Дело № 12-50/2020

РЕШЕНИЕ

19 февраля 2020 года 

<

...>, каб. 306

Судья Октябрьского районного суда г. Мурманска Шуминова Н.В., рассмотрев в судебном заседании жалобу ООО «Мурманская рыболовецкая компания» на постановление ПУ ФСБ России по Западному Арктическому району от 21.11.2019 года № 2109/2344-19 о привлечении к административной ответственности по ч. 2 ст. 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением дознавателя по административному производству отдела дознания и административной практики ПУ ФСБ по Западному Арктическому району № 2109/2344-19 от 25.10.2019 года ООО «Мурманская рыболовецкая компания» (далее – Общество) признано виновным в совершении в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 146.130 рублей.

Не согласившись с данным постановлением, Общество в лице защитника Крутиковой Н.П. обратилось в суд с жалобой, в обоснование указав, что предметом административного правонарушения явились: камбала-ёрш – 152.874 кг; палтус черный – 78.472 кг; треска – 827.296 кг; зубатка пестрая – 17.299 кг; окунь морской – 24.441 кг; камбала морская – 43.811 кг. Права Общества были нарушены в части назначения ихтиологической экспертизы, поскольку заключение эксперта взято из дела по капитану ФИО 1, однако своего согласия на использование данного заключения юридическое лицо не давало. Отдельной ихтиологической экспертизы не проводилось и не назначалось, соответственно, рассматривать заключение ФИО 1, как допустимое доказательство в рамках дела по юридическому лицу нельзя. Полагает, что иных доказательств, позволяющих рассчитать предмет административного правонарушения, в материалах дела не имеется. При определении предмета административного правонарушения учтены 60 банок консервов печени трески (заводская банка № 3), то есть полтора ящика (ящик 48 штук банок), которые были обнаружены в трюме, то есть в месте положенного хранения продукции. Доказательств того, что данная продукция является незаконной и относится к предмету административного правонарушения, материалы дела не содержат. Допущены и процессуальные нарушения, а именно: стоимостная оценка предмета административного правонарушения дана в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, в то время как Общество давало согласие на применение заключения по оценке стоимости ВБР, явившихся предметом правонарушения, № от ДД.ММ.ГГГГ. Определение о возбуждении дела от ДД.ММ.ГГГГ, которое фигурирует в постановлении, в материалах дела отсутствует. Полагает, что все вышеизложенное является основанием для отмены постановления и прекращения производства по делу. На основании изложенного просит постановление отменить.

Законный представитель Общества уведомлен, не явился, представлено заявление о рассмотрении жалобы в его отсутствие с участием защитника Крутиковой Н.П.

Защитник Крутикова Н.П. поддержала доводы жалобы, полагала, что в данном случае административный орган существенно нарушил права Общества, используя заключение экспертизы, с которым Общество было категорически не согласно и не выражало согласия на его применение в рамках дела об административном правонарушении. Предмет правонарушения не установлен точно, поскольку факт того, что печень трески в 60 банках являлась неучтенной и сокрытой не доказан, принимая во внимание, что изготавливалась она на судне в жестяных банках, имевших маркировку и дату производства. Кроме того, субъект правонарушения не установлен, поскольку судно осуществляло добычу ВБР по нескольким разрешениям, и 60 банок консервов могли быть выловлены и заготовлены в рамках любого из разрешений. ООО «МРК» один из собственников судна, а не один из пользователей, а нарушение Правил вменяться должно именно тому пользователю, в рамках разрешения которого осуществлены действия по заготовке неучтенной рыбы, в отношении которой не спорит ООО «МРК» о том, что она была сокрыта кем-то из матросов. Это можно было бы определить по дате вылова тех видов ВБР, которые и были выявлены в ходе осмотра судна в порту, но этого административным органом не сделано. Процессуальные нарушения коснулись не только заключения ихтиологической экспертизы, но и датирования заключения о стоимости ВБР, на применение которого давалось согласие и того, что нет определения о возбуждении дела об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, а ссылка на него в постановлении есть.

Представитель административного органа ФИО полагал, что постановление вынесено законно и обоснованно, существенных процессуальных нарушений при производстве по делу не допущено. Использование экспертного заключения ихтиологического из дела по капитану не свидетельствует о нарушении процессуальных норм, поскольку в данном случае оно задействовано как одно из доказательств, а не как заключение эксперта в данном деле. То, что не дано согласие на его использование, является упущением, но не свидетельствует о незаконности постановления. Также полагал, что факт того, что неучтенные ВБР обнаружены в сокрытом состоянии, подтверждается актом осмотра судна и тем, что капитан ФИО 1 не отрицал факт нелигитимности происхождения того, что было отражено в акте. Субъектом правонарушения является в данном случае работодатель и одновременно – судовладелец 

<

данные изъяты>». То, что в постановлении имеют место быть описки и технические ошибки, отнюдь не умаляет его законности и обоснованности, просит в удовлетворении жалобы отказать.

С учетом данных о надлежащем уведомлении законного представителя Общества и представленного заявления нахожу обоснованным рассмотреть жалобу при настоящей явке.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, материалы дела об административном правонарушении, проверив доводы жалобы, прихожу к следующему. 

В соответствии с ч. 3 ст. 30.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях судья, вышестоящее должностное лицо не связаны доводами жалобы и проверяют дело в полном объёме. 

В соответствии с частью 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, нарушение правил, регламентирующих рыболовство, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 8.17 настоящего Кодекса, - влечет наложение административного штрафа на юридических лиц - от ста тысяч до двухсот тысяч рублей с конфискацией судна и других орудий добычи (вылова) водных биологических ресурсов или без таковой.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.11.2010 № 27 «О практике рассмотрения дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением правил добычи (вылова) водных биологических ресурсов и иных правил, регламентирующих осуществление промышленного, прибрежного и других видов рыболовства», при рассмотрении дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением правил добычи (вылова) водных биологических ресурсов и иных правил, регламентирующих осуществление промышленного, прибрежного и других видов рыболовства, необходимо учитывать, что отношения в области рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (далее - водные биоресурсы) регулируются, в том числе Федеральными законами: от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», от 31.07.1998 № 155-ФЗ «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации», от 30.11.1995 № 187-ФЗ «О континентальном шельфе Российской Федерации», от 17.12.1998 № 191-ФЗ «Об исключительной экономической зоне Российской Федерации».

Согласно статьям 34, 35 Федерального закона от 24 мая 1995 года № 52-ФЗ «О животном мире» юридическими лицами и гражданами могут осуществляться такие виды пользования животным миром, как рыболовство, включая добычу водных беспозвоночных и морских млекопитающих. Пользование животным миром осуществляется с соблюдением федеральных и региональных лимитов и нормативов, разрабатываемых в соответствии с настоящим Федеральным законом, иными законами и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также законами и другими нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации.

Статьей 10 Федерального закона от 20 декабря 2004 года № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее – Закон) установлено, что водные биологические ресурсы находятся в федеральной собственности. 

В силу статьи 43.1 Закона Правила рыболовства являются основой осуществления рыболовства и сохранения водных биоресурсов обязательны для исполнения юридическими лицами и гражданами, осуществляющими рыболовство и иную связанную с использованием водных биоресурсов деятельность. Правила рыболовства утверждаются федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства для каждого рыбохозяйственного бассейна.

В Баренцевом море действуют Правила рыболовства для Северного рыбохозяйственного бассейна, утвержденные Приказом Федерального агентства по рыболовству от 30 октября 2014 г. № 414, которые регламентируют деятельность российских юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и граждан, включая лиц, относящихся к коренным малочисленным народам Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации, и их общины, осуществляющих рыболовство во внутренних водах Российской Федерации, в том числе во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне Российской Федерации в пределах Северного рыбохозяйственного бассейна, а также иностранных юридических лиц и граждан, осуществляющих рыболовство в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации (далее - Правила).

В силу п. 9.1 Правил рыболовства для Северного рыбохозяйственного бассейна, утвержденных Приказом Федерального агентства по рыболовству от 30 октября 2014 г. № 414 юридические лица ведут документацию, отражающую ежедневную рыбопромысловую деятельность: промысловый журнал, а при производстве рыбной и иной продукции из водных биоресурсов - технологический журнал, а также приемо-сдаточные документы, подтверждающие сдачу либо приемку уловов водных биоресурсов и/или произведенной из них рыбной и иной продукции. 

Пункт 14.3 Правил также указывает, что юридическим лицам запрещено иметь на борту судов и плавучих средств, на рыболовных (рыбопромысловых) участках или в местах добычи (вылова) при осуществлении рыболовства за пределами рыболовных (рыбопромысловых) участков, а также в местах производства рыбной и иной продукции из водных биоресурсов, водные биоресурсы (в том числе их фрагменты (части)) и/или рыбную или иную продукцию из них, не учтенные в промысловом журнале, технологическом журнале, приемо-сдаточных документах; вести учет и представлять сведения о добыче (вылове) водных биоресурсов с искажением фактических размеров улова водных биоресурсов, его видового состава, используемых орудий добычи (вылова), сроков, видов использования и способов добычи (вылова), а также без указания района добычи (вылова) или с указанием неверного наименования района (места) добычи (вылова). 

Как следует из материалов дела, судно рыбопромыслового флота МК-0158 «Санкт-Петербург» под командованием должностного лица – капитана судна ФИО 1, принадлежащее на праве собственности ООО «МРК», ПСК «РК «Заря Севера», ООО «Рыбак Беломорья» и СПК РК «Беломорский Рыбак» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществляло промышленное рыболовство по разрешениям: №, выданному пользователю ВБР ООО «Мурманский рыболовный флот» (треска 4,165 тонн и пикша 1,098 тонн); №, выданному пользователю ВБР СПК «Рыболовецкая артель «Терское» (треска 3,43 тонн и пикша 0,666 тонн); №ПМ, выданному пользователю ВБР ООО «ПТФ Карелрыба» (треска 3,865 тонн и пикша 10,992 тонн); №ПМ, выданному пользователю ВБР ПСК «РК «Заря Севера» (треска 418,24 тонн и пикша 124,96 тонн); №ПМ, выданному пользователю ВБР ООО «Рыбак Беломорья» (треска 4,965 тонн и пикша 1,296 тонн); № выданному пользователю 

<

данные изъяты>» (треска 143,441 тонн и пикша 158,270 тонн). 

При этом обязательным условием разрешения является обязанность пользователя соблюдать правила рыболовства, ограничения рыболовства и иные меры, установленные законодательством РФ и международными договорами РФ в области рыболовства и сохранения ВБР. 

ДД.ММ.ГГГГ судно прибыло в порт 

<

данные изъяты> с целью доставки и выгрузки рыбопродукции. В ходе КПМ на борту судна выявлено неучтенные в промысловой документации ВБР, которые были доставлены на палубу и в присутствии капитана установлен видовой состав и масса нетто.

Соответственно, по данному факту в отношении Общества ДД.ММ.ГГГГ составлен протокол об административном правонарушении, с последующим вынесением оспариваемого постановления от ДД.ММ.ГГГГ. При вынесении оспариваемого постановления административный орган опирался на следующие доказательства: служебную записку от ДД.ММ.ГГГГ, акт осмотра судна от ДД.ММ.ГГГГ, акт обнаружения неучтенных ВБР от ДД.ММ.ГГГГ; акт взвешивания неучтенной рыбопродукции от ДД.ММ.ГГГГ; протокол об аресте товаров, транспортных средств и иных вещей от ДД.ММ.ГГГГ; акт регистрации объемов добычи (вылова) при выгрузке в порту от ДД.ММ.ГГГГ; разрешение на добычу (вылов) ВБР № от ДД.ММ.ГГГГ с изменениями; разрешение на добычу (вылов) ВБР №ПМ от ДД.ММ.ГГГГ с изменением; разрешение на добычу (вылов) ВБР № от ДД.ММ.ГГГГ; разрешение на добычу (вылов) ВБР № от ДД.ММ.ГГГГ; разрешение на добычу (вылов) ВБР № от ДД.ММ.ГГГГ; разрешение на добычу (вылов) ВБР № от ДД.ММ.ГГГГ; копию промыслового журнала 

<

данные изъяты>»; копию промыслового журнала 

<

данные изъяты>»; копию промыслового журнала 

<

данные изъяты>»; копию промыслового журнала 

<

данные изъяты>»; копию промыслового журнала 

<

данные изъяты>»; копию промыслового журнала 

<

данные изъяты>»; копию журнала учета суточного вылова рыбы-сырца №, начатого ДД.ММ.ГГГГ и продолженного до ДД.ММ.ГГГГ включительно; служебную записку от ДД.ММ.ГГГГ; акт осмотра судна от ДД.ММ.ГГГГ (приход); грузовые декларации от ДД.ММ.ГГГГ; копию заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о стоимости ВБР, явившихся предметом правонарушения; копию определения о назначении экспертизы стоимости ВБР от ДД.ММ.ГГГГ; копию заключения эксперта ФИО 3 от ДД.ММ.ГГГГ; копию трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ между 

<

данные изъяты>» и ФИО 1; копии актов о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение от 17, 18, ДД.ММ.ГГГГ; выписку из ЕГРЮЛ в отношении 

<

данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ; протокол от ДД.ММ.ГГГГ; ходатайство защитника Крутиковой Н.П. от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с положениями статьи 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях задачами производства по делам об административных правонарушениях являются, в частности, всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом.

Исходя из положений части 1 статьи 1.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только наличие законных оснований для применения административного наказания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности.

В соответствии со статьей 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, в том числе - результатов проверки, проведенной в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля, если указанные доказательства получены с нарушением закона.

Предмет административного правонарушения предусмотренного ч. 2 ст. 8.17 КРФоАП определен путем проведения ихтиологической экспертизы в рамках дела об административном правонарушении, возбужденном в отношении должностного лица – капитана судна ФИО 1 в ходе административного расследования. В дальнейшем заключение эксперта ФИО 3 от ДД.ММ.ГГГГ приобщено к материалам дела в отношении юридического лица, также как и заключение экспертизы о стоимости ВБР от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной экспертом ФИО 2, также в рамках административного расследования в отношении должностного лица. 

Частью 1 статьи 26.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено, что в случаях, если при производстве по делу об административном правонарушении возникает необходимость в использовании специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле, должностное лицо, в производстве которого находится дело, выносит определение о назначении экспертизы.

В силу части 2 данной статьи эксперту должны быть разъяснены его права и обязанности.

В соответствии с положениями указанной нормы и части 3 статьи 25.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях эксперт предупреждается об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

До направления определения для исполнения должностное лицо, в производстве которого находится дело об административном правонарушении, обязано ознакомить с ним лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, разъяснить ему права, в том числе право заявлять отвод эксперту, право просить о привлечении в качестве эксперта указанных им лиц, право ставить вопросы для дачи на них ответов в заключении эксперта (часть 4 статьи 26.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

КРФоАП не запрещает использование доказательств, полученных в рамках административного расследования в отношении иного лица, а учитывая, что заключение эксперта ФИО 3 в данном случае использовано как одно из доказательств по делу, а не как результат экспертизы, проведенной в рамках дела в отношении 

<

данные изъяты>», соблюдение норм ст. 26.4 КРФоАП не являлось обязательным. Соответственно, оснований считать, что предмет административного правонарушения в данном случае не установлен, не имеется, тем более что из материалов дела не следует, что в период производства по делу со стороны Общества заявлялось ходатайство о проведении отдельной ихтиологической экспертизы, не смотря на выраженное несогласие с заключением эксперта ФИО 3, учитывая, что при этом Общество согласилось с заключением об оценке стоимости ВБР. Также суд не считает обоснованными доводы о том, что не установлен субъект административного правонарушения и само событие правонарушения, учитывая, что в данном случае из акта осмотра судна и акта обнаружения неучтенных ВБР от ДД.ММ.ГГГГ следует, что именно в ходе осмотра выявлены: камбала-ерш ПБГ вяленая – 34,400 кг; филе палтуса со шкурой без кости мороженое – 17,600 кг; треска ПБГ без хвоста мороженая – 19,900 кг; филе зубатки пестрой без шкуры и кости мороженое – 6,400 кг; филе трески без шкуры без кости мороженое – 63,200 кг; филе окунф со шкурой без кости мороженое – 4,700 кг; филе камбалы морской со шкурой без кости мороженое – 24 кг; филе трески со шкурой без кости мороженое – 101.600 кг; палтус японской резки без хвоста мороженый – 29,200 кг; окунь потрошеный с головой мороженый – 5 кг; печень трески в банках тара № 3 – 60 штук; окунь потрошеный без головы мороженый – 4,700 кг. В данном случае в актах конкретно указано, что данные ВБР выявлены как в трюме, так и в каюте капитана, при том, что последний не оспаривал факт того, что указанные ВБР являются неучтенными и сокрытыми. Отсутствие детального описания места обнаружения не влияет на данный факт, как и то, что печень трески в 60 банках производилась на рыбофабрике судна с использованием жестяной тары, что отнюдь не исключает факт того, что ВБР, использованные для ее производства, не были отражены в промысловой и судовой документации. 

Ссылка на то, что административный орган не установил субъекта правонарушения, поскольку не ясно, по какому из разрешений осуществлялся промысел в момент добычи неучтенных ВБР, не состоятельна в силу того, что 

<

данные изъяты>» являлось как одним собственников судна, так и работодателем экипажа судна и капитана ФИО 1, который, выступая от имени Общества, обязан был не только обеспечить работу экипажа, но и следить за соблюдением на судне норм российского законодательства, представляя в данном случае 

<

данные изъяты>». Действительно, пользователи ВБР несут ответственность за соблюдение Правил рыболовства, но это не снимает ответственности с судовладельца, предоставившего свое судно и экипаж для осуществления промысла на условиях договоров аренды – тайм-чартера всем пользователям ВБР, по разрешениям которых и велся промысел ВБР, с каждым из которых и был заключен соответствующий договор. При этом в самих разрешениях указано, что обязательным условием осуществления добычи (вылова) ВБР является соблюдение требований в области охраны окружающей среды, Правил рыболовства и ограничений рыболовства и так далее. При этом в разрешениях отсутствует указание, что это распространяется только на пользователей ВБР, тем более что согласно ч. 4 ст. 43.1 ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биоресурсов» правила рыболовства, нарушение которых вменено 

<

данные изъяты>», обязательны для исполнения юридическими лицами и гражданами, осуществляющими рыболовство и иную связанную с использованием водных биоресурсов деятельность. Ни Закон, ни подзаконные акты не указывают на то, что их соблюдение вменено только пользователям ВБР, имеющим соответствующие разрешения.

Также нельзя рассматривать технические описки и ошибки в постановлении как существенное нарушение процессуальных норм, учитывая, что в данном случае ошибки в датировании заключения эксперта № и указание на то, что дело в отношении 

<

данные изъяты>» возбуждено ДД.ММ.ГГГГ – датой рассмотрения дела об административном правонарушении и вынесения оспариваемого постановления явно следует рассматривать как описки, о чем и заявил представитель административного органа. 

Таким образом, из представленных материалов дела следует, что в ходе рассмотрения дела, при правовой оценке всех обстоятельств дела и собранных доказательств, должностным лицом не были нарушены требования статьи 26.11 КРФоАП.

Обстоятельств, которые в силу статьи 24.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях, могли бы повлечь прекращение производства по делу, не установлено.

Срок привлечения к административной ответственности, установленный ст. 4.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях, не истек.

Процессуальных нарушений, влекущих отмену постановления, судом не установлено. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 30.6-30.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья 

РЕШИЛ:

Постановление ПУ ФСБ России по западному арктическому району № 2109/2344-19 от 21.11.2019 о привлечении ООО «Мурманская рыболовецкая компания» к административной ответственности по ч. 2 ст. 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях – оставить без изменения, жалобу защитника ООО «Мурманская рыболовецкая компания» Крутиковой Н.П. – без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд города Мурманска в течение 10 суток со дня вручения (получения) копии решения.

Судья: Н.В. Шуминова