Судья Борисов Р.Ю.

Дело № 22-215/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 20 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Быстровой Е.Л.,

судей Воронова Ю.В., Щеклеина А.И.,

при секретаре судебного заседания Астаповой М.С.,

с участием прокурора Куницыной К.А.,

потерпевшей З.,

осужденного ФИО1,

адвоката Лыкова Р.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Батуева Р.В., апелляционным жалобам адвоката Лыкова Р.И., потерпевшей З. на приговор Нытвенского районного суда Пермского края от 10 ноября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Судом решены вопросы об исчислении срока наказания, зачете в срок лишения свободы времени содержания под стражей, мере пресечения и судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Щеклеина А.И., изложившего содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных представления и жалоб, поступивших возражений, заслушав мнение прокурора Куницыной К.А., выступление осужденного ФИО1, адвоката Лыкова Р.И., потерпевшей З., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в умышленном причинении З. тяжкого вреда здоровью, опасного для ее жизни.

Преступление совершено 7 июня 2025 года в г. Нытва Пермского края при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Батуев Р.В. считает приговор незаконным, не соответствующим требованиям ст. 297 УПК РФ и подлежащим отмене ввиду существенных нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законов. Указывает, что органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью З. с применением предмета, используемого в качестве оружия. Из фактических обстоятельств уголовного дела, установленных судом, следует, что в ходе возникшей ссоры ФИО1 нанес удары потерпевшей как кулаком, так и табуретом, что подтверждается и заключением экспертов № 386 от 27 октября 2025 года, при этом эксперты указали, что тяжкий вред здоровью и иные телесные повреждения могли образоваться как от удара кулаком, так и от удара табуретом по затылочной части головы и грудной клетке слева, в связи с чем находит неправомерной квалификацию действий ФИО1, данную судом по ч. 1 ст. 111 УК РФ, чем необоснованно улучшено его положение. Просит приговор изменить, действия ФИО1 переквалифицировать на п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, усилить назначенное ему наказание.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Лыков Р.И. выражает несогласие с приговором суда в виду чрезмерной суровости, назначенного ФИО1 наказания. Указывает, что ФИО1 не судим, признал вину, раскаялся в содеянном, осознал свое противоправное поведение, трудоустроен, по месту жительства и работы характеризуется положительно, спиртными напитками не злоупотребляет, является ветераном боевых действий, имеет престарелых родителей, которые нуждаются в его помощи и заботе, не представляет опасности для общества и не нуждается в изоляции от него.

Полагает, что суд при назначении ФИО1 наказания проигнорировал положения ст.ст. 7, 43 УК РФ, не принял во внимание данные о личности осужденного и не учел в полной мере смягчающие наказание обстоятельства, а именно: активное способствование раскрытию преступления, явку с повинной, принесение извинений потерпевшей, возмещение морального вреда, причиненного преступлением. Также судом оставлено без внимания мнение потерпевшей, которая просила не наказывать строго ФИО1 Считает, что совокупность смягчающих наказание обстоятельств, данные о личности ФИО1, мнение потерпевшей относительно вида и размера наказания, позволяли суду применить к нему положения ст.ст. 64, 73 УК РФ, однако приведенные обстоятельства судом были проигнорированы и назначено наказание в том размере, который запрашивал государственный обвинитель за более тяжкое преступление.

Просит приговор изменить, назначить ФИО1 наказание с применением положений ст. ст. 64, 73 УК РФ.

В апелляционной жалобе потерпевшая З. также ставит вопрос об изменении приговора в части назначенного ФИО1 наказания, считая его чрезмерно суровым, и отмечает, что ФИО1 признал вину, раскаялся в содеянном, за время нахождения в следственном изоляторе сделал для себя соответствующие выводы, добровольно и в полном объеме возместил материальный ущерб и моральный вред, принес ей извинения, которые она приняла, осужденный не представляет опасности и не нуждается в изоляции от общества. Указывает, что суд не принял во внимание, что они с ФИО1 примирились, не учел ее мнение о нестрогом наказании для осужденного. Просит приговор изменить, назначить ФИО1 наказание, не связанное с лишением свободы.

В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя Батуева Р.В. адвокат Лыков Р.И. просит приговор в части квалификации действий ФИО1 по ч. 1 ст. 111 УК РФ оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, поступивших возражений, судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным, не подлежащим изменению либо отмене.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления при тех фактических обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре, сторонами не оспариваются и подтверждены совокупностью доказательств, исследованных и проверенных в судебном заседании, подробный анализ которых с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности содержится в приговоре.

В обоснование своих выводов о виновности ФИО1 суд правильно сослался на собственные, изобличающие себя показания осужденного о том, что 7 июня 2025 года в ходе ссоры с З. он взял в руки табурет и, держа его за ножку, сиденьем табурета, обитым мягкой тканью, несильно ударил З. три раза по спине слева, после чего нанес ей один сильный удар кулаком правой руки по ребрам слева, а затем взял в руки тарелку, которой около двух раз ударил З. по голове; показания потерпевшей З., согласно которым ФИО1 не менее трех раз ударил ее сиденьем табурета по спине слева, от чего она сильную физическую боль не испытывала, а затем один раз ударил ее кулаком в левый бок по ребрам, от чего испытала сильную физическую боль, после чего кидал в нее тарелки; свидетеля Е. – очевидца преступления, видевшей нанесение ФИО1 удара кулаком в район ребер под грудь З., нанесение ей ударов тарелкой по голове, нахождение табурета без одной ножки на полу; свидетеля Г. о том, что от ее сестры Е. ей стало известно об избиении ФИО1 их матери, о чем она рассказала К.; свидетеля К., видевшей 10 июня 2025 года у З. гематомы на руках и ногах, на спине с левой стороны в районе лопатки – ребер, та держалась за левый бок, говорила, что ей тяжело дышать, было больно, не хватало воздуха, после чего они вместе поехали в больницу; свидетеля С. о поступлении 10 июня 2025 года в ГБУЗ ПК «Нытвенская районная больница» З., которая пояснила о получении травмы в результате избиения сожителем 7 июня 2025 года, в ходе осмотра ей был выставлен диагноз.

Показания осужденного, потерпевшей и свидетелей согласуются между собой, объективно подтверждаются материалами уголовного дела, в том числе: сообщением медицинского учреждения от 10 июня 2025 года о поступлении З. с травмами, полученными в результате противоправных действий; протоколом осмотра места происшествия, согласно которому в квартире З. обнаружен и изъят табурет, у которого одна из ножек перемотана изолирующей лентой черного цвета, изъят след пальцев рук, который согласно заключению эксперта № 50 от 20 июня 2025 года оставлен ФИО1; заключением эксперта № 397 м/д от 7 июля 2025 года и заключением экспертов № 386 от 27 октября 2025 года (комплексная судебно-медицинская экспертиза), согласно которым у З. выявлены повреждения: закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга, ушиба мягкий тканей (в количестве 1) в затылочной области, закрытая травма груди в виде переломов 5,6,7 ребер слева, разрыва левого легкого, гемопневмоторакса слева, дыхательной недостаточности 1 степени. Закрытая травма груди квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека (пункт 6.1.10 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённых приказом Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года №194н; пункт 5.1.1.10 Порядка определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённого приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 8 апреля 2025 года № 172н). Закрытая черепно-мозговая травма повлекла за собой временное нарушение функции органов и (или) систем продолжительностью до трёх недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно), в связи с чем квалифицируется как лёгкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (пункт 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года №194н; пункт 5.3.1 Порядка определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённого приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 8 апреля 2025 года № 172н).

Всем этим, а также иным, содержащимся в приговоре доказательствам, суд дал надлежащую оценку, они обоснованно признаны достоверными и достаточными, поскольку согласуются между собой и в своей совокупности устанавливают одни и те же факты, изобличающие осужденного ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Исходя из положений ст. 17, 87, 88 УПК РФ никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. Проверка доказательств производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. Каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

На основании совокупности исследованных доказательств судом было установлено, что в ходе возникшей ссоры ФИО1 умышленно нанес сидящей на кресле и наклонившейся вперед З. не менее трех ударов деревянным табуретом с левой стороны по спине, после чего нанес ей не менее одного удара кулаком правой руки по ребрам с левого бока, от чего она испытала физическую боль, и в результате преступных действий осужденного З. была причинена, помимо прочего, закрытая травма груди, квалифицируемая как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Согласно заключению экспертов № 386 от 27 октября 2025 года (комплексная судебно-медицинская экспертиза) экспертами было установлено, что характер и свойства повреждений, а также клинические и рентгенологические признаки свидетельствуют, что имеющиеся у З. телесные повреждения образовались от не менее двух ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов) с зонами приложения травмирующей силы в затылочную область и на грудную клетку слева, возможно в заявленный срок. Табурет, изъятый 10 июня 2025 года, и кулак могут рассматриваться как предметы травматизации, которыми были причинены телесные повреждения потерпевшей. Закрытая травма груди, судя по локализации переломов ребер и механизму образования, могла быть получена либо от удара кулаком по грудной клетке слева, либо от удара табуретом по грудной клетке слева, либо от совокупности ударов табуретом и кулаком по грудной клетке слева. Закрытая черепно-мозговая травма, судя по локализации ушиба мягких тканей головы (затылочная область), могла образоваться от удара табуретом при условий воздействия табурета как по спине, так и по затылочной области, либо то удара кулаком в затылочную область.

В обоснование квалификации действий осужденного ФИО1 по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ автором апелляционного представления указано лишь единственное основание – результаты заключения экспертов № 386 от 27 октября 2025 года (комплексная судебно-медицинская экспертиза).

Вместе с тем, согласно п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 года № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» при оценке судом заключения эксперта следует иметь в виду, что оно не имеет заранее установленной силы, не обладает преимуществом перед другими доказательствами и, как все иные доказательства, оценивается по общим правилам в совокупности с другими доказательствами.

Как следует из показаний осужденного ФИО1, он несильно нанес сиденьем табурета, обитым мягкой тканью, три удара по спине З. слева, после чего нанес ей один сильный удар кулаком правой руки по ребрам слева. Эти показания осужденного ничем не опровергнуты и доводы об обратном в апелляционном представлении не приведены. Напротив, из материалов уголовного дела усматривается, что потерпевшая З. последовательно заявляла, что от нанесенных ей ФИО1 ударов сиденьем табурета по спине слева она сильную физическую боль не испытывала, а испытала сильную физическую боль после удара кулаком в район ребер. В суде апелляционной инстанции потерпевшая подтвердила, что сильную физическую боль она почувствовала именно от удара кулаком по ребрам слева.

Кроме того, выводы заключения экспертов № 386 носят вероятностный характер, они не исключают причинение потерпевшей закрытой травмы груди как от удара кулаком по грудной клетке слева, так и от удара табуретом по грудной клетке слева, либо от совокупности ударов табуретом и кулаком по грудной клетке слева. При этом комиссия экспертов, отвечая на вопросы суда о механизме получения травм потерпевшей, и приведя содержание показаний допрошенных по делу лиц, в том числе потерпевшей о том, что сильную боль она испытала от удара кулаком по ребрам, указала, что важную роль в определении обстоятельств получения телесных повреждений имеют показания допрошенных лиц.

При таких обстоятельствах, из совокупности исследованных судом доказательств, показаний осужденного, потерпевшей, выводов заключения экспертов № 386 от 27 октября 2025 года о механизме образования у З. закрытой травмы груди, которая могла быть получена в результате удара по грудной клетке слева кулаком, судебная коллегия приходит к выводу, что фактические обстоятельства по делу судом первой инстанции установлены верно, а потому квалификацию действий ФИО1 по ч. 1 ст. 111 УК РФ следует признать правильной. Оснований для иной квалификации действий осужденного, в том числе по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, на что указано в апелляционном представлении государственным обвинителем, судебная коллегия не находит.

Согласно ст. ст. 6, 60 УК РФ, наказание является справедливым, когда судом при его назначении в совокупности учтены характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Указанные требования уголовного закона при назначении ФИО1 наказания судом первой инстанции соблюдены.

Суд в полной мере принял во внимание характер и степень общественной опасности совершенного деяния, данные о личности ФИО1, который по месту жительства и работы характеризуется положительно, а также наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд не только признал, но и должным образом учел в соответствии с п. «и», «к» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ: явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления (выразившееся в дарении потерпевшей автомобиля), иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей (выразившиеся в принесении извинений), признание вины, раскаянии в содеянном, наличие на иждивении малолетней дочери сожительницы, состояние родственников, участие в проведении контртеррористической операции на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации.

Иных обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, и подлежащих обязательному признанию смягчающими наказание, материалы дела не содержат. Мнение потерпевшей о назначении виновному нестрогого наказания, как и примирение с осужденным, не являются обстоятельствами, которые в силу ч. 1 ст. 61 УК РФ подлежат обязательному учету в качестве смягчающих. Кроме того, добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления, как и принесение извинений потерпевшей были учтены судом в качестве смягчающих наказание обстоятельств, а потому оснований для повторного их учета не имеется.

После оценки в совокупности всех обстоятельств, подлежащих учету при решении вопроса о наказании, судом сделан обоснованный вывод о том, что цели наказания – восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений могут быть достигнуты путем назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы.

Выводы суда о невозможности исправления осужденного без реального отбывания наказания (ст. 73 УК РФ), а также об отсутствии оснований для применения к нему положений ст. 64 УК РФ, основаны на установленных по делу обстоятельствах, данных о личности осужденного ФИО1, отсутствии каких-либо исключительных обстоятельств, существенно снижающих степень общественной опасности совершенного преступления, с чем соглашается судебная коллегия.

При назначении наказания судом первой инстанции обоснованно учтены положения ч. 1 ст. 62 УК РФ. При этом суд первой инстанции не нашел оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, не находит таковых и судебная коллегия.

Назначенное ФИО1 наказание по своему виду и размеру нельзя признать чрезмерно суровым и несправедливым, поскольку оно соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного и личности виновного, а потому оснований для его снижения нет.

Вид исправительного учреждения осужденному назначен правильно в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом не допущено.

При таких обстоятельствах приговор суда первой инстанции изменению или отмене по доводам апелляционных представления и жалоб не подлежит.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Нытвенского районного суда Пермского края от 10 ноября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Батуева Р.В., апелляционные жалобы адвоката Лыкова Р.И., потерпевшей З. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи