Дело № 2-837/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Федоровка 15 сентября 2020 г. 

Стерлибашевский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Баскаковой Т.В.,

при ведении протокола помощником судья Малаховой О.Л.,

с участием помощника прокурора Федоровского района Республики Башкортостан Кувандикова Р.Ю.,

истца ФИО3, представителя ответчика ФИО4 – адвоката Гимранова Ф.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 

<

данные изъяты> к ФИО4 

<

данные изъяты> о признании утратившим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании утратившим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета.

В обоснование иска указав, что на основании договора купли-продажи, заключенного ДД.ММ.ГГГГ с ФИО8, является собственником квартиры, расположенной по адресу: РБ, 

<

адрес>. Согласно п. 12 договора ФИО3 была осведомлена о том, что в момент заключения договора в квартире зарегистрирован ФИО4, которого продавец обязался снять с регистрационного учета в течение 10 календарных дней с момента регистрации договора в органе, осуществляющем государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Ранее спорная квартира принадлежала продавцам на основании договора о передаче квартиры в собственность граждан от 08 февраля 2013 г., заключенного между администрацией сельского поселения Федоровский сельсовет муниципального района Федоровский район РБ и ФИО5 Квартира была приватизирована. На момент приватизации в квартире были зарегистрированы: ФИО4, ФИО6 и ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 дал согласие на приватизацию квартиры и отказался от участия в его приватизации. ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 дал согласие на приватизацию квартиры на имя ФИО5, которая ДД.ММ.ГГГГ умерла. Наследниками после смерти ФИО5 являются ФИО6 и ФИО8, которые в свою очередь стали собственниками спорной квартиры в размере 1\2 доли каждый. ФИО8 отказалась от вступления в наследство. ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 продал квартиру ФИО8, которая в последующем продала ее ФИО3

Согласно справке № 646 от 30 января 2020 г., выданной администрацией сельского поселения Федоровский сельсовет муниципального района Федоровский район РБ, ФИО4 в спорной квартире не проживает с 1997 г.

Просит признать ФИО4 утратившим право пользования жилым помещением, снятии его с регистрационного учета по адресу: РБ, 

<

адрес>. 

В судебном заседании истец ФИО3 исковые требования поддержала в полном объеме.

Ответчик ФИО4, извещенный по адресу регистрации, в судебное заседание не явился, его местонахождение суду не известно. Назначенный судом в соответствии со ст. 50 ГПК РФ представитель ответчика адвокат Гимранов Ф.Р. исковые требования не признал и просил отказать в их удовлетворении.

Свидетель ФИО8 в судебном заседании показала, что в 2013 г. ее мама ФИО7 приватизировала спорную квартиру, где были прописаны брат ФИО6 и отец ФИО4, которые отказались от приватизации квартиры. ДД.ММ.ГГГГ мать умерла. Брат добровольно снялся с регистрации, а где находится отец ей неизвестно, не видела его с 2000 годов.

Свидетель ФИО6 суду показал, что спорная квартира является квартирой где они проживали вместе с семьей, то есть с родителями и сестрой. Видел отца в 2013 году, когда он отказался от приватизации.

Свидетель ФИО10 показала суду, что проживает по соседству с 1995 года. В последний раз видела ответчика в 2013 году. В спорной квартире ответчик не проживает.

Представитель третьего лица, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, о причинах неявки суду не сообщил, суд в соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело без его участия.

Выслушав истца, представителя ответчика, помощника прокурора, полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, показания свидетелей, исследовав и оценив материалы дела, проверив юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела и установлено судом, на основании договора социального найма жилого помещения, заключенного между администрацией сельского поселения Федоровский сельсовет муниципального района Федоровский район РБ и ФИО5ДД.ММ.ГГГГ, последней было предоставлено во владение и пользование жилое помещение – квартира, расположенная по адресу: РБ, 

<

адрес>. 

Судом установлено, что до процедуры приватизации в указанной квартире были зарегистрированы ФИО11, ФИО4 и ФИО6

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 выразили свое нотариально удостоверенное согласие на приватизацию квартиры на имя ФИО5 и отказались от права на приватизацию указанной квартиры.

Постановлением администрации сельского поселения Федоровский сельсовет муниципального района Федоровский район РБ № от ДД.ММ.ГГГГ указанная квартира была передана в собственность ФИО5 Квартира была предоставлена ФИО5 по договору о передаче жилой квартиры в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между администрацией сельского поселения Федоровский сельсовет муниципального района Федоровский район РБ и ФИО5

После смерти ФИО5 право собственности на указанную квартиру в порядке наследования перешло сыну ФИО6 

ДД.ММ.ГГГГ на основании договора дарения право собственности на квартиру перешло ФИО8

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО1 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: РБ, 

<

адрес>. 

Согласно п. 12 договора ФИО3 осведомлена, что на момент заключения договора в квартире зарегистрирован ФИО4, которого продавец обязался снять с регистрационного учета в течение 10 календарных дней с момента регистрации договора в органе, осуществляющем государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Предъявляя исковые требования ФИО3 ссылается на то, что ФИО4 зарегистрирован в спорной квартире с 18 марта 2003 г. по настоящее время, что подтверждается справкой № 646 от 30 января 2020 г., выданной администрацией сельского поселения Федоровский сельсовет муниципального района Федоровский район РБ.

Однако, согласно справке от 14 января 2013 года и акту о не проживании ФИО4 по адресу: РБ, 

<

адрес> фактически не проживает с 1997 года, в связи с чем истец полагает, что ответчик подлежит признанию утратившим право пользований жилым помещением.

Согласно пункту 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Из буквального толкования указанной нормы следует, что право пользования жилым помещением членом семьи прежнего собственника при переходе права собственности к другому лицу может быть сохранено в случаях, установленных законом.

В силу части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

В соответствии со статьей 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Согласно статье 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № 1541-I «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей на момент приватизации спорной квартиры) граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

По смыслу приведенных положений закона, поскольку наниматель жилого помещения по договору социального найма и проживающие совместно с ним члены (бывшие члены) его семьи до приватизации данного жилого помещения имеют равные права и обязанности, включая право пользования жилым помещением (части 2 и 4 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации), то и реализация права на приватизацию жилого помещения поставлена в прямую зависимость от согласия всех лиц, занимающих его по договору социального найма, которое предполагает достижение договоренности о сохранении за теми из них, кто отказался от участия в приватизации, права пользования приватизированным жилым помещением.

В случае приобретения жилого помещения в порядке приватизации в собственность одного из членов семьи, совместно проживающих в этом жилом помещении, лица, отказавшиеся от участия в его приватизации, но давшие согласие на ее осуществление, получают самостоятельное право пользования данным жилым помещением.

Таким образом, к членам семьи собственника жилого помещения, отказавшимся от участия в его приватизации, не может быть применен пункт 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как, давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (статья 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № 1541-I «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»), они исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу (например, купля-продажа, мена, дарение, рента, наследование).

Судом установлено, что ФИО4 отказался от участия в приватизации спорной квартиры, однако давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна, он исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для него будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу.

Учитывая то обстоятельство, что на момент приватизации спорной квартиры совместно с ФИО5 в квартире в качестве члена их семьи проживал ФИО4, который имел равное право пользования этим помещением с лицами, его приватизировавшими, и приобрел бессрочное право пользования приватизированным жилым помещением, отказавшись от участия в приватизации. Кроме того, ФИО4 мог быть признан утратившим право пользования спорным жилым помещением в случае его добровольного отказа от права пользования данным помещением, однако указанных обстоятельств по настоящему делу судом не установлено.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований о признании ФИО4 утратившим право пользования жилым помещением и снятии его с регистрационного учета, поскольку он является лицом, приобретшим право бессрочного пользования на данную квартиру.

Руководствуясь положениями статей 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО3 

<

данные изъяты> к ФИО4 

<

данные изъяты> о признании утратившим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Стерлибашевский межрайонный суд Республики Башкортостан.

Судья Т.В. Баскакова

Решение01.02.2021