Дело № 2-286/2024 копия

УИД 66RS0034-01-2024-000281-06

Мотивированное 

решение

 изготовлено 12 июля 2024 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Красноуральск 02 июля 2024 года

Красноуральский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Гавриловой Н.М.,

при ведении протокола помощником судьи Гардановой А.В.,

с участием 

прокурора Щербинина ФИО22

истцов ФИО1 ФИО23., ФИО3 ФИО24., Дегенгардт ФИО25

представителя ответчика ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора города Красноуральск в защиту прав ФИО1 ФИО26, ФИО3 ФИО27, Дегенгардт ФИО28 к Муниципальному унитарному предприятию «Красноуральское водоснабжающее предприятие» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор города Красноуральск в защиту прав ФИО1 ФИО29., ФИО3 ФИО30., Дегенгардт ФИО31 обратился в Красноуральский городской суд Свердловской области с исковым заявлен к МУП «Красноуральское водоснабжающее предприятие» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в связи со смертью брата в размере 1000000 рублей каждому.

Требования мотивированы тем, что прокуратурой проведена проверка по обращению ФИО1 ФИО32., ФИО3 ФИО33., Дегенгардт ФИО34., которые являются полнородными сестрами Вакенгут ФИО35., погибшего в результате несчастного случая на производстве МУП «Красноуральское водоснабжающее предприятие». 30.11.2023 по адресу г. 

<

адрес> при устранении утечки холодной воды в котловане произошло обрушение грунта, в результате чего слесарей аварийно-восстановительных работ Вакенгут ФИО36., ФИО4 ФИО37 засыпало грунтом, что привело к их смерти. Погибший Вакенгут ФИО38 на момент несчастного случая находился в трудовых отношениях с работодателем МУП «Красноуральское водоснабжающее предприятие», при исполнении своих трудовых обязанностей. Согласно акта о расследовании группового несчастного случая комиссией установлено, что причинами несчастного случая стали: неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в необеспечении создания и функционирования системы управления охраной труда с учетом специфики деятельности организации, несоблюдение государственных нормативных требований охраны труда, в части ведения работ повышенной опасности в отсутствие разработанной организационно-технологической документации на производство работ, порядка производства работ, необходимых мероприятий по безопасности при ведении работ повышенной опасности, что привело к проведению работ по разработке котлована на глубину три метра без установки креплений или разработки откосов; недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, в том числе не проведение обучения и проверки знаний охраны труда по работе с повышенной опасностью работников. Также комиссией установлены лица, ответственные за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых, локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая – директор МУП «Красноуральское водоснабжающее предприятие» ФИО5 ФИО43 Вина работника Вакенгут ФИО44. в произошедшем несчастном случае не установлена. До момента несчастного случая Вакенгут ФИО39 был для ФИО1 ФИО40., ФИО3 ФИО41., Дегенгардт ФИО42 поддержкой и опорой, они всегда приходили друг к другу на помощь, отмечали вместе праздники, созванивались, ходили друг к другу в гости, вместе ездили отдыхать. Внезапная смерть брата стала для каждой тяжелым эмоциональным потрясением, о котором до сих пор тяжело и больно вспоминать. Других близких родственников (супруги, детей, родителей) кроме указанных сестер, а также полнородных братьев Вакенгут ФИО45. не имел. Гибель близкого человека – родного брата, сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания. Утрата близкого человека – наиболее сильное переживание, влекущее состояние эмоционального расстройства (тоска, скорбь), препятствующее социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам. Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания. С учетом обстоятельств несчастного случая, его внезапности, характера родственных связей и близких семейных взаимоотношений между истцами и погибшим работником, можно сделать вывод, что смерть Вакенгута ФИО46. причинила каждому из членов его семьи глубокую душевную травму. Нравственные страдания истцов выразились в утрате родственных связей, лишении заботы о них со стороны брата. Пережитое потрясение отразилось на физическом здоровье ФИО1 ФИО47 в связи с чем она вынуждена была обратиться за медицинской помощью, где ей установлен диагноз «Гипертоническая болезнь».

Прокурор Щербинин ФИО48. поддержал заявленные исковые требования по основаниям, указанным в иске, указав, что истцы втроем обратились на личный прием в прокуратуру города Красноуральска, в ходе приема были выяснены все обстоятельства дела, с учетом судебной практики, мнений самих истцов была определена сумма морального вреда. Каждый из истцов понес нравственные страдания в виду утраты близкого родственника.

Истец ФИО1 ФИО49. поддержала исковые требования, по основаниям, изложенным в иске, также добавила, что 30.11.2023 в 21-00 час ей позвонил брат Николай и сообщил, что их брата Вакенгута ФИО50. засыпало землей. От сообщения брата у нее началась истерика, ее затрясло, она не могла говорить, дочь ей принесла успокоительное, которое она с трудом смогла выпить, так как у нее тряслись руки. После того, как лекарство подействовало, она позвонила своей сестре ФИО20 Кате, а ее дочь позвонила сестре ФИО3 ФИО51 которые также перенесли эмоциональный стресс, сестру Катю пришлось отпаивать успокоительными. Их всего восемь детей в семье, на сегодняшний день двоих братьев нет в живых, один брат живет в другом городе, один брат находится на СВО, один брат и они три сестры проживают в городе Красноуральск. Они всегда были вместе с погибшим братом, помогали друг другу, ходили, друг к другу в гости, собирались по праздникам. Перенесенный ей стресс очень сильно отразился на ее здоровье, врачи выявили у нее тахикардию, давление стало повышаться, начались панические атаки, от любого звонка у нее начинаются волнения. Она до сих пор принимает успокоительные и препарат, который ей выписал врач-кардиолог. Считает, что здоровье и жизнь является высшей ценностью. Преступная халатность привела к гибели брата, по вине руководителя произошел данный случай, если не наказывать их за халатность, то все нарушения останутся без изменения. Указанный случай был не единичным, ранее с ее братом происходили подобные случаи на другом производстве, где он чуть не задохнулся в колодце и после чего лежал в реанимации.

Истец ФИО3 ФИО52 исковые требования поддержала в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске и указала, что о случившемся узнала от племянницы ФИО1 ФИО53, дочери сестры ФИО1 ФИО54 сама на место не выезжала. После случившегося испытала эмоциональный стресс, после которого ее состояние здоровья ухудшилось, периодически стали случаться панические атаки. Она, братья и сестры очень близки, все происходящие негативные события они переживают сплотившись. Все праздники, события они праздновали дружной семьей, собираясь то у нее, то у старшей сестры. Брат ей помогал по хозяйству, она в свою очередь откликалась на все его просьбы. Организацией похорон занимались все вместе, она две сестры и брат, организация где работал брат ФИО6 оплачивала похороны, а они, что не хватало, покупали и доплачивали за свой счет. В настоящее время, постоянно вспоминают брата, недавно смотрели видео с его участием, рассматривали фотографии, до сих пор не могут поверить, что его больше нет.

В судебном заседании истец Дегенгардт ФИО55. исковые требования поддержала в полном объеме, пояснив, что ей позвонила сестра ФИО56 ФИО1, и сказала, что брата Вакенгута ФИО57. засыпало. От услышанного у нее началась сильная истерика, паника, ее трясло, был ком в груди, руки, ноги начало скручивать. В момент произошедшего ее дети были дома и видели ее состояние, у младшего ребенка тоже началась истерика, после которой у нее начались проблемы со здоровьем. После случившегося у нее периодически случаются панические атаки, она начинает синеть, ей не хватает воздуха. Когда ей было восемнадцать лет ее парализовало, сейчас у нее схожие симптомы, также руки и ноги стягивают. В настоящее время принимает успокоительные. У них всегда была очень дружная семья, всегда друг друга поддерживали, помогали. У брата была гражданская жена с которой они прожили восемь лет, совместных детей не имели.

Представитель ответчика ФИО7 ФИО58 указала, что они согласны с исковыми требованиями, в сумме, определенной судом с учетом полученных доказательств и объяснений. Вместе с тем пояснила, что МУП «Красноуральское водоснабжающее предприятие» осуществила выплату в ритуальную организацию по подготовке похорон Вакенгут ФИО59., а также предприятием осуществлена выплата компенсации в размере 50000 рублей, которая определена для всех работников согласно положения об оплате труда. Кроме того были осуществлены выплаты погибшего: отпускные, заработная плата. Все переводы были осуществлены Вакенгут ФИО60 так как он является работником предприятия МУП «Красноуральское водоснабжающее предприятие» и у них имеются его реквизиты. Считает, что степень вины директора МУП «Урасноуральское водоснабжающее предприятие» ФИО5 ФИО61. будет дана после заключения экспертизы, были ли на тот момент допущены нарушения охраны труда. Вместе с тем указала, что все работники предприятия застрахованы от несчастного случая, однако согласно договора страхования, выплаты производятся только близким родственникам: это жена, родители и дети. В связи с тем, что у Вакенгута ФИО63. не было указанных близких родственников, данные выплаты Фондом страхования произведены не были. Акт о расследовании группового несчастного случая не обжалован МУП «Красноуральское водоснабжающее предприятие». 

Третье лицо ФИО5 ФИО62 в судебном заседании участие не принимал, о слушании дела был извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил.

Суд, руководствуясь ч.5 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с учетом согласия сторон, определил рассмотреть гражданское дело в отсутствие третьего лица ФИО5 ФИО64.

Заслушав стороны, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты нарушенных гражданских прав является компенсация морального вреда.

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

Статьей 209 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что охрана труда – это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. ст. 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются в соответствии с нормативными правилами, предусмотренными статьей 151, параграфом 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п.25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В соответствии с п.46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений трудового, гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда.

Как установлено в судебном заседании, не оспаривалось сторонами и подтверждено материалами дела, 30.11.2023 около 20 часов 00 минут при выполнении работ по устранению утечки холодной воды в котловане по адресу 

<

адрес> произошло обрушение грунта, в результате чего слесарей аварийно-восстановительных работ Вакенгута ФИО65. и ФИО4 ФИО66 засыпало грунтом, в связи с чем наступила смерть. 

Вакенгут ФИО67 состоял в трудовых правоотношениях с ответчиком МУП «Красноуральское водоснабжающее предприятие» на основании трудового договора № 28-22, заключенного 01.08.2022 (л.д. 91-94).

Несчастный случай с Вакенгутом ФИО68 произошел во время исполнения им трудовых обязанностей, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем.

Обстоятельства несчастного случая на производстве, его причины, а также лица, допустившие нарушение требований охраны труда, указаны в Акте № 1 о несчастном случае на производстве 30.11.2023 (форма Н-1), составленном созданной для этих целей комиссией (далее – Акт) (л.д.51-60). Согласно Акту причинами несчастного случая стали: неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в необеспечении создания и функционирования системы управления охраной труда с учетом специфики деятельности организации, несоблюдение государственных нормативных требований охраны труда, в части ведения работ повышенной опасности в отсутствие разработанной организационно-технологической документации на производство работ (технологическая карта, наряд-допуск), порядка производства работ, необходимых мероприятий по безопасности при ведении работ повышенной опасности (в том числе земляных работ), что привело к проведению работ по разработке котлована на глубину три метра без установки креплений или разработки откосов; недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, в том числе не проведение обучения и проверки знаний охраны труда по работе с повышенной опасностью работников (Вакенгут ФИО69

Лицом, допустившими нарушения требований охраны труда, является директор МУП «Красноуральское водоснабжающее предприятие» ФИО5 ФИО70.

30.11.2023 трудовой договор с Вакенгутом ФИО71. прекращен в связи со смертью работника на основании п.6 ч.1 ст.83 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д.79-88).

В ходе выполнения работ повышенной опасности слесаря аварийно-восстановительных работ Вакенгут ФИО72 в котловане по адресу 

<

адрес> засыпало грунтом, отчего вследствие механической асфиксии (непосредственная причина смерти) от сдавливания грудной клетки и живота (основная причина смерти) наступила смерть, о чем свидетельствуют: полосчатые внутрикожные кровоизлияния, повторяющие рельеф одежды на передней и боковых поверхностях грудной клетки, пергаментное пятно в лобной области слева, частицы грунта на теле и одежде, карминовый отек легких, острое венозное полнокровие внутренних органов, отек головного мозга, эмфизема и отек легких. Сдавление грудной клетки и живота привело к нарушению дыхания (механической асфиксии) вплоть до его остановки с последующей остановкой сердечной деятельности и наступлению смерти. Между сдавливанием грудной клетки и живота, развитием механической асфиксии и наступлением смерти Вакенгута ФИО73. имеется прямая причинная связь.

Ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей 30.11.2023 директором МУП «Красноуральское водоснабжающее предприятие» ФИО5 ФИО74. и нарушение им правил охраны труда и техники безопасности при проведении вышеуказанных работ повышенной опасности, повлекли по неосторожности наступление смерти Вакенгута ФИО75.

Вина работника Вакенгута ФИО76. в произошедшем несчастном случае не установлена.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований, возражений, если иное не предусмотрено законом (ч.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч.2 ст.68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств.

Стороной ответчика не оспаривается факт гибели Вакенгута ФИО77 являвшегося работником предприятия, при исполнении трудовых обязанностей при обстоятельствах, указанных в иске, вина работодателя в произошедшем несчастном случае на производстве, в связи с чем на основании ч.2 ст.68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указанные обстоятельства признаются судом установленными.

Кроме того, статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации возлагает на юридических лиц и граждан, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения...), обязанность возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, при отсутствии доказательств с их стороны того, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Из установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств следует, что смерть Вакенгута ФИО78., произошла при проведении работ, которые в силу производственных факторов относятся к источникам повышенной опасности. Компенсация морального вреда в силу абз.2 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно копии записи акта о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ Вакенгут ФИО79., свидетельства о заключении брака между Вакенгут ФИО80. и ФИО1 ФИО81 от ДД.ММ.ГГГГ серия № № (л.д.21), свидетельства о рождении Вакенгут ФИО82. от ДД.ММ.ГГГГ серия № № (л.д.23), копии записи акта о заключении брака между ФИО3 ФИО83. и Вакенгут ФИО84 № от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельства о рождении Вакенгут ФИО85. от ДД.ММ.ГГГГ серия № № (л.д.22), свидетельства о заключении брака между Дегенгардт ФИО86. и Вакенгут ФИО87. от ДД.ММ.ГГГГ № № (л.д.19) погибший Вакенгут ФИО88. приходился братом истцам ФИО1 ФИО89., ФИО3 ФИО90., Дегенгардт ФИО91.

Таким образом, судом установлено наличие фактических и нормативных оснований для возмещения ответчиком-работодателем, причиненного истцам вреда в результате несчастного случая на производстве с Вакенгутом ФИО92.

В соответствии с п.32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В силу статей 67, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из требований ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», устанавливающих критерии, которыми в первую очередь должен руководствоваться суд при определении размера компенсации морального вреда, и принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых погиб ФИО8, характер причиненных истцам нравственных страданий, отсутствие грубой неосторожности в действиях Вакенгута ФИО93., а также учитывает требования разумности и справедливости.

Оценивая нравственные переживания истцов, исходя из установленных в судебном заседании индивидуальных особенностей участников производства по делу, суд приходит к следующему.

Оценив пояснения истцов в судебном заседании в совокупности с иными представленными суду доказательствами, суд полагает доказанным факт причинения смертью близкого человека нравственных страданий каждому из истцов, поскольку в судебном заседании установлено, что члены семьи, являющиеся истцами по настоящему спору, имели тесные семейные связи с погибшим, регулярно общались, морально от него зависели. Представленные в судебном заседании истцами доводы об испытанных ими нравственных потрясениях, шоке, вызванном внезапной смертью их близкого, ответчиком не оспорены, доказательств обратного не представлено.

Из пояснений участников сторон следует, что Вакенгут ФИО94. в течение восьми лет проживал с сожительницей, брак между ними не был зарегистрирован, детей они не имели. Как установлено судом и ответчиком не оспорено, сестры погибшего ФИО1 ФИО95., ФИО3 ФИО96., Дегенгардт ФИО97., несмотря на проживание отдельно, имели тесную связь с Вакенгут ФИО98 получали от него моральную поддержку, постоянно общались, проводили совместно время, помогали друг другу. В качестве индивидуальных особенностей истца ФИО1 ФИО101. являющейся старшей сестрой погибшего, суд учитывает ее неудовлетворительное состояние здоровья, после происшествия принимает успокоительные и лекарства, которые прописал врач-кардиолог. К индивидуальным особенностям истца ФИО3 ФИО99. являющейся средней сестрой погибшего, суд относит состояние здоровье, которое ухудшилось после произошедшего, а также тот факт, что Вакенгут ФИО100. оказывал ей помощь по хозяйству. В качестве индивидуальных особенностей истца ФИО2 являющейся младшей сестрой погибшего, суд относит ухудшение состояние здоровья ее и ее дочери в связи с произошедшим несчастным случаем с Вакенгутом ФИО102., до настоящего времени принимает успокоительные. 

С учётом требований разумности и справедливости, указанных индивидуальных особенностей истцов ФИО1 ФИО103., ФИО3 ФИО104., Дегенгардт ФИО105., а также с учетом того, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, установив, что ответчик понес расходы на погребение в сумме 77505 рублей, при этом выплату единовременной материальной помощи в связи со смертью сотрудника в размере 50000 рублей, предусмотренную положением об оплате труда произвел брату погибшего Вакенгуту ФИО106., суд приходит к выводу о необходимости снижения размера компенсации морального вреда и определяет к взысканию с ответчика МУП «Красноуральское водоснабжающее предприятие» компенсацию морального вреда в пользу ФИО1 ФИО107., ФИО3 ФИО108 Дегенгардт ФИО109. по 600000 рублей каждому.

Норма п.1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривает, что государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой был освобожден истец.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 39, 56, 167, 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора города Красноуральск в защиту прав ФИО1 ФИО110, ФИО3 ФИО111, Дегенгардт ФИО112 к Муниципальному унитарному предприятию «Красноуральское водоснабжающее предприятие» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично. 

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Красноуральское водоснабжающее предприятие» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО1 ФИО113 (паспорт: серия № №) в возмещение морального вреда 600000 рублей.

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Красноуральское водоснабжающее предприятие» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО3 ФИО114 (паспорт: серия № №) в возмещение морального вреда 600000 рублей.

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Красноуральское водоснабжающее предприятие» (ИНН №, ОГРН №) в пользу Дегенгардт ФИО115 (паспорт: серия № №) в возмещение морального вреда 600000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Красноуральское водоснабжающее предприятие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход бюджета государственную пошлину в размере 900 рублей.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей жалобы через Красноуральский городской суд Свердловской области.

Председательствующий: подпись

Копия верна

Судья Красноуральского

городского суда: Н.М. Гаврилова