Мотивированное 

апелляционное определение

 изготовлено 12.01.2026г.

УИД: 66RS0001-01-2025-000936-97

Дело № 33-16211/2025

(2-2913/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург

17.12.2025 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе

Председательствующего

Локтина А.А.,

судей

Коршуновой Е.А.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания и аудиопротокола помощником судьи Шалудько Ю.А., рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску ФИО2 к акционерному обществу «МАКС» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия по апелляционной жалобе ответчика на решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 02.09.2025,

Заслушав доклад судьи Коршуновой Е.А., объяснения представителя истца ФИО3, судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратился в суд с иском к акционерному обществу «МАКС» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование исковых требований указано, что 23.08.2024 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «МАЗ», г/н 

<

№>, под управлением ФИО4; «Киа», г/н 

<

№>, под управлением ФИО2

Указанное ДТП произошло по вине водителя ФИО4, вследствие чего автомобилю «Киа», г/н 

<

№>, принадлежащему истцу на праве собственности, был причинен материальный ущерб.

30.08.2024 истец обратился к ответчику с заявлением о наступлении страхового случая, указал на осуществление страхового возмещения в натуральной форме.

05.09.2024 истцом подано дополнительно заявление, в котором он настаивает на натуральной форме выплаты.

18.09.2024 осуществлена выплата в размере 166 500 руб. Направление на ремонт не выдавалось, условия ремонта не согласовывались.

08.11.2024 истцом направлена претензия.

Решением финансового уполномоченного № У-24-132208/5010-007 от 30.01.2025 в удовлетворении требований отказано.

Истец не согласен с решением финансового уполномоченного, считает, что ответчик незаконного в одностороннем порядке сменил форму выплаты с натуральной на денежную.

Истец не согласен с осуществлением страхового возмещения с учетом равной вины обоих участников ДТП.

Поскольку страховая компания неправомерно сменила форму страхового возмещения с натуральной на денежную, истец просил с учетом уточнений взыскать с ответчика сумму ущерба в размере 501 500 руб., неустойку за период с 19.04.2024 в размере 400 000 руб. с продолжением начисления по день фактического исполнения обязательства, штраф, компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 40 000 руб., расходы на оплату услуг эксперта в размере 12 000 руб.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 02.09.2025 иск ФИО2 удовлетворен частично. С АО «МАКС» в пользу ФИО2 взысканы убытки в размере 501 200 руб., неустойка за период с 19.09.2024 по 02.09.2025 в размере 200 000 руб., неустойка за период с 03.09.2025 по день фактического исполнения обязательства в размере 1% в день от суммы 333 000 руб., но не более 200 000 руб., штраф в размере 100 000 руб., компенсация морального вреда в размере 10 000 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 40 000 руб., расходы на оплату услуг специалиста в размере 12 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. С АО «МАКС» в доход бюджета взыскана государственная пошлина в размере 22 030 руб.

Не согласившись с решением суда, ответчик подал на него апелляционную жалобу, в жалобе просит решение суда отменить, вынести по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. В обоснование доводов жалобы, настаивает на надлежащем исполнении обязательств страховщиком с выплатой страхового возмещения в соответствии с установленной виной участников ДТП 50 %. У суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения требований истца о взыскании убытков. Взыскание убытков по среднерыночным ценам без учета износа противоречит требованиям Закона об ОСАГО, устанавливающего порядок определения страхового возмещения по Единой методике, с учетом износа деталей. Доказательств того, что выплаченного страхового возмещения было недостаточно для восстановительного ремонта, не предоставлено. Истцом не предоставлены доказательства фактически понесенных расходов на восстановительный ремонт, напротив, указано, что транспортное средство продано в неотремонтированном виде, что, по мнению ответчика, свидетельствует об отсутствии у истца фактических расходов на ремонт транспортного средства. Заявленные истцом убытки возникли в результате неправомерных действий виновника ДТП, а не в результате действий страховщика, в связи с чем, убытки подлежали взысканию с причинителя вреда. Судом первой инстанции не дана оценка представленным стороной ответчика письмам от СТОА ООО «Восток», ООО «СБ «Виктория», ООО «Неман Авто» о невозможности проведения ремонта транспортного средства истца в установленный срок. Кроме того, выражает несогласие с взысканием неустойки, штрафа, поскольку страховщиком обязательства исполнены надлежащим образом, а степень вины участников ДТП установлена только решением суда. Расходы по оплате услуг представителя, а также взысканный размер компенсации морального вреда считает чрезмерно завышенными.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО3 возражала против доводов апелляционной жалобы, просила оставить без изменения обжалуемое решение.

Иные лица в заседание судебной коллегии не явились извещены надлежащим образом, сведений о причинах неявки не представили, в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом наличия сведений об извещении отсутствующих участников гражданского процесса о времени и месте апелляционного разбирательства по правилам ст.ст. 113 – 116 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определила о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся участников процесса.

Информация о рассмотрении апелляционной жалобы в соответствии с положениями Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Свердловского областного суда в сети Интернет (https//www.oblsud.svd.sudrf.ru).

Заслушав представителя истца, изучив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии со ст.ст. 327 и 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 23.08.2024 по адресу: 

<

адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «МАЗ», г/н 

<

№>, под управлением ФИО4, и автомобиля «Киа», г/н 

<

№>, под управлением ФИО2, что подтверждается материалом по факту ДТП.

В силу п. 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров-Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Как следует из объяснений ФИО2, в ДТП виноват водитель ФИО4, который при перестроении не убедился в безопасности маневра. Данное обстоятельно также подтверждается объяснениями водителя ФИО4, который вину в ДТП признал полностью.

Таким образом, из представленного по запросу суда административного материала следует, что причиной дорожно-транспортного происшествия явились действия водителя автомобиля «МАЗ», г/н 

<

№>, ФИО4 Между тем, в отношении последнего вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с отсутствием события административного правонарушения в действиях водителя ФИО4

Между действиями ФИО4 и наступившими последствиями (дорожно-транспортным происшествием) имеется прямая причинно-следственная связь. Нарушений Правил дорожного движения со стороны водителя ФИО2 в судебном заседании не установлено.

На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность истца была застрахована в АО «МАКС», страховой полис 

<

№>.

Согласно материалам дела 30.08.2024 истец обратился к ответчику с заявлением о страховом возмещении по договору ОСАГО с приложением документов, предусмотренных Правилами обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденными Положением Банка России от 19.09.2014 № 431-П. В качестве формы страхового возмещения заявителем выбрано осуществление страхового возмещения в денежной форме.

05.08.2024 в АО «МАКС» поступило заявление ФИО2 о корректировке способа получения страхового возмещения, в котором указано, что при оформлении заявления истцу дали распечатанный бланк с заведомо проставленным выбором страхового возмещения в денежной форме, с которым заявитель не был согласен, в связи с чем зачеркнул данное положение, отметив о необходимости возмещения в форме организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания. Настаивал конкретно на данном способе возмещения.

02.09.2024 финансовая организация организовала проведение осмотра повреждений транспортного средства, составлен акт осмотра.

05.09.2024 по поручению финансовой организации ООО «Экспертно-консультационный центр» подготовлено экспертное заключение № УП-640042 от 05.09.2024, согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа комплектующих изделий составила 333 000 руб., с учетом износа комплектующих изделий составила 202 500 руб.

17.09.2024 ответчиком в адрес истца была направлено письмо, в соответствии с которым у АО «МАКС» отсутствуют договоры со станциями технического обслуживания, соответствующими установленным Правилами обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, в связи с чем истцу было предложено указать полное наименование выбранной станции технического обслуживания, ее адрес, место нахождения и платежные реквизиты. В этом случае АО «МАКС» будет произведена оплата ремонтных работ в отношении повреждений, указанных в направлении на ремонт, без учета износа заменяемых деталей, на основании Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства.

Не получив ответ, 18.09.2024 финансовая организация осуществила заявителю выплату страхового возмещения в размере 166 500 руб., что составляет 50% от суммы ущерба (без учета износа), исходя из невозможности установлении степени вины участников ДТП, что подтверждается платежным поручением № 104018 и актом о страховом случае.

Между тем, как следует из почтового идентификатора и штампа на конверте по отправке письма от 17.09.2024, данное письмо с учетом сроков доставки было готово к вручению 23.09.2024, соответственно, письмо не могло быть доставлено Чижу О.Г. до принятия страховщиком решения об осуществлении выплаты.

08.11.2024 в финансовую организацию поступило заявление (претензия) от представителя заявителя с требованиями организовать восстановительный ремонт транспортного средства или произвести выплату убытков вследствие ненадлежащего исполнения финансовой организацией своих обязательств в размере действительной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, неустойки.

Финансовая организация письмом от 12.12.2024 уведомила заявителя об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с порядком страхового возмещения, истец в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 04 июня 2018 г. № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» подал обращение финансовому уполномоченному.

Финансовым уполномоченным было организовано проведение независимой экспертизы. В соответствии с подготовленным ООО «Оценочная группа «АЛЬФА» экспертным заключением от 17.01.2025 № У-24-132208/3020-004 размер расходов на восстановительный ремонт в отношении повреждений транспортного средства без учета износа составляет 294 500 руб., с учетом износа - 181 700 руб. Установлено, что в связи с отсутствием решения суда об установлении степени вины участников ДТП размер страхового возмещения составляет 90 850 руб., то есть 50% от суммы 181 700 руб.

Решением Финансового уполномоченного У-24-132208/2040-002 от 30.01.2025 требования истца были оставлены без удовлетворения, поскольку страховая компания выплатила заявителю страховое возмещение размере 166 500 руб., страховщик полностью исполнил требования заявителя.

Истец с решением финансового уполномоченного не согласен, поскольку от проведения восстановительного ремонта автомобиля на СТОА по направлению страховщика не отказывался, в связи с чем ответчик должен возместить ему реальный ущерб.

Разрешая настоящий спор, суд первой инстанции, руководствуясь ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации, п.п. 15.1-15.3, 16.1, 21 ст. 12 Закона об ОСАГО, п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», оценив представленные в материалы дела, доказательства в их совокупности, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для изменения формы выплаты страхового возмещения с натуральной на денежную, с учетом положений ст. ст. 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, взыскал с ответчика АО «МАКС» убытки в размере 501 200 руб. (как указано в резолютивной части решения суда, истцом сумма не оспорена) из расчета: 668 000 руб. (рыночная стоимость восстановительного ремонта) – 166 500 руб. (половина суммы восстановительного ремонта без учета износа, выплаченная ответчиком).

С выводами суда первой инстанции, судебная коллегия полагает возможным согласиться, поскольку они не противоречат материалам гражданского дела, основаны на всестороннем и объективном исследовании и оценке всех обстоятельств, которые имеют значение при рассмотрении таких дел.

Доводы жалобы были предметом оценки суда первой инстанции, основания и мотивы по которым они были отклонены, подробно приведены в мотивировочной части оспариваемого решения суда, оснований не согласиться с которым судебная коллегия не усматривает.

В соответствии со ст. 3 Закона об ОСАГО одним из основных принципов обязательного страхования является гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных данным федеральным законом.

Согласно п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 данной статьи) в соответствии с п. 15.2 данной статьи или в соответствии с п. 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Страховщик после осмотра поврежденного транспортного средства потерпевшего и (или) проведения его независимой технической экспертизы выдает потерпевшему направление на ремонт на станцию технического обслуживания и осуществляет оплату стоимости проводимого такой станцией восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего в размере, определенном в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, с учетом положений абз. 2 п. 19 указанной выше статьи.

На основании подп. «б» п. 18 ст. 12 Закона об ОСАГО в случае повреждения имущества потерпевшего размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая. К указанным в подп. «б» п. 18 настоящей статьи расходам относятся также расходы на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта, расходы на оплату работ, связанных с таким ремонтом.

Размер расходов на запасные части (в том числе в случае возмещения причиненного вреда в порядке, предусмотренном абз. 2 п. 15 настоящей статьи) определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте. При этом на указанные комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты) не может начисляться износ свыше 50 % их стоимости.

При проведении восстановительного ремонта в соответствии с п.п. 15.2 и 15.3 той же статьи не допускается использование бывших в употреблении или восстановленных комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), если в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства требуется замена комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов); иное может быть определено соглашением страховщика и потерпевшего.

Согласно абз. 8 и 9 п. 17 ст. 12 Закона об ОСАГО, обязательства страховщика по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшего, принятые им на основании абз. 2 п. 15 или п.п. 15.1 - 15.3 настоящей статьи, считаются исполненными страховщиком надлежащим образом с момента получения потерпевшим отремонтированного транспортного средства. Ответственность за несоблюдение станцией технического обслуживания срока передачи потерпевшему отремонтированного транспортного средства, а также за нарушение иных обязательств по восстановительному ремонту транспортного средства потерпевшего несет страховщик, выдавший направление на ремонт.

Во 2 абз. п. 3.1 ст. 15 Закона об ОСАГО установлено, что при подаче потерпевшим заявления о прямом возмещении убытков в случае отсутствия у страховщика возможности организовать проведение восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего на указанной им при заключении договора обязательного страхования станции технического обслуживания потерпевший вправе выбрать возмещение причиненного вреда в форме страховой выплаты или согласиться на проведение восстановительного ремонта на другой предложенной страховщиком станции технического обслуживания, подтвердив свое согласие в письменной форме.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» согласно критерию доступности для потерпевшего места проведения восстановительного ремонта максимальная длина маршрута до станции технического обслуживания, проложенного по дорогам общего пользования, не может превышать 50 километров по выбору потерпевшего: от места дорожно-транспортного происшествия или места жительства потерпевшего либо регистрации потерпевшего как индивидуального предпринимателя, за исключением случая, если страховщик организовал и (или) оплатил транспортировку поврежденного транспортного средства до места проведения восстановительного ремонта и обратно (абз. 3 п. 15.2 ст. 12 Закона об ОСАГО).

Если ни одна из станций технического обслуживания, с которыми у страховщика заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, не соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, а потерпевший не согласен на проведение восстановительного ремонта на предложенной страховщиком станции технического обслуживания, которая не соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, и при этом между страховщиком и потерпевшим не достигнуто соглашение о проведении восстановительного ремонта на выбранной потерпевшим станции технического обслуживания, с которой у страховщика отсутствует договор на организацию восстановительного ремонта, страховое возмещение осуществляется в форме страховой выплаты (абз. 6 п. 15.2, п. 15.3, подп. «е» п. 16.1, п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО) (п. 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31).

Согласно разъяснениям п. 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 в отсутствие оснований, предусмотренных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, с учетом абз. 6 п. 15.2 этой же статьи, страховщик не вправе отказать потерпевшему в организации и оплате восстановительного ремонта легкового автомобиля с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий и в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме. О достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подп. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать, в том числе, выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом. Такое соглашение должно быть явным и недвусмысленным. Все сомнения при толковании его условий трактуются в пользу потерпевшего.

Таким образом, законом предусмотрены специальные случаи, когда страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, может осуществляться в форме страховой выплаты.

Как верно установлено судом, со стороны истца исполнены обязательства для выплаты страхового возмещения, в адрес страховщика направлено заявление с полным пакетом документов, и требованием выплаты страхового возмещения, в форме предусмотренной Законом об ОСАГО.

При этом п. 3 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации предписано, что при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Из приведенных положений закона следует, что в силу возложенной на страховщика обязанности произвести страховое возмещение, как правило, в натуре и с учетом требования о добросовестном исполнении обязательств именно на страховщике лежит обязанность доказать, что он предпринял все необходимые меры для надлежащего исполнения этого обязательства.

Однако ответчиком, как лицом ответственным по организации выплаты страхового возмещения в натуральной форме с выдачей направления на СТОА, каких-либо мер, в том числе предусмотренных абз. 3, 6 п. 15.2 ст. 12 Закона об ОСАГО по организации и (или) оплате транспортировки поврежденного транспортного средства до места проведения восстановительного ремонта и обратно (в случае отдаленности СТОА от места жительства истца более 50 км.), не принято.

Доводы жалобы об отсутствии у страховщика оснований для организации восстановительного ремонта, по причине указания истцом в заявлении о страховом случае выплаты страхового возмещения в денежной форме противоречат имеющимся материалам дела.

Так, действительно в первоначальном заявлении от 30.08.2024 истцом указано о получении страхового возмещения в денежной форме. Вместе с тем, в заявлении от 05.08.2024 ФИО2 указано о корректировке способа получения страхового возмещения, отмечено о необходимости возмещения в форме организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания.

Таким образом, вопреки доводам ответчика, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что у страховщика отсутствовали основания для смены формы страхового возмещения.

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, письма СТОА об отсутствии возможности выполнения восстановительного ремонта транспортного средства истца не являются основанием для освобождения страховщика от возложенной обязанности по организации и оплате восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания.

Пунктом 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 предусмотрено, что при нарушении страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта потерпевший вправе предъявить требование о понуждении страховщика к организации и оплате восстановительного ремонта или потребовать страхового возмещения в форме страховой выплаты либо произвести ремонт самостоятельно и потребовать со страховщика возмещения убытков вследствие ненадлежащего исполнения им своих обязательств по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в размере действительной стоимости восстановительного ремонта, который страховщик должен был организовать и оплатить. Возмещение таких убытков означает, что потерпевший должен быть постановлен в то положение, в котором он находился бы, если бы страховщик по договору обязательного страхования исполнил обязательства надлежащим образом (п. 2 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 397 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения должником обязательства выполнить для кредитора определенную работу или оказать ему услугу кредитор вправе в разумный срок поручить выполнение обязательства третьим лицам за разумную цену либо выполнить его своими силами, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, договора или существа обязательства, и потребовать от должника возмещения понесенных необходимых расходов и других убытков.

Как следует из разъяснений, данных в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> 

<

№> «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу ст.ст. 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из приведенных норм права и акта их толкования, отказ страховщика исполнить обязательство по организации и оплате ремонта автомобиля потерпевшего в отсутствие оснований, предусмотренных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, позволяющих страховщику в одностороннем порядке заменить такое страховое возмещение на страховую выплату с учетом износа деталей, влечет для потерпевшего возникновение убытков в виде разницы между действительной стоимостью того ремонта, который должен был, но не был выполнен в рамках страхового возмещения, и выплаченной ему суммой страхового возмещения.

При этом по смыслу положений ст. ст. 15, 1064, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации право требовать убытки в виде действительной стоимости не может быть реализовано только после реального фактического несения расходов потерпевшим. Истец вправе требовать их в таком размере и в случае предоставления доказательств размера расходов, которые он должен будет понести для полного восстановления нарушенного права. В ином случае реализация права ставится в зависимость от имущественного положения потерпевшего, позволяющего или не позволяющего осуществить ремонт до обращения в суд, что не соответствует положениям ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. С учетом последнего действующее законодательство предусматривает возможность определения размера ущерба расчетным методом.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства с учетом положений п.п. 15.2, 15.3 ст. 12 Закона об ОСАГО, ст. 15, п. 5 ст. 393, ст. 397 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец обоснованно обратился с иском к АО «МАКС» о взыскании убытков, составляющих разницу между среднерыночной стоимостью восстановительного ремонта без учета износа и выплаченным страховым возмещением. При изложенных обстоятельствах, основания для отмены решения суда первой инстанции в части взыскания убытков отсутствуют.

Поскольку страховщик не выплатил страховое возмещение в полном объеме в установленный п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО срок, а также в добровольном порядке до обращения истца в суд, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка, а также штраф, предусмотренный п. 3 ст. 16.1 Закона об ОСАГО.

Суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ответчика неустойки в сумме 1 158 840 руб., ограничив ее пределом лимита страхового возмещения (400000 руб.) и снизив ее размер на основании ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации до 200000 руб.

Из разъяснений п. 81 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», следует, что взыскание штрафа за неисполнение страховщиком в добровольном порядке требований потерпевшего - физического лица, предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО, в силу прямого указания закона относится к исключительной компетенции суда.

При удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица суд одновременно разрешает вопрос о взыскании с ответчика штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО). Если такое требование не заявлено, то суд в ходе рассмотрения дела по существу ставит вопрос о взыскании штрафа на обсуждение сторон (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 83 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> 

<

№> «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего - физического лица определяется в размере 50 процентов от разницы между надлежащим размером страхового возмещения по конкретному страховому случаю и размером страхового возмещения, осуществленного страховщиком в добровольном порядке до возбуждения дела в суде. При этом суммы неустойки (пени), финансовой санкции, денежной компенсации морального вреда, а также иные суммы, не входящие в состав страхового возмещения, при исчислении размера штрафа не учитываются (пункт 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО).

В силу приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации основанием для применения штрафных санкций является ненадлежащее исполнение страховщиком обязательств по договору обязательного страхования, в том числе незаконная замена восстановительного ремонта в натуре на страховую выплату, исчисляемую по Единой методике.

Размер штрафа по Закону об ОСАГО определяется не размером присужденных потерпевшему денежных сумм убытков, а размером страхового возмещения, обязательство по которому не исполнено страховщиком.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции обоснованно взыскал с ответчика в пользу истца штраф в размере 100 000 руб., применив положения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку данная сумма будет отвечать принципам разумности, справедливости и соразмерности нарушенному праву, балансу интересов обеих сторон.

Доводы же апелляционной жалобы ответчика о том, что оснований для взыскания неустойки и штрафа не имеется, поскольку ответчиком не допущено нарушений требований Закона об ОСАГО и требований истца как потребителя, не могут быть признаны состоятельными, поскольку они противоречат установленным судом обстоятельствам дела.

В соответствии со статьей 15 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Компенсация морального вреда возмещается независимо от причиненного имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Судом установлен факт неисполнения страховщиком обязанности по выплате страхового возмещения в установленный законом срок, то есть некачественного исполнения услуги.

Несвоевременной выплатой истцу страхового возмещения страховая компания нарушила принятые на себя обязательства по договору страхования, вследствие чего причинила истцу моральный вред.

Размер компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий, исходя из принципа разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного Чижу О.Г., суд первой инстанции обоснованно принял во внимание фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, и взыскал с ответчика компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

По мнению судебной коллегии, определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда основан на исследовании всех юридически значимых обстоятельств дела и отвечает требованиям разумности и справедливости.

Разрешая заявленные требования о взыскании расходов по оплате услуг представителя, суд первой инстанции руководствовался требованиями ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и пришел к выводу о наличии оснований для признания разумными расходами, связанными с оплатой услуг представителя при рассмотрении настоящего дела, в размере 40 000 руб.

Частью 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя.

Гражданское процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования, в связи с чем, управомоченной на возмещение таких расходов будет являться сторона, в пользу которой состоялось решение суда.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Судебная коллегия, учитывая, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, считает, что указанный размер взысканных с ответчика в счет возмещения расходов истца на оплату услуг представителя в сумме 40 000 руб. не нарушает принципа разумности и справедливости, соответствует объему оказанной представителем правовой помощи, сводящейся к составлению искового заявления и процессуальных документов, а также участию в пяти судебных заседаниях суда первой инстанции (09.04.2025 (л.д. 61), 16.05.2025 (л.д. 72), 11.06.2025 (л.д. 153), 31.07.2025 (л.д. 163-164), 02.09.2025 (л.д. 204-206) в связи, с чем подлежат отклонению соответствующие доводы апелляционной жалобы ответчика.

Других доводов, свидетельствующих о неправильности вынесенного судом первой инстанции решения, в апелляционной жалобе не содержится, соответствующих доказательств к жалобе не приложено, а суд апелляционной инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе. В связи с изложенным, решение суда является законным и обоснованным, не подлежащим отмене по доводам, указанным в апелляционной жалобе.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 02.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

Председательствующий Локтин А.А.

Судьи Коршунова Е.А.

ФИО1