Судья Алексеева Т.В. Дело 

<

.......>

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень 06 марта 2025 года 

Тюменский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Ильина А.Д., 

при помощнике судьи Воеводиной П.А., 

с участием: прокурора отдела уголовно-судебного управления прокуратуры 

<

.......> ФИО3,

представителя потерпевшей – адвоката Никитина М.В.,

защитника – адвоката Андросова Е.И.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя потерпевшей – адвоката Никитина М.В., апелляционное представление Ишимского межрайонного прокурора 

<

.......> ФИО10 на приговор Ишимского районного суда 

<

.......> от 

<

.......>, которым

ФИО4, 

<

.......>, не судимый,

оправдан по предъявленному обвинению по ч. 2 ст. 109 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

В соответствии со ст.ст. 133-134 УПК РФ за ФИО4 признано право на реабилитацию.

Меру пресечения в отношении ФИО4 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, после вступления в законную силу настоящего приговора, постановлено отменить. 

По делу решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ильина А.Д., изложившего краткое содержание приговора суда, доводы апелляционной жалобы и представления, возражений на них; выступления в суде апелляционной инстанции прокурора, поддержавшей доводы апелляционного представления, и представителя потерпевшей – адвоката Никитина М.В., поддержавшего доводы жалобы в полном объеме; защитника – адвоката Андросова Е.И., просившего приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Органами предварительного расследования ФИО4 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, – в причинении смерти ФИО12 по неосторожности, вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей.

В судебном заседании ФИО4 вину в предъявленном обвинении не признал. 

Приговором суда ФИО4 оправдан по предъявленному обвинению по ч. 2 ст. 109 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей – адвокат Никитин М.В. выражает несогласие с приговор суда, считает его незаконным и необоснованным.

Приводя положения Пленума Верховного Суда РФ от 

<

.......> 

<

.......> «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», автор жалобы указывает, если несчастный случай произошел в ходе работ с использованием специальных самоходных машин (трактор, экскаватор, грейдер, скрепер и т.п.) вследствие допущенных лицом, управляющим такой машиной, в том числе и во время движения транспортного средства, нарушений правил безопасности при ведении иных работ, а не в результате нарушения им правил безопасности дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, совершенное лицом деяние надлежит квалифицировать по статье 216 или 217 УК РФ, предусматривающей ответственность за нарушение соответствующих правил.

По настоящему уголовному делу установлено, что смерть ФИО12 наступила в результате наезда на него прицепного оборудования трактора, под управлением ФИО4, в результате выполнения работ (посевных работ на поле) по трудовому договору. А, значит, что несчастный случай с ФИО12 произошел в ходе работ с использованием специальных самоходных машин, а именно трактора, по мнению адвоката, имелась необходимость в оценке действий ФИО4 в части нарушений требований охраны труда, правил безопасности при ведении таких работ, за что предусмотрена ответственность по ст. 216 УК РФ. Однако, экспертиз по выявлению таких нарушений не проводилось, оценка действиям ФИО4 в данной части не дана.

Адвокат обращает внимание, что в материалах дела имеется Акт о расследовании несчастного случая со смертельным исходом, проведенного в период с 

<

.......> по 

<

.......> ООО АК «

<

.......>», согласно которому в смерти ФИО12 изначально установлена вина двух лиц: тракториста ФИО4 и генерального директора ООО АК «

<

.......>» Свидетель №19 В отношении ФИО1 проводилось расследование, и его действия квалифицированы по ст. 109 УК РФ. При этом, вопрос вины второго субъекта – генерального директора ООО АК «

<

.......>» Свидетель №19 вообще не исследовался. Каких-либо следственных действий в отношении него не проводилось, допрос не осуществлялся. Юридическая оценка действиям Свидетель №19 не дана. Ссылаясь на положения постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

.......> 

<

.......>, адвокат считает, что по произошедшему в ходе осуществления работ несчастному случаю подлежат установлению и привлечению к ответственности все лица, обладающие признаками субъекта преступления, предусмотренного статьями 143, 216 или 217 УК РФ. Однако, по настоящему уголовному делу такие обстоятельства не выяснялись, вопрос относительно ответственности ген. директора ООО АК «

<

.......>» Свидетель №19 не разрешался. С учетом изложенного, адвоката полагает, что вынесенный в отношении одного из субъектов преступления оправдательный приговор, не может являться законным, обоснованным и справедливым, поскольку все необходимые обстоятельства, влияющие на исход дела, не установлены.

Кроме того, указывает, что при исследовании причинной связи между нарушением специальных правил, допущенным лицом, на которое возложены обязанности по обеспечению соблюдения и (или) соблюдению таких правил, и наступившими последствиями суду следует выяснять в том числе роль лица, пострадавшего в происшествии. Если будет установлено, что несчастный случай на производстве произошел только вследствие небрежного поведения самого пострадавшего, суд должен, при наличии к тому оснований, решить вопрос о вынесении оправдательного приговора. В том случае, когда последствия наступили в результате как действий (бездействия) подсудимого, вина которого в нарушении специальных правил установлена судом, так и небрежности, допущенной потерпевшим, суду следует учитывать такое поведение потерпевшего при назначении наказания. По смыслу вышеуказанных норм, оправдательный приговор по категории уголовных дел о нарушении специальных правил и требований при осуществлении работ выносится в случае достоверного установления судом единственно возможной причиной произошедшего – виновности самого потерпевшего.

Анализируя показания подсудимого и свидетелей Свидетель №18, Свидетель №15, Свидетель №16, Свидетель №17, Свидетель №3, Свидетель №4, адвокат делает вывод о ненадлежащей организации труда, а также необеспечении техники безопасности работников при эксплуатации оборудования. В том числе, свидетель Свидетель №12 сообщила о том, что второй причиной несчастного случая является не обеспечение безопасности работников при эксплуатации оборудования, не выявление опасностей и профессиональных рисков, их регулярный анализ и оценка. Одним из ответственных в причине несчастного случая является ген. директор ООО АК «

<

.......>» Свидетель №19 Свидетель Свидетель №13 подтвердила свои показания о том, что одним из ответственных в причине несчастного случая является ген. директор ООО АК «

<

.......>» Свидетель №19

Считает, что судом нарушены положения ст. 305 УПК РФ, поскольку в оправдательном приговоре должны быть приведены доводы, опровергающие обвинение, основания для оправдания подсудимого и доказательства, которые их подтверждают, а также, мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

С учетом того, что фактические обстоятельства не соответствуют обвинению, квалификация действий обвиняемого дана не верно, что не может быть устранено в ходе судебного разбирательства и исключает возможность постановления приговора, адвокат просит оправдательный приговор отменить, а уголовное дело возвратить прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий рассмотрения уголовного дела судом.

В апелляционном представлении Ишимский межрайонный прокурор 

<

.......> ФИО5 выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного, дела, установленным судом первой инстанции, существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона при назначении наказания, а также несправедливостью приговора.

Обращает внимание, что, оправдывая ФИО4, суд в приговоре указал, что стороной обвинения виновность ФИО4 не доказана. При этом комиссией по расследованию смертельного несчастного случая, выводы которой содержатся в акте от 

<

.......>, установлено, что ответственным лицом за нарушение п. 5.1 признан тракторист ООО АК «

<

.......>» ФИО4, однако, таковым он не может быть признан, поскольку в действиях водителя не усматривается противоречий ни требованиям ПДД РФ, ни должностной инструкции.

Мотивируя свое решение, суд указывал, что пострадавший перед происшествием должен был находиться вне полосы движения трактора с УЖУ, поэтому сам по себе факт начала движения трактора с УЖУ вперед опасности не представлял. Кроме того, из материалов уголовного дела усматривается, что именно сам пострадавший зашел в коридор движения трактора. Водитель трактора, не видя опасности для движения, которая создавалась действиями потерпевшего, мог начать движение вперед, и поэтому предотвращение наезда зависело не от технической возможности у водителя трактора, а от опасных действий (бездействий) потерпевшего. 

Однако, автор представления указывает, что в судебном заседании допрошены потерпевшая Потерпевший №1, свидетели Свидетель №1, ФИО6, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №7, Свидетель №8, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №13, исследованы материалы уголовного дела, подтверждающие вину ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ.

Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В возражениях на апелляционные жалобу и представление защитник – адвокат Андросов Е.И., не согласившись с доводами прокурора и представителя потерпевшей, приводит свои контраргументы, свидетельствующие о законности, обоснованности и справедливости вынесенного судебного решения, а также о невиновности ФИО4 Просит приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобу и представление – без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалобы, представления, а также возражений на них, суд апелляционной инстанции не находит основания для их удовлетворения.

Органами предварительного расследования ФИО4 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, а именно в том, что, 

<

.......> около 16 часов 02 минут он, находясь на участке сельскохозяйственного поля вблизи 

<

.......>, расположенном на расстоянии около 

<

.......>», вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей по управлению посевным комплексом по неосторожности причинил смерть ФИО12 при следующих обстоятельствах.

На основании приказа (распоряжения) о приеме работника на работу 

<

.......> от 

<

.......> и трудового договора 

<

.......> от 

<

.......>, заключенного между ФИО4 и генеральным директором ООО АК «

<

.......>» (далее по тексту – Трудовой договор), ФИО4 с 

<

.......> принят на работу в ООО АК «

<

.......>» на должность тракториста.

Согласно ст.215 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан: соблюдать требования охраны труда; правильно использовать производственное оборудование.

Согласно пунктам 2.3.1. и 2.3.4. трудового договора на ФИО4 возложена обязанность выполнять свои профессиональные обязанности в соответствии с должностной инструкцией, соблюдать требования по охране труда и технике безопасности.

Согласно пунктам 2.2. и 5.2. должностной инструкции тракториста, утвержденной 

<

.......> генеральным директором ООО АК «

<

.......>» (далее по тексту – Должностная инструкция) тракторист ФИО4 должен знать устройство, принцип работы, эксплуатационные характеристики и регулировки, правила безопасной эксплуатации механизированных сельскохозяйственных орудий, машин и механизмов сельскохозяйственной техники; правила технической эксплуатации и ухода за сельскохозяйственными орудиями и техникой; правила дорожного движения, правила охраны труда и техники безопасности; несет ответственность за правонарушения, совершенные в процессе осуществления своей деятельности, в пределах, определенных действующим административным, уголовным и гражданским законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 2 главы 1 инструкции по охране труда для тракториста, утвержденной 

<

.......> генеральным директором ООО АК «

<

.......>» (далее по тексту – Инструкция) ФИО4 обязан знать и совершенствовать методы безопасной работы, соблюдать требования охраны труда.

Согласно пункту 3 главы 2 той же Инструкции на ФИО4 возложена обязанность перед запуском двигателя убедиться в отсутствии людей в зоне возможного движения машины или агрегата, а также под трактором и под агрегируемой с ним машиной.

Согласно пункту 4.3.1 руководства по эксплуатации трактора «Беларус 3522» (далее по тексту – Руководство), во время запуска двигателя не должно быть людей под трактором, спереди и сзади него, а также между трактором и соединенной машиной.

<

.......> в дневное время работниками ООО АК «

<

.......>» ФИО4 и ФИО12 производились посевные работы на сельскохозяйственном поле вблизи 

<

.......>, в ходе которых ФИО4 осуществлял управление вверенным ему руководством ООО АК «

<

.......>» технически исправным трактором «Беларус-3522» с государственным регистрационным знаком «

<

.......>» с прицепными к нему агрегатами в виде посевного комплекса «КУЗБАСС-Т» и установкой жидких удобрений, располагавшейся позади посевного комплекса, в силу чего установленные на кабину трактора выносные зеркала заднего вида не обеспечивали обзор водителем трактора указанной установки жидких удобрений перед началом и во время движения.

<

.......> около 16 часов 02 минут, находясь на участке сельскохозяйственного поля вблизи 

<

.......>, расположенном на расстоянии около 

<

.......>», ненадлежащим образом выполняя свои профессиональные обязанности по управлению посевным комплексом, в силу небрежного отношения к исполнению своих профессиональных обязанностей тракториста, не предвидев возможности наступления в результате собственных действий общественно опасного последствия в виде причинения ФИО12 смерти, наступление которого при необходимой внимательности и предусмотрительности он должен был и мог предвидеть, в нарушение ст. 215 Трудового кодекса Российской Федерации, п.п. 2.3.1 и 2.3.4 Трудового договора, п.п. 2.2 и 5.2 должностной инструкции тракториста, п.3 гл.2 Инструкции по охране труда для тракториста, утвержденной 

<

.......> генеральным директором ООО АК «

<

.......>», п. 4.3.1 руководства по эксплуатации трактора «Беларус-3522», осознавая, что установленные на управляемом им тракторе средства визуального контроля в виде выносных зеркал заднего вида, заведомо не обеспечивают обзор расположенной за высеивающим агрегатом установки жидких удобрений, достоверно не убедившись в отсутствии людей в зоне возможного движения машины или агрегата, а также между агрегатами посевного комплекса и под ними, привел посевной комплекс в движение, в результате чего допустил наезд агрегатированной с трактором и посевным комплексом установкой жидких удобрений на ФИО12, находившегося в зоне движения посевного комплекса, причинив ФИО12 своими небрежными действиями следующие повреждения:

- закрытая тупая травма грудной клетки, в виде ссадин на передней и передне-боковых поверхностях груди, ссадин на правой заднебоковой поверхности груди и живота, поперечного перелома средней трети правой ключицы, разгибательных переломов 1-10 правых ребер между околопозвоночной и лопаточной линиями с разрывами пристеночной плевры, разгибательных переломов 3-7 правых ребер между средне- и заднеподмышечной линиями, сгибательных переломов 2-7 правых ребер по среднеключичной линии, сгибательных переломов 2-3 левых ребер по окологрудинной линии, косопоперечного перелома грудины между 1 и 2 ребрами с обширными кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани, чрезплевральных разрывов нижней и средней долей правого легкого, - повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; 

- рвано-ушибленная рана левого локтевого сгиба, которая причинила легкий вред здоровью по признаку временного нарушения функций органов и (или) систем продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно) (кратковременное расстройство здоровья); ссадины на левой нижней конечности, - не повлекшие вреда здоровью как не повлекшие за собой кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности.

В результате небрежных действий ФИО4 смерть ФИО12 наступила от закрытой тупой травмы грудной клетки с поперечным переломом средней трети правой ключицы, множественными двухсторонними переломами ребер по различным анатомическим линиям с разрывами правого легкого, переломом тела грудины, осложнившейся правосторонним гемопневмотораксом (1300 мл крови и воздух в правой плевральной полости) и травматическим шоком, через непродолжительное время после причинения указанных повреждений на месте происшествия.

В судебном заседании ФИО4 виновным себя в совершении инкриминируемого ему преступления не признал.

Вопреки доводам представления прокурора и жалобы представителя потерпевшей, в ходе судебного заседания суд исследовал все представленные сторонами доказательства, которым дал в приговоре надлежащую оценку, основанную на требованиях ст.ст. 87, 88 УПК РФ, привел мотивы, по которым отверг доказательства, представленные стороной обвинения.

Каких-либо непоследовательных, противоречивых выводов, которые не соответствуют требованиям закона и не отвечают принципам уголовного судопроизводства, в приговоре не содержится. 

Так, субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 2 ст.109 УК РФ характеризуется неосторожной формой вины в виде преступного легкомыслия или преступной небрежности. Причинение смерти по небрежности, которое и было вменено ФИО4 органами предварительного следствия, имеет место, когда виновный не предвидит возможности причинения смерти потерпевшему в результате своих деяний, но по обстоятельствам дела должен был и мог это предвидеть, если бы действовал с большой осмотрительностью и внимательностью. 

При этом причинение смерти по небрежности следует отличать от невиновного ее причинения. В этом случае смерть находится в причинной связи с деяниями лица, которое не только не предвидело, но и не должно было и не могло ее предвидеть. В этом случае уголовная ответственность исключается.

Оправдывая ФИО4 и признавая его невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, суд должным образом исследовал объективную и субъективную сторону инкриминируемого ФИО4 деяния, оценив доказательства стороны обвинения и защиты, в том числе показания: самого ФИО4, данные им в ходе следствия (т. 3 л.д. 65-71); потерпевшей Потерпевший №1; свидетеля Свидетель №7 в судебном заседании и в ходе следствия (т. 1 л.д. 215-218); свидетеля Свидетель №12; свидетеля Свидетель №8 в судебном заседании и в ходе следствия (т. 1 л.д. 223-226); свидетеля Свидетель №1; свидетеля Свидетель №9 в судебном заседании и в ходе следствия (т. 1 л.д. 227-230); свидетеля ФИО6; свидетеля Свидетель №5; свидетеля Свидетель №3; свидетеля Свидетель №13, в судебном заседании и в ходе следствия (т. 2 л.д. 37-39); свидетеля Свидетель №10 и Свидетель №11; свидетеля Свидетель №4 в судебном заседании и в ходе следствия (т. 1 л.д. 203-205, т. 3 л.д. 145-147); свидетеля Свидетель №6 в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 212-114); свидетелей защиты Свидетель №19, Свидетель №18; свидетелей защиты Свидетель №15, Свидетель №16, Свидетель №17 в ходе следствия (т. 1 л.д. 243-246, 247-250, т. 2 л.д. 9-12); экспертов ФИО13 и ФИО14; эксперта Свидетель №14 в ходе следствия (т. 1 л.д. 127-129); письменные материалы дела, в том числе заключение экспертов 

<

.......> от 

<

.......>, и пришел к обоснованному выводу, что в действиях ФИО4 во время управления трактором «Беларус-3522» с государственным регистрационным знаком «

<

.......> с прицепными к нему агрегатами в виде посевного комплекса «КУЗБАСС-Т» и установкой жидких удобрений (далее УЖУ), располагавшейся позади посевного комплекса, в момент наезда на ФИО12, не усматривается противоречий ни требованиям ПДД РФ, ни должностной инструкции. Сам по себе факт начала движения трактора с УЖУ вперед опасности не представлял, пострадавший ФИО12 сам в результате своих опасных действий зашел в коридор движения трактора. Действия ФИО4 не находятся в причинной связи с наездом на ФИО12 Поэтому ФИО4 при исполнении своих профессиональных обязанностей не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий в виде смерти ФИО12 в результате наезда на последнего при движении вперед агрегатированной с трактором и посевным комплексом установки жидких удобрений, и не мог предвидеть эти последствия. 

Суд первой инстанции правильно пришел к выводу, что выводы комиссии по расследованию смертельного несчастного случая, содержащиеся в акте от 

<

.......>, где ответственным лицом за нарушение п. 5.1 «Причины вызвавшие несчастный случай» комиссия посчитала тракториста ООО АК «

<

.......>» ФИО4, допустившего нарушения разд. 2, п. 3 инструкции по охране труда для тракториста, ст. 215 ТК РФ, не может быть поставлен в вину ФИО4, поскольку указанные выводы были опровергнуты заключением экспертов 

<

.......>, 2605/08-1-24 от 

<

.......>, по результатам назначенной судом автотехнической экспертизы, согласно выводов которой в действиях водителя ФИО4 не усматривается противоречий ни требованиям ПДД РФ, ни должностной инструкции. При этом, отвечая на первый вопрос эксперты указали, что водитель трактора, не видя опасности для движения, которая создавалась действиями потерпевшего мог начинать движение вперед и поэтому предотвращение наезда зависело не от технической возможности у водителя трактора, а от опасных действий (бездействия) потерпевшего.

Все исследованные судом доказательства, представленные стороной обвинения, данные выводы суда не опровергают.

Как следует из приговора судом достоверно было установлено, что в ООО АК «

<

.......>» ФИО4 и ФИО12 осуществляли сезонные работы по найму. 

<

.......> в дневное время работниками ООО АК «

<

.......>» ФИО4 и ФИО12 производились посевные работы на сельскохозяйственном поле вблизи 

<

.......>, в ходе которых ФИО4 осуществлял управление вверенным ему руководством ООО АК «

<

.......>» технически исправным трактором «Беларус-3522» с государственным регистрационным знаком «

<

.......>» с прицепными к нему агрегатами в виде посевного комплекса «КУЗБАСС-Т» и установкой жидких удобрений, располагавшейся позади посевного комплекса.

<

.......> около 16 часов 02 минут, находясь на участке сельскохозяйственного поля вблизи 

<

.......>, расположенном на расстоянии около 4560

<

.......>», ФИО12 присел прикурить на корточки за колесо бочки с жидкими удобрениями. В это время трактор «Беларус-3522» с государственным регистрационным знаком «

<

.......>» с прицепными к нему агрегатами в виде посевного комплекса «КУЗБАСС-Т» и установкой жидких удобрений под управлением ФИО4 начал движении вперед. В результате был осуществлен наезд на ФИО12, в следствии чего последний скончался на месте происшествия. При этом, ФИО12 перед происшествием должен был находиться вне полосы движения трактора с установкой жидких удобрений, поэтому сам по себе факт начала движения трактора с установкой жидких удобрений вперед опасности не представлял, пострадавший сам зашел в коридор движения трактора. При этом водитель трактора, не видя опасности для движения, которая создавалась действиями потерпевшего мог начинать движение вперед и поэтому предотвращение наезда зависело не от технической возможности у водителя трактора, а от опасных действий (бездействия) потерпевшего. В действиях ФИО4 не усматривается противоречий ни требованиям ПДД РФ, ни должностной инструкции. 

Приговор суда первой инстанции в отношении ФИО4 соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, при этом суд первой инстанции в соответствии со ст. 305 УПК РФ в приговоре подробно изложил существо обвинения, обстоятельства уголовного дела, установленные судом, которые приведены в апелляционном постановлении выше, а также основания оправдания ФИО4 Все представленные сторонами доказательства получили в приговоре надлежащую оценку как каждое в отдельности, так и в совокупности.

К доводам апелляционного представления о том, что вина ФИО4 доказана показаниями потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1, ФИО6, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №7, Свидетель №8, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №13, исследованными материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции относится критически, поскольку в представлении не конкретизировано, в какой части показания вышеуказанных свидетелей, а также какие именно письменные материалы уголовного дела подтверждают вину ФИО4 в совершении преступления. При этом следует отметить, что, приводя мотивы принятого решения, суд первой инстанции дал надлежащую оценку как показаниям свидетелей, которые по мнению прокурора изобличают ФИО4 в совершении преступления, так и другим исследованным материалам уголовного дела. Иной оценки как показаний потерпевшей и свидетелей, так и материалов уголовного дела, с соответствующими выводами представление прокурора не содержит. 

В обоснование принятого решения суд привел в приговоре показания свидетелей Свидетель №19, Свидетель №18, Свидетель №15, Свидетель №16, Свидетель №17, свидетеля Свидетель №1, Свидетель №3, экспертов ФИО13 и ФИО14, а также заключение экспертов 

<

.......>, 

<

.......> от 

<

.......>, протокол проверки показаний на месте от 

<

.......>, с фото-таблицей. 

Так, свидетель Свидетель №19 пояснил в ООО АК «

<

.......>» ФИО4 осуществлял сезонные работы по найму в качестве тракториста.

Свидетель Свидетель №18 в судебном заседании, а также свидетели Свидетель №15 и Свидетель №16, в ходе следствия, поясняли, что ФИО12 любил курить и они видели, как тот присаживался на корточки за колеса сельхозтехники.

Из показаний свидетеля Свидетель №17, оглашенных в судебном заседании, следует, что он является главным специалистом отдела гостехнадзора. В ходе проведения следственного эксперимента было установлено, что звуковой сигнал трактора «Беларус 3522» при работающем комплекса «Кузбасс-М» и автомобиле «Камаз» у бочки жидких удобрений не слышен. При работающей технике и сильном ветре ФИО12, возможно, не слышал звуковой сигнал и начало движения трактора. С учетом предоставленных: протокола осмотра места происшествия, протокола следственного эксперимента, протокола допроса свидетеля Свидетель №1, он может с уверенностью сказать, что ФИО12 на момент движения трактора «Беларус-3522» находился в мертвой зоне обзора у тракториста-машиниста ФИО4, то есть ФИО4 в зеркала заднего вида и при всех своих возможностях и технических характеристик трактора не мог видеть ФИО12 В сложившейся ситуации ФИО12 нарушил технику безопасности, не убедившись в безопасности своих действий, когда подходил к бочке жидких удобрений, поскольку должен был знать, что ФИО4 может начать движение агрегата.

Факт того, что ФИО12 не был виден ФИО4 в момент начала движения трактора с прицепным оборудованием, а также то, что у трактора «Беларус-3522» маломощный звуковой сигнал и его не слышно при работающей технике подтвердил в судебном заседании и свидетель Свидетель №3 Также свидетель подтвердил установленные в ходе следственного эксперимента выводы, указав, что тракторист ФИО4 не мог видеть ФИО12

Свидетель №1, допрошенный в судебном заседании, пояснил, что в ходе следственного эксперимента, проведенного 

<

.......> с его участием, протокол которого ему представлен на обозрение, было установлено, что статиста Свидетель №15, стоящего около бочки жидких удобрений из кабины трактора «Беларус-3522» не видно из-за отсутствия обзора в зеркало заднего вида, через заднее стекло кабины трактора, из-за посевного комплекса «Кузбасс-Т».

Эксперты ФИО13, ФИО14 в судебном заседании пояснили, что наезд на ФИО12 произошел при движении трактора вперед. При движении вперед водитель должен посмотреть вперед, оценить траекторию своего движения на безопасность. Наезд на ФИО12 произошел, судя по следам, один раз.

Согласно выводам, изложенным в заключении экспертов 

<

.......>, 

<

.......> от 

<

.......>, водитель трактора, не видя опасности для движения, которая создавалась действиями потерпевшего мог начинать движение вперед и поэтому предотвращение наезда зависело не от технической возможности у водителя трактора, а от опасных действий (бездействия) потерпевшего. В данном происшествии водитель трактора должен был руководствоваться требованиями инструкций, имеющихся в деле (т.2 л.д. 59,86). В действиях водителя не усматривается противоречий ни требованиям ПДД РФ, ни должностной инструкции, что вытекает из следующих соображений. Материалами дела установлено, что пострадавший перед происшествием должен был находиться вне полосы движения трактора с УЖУ, поэтому сам по себе факт начала движения трактора с УЖУ вперед опасности не представлял. Кроме того, из материалов усматривается, что именно сам пострадавший зашел в коридор движения трактора. Начиная движение и не имея на своем пути в поле зрения каких-либо препятствий, водитель трактора действует в соответствии с Правилами и должностными инструкциями и его действия не находятся в причинной связи с рассматриваемым наездом. Место наезда (переезда) на ФИО12 могло быть в месте, указанном на схеме как место наезда на человека, то есть в 4,8 м. от края полевой дороги в северном направлении и в 4560.9 м. до дорожного знака «311» (т. 4 л.д. 238-248). 

Согласно протоколу проверки показаний на месте от 

<

.......> и фото-таблице к нему, указанное следственное действие было проведено с участием ФИО4 и Свидетель №1 и было установлено, что при движении вперед и повороте направо, в левое боковое зеркало бочка жидких удобрений не видна. В правое боковое зеркало видна правая сторона посевного комплекса «Кузбасс-Т», правая сторона бочки жидких удобрений и правая сторона верхней части автомобиля «КАМАЗ». При взгляде в заднее стекло кабины трактора виден только посевной комплекс «Кузбасс-Т» (бочка жидких удобрений за ним не видна), а также часть автомобиля «КАМАЗ» (т.2 л.д. 241-249).

Сам оправданный ФИО4 в своих показаниях указал, что 

<

.......> в дневное время, после того как он совместно с Свидетель №1 загрузил в бочку жидкие удобрения, он пошел в сторону трактора «Беларус-3522», которым он управлял, вдоль всех прицепных устройств, прицепленных к трактору. ФИО12 в это время пошел к своему трактору. В то время, пока он шел вдоль всех прицепных устройств до начала движения трактора, он просмотрел, что в зоне дальнейшего движения его трактора и прицепных устройств, а также между агрегатами посевного комплекса и под ними никого нет, люди отсутствуют, он достоверно знал, что Свидетель №1 находится в кузове автомобиля «Камаз», а ФИО38 ФИО2 ушел к своему трактору, находящемуся на значительном отдалении от них. Перед тем как он сел в кабину трактора «Беларус-3522» для запуска двигателя, около его трактора и всех его прицепных устройств никого не было, и он в этом достоверно убедился сам. 

С учетом изложенного, по мнению суда апелляционной инстанции, показания потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1, ФИО6, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №7, Свидетель №8, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №13, на которые ссылается сторона обвинения в апелляционном представлении, никоим образом не опровергают выводы суда в той части, что ФИО4 не только не предвидел возможности наступления смерти ФИО12 в результате наезда на него колесом прицепного агрегата к трактору «Беларус-3522» – установки жидких удобрений, но по обстоятельствам дела он и не должен был и не мог ее предвидеть, то есть в его действиях отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 2 ст. 109 УК РФ. 

В соответствии со ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Вопреки доводам стороны обвинения, то обстоятельство, что ФИО4 управлял трактором «Беларус-3522» с государственным регистрационным знаком «

<

.......>» с прицепными к нему агрегатами в виде посевного комплекса «КУЗБАСС-Т» и установкой жидких удобрений, располагавшейся позади посевного комплекса, в следствии чего произошел наезд на ФИО40., не является безусловным основанием для привлечения ФИО4 к уголовной ответственности по ст. 109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности. В соответствии с действующим уголовным законодательством, только наличие всех признаков состава преступления, является необходимым и достаточным для привлечения лица, совершившего общественно опасное деяние, к уголовной ответственности. 

Однако, собранные по делу доказательства не только не подтверждают то обстоятельство, что ФИО4 при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть последствия в виде причинения вреда здоровью и как следствие смерти человека в результате наезда на него колесом прицепного агрегата к трактору «Беларус-3522» – установки жидких удобрений, иначе говоря, есть ли в его действиях необходимые признаки субъективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 109 УК РФ, но и опровергают данные выводы органов предварительного следствия.

Поскольку сторона обвинения не представила доказательств, бесспорно подтверждающих обвинение ФИО4 в совершении инкриминированного ему преступления, суд, правильно установив фактические обстоятельства дела, пришел к обоснованному выводу об отсутствии в его действиях вмененного состава преступления, и оправдал его по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, так как в силу требований ч. 1 ст. 28 УК РФ лицо признается невиновным, если не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий и по обстоятельствам дела не должно было или не могло их предвидеть. 

Суд апелляционной инстанции считает, что данный вывод суда соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на глубоком анализе всесторонне рассмотренных судом доказательств.

Всем исследованным в судебном заседании доказательствам суд дал надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией стороны обвинения, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению судебного решения.

Суд при рассмотрении дела и вынесении приговора не нарушил положения ст. 252 УПК РФ и рассмотрел дело в рамках предъявленного ФИО4 обвинения. 

Судом было правильно установлено, что доказательства, представленные стороной обвинения, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не дают оснований для вывода о виновности подсудимого в инкриминируемом ему преступлении. Следовательно, суд первой инстанции обоснованно пришел к убеждению о том, что предъявленное подсудимому ФИО4 обвинение по ч. 2 ст. 109 УК РФ причинение смерти ФИО12 по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, не нашло своего подтверждения.

Не соглашается суд апелляционной инстанции с доводами жалобы представителя потерпевшего о необходимости отмены приговора и возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Так, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, суд при осуществлении производства по уголовному делу может возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения в случаях, когда в досудебном производстве допущены нарушения уголовно-процессуального закона, не устранимые в судебном заседании, в том числе обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований УПК РФ, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения.

Таких нарушений по настоящему уголовному делу не допущено. Обвинительное заключение составлено в соответствии со ст. 220 УПК РФ, поэтому у суда отсутствовали законные основания для возвращения уголовного дела прокурору.

Все доводы жалобы представителя потерпевшего сводятся к том, что суд в ходе судебного следствия по данному уголовному делу должен был проверить причастность иных лиц, в том числе директора ООО АК «

<

.......>» Свидетель №19, а также ФИО4, к совершению иных преступлений, предусмотренных ст.ст. 143, 216, 217 УК РФ.

Однако, указанные выводы представителя потерпевшего противоречат требованиям ст. 252 УПК РФ, согласно которой судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, а изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Проверка судом действий ФИО7, а также иных лиц к совершению преступлений, предусмотренных ст.ст. 143, 216, 217 УК РФ, привела бы к тому, что суд первой инстанции вышел за рамки предъявленного обвинения, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влияющим на законность принимаемого судом решения по уголовному делу. 

Кроме того, признавая доводы представителя потерпевшего необоснованными, суд апелляционной инстанции отмечает, что материалы уголовного дела (т. 3 л.д. 9-10) содержат постановление следователя от 

<

.......>, которым уголовное преследование в части совершения неустановленным лицом преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ, прекращено на основании п.1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления. 

Наличие акта о расследовании несчастного случая на производстве со смертельным исходом от 

<

.......>, на что ссылается представитель потерпевшего в своей жалобе не является для суда преимущественным доказательством, поскольку оно подлежит оценке наравне и в совокупности с другими доказательствами, что и было сделано судом, с учетом проведенной по делу автотехнической экспертизы и показаний свидетелей.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов сторонам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или которые могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущего отмену приговора по доводам представления и жалобы не установлено, оправдательный приговор, в том числе его резолютивная часть, соответствует требованиям ст.ст. 305, 306 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928, 38933 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции 

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Ишимского районного суда 

<

.......> от 

<

.......> в отношении ФИО4 оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя потерпевшей и апелляционное представление Ишимского межрайонного прокурора 

<

.......> – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с положениями гл. 471 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора суда, путем подачи кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции, с соблюдением требований ст. 4014 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 40110-40112 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий А.Д. Ильин