47RS0011-01-2019-001465-08

Дело № 2-85/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Ломоносов 9 октября 2020 года

Ломоносовский районный суд Ленинградской области в составе председательствующего судьи Яковлевой М.В.

с участием помощника прокурора Ломоносовского района Ленинградской области Тарасовой Э.Н., 

при секретаре Спренгель У.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГОАУЗ «Мончегорская центральная районная больница», СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» и Комитету имущественных отношений Санкт-Петербурга о компенсации морального вреда, причиненного здоровью вследствие оказания некачественных медицинских услуг,

УСТАНОВИЛ:

Первоначально ФИО1 обратился в Ломоносовский районный суд Ленинградской области с исковым заявлением к ГОАУЗ «Мончегорская центральная районная больница» и СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» о взыскании солидарно с ответчиков суммы компенсации морального вреда, причиненного здоровью вследствие оказания некачественных медицинских услуг в размере 2000000 рублей 00 копеек. 

В ходе рассмотрения дела истцом неоднократно изменялись исковые требования путем представления в суд соответствующего заявления в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, последний раз 25 сентября 2020 года, согласно которым, ФИО1 оставил исковые требования в первоначальной редакции (т. 2 л.д. 236-237). 

Протокольным определением суда от 2 июля 2020 года к участию в деле в качестве ответчика привлечен Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга (том 2 л.д. 159-162).

Кроме того, протокольным определением Ломоносовского районного суда Ленинградской области от 17 октября 2019 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлечены врачи-неврологи ФИО2 и ФИО3, а также АО Страховая группа «СОГАЗ» (т. 1 л.д. 97-100).

В обоснование заявленных исковых требований ФИО1 указал, что 9 мая 2017 года он, находясь у себя дома, почувствовал сильную головную боль. 

10 мая 2017 года, проснувшись утром, истец обнаружил у себя 

<

данные изъяты>, после чего истец незамедлительно поехал на прием к врачу-неврологу в СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85», где истцу было отказано в бесплатном приеме ввиду отсутствия приема «бесплатного» врача. После истец был направлен в платную регистратуру для заключения договора об оказании медицинских услуг, а затем к врачу-неврологу. На приеме врач, осмотрев истца, дала рекомендации, выписала необходимое лечение и выдала консультативное заключение. При этом истец предупредил врача о взятом им на тот же день билет в Мурманскую область, на что врач сказала, «езжайте к себе домой и там лечитесь».

По приезду в город Мончегорск ФИО1 обратился в частном порядке в приемный покой Мончегорской районной больницы, где был осмотрен заведующей неврологическим отделением, которая так же сказала истцу, что ничего страшного в этом нет, согласилась с назначениями врача СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85», направила истца в поликлинику города Мончегорска. В указанной поликлинике, осмотревший истца врач-невролог, установив диагноз 

<

данные изъяты>», сделала определенные назначения, которые положительного результата не дали. 

По прошествии недели, ФИО1 пришел на прием к врачу терапевту по направлению врача-невролога поликлиники города Мончегорска, где, по мнению истца, не было скорректировано лечение, и истец не был направлен на госпитализацию. 

В связи с тем, что лечение, назначенное истцу врачами в городе Мончегорске результата не дали, истец был вынужден обратиться за медицинской помощью в другом регионе, и вернувшись в город Санкт-Петербург обратился в СПБ ГБУЗ «Городская больница № 15», где 24 мая 2017 года ФИО1 был незамедлительно госпитализирован и проходил стационарное лечение с поставленным диагнозом 

<

данные изъяты>. В указанном медицинском учреждении, по мнению истца, ему было оказано квалифицированное лечение, после которого отмечена незначительная положительная динамика в виде 

<

данные изъяты> 

Учитывая изложенное, полагая, что ответчиками ГОАУЗ «Мончегорская центральная районная больница» и СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» истцу были оказаны некачественные медицинские услуги, ФИО1 обратился в суд с названными требованиями. 

Истец ФИО1 в судебное заседание явился, доводы искового заявления поддержал с учетом изменений, просил суд о его удовлетворении в полном объеме. 

Представитель истца – адвокат Тарасова О.В., действующая на основании ордера № 76 а от 30 июля 2020 года (т. 2 л.д. 169), доводы иска поддержала в полном объеме, просила о его удовлетворении. 

Представитель ответчика ГОАУЗ «Мончегорская центральная районная больница» в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен судом надлежащим образом, ранее представителем ответчика – ФИО4, действующим на основании доверенности от 9 января 2018 года (т. 1 л.д. 143) представлены письменные возражения на иск, где ответчик просит суд отказать в удовлетворении настоящего искового заявления в полном объеме, посчитав требования ФИО1 необоснованными и не подлежащими удовлетворению (т. 1 л.д. 146-147б). 

Представитель ответчика СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» адвокат Колонтарева И.Р., действующая на основании ордера № 040 от 12 сентября 2019 года (т. 1 л.д. 40) в судебное заседание явилась, поддержав доводы ранее представленных письменных возражений на исковое заявление, возражала относительно заявленных истцом требований, просила отказать в удовлетворении иска в полном объеме, поскольку основания для взыскания компенсации морального вреда отсутствуют (т. 1 л.д. 60-66).

Представитель ответчика Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга в суд не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен судом надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие, представил письменный отзыв, согласно доводам которого, Комитет не является надлежащим ответчиком по делу, по существу спора возражений не представил (т. 2 л.д. 217-219). 

Третьи лица ФИО2 и ФИО3 в суд не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены судом в установленном законом порядке, возражений по иску не представили, об отложении, рассмотрении дела в свое отсутствие не просили. 

Ранее в судебном заседании 20 декабря 2019 года третье лицо – врач-невролог ФИО2 дала пояснению по существу заявленных истцом требований, представив письменные пояснения по иску (т. 1 л.д. 148), показала, что на приеме она внимательно осмотрела ФИО1, поставив диагноз 

<

данные изъяты> при этом была проведена соответствующая диагностика. ФИО2 также показала, что при установленном истцу диагнозе, госпитализация ему не требовалась (т. 1 л.д. 173-177). 

Третье лицо АО Страховая группа «СОГАЗ» в суд не явилось, о месте и времени рассмотрения дела извещены судом надлежащим образом, представителя в суд не направило, просило о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя (т. 2 л.д. 101). 

Опрошенный в судебном заседании специалист ФИО7 показала, что в соответствии с имеющимися стандартами оказания медицинской помощи, назначение препаратов устанавливается в соответствии с тяжестью заболевания, сначала ставится диагноз, потом назначается лечение. Для амбулаторного лечения в приоритете стоят клинические рекомендации. По мнению указанного специалиста в отношении ФИО1 врачом были определены неправильные условия оказания медицинской помощи, а также показала, что применение препаратов при заболевании, диагностированном истцу, возможно, но только в условиях стационара и под постоянным наблюдением. 

Опрошенный в судебном заседании эксперт ФИО12 подтвердил выводы составленного им заключения на основании определения суда о назначении по делу судебной медицинской экспертизы, показал, что правильность лечения зависит от того, насколько верно был установлен первоначальный диагноз, при этом жестких регламентных документов, регулирующих действия врача в рамках оказания амбулаторной помощи, нет, поэтому врач оценивает состояние больного, исходя из проведенного осмотра и собранного сопутствующего анамнеза. По мнению указанного эксперта, предложенное истцу лечение в СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» было верным. 

Опрошенная в судебном заседании эксперт ФИО13, показала, что заключение судебно-медицинской экспертизы, было составлено ею совместно с экспертом ФИО12, составлено на основании представленных медицинских карт истца, из которых следовало, что поставленный истцу диагноз соответствовал легкой степени тяжести пациента. Также ФИО13 пояснила, что ей на исследование были представлены лишь медицинские карты истца, из содержания которых ей было необходимо установить правильность оказания медицинской помощи.

Помощник прокурора Ломоносовского района Ленинградской области Тарасова Э.Н. в судебном заседании полагала исковые требования подлежащими удовлетворению в части, а именно: с ответчика ГОАУЗ «Мончегорская центральная районная больница», по мнению прокурора, подлежит взысканию сумма компенсации морального вреда в размере 350000 рублей 00 копеек, с СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» - 400000 рублей 00 копеек. 

Суд, руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, опросив специалиста ФИО7 и экспертов ФИО12 и ФИО13, изучив представленные доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из смысла указанных норм права следует, что для применения предусмотренной ими ответственности необходимо наличие состава правонарушения, который включает в себя наличие вреда и доказанность его размера, противоправность действий и вину причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между действиями ответчиков и возникшими у истца неблагоприятными последствиями.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 10 мая 2017 года истец ФИО1 обратился в СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» за медицинской помощью, что подтверждается представленным в материалы дела договором № 59 (т. 1 л.д. 12-13).

Из указанного договора следует, что осмотр и консультация была проведена врачом-неврологом – ФИО2, поставившим истцу диагноз – невропатия правого лицевого нерва от 9 мая 2017 года ДДЗ, умеренная цервикалгия справа и давшим по результату осмотра консультативное заключение и рекомендации (т. 1 л.д. 14). 

Истцом в материалы дела также представлены медицинские документы, свидетельствующие об обращении истца в СПб ГБУЗ «Городская больница № 15». Так согласно выписному эпикризу (медицинская карта Д/С больного № 22719) истец ФИО1 находился на стационарном лечении в указанном медицинском учреждении на I неврологическом отделении с 24 мая 2017 года по 9 июня 2017 года с жалобами на 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 19-20).

1 июня 2017 года медицинским центром «Аверс» проведено обследование истца ФИО1, где в качестве диагноза указано: 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 21-25).

Кроме того, истцом в материалы дела представлена копия амбулаторной карты № 19976, подтверждающая его обращение 12 апреля 2019 года в Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт мозга человека им. Н.П. Бехтеревой Российской Академии наук. Согласно заключению у пациента – последствия 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 26-27). 

Согласно экспертному заключению (протокол осмотра качества медицинской помощи), где наименованием проверяющей организации указан Мурманский филиал АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед»: не оформлено согласие на медицинское вмешательство. Неверная тактика ведения пациента с 

<

данные изъяты> – нуждался в экстренной госпитализации, комплексном лечении. Поскольку пациент через 10 дней был госпитализирован в стороннее медицинское учреждение и обследован, далее нуждался в восстановительном лечении. Наиболее значимыми ошибками указано, что пациент не направлен на госпитализацию, а передан терапевту для продолжения амбулаторного лечения (т. 1 л.д. 28). 

Согласно экспертному заключению Мурманского филиала АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» № 14220 от 27 июля 2017 года лечение пациента должен был проводить невролог. На приеме терапевта 19 мая 2017 года не описан локальный статус. При сохранении жалоб не проводилась коррекция лечения. Не назначены консультации ЛОР врача, окулиста и невролога. На приеме 23 мая 2017 года недостаточно описана динамика состояния, не описывается локальный статус. Пациент не направлен на госпитализацию. Закрыт лист нетрудоспособности 23 мая 2017 года и записано, что пациент уезжает в Санкт-Петербург. Нет пояснения обоснованности прерывания лечения и рекомендаций по лечению. В качестве обоснования негативных следствий ошибок в сборе информации указано: удлинение сроков лечения (т. 1 л.д. 30). 

Обращение истца в Мурманский филиал АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» подтверждается в том числе. Представленным в материалы дела актами №№ 1721 и 1768 от 27 июня 2017 года экспертизы качества медицинской помощи (целевой) (т. 1 л.д. 29).

В подтверждение доводов искового заявления истцом в материалы дела представлен Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 24 декабря 2012 года № 1497н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при поражениях 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 32-38).

Согласно ответу Министерства здравоохранения Мурманской области за № 08-04/И-3109-ИА от 6 декабря 2019 года на обращение истца с просьбой провести проверку по изложенным в обращении фактам (т. 1 л.д. 161-164), Министерством не могут быть сделаны какие-либо однозначные выводы о необходимости лечения истца на тот период, при этом указано, что выводы экспертного заключения, проведенного Мурманским филиалом АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» ГОАУЗ «Мончегорская центральная районная больница» оспорены не были (т. 1 л.д. 165-167). 

В ответе Территориального органа Росздравнадзора по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 12 декабря 2019 года, указано, что подтверждение факта причинения вреда здоровью истца, определение степени его тяжести, а также наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) медицинских работников, принимавших в оказании помощи истцу и нынешним состоянием его здоровья могут быть установлены в ходе судебно-медицинской экспертизы (т. 1 л.д. 168-169). 

Определением Ломоносовского районного суда Ленинградской области от 20 декабря 2019 года по настоящему гражданскому делу на основании ходатайства истца ФИО1 назначена судебно-медицинская экспертиза (т. 1 л.д. 178-181).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 1747/2020-2-1613/2019, подготовленному экспертами Санкт-Петербургского института независимой экспертизы и оценки ФИО13 и ФИО12 от 25 февраля 2020 года: в СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» оказание амбулаторной медицинской помощи соответствовало клинической оценке пациента с учетом выраженности клинических проявлений патологии 

<

данные изъяты>. В медицинских записях имеются недостатки в описании неврологического статуса пациентов, что следует расценивать как дефект ведения медицинской документации, при этом каких-либо существенных недостатков оказания медицинской помощи ФИО1 в СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» не выявлено. Оказание медицинской помощи ФИО1 в ГОАУЗ «Мончегорская центральная районная больница» имело следующие недостатки:

- отсутствие ненадлежащего динамического наблюдения за пациентом со стороны невролога – пациент не был осмотрен неврологом повторно;

- назначенное лечение без оценки пациента в динамике и эффективности лечения не корректировалось;

- отсутствие обоснованности не назначения физиотерапевтического лечения, ЛФК, гормонотерапии, антихолинэстеразных средств с учетом сведений об отсутствии положительной динамики в состоянии пациента; - необоснованное направление пациента с неврологическим заболеванием для дальнейшего наблюдения и лечения к непрофильному специалисту терапевту после первичного осмотра неврологом (т. 1 л.д. 185-214). 

Договором № 000041932 на представлении платных услуг, заключенным между ООО «Гранти-мед» с ФИО1 28 июля 2020 года (т. 2 л.д. 173-174) подтверждается обращение истца за медицинской помощью в указанное медицинское учреждение.

Кроме того, в материалы дела представлена электронейромиограмма, выполненная Лабораторией клинической нейрофизиологии Российской Академии наук, где в качестве заключения указано: 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д.175-177).

В подтверждение доводов иска ФИО1 также представлены договор № 75-20 возмездного оказания медицинских услуг, заключенного истцом с ООО «Аверс» с приложенным актом о приемке оказанных работ от 26 июля 2020 года (т. 3 л.д. 11-13); договор оказания платных медицинских услуг № 4222 от 5 августа 2020 года с приложенным заключением (т. 3 л.д. 16, 17), договор № 1008/2020 от 10 августа 2020 года, заключенный между истцом и ЧЭУ «Городское учреждение независимой судебной экспертизы» (т. 3 л.д. 19-21), а также заключение специалистов (комплексная рецензия) № 5535 от 26 июня 2020 года (т. 3 л.д. 71-120).

Согласно заключению специалиста в области судебной медицины № 1008/2020 от 10 августа 2020 года, по мнению комиссии специалистов, недостатки лечения (главным образом отсутствие гормональной терапии, а также более эффективного лечения 

<

данные изъяты>) в амбулаторных условиях (отсутствие рекомендаций по комплексному стационарному лечению) не направили и не замедлили имевшийся у ФИО1 патологический процесс, способствовали его закономерному развитию с возникновением негативных отдаленных последствий, состоят с последними в причинно-следственных отношениях (причинно-следственной связи) (т. 3 л.д. 30-55). 

Кроме того, истцом в материалы дела представлено заключение специалистов (комплексная рецензия) № 5535 от 26 июня 2020 года на заключение экспертов № 1747/2020-2-1613/2019 от 25 февраля 2020 года (судебная экспертиза), подготовленное на основании обращения ФИО1, согласно выводам которого, представленное на исследование заключение экспертов не соответствует установленным к нему требованиям статей 16, 25 Федерального закона № 73-ФЗ от 31 мая 2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», выводы экспертов являются противоречивыми, отсутствуют обоснования выводов по поставленным вопросам, поскольку выводы экспертов не подкреплены ссылками на нормативные и медицинские документы, которые эксперты должны были использовать для объективного, всестороннего, полного, строго научно обоснованного решения поставленных перед ними вопросов. По мнению специалистов, заключение экспертов № 1747/2020-2-1613/2019 от 25 февраля 2020 года не является полным, всесторонним и объективным, не соответствует представлению о законченном судебно-медицинском исследовании с обоснованными результатами, бессодержательно в аспекте формулирования положений мотивировочной части. Выводы указанного заключения судебной экспертизы, противоречивы и не обоснованы, построены на субъективных суждениях и не являются верными. Данное заключение не может использоваться в качестве доказательства при принятии юридически значимых и процессуальных решений. 

Оснований не доверять экспертному заключению, подготовленному экспертами Санкт-Петербургского института независимой экспертизы и оценки, у суда не имеется, поскольку данное заключение соответствует требованиям, предусмотренным Федеральным законом от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», обосновано, эксперты, проводившие экспертизу, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Изучив представленное заключение специалистов (комплексная рецензия) № 5535 от 26 июня 2020 года на заключение экспертов № 1747/2020-2-1613/2019 от 25 февраля 2020 года (судебная экспертиза), суд приходит к выводу о том, что замечания, высказанные в заключении специалистов относительно судебной экспертизы в большей степени относятся к процедуре проведения заключения и не опровергают выводов судебной экспертизы, таким образом, в рецензии, в указанной части, выражено субъективное мнение в отношении экспертного заключения, которое сводится к несогласию с выводами эксперта, однако, указанную рецензию нельзя признать недопустимым доказательством, и необходимо использовать её как дополнительное компетентное мнение специалистов в области медицины.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Обязанность доказывания противоправного характера действий ответчика и наличие причинно-следственной связи между ними и негативными последствиями возложена на лицо, требующее возмещение причиненного ему вреда.

На основании заключения судебной экспертизы, а также представленной истцом рецензии и других документов, суд приходит к выводу о том, что в данном конкретном случае оказанная ответчиками некачественная медицинская помощь ФИО1, а именно: со стороны СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» - недостатки в медицинских записях в описании неврологического статуса пациентов, которые со слов допрошенного эксперта ФИО12, могли стать причиной неверно назначенного лечения, со стороны ГОАУЗ «Мончегорская центральная районная больница»: отсутствие ненадлежащего динамического наблюдения за пациентом со стороны невролога – пациент не был осмотрен неврологом повторно; назначенное лечение без оценки пациента в динамике и эффективности лечения не корректировалось; отсутствие обоснованности не назначения физиотерапевтического лечения, ЛФК, гормонотерапии, антихолинэстеразных средств с учетом сведений об отсутствии положительной динамики в состоянии пациента; необоснованное направление пациента с неврологическим заболеванием для дальнейшего наблюдения и лечения к непрофильному специалисту терапевту после первичного осмотра неврологом, способствовали развитию неблагоприятных последствий по здоровью ФИО1, что принесло и продолжает приносить истцу нравственные страдания.

Вместе с тем, прямая причинно-следственная связь между имеющимися дефектами и неблагоприятным исходом (

<

данные изъяты> нерва и т.д.) не установлено, так как нельзя не учитывать влияние общего состояния здоровья ФИО1 и личностных особенностей организма на момент обращения за медицинской помощью. 

Дополнительно, опрошенные в судебном заседании эксперты и специалист отметили, что даже при своевременном устранении выявленных дефектов оказания медицинской помощи, проведении тщательного и внимательного осмотра пациента, полного объёма необходимых диагностических исследований и выполнении соответствующего лечения, гарантировать благоприятный исход заболевания у ФИО1 не представляется возможным, так как 

<

данные изъяты>» является заболеванием, исход которого зависит от множественных факторов, не связанных с оказанием медицинской помощи, кроме того особенностью данного вида недуга является то, что он тяжело поддается лечению.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда, осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинён моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред.

Пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» предусмотрено, что, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причинённого ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Оценив имеющиеся в деле доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о наличии у ФИО1 права требования с ответчиков компенсации морального вреда в связи с оказанной ответчиками некачественной медицинской помощи.

При определении размера компенсации морального вреда, причинённого истцу вследствие с оказанной ответчиками некачественной медицинской помощи судом учитывается характер перенесённых истцом нравственных страданий, обстоятельств причинения вреда, а также требования разумности и справедливости. 

При определении степени ответственности и обязанности возмещения причиненного морального вреда, суд не может согласиться с требование истца о солидарной ответственности ответчиков СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» и ГОАУЗ «Мончегорская центральная районная больница» исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 322, статье 323 Гражданского кодекса Российской Федерации, солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства. 

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, как полностью, так и в части долга.

То есть, солидарная ответственность возникает при неделимости предмета обязательства, совместном причинении вреда и так далее и представляет собой совместную ответственность группы лиц, принявших на себя обязательство.

С учётом установленных обстоятельств, а также норм закона, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для применения солидарной ответственности к ответчикам СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» и ГОАУЗ «Мончегорская центральная районная больница», и удовлетворении исковых требований ФИО1 частично, а именно: взысканию с ГОАУЗ «Мончегорская центральная районная больница» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 400000 рублей 00 копеек, а также солидарно с СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» и Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга (согласно пункту 1.2 Устава СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» (т. 1 л.д. 67-77)) в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 400000 рублей 00 копеек, что отвечает требованиям разумности и справедливости.

Также истцом были заявлены требования о возмещении судебных издержек, а именно: расходы по оплате судебно-медицинское экспертизы в размере 115000 рублей 00 копеек, по оплате комплексной рецензии в размере 43500 рублей 00 копеек, по оплате медицинских услуг (ЭНМГ) в размере 5500 рублей 00 копеек, по оплате заключения специалистов в размере 55000 рублей 00 копеек, по оплате услуг офтальмолога, невролога и психотерапевта в размере 2950 рублей 00 копеек, 1000 рублей 00 копеек и 4500 рублей 00 копеек соответственно, по изготовлению фотографий в размере 300 рублей 00 копеек, а всего на сумму 227300 рублей 00 копеек.

В соответствии со статьями 94 и 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», а также с учетом правовой позиции, высказанной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 октября 2005 № 355-О, о том, что суд не вправе уменьшать размер соответствующих расходов произвольно, однако, не лишен права оценивать разумность понесенных расходов, исходя из конкретных обстоятельств дела, объема защищаемого права и с учетом доказанности суммы понесенных истцом расходов, а также частичным удовлетворением иска суд полагает возможным взыскать с ответчиков в пользу истца расходы, понесенные истцом при рассмотрении дела на общую сумму в размере 213800 рублей 00 копеек (исключив расходы, понесенные ФИО1 на обращение к врачам, поскольку указанные сведения преимущественного доказательственного значения для дела не имеют), взыскав с ГОАУЗ «Мончегорская центральная районная больница» судебные расходы в размере 106900 рублей 00 копеек, а также солидарно с СПб ГБУЗ «Консультативно-диагностический центр № 85» и Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга в размере 106900 рублей 00 копеек. 

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к государственному областному автономному учреждению здравоохранения «Мончегорская центральная районная больница», Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Консультативно-диагностический центр № 85» и Комитету имущественных отношений Санкт-Петербурга о компенсации морального вреда, причиненного вследствие оказания некачественных медицинских услуг - удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Консультативно-диагностический центр № 85» и Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга в качестве компенсации морального вреда в пользу ФИО1 400000 рублей 00 копеек.

Взыскать с государственного областного автономного учреждения здравоохранения «Мончегорская центральная районная больница» в качестве компенсации морального вреда в пользу ФИО1 400000 рублей 00 копеек.

Взыскать солидарно с Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Консультативно-диагностический центр № 85» и Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга в пользу ФИО1 судебные расходы в размере 106900 рублей 00 копеек.

Взыскать с государственного областного автономного учреждения здравоохранения «Мончегорская центральная районная больница» в пользу ФИО1 судебные расходы в размере 106900 рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к государственному областному автономному учреждению здравоохранения «Мончегорская центральная районная больница», Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Консультативно-диагностический центр № 85» и Комитету имущественных отношений Санкт-Петербурга о компенсации морального вреда, причиненного вследствие оказания некачественных медицинских услуг - отказать.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ломоносовский районный суд Ленинградской области в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 16 октября 2020 года.

Судья М.В. Яковлева