Судья Кузнецова Т.А. Дело № 22-732

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ижевск 7 мая 2024 года 

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе: 

председательствующего судьи Брызгалова Д.А.,

при секретаре Сергеевой О.Ю.,

с участием прокурора Вебер А.О., 

адвоката Чирковой О.Н., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление помощника Воткинского межрайонного прокурора Апкаликова Ю.И., апелляционную жалобу адвоката Чирковой О.Н. на постановление Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 28 ноября 2023 года о возвращении Воткинскому межрайпрокурору для устранения препятствий рассмотрения судом уголовного дела по обвинению Х., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес>, в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ.

Заслушав доклад судьи Брызгалова Д.А., выступление прокурора Вебер А.О., полагавшей необходимым постановление отменить по доводам, изложенным в апелляционном представлении, выступление адвоката Чирковой О.Н., поддержавшей доводы апелляционной жалобы об отмене постановления, суд 

у с т а н о в и л:

постановлением Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 28 ноября 2023 года уголовное дело в отношении Х., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, возвращено Воткинскому межрайонному прокурору Удмуртской Республики для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Решение суда мотивировано тем, что обвинительное заключение не отвечает требованиям ст.220 УПК РФ, что является препятствием для вынесения по делу приговора, фактические обстоятельства уголовного дела свидетельствуют о наличии оснований для возможной квалификации действий подсудимой как более тяжкого преступления. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Апкаликов Ю.И. считает постановление суда незаконным, необоснованным вследствие существенного нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что приведенные судом в постановлении доводы основанием для возвращения уголовного дела не являются, неустранимых препятствий для постановления судом приговора или вынесения иного решения не имелось. Указывает, что в обвинительном заключении и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого изложено существо обвинения, место, время совершения преступления, форма вины, последствия и иные обстоятельства, предусмотренные ст.73 УПК РФ, позволяющие суду проверить и оценить их, в том числе, что подсудимая решила трудоустроить Х.А.В. в МБДОУ «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> без фактического исполнения им трудовых обязанностей, издавала приказы о его приеме на работу, перемещениях и увольнениях его с работы, об оплате дополнительной работы, премировании, утвердила своими подписями заведомо ложные сведения в табелях учета рабочего времени о начислении и выплате ему заработной платы, согласно которым впоследствии Х.А.В. были выплачены денежные средства. Обвинительное заключение по уголовному делу соответствует требованиям ст.220 УПК РФ. Вывод суда об отсутствии признака объективной стороны мошенничества не основан на требованиях закона и противоречит фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства. Действия Х. свидетельствуют о совершении ею хищения денежных средств путем обмана с использованием своего служебного положения, что подлежит квалификации по ч.3 ст.159 УК РФ. Выводы суда о необходимости квалификации действий Х. по совокупности преступлений, предусмотренных ст.159 (160) и ст.292 УК РФ, противоречат правовой позиции Верховного Суда РФ. Действия Х. по внесению заведомо ложных сведений в табели учета рабочего времени охватывались ее умыслом на совершение мошеннических действий и являются частью объективной стороны преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ. Использование подсудимой при совершении хищения своего служебного положения выразилось в составлении документов, что входило в ее должностные обязанности и связано с осуществлением ею организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций и является способом совершения мошенничества. В нарушение ст.6 УК РФ, ст.6 УПК РФ суд указывает, что одни и те же действия должны быть дважды квалифицированы по разным статьям Уголовного кодекса РФ и лицо должно дважды понести наказание за одни и те же действия. Судом не учтено, что внесение подложных сведений в табель учета рабочего времени не может быть квалифицировано по ч.1 ст.292 УК РФ, поскольку он не является официальным документом и не может быть предметом служебного подлога. Полагает, что приведенные в постановлении суда обстоятельства могут быть устранены в судебном заседании; предусмотренных ст.237 УПК РФ оснований, влекущих безусловное возвращение уголовного дела прокурору, не имеется. Просит постановление суда отменить.

В апелляционной жалобе, поданной в интересах подсудимой Х., адвокат Чиркова О.Н. считает постановление суда не отвечающим требованиям законности, обоснованности, мотивированности. Не согласна с выводом суда о необходимости квалификации действий Х. как более тяжкого преступления, а также как совокупности преступлений ввиду признания использования и изготовления документов, являющихся основанием выплаты заработной платы лицу, фактически не исполняющему трудовые обязанности, иным, самостоятельно квалифицируемым деянием по ст.292 УК РФ. Исходя из описания в обвинительном заключении преступных деяний Х., полагает, что ее действия, связанные с подписанием приказов о приеме Х.А.В. на работу, табелей учета рабочего времени и заработной платы, на основании которых произведены зачисления похищенных денежных средств, полностью охватываются объективной стороной преступления, предусматривающего хищение данных денежных средств, инкриминированного Х. Инкриминированное подсудимой хищение денежных средств было совершено путем подлога документов, подтверждающих трудовую деятельность мужа, что не требует квалификации одновременно по ст.292 УК РФ, при этом использование служебного положения, как указано в обвинении, выразилось именно в составлении подложных документов, что входило в должностные обязанности Х., инкриминировано как способ совершения хищения. Ссылаясь на судебную практику, приводит доводы о том, что вменение Х. дополнительно ст.292 УК РФ излишне. Выводы суда в части несоответствия инкриминированного Х. состава преступления содержанию изложенного в обвинительном заключении обвинения не являются основанием для возвращения уголовного дела прокурору, поскольку не свидетельствуют о совершении более тяжкого преступления и при необходимости судом могут быть переквалифицированы в рамках предъявленного обвинения. Просит постановление суда отменить. 

Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

В соответствии с п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий как более тяжкого преступления.

Согласно ч.1.3 ст.237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ, суд обязан указать обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, при этом суд не вправе указывать статью Особенной части Уголовного кодекса РФ, по которой деяние подлежит новой квалификации, а также делать выводы об оценке доказательств, о виновности обвиняемого.

Мотивируя решение о возвращении уголовного дела прокурору, суд указал, что постановление о привлечении в качестве обвиняемой Х. и обвинительное заключение не отвечают требованиям ч.2 ст.171, ч.1 ст.220 УПК РФ; в судебном заседании установлены обстоятельства для возвращения уголовного дела прокурору для квалификации действий Х. как более тяжкого преступления, на обстоятельства совершения которого указано в предъявленном обвинении, но, вопреки требованиям уголовного, закона статья Уголовного кодекса РФ, предусматривающая ответственность за данное преступление, в предъявленном Х. обвинении и обвинительном заключении не указана. 

Суд пришел к выводу, что из предъявленного Х. обвинения следует, что она, используя свое служебное положение, фактически растратила вверенные ей денежные средства, предназначенные для выплаты заработной платы и премиальных сотрудникам Учреждения, руководителем которого и распорядителем имущества, в том числе фонда заработной платы, она являлась, путем предоставления в МКУ «

<

данные изъяты>» фиктивных приказов о приеме Х.А.В. на работу, табелей учета рабочего времени и заработной платы, изданных и подписанных подсудимой, содержащих заведомо ложные сведения о выполнении Х.А.В. трудовых функций.

Также суд указал, что квалификация действий Х. по ч.3 ст.159 УК РФ, которая дана органами предварительного следствия, не соответствует положениям пп.1, 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» по тем основаниям, что в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой и в обвинительном заключении не указан основной признак объективной стороны мошенничества, не отражено, какие именно действия, направленные на обман владельца имущества, совершила Х., в чем именно заключался обман, под воздействием которого собственник имущества передал похищенное. По мнению суда, из предъявленного обвинения следует, что Х. причинила ущерб МБДОУ «

<

данные изъяты>» 

<

адрес>, похитив путем обмана вверенное ей самой как должностному лицу чужое имущество, то есть обманула сама себя, и что хищение денежных средств совершено путем предоставления Х. в МКУ «

<

данные изъяты>» фиктивных документов, изданных и подписанных ею самой, то есть путем внесения в документы, обладающие признаками официальных документов, заведомо ложных сведений из корыстной заинтересованности, в целях хищения вверенного ей имущества, а не путем обмана сотрудников данного учреждения, которые потерпевшими по делу не являются, и какой-либо ущерб им не причинен. 

Обвинение в изготовлении и использовании Х. приказов о приеме на работу, табелей учета рабочего времени и заработной платы суд признал не только способом совершения инкриминируемого подсудимой хищения, но и иным, самостоятельно квалифицируемым деянием. 

Мотивируя свои выводы, суд сослался на положения п.17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» и п.7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате». 

В постановлении 2 июля 2013 года № 16-П Конституционный Суд РФ отмечал, что указанная в обвинительном заключении квалификация содеянного может рассматриваться лишь в качестве предварительной; окончательная же юридическая оценка деяния и назначение наказания за него осуществляются именно и только судом исходя из его исключительных полномочий по осуществлению правосудия, установленных Конституцией РФ и уголовно-процессуальным законом (п.1 ч.1 ст.29 УПК РФ).

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что приведенные в судебном решении выводы не являются основанием для возвращения уголовного дела прокурору. Каких-либо существенных и фундаментальных нарушений, препятствующих рассмотрению настоящего уголовного дела в суде, при составлении обвинительного заключения допущено не было.

Суд первой инстанции не привел убедительных мотивов невозможности устранения указанных в постановлении нарушений при рассмотрении уголовного дела судом.

Как следует из представленных материалов уголовного дела, в соответствии со ст.ст.171, 220 УПК РФ постановление о привлечении Х. в качестве обвиняемой и обвинительное заключение по делу содержат существо обвинения с подробным описанием преступных деяния, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, с указанием даты, времени, места и способа его совершения, мотива, цели, последствий, наступивших в результате его совершения, и других обстоятельств, имеющих значение для данного уголовного дела, позволяющие суду при исследовании доказательств проверить их и оценить, приведена формулировка предъявленного обвинения с указанием части и статьи Уголовного кодекса РФ, предусматривающих ответственность за инкриминируемое Х. преступление, приведен перечень доказательств в подтверждение предъявленного обвинения с кратким изложением их содержания и со ссылкой на листы дела. 

Сомнений и неясностей, а также противоречий относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, которые исключали бы возможность постановления судом первой инстанции итогового судебного решения, в том числе, в части того, в совершении какого именно преступления обвиняется Х., указанное обвинительное заключение не содержит. Оно составлено в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ.

К полномочиям суда отнесено разрешение уголовного дела по существу и вынесение законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения на основании тех доказательств, которые будут представлены сторонами, с соблюдением принципов независимости судей, презумпции невиновности и состязательности сторон. 

Исходя из положений ст.237 УПК РФ, а также правовой позиции Конституционного Суда РФ по данному вопросу, решение о возвращении уголовного дела прокурору по основанию, ухудшающему положение подсудимого, возможно лишь в случае, если из содержания обвинительного заключения с очевидностью следует неверная квалификация описанного в нем деяния и необходимость предъявления более тяжкого обвинения, при этом непринятие мер по устранению таких нарушений в дальнейшем вынуждает суд принять решение, заведомо противоречащее закону. 

Таких нарушений суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку предъявленное Х. обвинение в том виде, как оно сформулировано в обвинительном заключении, не препятствовало суду вынести решение, отвечающее требованиям законности и справедливости. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что само по себе преступление, предусмотренное ч.1 или ч.2 ст.292 УК РФ, более тяжким по отношению к инкриминируемому Х. деянию не является. 

В п.17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», на который суд ссылается в обжалуемом постановлении, приведены разъяснения, согласно которым, если использование должностным лицом своих служебных полномочий выразилось в хищении чужого имущества, когда фактически произошло его изъятие, содеянное полностью охватывается ч.3 ст.159 УК РФ или ч.3 ст.160 УК РФ. 

Пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», вопреки мнению суда, содержит разъяснения о квалификации действий в случае использования либо изготовления виновным поддельного официального документа при хищении, и не регулирует общие правила применения Особенной части уголовного закона и квалификации действий виновного по совокупности преступлений. 

Кроме того, Х. предъявлено обвинение в том, что она издавала приказы о приеме Х.А.В. на работу, перемещениях и увольнениях его с работы, об оплате дополнительной работы, премировании, утверждала составленные сотрудниками учреждения табели учета использования рабочего времени и расчета заработной платы. 

В соответствии с п.5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 года № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» предметом преступления, предусмотренного ст.292 УК РФ, является официальный документ, удостоверяющий факты, влекущие юридические последствия в виде предоставления или лишения прав, возложения или освобождения от обязанностей, изменения объема прав и обязанностей; к таким документам следует относить, в частности, листки временной нетрудоспособности, медицинские книжки, экзаменационные ведомости, зачетные книжки, справки о заработной плате, протоколы комиссий по осуществлению закупок, свидетельства о регистрации автомобиля. 

Основанием для возвращения дела прокурору во всяком случае являются существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости и закона, тогда как в данном случае указанные в судебном решении обстоятельства не являются препятствием для рассмотрения дела судом первой инстанции и принятию на основе имеющегося обвинительного заключения законного, обоснованного и справедливого решения.

С учетом вышеизложенного постановление суда не может быть признано соответствующим требованиям ст.7 УПК РФ, оно подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение в ином составе суда. 

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную ранее в отношении Х., исходя из конкретных обстоятельств дела, стадии уголовного судопроизводства, в целях обеспечения производства по настоящему делу суд апелляционной инстанции считает необходимым оставить без изменения. 

Руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

п о с т а н о в и л:

апелляционное представление помощника Воткинского межрайонного прокурора Апкаликова Ю.И., апелляционную жалобу адвоката Чирковой О.Н. удовлетворить, 

постановление Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 28 ноября 2023 года о возвращении Воткинскому межрайпрокурору уголовного дела в отношении Х. для устранения препятствий его рассмотрения судом отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Избранную в отношении Х. меру пресечения оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента оглашения, может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в суд кассационной инстанции – в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу.

Председательствующий: