Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

3 февраля 2020 года город Кимовск Тульской области

Кимовский городской суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Зиновьева Ф.А.,

при ведении протокола секретарем ФИО2,

с участием: 

представителя истца ФИО3, по доверенности ФИО4,

представителя ответчика – ООО «ИнвестПартнер», по доверенности ФИО5,

третьего лица ФИО6,

прокурора – ст. помощника Кимовского межрайонного прокурора Сергеевой Ю.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Кимовского городского суда Тульской области гражданское дело № 2-36/2020 по иску ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «ИнвестПартнер» о возмещении компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 первоначально обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Эскорт» (далее – ООО ЧОО «Эскорт») и обществу с ограниченной ответственностью «ИнвестПартнер» (далее – ООО «ИнвестПартнер») о возмещении утраченного заработка вследствие производственной травмы, компенсации морального вреда.

Просила суд взыскать в свою пользу с ООО ЧОО «Эскорт» утраченный заработок вследствие производственной травмы в размере 146000 руб.

Также просила суд взыскать в свою пользу с ООО «ИнвестПартнер» компенсацию морального вреда в связи с травмой на производстве в размере 1000000 руб.

В обоснование заявленных требований приведены следующие доводы.

Истец на основании заключенного на неопределенный срок трудового договора № от 1 июня 2018 года была трудоустроена с 1 июня 2018 года в ООО ЧОО «Эскорт» в должности охранника. Местом ее работы являлся объект охраны ООО «ИнвестПартнер», расположенное по адресу: 

<

...> здание 10, ул. Центральная, здание 24. 

По условиям трудового договора работнику устанавливается повременная система оплаты труда и работодатель обязался выплачивать работнику должностной оклад в размере 19490 руб. Заработная плата, включая премии, надбавки и другие поощрительные выплаты выплачиваются дважды в месяц.

Между ООО ЧОО «Эскорт» и ООО «ИнвестПартнер» 20 февраля 2017 года заключен договор на оказание охранных услуг, по условиям которого ООО ЧОО «Эскорт» по поручению ООО «ИнвестПартнер» приняло на себя обязанность по осуществлению охранных услуг.

В соответствии с утвержденной 23 июля 2018 года должностной инструкцией охранника поста № 4 истец как охранник во время своего дежурства была обязана ежечасно осуществлять обход территории в ночное время, осуществлять контроль над внесением и вынесением товаров, изделий, материалов, какого-либо имущества организации.

По вине работника ООО «ИнвестПартнер» 27 декабря 2018 года с истцом, находившейся на рабочем месте, произошел несчастный случай на производстве, в результате чего истцу причинены телесные повреждения, имеющие медицинские критерии тяжкого вреда здоровья. Истец была госпитализирована и находилась на листке нетрудоспособности с 28 декабря 2018 года по 24 июня 2019 года. ФКУ «ГБ СМЭ» по Тульской области Минтруда России 26 июня 2019 года в связи с трудовым увечьем истцу установлена третья группа инвалидности, 22 июля 2019 года истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности с 25 июня 2019 года по 1 июля 2019 года в размере 40 % в связи с несчастным случаем на производстве.

Истец уволена с занимаемой должности 23 июля 2019 года по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, полный расчет с ней при этом в день увольнения произведен не был, а именно не был возмещен утраченный заработок вследствие производственной травмы.

В результате получения производственной травмы по вине работника ООО «ИнвестПартер», причинения тяжкого вреда здоровью, истец испытывала физические и нравственные страдания, длительное время находилась в условиях медицинского стационара, наступила ее инвалидизация, заботу и уход за ней по настоящее время осуществляют родственники, истец продолжает получать медицинскую помощь, истец лишена возможности, как прежде, вести активный образ жизни, требуется ее реабилитация и адаптация, что указывает на причинение истцу морального вреда, размер компенсации которого истцом определен в размере 1000000 руб.

Указанное явилось причиной обращения истца в суд с иском.

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ГУ Тульское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, ГУ Управление Пенсионного Фонда РФ в г.Донской (межрайонное).

В последствие представитель истца ФИО3, по доверенности ФИО4, обратился к суду с заявлением, в котором отказался от исковых требований в части взыскания в пользу истца с ООО ЧОО «Эскорт» утраченного заработка вследствие производственной травмы в размере 146000 руб., поскольку утраченный заработок ООО ЧОО «Эскорт» выплачен ФИО3 в добровольном порядке. Заявление представителя истца приобщено к материалам гражданского дела.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещалась о времени и месте его проведения надлежащим образом, не просила суд об отложении дела слушанием в свое отсутствие.

В судебном заседании представитель истца ФИО3, по доверенности ФИО4, заявленные исковые требования, с учетом отказа от исковых требований к ООО ЧОО «Эскорт», поддержал, на их удовлетворении настаивал.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «ИнвестПартнер», по доверенности ФИО5, возражала против удовлетворения исковых требований в заявленном истцом размере, полагая, что компенсация причиненного истцу морального вреда не должна превышать 100000 руб.

В судебном заседании третье лицо ФИО6 не возражал против удовлетворения заявленных исковых требований.

Третьи лица ГУ Тульское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, ГУ Управление Пенсионного Фонда РФ в г.Донской (межрайонное) своих представителей в судебное заседание не направили, извещены о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, представлены заявления о рассмотрении дела в отсутствии их представителей, возражений по существу исковых требований не представлено.

Исходя из положений ст.167 ГПК РФ, суд счёл возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, выслушав пояснения участников процесса, заключение прокурора Сергеевой Ю.Н., полагавшей исковые требования подлежащими удовлетворению, выслушав пояснения свидетеля ФИО1, исследовав представленные по делу доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.39 ГПК РФ истец вправе отказаться от иска.

В силу ст.173 ГПК РФ заявление истца об отказе от иска заносятся в протокол судебного заседания и подписываются истцом. В случае, если отказ от иска выражен в адресованном суду заявлении в письменной форме, это заявление приобщается к делу, на что указывается в протоколе судебного заседания.

При отказе истца от иска и принятии его судом суд выносит определение, которым одновременно прекращается производство по делу.

Согласно ст.220 ГПК РФ суд прекращает производство по делу в случае, если истец отказался от иска и отказ принят судом.

Статья 221 ГПК РФ предусматривает, что производство по делу прекращается определением суда, в котором указывается, что повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается.

Анализируя изложенное, суд принимает отказ представителя истца ФИО3, по доверенности ФИО4, от исковых требований в части взыскания в пользу истца с ООО ЧОО «Эскорт» утраченного заработка вследствие производственной травмы в размере 146000 руб., поскольку утраченный заработок ООО ЧОО «Эскорт» выплачен ФИО3 в добровольном порядке. 

Рассматривая исковые требования ФИО3 о взыскании в ее пользу с ООО «ИнвестПартер» компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Исходя из ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

На основании п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, суд также должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, принимая во внимание требования разумности и справедливости.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Из материалов дела следует, что 20 февраля 2017 года между ООО ЧОО «Эскорт» и ООО «ИнвестПартнер» заключен договор на оказание услуг, предметом которого является оказание ООО ЧОО «Эскорт» ООО «ИнвестПартнер» охранных услуг.

Между ООО ЧОО «Эскорт» и ФИО3 1 июня 2018 года заключен трудовой договор №, по условиям которого ФИО3 принята в ООО ЧОО «Эскорт» с 1 июня 2018 года на должность охранника (п.п. 1.3, 1.4 Договора). Местом работы работника является ООО ЧОО «Эскорт» по месту нахождения объектов охраны ООО «ИнвестПартнер» по адресам: 

<

...> здание 10, ул. Центральная, здание 24 (п. 1.2 Договора). Договор заключен на неопределенный срок (п. 5.1 Договора).

Как усматривается из записи № трудовой книжки ФИО3, 30 июля 2019 года трудовой договор, заключенный между ООО ЧОО «Эскорт» и ФИО3, расторгнут по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по инициативе работника, на основании приказа от 23 июля 2019 года №.

Генеральным директором ООО ЧОО «Эскорт» 28 июля 2018 года утверждена должностная инструкция охранника поста № 4, с которой ФИО3 ознакомлена.

Из табеля учета рабочего времени ООО ЧОО «Эскорт» за декабрь 2018 года усматривается, что 27 декабря 2018 года ФИО3 была на рабочем месте.

Приказом генерального директора ООО «ИнвестПартнер» ИнП0000128 от 11 июля 2017 года ФИО6 принят на работу в ООО «ИнвестПартнер» в транспортную службу водителем погрузчика с 11 июля 2017 года.

Как усматривается из акта № о несчастном случае на производстве от 13 февраля 2019 года, 27 декабря 2018 года в 23:28 в помещении склада готовой продукции ООО «ИнвестПартнер», при погрузке готовой продукции электропогрузчиком на транспорт с ФИО3 произошел несчастный случай. Основной причиной, вызвавшей несчастный случай, является нарушение водителем погрузчика трудового распорядка и дисциплины труда, выразившейся в несоблюдении требований охраны труда при проведении погрузочно-разгрузочных работ. Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, признан водитель погрузчика ООО «ИнвестПартнер» ФИО6

Из заключений судебно-медицинского эксперта № от 24 июня 2019 года и № от 12 июля 2019 года усматривается, что у ФИО3 обнаружены следующие повреждения, впервые зафиксированные в медицинских документах 28 декабря 2018 года, и имеющие медицинские критерии тяжкого вреда здоровью человека, как создающие непосредственную угрозу для жизни человека.

Из справки ФКУ «ГБ СМЭ по тульской области» Минтруда России серии 

<

данные изъяты> № от 25 июня 2019 года усматривается, что ФИО3 до 1 июля 2020 года установлена третья группа инвалидности по причине трудового увечья.

Из справки ФКУ «ГБ СМЭ по тульской области» Минтруда России серии 

<

данные изъяты> № от 22 июля 2019 года усматривается, что степень утраты профессиональной трудоспособности в ФИО3 в связи с несчастным случаем на производстве 27 декабря 2018 года составила 40 %.

Из информации ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» следует, что ФИО3 обращалась за медицинской помощью: травматологическое отделение в период с 28 декабря 2018 года по 18 января 2019 года; клинико-диагностический центр 13 февраля 2019 года и 14 мая 2019 года.

Из информации ГУЗ «Кимовская Центральная районная больница» следует, что ФИО3 находилась на амбулаторном лечении в дневном стационаре в период с 10 января 2020 года по 19 января 2020 года.

Из листков нетрудоспособности усматривается, что ФИО3 имела освобождение от работы в период с 28 декабря 2018 года по 24 июня 2019 года.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21 декабря 2011 года N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. Наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности - сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости обязательных судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели. Введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения.

Приговором Кимовского городского суда Тульской области от 28 августа 2019 года установлено, что 27 декабря 2018 года в период с 23 часов 20 минут до 23 часов 40 минут водитель погрузчика транспортной службы завода ООО «ИнвестПартнер» ФИО6, находясь при исполнении своих трудовых обязанностей, управляя электропогрузчиком «KOMATSU, FB18-12», заводской номер машины 853648, на территории строения №1 основного производства ООО «ИнвестПартнер» в зоне погрузки автотранспорта склада готовой продукции ООО «ИнвестПартнер», расположенного по адресу: 

<

адрес>, перемещаясь на электропогрузчике по складу готовой продукции в направлении загрузочных ворот, расположенных в строении №1 основного производства ООО «ИнвестПартнер», по вышеуказанному адресу с загруженным паллетом с коробками готовой продукции – водки, действуя небрежно, не соблюдая установленные ограничения скорости движения, превысив ее, не проявил должной внимательности и осторожности в месте возможного появления людей, во время движения не следил за окружающей обстановкой, особенно в направлении движения, не включал (не подавал) предупредительный звуковой сигнал для предупреждения окружающих; не следил за перемещением людей поблизости от погрузчика, не принял мер по исключению допуска вхождения людей в рабочую зону, не осуществлял движение задним ходом при перевозке груза, ограничивающего видимость, в результате чего совершил наезд и последующее опрокидывание перевозимого груза – паллет с коробками готовой продукции – водки на охранника основного подразделения ООО ЧОО «Эскорт» ФИО3, которая осуществляла обход территории склада готовой продукции ООО «ИнвестПартнер», причинив ей телесные повреждения: ушиб головного мозга, кровоизлияние под твердую мозговую оболочку, перелом костей свода и основания черепа, являющиеся тяжким вредом здоровью, как опасные для жизни человека. 

С учетом изложенного, вступивший в законную силу 10 сентября 2019 года приговор Кимовского городского суда Тульской области от 28 августа 2019 года, которым ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 216 УК РФ имеет преюдициальное значение в силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ для рассмотрения данного гражданского дела, поскольку оно вступило в законную силу, установленные данным судебным решением обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию, поскольку при рассмотрении настоящего дела участвуют те же лица.

По этой причине суд не устанавливает виновное в причинении тяжкого здоровью истца лицо, так как виновность в этом третьего лица ФИО6, являющегося работником ответчика ООО «ИнвестПартнер», установлена судебным актом.

В судебном заседании в качестве свидетеля допрошен ФИО1, пояснивший суду, что истец ФИО3 – его супруга. Ночью 28 декабря 2018 года ему сообщили о травмировании супруги на работе, ее госпитализации реанимационное отделение стационара в критическом состоянии. При его посещениях в больнице жена жаловалась на боли, головокружение, причин госпитализации вспомнить не смогла, она долго не вставала. Забрав жену домой, стал осуществлять за ней уход, возил к врачам. Супруга тяжело это переносила, ее левый глаз не фокусировался вместе с правым, отсутствует обоняние у нее, ее мучили постоянно головные боли, была слабость, при ходьбе, наклонах испытывает головокружение. Супруга стала забывчивой, обидчивой, плаксивой, возбудимой, ее мучат головные боли. По настоящее время супруга проходит курс лечения, принимает обезболивающие препараты. Их дети переживают за маму. Супруга переживает из-за того, что не может осуществлять уход за детьми, не может вести прежнего образа жизни. Считает, что взыскание с ответчика денежной суммы в счет компенсации морального вреда не сделает его супругу прежней. Указанные денежные средства намеревается израсходовать на лекарства и реабилитацию жены.

Оценивая показания свидетеля ФИО1, суд не находит оснований не доверять им, поскольку они логичны, последовательны, непротиворечивы и объективно подтверждаются всей совокупностью исследованных и приведенных доказательств. Поэтому суд считает, что они отвечают признакам относимости, допустимости и достоверности.

Дав оценку указанным выше фактическим обстоятельствам дела по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что в период трудовых отношений с ООО ЧОО «Эскорт», оказывающего, в свою очередь, охранные услуги ООО «ИнвестПартнер» истцу при исполнении трудовых обязанностей был причинен вред здоровью в результате несчастного случая на производстве.

Причиной несчастного случая явилось нарушение требований безопасности, обусловленной нарушением водителем погрузчика трудового распорядка и дисциплины труда, выразившейся в несоблюдении требований охраны труда при проведении погрузочно-разгрузочных работ водителем погрузчика ООО «ИнвестПартнер» ФИО6, в связи с чем суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца в связи с повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствами, подтвержден факт повреждения здоровья истца, а также обстоятельства того, что истец безусловно испытывает физические и нравственные страдания в связи с повреждением здоровья, поскольку, степень утраты проф.трудоспособности утрачена значительно, у истца возникли ограничения обычной жизнедеятельности, он испытывал и продолжает испытывать болезненные ощущения, перенес операцию по устранению последствий травмы с тяжелым послеоперационным и длительным реабилитационным периодами.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень и характер физических и нравственных страданий истца, перенесенных ею вследствие причинения вреда здоровью, характер полученных травм, причинение физической боли как непосредственно в момент получения травмы, так и в период лечения, которое не завершено выздоровлением истца, последствия полученных повреждений, требования разумности и справедливости, учитывая, что травмирование ФИО3 не являлось следствием нарушения ею требований безопасности, отсутствие доказательств принятия ответчиком мер по оказанию истцу материальной помощи вследствие несчастного случая на производстве, и полагает возможным определить размер компенсации морального вреда в размере 800000 рублей, поскольку заявленный истцом ко взысканию размер компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей, при установленных судом обстоятельствах дела, является завышенным и не отвечает требованиям разумности и справедливости.

Руководствуясь ст.ст.194 - 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

иск ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «ИнвестПартнер» о возмещении компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ИнвестПартнер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, КПП 711501001, адрес: 301733, 

<

...> здание № 10, строение № 23, помещение 9, дата регистрации юридического лица – 7 декабря 2012 года) в пользу ФИО3, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 800000 (восемьсот тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы, представления в Кимовский городской суд Тульской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий