Решение

Именем Российской Федерации

10 июля 2019 г. г. Махачкала

Махачкалинский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Потелова К.С., при секретаре судебного заседания Алисолтановой Л.Г., с участием административного истца ФИО1, его представителя – адвоката Юсупова А.М., представителя административного ответчика – командира войсковой части 

<

данные изъяты> ФИО2, а также прокуроров – помощника военного прокурора Махачкалинского гарнизона 

<

данные изъяты> юстиции ФИО3 и помощника военного прокурора военной прокуратуры Махачкалинского гарнизона 

<

данные изъяты> юстиции ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело № 2а-167/2019 по административному исковому заявлению представителя административного истца ФИО1 – адвоката Юсупова А.М., поданному в интересах бывшего военнослужащего войсковой части 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> запаса ФИО1 об оспаривании действий командира войсковой части 

<

данные изъяты>, связанныхс досрочным увольнением с военной службы и исключением из списков личного состава воинской части, 

установил:

Юсупов А.М. обратился в суд с заявлением в интересах ФИО1,в которомпросил признать незаконными приказы командира войсковой части 

<

данные изъяты> 22 и 23 марта 2019 г. №№ 68 и 69 в части досрочного увольнения ФИО1 с военной службы и исключения из списков личного состава воинской части, соответственно, обязав указанное должностное лицо отменить данные приказы и восстановить ФИО1 в прежней или равной воинской должности, а также в списках личного состава воинской части, обеспечив всеми положенными видами довольствия за период необоснованного увольнения с военной службы и исключения из списков личного состава воинской части.

В судебном заседании ФИО5 подтвердил заявленные требования и просил их удовлетворить, пояснив, что в период прохождения военной службы дисциплинарные проступки не совершал, о применении дисциплинарного взысканиядо него командованием не доводилось, в связи с чем у административного ответчика не имелось законных оснований к его досрочному увольнению с военной службы в связис невыполнением им условий контракта. 

Представитель административного истца – адвокат Юсупов А.М. в судебном заседании доводы ФИО1 поддержал и пояснил, что в отношении административного истца нарушены порядок и процедура увольнения с военной службы. За время прохождения военной службы его доверитель добросовестно исполнял свои обязанности и замечаний не имел.

Представитель административного ответчика – командира войсковой части 

<

данные изъяты> ФИО2 просил суд отказать в удовлетворении требований административного истца, обосновав свою позицию тем, что ФИО1 совершил грубый дисциплинарный проступок, за который к последнему применено дисциплинарное взыскание в виде досрочного увольнения с военной службы в связи с несоблюдением условий контракта. На момент исключения ФИО1 из списков личного состава воинской части он обеспечен всеми видами положенного ему денежногодовольствия и вещевого имущества. 

Прокурор в своем заключении полагал, что в удовлетворении требований ФИО1 надлежит отказать, поскольку представленные должностным лицом доказательства подтверждают, что увольнение административного истца с военной службы в связи сневыполнением условий контракта и исключение его из списков личного состава воинской части осуществлены в соответствии с действующим законодательством.

Выслушав объясненияадминистративного истца, его представителя, представителя административного ответчика, заключение прокурора, исследовав обстоятельства дела, суд не находит оснований для удовлетворения административного искового заявления. 

Из материалов дела следует, что старший сержант ФИО1 проходил военную службу по контракту в должности командира 2 отделения 3 стрелкового взвода роты охраны (гарнизона) 2 батальона охраны войсковой части 

<

данные изъяты>

22 марта 2019 г. административный истец досрочно уволен с военной службы по основанию, предусмотренному подп. «в» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», то есть в связи с невыполнением условий контракта и с 19 апреля 2019 г.исключён из списков личного состава воинской части.

Основанием для издания оспариваемого приказа об увольнении ФИО1 с военной службы, послужил приказ командира войсковой части 

<

данные изъяты> 15 марта 2019 г. № 136, опривлечении административного истца к дисциплинарной ответственности с применением дисциплинарного взыскания в виде досрочного увольнения с военной службы, за совершенный им грубый дисциплинарный проступок, выраженный в нарушении уставных правил несения внутренней службы.

Данные обстоятельства подтверждаются объяснениями административного истца, его представителя, представителя административного ответчика, выпискамииз приказовкомандира войсковой части 

<

данные изъяты> от 29 августа 2010 г. № 241 о зачислении в списки личного состава воинской части и назначении на воинскую должность, от 29 апреля 2017 г. № 124 о назначении на воинскую должность, от 15 марта 2019 г. № 136, опривлечении административного истца к дисциплинарной ответственности, от 22 марта 2019 г. № 68 об увольнении с военной службы и от 23 марта 2019 г. № 69 об исключении из списков личного состава воинской части. 

Действия командира войсковой части 

<

данные изъяты> по досрочному увольнению ФИО1 с военной службы и исключению его из списков личного состава указанной воинской части суд считает законными, а при их оценке руководствуется следующими нормативными правовыми актами. 

В соответствии с п. «в» ч. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, может быть досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта.

Особый характер военной службы, как отдельного вида федеральной государственной службы, обусловлен её специфическим назначением – защищать государственный суверенитет и территориальную целостность Российской Федерации, обеспечивать безопасность государства, отражать вооруженное нападение и выполнять задачи в соответствии с международными обязательствами Российской Федерации, что, согласно ч. 1 ст. 26 Федерального закона «О статусе военнослужащих», составляет существо воинского долга, предопределяющего содержание общих, должностных и специальных обязанностей военнослужащих.

Согласно пп. 1-3 ст. 28.4 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и ст. 96 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации совершение военнослужащим дисциплинарного проступка может повлечь применение к нему установленной государством, в целях предупреждения совершения дисциплинарных проступков, меры ответственности – дисциплинарного взыскания, одним из видов которого является досрочное увольнение с военной службы в связи с невыполнением условий контракта.

Обязательным условием досрочного увольнения с военной службы в порядке реализации дисциплинарного взыскания по основанию, предусмотренному подп. «в» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», должно являться совершение военнослужащим дисциплинарного проступка, в частности совершение одного из грубых дисциплинарных проступков, указанныхв п. 2 ст. 28.5 Федерального закона «О статусе военнослужащих», к числу которых относится нарушение уставных правил несения внутренней службы. 

Из содержания совокупности приведенных норм действующего законодательства следует, что применение к военнослужащему установленной государством меры ответственности в виде досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением условий контракта, обусловлено необходимостью соблюдения интересов государства по предупреждению совершения военнослужащими дисциплинарных проступков, то есть необходимостью поддержания воинской дисциплины, а применение названной меры ответственности неразрывно связанно с совершением военнослужащим грубого дисциплинарного проступка.

Сущность воинской дисциплины, обязанности военнослужащих по ее соблюдению, виды дисциплинарных взысканий, а также права командиров по их применению, определены Дисциплинарным уставом, согласно положениям ст. 47 которого, военнослужащие привлекаются к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть противоправное, виновное действие (бездействие), выражающеесяв нарушении воинской дисциплины. Военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина.

Согласно положениям ст. 80, 81 и 82 этого же Устава к военнослужащему, совершившему дисциплинарный проступок, могут применяться только те дисциплинарные взыскания, которые определены названным Уставом, соответствуют воинскому званию военнослужащего и дисциплинарной власти командира (начальника), принимающего решение о привлечении нарушителя к дисциплинарной ответственности.Принятию командиром (начальником) решения о применении к подчиненному военнослужащему дисциплинарного взыскания предшествует разбирательство. Материалы разбирательства о грубом дисциплинарном проступке оформляются только в письменном виде.Разбирательство по факту совершения военнослужащим грубого дисциплинарного проступка заканчивается составлением протокола.

В ходе разбирательства должны быть установлены событие дисциплинарного проступка, то есть время, место, способ и другие обстоятельства его совершения, лицо, совершившее дисциплинарный проступок, вина военнослужащего в совершении дисциплинарного проступка, форма вины и мотивы совершения дисциплинарного проступка; данные, характеризующие личность военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок, а также другие обстоятельства, имеющие значение для правильного решения вопроса о привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности.

В соответствии с п. «и» ст. 55 Дисциплинарного устава, к сержантамможет применяться дисциплинарное взыскание в виде досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением условий контракта, при этом в силу п. «ж» ст. 59 названного Устава, правом по применению указанного дисциплинарного взыскания к подчиненным солдатам, матросам, сержантам и старшинам обладает командир полка (корабля 1 ранга).

Содержание приведенных положений Дисциплинарного устава указывает на то, что помимо мер дисциплинарной ответственности военнослужащих, на законодательном уровне предусмотрен соответствующий порядок установления их вины в совершении дисциплинарных проступков, который направлен на соблюдение прав военнослужащих и их защиту от необоснованного привлечения к ответственности, а также полномочия должностных лиц по применению дисциплинарных взысканий к отдельным категориям военнослужащих. 

В соответствии с положениями ст. 163 Устава внутренней службы, внутренним порядком является строгое соблюдение военнослужащими определенных федеральными законами, общевоинскими уставами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также правил несения службы суточным нарядом.

Согласно ст. 256 названного Устава, суточный наряд назначается для поддержания внутреннего порядка, охраны личного состава, вооружения, военной техники и боеприпасов, помещений и другого военного имущества воинской части (подразделения), контроля за состоянием дел в подразделениях и своевременного принятия мер по предупреждению правонарушений.

В силу положений ст. 257 и 291 этого же Устава, дежурный по контрольно-пропускному пункту (далее – КПП) входит в состав суточного наряда и назначается из прапорщиков или сержантов. Он отвечает за соблюдение пропускного режима при входе прибывающих на территорию полка лиц (выходе убывающих с территории полка лиц), а также при выносе (вносе) и вывозе (ввозе) имущества.

Приведенные правовые нормы в их взаимосвязи указывают на то, что несение службы дежурным по КПП в суточном наряде, относится к исполнению специальных обязанностей при несении внутренней службы, которое предусматривает возложение на военнослужащего дополнительных обязанностей, связанных с осуществлением специальных полномочий, а также ответственность в случае их ненадлежащего неисполнения.

Из исследованных судом доказательств следует, что в период с 4 на 5 марта 2019 г. ФИО1 заступил в суточный наряд в качестве дежурного по КПП «Контроль». 

При проведении проверки организации пропускного режима в здания закрытого военного городка войсковой части 3025 и на прилегающие к ним территории установлено, что 5 марта 2019 г. около 16 часов на территорию закрытого военного городка войсковая часть 

<

данные изъяты> через 

<

адрес>» осуществлен пропуск автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № без проведения его осмотра и без проверки путевой документации, в результате чего на территорию военного городка ввезены предметы, имитирующие алкогольную продукцию.

Указанные обстоятельства подтверждаются копией книги боевой службы роты охраны (гарнизона) 2 батальона охраны войсковой части 

<

данные изъяты>, актом проверки организации пропускного режима в здания закрытого военного городка войсковой части 

<

данные изъяты> и на прилегающие к ним территории от 5 марта 2019 г., показаниями свидетелей ФИО13 А.Ю. и ФИО14С., а также схемой 

<

данные изъяты>» с обозначенными на ней местом расположения досмотровой зоны данного КПП и автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак №

В период с 5 по 15 марта 2019 г. по указанным обстоятельствам проведено разбирательство, в ходе которого установлены нарушения ФИО1 уставных правил несения внутренней службы, в виде ненадлежащего исполнения специальных обязанностей дежурного по КПП, выразившегося в нарушении положений п. 2 ст. 16 и ст. 291 Устава внутренней службы, ст. 1 Дисциплинарного устава, а также инструкции о пропускном режиме в здания закрытого военного городска войсковой части 

<

данные изъяты> и на прилегающие к ним территории, утвержденной приказом командира указанной воинской части от 26 февраля 2019 г. № 88.

В ходе проведения разбирательства получены объяснения от самого ФИО1, а также от ФИО15.Ю., ФИО16 И.С. и ФИО17 Р.В., как от лиц, непосредственно принимавших участие в проведении проверки по организации пропускного режима на территорию военного городка, а по его результатам в отношении административного истца составлен протокол о грубом дисциплинарном проступке, копию которого последний получил 23 марта 2019 г.

Приведенные обстоятельства подтверждаются заключением по результатам проведенного разбирательства, объяснениями ФИО18., ФИО19, ФИО20. и ФИО1, протоколом о грубом дисциплинарном проступке от 15 марта 2019 г. 

В соответствии с распоряжением Правительства Российской Федерации от 25 сентября 2008 года № 1401-р «О перечне закрытых военных городков войск национальной гвардии Российской Федерации», закрытый военный городок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, относиться к перечню закрытых военных городков войск национальной гвардии Российской Федерации.

Из содержания п. 51 инструкции о пропускном режиме в здания военного городка войсковой части 3025 и на прилегающие к ним территории, утвержденной приказом командира указанной воинской части от 26 февраля 2019 г. № 88 (далее – Инструкция), следует, что пропуск автотранспортных средств на территорию военного городка осуществляется после обязательного осмотра с использованием технических средств контроля и визуального осмотра, по пропускам, путевым листам, служебным запискам и с устного или письменного разрешения командира войсковой части 3025 (начальника штаба – заместителя командира указанной воинской части) или оперативным дежурным по их указанию. 

Таким образом, из исследованных судом материалов дела следует, что ФИО1, исполняя обязанности дежурного по 

<

данные изъяты>», в нарушение требований ст. 1 Дисциплинарного устава и ст. 291 Устава внутренней службы, а также п. 51 Инструкции, допустил пропуск на территорию закрытого военного городка войсковая часть 

<

адрес>» автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № без проведения его осмотра и без проверки путевой документации, в результате чего на территорию военного городка ввезены предметы, имитирующие алкогольную продукцию, что свидетельствует о нарушении им уставных правил несения внутренней службы, в виде ненадлежащего исполнения специальных обязанностей дежурного по КПП.

Доводы ФИО1 и его представителя – адвоката Юсупова А.М. о том, что в действиях административного истца отсутствовали нарушения правил несения службы и исполнений обязанностей дежурного по КПП поскольку автомобиль не выехал за пределы второго шлагбаума и стоял на территории КПП, о том, что ФИО1 не смог осуществить его осмотр в связи с приездом на КПП командира войсковой части 

<

данные изъяты>, а также, что каких-либо негативных последствий от ввоза на КПП муляжа алкогольной продукции не наступило, суд считает несостоятельными по следующим основаниям. 

Из показаний свидетелей ФИО8 и ФИО10 следует, что ДД.ММ.ГГГГ с их участием проводилась проверка несения службы нарядами по КПП, осуществляющими охрану военного городка войсковая часть 

<

данные изъяты>, на территории которого сосредоточено несколько войсковых частей, проживает значительное количество гражданских лиц из числа членов семей военнослужащих, а также расположены социальные объекты дошкольного образования. Проверка проводилась в целях установления защищенности военного городка в рамках антитеррористических мероприятий. 

В ходе проверки в салон автомобиля «

<

данные изъяты> помещен муляж предметов, ввоз которых запрещен на территорию военного городка. После этого автомобиль покинул территорию военного городка через 

<

данные изъяты>» и через 20 минут вернулся обратно. 

При въезде на КПП не была осуществлена проверка документов лиц, находящихся в салоне автомобиля, а автомобиль был пропущен на территорию КПП, где проехав зону осмотра, был остановлен только по указанию находившегося в нем ФИО8 Военнослужащие из состава наряда по КПП не предпринимали мер для остановки автомобиля, указаний по месту его остановки для осмотра не давали. На месте остановки автомобиль находился до момента приезда к нему командира воинской части, а военнослужащие из состава суточного наряда по КПП каких-либо действий по его осмотру не предпринимали. ФИО1 подошел к указанному автомобилю в тот момент, когда к нему уже прибыли командир воинской части и свидетель ФИО10

Указанные показания свидетелей согласуются с исследованными в судебном заседании материалами служебного разбирательства, а также схемой КПП «

<

данные изъяты>» с обозначенными на ней местом расположения досмотровой зоны данного КПП и автомобиля марки 

<

данные изъяты>

При этом представленные административным истцом и его представителем – адвокатом Юсуповым А.М. в качестве обоснования отсутствия в действиях ФИО1 нарушений обязанностей дежурного по КПП доказательства, не опровергают приведенные выше доказательства стороны административного ответчика.

Так, стороной административного истца в качестве доказательств представлены протоколы опросов лиц и состава суточного наряда по КПП «

<

данные изъяты>» ФИО21.А. и ФИО22.Ю., а также водителя автомобиля «

<

данные изъяты>» ФИО23 Р.В., которые были получены адвокатом Юсуповым А.М. в рамках осуществления адвокатской деятельности. Кроме того указанные лица допрошены в судебном заседании в качестве свидетелей.

При этом, как из указанных протоколов опросов, так и из показаний этих свидетелей следует, что 5 марта 2019 г. на КПП «

<

данные изъяты>» въехал автомобиль «

<

данные изъяты>», который остановился на территории КПП и стоял там до приезда командира воинской части и начальника штаба ФИО10 

До момента приезда указанных должностных лиц, кто-либо из военнослужащих суточного наряда по КПП осмотр данного автомобиля не осуществлял. ФИО1 подошел к данному автомобилю в тот момент, когда к нему уже подъехал командир воинской части, который в присутствии административного истца изъял из автомобиля муляж предметов, запрещенных к ввозу на территорию военного городка.

При этом свидетель ФИО12 показал, что автомобиль «

<

данные изъяты>» проехал досмотровую вышку и остановился самостоятельно. 

Таким образом, приведенные стороной административного истца доказательства не опровергают факта неосуществления суточным нарядом по КПП «

<

данные изъяты>» осмотра автомобиля «

<

данные изъяты>», то есть не свидетельствуют о надлежащем исполнении ФИО1 специальных обязанностей при несении внутренней службы.

Приведенные доказательства, также не свидетельствуют о наличии каких-либо объективных причин, препятствовавших осмотру указанного автомобиля ФИО1 либо иными военнослужащими из наряда по КПП.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что факт совершения ФИО1 грубого дисциплинарного проступка, связанного с ненадлежащим исполнением им обязанностей при несении внутренней службы, подтвержден исследованными в судебном заседании доказательствами.

С учетом изложенного, приказ командира войсковой части 

<

данные изъяты> от 15 марта 2019 г. № 136 в части привлечения административного истца к дисциплинарной ответственности в виде досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением условий контракта, а также изданный для его реализации оспариваемый административным истцом приказ командира указанной воинской части от 22 марта 2019 г. № 68 об увольнении ФИО1 с военной службы в соответствии с подп. «в» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», то есть в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта, являются законными и обоснованными.

Суд учитывает, что указанные приказы изданы командиром войсковой части 

<

данные изъяты> в рамках предоставленных ему законом полномочий, в установленный срок и в пределах срока давности привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, а также то, что командиром указанной воинской части соблюден установленный законом порядок привлечения административного истца к дисциплинарной ответственности, поскольку по данному факту проведено разбирательство, в ходе которого были соблюдены права ФИО1, предусмотренные ст. 28.1 Федерального закона «О статусе военнослужащих».

Решая вопрос о соразмерности примененного к административному истцу дисциплинарного взыскания в виде досрочного увольнения с военной службы тяжести совершенного проступка, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 г. № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» невыполнением условий контракта, как основанием для досрочного увольнения военнослужащего с военной службы, следует считать лишь значительные (существенные) отступления от требований законодательства о воинской обязанности и военной службы, которые могут выражаться, в частности, в совершении виновных действий (бездействия), свидетельствующих об отсутствии у военнослужащего необходимых качеств для надлежащего выполнения обязанностей военной службы, а именно совершении одного из грубых дисциплинарныхпроступков, составы которых перечислены в п. 2 ст. 28.5 Федерального закона «О статусе военнослужащих».

С учетом того, что совершение административным истцом грубого дисциплинарного проступка связано с ненадлежащим исполнением им специальных обязанностей при несении суточного наряда, суд приходит к выводу о том, что данные обстоятельства указывают на существенное отступление ФИО1 от взятых на себя обязательств, в связи с чем примененное к нему дисциплинарное взыскание является соразмерным тяжести совершенного грубого дисциплинарного проступка.

Рассматривая требования ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части 

<

данные изъяты> от 23 марта 2019 г. № 69 об исключении административного истца из списков личного состава указанной воинской части суд учитывает, что в соответствии с положениями п. 4 ст. 3 Положения о порядке прохождения военной службы, военнослужащий должен быть исключен из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы, а уволенный досрочно – не позднее окончания срока военной службы.

В силу п. 16 ст. 34 указанного Положения, военнослужащий, уволенный с военной службы, на день исключения из списков личного состава воинской части должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением. До проведения с военнослужащим всех необходимых расчетов он из списков личного состава воинской части без его согласия не исключается.

Из материалов дела следует, что 23 марта 2019 г. командиром войсковой части 

<

данные изъяты> издан приказ № 69 об исключении ФИО1 из списков личного состава указанной воинской части с 19 апреля 2019 г., основанием для издания которого, являлся приказ этого же должностного лица от 22 марта 2019 г. № 68 о досрочном увольнении административного истца с военной службы.

В соответствии с данным приказом ФИО1 предоставлены положенные виды отпусков, установлен размер выплаты премии за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей, а также рассчитана выслуга лет в календарном и льготном исчислениях.

При исключении из списков личного состава войсковой части 6778 ФИО1 был в полном объеме обеспечен денежным довольствием и вещевым имуществом.

Указанные обстоятельства не оспариваются административным истцом, а кроме того подтверждаются приказом командира войсковой части 

<

данные изъяты> от 23 марта 2019 г. № 69, а также справками указанной воинской части от 19 июня 2019 г. № 101 и 102 об обеспечении административного истца денежным довольствием и вещевым имуществом.

Таким образом, суд приходит к выводу, что нарушений действующего законодательства при издании приказа об исключении ФИО1 из списков личного состава войсковой части 

<

данные изъяты> допущено не было.

С учетом изложенных обстоятельств требования ФИО1 о признании незаконными приказов командира войсковой части 

<

данные изъяты> от 22 марта 2019 г. № 68 об увольнении административного истца с военной службы, а также от 23 марта 2019 г. № 69 об исключении последнего из списков личного состава указанной воинской части, удовлетворению не подлежат.

Поскольку административное исковое заявление не подлежит удовлетворению, то в соответствии с ч. 1 ст. 103 и ч. 1 ст. 111 КАС РФ судебные расходы по делу следует отнести на счет административного истца.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 175-180 и 227 КАС Российской Федерации, военный суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления представителя административного истца ФИО1 – адвоката Юсупова А.М. отказать.

Судебные расходы по делу отнести на счет административного истца.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Северо-Кавказский окружной военный суд через Махачкалинский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий