2-1627/2020

43RS0002-01-2020-002139-34

Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

г. Киров 13 октября 2020 года 

Октябрьский районный суд города Кирова в составе

судьи Стародумовой С.А.,

при секретаре Кокориной И.Г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску АО «Кирово-Чепецкое управление строительства» в лице конкурсного управляющего ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору купли-продажи, и встречному иску ФИО2 АО «Кирово-Чепецкое управление строительства» в лице конкурсного управляющего ФИО1 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок,

УСТАНОВИЛ:

АО «Кирово-Чепецкое управление строительства» в лице конкурсного управляющего ФИО1 обратились в суд с иском к ФИО2 о взыскании задолженности по договору купли-продажи. В обоснование иска указали, что между АО «КЧУС» и ФИО2 был заключен договор купли-продажи квартиры. В соответствии с п.1.1 договора предметом настоящего договора является приобретение в собственность следующего объекта недвижимости: четырехкомнатная квартира 

<

данные изъяты>, расположена на шестом этаже десятиэтажного кирпичного жилого дома, общая площадь квартиры 73,4 кв.м. Кадастровый номер 

<

данные изъяты>. Пунктом 2 договора предусмотрено, что квартира продается по цене 3 150 000 рублей. Договор был зарегистрирован в Управлении Росреестра по Кировской области 31.03.2018. У конкурсного управляющего отсутствуют сведения об оплате указанной квартиры. Просили взыскать с ФИО2 задолженность по договору купли-продажи квартиры от 26.07.2017 в сумме 3 150 000 рублей.

ФИО2 обратилась в суд со встречным иском к АО «Кирово-Чепецкое управление строительства» в лице конкурсного управляющего ФИО1 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок. В обоснование иска указала, что между ней и АО «Кирово-Чепецкое управление строительства» были подписаны договоры купли-продажи: договор купли-продажи квартиры 

<

данные изъяты> от 24.11.2014, в соответствии с которым ФИО2 (продавец) отчуждает, а АО «КЧУС» (покупатель) приобретает в собственность объект недвижимости: четырехкомнатную квартиру 

<

данные изъяты>. Вышеуказанная квартира принадлежит ФИО2 на основании договора 

<

данные изъяты> купли-продажи квартиры (возникновение ипотеки в силу закона) от 19.07.2013, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права на бланке 

<

данные изъяты>, выданным 25.07.2013 Управлением Росреестра по Кировской области, о чем в ЕГРН 25.07.2013 сделана запись регистрации 

<

данные изъяты>. Договор купли-продажи квартиры от 26.07.2017, в соответствии с которым АО «КЧУС» (продавец) отчуждает, а ФИО2 (покупатель) приобретает в собственность объект недвижимости: четырехкомнатную квартиру 

<

данные изъяты>. Вышеуказанная квартира принадлежит АО «КЧУС» на основании договора купли-продажи 

<

данные изъяты> от 24.11.2014, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права на бланке 43-АГ 112021, выданным 30.12.2014 Управлением Росреестра по Кировской области 30.12.2014 сделана запись регистрации 

<

данные изъяты>. Указанные выше договоры купли-продажи не исполнялись сторонами и были совершены лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия. Истец совместно с детьми проживает по адресу: 

<

данные изъяты>, с 17.06.2014 по настоящее время. Указанная квартира в действительности была приобретена по договору купли-продажи 

<

данные изъяты> от 19.07.2013 по стоимости 3 150 000 рублей. При этом 1 150 000 рублей были уплачены продавцу до подписания договора (договор имеет силу расписки), оставшаяся сумма была выплачена за счет заемных денежных средств. 2 000 000 рублей были предоставлены по договору займа 

<

данные изъяты> от 19.07.2013, заключенному между ФИО2 и ООО «Региональное инвестиционное агентство». 25.07.2013 была составлена закладная и передана держателю закладной ООО «Региональное инвестиционное агентство» (гос. номер регистрации ипотеки 

<

данные изъяты>). Уведомлением от 02.08.2013 она была извещена об изменении держателя закладной, новым владельцем стало ОАО «Кировская региональная ипотечная корпорация». 13.11.2014 ей было подано заявление о полном досрочном возврате кредита по договору займа 

<

данные изъяты> от 19.07.2013. 27.11.2014 ей полностью была уплачена сумма займа, о чем выдана справка № 02с/2156 от 02.12.2014 и 15.12.2014 состоялся акт приема-передачи закладной. С даты приобретения и по настоящее время истец оплачивала коммунальные платежи, в квитанциях об оплате указана в качестве собственника ФИО3 Кроме того, в платежном документе для внесения платы за содержание, ремонт помещения и предоставления коммунальных услуг за период с сентября 2013 по март 2017 года номер лицевого счета плательщика неизменен «237.1», в платежных документах по оплате электроэнергии лицевой счет также не изменялся «037437». В период действия оспариваемых сделок, то есть с 24.11.2014 по 26.07.2017 истец выполнила перепланировку в квартире и сделала ремонт. Таким образом, при заключении договоров стороны не намеревались произвести переход права собственности, и воля сторон договоров купли-продажи не была направлена на достижение правовых последствий, характерных для договоров данного вида. Однако, после введения процедуры банкротства в отношении АО «КЧУС», конкурсный управляющий направил 03.05.2020 в адрес истца требование об оплате квартиры по договору купли-продажи. Соответственно исполнение договора купли-продажи со стороны АО «КЧУС» можно считать с даты выставленного требования. Указанные сделки считает недействительными по основаниям мнимости. Просит признать недействительными по признакам мнимости сделки: договор купли - продажи 

<

данные изъяты> от 24.11.2014, заключенный между ФИО2 и АО «КЧУС» квартиры по адресу: 

<

данные изъяты>, договор купли-продажи от 26.07.2017, заключенный между АО «КЧУС» и ФИО2, квартиры по адресу: 

<

данные изъяты>, применить последствия недействительности сделки, аннулировать запись регистрации в ЕГРН от 30.03.2018, восстановить запись о праве собственности ФИО2 в ЕГРН на указанный объект недвижимости. 

Определением суда от 06.07.2020 к участию в деле в качестве третьего лица привлечено Управление Росреестра по Кировской области.

Истец ОАО «КЧУС» в лице конкурсного управляющего ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен, просил рассмотреть дело в свое отсутствие, ранее в судебном заседании представитель ФИО4 исковые требования поддержал, указав, что первичные документы не переданы, исходя из карточки счета значится за ответчиком задолженность в сумме 3 150 000 руб. по сделке, которая также была указана в договоре уступки, по договору купли продажи от 26.06.2017 года отсутствует ссылка о расчетах. По встречному иску требования считает необоснованными и недоказанными в связи с тем, что титульный собственник был зарегистрирован в установленном законом порядке. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена, просила рассмотреть дело в свое отсутствие, в предыдущем судебном заседании пояснила, что дата второго договора 26.07.2017 была дата написана цифрами 06, а буквами «июль», в договоре допущена опечатка, при выдаче справки о зачетах бухгалтерия ошиблась с номером договора. Акт зачета взаимных требований был подписан вместе с данным договором купли-продажи, на тот случай, если возникнут проблемы с его регистрацией. Ни 17.07.2014 от АО «КЧУС» 1 250 000 руб., ни 10.11.2014 - 2 000 000 руб. она не получала, никаких средств по сделке в 2014 году не вносила. Карточка счета не является доказательством. Никаких расчетов по купле-продаже между ней и АО «КЧУС» не было. Сделки были мнимыми фактически АО «КЧУС» не вступало в права собственности на спорную квартиру, и не претендовало на нее, сделки финансово не сопровождались, она продолжала проживать в квартире с детьми, производила ремонт, переустройство, устанавливала приборы учета, пользовалась квартирой в период с 24.11.2014 года по 26.07.2017 года как своей собственной. Считает данные сделки мнимыми по купле продаже, как со стороны истца в адрес «КЧУС», так и со стороны АО «КЧУС» в ее адрес, потому что стороны не преследовали тех правовых последствий, которые входят в юридический смысл данной сделки. Фактически перехода права собственности не произошло. Однако, в связи с тем, что в случае продажи возникло бы право требовать с меня денежные средства, было составлено соглашение о зачете, которое представлено в материалы дела. В силу того, что это соглашение о зачете составлено по тем сделкам, которые истец признает мнимыми, то и это соглашение о зачете считаю мнимым, потому что оно будет связано исключительно с исполнением мнимой сделки. Если суд не признает сделки мнимыми, то и соглашение следует считать действующим.

Представитель ответчика ФИО5 в судебное заседание не явился, извещен, опрошенный в предыдущем судебном заседании пояснил, что карточка счета с контрагентом ФИО2, имеет отсылки на первичные бухгалтерские документы в виде РКО и других операций. Данные документы не обладают признаками относимости к настоящему спору ввиду отсутствия подтверждений путем представления первичных бухгалтерских документов, подтверждающих те или иные операции, которые указаны в карточке счета. Истцом не представлено доказательств оплаты приобретения спорной квартиры в 2014г. по договору купли-продажи. Соответственно, обязанности у ФИО2 как у продавца передавать недвижимое имущество не возникает с момента заключения договора ввиду требований ст. 328 ГК РФ, которая определяет порядок взаимодействия при встречном представлении исполнения обязательств. Таким образом, первоначально оплата не произошла за передаваемую квартиру. Второй раз 2017г. по договору купли-продажи от 26.06.2017 произошла обратная передача, тем самым была достигнута реституция по первоначальной сделке от 2014г. Таким образом, сделки по купле-продаже квартиры носят мнимый характер и недействительны. Но ввиду того, что стороны привели в первоначальное состояние, необходимо констатировать факт их мнимости без последствий внесения изменений в реестр. По первоначальному иску нет определенных материальных доказательств, которые подтверждают обстоятельства того, что ФИО2 имеет обязанность оплатить приобретаемую квартиру.

Третье лицо Управление Росреестра по Кировской области в судебное заседание не явилось, извещено, представило письменный отзыв, из которого следует, что в ЕГРН в отношении квартиры с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, 30.03.2018 зарегистрировано право собственности ФИО2 на основании договора купли-продажи квартиры от 26.06.2017, заключенного с АО «КЧУС». Требование истца о применении последствий недействительности сделок в виде аннулирования регистрационных записей, не является надлежащим способом защиты и удовлетворению не подлежит. 30.12.2014 о зарегистрированном праве собственности ОАО «КЧУС» уже была погашена 30.03.2018 при регистрации перехода права к ФИО2, т.е. она не является актуальной. Таким образом, в части осуществления регистрационных действий в связи с применением последствий недействительности сделки предметом спора может являться договор купли-продажи от 26.06.2017. По заявленным требованиям разрешение спора оставляют на усмотрение суда.

Суд, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

В силу ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1).

По смыслу приведенных норм права, для признания договора дарения мнимой сделкой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора; стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании сделки недействительной.

Из разъяснений, изложенных в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Судом установлено, что 24.11.2014 между ФИО2 (продавец) и ОАО «КЧУС» (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры 

<

данные изъяты>.Согласно п. 5 договора указанная в договоре квартира будет продана продавцом покупателю по общей стоимости 3 250 000 руб. Расчет между сторонами произведен до подписания настоящего договора в полном объеме. Продавец сохраняет право пользования квартирой. (л.д.12 т.2). 

26 июня 2017 (двадцать шестого июля две тысячи семнадцатого года) между ФИО2 (покупатель) и АО «КЧУС» (продавец) был заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которому продавец отчуждает, а покупатель приобретает в собственность объект недвижимости: четырехкомнатную квартиру 

<

данные изъяты>.Согласно п. 2 договора квартира оценивается сторонами в сумме 3 150 000 руб.. Покупатель обязуется оплатить продавцу за счет собственных средств до подписания основного договора купли-продажи квартиры. До полного расчета по настоящему договору право залога в силу закона на вышеуказанное имущество у продавца не возникает (л.д.50 т.1). 

Ответчик ФИО2 оспаривает эти договоры по мотиву их мнимости, т.к. при заключении договоров стороны не намеревались произвести переход права собственности, и воля сторон договоров купли-продажи не была направлена на достижение данных правовых последствий, характерных для договоров данного вида, указав, что денежные средства по сделке не передавались, финансово они не сопровождались.

Как следует из материалов дела квартира по указанному адреса истцом была приобретена 19.07.2013 по договору купли-продажи 

<

данные изъяты> (возникновение ипотеки в силу закона), заключенному с ФИО6 за 3 150 000 руб. (л.д.10т.2)

В соответствии с п. 3.2. договора 1 150 000 руб. уплачены за счет собственных средств покупателя до подписания настоящего договора, в связи с чем настоящий договор имеет силу расписки о приеме-передаче указанных денежных средств. Подписанием настоящего договора продавец подтверждает факт получения им указанных денежных средств. 2 000 000 рублей уплачивается покупателем за счет заемных денежных средств после государственной регистрации права собственности покупателя на квартиру, государственной регистрации ипотеки (залога) квартиры в силу закона, в Управлении Росреестра по Кировской области, в течение 1 рабочего дня, считая с даты предоставления займодавцу последнего из перечисленных документов: свидетельства о регистрации права на квартиру, путем безналичного перечисления соответствующей суммы денежных средств на счет продавца. Договор сторонами подписан, Управлением Росреестра по Кировской области произведена государственная регистрация права собственности 25.07.2013 за номером 

<

данные изъяты> и государственная регистрация ипотеки в силу закона 25.07.2013 за номером 

<

данные изъяты>.

2 000 000 рублей были предоставлены ФИО2 по договору займа 

<

данные изъяты> от 19.07.2013, заключенному между ФИО2 и ООО «Региональное инвестиционное агентство» (л.д. 14-24т.2).

25.07.2013 была составлена закладная на предмет ипотеки квартиру по адресу: 

<

данные изъяты>, и передана держателю закладной ООО «Региональное инвестиционное агентство» (гос. номер регистрации ипотеки 

<

данные изъяты>). Уведомлением от 02.08.2013 ФИО2 была извещена об изменении держателя закладной, новым владельцем стало ОАО «Кировская региональная ипотечная корпорация». 13.11.2014 ФИО2 в ОАО «Кировская региональная ипотечная корпорация» было подано заявление о полном досрочном возврате кредита по договору займа 

<

данные изъяты> от 19.07.2013. 27.11.2014 ФИО2 полностью была уплачена сумма займа, что подтверждается справкой № 02с/2156 от 02.12.2014 (л.д.2-29).

15.12.2014 на основании акта-приема передачи закладной ФИО2 ОАО «Кировская региональная ипотечная корпорация» была передана закладная, составленная 25.07.2013 в обеспечение обязательств по договору займа 

<

данные изъяты> от 19.07.2013 (ипотека зарегистрирована 25.07.2013 за номером 

<

данные изъяты> (л.д.35.т.2)

Факт владения и пользования указанной квартирой ФИО2 в период с 19.07.2013 по настоящее время подтверждается платежными документами по оплате за содержание и ремонт жилого помещения, коммунальные услуги, содержание общего имущества, дизайн-проектом квартиры, договором на поведение отделочных работ, справкой о стоимости приобретенных материалов, выполненными работами по переустройству квартиры, и разрешением администрации, с последующим получением технического паспорта. В период с 24.11.2014 года по 26.07.2017 года истец также проживала в спорной квартире, содержала ее, оплачивала коммунальные услуги, произвела перепланировку, сделала ремонт, устанавливала приборы учета, что подтверждается актами ввода в эксплуатацию приборов учета, при этом значилась собственником квартиры во всех документах, в том числе платежных, указанные обстоятельства подтверждаются представленными документами.

Между тем доказательств того, что АО «КЧУС» владело и пользовалось квартирой по адресу: 

<

данные изъяты>, после регистрации перехода к нему права собственности истцом суду не представлено. 

Как следует из договора купли продажи от 24.11.2014 года расчет по договору произведен до его подписания. Однако первичных подтверждающих документов оплату по указанной сделке истцом не представлено. Карточку счета 76.05, представленную истцом, суд не может принять в качестве допустимого доказательства, поскольку она содержит указание на расходные кассовые ордера по операциям от 17.07.2014 года на сумму 1 250 000 руб. и 10.11.2014 года на сумму 2 000 000 руб., а также ссылка на поступление товаров от 30.12.2014 года на сумму 3 250 000 руб. по договору 

<

данные изъяты> от 24.11.2014, однако, первичных документов не представлено, расчет по сделке ответчик отрицает. Таким образом, истцом не представлено доказательств финансового сопровождения сделки от 24.11.2014 года, совершенной между истцом и ответчиком.

Представленная карточка счета 76.05 (т. 2 л.д. 155), в которой указана ссылка на взаимозачет требований между ФИО7 и ФИО2 по договору уступки прав требования от 01.03.2018 в размере 3 150 000 рублей, также не подтверждает оплату по договору от 26 июня 2017, поскольку первичные (оригиналы) документы не представлены. В представленной карточке имеется ссылка по состоявшейся уступке прав от 01.03.2018 и взаимозачету ДУП от 01.03.2018 года и ДКП от 26.06.2017 года, первичные документы также не представлены. Ответчик отрицает факт оплаты по договора путем зачета встречных требований по договору уступки прав требований. Решением Октябрьского районного суда г. Кирова от 21.05.2020 исковые требования ФИО7 в лице финансового управляющего ФИО8 к ФИО2 о взыскании долга на основании договора уступки от 01.03.2018 года оставлены без удовлетворения. Как следует из судебных актов доказательств обращения с заявлением об исполнении договора цессии не представлено.

Оценивая конкретные действия сторон по заключению оспариваемых сделок, суд приходит к выводу, что в судебном заседании нашел свое подтверждение тот факт, что стороны по сделке от 24.11.2014 года при ее заключении не имели намерения создать соответствующие этой сделке последствия, о чем свидетельствует отсутствие достоверных доказательств фактической передачи имущества следующему владельцу и фактической оплаты стоимости покупаемого имущества, отсутствие оплаты по договорам, доказательств обратного со стороны истца не предоставлено; использование в течение всего периода времени спорного имущества ответчиком ФИО2, которой исполняются обязанности собственника; совершение ей действий по поддержанию указанного имущества в надлежащем состоянии, несению расходов по его содержанию, ремонту, обустройству, перепланировке.

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности и принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу о доказанности того факта, что оспариваемые сделки являются мнимыми, поскольку совершены сторонами для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия. С учетом изложенного, суд не может принять представленное ответчиком соглашение о зачете и справку как исполнение сделки от 26 июня 2017 года, поскольку не отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств, содержит ссылки на различные договоры, их даты и номера. При этом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной.

Таким образом, суд признает договор купли - продажи 

<

данные изъяты> от 24.11.2014 года, заключенный между ФИО2 и АО «КЧУС», квартиры по адресу: 

<

данные изъяты>, и последующий договор купли - продажи, датированный 26 июня 2017 (двадцать шестого июля 2017 года), заключенный между АО «КЧУС» и ФИО2, квартиры по адресу: 

<

данные изъяты>, недействительными, и применяет последствия недействительности сделок в виде возврата квартиры по адресу: 

<

данные изъяты>, в собственность ФИО2 и внесением изменений в ЕГРН в части основания возникновения права собственности ФИО2.

Разрешая первоначальные требования истца о взыскании с ФИО2 задолженности по договору купли-продажи от 26.07.2017, заключенному между АО «КЧУС» и ФИО2, суд исходит из того, что истцом не представлено объективных доказательств, подтверждающих наличия задолженности, а также учитывая, удовлетворение судом встречных требований, в удовлетворении первоначальных требований следует отказать. 

На основании изложенного, в удовлетворении требований о взыскании с ФИО2 задолженности по договору купли –продажи следует отказать. Встречные требования ФИО2 удовлетворить.

Руководствуясь ст. 194, 198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования АО «Кирово-Чепецкое управление строительства» в лице конкурсного управляющего ФИО1 оставить без удовлетворения.

Встречные исковые требования ФИО2 удовлетворить.

Признать договор купли продажи 

<

данные изъяты> от 24.11.2014 года, заключенный между ФИО2 и АО «КЧУС», квартиры по адресу: 

<

данные изъяты>, недействительным.

Признать договор купли продажи, датированный 26 июня 2017 (двадцать шестого июля 2017 года), заключенный между АО «КЧУС» и ФИО2, квартиры по адресу: 

<

данные изъяты>, недействительным.

Применить последствия недействительности сделок в виде возврата квартиры по адресу: 

<

данные изъяты>, в собственность ФИО2

Данное решение является основанием для внесения в ЕГРН изменений в части документа, являющегося основанием для возникновения права собственности ФИО2

Решение может быть обжаловано сторонами в Кировский областной суд через Октябрьский районный суд города Кирова в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме – 20.10.2020 года 

Судья С.А. Стародумова