Гражданское дело № 2-193/2018

Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

г. Агрыз РТ 18 мая 2018 года. 

Агрызский районный суд Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Галявиевой А.Ф.,

при секретаре Платоновой Н.С.,

с участием помощника прокурора Галимарданова И.Х.,

истца ФИО1,

ответчицы ФИО2 и ее представителя ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, судебных издержек, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 предъявил иск в указанной формулировке указав в исковом заявлении следующие: 

25.07.2017 года ФИО2 находясь в квартире по адресу 

<

адрес> на почве личных неприязненных отношений в ходе ссоры нанесла истцу удар в область руки, причинив ему физическую боль и телесное повреждение, тем самым совершила административное правонарушение. По данному обстоятельству истец обратился в правоохранительные органы с заявлением о привлечении ответчика к административной ответственности, а так же в БУЗ УР «Бюро судебно-медицинской экспертизы Минздрава УР» для проведения судебно-медицинской экспертизы по факту причинения ему физического вреда. Согласно постановлению по делу об административном правонарушении № 5-638/17 от 20.09.2017 года ФИО2 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ. Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а так же вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. В силу ст.ст. 151, 1099 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а так же в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежат компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. В результате действий ответчика истцу причинен материальный ущерб, выразившийся в понесенных затратах на оказание платной медицинской услуги – проведение судебно – медицинского освидетельствования в размере 700 рублей, а так же моральный вред. Компенсацию причиненного морального вреда истец оценивает в размере 15 000 рублей. Рассчитывая размер компенсации, истец исходит из того, что он перенес нравственные страдания, которые представляют собой эмоционально-волевые переживания, выразившиеся в чувстве дискомфорта, унижения, подавленности, отчаяния вследствие того, что ответчик совершила правонарушение, нанеся вред здоровью. На основании изложенного истец просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию материального вреда в размере 700 рублей, компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей, расходы на составление искового заявления в размере 2000 рублей, в возврат уплаченной им государственной пошлины 700 рублей.

В судебном заседании ФИО1 вышеизложенные исковые требования поддержал и пояснил, что между ним и ответчиком имеет место быть конфликт по поводу раздела имущества. По решению суда в ходе раздела имущества за ним и ответчиком признано право собственности по 1/2 доле за каждым из них на квартиру по адресу 

<

адрес>, в которой проживает ответчик с дочерью и на квартиру по адресу 

<

адрес>. Поскольку истец вправе пользоваться обеими квартирами, он решил реализовать данное право и 25.07.2017 г. пришел в квартиру по адресу 

<

адрес>, однако ответчик его в квартиру не впустила, вызвала полицию и свою сестру. Такое случалось неоднократно и ранее, тем самым ответчик нарушает его право собственника, не впуская в квартиру, доля в которой принадлежит в том числе истцу. Ему удалось войти в квартиру только после того, как на вызов прибыл участковый уполномоченный ФИО4. Находясь в квартире между ним и ответчиком в очередной раз возникла ссора, в ходе которой ответчик нанесла ему побои, ударив один раз по груди кулаком, по поводу чего он решил обратиться в полицию для привлечения ответчика к административной ответственности. Участковый уполномоченный выдал ему направление на освидетельствование в БСМЭ 

<

...> пояснив, что работающий в г. Агрыз судебно-медицинский эксперт находится в отпуске. На прием к врачу по поводу нанесенных ответчиком побоев он не обращался, на следующий день был на работе, а 27.07.2017 года обратился в БСМЭ в г. Ижевске на платной основе, заплатив 700 рублей. Ехать в БСМЭ г. Набережные Челны он не пожелал, так как ехать до г. Ижевск намного ближе по расстоянию, чем до г. Набережные Челны. Моральный вред ему причинен действиями ответчика, которая не впускает его в квартиру несмотря на то, что он имеет право пользоваться квартирой, то есть препятствует пользованию принадлежащим ему имуществом. Он не согласен с тем, что мировым судьей причиненный ему моральный вред оценен лишь в 500 рублей, поскольку взыскание столь незначительной суммы дает основание ответчику продолжить наносить ему побои, поэтому настаивает на взыскании с ответчика 15000 рублей. Вступившим в законную силу постановлением мирового судьи по делу об административном правонарушении доказана вина ответчика в совершении правонарушения в его отношении, соответственно доказано причинение ему морального вреда. Исходя из вышеуказанного просит взыскать с ответчика 15 000 рублей в счет компенсации морального вреда, а так же расходы по оплате медицинского обследования в размере 700 рублей, расходы на оформление иска 2000 рублей и в возврат уплаченной государственной пошлины 700 рублей. 

ФИО2 иск не признала, при этом не отрицала наличие давних конфликтных неприязненных отношений между нею и истцом, возникших после развода. Пояснила, что истец постоянно инициирует скандалы, приходя в квартиру, в которой проживает она с дочерью. В судебном порядке установлен порядок пользования квартирами, по сложившемуся порядку пользования установлено, что она с дочерью живет в квартире по ул. Ометова, истцу предоставлена квартира по ул. К.Маркса, однако истец настойчиво ходит к ней скандалить. В квартире нет никакого имущества, принадлежащего истцу, нет его личных вещей, так же отсутствует возможность вселения его в квартиру исходя из того, что он постоянно провоцирует скандалы, избивает ее, что подтверждается представленными в суд документами. При этом в принадлежащую им по ? доле квартиру по адресу 

<

адрес>, находящуюся в пользовании истца, он впустил квартирантов, сам проживает в другом месте, то есть он не нуждается в пользовании квартирой для собственного проживания, а к ней с дочерью ходит именно с целью учинения скандалов, чтобы не дать им спокойно жить, чего сам истец не скрывает. Приходя в квартиру он умышленно ведет себя цинично, агрессивно, высказывая различные оскорбления и угрозы, по квартире ходит в обуви, утверждает, что может делать в квартире все, что угодно, таким образом и поступает. Она предпринимала попытки поменяться квартирами, однако согласившись на словах, он фактически не впустил их с дочерью в квартиру на ул. К. Маркса, не дал ключи и они были вынуждены вернуться в квартиру на ул. Ометова. 25.07.2017 года вечером он вновь пришел к ним и стал стучаться, агрессивно требовал впустить его, однако боясь его она дверь не открыла, позвонила в полицию и своей сестре ФИО5. Вскоре приехал УУП ФИО4, потом приехала сестра, которых она впустила в квартиру. Когда УУП ФИО4 собрался уходить и открыл дверь квартиры, то ФИО1 воспользовавшись этим ворвался в квартиру и начал ругаться с ней. Желая избежать скандала, она попыталась вытолкать его из квартиры, но истец оттолкнув ее прошел в квартиру, начал ходить по квартире в обуви, зашел в комнату к дочери, говорил оскорбительные слова, на просьбы покинуть квартиру не реагировал, вел себя агрессивно. Они с дочерью сильно расстроились, и она в отчаянии сказала истцу «молодец, добился чего хотел!» и несильно дружеским одобряющим жестом хлопнула истца ладонью по плечу. При этом истец никаких признаков того, что ему причинена боль или дискомфорт не выказал, напротив, захлопал в ладоши и заявив, что «вот теперь я тебя привлеку!», сообщил, что немедленно обратится в полицию, после чего покинул квартиру. Не согласна с иском, поскольку истец постоянно совершает провокационные действия с целью скандалов и судебных разбирательств, утверждает, что не даст им с дочерью жить спокойно, являясь сотрудником полиции, пользуется служебным положением. Уверена, что от ее несильного хлопка ладонью по плечу истца не могла быть причинена и не причинена физическая боль и тем более не мог образоваться «синяк» (кровоподтек). У нее не было и нет умысла на причинение боли и повреждения здоровью истца, к тому же отсутствует такая возможность исходя из ее физических данных, состояния здоровья и физических данных истца, рост которого около двух метров, он крупного телосложения и многократно сильнее ее, неоднократно избивал ее, поэтому она боится его и даже мысли не допускает о нанесении ему побоев или причинении ему иного вреда, тем более, что все это происходило в присутствии сотрудника полиции ФИО4. Считает, что истцом представлено недостоверное доказательство причинения ему побоев, поскольку он не обращался за медицинской помощью в больницу, не воспользовался правом на бесплатное экспертное обследование, а самостоятельно по истечению двух суток обратился к эксперту на коммерческой основе, который определил кровоподтек не в том месте, о котором могла идти речь, если говорить о событиях 25.07.2017 года. При этом она была лишена возможности задать вопросы эксперту, в частности, вопроса о сроках образования и месторасположении кровоподтека, поскольку согласно заключению эксперта кровоподтек расположен в области груди, тогда как она «хлопнула» истцу по руке или по плечу, как указывал сам истец в первоначальных документах и указал в исковом заявлении. Истец в своем выступлении ни разу не упомянул о том, что ему была причинена физическая боль или дискомфорт, при этом он утверждает, что моральный вред ему причинен обстоятельствами раздела имущества и поведением ответчика, выразившимся в недопуске его в квартиру, соответственно его требования основаны на имущественных отношениях, а не на причинении вреда здоровью. Истец не согласен со сложившимся порядком пользования квартирами и разделом имущества, его требования не основаны на неимущественных требованиях, соответственно отсутствует причинение ему морального вреда. Просит в иске отказать. 

Помощник прокурора Галимарданов И.Х. полагал иск подлежащим отклонению исходя из того, что истцом вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ не доказан факт причинения ему морального вреда, его требования основаны на разногласиях с ответчиком по вопросам раздела имущества, то есть на имущественных отношениях. Полагает, что представленный истцом акт судебно-медицинского освидетельствования № 4816 от 27.07.2017 года является недопустимым доказательством, поскольку получен с нарушением процессуального закона. В частности, в акте отсутствуют сведения о том, что эксперт предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; эксперту не предъявлено определение УУП ФИО4 от 25.07.2017 года, соответственно в акте нет ответов на вопросы, которые были поставлены УУП ФИО4 на разрешение эксперта, в частности отсутствуют сведения о давности образования телесного повреждения, механизма его образования; исходя из пояснений сторон и содержания акта не устранены противоречия о месте расположения повреждения и т.д., кроме того ФИО2 была лишена возможности воспользоваться своими процессуальными правами, предусмотренными КоАП РФ: заявлять отводы и ходатайства, ставить свои вопросы перед экспертом и т.д. Постановление по делу об административном правонарушении от 20.09.2017 года в данном случае не имеет обязательного значения для данного дела, так как в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении не рассматривались вопросы причинения морального вреда. На какие - либо иные, предусмотренные законом доказательства подтверждающие иск, истец не ссылается, соответственно иск не доказан. 

Выслушав лиц, участвующих в рассмотрении дела, исследовав представленные суду доказательства, суд считает исковые требования истца подлежащими отклонению по следующим основаниям: 

В соответствии с положениями части 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст.151 ГК РФ.

В силу части 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а так же в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд так же учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 4 постановления от 20.12.1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими дополнениями и изменениями) разъяснил, что объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.

Как разъяснено в пункте 8 указанного постановления Пленума, степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (п. 2 названного выше Постановления). Перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим.

Жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, является одним из общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, производно от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. 

Истец в исковом заявлении указал, что ответчик в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, нанесла ему удар в область руки, причинивший ему физическую боль и телесное повреждение. В судебном заседании истец уточнил, что ответчик нанесла ему побои в области груди. По утверждению истца, моральный вред ему причинен тем, что ответчик совершила в его отношении административное правонарушение, нанеся вред его здоровью. В подтверждение указанного истец представил акт судебно – медицинского обследования № 4816 от 27.07.2017 года. 

Между тем указанный акт является неотносимым и недопустимым доказательством в рамках данного гражданского дела. 

В силу части 1 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2 ст. 67 ГПК РФ).

Согласно части 3 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с положениями статьи 59 ГПК РФ, суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

При этом обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60 ГПК РФ).

Истец в подтверждение своих требований в качестве доказательств указывает материалы дела об административном правонарушении № 5-638/17 в отношении ФИО2, ссылаясь в том числе на постановление мирового судьи от 20.09.2017 года и на акт судебно-медицинского обследования № 4816 от 27.07.2017 года. 

Указанный акт был получен в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении, возбужденном на основании заявления ФИО1 о привлечении к ответственности ФИО2 за причинение ему телесных повреждений путем нанесения ударов в область левого плеча (так указано в заявлении). В объяснениях, данных истцом участковому уполномоченному 25.07.2017 г. и 02.08.2017 г. так же указано, что «бывшая жена один раз ударила кулаком в левое плечо». В исковом заявлении истец указывает о нанесении ему ответчиком удара в область руки. В судебном заседании истец пояснил, что ответчик ударила его кулаком по груди, причинив побои. Таким образом в вышеуказанных документах и пояснениях истца содержатся противоречивые сведения о нанесении ему удара в области руки, левого плеча, побоев в области груди. 

Указанные противоречия в ходе рассмотрения дела не устранены, поскольку отсутствуют обоснованные объяснения истца в этой части, так же отсутствуют объяснения истца о том, испытывал ли он физическую боль, если да, то в какой части тела (туловища); было ли нарушено функционирование его организма, почему не обратился за медицинской помощью ни 25.07.2017 г., ни в дальнейшем, и какие конкретно действия ответчика причинили ему моральный вред. 

Вместе с тем из акта № 4816 от 27.07.2017 года следует, что «у ФИО1 имеется повреждение характера кровоподтека груди, которое вреда здоровью не причинило». К акту приложена таблица с изображением месторасположения данного кровоподтека на груди, однако вопреки вопросам, поставленным участковым уполномоченным при назначении первичной судебно-медицинской экспертизы (определение от 25.07.2017 года), данный акт № 4816 не содержит ответов на такие поставленные перед экспертом вопросы, как механизм образования и давность образования повреждения, возможно ли образование повреждения в условиях однократного падения и т.д. 

Кроме того в акте отсутствуют сведения о том, что эксперт предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения (ч. 3 ст. 25.9 КоАП РФ), а так же из текста акта следует, что эксперту не были представлены определение участкового уполномоченного ФИО4 от 25.07.2017 года о назначении экспертизы и медицинские документы, а обследование проведено только со слов истца по его личной инициативе. 

ФИО2 изначально не отрицала, что несильно «хлопнула» ладонью истца по плечу, что означало дружеский одобряющий жест с ее стороны, при этом цели причинения повреждения или причинения боли истцу, не было, этим дружеским «хлопком» она не могла причинить истцу боль или телесное повреждение, даже в акте № 4816 от 27.07.2017 года указано, что имеющееся у истца телесное повреждение вреда здоровью не причинило. Истцом указанные пояснения ответчика не опровергнуты. 

Учитывая изложенное, а так же тот факт, что не установлены обстоятельства, при которых образовалось повреждение, указанное в акте № 4816, суд приходит к выводу о том, что данный акт не может быть принят судом в качестве относимого, достоверного и допустимого доказательства в подтверждение иска о причинении истцу морального вреда действиями ответчика, имевшими место 25.07.2017 года. 

Компенсация морального вреда является прежде всего способом защиты нематериальных благ или неимущественных прав путем заглаживания вины перед потерпевшей стороной, причиненного неимущественного вреда. Неимущественный вред – это негативные последствия возникшие у потерпевшей стороны в результате нарушения принадлежащих ему благ и прав нематериального характера противоправным поведением (действием или бездействием) нарушителя.

Истцом вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ не представлены доказательства возникновения у него негативных последствий нематериального характера в результате действий ответчика, имевших место 25.07.2017 года. Что же касается ссылки истца на то, что он перенес нравственные страдания и переживания в ходе конфликта, имевшего место 25.07.2017 года, то суд не принимает указанное обстоятельство как доказательство причинения морального вреда истцу относительно к данному иску, поскольку имеющиеся между сторонами неприязненные конфликтные взаимоотношения носят длительный, устойчивый, обоюдный характер, эти отношения возникли исходя из семейно-бытовых, имущественных разногласий, что подтверждается наличием разного рода судебных дел (развод, раздел имущества, раздел кредитов и задолженности, определение порядка пользования жилыми помещениями и т.д.), так же многочисленными обращениями в правоохранительные органы по фактам причинения побоев истцом ответчику и т.п.. Указанные обстоятельства подтверждаются представленными и исследованными в суде документами и сторонами не оспариваются. 

Истец в подтверждение иска, кроме акта № 4816 от 27.07.2017 года, ссылается на вступившее в законную силу постановление мирового судьи по делу об административном правонарушении по ст. 6.1.1 КоАП РФ от 20.09.2017 года в отношении ответчика. Между тем суд считает, что наличие указанного постановления не имеет преюдициального значения при рассмотрении данного дела исходя из следующего:

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 года № 23 "О судебном решении" в ныне действующей редакции указано следующее:

Согласно части 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному гражданскому делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Под судебным постановлением, указанным в части 2 статьи 61 ГПК РФ, понимается любое судебное постановление, которое согласно части 1 статьи 13 ГПК РФ принимает суд (судебный приказ, решение суда, определение суда), а под решением арбитражного суда - судебный акт, предусмотренный статьей 15 АПК РФ.

Согласно абзацу четвертому пункта 8 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 г. N 23 на основании ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, по аналогии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).

Вместе с тем исходя из анализа части 4 статьи 13, частей 2 и 3 статьи 61, части 2 статьи 209 ГПК РФ такое постановление не имеет обязательного характера и подлежит оценке судом в совокупности с остальными исследованными в судебном заседании доказательствами, поскольку по смыслу части 2 статьи 67 ГПК РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы и оценивается наравне с другими доказательствами.

Суд не вправе заранее принимать ни одно доказательство как более веское и обязан проявить беспристрастность и объективность в исследовании представленных доказательств, не отдавая заранее предпочтения тем или иным доказательствам. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном исследовании имеющихся в деле доказательств (п. 1 ст. 67 ГПК РФ). Доказательственная сила документов, подготовленных с участием представителя публичной власти, и свидетельских показаний либо документов, составленных в простой письменной форме, является по российскому законодательству одинаковой.

Учитывая изложенные положения закона, проанализировав и оценив в совокупности с иными исследованными в суде доказательствами постановление по делу об административном правонарушении по ст. 6.1.1 КоАП РФ в отношении ответчика, суд приходит к выводу о том, что указанное постановление само по себе не является доказательством причинения истцу морального вреда.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 06.02.2007 года № 06 указано, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. 

При этом в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют лишь случаи, прямо предусмотренные законом.

Вопреки указанному, истцом не представлены доказательства, подтверждающие вину ответчика, а так же отсутствуют доказательства причинения ему морального вреда действиями ответчика, имевшими место 25.07.2017 г.. 

При таких обстоятельствах иск ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда подлежит отклонению. 

Рассматривая требования истца о взыскании с ответчика расходов на оплату медицинского обследования в размере 700 рублей, то суд считает эти требования не подлежащими удовлетворению исходя из того, что эти требования во-первых, подлежат рассмотрению в рамках дела об административном правонарушении, а во-вторых в силу положений КоАП РФ издержки, в том числе и на проведение экспертизы, по делу об административном правонарушении, совершенном физическим лицом, относятся на счет федерального бюджета или соответствующего субъекта РФ.

В частности, часть 1 ст. 26.4 КоАП РФ предусматривает, что в случаях, если при производстве по делу об административном правонарушении возникает необходимость в использовании специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле, судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, выносят определение о назначении экспертизы. Определение обязательно для исполнения экспертами или учреждениями, которым поручено проведение экспертизы.

На основании ч. 2 ст. 24.7 КоАП РФ издержки по делу об административном правонарушении, совершенном физическим лицом и предусмотренном КоАП РФ, относятся на счет федерального бюджета, а издержки по делу об административном правонарушении, совершенном физическим лицом и предусмотренном законом субъекта РФ, - на счет бюджета соответствующего субъекта РФ.

На основании изложенного судебные издержки на проведение экспертизы по делу об административном правонарушении не подлежат взысканию с физического лица, привлекаемого к административной ответственности.

Кроме того суд принимает во внимание, что понесенные истцом расходы в размере 700 рублей на медицинское обследование в БУЗ УР «БСМЭ МЗ УР» г. Ижевск нельзя отнести к издержкам на проведение экспертизы по делу об административном правонарушении, поскольку данное медицинское обследование проведено не на основании определения УУП ОУУП и ПНД ОМВД ФИО7 от 25.07.2017 года о назначении первичной судебно-медицинской экспертизы, которая подлежала проведению в ГАУЗ «РБСМЭ МЗ РТ» на безвозмездной основе, а проведено по личной инициативе истца на коммерческой основе. 

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом. В данном случае истцом не доказаны те обстоятельства, на основании которых им предъявлены требования, соответственно иск подлежит отклонению.

Поскольку основные исковые требования истца отклоняются в полном объеме, то его требования о взыскании судебных расходов в виде оплаты за составление искового заявления и оплаченной им государственной пошлины, на основании ст.ст. 98,100 ГПК РФ удовлетворению не подлежат.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в размере 15000 рублей, материального ущерба в размере 700 рублей, за услуги по составлению искового заявления в размере 2000 рублей и государственной пошлины в размере 700 рублей, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение одного месяца через районный суд.

Председательствующий судья Агрызского районного суда РТ Галявиева А.Ф.