РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Серов 03 мая 2017 года

Серовский районный суд Свердловской области в составе председательствующего Воронковой И.В., при секретаре судебного заседания Бычкове В.А. рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-479/2017 по иску

ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности

с участием истца - ФИО1, представителя истца - адвоката Молвинских Ю.С., действующего на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ, представителя ответчика Министерства Финансов РФ - ФИО2, действующей на основании доверенности – 

<

адрес>3 от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия по до ДД.ММ.ГГГГ, представителя третьего лица МО МВД России «Новолялинский» - ФИО3, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ, представителя третьего лица прокуратуры 

<

адрес> - старшего помощника Серовского городского прокурора Гребенкиной А.Н., действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ года

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Серовский районный суд 

<

адрес> с исковым заявлением к Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей за незаконное привлечение к уголовной ответственности. 

В обоснование исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ приговором мирового судьи судебного участка судебного района, в котором создан Верхотурский районный суд 

<

адрес> по уголовному делу № был оправдан по предъявленному обвинению, предусмотренному п.«а» ч.1 ст.258 УК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления. Апелляционным постановлением Верхотурского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ приговор мирового судьи оставлен без изменения. Указывает, что с ДД.ММ.ГГГГ испытывал нравственные страдания и переживания, поскольку в отношении него было возбуждено уголовное дело, в связи с чем просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель адвокат Молвинских Ю.А. исковые требования поддержали, в обоснование чего привели доводы, изложенные в исковом заявлении. 

Адвокат Молвинских Ю.А. дополнительно просил учесть отсутствие каких-либо фактических оснований для возбуждения в отношении истца уголовного дела, длительность уголовного преследования, наличие в отношении истца публикаций в средствах массовой информации, что причиняло последнему дополнительные нравственные страдания, причинение истцу вреда здоровью, что находится в прямой причинно-следственной связи с уголовным преследованием, кроме этого отметил, что истец был лишен возможности использования принадлежащего ему огнестрельного оружия, что также причиняло ему нравственные страдания. Указанные обстоятельства, по мнению стороны истца, являются основанием для взыскания с ответчика суммы компенсации морального вреда в запрошенном размере 250 000 рублей, которая не является завышенной и снижению не подлежит.

В судебном заседании представитель ответчика Министерства финансов РФ ФИО2 просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, ссылаясь в обоснование на доводы, аналогичные изложенным в исковом заявлении.

Согласно письменному отзыву Министерства Финансов РФ, ответчик просит отказать в удовлетворении исковых требований, поскольку истец основывает свои требования на нормах ст.1070 ГК РФ, однако считает, что данная норма права распространяется на реабилитированных лиц, к тому же действия должностных лиц, проводивших предварительное расследование в порядке ст.ст.124-125 УПК РФ незаконными не признаны. Относительно физических страданий истца считает, что причинно-следственная связь между неправомерными действиями сотрудников, проводивших предварительное расследование и возникшими заболеваниями у истца отсутствует, поскольку заболевания у истца возникли ещё в 2012 году, то есть до возбуждения уголовного дела. Запрошенный к взысканию размер компенсации морального вреда, является чрезмерно завышенным. 

Представитель третьего лица МО МВД России «Новолялинский» ФИО3 просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, поддержала отзыв на исковое заявление. 

Согласно указанного отзыва, при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости, а также индивидуальные особенности гражданина. Учитывая индивидуальную особенность ФИО1, а именно, что ему поставлен диагноз сахарный диабет второго типа с 2012 года, со стороны истца не подтвержден тот факт, что обострение данного заболевания явилось следствием уголовного преследования по уголовному делу №. Заявленная сумма в качестве компенсации морального вреда истцом завышена и не соответствует принципу разумности и справедливости. Считает, что в исковом заявлении не усматривается повода для возмещения компенсации морального вреда ввиду отсутствия подтверждающих документов. Поскольку компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер которой возможно определить лишь с учетом представленных в полном объеме доказательств, считает исковые требования не подлежащими удовлетворению в полном объеме.

В судебном заседании представитель третьего лица - 

<

адрес> Гребенкина А.Н. с исковыми требованиями согласилась частично в сумме 10 000 рублей. Поддержала доводы письменного возражения на исковое заявление заместителя прокурора 

<

адрес> Чуликова Д.В. 

Из текста указанного возражения следует, что относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о причиненных истцу физических и нравственных страданиях, не представлено. Довод ФИО1 о переживаниях по поводу необоснованного обвинения в совершении преступлений, которых он не совершал, не может быть принят во внимание. Гражданин, не допускающий нарушения закона, в отношении которого возбуждено уголовное дело, имеет основания полагать о положительном для себя исходе, а уверенность в своей невиновности устраняет лишние сомнения и нравственные страдания. Каких-либо доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между уголовным проследованием истца и ухудшением состояния его здоровья, не имеется. Данный вывод возможем только на основании заключения судебно-медицинской экспертизы, либо соответствующего диагноза, подтвержденного лечебным учреждением на основании истории болезни и устанавливающего наличие причинно-следственной связи. Обострение ряда заболеваний (сахарный диабет, панкреатит), имевшихся до возбуждения указанного уголовного дела, не может являться основанием для компенсации морального вреда. Кроме того, необходимо учитывать, что ФИО1 обвинялся в совершении преступления небольшой тяжести, мера пресечения в отношении него не избиралась, в качестве меры процессуального принуждения ДД.ММ.ГГГГ избрано обязательство о явке, срок расследования уголовного дела органами дознания (4 месяцев 7 дней) соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации. С учетом конкретных обстоятельства дела, согласно п.2 ст.1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО1 в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, подлежит снижению в соответствии с требованиями разумности и справедливости до 10 000 рублей. 

Суд, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, оценив доказательства по делу на предмет их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, пришел к следующим выводам.

В соответствии со ст.53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или должностных лиц.

Разрешая спор, суд исходит из того, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности в силу п.1 ст.1070 ГК РФ возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, в порядке, установленном законом.

Согласно ст.1071 ГК РФ в случаях, когда вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации от ее имени выступает Министерство финансов Российской Федерации.

В силу ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Согласно ч.1, п.1 ч.2 ст.133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

На основании п.2, п.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда вред, причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В силу ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других предусмотренных законом случаях, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

Согласно ст.1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, с учетом фактических обстоятельств, степени вины причинителя вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, с учетом требований разумности и справедливости.

Как разъяснено в Определении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N643-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина на нарушение его конституционных прав частью первой ст.133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (ч.1 ст.133); данная норма как таковая направлена на защиту прав и законных интересов лиц, незаконно подвергшихся уголовному преследованию, и сама по себе не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявителя; Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, закрепляя, что уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (ч.2 ст.6), предусматривает не только защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод, но и защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений (ч.1 ст.6). Так, ч.2 ст.136 УПК РФ прямо предусматривает, что иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства; при этом согласно ст.151 ГК РФ суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда, если гражданину такой вред (физические или нравственные страдания) причинен действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.

Из содержания указанной выше нормы права, изложенной в ст.1100 ГК РФ следует, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности.

В п.21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N17 указано, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ начальником отдела дознания отдела полиции ММО МВД России «Новолялинский» было возбуждено уголовное дело в отношении истца ФИО1 по п.«а» ч.1 ст.258 УК РФ по факту незаконной охоты. 

ДД.ММ.ГГГГ приговором мирового судьи судебного участка судебного района, в котором создан Верхотурский районный суд 

<

адрес> по уголовному делу № истец оправдан по предъявленному обвинению, предусмотренному п. «а» ч.1 ст. 258 УК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления. 

Апелляционным постановлением Верхотурского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № приговор мирового судьи оставлен без изменения.

В связи с оставлением ДД.ММ.ГГГГ без изменения приговора мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 возникло право для обращения в суд с настоящим иском, поскольку в соответствии с п.1 ч.2 ст.133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

В связи с тем, что в отношении ФИО1 незаконно осуществлялось уголовное преследование по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.1 ст.258 УК РФ УК РФ, в соответствии с п.1 ст.1070 ГК РФ он имеет право на компенсацию морального вреда, который подлежит возмещению за счет средств казны Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в том числе при незаконном привлечении к уголовной ответственности.

Поскольку судом установлен факт незаконного уголовного преследования в отношении истца ФИО1, указанный факт безусловно нарушил личные неимущественные права истца, принадлежащие ему от рождения: честь и достоинство личности, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которое он не совершал, нарушение данных прав причинило истцу нравственные страдания, поскольку он не мог не переживать и не испытывать чувство унижения и стыда по поводу того, что подвергался уголовному преследованию, следовательно, моральный вред, причиненный истцу в результате незаконного уголовного преследования, подлежит возмещению и суд соглашается с наличием оснований для взыскания в пользу ФИО1 суммы компенсации морального вреда. 

Вопреки доводам жалобы Министерства Финансов РФ, сам по себе факт незаконного уголовного преследования подтверждает причинение лицу морального вреда в виде нравственных страданий.

Доводы ММО МВД России «Новолялинский» об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда противоречат материалам дела, из которого следует, что истец был незаконно привлечен к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного п.«а» ч.1 ст.258 УК РФ, с избранием ему меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке. 

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При этом, обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда на основании, положений ст.1101 ГК РФ, следует исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Материалами уголовного дела в отношении ФИО1 подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ ММО МВД «Новолялинский» возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 258 ч.1 п. «а» УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было вручено уведомление о подозрении в совершении преступления, в связи с чем с указанной даты он приобрел статус подозреваемого в совершении преступления. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого, этого же числа ФИО1 избрана мера процессуального принуждения – обязательство о явке на срок до окончания судебного разбирательства. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 ознакомлен с постановлением о назначении судебно-баллистической экспертизы и результатами её проведения, равно ознакомлен с назначением физико-химической экспертизы и результатами её проведения. 

ДД.ММ.ГГГГ прокурором 

<

адрес> Рубан А.В. утверждён обвинительный акт в отношении ФИО1, по обвинению, предусмотренному п.«а» ч.1 ст.258 УК РФ. 

Из справки по обвинительному акту следует, что срок дознания составил 129 суток. 

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело поступило мировому судье судебного участка Верхотурского судебного района для рассмотрения по существу. 

ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 участвовал в судебных заседаниях по уголовному делу у мирового судьи судебного участка Верхотурского судебного района, ДД.ММ.ГГГГ присутствовал на оглашении приговора, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, участвовал в судебных заседаниях при пересмотре уголовного дела судом апелляционной инстанции. 

ДД.ММ.ГГГГ постановлением мирового судьи судебного участка судебного района, в котором создан Верхотурский районный суд 

<

адрес>, в пользу ФИО1 в счет возмещения имущественного вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, с Министерства Финансов Российской Федерации взыскано 106 000 рублей, которые обусловлены исключительно расходами ФИО1 на оплату услуг адвоката (50 000 рублей, 56 000 рублей). 

Суд усматривает, что участие ФИО4 в ходе предварительного расследования и судебных заседаниях в суде первой и второй инстанции явилось обязанностью ФИО1 в связи с возбуждением уголовного дела, при этом факт нравственных страданий и переживаний истца в связи с явками в ходе предварительного расследования и в суд не прошел для него бесследно, поскольку истец, как он указывает на протяжении 14 месяцев жил, в страхе за свою судьбу в связи с возбуждением уголовного дела и его рассмотрением в суде, данный факт доказыванию не подлежит и является общеизвестным. 

По отношению к истцу не была избрана мера пресечения, в отношении него была установлена только мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

Как пояснил в судебном заседании истец, на его иждивении каких-либо лиц, в том числе несовершеннолетних детей не имеется, истец продолжал работать, утраченного заработка не имел.

Доводы истца и его представителя о том, что в его отношении в СМИ были опубликованы соответствующие сведения, что причиняло ему дополнительные страдания, не принимаются судом во внимание, в связи с тем, что распространялись не органами дознания, прокурором или судом, а СМИ, и на момент распространения являлись достоверными.

В настоящем деле не рассматривается вопрос о причинении истцу нравственных страданий в связи с распространением недостоверной информации, порочащей его честь и достоинство, соответствующих требований истцом заявлено не было. 

Переходя к проверке доводов истца об обострении и приобретении заболеваний установлено, что имеющиеся у истца заболевания не находятся в прямой причинно-следственной связи с привлечением истца к уголовной ответственности. 

Суд считает, что в ходе судебного заседания истец не доказал причинение ему физических страданий, не смотря на то, что обязанность доказывания причинения вреда здоровью в силу положений ст.1064 ГК РФ и ст.56 ГПК РФ, возложена именно на него. 

Суд отмечает, что, несмотря на состояние здоровья истца в период уголовного преследования, доказательства, свидетельствующие о приобретении заболеваний в связи с уголовным преследованием, отсутствуют, равно как и доказательства, позволяющие установить факт причинения вреда здоровью истца, при этом имеющиеся заболевания подлежат учету судом как индивидуальные особенности личности истца ФИО1 

Указанное соотносится с позицией ВС РФ, изложенной в Определении от ДД.ММ.ГГГГ N88-КГПР15-1.

Истцом, равно его представителем не доказано наличие причинно-следственной связи между ухудшением состояния здоровья истца либо приобретения определенных заболеваний истцом и установленным судом незаконным привлечением истца к уголовной ответственности.

Приложенные к материалам дела со стороны истца медицинские документы, как считает суд, свидетельствуют исключительно о состоянии здоровья истца, но факт ухудшения его здоровья именно вследствие незаконного привлечения к уголовной ответственности не подтверждают.

Доводы представителя истца о том, что истец понес нравственные страдания из-за невозможности пользоваться изъятым у него оружием также не влияют на размер компенсации морального вреда, в связи с тем, что в силу прямого указания п.2 ст.1099 ГК РФ, моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом, обратного истцом не доказано. 

Никакие иные личные неимущественные права и нематериальные блага в результате привлечения истца к уголовной ответственности нарушены не были, обратного стороной истца не доказано, доводы истца об обратном, не принимаются судом как несостоятельные и основанные на субъективном понимании закона. 

Таким образом, суд, установив факт незаконного привлечения истца к уголовной ответственности, применения к нему меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке, пришел к выводу о наличии причинной связи между действиями органов дознания и перенесенными истцом нравственными страданиями. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает индивидуальные особенности истца, а именно его возраст – 55 лет, отсутствие судимости, сферу его трудовой (профессиональной) деятельности – охранник в службе безопасности ОАО «Сибнефтепровод», наличие имеющихся у него заболеваний, период их возникновения, а также категорию преступления – небольшой тяжести, в которой он обвинялся, установленную по отношению к истцу меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке, которая не препятствовала истцу вести обычный образ жизни, работать, свободно передвигаться, получать медицинскую помощь, длительность уголовного преследования в целом, включая продолжительность судопроизводства, составивших в совокупности 14 месяцев, в период которого истец допрашивался в соответствующем процессуальном статусе, оправдание истца за отсутствием в его деянии состава преступления в суде первой инстанции, а также, что нарушение прав истца порождало у него чувство страха, подавленности, унижения, он находился под воздействием длительной психотравмирующей ситуации, претерпел нравственные страдания, в связи с чем и с учетом требований разумности и справедливости считает необходимым взыскать с ответчика сумму компенсации морального вреда частично в размере 60 000 рублей, не находя при этом оснований для взыскания компенсации морального вреда в запрошенном истцом размере 250 000 рублей, отмечая при этом, что человеческие страдания невозможно оценить в денежном выражении, компенсация морального вреда не преследует цель восстановить прежнее положение ФИО1, поскольку произошло умаление неимущественной сферы гражданина, а лишь позволяет максимально сгладить негативные изменения в психической сфере личности.

Кроме того, суду не было представлено отвечающих требованиям гл.6 ГПК РФ доказательств, свидетельствующих о причинении истцу физических и нравственных страданий, компенсация за которые могла бы быть установлена в большем размере.

Выражая несогласие с взысканием в пользу истца суммы компенсации морального вреда, ответчик, третье лицо, равно прокурор, полагавший разумным взыскать в пользу ФИО1 сумму компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, не ссылаются на обстоятельства и не приводят доказательства в их обоснование, которые бы позволили бы суду отказать в иске либо определить сумму компенсации морального вреда ниже, определенного судом размера. 

За требование о взыскании компенсации морального вреда государственная пошлина истцом не уплачивалась, в связи с чем неуплаченная государственная пошлина не может быть взыскана с ответчика – Министерства Финансов Российской Федерации в порядке распределения судебных расходов в пользу истца. Также указанная сумма судебных расходов не может быть взыскана с Министерства Финансов Российской Федерации с порядке ст.103 ГПК РФ, так как указанный орган государственной исполнительной власти освобожден от уплаты государственной пошлины на основании подп.19 п.1 ст.333.36 НК РФ. 

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.194 - ст.198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности - удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации, выступающего от имени Российской Федерации, за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 сумму компенсации морального вреда частично в размере 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении требований о взыскании с Министерства Финансов Российской Федерации, выступающего от имени Российской Федерации, за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 суммы компенсации морального вреда в части 190 000 (сто девяносто тысяч) рублей – отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Серовский районный суд 

<

адрес>.

Судья Серовского районного суда подпись И.В. Воронкова

Мотивированное решение в окончательной форме 

составлено ДД.ММ.ГГГГ 

Судья Серовского районного суда подпись И.В. Воронкова