Дело № 2-3509/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Уфа 05 октября 2018 года

Орджоникидзевский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Сыртлановой О.В., 

при секретаре Денисламове А.Р., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о расторжении договора дарения жилого помещения, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 о расторжении договора дарения жилого помещения, в обоснование исковых требований указывая на то, что между ней, ее супругом ФИО3 и ответчиком заключен договор дарения принадлежащей им на праве собственности квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Договор дарения зарегистрирован в установленном законом порядке, о чем выдано свидетельство о государственной регистрации права собственности. Заключение договора дарения между сторонами сопровождалось условием о том, что за ней сохраняется право проживания в указанной квартире, а все заботы о ней берет на себя ФИО2, однако ответчик изменила свое отношение к ней, угрожает помещением в психиатрическую клинику, редко ее посещает, а когда приходит, то только с целью получить денежные средства на оплату квартиры и покупки необходимых вещей для нее. Кроме того, полагает, что договор дарения не исполнен сторонами, так как ключи от квартиры ответчику не переданы, фактически она в квартиру не вселялась, передаточные документы сторонами не подписывались. Приводя данные обстоятельства, истец просит суд расторгнуть договор дарения жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ, прекратить право собственности ФИО2 на ? доли в квартире по адресу: 

<

адрес> возвратить ? доли в указанной квартире в ее собственность.

Истец ФИО1, ее представитель в судебном заседании исковые требования поддержали, просили удовлетворить, указав на отсутствие со стороны ответчика должного ухода за ней.

Ответчик ФИО2, ее представитель в судебном заседании просили отказать, по доводам, изложенным в возражении на исковое заявление. 

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав и оценив материалы настоящего гражданского дела, проверив юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему.

В силу положений ч. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ), граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основании договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условии договора.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена указанным Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

На основании п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п. 1 ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Пунктом 2 ст. 450 ГК РФ предусмотрено, что по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных указанным Кодексом, другими законами или договором. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Согласно ст. 451 ГК РФ, существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.

Из содержания приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что по требованию одной из сторон договор может быть расторгнут по решению суда только в случаях, предусмотренных законом (в частности, при существенном нарушении договора другой стороной) или договором.

Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Основания для отмены договора дарения предусмотрены статьей 578 Гражданского кодекса Российской Федерации, которой установлено, что даритель вправе отменить дарение, если одаряемый совершил покушение на его жизнь, жизнь кого-либо из членов его семьи или близких родственников либо умышленно причинил дарителю телесные повреждения. Даритель вправе потребовать в судебном порядке отмены дарения, если обращение одаряемого с подаренной вещью, представляющей для дарителя большую неимущественную ценность, создает угрозу ее безвозвратной утраты.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 и ее супруг ФИО3 являлись собственниками жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, по ? доли каждый, на основании договора передачи жилого помещения в собственность, утвержденного постановлением главы администрации 

<

адрес> г.Уфы от 01.08.2000г. №.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3, ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения указанной двухкомнатной квартиры.

Право собственности ответчика на данную квартиру было зарегистрировано в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ, о чем сделана запись регистрации № (л.д. 9, 57).

Заявляя требования о расторжении договора дарения квартиры, истец ссылается на наличие оснований, предусмотренных положениями ст. 451 Гражданского кодекса Российской Федерации, на существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, поскольку после регистрации права собственности за ФИО2 отношение последней к истцу изменилось. 

Между тем, изменения взаимоотношений между сторонами, невыполнение обязанности по осуществлению должной заботы в отношении истца не является основанием для расторжения договора дарения, поскольку не относятся к существенным нарушениям условий договора дарения или существенным изменениям обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора. Кроме того, по своей правовой природе договор дарения является безвозмездной сделкой и не может возлагать на одаряемого выполнение какого-либо встречного обязательства

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч.3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Учитывая время совершения оспариваемой сделки, к спорным правоотношениям подлежат применению нормативные положения § 2 (недействительность сделок) главы 9 (сделки) Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действующей до 1 сентября 2013 г.

Согласно пункту 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным.

Частью 2 ст. 178 ГК РФ, при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

На основании ч. 3 ст. 178 ГК РФ, заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Под заблуждением по смыслу приведенной нормы права понимается неправильное, ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки. Внешнее выражение воли в таких случаях не соответствует ее подлинному содержанию.

В силу пункта 1 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обман предполагает определенное виновное поведение стороны, пытающейся убедить другую сторону в таких качествах, свойствах, последствиях сделки, которые заведомо наступить не могут. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшей происходит не свободно, а вынуждено, под влиянием недобросовестных действий лиц, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Разрешая спор, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований, исходя из того, что доказательств, по которым договор дарения подлежит признанию недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, истцом также не представлено.

Договор дарения соответствует требованиям закона, переход права собственности на квартиру зарегистрирован, доказательств совершения сделки под влиянием заблуждения или обмана относительно природы сделки не представлено.

Совершая дарение, даритель должен осознавать прекращение своего права на объект дарения и отсутствие каких-либо притязаний на подаренное имущество. В свою очередь, на одаряемом лежит обязанность по фактическому принятию дара, то есть совершению действий, свидетельствующих о вступлении в права владения, пользования и распоряжения подаренным имуществом.

Условиями договора дарения стороны прямо предусмотрели, что даритель безвозмездно передал одаряемому в собственность, а одаряемый принял в дар 1/2 долю в праве собственности на жилое помещение, что исключает какое-либо иное толкование приведенных условий, свидетельствующее о том, что истец ФИО1 заблуждалась относительного того, что подписываемый договор направлен не на отчуждение имущества.

В ходе рассмотрения дела ФИО1 поясняла, что понимала, что заключает договор дарения, следовательно, ей было ясно существо совершаемых действий по передаче в дар доли в спорном имуществе и осознавала связанные с данным фактом последствия в виде перехода к ответчику права собственности на квартиру.

То обстоятельство, что после совершения дарения ФИО1 продолжает проживать в жилом помещении, в качестве свидетельства иных правовых последствий сделки судом расценено быть не может.

Судом не может быть принят во внимание довод истца о том, что ответчик не несет бремя содержания жилого помещения, поскольку данные обстоятельства при наличии доказательств исполнения сторонами сделки в полном объеме и наступлении правовых последствий, предусмотренных договором дарения, сами по себе не свидетельствуют об обмане или заблуждении при совершении дарения со стороны истца.

Что касается утверждения истца, что спорная квартира является единственным местом жительства, то оно не может являться основанием для признания договора дарения недействительным.

В соответствии со ст. 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

ФИО1 в судебном заседании пояснила, что состояние здоровья на момент заключения сделки было у нее нормальное, она понимала значение своих действий.

Доводы истца о том, что договор дарения квартиры заключен под условием того, что ответчик берет на себя обязательство по оказанию заботы в отношении истца, опровергаются текстом договора, не содержащим в себе подобного условия, а также природой данного договора. Доказательств наличия по указанному договору встречных обязательств ответчика истцом не представлено. 

Ссылка истца на недобросовестные действия ФИО2, которые направлены на создание неблагоприятных условий для проживания, оказание морального и эмоционального давления, в судебном заседании не нашли своего подтверждения, а также не могут учитываться, исходя из предмета и оснований заявленных истцом требований.

Данных о том, что ответчик совершила в отношении истца какие-либо противоправные действия, в деле не имеется.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу, что истец понимала природу заключенной сделки и значение своих действий, какие-либо иные условия и последствия сделки стороны при заключении договора дарения не согласовывали, ее воля была направлена на безвозмездную передачу доли в квартире в собственность ответчика. Истец самостоятельно, добровольно подписала оспариваемый договор, имела возможность его внимательно прочитать и отказаться от его подписания. Подписывая договор дарения доли, ФИО1 подтвердила, что смысл и значение договора и его юридические последствия ей были известны и соответствовали ее намерениям. Характер сложившихся взаимоотношений сторон не свидетельствует о том, что воля истца на совершение сделки дарения сформировалась под влиянием заблуждения и обмана. Содержание текста оспариваемого договора, подписанного истцом, не позволяет двояко толковать его условия. 

В соответствии с частью 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Учитывая дату заключения сделки, заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, суд приходит к выводу, что истец обладал информацией о реализации спорной квартиры, однако данные требования, в установленный законом срок не предъявлял. Доказательств уважительности пропуска истцом срока исковой давности, наличия обстоятельств, объективно исключавших возможность обратиться за защитой нарушенных прав в установленный законом срок, истцом в суд первой инстанции не представлено, ходатайства о восстановлении срока исковой давности не заявлено.

Принцип состязательности, являясь одним из основных принципов гражданского судопроизводства, предполагает, в частности, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

При таких обстоятельствах, оснований для расторжения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют. Мотивы, по которым был заключен договор дарения доли, правового значения не имеют и на недействительность сделки не влияют. Также мотивы, по которым в настоящее время истец передумал дарить долю в спорном имуществе, правового значения не имеют.

Требования ФИО1 о прекращении права собственности, возвращении ? доли в квартире расположенной по адресу : 

<

адрес> также не подлежат удовлетворению, поскольку они являются производными от первоначальных требований, признанных судом не подлежащими удовлетворению.

Руководствуясь положениями статей 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о расторжении договора дарения жилого помещения отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Орджоникидзевский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан.

Судья О.В.Сыртланова