Дело № 2-1988/2018 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 октября 2018 г. г. Ярославль

Фрунзенский районный суд г. Ярославля в составе председательствующего судьи Ивахненко Л.А., при секретаре Лесовой М.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 об обязании демонтировать камеры наружного видеонаблюдения, взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, с учетом уточнения исковых требований в протокольной форме в судебном заседании 09.10.2018 г., о возложении на ответчика обязанности по демонтажу четырех камер видеонаблюдения, фиксирующих изображение и звук, а именно: двух камер, установленных в прихожей и двух камер, установленных по периметру дома по адресу: .........; взыскании с ответчика компенсации морального вреда в сумме 30 000 руб.

В обоснование иска указано, что сторонам по настоящему делу на праве общей долевой собственности принадлежит жилой дом по адресу: ......... где они постоянно проживают. Стороны находятся между собой в конфликтных отношениях, что явилось причиной неоднократного обращения истца в правоохранительные органы с жалобами на неправомерные действия ответчика. Решением Красноперекопского районного суда г. Ярославля на ФИО2 была возложена обязанность по передаче полного комплекта ключей от дома № ......... по 

<

адрес>, тем самым истец получил свободный доступ в каждую комнату дома по указанному адресу, которые ранее закрывались ответчицей на свои ключи. 

Истец указывает, что именно данное обстоятельство побудило установить в январе в январе 2018 г. в коридоре дома две камеры видеонаблюдения, три камеры по периметру дома. ФИО2 периодически угрожает истцу опубликованием записей с камер видеонаблюдения в сети «Интернет». Обзор видеокамер направлен в общий коридор, частично на сан.узел, частично в комнату истца и на кухню, на территорию придомового земельного участка. истец своего согласия на установку видеокамер не давал и против того, что за ним осуществляется слежение и нарушение его личных неимущественных прав. Действия ФИО2 причиняют истцу ежедневные моральные страдания, посягая на неприкосновенность частной жизни ФИО1, регламентированной Конституцией РФ. Истец постоянно испытывает страх того, что ФИО2 может использовать видеозаписи с камер с целью причинения вреда истцу. Истец является инвалидом 3 группы, перенес несколько инсультов. Своими действиями ФИО2 причиняет истцу еще большие нравственные страдания, что отражается на состоянии его здоровья. 

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям, пояснил суду, что летом 2018 г. одна из наружных камер была ответчицей демонтирована. В настоящее время камеры активно используются ответчицей, ее родственниками для угроза и шантажа в отношении истца, ответчица следит за каждым шагом истца, о чем сообщает в правоохранительные органы и своим родственникам. 

ФИО2, ее представитель адвокат Лопатина Т.В. в судебном заседании исковые требования не признали. Поддержали доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление, в котором указано, что между сторонами сложился определенный порядок пользования жилым домом, в соответствии с которым в пользовании истца и ответчика находится - условно квартира №2 жилого дома, служебные постройки уборная, гараж, сарай и прилегающий к данной части жилого дома земельный участок с организованным самостоятельным входом на его территорию. В указанной части жилого дома стороны проживали совместно в период брака до ЧЧ.ММ.ГГ.. В период совместного проживания сторон в жилом доме адресу: ........., истцом ФИО1 лично была произведена установка камер видеонаблюдения снаружи по периметру дома и в квартире, в целях безопасности и сохранности имущества. Данные камеры видеонаблюдения летом 2008 года были ФИО1 демонтированы и установлены в жилом доме по адресу: ........., принадлежащем ФИО2 на праве собственности и предоставленном в безвозмездное пользование истцу в июне 2008 года. ФИО2 с 2008 года проживала в жилом помещении по 

<

адрес> одна до момента вселения туда ФИО1 - 21.01.2018. В период раздельного проживания сторон в жилом доме по 

<

адрес> по инициативе ответчика в целях личной безопасности и сохранности имущества, была произведена установка камер видеонаблюдения: трех снаружи жилого дома и двух камер в месте общего пользования – коридоре, с обзором в сторону входной двери в жилой дом. Поскольку дом находится в частном секторе, требуются дополнительные меры безопасности. При вселении в жилой дом ФИО1 было известно о наличии камер видеонаблюдения, претензий он по этому поводу не предъявлял. 

Камеры видеонаблюдения являются открытыми, не скрыты, не расположены в муляже какого-либо бытового предмета, не имеют вынесенного зрачка объектива. Камеры видеонаблюдения не фиксируют, что происходит в помещениях: кухни, санузла, коридоре, разделяющем жилые помещения, жилой комнате истца ФИО1. Их обзор выходит на коридор в сторону входной двери, а также на придомовой участок в сторону входных ворот с калиткой со стороны улицы. Одна из камер видеонаблюдения, ранее установленная снаружи с обзором в сторону сарая, в конце июня 2018 года демонтирована в связи с неисправностью. Доступ к записям камер имеется только у ФИО2 Видеозаписи хранятся на жестком диске системного блока, логин и пароль только у ответчика. Глубина архива видеозаписей составляет примерно 10 дней, по истечении этого срока видеозаписи автоматически перезаписываются новыми данными. Просмотр записей производится ФИО2 эпизодически, по надобности. Имеется доступ к отключению питания камер, который является свободным, о чем ФИО1 известно и он производит периодически отключение. Системный блок находится в жилой комнате ФИО2, данное помещение закрывается на ключ, свободный доступ отсутствует. Неограниченному кругу видеозаписи не доступны, информация не распространяется. 

Выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1 ст. 10 ГК РФ).

Судом установлено, что жилой дом по адресу: ......... принадлежит сторонам на праве общей долевой собственности. По периметру и внутри дома были установлены несколько камер видеонаблюдения. Две камеры снаружи дома и две внутри, что также подтверждено представленными в материалы дела фотографиями.

В данном жилом помещении стороны совместно проживали в период брачных отношений – до ЧЧ.ММ.ГГ.. 

Решением мирового судьи судебного участка №4 Фрунзенского судебного района г. Ярославля от 24 августа 2017 года брак между сторонами расторгнут.

С момента прекращения брачных отношений до января 2018 г. стороны совместно не проживали. Истец проживал по адресу: .........

При этом из пояснений сторон судом установлено, что в 1999-2000 гг. истец с целью личной безопасности лично устанавливал камеры видеонаблюдения в доме № ......... по адресу: ........., которые в 2008 г. в связи с переездом были им демонтированы с целью установки по новому месту жительства. Спорные видеокамеры были установлены по инициативе ответчицы в декабре-январе 2017-2018 гг. до момента вселения истца в дом по адресу: .......... 

Данные обстоятельства не оспаривались истцом в судебном заседании.

Таким образом, в период вселения истца в спорное жилое помещение указанные камеры уже были установлены ответчицей, соответственно, их установка не могла быть связана с личностью истца и его проживанием в данном жилом доме. 

Из пояснений сторон, копии плана жилых помещений дома, ситуационного плана дома и построек на земельном участке, фотоматериала, приобщенного в дело сторонами истца и ответчика, судом установлено, что после раздела решением Фрунзенского районного суда г. Ярославля долей в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок по 

<

адрес> между сторонами сложился порядок пользования домом и участком, в соответствии с которым истец пользуется комнатой площадью 12 кв.м., ответчица комнатой площадью 21,2 кв.м, проход в комнаты производится через общие коридор и прихожую площадью 11,9 кв.м. и 6.2. кв.м. соответственно.

В углу коридора площадью 6.2 кв.м. установлены две видеокамеры с записывающими устройствами, одна из которых является компьютерной, устройство просмотра установлено в комнате ответчицы. Электророзетки с устройствами включения-выключения камер (блоками питания) находятся в свободном доступе, как для истица, так и для ответчицы, истец имеет неограниченную возможность в отключении обеих камер. В обзор данных видеокамер входит вход в помещения общего пользования сторон - в туалет (помещение 7), в коридор (помещение 6), в коридор (помещение 2), комнаты истца и ответчицы.

На наружной стене дома расположены две камеры видеонаблюдения, одна из которых является компьютерной, устройство просмотра установлено в комнате ответчицы. В обзор камер включен вход в жилом дом со стороны помещений истица и ответчицы, и выход на участок с расположенными постройками.

Истец в обоснование заявленных требований ссылается на тот факт, что в связи с наличием между сторонами конфликтных отношений ФИО2 установила камеры видеонаблюдения с целью осуществления слежки за истцом с последующим размещением отснятой информации в сети «Интернет». Действия ФИО2 нарушает право истца на неприкосновенность частной жизни.

Статьей 23 Конституции Российской Федерации регламентировано право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

Право на неприкосновенность частной жизни означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера. В понятие "частная жизнь" включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если она носит непротивоправный характер. 

То есть, гарантируемое ч. 1 ст. 23 Конституции РФ право на неприкосновенность частной жизни распространяется на ту сферу жизни, которая относится к отдельному лицу, касается только этого лица и охватывает охрану тайны всех тех сторон личной жизни лица, оглашение которых лицо по тем или иным причинам считает нежелательным.Право на неприкосновенность частной жизни означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера.

По факту установки камер видеонаблюдения по обращению ФИО1 проводилась проверка.

Постановлением следователя следственного отдела Фрунзенского района г. Ярославля следственного управления СК России по Ярославской области в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по сообщению о сборе и распространении ею информации, составляющей частную жизнь лица, отказано за отсутствием в ее действиях события преступления . 

Данным постановлением установлено, что камеры видеонаблюдения в квартире установлены ФИО3, по просьбе проживающей в ней ФИО2 Обзор камер видеонаблюдения выходит на общедомовую территорию - коридор квартиры, а также на придомовой участок, при этом камеры не фиксируют происходящее в комнате ФИО1 Записи с камер видеонаблюдения хранятся на жестком диске системного блока, находящегося в комнате у ФИО2 К записям с камер имеется удалённый доступ только у ФИО2, неограниченному кругу лиц записи недоступны.

В силу положений ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со ст. 304 ГК РФ собственник вправе требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения.

В гражданском законодательстве имеются общие положения о нематериальных благах и их защите (глава 8 ГК РФ), согласно которым защищаются неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, не отчуждаемые и не передаваемые иным способом.

К сбору и обработке фото- и видеоизображений применим Федеральный закон от 27.07.06 N 152-ФЗ "О персональных данных", предусматривающий следующее, что персональными данными является любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных) (п. 1 ст. 3), что включает фото- и видеоизображение человека.

В статье 2 указанного Федерального закона обеспечивается защита прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

Федеральный закон "О персональных данных" определяет, что обработка персональных данных осуществляется с согласия на это субъекта, в связи с чем, получение фото- и видеоизображений людей путем установки видеокамер, обработка биометрических персональных данных могут осуществляться только при наличии согласия в письменной форме субъекта персональных данных (п. 1 ч. 1 ст. 6, ч. 4 ст. 9, ст. 11).

В соответствии с п. 2 ст. 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, ч. 3 ст. 55 Конституции РФ право на неприкосновенность частной жизни может быть ограничено законом.

Суд учитывает, что место расположения видеокамер в доме и их технические характеристики не позволяют фиксировать вход в комнату истца непосредственно, фиксируются перемещения лиц, находящихся в доме, в местах общего пользования – коридоре и при входе в туалет. При этом, наблюдение ведется не скрытое - видеокамеры находятся на видном месте, могут быть свободно отключены, что подтверждает доводы ответчика о том, что камеры видеонаблюдения установлены ею в целях обеспечения безопасности жизни и здоровья ее семьи и сохранности личного имущества.

Законом не запрещена установка камер в целях защиты своего имущества. Поэтому действия одного из жильцов по установке камеры в месте общего пользования не является действием, посягающим на личную жизнь истца, поскольку в настоящее время жилые помещения и места общего пользования в доме находятся в общей собственности сторон, видеокамеры были установлены до фактического вселения истца в спорный жилой дом и до разрешения спора между сторонами о разделе общего имущества супругов. 

Уличные камеры также фиксируют перемещения при входе в жилой дом, что никем из сторон не оспаривается, что подтверждает доводы ответчицы об их установке в целях обеспечения безопасности ее имущества, поскольку дом находится в частном секторе города, что увеличивает риск потенциальных хищений имущества. 

Суд при этом также исходит из того, что права граждан на защиту тайны личной жизни имеет свои границы, которые определяются разумными социальными ожиданиями по поводу сохранности их личных и деловых интересов. Так, вход в жилой дом просматривается с улицы неограниченным кругом лиц, при открытии двери каждый собственник жилого дома должен разумно допускать возможность, что часть его жилого помещения может обозреваться кем-либо с публичного места и потому не вправе ожидать сохранение в тайне участков дома, доступных непосредственному обзору с общедоступных публичных мест, коими являются улицы и проезды. В то же время, собственник жилого помещения вправе ожидать, что никто не будет обозревать его помещение путем проникновения в него либо с использованием специальной техники значительно расширяющей границы получаемой информации.

Из материалов дела бесспорно следует и не оспаривается сторонами, что между сторонами сложились неприязненные отношения на почве отсутствия взаимопонимания по вопросам совместного пользования жилым домом, вспомогательными постройками, личного общения, что подтверждается материалами видеозаписи, исследованной в судебном заседании и приобщенной к материалам дела, а также по поводу соблюдения прав собственников дома.

Доводов, каким именно образом установленные видеокамеры нарушают какие-либо конституционные права истца, в том числе, право на частную жизнь, истцом не приведено, ссылка на тот факт, что ответчица заявляла о возможности размещения записей с камер в сеть «Интернет», ответчицей оспариваются, доказательств таких действий истцом не приведено.

Истец утверждают, что обзор камер в доме направлен в помещение его комнаты, что противоречит требованиям о соблюдении неприкосновенности частной жизни, однако не оспаривал доводы ответчицы о том, что обзор камер вход в комнату истца не охватывает, что также видно из представленного фотоматериала (фото № 5,6). 

Суд полагает, что в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ истец не представил доказательств нарушения его прав и законных интересов в связи с установкой ответчиком видеокамер. Сам же по себе факт установки видеокамер, наблюдение ответчиком с их помощью за происходящим, при имеющихся по делу обстоятельствах, не свидетельствует о нарушении прав истца.

Так, в суд не представлено доказательств нарушения прав истца на неприкосновенность частной жизни, что при помощи установленных видеокамер, ответчик осуществлял сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни истца. Установка ответчицей видеокамер произведена в целях личной безопасности и сохранности принадлежащего ей имущества, что не является нарушением прав истцов, гарантированных Конституцией РФ.

Истцом не было представлено доказательств, подтверждающих, что ответчица, установив указанные камеры видеонаблюдения, осуществляет сбор информации против него, его родственников и знакомых, вторгаясь в его личную жизнь.

Учитывая изложенное, суд приходит выводу о том, что действия ответчицы по установке камер видеонаблюдения в местах общего пользования не является действием, посягающим на личную жизнь истца, в связи с чем исковые требования подлежат оставлению без удовлетворения полностью. 

Оснований для взыскания компенсации морального вреда судом не усматриваются. 

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 2).

Нарушений таких прав судом не установлено. В обоснование заявленных требований о том, что в результате перенесенных стрессов от постоянного наблюдения за ним со стороны ответчицы у истца диагностированы неоднократные случаи инсультов, вследствие чего наступила инвалидность, относимых и допустимых доказательств суду не представлено. 

Таким образом, проанализировав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе удовлетворения исковых требований.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Ярославля в течение 1 месяца со дня изготовления мотивированного решения. 

Председательствующий Ивахненко Л.А.