Дело № 2-1402/2024 Председательствующий Шеди А.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

№ 33-2378/2025

25 декабря 2025 г.

г. Магас

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия в составе:

председательствующего Кориговой М.А.,

судей Плиевой И.М. и Цурова Х.М.,

при секретаре судебного заседания Ужаховой Т.Т.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, Озиева Беслана Магометовича, ФИО9 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о восстановлении пенсионных прав

по апелляционной жалобе представителя ОСФР по Республике Ингушетия ФИО10 на решение Магасского районного суда Республики Ингушетия от 20 августа 2024 г., которым исковое заявление удовлетворено частично.

Заслушав доклад судьи Кориговой М.А., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

Истцы ФИО1 и другие обратились в суд с иском к ОСФР по Республике Ингушетия и ОСФР по Волгоградской области, в котором просят признать незаконными решения ОСФР по Республике Ингушетия о прекращении выплаты им пенсии; обязать ответчиков возобновить им выплату пенсии по старости в прежнем размере с даты ее прекращения и произвести перерасчет пенсии с учетом проведенных индексаций; взыскать в их пользу компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. каждому; обратить решение суда к немедленному исполнению.

В обоснование исковых требований указано, что истцы являлись получателями досрочной страховой пенсии по старости, выплата которой им прекращена ввиду отсутствия подтверждения обоснованности выдачи документов, необходимых для установления и выплаты страховой пенсии, а также достоверности, содержащихся в них сведений о характере льготной работы.

Указывают, что при обращении в пенсионный орган с заявлениями о назначении досрочной страховой пенсии ими были представлены необходимые документы, подтверждающие наличие стажа, дающего право на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

Решения о прекращении выплаты пенсии считают незаконными, нарушающими их право на пенсионное обеспечение.

Решением Магасского районного суда Республики Ингушетия от 20 августа 2024 г. исковое заявление удовлетворено частично. Суд признал незаконными решения ОСФР по Республике Ингушетия и ОСФР по Волгоградской области о прекращении выплаты досрочной страховой пенсии по старости истцам, обязал ответчиков возобновить выплату досрочной страховой пенсии по старости в прежнем размере с даты ее прекращения и произвести перерасчет пенсии с учетом проведенных индексаций. В остальной части иска отказано. Решение суда обращено к немедленному исполнению.

В апелляционной жалобе представитель ОСФР по Республике Ингушетия ФИО10 просит решение суда отменить в связи с его незаконностью и необоснованностью.

Стороны, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Согласно ч. 1 ст. 4 названного Федерального закона право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных этим Федеральным законом.

Порядок и условия сохранения права на досрочное назначение страховой пенсии определены ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ.

Статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ предусмотрено, что право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Согласно ч. 1 ст. 30 указанного Федерального закона страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 следующим лицам:

мужчинам по достижении возраста 50 лет и женщинам по достижении возраста 45 лет, если они проработали соответственно не менее 10 лет и 7 лет 6 месяцев на подземных работах, на работах с вредными условиями труда и в горячих цехах и имеют страховой стаж соответственно не менее 20 лет и 15 лет. В случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного выше срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона по состоянию на 31 декабря 2018 года, на один год за каждый полный год такой работы - мужчинам и женщинам;

мужчинам по достижении возраста 55 лет и женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали на работах с тяжелыми условиями труда соответственно не менее 12 лет 6 месяцев и 10 лет и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 лет и 20 лет. В случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона по состоянию на 31 декабря 2018 года, на один год за каждые 2 года и 6 месяцев такой работы мужчинам и за каждые 2 года такой работы женщинам.

Списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 настоящей статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации (ч.2 ст.30).

Частью 3 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ предусмотрено, что периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающих право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающий право на досрочное назначение пенсии.

Пунктом 3 ч. 1 ст. 25 данного Федерального закона предусмотрено, что прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.

В соответствии с п. 11 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий (утв. постановлением Правительства РФ от 02.10.2014 № 1015) документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае, если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

Согласно ст. 13 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» при подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены ст. ст. 10 и 11 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются документами, выдаваемыми в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами либо могут устанавливаться на основании показаний двух или более свидетелей, если документы о работе утрачены в связи со стихийным бедствием (землетрясением, наводнением, ураганом, пожаром и т.д.) и восстановить их невозможно. В отдельных случаях допускается установление стажа работы на основании показаний двух или более свидетелей при утрате документов и по другим причинам (вследствие небрежного хранения, умышленного уничтожения и т.д.) не по вине работника.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что принимая решение о прекращении выплаты истцам досрочной страховой пенсии по старости, пенсионный орган неправомерно ограничил их в пенсионных правах, поскольку решение о назначении пенсии принимаются уполномоченными государством органами на основе строгого исполнения законодательных предписаний, а также внимательного и ответственного подхода к оценке фактических обстоятельств, с которым закон связывает возникновение права на пенсию, тщательности при оформлении документов, подтверждающих наличие условий, необходимых для назначения и определения ее размера, с тем, чтобы гражданин как участник соответствующих правоотношений мог быть уверен в стабильности его официально признанного статуса и в том, что приобретенные в силу этого статуса права будут уважаться государством, и будут реализованы.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда, поскольку находит его основанным на правильном применении норм материального и процессуального права, регулирующих спорные правоотношения, соответствующим установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Как установлено судом и следует из материалов дела, а также исследованных судом первой инстанции пенсионных дел истцов, решениями Центра по назначению, перерасчету и выплате пенсий Пенсионного фонда Российской Федерации в Республике Ингушетия истцам в соответствии с п. 1 и п.2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" была назначена досрочная страховая пенсия по старости.

Решениями ОСФР по Республике Ингушетия истцам выплата досрочной страховой пенсии по старости прекращена на основании п. 3 ч. 1 ст. 25 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" с 1 декабря 2022 г. ФИО2, ФИО3, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, с 1 января 2023 г. ФИО4,, ФИО5, ФИО11, с 1 сентября 2023 г. ФИО1

С целью проверки оснований прекращения выплаты пенсии судом первой инстанции были исследованы пенсионные дела истцов, из которых усматривается следующее.

ФИО1 является получателем досрочной страховой пенсии по старости с 10 декабря 2019 г.

Из имеющейся в материалах дела трудовой книжки ФИО1 серии АТ- V № 2640316 (дата заполнения 14 июня 1988 г.) следует, что с 14 июня 1988 г. по 27 февраля 1991 г. она работала в качестве зерноуборщика, с 4 марта 1991 г. по 21 октября 1998 г. - в качестве плавильщика синтетических шлаков на Грозненском металлургическом заводе «Металлист», с 26 октября 1998 г. по 1 ноября 2002 г. – в качестве учителя русского языка и литературы в СШ № 20 г. Малгобек, с 1 апреля 2010 г. по 31 декабря 2012 г. – в должности педагога дополнительного образования в Центре детско-юношеского туризма и краеведения Назрановского района.

Из справки, уточняющей особый характер работы следует, что с 4 марта 1991 г. по 21 октября 1998 г. ФИО1 работала на Грозненском металлургическом заводе в качестве плавильщика синтетических шлаков полный рабочий день.

Основанием выдачи справки являются книга приказов за 1991-1998 гг., лицевые счета за указанный период, штатное расписание.

В Списке №1 производств, работ, профессий, должностей и показателей с вредными и тяжелыми условиями труда, занятость в которых дает право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях, утвержденном постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. N 10 и применяющимся с 1 января 1992 г. (далее - Список №1, утв. постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. N 10), в разделе III. Металлургическое производство, 2. Производство стали и ферросплавов. Подготовка составов и ремонт металлургических печей, а) Рабочие, позиция 1030200а-16642 значится профессия - плавильщики синтетических шлаков.

Согласно заключению пенсионного органа от 5 декабря 2019 г. № 50 льготный стаж истца составляет 7 лет 7 месяцев 17 дней.

В деле имеется справка о заработной плате за период работы с 1992 г. по 1996 г.

Истец зарегистрирована в системе индивидуального (персонифицированного) учета с 16 мая 2000 г.

Между тем ответчиками в материалы дела не представлены доказательства, опровергающие достоверность сведений, представленных истцом при назначении ей досрочной страховой пенсии на дату принятия решения о назначении пенсии от 14 декабря 2019 г.

ФИО2 является получателем досрочной страховой пенсии по старости с 11 октября 2019 г.

Из имеющейся в материалах дела трудовой книжки ФИО2 серии АТ-V № 5698593 (дата заполнения 26 июня 1987 г.) следует, что истец в период с 26 июня 1987 г. по 23 июня 1989 г. работала в качестве разнорабочей 2 разряда в ПМК, с 26 мая 1989 г. по 28 августа 1996 г. на Машиностроительном заводе «Красный молот» в качестве ученика маляра, в качестве маляра, занятой на работах в закрытых камерах, баках, резервуарах в котельно-сварочном цехе № 5, со 2 сентября 1996 г. по 24 декабря 2001 г. – в качестве технического работника по уборке помещения в АПКФ «Автотехобслуживание».

Из справки, уточняющей особый характер работы от 29 октября 1998 г. № 786, выданной Машиностроительным заводом «Красный молот», следует, что с 26 мая 1989 г. по 28 августа 1996 г. истец работала полный рабочий день в качестве маляра, занятой на работах в закрытых камерах, баках, резервуарах в котельно-сварочном цехе.

Основанием выдачи справки являются трудовая книжка, книги приказов, лицевые счета, личная карточка Т-2, технологические регламенты производства, штатное расписание.

В Списке 1, утвержденном постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. N 10, в разделе XI. Металлообработка, подраздел 5. Прочие профессии по металлообработке, в позиции а) Рабочие 1110400а-13450 указана профессия – маляры, занятые на работах в закрытых камерах, в отсеках судов, резервуарах.

Согласно заключению пенсионного органа от 25 марта 2020 г. № 146 льготный стаж истца составляет 7 лет 3 месяца 4 дня.

В деле имеется справка о заработной плате от 29 октября 1998 г. № 786/1 за период работы с 1990 г. по 1994 г.

Истец зарегистрирована в системе индивидуального (персонифицированного) учета с 16 января 2009 г.

Между тем ответчиками в материалы дела не представлены доказательства, опровергающие достоверность сведений, представленных истцом при назначении ей досрочной страховой пенсии на дату принятия решения о назначении пенсии от 21 марта 2020 г.

ФИО3 является получателем досрочной страховой пенсии по старости с 14 апреля 2020 г.

Из имеющейся в материалах дела трудовой книжки ФИО3 (ФИО12) серии АТ-V № 9280175 (дата заполнения 14 июня 1989 г.) следует, что с 14 июня 1989 г. по 20 мая 1991 г. она работала в качестве разнорабочей в бригаде штукатуров в ПМК-7, с 24 мая 1991 г. по 25 января 1999 г. – в качестве обработчицы пороков металла на Машиностроительном заводе «Красный молот», с 27 января 1999 г. по 24 января 2005 г. – в качестве штукатура-маляра в ООО «Монолит».

Из справки от 20 апреля 1998 г. № 150, уточняющей особый характер работы, следует, что ФИО12 с 24 июня 1991 г. по 25 января 1999 г. работала в качестве обработчицы пороков металла полный рабочий день на указанном заводе в литейном производстве.

Основанием выдачи справки являются книга приказов за 1991-1999 гг., лицевые счета, технологический регламент, карточка Т-2, штатное расписание, табели учета.

В Списке №1, утвержденном постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. N 10, в разделе XI. Металлообработка, 1. Литейное производство, а) Рабочие, позиция 1110100а-15327 указана профессия - обработчики поверхностных пороков металла.

Согласно заключению пенсионного органа от 19 июня 2020 г. № 259 льготный стаж истца составляет 7 лет 8 месяцев.

В деле имеется справка о заработной плате от марта 1998 г. № 199 за период работы с 1992 г. по 1996 г.

Истец зарегистрирована в системе индивидуального (персонифицированного) учета с 19 июня 2009 г.

Между тем ответчиками в материалы дела не представлены доказательства, опровергающие достоверность сведений, представленных истцом при назначении ей досрочной страховой пенсии на дату принятия решения о назначении пенсии от 20 июня 2020 г.

ФИО4 с 24 июня 2020 г. является получателем досрочной страховой пенсии по старости.

Из имеющихся в материалах дела трудовых книжек ФИО4 серии АТ-I № 12975249 (дата регистрации 24 июня 1981 г.), АТ- III № 7881502 (дата заполнения от 1 августа 2000 г.) следует, что с 17 июня 1981 г. по 20 апреля 1983 г. он работал в качестве подсобного рабочего в СМУ ПМК-223, с 25 апреля 1983 г. по 26 ноября 1999 г. – в качестве стропальщика на Машиностроительном заводе «Красный молот», с 1 августа 2000 г. по 30 декабря 2001 г. – в качестве водителя, инженера администрации ЦМО г. Назрань, с 28 июля 2009 г. по 1 ноября 2012 г. – в качестве водителя Комитета Республики Ингушетия по экологии и природным ресурсам, с 2 ноября 2012 г. по 9 января 2013 г. – в качестве сторожа, с 10 января 2013 г. по 31 октября 2018 г. в качестве водителя, сторожа, с 6 мая 2019 г. по 2 сентября 2019 г. – в качестве водителя спецмашины в ООО «УК РКС».

Согласно справке, уточняющей особый характер работы, истец с 25 апреля 1983 г. по 26 ноября 1999 г. работал полный рабочий день на указанном заводе в качестве стропальщика.

В Списке №2, утвержденном постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. N 10, в разделе XVI. Металлообработка, 1. Литейное производство, а) Рабочие, позиция 2150100а-18897 указана профессия - стропальщики, занятые в обрубных, формовочных, стержневых отделениях и на выбивных площадках.

Из заключения пенсионного органа от 15 декабря 2020 г. №719 следует, что льготный стаж истца составляет 16 лет 7 месяцев.

В материалах дела имеется справка о заработной плате от 20 декабря 1999 г. № 587 за период работы с 1986 г. по 1990 г.

Истец зарегистрирован в системе индивидуального (персонифицированного) учета с 28 сентября 2004 г.

Между тем ответчиками в материалы дела не представлены доказательства, опровергающие достоверность сведений, представленных истцом при назначении ему досрочной страховой пенсии на дату принятия решения о назначении пенсии от 24 июня 2020 г.

ФИО5 с 14 апреля 2020 г. является получателем досрочной страховой пенсии по старости.

Из имеющейся в материалах дела трудовой книжки серии АТ-IV№ 2235503 ФИО5 (дата заполнения 22 марта 1983 г.) следует, что с 11 июня 1979 г. по 22 марта 1983 г. он работал в качестве разнорабочего в Плиевском Х.П.П., с 26 июня 1985 г. по 10 декабря 1997 г. в качестве электрогазосварщика в ПОЖКХ г.Назрань, с 16 декабря 1997 г. по 30 сентября 2000 г. – в качестве водителя служебного автотранспорта в Сельскохозяйственном производственном кооперативе «Руно», с 29 сентября 2000 г. по 24 апреля 2003 г. – в качестве водителя ОАО «Покачевавтотранс».

Согласно справке от апреля 2007 г. № 69, выданной ПО ЖКХ г. Назрань, истец в период с 26 июня 1985 г. по 10 декабря 1997 г. работал полный рабочий день в качестве электрогазосварщика на резке и ручной сварке.

В Списке №2, утвержденном постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. N 10, в разделе XXXIII. Общие профессии, позиция 23200000-19756 указана профессия электрогазосварщики, занятые на резке и ручной сварке, на полуавтоматических машинах, а также на автоматических машинах с применением флюсов, содержащих вредные вещества не ниже 3 класса опасности.

Заключением пенсионного органа от 17 апреля 2020 г. № 157 установлено, что льготный стаж истца составляет 14 лет 5 месяцев.

В материалах дела имеется справка о заработной плате за период с 1986 г. по 1990 г.

Истец зарегистрирован в системе индивидуального (персонифицированного) учета с 23 февраля 2003 г.

Между тем ответчиками в материалы дела не представлены доказательства, опровергающие достоверность сведений, представленных истцом при назначении ему досрочной страховой пенсии на дату принятия решения о назначении пенсии с 30 апреля 2020 г.

ФИО6 является получателем досрочной страховой пенсии по старости в связи с особыми условиями труда по Списку №1.

Пенсионное дело на истца ответчиками не представлено.

Из имеющихся в материалах дела трудовой книжки серии АТ-IV№ 4327919 ФИО13 (дата заполнения 7 декабря 1982 г.) следует, что с 7 декабря 1982 г. по 22 мая 1985 г. он работал в качестве разнорабочего в стройбригаде, каменщика, с 1 апреля 1987 г. по 27 октября 1997 г. – в качестве литейщика металлов и сплавов на Машиностроительном заводе «Красный молот», с 3 ноября 1997 г. по 16 июля 2003 г. – в качестве каменщика в ПСК «Терек-1».

Истец зарегистрирован в системе индивидуального (персонифицированного) учета с 13 июля 2011 г.

В Списке №1, утвержденном постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. N 10, в разделе XI. Металлообработка, 1. Литейное производство, а) Рабочие, позиция 1110100а-13392 указана профессия - литейщики металлов и сплавов.

Между тем ответчиками в материалы дела не представлены доказательства, опровергающие достоверность сведений, представленных истцом при назначении ему досрочной страховой пенсии на дату принятия решения о назначении пенсии.

ФИО7 с 9 декабря 2020 г. является получателем досрочной страховой пенсии по старости.

Согласно справке от 20 мая 1999 г., уточняющей особый характер труда, истец в период с 24 июня 1991 г. по 29 декабря 1998 г. работала полный рабочий день в качестве формовщика ручной формовки на Грозненском заводе «Метталист».

Основание выдачи справки являются лицевые счета за 1991-1998 гг., книги приказов, штатное расписание, технологический регламент, карточки ф. Т-2.

В Списке 1, утвержденном постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. N 10, в разделе XI. Металлообработка подраздел 1. Литейное производство п. «а» Рабочие указана профессия - формовщицы ручной формовки, участвующие в литье (позиция – 1110100а-19430).

Заключением пенсионного органа от 25 декабря 2020 г. № 514 установлено, что льготный стаж истца составляет 7 лет 6 месяцев 5 дней.

В материалах дела имеется справка о заработной плате от мая 1999 г. № 68 за период работы с 1992 г. по 1996 г.

Между тем ответчиками в материалы дела не представлены доказательства, опровергающие достоверность сведений, представленных истцом при назначении ей досрочной страховой пенсии на дату принятия решения о назначении пенсии от 27 июля 2021 г.

ФИО8 с 26 ноября 2018 г. является получателем досрочной страховой пенсии по старости.

Из имеющихся в материалах дела трудовой книжки серии АТ-II № 6882792 ФИО8 (дата заполнения 8 сентября 1980 г.) следует, что она с 8 сентября 1980 г. по 31 марта 1993 г. работала в качестве разнорабочей в бригаде штукатуров, ученицы гасильшицы извести, гасильщицы извести в Управлении строительства «Чеченингушводстрой» ПМК-7, с 3 апреля 1993 г. по 27 декабря 2001 г. в качестве штукатура-маляра ООО «Монолит».

Из справки от мая 1993 г. № 120 уточняющей особый характер труда, следует, что с 27 сентября 1982 г. по 31 марта 1993 г. ФИО8 полный рабочий день работала в качестве гасильшицы извести в ПМК-7.

В справке также указано, что данная профессия значится в Списке № 2 в разделе XХХIII, подразделе 23200000-11640. Общий стаж составляет 10 лет 6 месяцев.

Заключением пенсионного органа от 16 января 2019 г. № 8 установлено, что льготный стаж истца составляет 10 лет 6 месяцев.

В материалах дела имеется справка о заработной плате от 17 мая 1993 г. № 191 за период работы с 1988 г. по 1992 г.

Истец зарегистрирована в системе индивидуального (персонифицированного) учета с 28 октября 2014 г.

Между тем ответчиками в материалы дела не представлены доказательства, опровергающие достоверность сведений, представленных истцом при назначении ей досрочной страховой пенсии на дату принятия решения о назначении пенсии от 20 марта 2019 г.

ФИО11 с 24 октября 2013 г. является получателем досрочной страховой пенсии по старости.

Из имеющихся в материалах дела трудовой книжки АТ-II № 3317556 ФИО11 (дата заполнения 17 августа 1979 г.) следует, что с 17 августа 1979 г. по 23 октября 1981 г. он работал в качестве разнорабочего в Октябрьской АТК, с 5 ноября 1981 г. по 3 ноября 1983 г. он проходил службу в рядах армии, с 28 ноября 1983 г. по 31 октября 1994 г.– в качестве обрубщика литья на наждаках в литейном цехе в Грозненской ОЭЗ «Автоспецоборудование», с 10 ноября 1994 г. по 21 апреля 2000 г. – в качестве шофера.

Согласно справке от 1994 г., уточняющей особый характер труда, с 28 ноября 1983 г. по 31 октября 1994 г. истец работал полный рабочий день в качестве обрубщика литья на наждаках в литейном цехе в Грозненской ОЭЗ «Автоспецоборудование».

В справке также указано, что данная профессия значится в Списке № 1, разделе XI. Металлообработка подраздел 1. Литейное производство п. «а» Рабочие, позиция1110100а-15379 - обрубщики, занятые на обработке литья наждаком и вручную (молотками, зубилами, пневмоинструментом).

Льготный стаж истца составляет 10 лет 11 месяцев 3 дня согласно заключению от 22 октября 2013 г. № 319.

В материалах дела имеется справка о заработной плате от 16 ноября 1994 г. № 37 за период работы с 1989 г. по 1993 г.

Между тем ответчиками в материалы дела не представлены доказательства, опровергающие достоверность сведений, представленных истцом при назначении ему досрочной страховой пенсии на дату принятия решения о назначении пенсии от 24 октября 2013 г.

ФИО9 с 24 апреля 2020 г. является получателем досрочной страховой пенсии по старости.

Из трудовой книжки серии АТ-I № 12973244 ФИО9 (дата заполнения 21 января 1986 г.) следует, что она с 13 января 1986 г. по 7 декабря 1987 г. она работала в качестве разнорабочей в стройбригаде СМУ ПМК-223, с 11 декабря 1987 г. по 24 июля 1995 г. – в качестве уборщика в литейном цехе № 6 на Машиностроительном заводе «Красный молот», с 27 июля 1995 г. по 30 мая 2000 г. - в качестве маляра.

Согласно справке от сентября 1995 г. № 492, уточняющей особый характер труда, истец в период с 11 декабря 1987 г. по 24 июля 1995 г. работала полный рабочий день в качестве уборщика в литейном цехе на Машиностроительном заводе «Красный молот».

В справке также указано, что данная профессия значится в Списке № 1, разделе XI. Металлообработка, подраздел 1. Литейное производство п. «а» Рабочие, позиция 1110100а-19252 - уборщики в литейных цехах, занятые уборкой отработанной земли в бункерах (тоннелях) и горячего шлака.

В заключении пенсионного органа от 15 декабря 2020 г. № 720 указано, что льготный стаж истца составляет 7 лет 7 месяцев.

В деле имеется справка о заработной плате от 26 сентября 1996 г. № 490 за период работы с 1988 г. по 1992 г.

Истец зарегистрирована в системе индивидуального (персонифицированного) учета с 20 июля 2005 г.

Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводами суда, поскольку материалами дела подтверждается наличие условий, предусмотренных ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ, для назначения истцам досрочной пенсии по старости на день их обращения в пенсионный орган с заявлениями о назначении пенсии. При этом стороной ответчиков не представлены доказательства недостоверности представленных данными истцами документов, что могло бы повлечь в силу ст.25 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ прекращение выплаты страховой пенсии.

Между тем при приеме документов пенсионный орган проверял правильность оформления заявления о назначении пенсии и соответствие изложенных в нем сведений и документов, о чем свидетельствуют имеющиеся в пенсионных делах заключения о праве истцов на досрочное назначение пенсии по ч. 1 ст.30 приведенного Федерального закона.

Добросовестность действий истца и работодателя, выдавшего справку о льготном характере работы, презюмируется в силу закона, в связи с чем на ответчиках лежит обязанность представить бесспорные доказательства, подтверждающие представление истцами при назначении пенсии недостоверных сведений.

Рассматривая довод апелляционной жалобы об отсутствии сведений о стаже работы истцов на предприятиях и организациях в индивидуальных лицевых счетах застрахованных лиц, необходимо отметить следующее.

В соответствии со ст.8 и ст. 11 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. №27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» сведения индивидуального (персонифицированного) учета в отношении работника обязан предоставлять работодатель – плательщик страховых взносов.

Уплата страховых взносов является обязанностью каждого работодателя как субъекта отношений по обязательному социальному страхованию (ст.ст. 1 и 22 ТК РФ, п.9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. №30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии»). Невыполнение этой обязанности не может служить основанием для того, чтобы не включить периоды работы, за которые не были уплачены полностью или в части страховые взносы, в страховой стаж, учитываемый при определении права на трудовую пенсию.

Согласно ч.1 ст.14 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ при подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьями 10 и 11 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются документами, выдаваемыми в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами.

Истцами в обоснование подтверждения спорных периодов представлены в материалы дела трудовые книжки, а также справки, выданные работодателями.

Между тем ответчиками не представлены доказательства выполнения ими положений п.8 Порядка осуществления корректировки сведений индивидуального (персонифицированного) учета и внесения уточнений (дополнений) в индивидуальный лицевой счет, утвержденного постановлением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 15 октября 2019 г. №519п, путем направления запросов в государственные органы, органы местного самоуправления и подведомственные им организации, располагающие документами (сведениями), указанными в п.4 данного Порядка.

Согласно сведениям, имеющимся в пенсионных делах истцов, архивные документы предприятий, учреждений, в которых они осуществляли свою трудовую деятельность, были уничтожены в результате военных действий на территории Чеченской Республики в 1994-1996 гг., 1999-2000 гг.

Факт боевых действий на территории Чеченской Республики является общеизвестным, в связи с чем отсутствие архивных документов не может умалять пенсионные права истцов.

При таких обстоятельствах, оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что сведения, указанные в трудовых книжках, справках о заработной плате, и справках, уточняющих особый характер работы, подтверждают работу истцов ФИО1 и других с особо вредными (вредными) и особо тяжелыми (тяжелыми) условиями труда, занятость на которой дает право на пенсию по возрасту на льготных условиях, в связи с чем у них имеется право для назначения страховой пенсии по старости ранее достижения возраста, необходимого для ее назначения.

В связи с этим доводы апелляционной жалобы об утрате истцами права на досрочную пенсию по старости судебная коллегия находит несостоятельными.

Другой довод апелляционной жалобы ОСФР по Республике Ингушетия о том, что суд, применяя ст. 212 ГПК РФ о немедленном исполнении решения суда, нарушил нормы гражданско-процессуального законодательства, поскольку истцами не были представлены документы, подтверждающие их тяжелое материальное положение, является несостоятельным. Необоснованное прекращение получаемой истцами пенсии, с учетом их возраста и невозможности возвращения к трудовой деятельности для приобретения права на пенсионное обеспечение фактически лишило их надлежащих средств к существованию, учитывая, что данная пенсия является для истцов единственным источником дохода, доказательств обратного материалы дела не содержат.

В связи с изложенным судебная коллегия находит решение суда законным и обоснованным и не усматривает оснований для его отмены или изменения в апелляционном порядке.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Магасского районного суда Республики Ингушетия от 20 августа 2024 г., которым частично удовлетворено исковое заявление ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, Озиева Беслана Магометовича, ФИО9 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о восстановлении пенсионных прав, оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ОСФР по Республике Ингушетия ФИО10 – без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 19 января 2026 г.

Председательствующий

Судьи

С подлинного за надлежащими подписями

копия верна:

Судья Коригова М.А.