужащих.

Федеральный закон «О статусе военнослужащих» не содержит положений об условиях, при которых физическое лицо может считаться находящимся на иждивении военнослужащего.

В силу части третьей статьи 11 Гражданского процессуального кодекса РФ в случае отсутствия норм права, регулирующих спорное отношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм разрешает дело, исходя из общих начал и смысла законодательства (аналогия права).

Понятие иждивенчества закреплено в статье 31 Закона РФ от 12.02.1993 N 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей» (далее по тексту Закон РФ №4468-1) согласно которому члены семьи умершего считаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. Членам семьи умершего, для которых его помощь была постоянным и основным источником средств к существованию, но которые сами получали какую-либо пенсию, может быть назначена пенсия по случаю потери кормильца.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 21.06.1985 г. № 9 «О судебной практике по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение» разъяснено, что установление факта нахождения лица на иждивении умершего имеет значение для получения наследства, назначения пенсии или возмещения вреда, если оказываемая помощь являлась для заявителя постоянным и основным источником средств к существованию. В тех случаях, когда заявитель имел заработок, получал пенсию, стипендию и т.п., необходимо выяснять, была ли помощь со стороны лица, предоставлявшего содержание, постоянным и основным источником средств к существованию заявителя.

Из искового заявления усматривается, что признание истца находившейся на иждивении мужа, являвшегося пенсионером по линии Министерства обороны РФ, необходимо ей для назначения пенсии по случаю потери кормильца.

Согласно ст. 8 Федерального закона от 15.12.2001 г. № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» пенсия за выслугу лет, пенсия по инвалидности военнослужащим (за исключением граждан, проходивших военную службу по призыву в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин) и пенсия по случаю потери кормильца членам их семей назначаются в порядке, предусмотренном Законом Российской Федерации «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей».

В соответствии с ч. 3 ст. 5 Закона РФ №4468-1 семьи умерших пенсионеров из числа лиц, указанных в статье 1 указанного Закона, имеют право на пенсию по случаю потери кормильца на общих основаниях с семьями лиц, умерших в период прохождения военной службы.

Согласно ст. 28 Закона РФ №4468-1, пенсия по случаю потери кормильца семьям лиц, указанных в статье 1 настоящего Закона, назначается, если кормилец умер (погиб) во время прохождения службы или не позднее трех месяцев со дня увольнения со службы либо позднее этого срока, но вследствие ранения, контузии, увечья или заболевания, полученных в период прохождения службы, а семьям пенсионеров из числа этих лиц - если кормилец умер в период получения пенсии или не позднее пяти лет после прекращения выплаты ему пенсии.

В соответствии со ст. 29 Закона РФ № 4468-1 право на пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умерших (погибших) лиц, указанных в статье 1 настоящего Закона, состоявшие на их иждивении.

При определении круга лиц, относящихся к нетрудоспособным, следует руководствоваться пунктом "б" части 3 статьи 29 Закона РФ № 4468-1, согласно которому нетрудоспособными членами семьи считаются в том числе, отец, мать и супруг, если они достигли возраста: мужчины - 60 лет, женщины - 55 лет, либо являются инвалидами.

Исходя из позиции, высказанной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 30 сентября 2010 года N 1260-О-О, факт нахождения на иждивении умершего супруга может быть установлен путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой умершим супругом, и собственными доходами иждивенца, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником его средств к существованию.

Под постоянным и основным источником средств к существованию понимается помощь умершего кормильца членам семьи, осуществлявшаяся систематически в течение определенного периода времени перед смертью кормильца, то есть эта помощь была не разовой. Понятие "основной источник средств к существованию" предполагает, что у членов семьи, кроме средств, предоставляемых умершим кормильцем, имелись и другие источники дохода (стипендия, зарплата, пенсия и т.д.). Помощь кормильца должна составлять основную часть средств, на которые жили члены семьи, и по своим размерам быть такой, чтобы без нее члены семьи, получавшие ее, не смогли бы обеспечить себя необходимыми средствами жизни.

Применительно к понятию «иждивенчество» такая помощь должна носить постоянный характер и являться для иждивенца основным источником средств к существованию, т.е. размер такой помощи должен не только превышать собственные доходы нетрудоспособного члена семьи умершего, но и являться достаточным для вывода о том, что умерший при жизни взял на себя заботу именно о содержании иждивенца, постоянно оказывал ему такое содержание, которое являлось бы достаточным для того, чтобы служить основным источником средств к существованию иждивенца. 

Оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что предусмотренные законом условия, необходимые для признания истца находившейся на иждивении умершего для признания права на пенсию по случаю потери кормильца, отсутствуют. 

Из искового заявления, письменных объяснений истца следует, что с 2008 года по день смерти М.А.М., супруги проживали раздельно, в разных городах, истец по адресу: 

<

***>, М.А.М. по адресу: 

<

***>, в связи с уходом за матерью.

ФИО3 после выхода на пенсию с дд.мм.гггг до августа 2015 года имела доход в виде пенсии и заработной платы, при этом, собственные доходы истицы находились на уровне доходов супруга и были достаточны для обеспечения необходимых жизненных потребностей.

Сам по себе факт того, что после увольнения истца с работы, М.А.М. получал доходы, превышающие ее размер пенсии по старости, доказательством, подтверждающим довод истца о нахождении ее на иждивении М.А.М., не является. Как и наличие в совместной собственности недвижимого имущества в виде квартир, гаража, садового участка.

Представленная истцом, туристская путевка в Чехию от дд.мм.гггг, не свидетельствует о том, что она была приобретена только на средства М.А.М., кроме того, носит разовый характер. Также не может быть принята в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего факт нахождения истца на иждивении, справка за период с января по декабрь о движении денежных средств по вкладу на имя дочери- М.А.А., так как из нее не следует, что зачисленные денежные средства предназначались истице и ей же были переданы, также из указанной справки не видно кем были перечислены денежные средства. 

Как следует из материалов дела, истец имела собственные доходы в виде пенсии, до августа 2015 года еще и заработной платы, которые являлись для нее постоянным и основным источником средств существования.

Поскольку истцом не представлено бесспорных и достаточных доказательств, подтверждающих факт нахождения истца на полном содержании М.А.М. или получения от него систематической помощи, которая была бы для нее постоянным и основным источником средств к существованию, следовательно, исковые требования ФИО3 об установлении факта нахождения на иждивении удовлетворению не подлежат.

Кроме того, в качестве ответчика истцом указан Отдел (ФКУ «Военный комиссариат Удмуртской Республики» по городу Можга, Можгинскому, Алнашскому Граховскому и Кизнерскому районам), который с дд.мм.гггг переименован в военный комиссариат (города Можга, Можгинского, Алнашского, Граховского и Кизнерского районов УР), входит в структуру ФКУ «Военный комиссариат Удмуртской Республики», что следует из Указа Президента РФ от 07.12.2012 №1609 «Об утверждении Положения о военных комиссариатах», и соответственно, надлежащим ответчиком по делу не является.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

Исковые требования ФИО3 к Федеральному казенному учреждению «Военный комиссариат Удмуртской Республики», Отделу (ФКУ «Военный комиссариат УР» по г.Можге, Можгинскому, Алнашскому, Граховскому и Кизнерскому районам) об установлении факта нахождения на иждивении оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме через Можгинский районный суд Удмуртской Республики.

Решение в окончательной форме изготовлено 22 мая 2017 года.

Председательствующий судья: Н.Н. Смагина