Дело № 2-948/2023

Решение

 суда в окончательной форме изготовлено 07 июля 2023 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Верхняя Пышма 28 Июня 2023 года

Верхнепышминский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи – Мочаловой Н.Н.

с участием помощника прокурора г. Верхняя Пышма – ФИО1

при секретаре – Галандаровой Э.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью (ООО) «Компания Металл Профиль Урал» о признании увольнения незаконным, о восстановлении на работе, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, первоначально, обратилась в суд с иском к ООО «Компания Металл Профиль Урал» о признании увольнения по соглашению сторон о прекращении трудового договора от 19.12.2022, незаконным, о восстановлении на работе в должности менеджера по работе с корпоративными клиентами, о компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей, о возмещении судебных расходов по оплате юридических услуг в размере 84 000 рублей.

В обоснование своих требований ссылается на то, что работала в ООО «Компания Металл Профиль Урал» с 18.08.2021 по 29.12.2022 в должности менеджера по работе с корпоративными клиентами. В ее должностные обязанности входило проведение встреч с клиентами и подготовка и заключение договоров. Свои трудовые обязанности она исполняла надлежащим образом, к дисциплинарной ответственности не привлекалась.

19.12.2022, около 14:00 часов, в период нахождения на рабочем месте, ее вызывал начальник отдела корпоративных продаж ФИО4 и пояснил, что требуется сократить одну ставку менеджера, и предложил ей уволиться по собственному желанию. Примерно через 10 минут ей уже принесли соглашение о прекращении трудового договора, и заставили его подписать. 29.12.2022 ее вызвал начальник отдела корпоративных продаж ФИО15 и объявил ей, что она уволена на основании подписанного 19.12.2022 соглашения о прекращении трудового договора. При этом, предупредил, что в случае оспаривания соглашения, на работе будут созданы условия, при которых она сама захочет уволиться.

Считает, что в силу указанных обстоятельств, поскольку соглашение о расторжении трудового договора, подписано вынужденно, данное соглашение является незаконным. В связи с чем, она должна быть восстановлена на работе в прежней должности.

Неправомерными действиями работодателя ей причинен моральный вред, который она оценивает в размере 150 000 рублей. В связи с незаконным увольнением, до настоящего времени, она находится в состоянии напряжения, недобросовестные действия ответчика вызвали у нее отрицательные эмоции и беспокойство, упадок сил, снижение работоспособности, нарушение сна, повышенную раздражительность, утрачен положительный эмоциональный фон при общении с семьей и друзьями.

В ходе судебного разбирательства по делу, истец предмет исковых требований уточнил, дополнив исковыми требованиями о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула за период с 30.12.2022 по 31.03.2023, в размере 127 575 рублей, и по день принятия решения о восстановлении на работе. В остальной части исковые требования оставила без изменения.

Определением Верхнепышмнского городского суда Свердловской области (протокольной формы) от 23.05.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО4

В судебном заседании истец ФИО2, с участием представителя ФИО5, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования поддержала в полном объеме, настаивая на их удовлетворении, уточнив предмет иска в части взыскания заработной платы за время вынужденного прогула, просила взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула в размере 301 077 рублей, за период с 30.12.2022 по 23.05.2023, и по день восстановления на работе. В остальной части оставила исковые требования без изменения. По обстоятельствам дела дала объяснения, аналогичные – указанным в исковом заявлении, заявив о восстановлении срока для обращения в суд с данным иском за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении, ссылаясь на то, что установленный ч.1 ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации, срок, пропущен по уважительной причине. После увольнения у нее ухудшилось состояние здоровья, мучили боли в спине, в связи с чем, она не имела физической возможности встретиться с представителем, передать документы для подготовки искового заявления в суд, с 17.01.2023 по 30.01.2023 находилась на листке нетрудоспособности, и только после окончания лечения смогла передать представителю документы, которым 09.02.2023 исковое заявление было подготовлено и направлено в суд.

Представитель ответчика – ООО «Компания Металл Профиль Урал» - ФИО6, действующая на основании доверенности № от 01.01.2023, исковые требования не признала. Дала объяснения, аналогичные – указанным в письменных возражениях на исковое заявление, ссылаясь на то, что 19.12.2022 между ФИО2 и ООО «Компания Металл Профиль Урал» было заключено соглашение о расторжении трудового договора № от 18.08.2021 по п.1 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которому стороны договорились, что трудовой договор прекращает своей действие с 29.12.2022. Соглашение подписано генеральным директором ООО «Компания Металл Профиль Урал» и работником, экземпляр соглашения получен ФИО2 Приказом № от 29.12.2022, трудовой договор с ФИО2 расторгнут в соответствии с п.1 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации, по соглашению сторон. С приказом об увольнении ФИО2 была ознакомлена 29.12.2022, о чем имеется ее собственноручная подпись на приказе. Какого-либо несогласия с приказом либо с соглашением о расторжении трудового договора, ФИО2 в день подписания приказа и соглашения не выразила. При увольнении, с истцом, в полном объеме, произведен расчет. Заключенное между ООО «Компания Металл Профиль Урал» и работником ФИО2 соглашение не содержит условий/ ограничивающих права и снижающих уровень гарантий истца, соответствует требованиям Трудового кодекса Российской Федерации. Считала, что истцом, в материалы дела не представлено доказательств введения работника в заблуждение и оказания на работника психологического или морального давления с целью понуждения его к увольнению и подписанию соглашения о расторжении трудового договора. 19.12.2022 и 20.12.2022 истец в полной мере выполнял свои трудовые обязанности, в связи с чем, доводы истца о том, что в указанные даты истец не мог работать после разговора с начальником отдела, считала несостоятельными. Истец, с учетом его личности, понимал содержание подписываемого соглашения о расторжении трудового договора, значение своих действий и их правовые последствия, имел возможность отказаться от подписания соглашения о расторжении трудового договора или выразить свои замечания, однако истец согласился подписать соглашение, что, считала, свидетельствует об осознанном характере действий истца. Соглашение о расторжении трудового договора, подписано истцом без замечаний и возражений, приказ об увольнении также подписан истцом без возражений. Просила в удовлетворении исковых требований ФИО2, отказать в полном объеме. Заявила о пропуске истцом срока для обращения в суд с данным иском. Относительно заявления истца о восстановлении срока для обращения в суд с данным иском за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении, считала, что основания для восстановления такого срока отсутствуют, поскольку отсутствуют уважительные причины пропуска срока.

Третье лицо - ФИО4 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, дал объяснения, аналогичные – объяснениям, данным представителем ответчика, пояснив суду, что в период трудовых отношений ФИО2 с ООО «Компания Металл Профиль Урал», он, являясь начальником отдела корпоративных продаж, являлся непосредственным руководителем ФИО2 Каких-либо мероприятий по сокращению численности штата работников, в декабре 2022 года, на предприятии ответчика, не проводилось, в связи с чем, в ходе состоявшегося с ФИО2, 19.12.2022, диалога, речь об увольнении сокращению численности штата, не шла. В разговоре с ФИО2, он проанализировал ее работу как работника в должности менеджера по корпоративным продажам, которая выполнялась ФИО2 ненадлежащим образом, имелись претензии по работе, сама ФИО2 до указанного разговора говорила о том, что устала, у нее были личные обстоятельства дома, что отражалось на работе, в связи с чем, он предложил ФИО2 подумать об увольнении, в процессе разговора принес из отдела кадров соглашение об увольнении ФИО2 по соглашению сторон, которое ФИО2, изучив, подписала. Какого-либо психологического давления он не оказывал на ФИО2, соглашение было подписано ФИО2 собственноручно, без возражений.

Изучив исковое заявление, выслушав истца, его представителя, представителя ответчика, третье лицо, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с абз.2 ст. 391 Трудового кодекса Российской Федерации, индивидуальные трудовые споры по заявлениям работника о восстановлении на работе независимо от оснований прекращения трудового договора, рассматриваются непосредственно в суде.

Работник, согласно абз.1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуально – трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а за разрешением спора об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении, либо со дня выдачи трудовой книжки.

Согласно пункту 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 78 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Согласно ст. ст. 237, 394 Трудового кодекса Российской Федерации, суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему незаконными действиями, в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения.

Статьей 395 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что денежные требования работника удовлетворяются в полном размере, при признании органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор данных требований работника, обоснованными.

В судебном заседании установлено, что истец и ответчик состояли в трудовых отношениях. На основании трудового договора № от 18.08.2021, приказа о приеме работника на работу № от 18.08.2021, ФИО2 была принята на работу в ООО «Компания Металл Профиль Урал», в отдел корпоративных продаж Коммерческая служба обособленное подразделение в г. Верхняя Пышма на должность менеджера по корпоративным продажам. Согласно п.2.1. трудового договора, начало работы: 18.08.2021. Согласно п.2.3. –договор является срочным, заключен на время исполнения обязанностей отсутствующего работника за которым сохраняется место работы: на время отсутствия основного работника менеджера по корпоративным продажам ФИО3 (абз.2 ч.1 ст.59 Трудового кодекса Российской Федерации) и действует до выхода указанного работника на работу (ч.3 ст.79 Трудового кодекса Российской Федерации). Пунктом 5.1. трудового договора, за исполнение трудовых обязанностей работнику установлен оклад в размере 13 800 рублей в месяц, без учета выплат компенсационного характера, стимулирующих выплат и социальных выплат. Районный коэффициент – 15% (п.5.2.2.). Как следует из дополнительного соглашения от 30.12.2021, стороны договорились изменить п.5.1. трудового договора, изложив его в следующей редакции: за исполнение трудовых обязанностей работнику устанавливается оклад 14 500 рублей в месяц, без учета выплат компенсационного характера, стимулирующих выплат и социальных выплат. Дополнительным соглашением от 28.03.2022 к трудовому договору № от 18.08.2021, стороны договорились изменить п.2.3. трудового договора № от 18.08.2021, изложив его в следующей редакции: п.2.3. –договор заключен на неопределенный срок. Согласно п.2 дополнительное соглашение вступает в силу с 28.03.2022 и является неотъемлемой частью трудового договора № от 18.08.2021. Согласно дополнительному соглашению от 01.06.2022, к трудовому договору № от 18.08.2021, стороны договорились изменить п.5.1. трудового договора № от 18.08.2021, и изложить его в следующей редакции: п.5.1. за исполнение трудовых обязанностей, работнику устанавливается оклад в размере 16 000 рублей в месяц без учета выплат компенсационного характера, стимулирующих и социальных выплат. Согласно п.2 настоящее дополнительное соглашение вступает в силу с 01.06.2022 и является неотъемлемой частью трудового договора № от 18.08.2021.

Как следует из соглашения о прекращении трудового договора от 19.12.2022, заключенного между работодателем –ООО «Компания Металл Профиль Урал» и работником ФИО2, стороны заключили настоящее соглашение о прекращении трудового договора № от 18.08.2021, о нижеследующем: п.1 Трудовой договор с работником прекращается по соглашению сторон в соответствии с п.1 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации, 29.12.2022. Согласно п.2 данного соглашения, последним днем работы работника является 29.12.2022. В последний день работы работодатель обязан произвести с работником расчет в полном объеме, выплатить ему заработную плату, денежную компенсацию за неиспользованный отпуск, а также выдать трудовую книжку. Пунктом 3 соглашения установлено, что настоящим соглашением стороны фиксируют выполнение взаимных обязательств. Материальных и иных претензий стороны друг к другу не имеют и трудовой договор № от 18.08.2021, считают исполненным. 

В материалах дела имеется заявление ФИО2 от 20.12.2022, на имя генерального директора ООО «Компания Металл Профиль Урал», в котором ФИО2 просит считать соглашение о прекращении трудового договора от 19.12.2022, незаключенным, в связи с тем, что она свое согласие на увольнение, отзывает.

Из ответа ООО «Компания Металл Профиль Урал» от 20.12.2022, на вышеуказанное заявление ФИО2 от 20.12.2022, следует, что аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения согласно п.1 ч.1 ст.77, ст.78 Трудового кодекса Российской Федерации, возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника. ООО «Компания Металл Профиль Урал» своего согласия на аннулирование соглашения о прекращении трудового договора от 19.12.2023, не дает.

Таким образом, оценив все доказательства по делу, в их совокупности, на основе полного, объективного, всестороннего и непосредственного исследования, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО2, по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих исковых требований и возражений.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается, в первую очередь, поведением сторон, как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлениях от 27 декабря 1999 г. N 19-П и от 15 марта 2005 г. N 3-П, следует, что положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при расторжении трудового договора по инициативе работодателя, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (часть 1 статьи 1, статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации).

Как указывалось выше и следует из пункта 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации). Статьей 78 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор, может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 13 октября 2009 года N 1091-О-О, свобода договора, закрепленная в части 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации, предполагает возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон, то есть на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя.

Таким образом, увольнение по пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации возможно лишь при взаимном согласии и договоренности работодателя и работника на прекращение трудовых отношений, основанных на добровольном соглашении сторон трудовых отношений. При установлении порока воли работника на заключение соглашения о расторжении трудового договора последнее может быть признано недействительным.

Юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО2 и их обоснования, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения, норм Трудового кодекса Российской Федерации, при разрешении данного гражданского дела, являлись следующие обстоятельства: имело ли место достижение между работником и работодателем, взаимной договоренности о расторжении трудового договора по соглашению сторон; являлись ли действия ФИО2, при подписании соглашения о прекращении трудового договора по соглашению сторон, добровольными и осознанными; имела ли место воля ФИО2 на расторжение трудового договора по соглашению сторон.

Установленные по делу обстоятельства, и оценка имеющихся в деле доказательств, в соответствии с ч.ч.3,5 ст.67, ч.ч.1,2 ст.71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, позволяют прийти к выводу о том, что добровольность подписания истцом соглашения о прекращении трудового договора по соглашению сторон, согласие истца, как таковое, и волеизъявление на заключение вышеуказанного соглашения и на расторжение трудового договора, со стороны истца, отсутствовали.

Несмотря на подписание, со стороны истца, соглашения о прекращении трудового договора по соглашению сторон, взаимного согласия работодателя и работника на прекращение трудовых отношений, основанных на добровольном соглашении обеих сторон трудовых отношений, в данном случае, не было достигнуто.

Совокупность представленных суду и исследованных в судебном заседании доказательств, указывает на то, что между сторонами трудового договора соглашения об увольнении истца, на основании пункта 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, как такового, фактически не имелось. 

Как установлено в судебном заседании, инициатива расторжения трудового договора с истцом по указанному выше основанию, исходила от работодателя. Данное обстоятельство подтверждено в судебном заседании, как объяснениями истца, и объяснениями третьего лица (на стороне ответчика) ФИО4, так и письменными документами, имеющимися в материалах дела.

Из искового заявления ФИО2 следует, что 19.12.2022, около 14:00 часов, в период нахождения на рабочем месте, ее вызывал начальник отдела корпоративных продаж ФИО4 и пояснил, что требуется сократить одну ставку менеджера, и предложил ей уволиться по собственному желанию. Она не согласилась, после чего, примерно через 10 минут ей принесли соглашение о прекращении трудового договора по соглашению сторон, и заставили его подписать. На следующий день, 20.12.2022 она обратилась к работодателю с заявлением считать незаключенным вышеуказанное соглашение о расторжении трудового договора по соглашению сторон, и его отзыве, разговаривала с непосредственным руководителем (начальник отдела корпоративных продаж) – ФИО4, который ответил ей, что она уволена на основании подписанного 19.12.2022 соглашения о прекращении трудового договора. При этом, предупредил, что в случае оспаривания соглашения, на работе будут созданы условия, при которых она сама захочет уволиться.

Из объяснений истца в судебном заседании, уточнившего вышеуказанные обстоятельства, следует, что при разговоре 19.12.2022 с начальником отдела корпоративных продаж ФИО4, речь шла о сокращении численности штата, о сокращении 1 единицы менеджера, и том, что такому сокращению подлежит именно она (ФИО2). ФИО4 предложил ей уволиться по собственному желанию, на что она ответила отказом, после чего, ФИО7 вышел в отдел кадров и вернулся с готовым проектом соглашения об увольнении по соглашению о расторжении трудового договора по соглашению сторон, при этом, на момент подписания данного соглашения, она полагала, что подписывает документ, связанный с увольнением по сокращению численности штата, однако, ознакомившись, вечером, дома, с подписанным документом, она поняла, что подписала соглашение об увольнении по соглашению сторон, между тем, на момент подписания указанного соглашения, увольняться из ООО «Компания Металл Профиль Урал», в том числе и по указанному основанию, намерений не имела. В связи с чем, утром, 20.12.2022, написала и передала работодателю заявление, в котором указала, что просит считать соглашение о прекращении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, незаключенным, в связи с тем, что она свое согласие на увольнение, отзывает. В этот же день, ДД.ММ.ГГГГ, пришла к начальнику отдела корпоративных продаж ФИО4, и просила отдать ей подписанный для работодателя экземпляр указанного соглашения, однако получила ответ о том, что соглашению уже подписано, при этом, изначально, ФИО4 настаивал на увольнении в день 20.12.2022, указывая, что этот день будет являться последним рабочим днем, и ссылаясь, что в противном случае, доступ к компьютеру и рабочим программам будет отключен, что она не сможет выполнять свою работу и будет сидеть на стуле, и в этом случае, все будет по- плохому. 

Аналогичные обстоятельства следуют из представленной истцом на флешь -носителе аудиозаписи разговора ФИО4 (начальнику отдела корпоративных продаж) и ФИО2, которая была прослушала в судебном заседании, и из распечатанной на бумажном носителе аудиозаписи указанного разговора.

Вышеуказанные доводы истца, и представленные им вышеуказанные доказательства, какими-либо объективными доводами со стороны ответчика, не оспорены и какими-либо доказательствами, не опровергнуты.

Доводы представителя ответчика в судебном заседании о том, что представленная истцом аудиозапись не может быть принята во внимание как доказательство по делу, поскольку произведена без согласия второй разговаривающей стороны, несостоятельны.

В соответствии с ч.1 ст.55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены, в том числе из аудио- и видеозаписей.

В судебном заседании истец пояснил, что аудио- запись была произведена на его мобильный телефон, который истцом представлен.

Как следует из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (которую суд считает возможным применить в данном случае), для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется. 

Доводы представителя ответчика и аналогичные доводы третьего лица ФИО4 (на стороне ответчика) о том, что на представленной истцом аудиозаписи голос второй разговаривающей стороны, ФИО4 не принадлежит, суд считает несостоятельными, поскольку доказательств данным доводам не представлено. При этом, суд обращает внимание на то, что ФИО8 был допрошен непосредственно в судебном заседании. Содержание разговора в представленной истцом аудиозаписи, соответствует (по содержанию и смыслу) объяснениям истца.

При этом, суд обращает внимание на то, что из содержания и смысла разговора на представленной истцом аудиозаписи (как разговора ФИО2 и ФИО4) состоявшегося 20.12.2023, следуют в том числе, обстоятельства (установленные в судебном заседании), имевшие место 19.12.2023. (также в разговоре ФИО2 и ФИО4), которые ни ответчиком и третьи лицом ФИО4, в судебном заседании не отрицались.

Так, как следует из объяснений ФИО4, допрошенного в судебном заседании в качестве третьего лица, следует, что в разговоре с ФИО2, он проанализировал ее работу как работника в должности менеджера по корпоративным продажам, которая выполнялась ФИО2 ненадлежащим образом, имелись претензии по работе, в связи с чем, он предложил ФИО2 подумать об увольнении, в процессе разговора принес из отдела кадров соглашение об увольнении ФИО2 по соглашению сторон, для его подписания.

В судебном заседании ФИО4 (третье лицо) доводы ФИО9 о том, что изначально, со стороны ФИО4 (в качестве непосредственного руководителя ФИО2) было предложено ФИО2 уволиться по собственному желанию, не отрицал, данные доводы истца какими-либо объективными доводами, со своей стороны, не оспорил, и не опроверг.

Оценивая, как несостоятельные доводы представителя ответчика и третьего лица о том, что психологическое давление на истца, с целью подписания соглашения о расторжении трудового договора по соглашению сторон, не оказывалось, суд обращает внимание на объяснения ФИО4, (третье лицо) в судебном заседании о том, что в процессе разговора с ФИО2, 19.12.2022 об увольнении, он сходил в отдел кадров и принес готовое соглашение о расторжении трудового договора с ФИО2 по соглашению сторон, для его подписания ФИО2 Аналогичные объяснения даны ФИО2 в судебном заседании, из которых также следует, что ФИО4 настаивал на увольнении, приводил примеры, как может быть по-плохому, в случае, если ФИО2 не уволится.

Как следует из объяснений ФИО2 в судебном заседании, после подписания, 19.12.2022, текста письменного документа, представленного ей в ходе разговора, ФИО4, 19.12.2022, и осознав, что подписано соглашение о расторжении трудового договора по соглашению сторон, на следующий день, 20.12.2022, утром, она написала и подала работодателю заявление, в котором указала, что просит считать незаключенным соглашение о расторжении трудового договора по соглашению сторон, отзывает его.

Совокупность вышеуказанных доказательств по делу, имеющихся в материалах дела, позволяет, таким образом, оценить их как доказательства обстоятельствам, в силу которых, согласованная воля обеих сторон (работника и работодателя) и добровольность работника на увольнение по соглашению сторон, действительно отсутствовала.

В ходе судебного разбирательства по данному делу стороной ответчика заявлено о пропуске истцом, установленного ч.1 ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации, срока для обращения в суд с иском за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении.

Истцом в судебном заседании заявлено о восстановлении вышеуказанного срока. Как следует из письменного заявления истца, его объяснений в судебном заседании, указанный срок пропущен по уважительной причине. ФИО2 ссылается на то, что после увольнения у нее ухудшилось состояние здоровья, мучили боли в спине, в связи с чем, она не имела физической возможности встретиться с представителем, передать документы для подготовки искового заявления в суд, с 17.01.2023 по 30.01.2023 находилась на листке нетрудоспособности, и только после окончания лечения смогла передать представителю документы, которым 09.02.2023 исковое заявление было подготовлено и направлено в суд. В подтверждение указанным доводам, истцом представлены сведения об открытии листка нетрудоспособности 17.01.2023 ООО «ММЦ «Здоровье Плюс» (больничный лист №) (период нетрудоспособности с 17.01.2023 по 25.01.2023), больничный лист № продлен: период нетрудоспособности с 17.01.2023 по 30.01.2023).

В соответствии с ч.1 ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Согласно части 5 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1 - 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом.

Разъяснения по вопросам применения положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации содержатся в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" и являются актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

В судебном заседании установлено, что с приказом об увольнении истец ознакомлен 29.12.2022, что подтверждается подписью истца в приказе, следовательно, исковое заявление в суд за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении, в соответствии с ч.1 ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации, должно быть подано истцом до 29.01.2023. Вышеуказанное исковое заявление поступило в суд, 15.02.2023 (направлено посредством почтовой связи, 09.02.2023), с нарушением установленного приведенной нормой закона, срока.

Между тем, исходя из изложенных истцом обстоятельств и представленных доказательств тому, что в период с 17.01.2023 по 30.01.2023 истец находился на листке нетрудоспособности, и принимая во внимание, что период пропуска указанного срока незначительный (11 дней) суд считает возможным восстановить истцу пропущенный срок для обращения в суд с иском за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении.

Как разъяснено в п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17.03.2004 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на работе.

Учитывая, таким образом, что оснований увольнения истца по соглашению сторон по п.1 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации, не имелось, увольнение ФИО2, на основании приказа (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № от 29.12.2022, по п.1 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации, на основании соглашения о прекращении трудового договора от 19.12.2022, является незаконным. ФИО2 подлежит восстановлению на работе в ООО «Компания Металл Профиль Урал», обособленном подразделении в 

<

адрес>, в должности менеджера по корпоративным продажам.

В соответствии со ст.394 Трудового кодекса Российской Федерации, орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Поскольку суд пришел к выводу о незаконности увольнения истца по п.1 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации (по соглашению сторон), на основании приказа (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № от 29.12.2022, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула.

Как следует из искового заявления, с учетом уточнения предмета иска (в части взыскания заработной платы за время вынужденного прогула), истец просит взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула, в размере 301 077 рублей (за период с 30.12.2022 по 23.05.2023), и по дату восстановления на работе.

В силу п. 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 Трудового Кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частями 1 - 3, 7 статьи 139 Трудового Кодекса Российской Федерации, для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы утверждено постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 N 922 (далее - Положение).

Исходя из пункта 9 вышеназванного Положения, расчет среднего заработка при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула производится путем умножения среднего дневного заработка на количество дней вынужденного прогула. Средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, на количество фактически отработанных в этот период дней (часть 3 статьи 9 Положения).

С учетом приведенной нормы закона, Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, с ООО «Компания Металл Профиль Урал» в пользу ФИО2 подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула, за период с 30.12.2022 по 28.06.2023, в размере 372 725,85 рублей, согласно расчету: 3 132,15 рубля (средняя дневная з/п) х 119 дн. (кол-во дней вынужденного прогула) = 372 725,85 рублей

При расчете заработной платы за время вынужденного прогула, суд принимает во внимание сведения о средней дневной заработной плате, представленные стороной ответчика, которые истцом не оспорены и не опровергнуты. Расчет среднего заработка, в том числе, средней дневной заработной платы произведен бухгалтером ООО «Компания Металл Профиль Урал». Представленный расчет подписан и удостоверен уполномоченным лицом.

Исковые требования о взыскании с ответчика компенсации причиненного морального вреда, заявлены истцом, в соответствии требованиями ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, и также подлежат удовлетворению, поскольку в судебном заседании установлено, что со стороны работодателя имели место незаконные действия по изданию приказов о применении дисциплинарного взыскания и увольнения истца. 

Однако, при решении вопроса об объеме удовлетворения исковых требований истца, в части взыскания компенсации морального вреда, с учетом требований разумности и справедливости, в соответствии с ч. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд считает, что заявленная истцом сумма компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей, подлежит уменьшению, и взысканию с ответчика в размере 20 000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований о компенсации морального вреда, по указанным выше основаниям, следует отказать.

В соответствии с ч.1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу содержания и смысла взаимосвязанных положений части первой статьи 56, части первой статьи 88, статей 94, 98 и 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, возмещение судебных расходов, в том числе расходов на оплату услуг представителя, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, производится при доказанности несения указанных расходов.

Как следует из искового заявления, истец просит взыскать с ответчика, в счет возмещения судебных расходов по оплате юридических услуг - 84 000 рублей, представив в подтверждение указанным расходам договор № от 10.01.2023. заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО12 и ФИО2 Из данного договора следует, что неотъемлемой часть договора является акт об оказании юридических услуг, акт проведенных мероприятий в рамках договора об оказании юридических услуг, смета на оказание юридических услуг. Между тем данные документы суду не представлены. Из представленного договора, определить какие конкретные юридические услуги были оказаны ФИО2 и каков их объем, определить невозможно. Суд также обращает внимание на то, что интересы истца в судебном заседании представляла ФИО14, действующая на основании нотариально удостоверенной доверенности № от 17.01.2023, в которой доверенное лицо – индивидуальный предприниматель ФИО12 отсутствует. Доказательств тому обстоятельству, что индивидуальный предприниматель ФИО12, с которым заключен договор об оказании юридических услуг, уполномочил, ФИО5 на представление интересов в суде, в материалах дела не имеется и суду таких доказательств не представлено (договор поручения, доверенность). Представленные в судебном заседании, представителем истца ФИО5 платежные документы (ИП ФИО12) на сумму 44 000 рублей и 40 000 рублей не позволяют определить, что указанные платежи произведены именно истцом, а, следовательно, определить, что истец понес такие расходы, невозможно. При этом, суду представлены только копии указанных документов, надлежащим образом ИП ФИО12 не заверены. Оригиналы документов суду не представлены.

С учетом вышеизложенного, и оценки представленных суду письменных документов, суд считает, что истцом не доказано несение вышеуказанных расходов по оплате юридических услуг. В связи с чем, требования истца о возмещении судебных расходов по оплате юридических услуг в размере 84 000 рублей, удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 393 Трудового кодекса Российской Федерации, с п.1 ч.1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, истцы по исковым требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, от уплаты государственной пошлины освобождаются. Государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в местный бюджет, в соответствии с ч.1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований истца, государственная пошлина, по правилам о распределении судебных расходов, в соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в размере 7 227,25 рублей (исчисленная в соответствии со ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации), подлежит взысканию с ответчика, в доход местного бюджета, в соответствии с ч.1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 12, 67, ч.1 ст.68, ч.1 ст.98, ч.1 ст.103, ст.ст.194-199, 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью (ООО) «Компания Металл Профиль Урал» о признании увольнения незаконным, о восстановлении на работе, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Признать увольнение ФИО2, на основании приказа (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № от 29.12.2022, по п.1 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации, на основании соглашения о прекращении трудового договора от 19.12.2022, незаконным.

Восстановить ФИО2 в обществе с ограниченной ответственностью (ООО) «Компания Металл Профиль Урал», обособленное подразделение в 

<

адрес>, в должности менеджера по корпоративным продажам.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью (ООО) «Компания Металл Профиль Урал» в пользу ФИО2 заработную плату за время вынужденного прогула за период с 30.12.2022 по 28.06.2023 – 372 725,85 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью (ООО) «Компания Металл Профиль Урал» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда – 20 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части, отказать.

Решение суда, в части восстановления на работе, подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда, в течение месяца, со дня изготовления решения суда в окончательной форме, через Верхнепышминский городской суд Свердловской области.

Судья Н.Н. Мочалова.