Дело (УИД) №58RS0025-01-2024-000330-51

Производство №2-239/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Нижний Ломов 15 октября 2024 года

Нижнеломовский районный суд Пензенской области в составе председательствующего судьи Богдановой О.А.,

с участием истца-ответчика ФИО4,

представителя истца-ответчика – ФИО5, представившего доверенность от 24 января 2024 года,

ответчика-истца ФИО6,

представителя ответчика-истца ФИО6 - ФИО7, представившего доверенность от 17 апреля 2023 года,

при секретаре судебного заседания Нашивочниковой Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску по иску ФИО4 ча к ФИО6 о взыскании ущерба и по встречному иску ФИО6 к ФИО4 чу о возмещении материального ущерба,

Установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО6 о взыскании ущерба, указав, что 07 января 2024 года примерно в 17 часов во время движения на своём автомобиле марки Шевроле-Каптива, государственный №, по автодороге с. Голицыно - г. Нижний Ломов недалеко от п. Средний Нижнеломовского района его автомобилю были причинены механические повреждения лошадьми ответчика. Данные обстоятельства подтверждены результатами проведённой проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ. Проверкой установлено, что табун лошадей круглогодично ходит без присмотра, ответчик безответственно обращается с животными. В соответствии с актом экспертного исследования стоимость восстановительного ремонта повреждённого автомобиля составила без учёта эксплуатационного износа автомобиля 366 684 рубля 66 копеек, с учётом износа – 216 249 рублей 41 копейка. Со ссылкой на положения статей 15, 210, 1064 ГК РФ, п. 24.5-24.7 ПДД РФ, Закона «Об ответственном обращении с животными» от 27 декабря 2018 года №498-ФЗ просит взыскать с ФИО6 в возмещение причинённого ущерба 366 684 рубля, расходы за проведение экспертизы в размере 15 000 рублей, возврат государственной пошлины в размере 6 867 рублей, расходы по оформлению доверенности на представителя в размере 2 500 рублей.

Возражая относительно заявленных требований, ответчик ФИО6 предъявил встречный иск к ФИО4, в котором указал, что 07 января 2024 года около 18 часов из поступившего телефонного звонка ФИО6 стало известно, что ФИО8, двигаясь на автомашине Шевроле-Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, на участке дороге с. Голицыно - г. Нижний Ломов в районе п. Средний Нижнеломовского района совершил наезд и сбил жеребую лошадь породы «Советский тяжеловоз», выбежавшую с поля на дорогу. В результате ДТП машина была повреждена, а животное погибло. Водитель управлял источником повышенной опасности, в то время как лошадь таковой не является, что увеличивает его ответственность. На основании ст.ст. 15, 137, 1079 ГК РФ, Федерального закона №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» просит взыскать с ФИО4 в свою пользу материальный ущерб в размере 250000 рублей.

Определением Нижнеломовского районного суда от 27 мая 2024 года встречный иск ФИО6 к ФИО4 о возмещении ущерба принят в порядке ст. 138 ГПК РФ для совместного рассмотрения с первоначальным исковым заявлением ФИО4 (л.д. 122-123).

Истец-ответчик ФИО4 в судебном заседании заявленные требования поддержал, со встречным иском не согласился, сославшись на доводы, изложенные в предыдущих судебных заседаниях.

Представитель истца-ответчика ФИО4 - ФИО5, действующий по доверенности от 24 января 2024 года, заявленные требования своего доверителя поддержал, сославшись на доводы, изложенные в исковом заявлении. Со встречным иском ФИО6 не согласился, просил в его удовлетворении отказать, сославшись на письменный отзыв и пояснения, данные им в предыдущих судебных заседаниях. Также указал, что несмотря на то, что в акте экспертного исследования по определению стоимости восстановительного ремонта транспортного средства CHEVROLET KLAC CAPTIVA, государственный знак 

<

данные изъяты>, от 07 февраля 2024 года №361/23, стоимость восстановительного ремонта данного транспортного средства указана в размере 366 684 рублей 66 копеек, он и истец-ответчик ФИО4 поддерживают требования о взыскании материального ущерба в размере 366 684 рублей.

Ответчик-истец ФИО6 в судебном заседании с иском ФИО4 не согласился, встречный иск поддержал в полном объёме, полагая, что поскольку ФИО4 совершил наезд на принадлежащую ему лошадь, то истец-ответчик должен нести за это ответственность.

Представитель ответчика-истца ФИО6 - ФИО7, действующий по доверенности от 17 апреля 2023 года, в судебном заседании с иском ФИО4 не согласился, указав, что проведённой по делу экспертизой, где в описательной части указаны следы повреждений на транспортном средстве ФИО4, подтверждено, что ФИО4 совершил наезд на лошадь, принадлежащую ФИО6, в связи с чем ФИО4 несёт ответственность по возмещению ущерба его доверителю, как владелец источника повышенной опасности. Факт наезда ФИО4 на лошадь ФИО6 также подтверждается схемой места происшествия, которая не была оспорена ФИО4 Лошадь не является источником повышенной опасности, а является имуществом, в связи с чем в силу ст.ст. 1064, 1079 ГК РФ ФИО6 не может нести ответственность по возмещению вреда ФИО4, так как ответчик-истец не является причинителем вреда и не является владельцем источника повышенной опасности. Кроме того, с учётом правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года №6-П, согласно которой при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтверждённые расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты), полагал, что истцом-ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие, что при восстановлении транспортного средства должны быть приобретены новые комплектующие изделия (запасные части). Также полагал, что истцом-ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие, что механические повреждения на транспортном средстве, принадлежащему ФИО4, были получены именно 07 января 2024 года, а не в ином дорожно-транспортном происшествии. Просил в удовлетворении иска ФИО4 отказать в полном объёме. Встречные исковые требования своего доверителя поддержал, полагая, что ФИО4, являясь владельцем источника повышенной опасности и причинителем вреда (совершил наезд) имуществу ФИО6 (лошади) должен нести ответственность по возмещению вреда его доверителю в силу ст.ст. 1064, 1079 ГК РФ. Просил встречные исковые требования ФИО6 удовлетворить.

Выслушав объяснения лиц, участвующих по делу, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему:

как следует из материалов дела, 07 января 2024 года в 17 часов 00 минут на 44 км автодороги «Нижний Ломов-Плёсс-Голицыно» произошло столкновение транспортного средства марки Шевроле-Каптива, государственный №, и лошадей, перебегавших дорогу.

В результате указанного происшествия транспортное средство марки Шевроле-Каптива, государственный №, получило механические повреждения (л.д. 59 т. №1).

Собственником транспортного средства марки Шевроле-Каптива, государственный №, является истец-ответчик ФИО4, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства серии 

<

данные изъяты> № (л.д. 8).

В ходе рассмотрения дела установлено, что собственником лошадей, с которыми столкнулся истец-ответчик ФИО4 07 января 2024 года, является ФИО6

Указанное обстоятельство подтверждается материалом проверки КУСП №126 от 07 января 2024 года и материалом по факту ДТП от 07 января 2024 года на автодороге «Нижний Ломов-Плёсс-Голицыно» Нижнеломовского района Пензенской области (л.д. 55-62, 84-105 т. №1), а также выпиской из похозяйственной книги №7 от 2018 - 2024 годов, лицевой счёт №

<

***>, в которой отражено, что в домохозяйстве ФИО6 имеются лошади (л.д. 14 т. №1).

При этом ссылка представителя ответчика-истца ФИО7 на то, что в момент происшествия на проезжей части находилась только одна лошадь, принадлежащая ФИО6, иных лошадей не было, что подтверждается сообщением ФИО4, зарегистрированным в КУСП №126 от 07 января 2024 года, подлежат отклонению, поскольку, напротив из сообщения ФИО4, которое было зарегистрировано в МО МВД России «Нижнеломовский» 07 января 2024 года за №126, усматривается, что 07 января 2024 года на автодороге Голицыно-Плёсс около Средний посёлок на автомашину Шевроле Каптива, государственный №, налетел табун лошадей (л.д. 85 оборотная сторона т. №1). 

Согласно сведениям, предоставленным ОГИБДД МО МВД России «Нижнеломовский» №12

<

***> от 19 сентября 2024 года, на участке автомобильной дороги (Плёсс-Голицыно-Нижний Ломов» с 43 по 46 км (в том числе 44 км, где произошло 07 января 2024 года ДТП), отсутствуют знаки 1.26 «перегон скота», 1.27 «дикое животное», 8.2.1 (зона действия» (л.д. 66-69 т. №1).

Из материалов ОГИБДД МО МВД России «Нижнеломовский» (по факту ДТП от 07 января 2024 года на автодороге «Нижний Ломов-Плёсс-Голицыно» Нижнеломовского района Пензенской области) следует, что в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО4 отказано в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения (л.д. 56 т. №1).

Отказывая в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО4, инспектор ДПС ОГИБДД МО МВД России «Нижнеломовский» ФИО1 в определении серии 58 КО №132921 от 22 января 2024 года указал, что 07 января 2024 года в 17 часов на 44 км автодороги «Н-Ломов-Плёсс-Голицыно» Нижнеломовского района Пензенской области водитель ФИО4, управляя автомашиной Шевроле-Каптива, государственный №, не обеспечил постоянный контроль за своим транспортным средством, не выбрал безопасную скорость, соответствующую реальным условиям движения, в результате чего совершил наезд на животных, лошадей белого окраса, нарушив п. 10.1 ПДД РФ.

Решением Нижнеломовского районного суда от 12 марта 2024 года определение серии 58 КО №132921, вынесенное инспектором ДПС ОГИБДД МО МВД России «Нижнеломовский» ФИО1 22 января 2024 года, об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО4 изменено, из него исключено указание на то, что ФИО4 не обеспечил постоянный контроль за своим транспортным средством, не выбрал безопасную скорость, соответствующую реальным условиям движения, нарушив тем самым требования п. 10.1 ПДД РФ, а также указание на совершение им в результате этого наезда на животных (лошадей белого окраса), поскольку КоАП РФ не предусматривает возможности обсуждать вопросы о виновности лица и формулировать соответствующие выводы при отказе в возбуждении дела об административном правонарушении.

В остальной части определение инспектора ДПС ОГИБДД МО МВД России «Нижнеломовский» ФИО1 серии 58 КО №132921 от 22 января 2024 года оставлено без изменения (л.д. 31 т. №1).

Следовательно, доводы представителя ответчика-истца ФИО7 о том, что ФИО4 не оспорена схема ДТП, где зафиксирован наезд на лошадь ФИО6, подлежат отклонению, поскольку со схемой ДТП от 07 января 2024 года не согласился (л.д. 56 оборотная сторона т. №1), а в последующем оспорил определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении.

Как указывалось выше, транспортному средству марки Шевроле-Каптива, государственный №, в дорожно-транспортном происшествии (столкновение с лошадьми), имевшем место 07 января 2024 года, были причинены механические повреждения, что отражено в приложении к определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 07 января 2024 года и протоколе осмотра места происшествия от 07 января 2024 года с приложенными к нему фотографиями (л.д. 59, 89-91,93-98, 175-182 т. №1).

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (ч. 2).

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (ч. 2).

На основании п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Статьёй 1082 ГК РФ предусмотрено, что удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причинённые убытки (пункт 2 статьи 15).

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина разъяснено, что, по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причинённым источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).

По общему правилу ответственность за причинение вреда наступает при наличии в совокупности самого факта, противоправности поведения причинителя вреда и его вины, а также наличия причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями. В отступление от этого правила юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, отвечают за причинённый вред независимо от вины. Кроме того, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, размер возмещения должен быть уменьшен или вовсе не взыскан.

Таким образом, при взаимодействии источника повышенной опасности с объектом, не являющимся таковым, ответственность их владельцев за причинённый друг другу в результате такого взаимодействия вред наступает по разным правилам - на основании статей 1079 и 1064 ГК РФ, что обусловлено именно свойствами источника повышенной опасности, использование которого не только увеличивает риск причинения вреда окружающим, но и увеличивает риск повреждения самого источника повышенной опасности и размер ущерба, причинённого его владельцу.

В соответствии со статьёй 137 ГК РФ к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (ч. 2).

В соответствии со ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Риск случайной гибели или случайного повреждения имущества несёт его собственник, если иное не предусмотрено законом или договором (ст. 211).

Исходя из анализа указанных выше норм права, лошади не являются источником повышенной опасности, следовательно, при решении вопроса о возмещении вреда, причинённого транспортному средству ФИО4, подлежат применению нормы ст. 1064 ГК РФ.

При этом, исходя из смысла ст. 1064 ГК РФ, по общему правилу бремя доказывания отсутствия вины возлагается на причинителя вреда; потерпевший в свою очередь представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причинённого вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Причинение имущественного вреда порождает обязательство между причинителем вреда и потерпевшим, вследствие которого на основании ст. 15 настоящего Кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). По общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу закреплённого в ст. 15 ГК РФ принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Приведённое гражданско-правовое регулирование основано на предписаниях Конституции Российской Федерации, в частности её статей 35 (часть 1) и 52, и направлено на защиту прав и законных интересов граждан, право собственности которых оказалось нарушенным иными лицами, в том числе при осуществлении деятельности, связанной с использованием источника повышенной опасности.

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства. Таким образом, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования.

По смыслу вытекающих из статьи 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с её статьями 19 и 52 гарантий права собственности, определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или, принимая во внимание в том числе требование пункта 1 статьи 16 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего поврежденного транспортного средства.

Между тем замена повреждённых деталей, узлов и агрегатов, если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях, учитывая, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Как разъяснено в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Указанное толкование приведённых выше законоположений соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года №6-П.

В силу ст. 2 Федерального закона от 27 декабря 2018 года №498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» отношения в области обращения с животными регулируются настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также принимаемыми в соответствии с ними законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления.

В соответствии с п. 1 ст. 3 Федерального закона «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон №498-ФЗ) владельцем животного признаётся физическое лицо или юридическое лицо, которым животное принадлежит на праве собственности или ином законном основании.

Согласно ст. 13 указанного Федерального закона при содержании домашних животных их владельцам необходимо соблюдать требования к содержанию животных, а также права и законные интересы лиц, проживающих в многоквартирном доме, в помещениях которого содержатся домашние животные.

Выгул домашних животных должен осуществляться при условии обязательного обеспечения безопасности граждан, животных, сохранности имущества физических лиц и юридических лиц (ч. 4).

При выгуле домашнего животного, за исключением собаки-проводника, сопровождающей инвалида по зрению, необходимо соблюдать следующие требования: исключать возможность свободного, неконтролируемого передвижения животного вне мест, разрешенных решением органа местного самоуправления для выгула животных (п. 1); не допускать выгул животного вне мест, разрешенных решением органа местного самоуправления для выгула животных, и соблюдать иные требования к его выгулу (п. 3 ч. 5).

Согласно ст. 21 Федерального закона №498-ФЗ за нарушение требований настоящего Федерального закона владельцы животных и иные лица несут административную, уголовную и иную ответственность в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Пунктом 25.4 Правил дорожного движения РФ, утверждённых Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года №1090, предусмотрено, что животных по дороге следует перегонять, как правило, в светлое время суток. Погонщики должны направлять животных как можно ближе к правому краю дороги.

При прогоне животных через железнодорожные пути стадо должно быть разделено на группы такой численности, чтобы с учётом количества погонщиков был обеспечен безопасный прогон каждой группы (п. 25.5).

Водителям гужевых повозок (саней), погонщикам вьючных, верховых животных и скота запрещается:

оставлять на дороге животных без надзора;

прогонять животных через железнодорожные пути и дороги вне специально отведенных мест, а также в темное время суток и в условиях недостаточной видимости (кроме скотопрогонов на разных уровнях);

вести животных по дороге с асфальто- и цементобетонным покрытием при наличии иных путей (п. 25.6).

В подтверждении наличия вреда истцу-ответчику, причинной связи между противоправным поведением ответчика-истца (не обеспечение в нарушение правил содержания домашних животных надлежащий присмотр за лошадьми, которые самостоятельно передвигались на территории, не отведённой для выпаса скота) и наступившими последствиями в виде причинения механических повреждений транспортному средству, наличие вины ответчика-истца ФИО6 истец-ответчик ФИО4 ссылается на следующие доказательства по делу:

согласно акту экспертного исследования по определению стоимости восстановительного ремонта транспортного средства CHEVROLET KLAC CAPTIVA, государственный знак 

<

данные изъяты>, от 07 февраля 2024 года №361/23, стоимость восстановительного ремонта автомобиля CHEVROLET KLAC CAPTIVA, государственный знак 

<

данные изъяты>, на момент происшествия 07 января 2024 года без учёта эксплуатационного износа составляет 366684 рубля 66 копеек, с учётом эксплуатационного износа составляет 216249 рублей 41 копейка (л.д. 129-141 т. №1).

Оценивая указанный акт экспертного исследования, определяя его полноту и научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что акт экспертного исследования по определению стоимости восстановительного ремонта транспортного средства CHEVROLET KLAC CAPTIVA, государственный знак 

<

данные изъяты>, от 07 февраля 2024 года №361/23, в полной мере является допустимым и достоверным доказательством, поскольку он отвечает требованиям статей 55, 59-60, 84-86 ГПК РФ, исследование проведено лицом, обладающим специальными познаниями, имеющим соответствующие образование, специальность и стаж работы, необходимые для производства данного вида работ. В связи с чем, суд считает необходимым при разрешении настоящего спора руководствоваться актом экспертного исследования по определению стоимости восстановительного ремонта транспортного средства CHEVROLET KLAC CAPTIVA, государственный знак 

<

данные изъяты>, от 07 февраля 2024 года №361/23. Доказательств, указывающих на недостоверность представленного истцом-ответчиком исследования, либо ставящих под сомнение его выводы, ответчиком-истцом и его представителем суду не представлено. Указанное исследование ответчиком-истцом и его представителем не оспорено, иное заключение эксперта, содержащее сведения об иной стоимости повреждённого имущества (о восстановительном ремонте) стороной ответчика не представлено, несмотря на то, что судом предлагалось ответчику-истцу ФИО6 и его представителю ФИО7 представить такие доказательства в силу ст. 56 ГПК РФ, однако, от проведения судебной автотовароведческой экспертизы ответчик-истец ФИО6 и его представитель ФИО7 отказались.

Учитывая, что требования истца направлены на возмещение убытков, суд в силу положений ст. 12 ГК РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает право потерпевшей стороны требовать возмещения убытков в денежном соотношении, что имеет место в данном деле.

При этом, доводы представителя ответчика-истца ФИО7 о том, что ФИО4 не представлены доказательства, подтверждающие, что при восстановлении транспортного средства должны быть приобретены новые комплектующие изделия (запасные части), подлежат отклонению, поскольку основаны на неверном толковании норм права, так как в силу ст. 1064 ГК РФ и ст. 56 ГПК РФ именно на ответчике-истце лежит обязанность опровергать размер ущерба, причинённый истцу-ответчику, что, как указывалось выше, ответчиком-истцом ФИО6 и его представителем ФИО7 сделано не было.

С учётом вышеуказанных разъяснений судом была обеспечена ответчику-истцу ФИО6 и его представителю ФИО7 возможность представления доказательств наличия иного, более разумного и распространенного в обороте способа исправления механических повреждений транспортного средства, в том числе посредством назначения по делу судебной экспертизы.

Представленным истцом-ответчиком в материалы дела актом экспертного исследования по определению стоимости восстановительного ремонта транспортного средства CHEVROLET KLAC CAPTIVA, государственный знак 

<

данные изъяты>, от 07 февраля 2024 года №361/23, как указывалось выше, подтверждён размер необходимых расходов для восстановления нарушенного права истца-ответчика. Доказательств того, что установленная экспертом стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца-ответчика превышает реальную стоимость таких работ, ответчиком-истцом и его представителем в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено.

В подтверждении отсутствия вины ФИО4 в наезде на лошадей ФИО6, причинной связи между противоправным поведением ответчика-истца (не обеспечение в нарушение правил содержания домашних животных надлежащий присмотр за лошадьми, которые самостоятельно передвигались на территории, не отведённой для выпаса скота) и наступившими последствиями в виде причинения механических повреждений транспортному средству, наличие вины ответчика-истца ФИО6 истец-ответчик ФИО4 также ссылается на показания свидетелей.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №1, супруга истца-ответчика ФИО4, показала, что 07 января 2024 года она вместе с мужем ФИО4 и их ребёнком ехали на автомашине Шевроле-Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, из г. Пензы в с. Аршиновка Нижнеломовского района. В 17 часов 00 минут они поехали домой. На дороге был гололёд, тёмное время суток. С обеих сторон по краям дороги снежные сугробы высотой 2 метра. Её супруг ехал со скоростью 60-70 км/час. Видимость впереди была не более 50 метров. Автомашина двигалась с дальним светом фар, с противотуманными фарами по правой полосе дороги. Она находилась на переднем пассажирском сиденье, а ребёнок – на заднем пассажирском сиденье. В районе пос. Средний на расстоянии 50 метров от машины она увидела на обочине с левой стороны лошадей. Муж стал тормозить, остановился на дороге (на правой полосе) в районе перекрёстка в сторону д. Ражки, так как дорога была узкой, по краям много снега и больше не где было остановиться. С левой стороны на обочине стояли лошади, которые побежали в пос. Средний, выбежав на правую полосу дороги. Лошади начали толкаться между собой, так как им было тесно на дороге из-за того, что она была узкой из-за снега. Одна лошадь легла на капот машины, а затем встав, убежала. Данная лошадь помяла капот, разбила левую переднюю фару, бампер и крыло с левой стороны. Оставшиеся лошади, что стояли с левой стороны на обочине в районе посадок, побежали за первой группой лошадей. Одна из лошадей ударила в заднюю левую дверь, повредила порог с левой стороны. Когда все лошади пробежали, они вышли из машины и обнаружили, что был помят капот, бампер, крыло с левой стороны, разбита левая передняя фара. На дороге или рядом лошадей не было, следов крови она также не видела.

Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании пояснил, что от сотрудников ГИБДД поступило сообщение о столкновении транспортного средства и лошадей. Он выехал на место происшествия вместе с потерпевшим ФИО4 Они прибыли в район пос. Средний. Со стороны с. Голицыно имелась лесополоса с левой стороны, а с правой стороны был поворот на пос. Средний. С помощью камеры телефона Айфон 14+ он (свидетель) сфотографировал место остановки транспортного средства (не место столкновения машины и лошадей), а также само транспортное средство и имеющиеся на нём повреждения. На месте остановки транспортного средства имелись множественные следы копыт лошадей (на дороге, обочине со стороны лесополосы и со стороны пос. Средний) и торможения. Следов крови, стекла он не видел. Видел только следы пластика – лежал кусочек бампера. Он также составлял протокол осмотра повреждённого транспортного средства, отбирал объяснения. Все собранные материалы он передал в дежурную часть в тот же вечер, а проверкой по заявлению ФИО4 занимался Свидетель №3 На автомашине имелось несколько крупных вмятин на капоте в передней части, с левой стороны водителя отколот порог, повреждено левое переднее крыло, дверь водительская, с правой стороны повреждены капот и крыло, с левой стороны повреждён молдинг чёрного цвета пластмассовый, левая фара расколота, передний бампер с левой стороны. Также имелись мелкие вмятины, но точно он их описать не может, так как не помнит. С точностью сказать обо всех повреждениях он не может, так как уже не помнит.

Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется, поскольку они последовательны, согласуются между собой, с объяснениями истца-ответчика ФИО4 и другими материалами дела.

Для разрешения вопросов о причинно-следственной связи между действиями водителя транспортного средства и причинением вреда, а также по установлению наличия или отсутствия виновности истца-ответчика в причинении имущественного вреда ответчику-истцу, ответчика-истца в причинении имущественного вреда истцу-ответчику, по определению наличия или отсутствия в действиях истца-ответчика умысла или грубой неосторожности, содействовавших возникновению или уменьшению вреда, определением Нижнеломовского районного суда от 24 июня 2024 года по делу назначены судебная автотехническая экспертиза и судебная трасологическая экспертиза (л.д. 236-240 т. №1).

Из заключения эксперта №1569/2-2-24, 1570/3-2/24 от 04 сентября 2024 года на вопрос №1: Имелась ли у водителя ФИО4, управляющего автомобилем Шевроле-Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, при движении (в том числе с допустимой скоростью) 07 января 2024 года в 17 часов 00 минут на 44 км автодороги «Нижний Ломов-Плёсс-Голицыно» возможность предотвратить наезд на лошадей (избежать столкновения)? На вопрос №2: Как в соответствии с ПДД РФ при возникновении лошадей на 44 км автодороги «Нижний Ломов-Плёсс-Голицыно» 07 января 2024 года в 17 часов 00 минут должен был действовать водитель автомашины Шевроле-Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, и соответствуют ли его действия Правилам дорожного движения РФ? Какими пунктами ПДД РФ в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться водитель автомашины Шевроле-Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, ФИО4? На вопрос №4: Имеется ли причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ФИО4 ча, управляющего 07 января 2024 года в 17 часов 00 минут на 44 км автодороги «Нижний Ломов-Плёсс-Голицыно» транспортным средством Шевроле-Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, и наступившими последствиями в виде наезда на отдельно стоящую лошадь, получением механических повреждений транспортному средству Шевроле-Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> (в случае установления механизма образования повреждений в виде наезда транспортного средства на лошадь)? Экспертами сделаны выводы, изложенные в двух вариантах развития дорожно-транспортной ситуации:

- вариант №1 (перед происшествие автомобиль «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, находился в состоянии покоя): при данном варианте развития дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, ФИО4 должен был действовать, руководствуясь требованиями п. 10.1 абзац 2 (при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства) ПДД РФ. Поскольку при данном варианте развития дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, ФИО4 при возникшей опасности для движения в виде движущихся лошадей заблаговременно принял возможные меры к снижению скорости транспортного средства вплоть до его остановки, то есть произвёл полное прекращение движения транспортного средства, после чего лошади взаимодействовали с конструктивными деталями автомобиля, то можно сделать вывод, что в данной дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя автомобиля «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, ФИО4 несоответствий требованиям п. 10.1 абзац 2 ПДД РФ, с технической точки зрения, не усматривается и его действия не создавали угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия. При данном варианте развития дорожно-транспортной ситуации, вопрос: «Располагал ли водитель автомобиля «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, ФИО4 технической возможностью предотвратить взаимодействие с движущимися лошадьми»? не имеет технического смысла, поэтому не решался. Таким образом, при данном варианте развития дорожно-транспортной ситуации, можно сделать вывод, что в действиях водителя автомобиля «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, ФИО4 несоответствий требованиям ПДД РФ, которые находились бы в причинной связи с ДТП, с технической точки зрения, не усматривается;

- вариант №2 (перед происшествием автомобиль «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, находился в движении): при данном варианте развития дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, ФИО4 должен был действовать, руководствуясь требованиями п. 10.1 абзац 2 ПДД РФ. Оценка соответствия (несоответствия) действий водителя автомобиля «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, ФИО4 требованиям п. 10.1 абзац 2 ПДД РФ, связана с оценкой своевременности применения им экстренного торможения (с технической точки зрения, с момента возникновения опасности для движения, то есть с момента обнаружения лошадей при свете фар, по ходу движения). Данное обстоятельство определяется на основании проведения технического расчёта. В экспертной практике вопрос о наличии (отсутствии) технической возможности в отношении водителя ФИО4 предотвратить происшествие с учётом заданных имеющихся исходных данных, решается сравнением удаления (Sa) автомобиля «Chevrolet Captiva» от лошадей, с расстоянием остановочного пути транспортного средства в заданных дорожных условиях (So) при указанной скорости движения. Если расчётом будет установлено, что Sa > So, то водитель ФИО4 располагал технической возможностью предотвратить происшествие, путём применения своевременного экстренного торможения, а если Sa 

<

 So, то водитель ФИО4 не располагал такой возможностью. С учётом произведённых расчётов, при скорости движения автомобиля «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением водителя ФИО4 перед происшествием 60 км/ч в заданных дорожных условиях остановочный путь определяется - 74 метра, а при скорости движения 70 км/ч остановочный путь составляет - 95 метров. При сравнении значений расстояний остановочного пути автомобиля «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, в заданных дорожных условиях при движении со скоростью транспортного средства перед происшествием 60 км/ч (SO60 = 74 м) и при движении со скоростью ТС перед происшествием 70 км/ч (S070 = 95 м) с указанным расстоянием в момент возникновения опасности для движения Sa - 10 метров (иных сведений о подобном расстоянии между автомобилем и лошадьми, с момента обнаружения их ФИО4 с рабочего места водителя, в представленных на исследование материалах, не имеется), видно, что SO1,2 » Sa, следовательно, можно сделать вывод, что при данном варианте развития дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, ФИО4 с указанного момента возникновения опасности для движения при скорости движения 60-:-70 км/ч не располагал технической возможностью предотвратить происшествие, путём применения своевременного экстренного торможения. С учётом результатов вышепроведённого расчёта можно заключить, что при данном варианте развития дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя автомобиля «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, ФИО4 несоответствий требованиям п. 10.1 абзац 2 ПДД РФ, с технической точки зрения, не усматривается и как следствие действия водителя автомобиля «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, ФИО4 по управлению транспортным средством, с технической точки зрения, не находятся в причинной связи с ДТП.

На вопрос №3: Каков механизм образования повреждений на автомашине Шевроле-Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, полученный 07 января 2024 года в 17 часов 00 минут на 44 км автодороги «Нижний Ломов-Плёсс-Голицыно»? экспертами дан ответ: на исследуемом автомобиле модели Шевроле-Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, имеются повреждения, соответствующие повреждениям, указанным в материалах проверки КУСП №126 от 07 января 2024 года в протоколе осмотра места происшествия от 07 января 2024 года, а именно: повреждения на капоте (1), на переднем левом крыле (3), на задней левой двери (4) по механизму образования являющиеся пластической деформацией и образованы в результате воздействия твердого объекта/объектов, имеющего тупую ограниченную поверхность воздействия, с силой, превысившей предел упругости материала капота (1), переднего левого крыла (3), задней левой двери (4), а трещины и отслаивание ЛКП - результат распространения деформации по поверхности элементов автомобиля после взаимодействия; повреждения на левой блок-фаре (2), на левой подножке (5), на переднем бампере (6), на накладках переднего левого крыла и бампера (7) по механизму образования являющиеся изломом и образованы в результате воздействия твердого объекта/объектов, имеющего тупую ограниченную поверхность воздействия, с силой, превысившей предел упругости материала левой блок-фары (2); левой подножки (5); переднего бампера (6); накладок переднего левого крыла и бампера (7). Повреждения на капоте (1), на левой блок-фаре (2), на переднем левом крыле (3), на переднем бампере (6), на накладках переднего левого крыла и бампера (7) образованы от воздействия/воздействий, направленного спереди назад, слева направо и сверху вниз (относительно продольной оси автомобиля); повреждение на задней левой двери (4) образовано от воздействия, направленного слева направо (относительно продольной оси автомобиля); повреждение на левой подножке (5), образовано от воздействия, направленного сверху вниз. Определить объект/объекты (предмет/орудие/инструмент), от воздействия которого образованы перечисленные выше повреждения на элементах автомобиля (1)-(7), не представляется возможным, поскольку каких-либо индивидуализирующих признаков, характеризующих какой-либо конкретный объект/объекты (предмет/орудие/инструмент) от воздействия которого образовались повреждения на элементах автомобиля (1)-(7)» не имеется. При этом, в данном заключении эксперта также отражено, что установить от воздействия которого объекта/объектов образованы повреждения на элементах (1)-(7) автомобиля «Chevrolet Captiva», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, не представляется возможным, то есть невозможно определить образованы ли повреждения, в том числе и от взаимодействия автомобиля с лошадью. Ходатайство о предоставлении информации о размерах лошади, о повреждениях на лошади (характер повреждения, расположение, размеры, направление образования повреждения, расположение повреждения по высоте над уровнем земли и т.п.) не удовлетворено. В связи с этим невозможно однозначно определить образованы ли повреждения при взаимодействии животного со стоящим автомобилем или повреждения образованы при наезде автомобиля на стоящее/движущееся животное (л.д. 28-48 т. №2).

Оценив данное экспертное заключение с позиции ст. 67 ГПК РФ, суд признаёт его допустимым доказательством по делу, поскольку оно соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, эксперты до начала выполнения судебной экспертизы предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, какой-либо личной или иной заинтересованности экспертов в исходе дела не усматривается.

Заключение выполнено в соответствии с требованиями закона, по результатам соответствующих исследований, проведённых лицами, обладающими специальными познаниями в области, подлежащей применению. 

Доказательств, ставящих под сомнение выводыуказанного выше заключения эксперта №1569/2-2-24, 1570/3-2/24 от 04 сентября 2024 года, суду, как того требуют положения ст. 56 ГПК РФ, ответчиком-истцом ФИО6 и его представителем ФИО7 не представлено.

При этом доводы представителя ответчика-истца ФИО7 о том, что в исследовательской части содержаться сведения о повреждениях и механизме их образования, которые указывают на то, что ФИО4 был совершён наезд на лошадь, а не падение лошади на стоящее транспортное средство, подлежат отклонению, поскольку заключением эксперта №1569/2-2-24, 1570/3-2/24 от 04 сентября 2024 года не был определён механизм образования механических повреждений на транспортном средстве марки Шевроле-Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, а ответчик-истец и его представитель не обладают специальными познаниями и образованием, чтобы самостоятельно определить механизм образования механических повреждений на указанном транспортном средстве.

Таким образом, ответчиком-истцом и его представителем не представлены доказательства, подтверждающие, что истцом-ответчиком ФИО4 был совершён наезд на лошадей (или лошадь), напротив, стороной истца-ответчика представлены доказательства, подтверждающие, что 07 января 2024 года дорожно-транспортное происшествие произошло по вине собственника лошади - ФИО6, не обеспечившего в нарушение правил содержания домашних животных надлежащий присмотр за лошадьми, которые в вечернее время самостоятельно передвигаясь на территории, не отведённой для выпаса скота, вышли на автомобильную дорогу без погонщика (в ходе рассмотрения дела ФИО6 указал, что лошади покинули отведённую для их выпаса территорию в связи с тем, что был повреждён электропастух на ограждении).

Доводы представителя ответчика-истца ФИО7 о том, что истцом-ответчиком не доказано, что те повреждения, что указаны ФИО4, были получены именно 07 января 2024 года, поскольку до указанной даты истец-ответчик мог попасть в иные дорожно-транспортные происшествия, в которых принадлежащему ему транспортному средству были причинены механические повреждения, о наличии которых он мог заявить, как о полученных при ДТП 07 января 2024 года, подлежат отклонению, поскольку какими-либо допустимыми доказательствами, подтверждающими, что до 07 января 2024 года транспортное средство Шевроле-Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, являлось участником иных дорожно-транспортных происшествий и ему были причинены механические повреждения. Напротив, в материалах дела имеется распечатка страницы госавтоинспекция.рф, где содержится информация о всех дорожно-транспортных происшествиях, в которые попадало транспортное средство (содержится информация о ДТП от 07 января 2024 года), а также имеется ответ АО «МАКС», поступивший 15 октября 2024 года, в котором отражено, что ФИО4 в период с 2022 года по январь 2024 года с заявлением на выплату страхового возмещения не обращался.

Доводы представителя ответчика-истца ФИО7 о том, что истцом-ответчиком не представлены доказательства, указывающие, что грубая неосторожность ФИО6 содействовала воздействию или увеличению вреда (ст. 1083 ГК РФ), поскольку в материалах дела отсутствуют сведения, подтверждающие привлечение ФИО6 к уголовной или административной ответственности за деяния (правонарушение) в части ненадлежащего содержания домашних животных (лошадей) (л.д. 49-56 т. №2), подлежат отклонению, поскольку факт наличия или отсутствия привлечения лица к административной ответственности за нарушение Правил содержания домашних животных не освобождает причинителя вреда от возложения на него ответственности по возмещению причинённого ущерба в силу ст. 1064 ГК РФ.

Учитывая, что причинение вреда имуществу истца-ответчика находится в причинно-следственной связи с действиями ответчика-истца, не обеспечившим должный надзор за животными, допустив выход лошадей на проезжую часть автомобильной дороги в тёмное время суток, что стало причиной произошедшего ДТП и причинения истцу-ответчику материального ущерба вследствие повреждений его транспортного средства, суд приходит к выводу о том, что в силу ст. 1064 ГК РФ с ФИО6 надлежит взыскать в пользу ФИО4 в возмещении причинённого ущерба (стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учёта износа) 366684 рубля с учётом положений ч. 3 ст. 196 ГПК РФ.

Истец-ответчик ФИО4 просит взыскать с ответчика-истца судебные расходы на проведение оценки стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в размере 15 000 рублей.

В подтверждении несения указанных расходов истцом представлены:

- договор возмездного оказания экспертной услуги №362/23 (л.д. 26 т. №1), заключенный 24 января 2024 года между ФИО4 (далее заказчик) и АНО «Пензенская лаборатория судебной экспертизы» (далее исполнитель), по условиям которого исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услугу по определению стоимости восстановительного ремонта автомобиля CHEVROLE KLAC CAPTIVA, государственный знак 

<

данные изъяты>, на момент происшествия 07 января 2024 года, а заказчик оплатить эту услугу (п. 1.1, 1.2); цена договора определяется сторонами в размере 15000 рублей (п. 3.1);

- квитанция к приходному кассовому ордеру №9 от 01 февраля 2024 года, подтверждающая внесение ФИО4 денежной суммы в размере 15000 рублей по договору №362/23 от 24 января 2024 года (л.д. 25 т. №1).

В силу ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, имеют право, представлять доказательства.

Проведя оценку стоимости восстановительного ремонта автомобиля, истец-ответчик воспользовался своим правом на представление доказательств в обоснование заявленных исковых требований и исполнил обязанность по определению цены иска (п. 6 ч. 1 ст. 131 ГПК РФ).

В связи с чем, указанные расходы подлежат взысканию с ответчика-истца ФИО6

Одновременно истцом-ответчиком ФИО4 заявлены требования о взыскании с ответчика-истца расходов за нотариальное удостоверение доверенности на имя его представителя в размере 2 500 рублей.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 ГПК РФ).

В абз. 3 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» предусмотрено, что расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Из представленной в материалы дела доверенности серии 58 АА №1955009 от 24 января 2024 года (л.д. 67 т. №1) усматривается, что она выдана ФИО5 на представление интересов ФИО4 для участия в конкретном деле (выдана для ведения дела о возмещении ущерба имуществу - транспортному средству марки Шевроле Каптива, регистрационный знак 

<

данные изъяты>, к ФИО6, в судах общей юрисдикции).

При этом, за освидетельствование указанной доверенности, истцом понесены расходы в размере 2480 рублей (л.д. 30, 67 т. №1).

Учитывая разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», а также то, что доверенность на представление интересов истца-ответчика была выдана для участия представителя в конкретном деле, суд приходит к выводу о том, что заявленные требования ФИО4 в указанной части подлежит удовлетворению.

Также истец-ответчик ФИО4 просит взыскать с ответчика-истца возврат государственной пошлины в размере 6 867 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворён частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Таким образом, судебные расходы взыскиваются исходя из принципа обоснованности требования.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч. 1 ст. 88 ГПК РФ).

Из материалов дела усматривается, что истцом-ответчиком ФИО4 при подаче иска произведена уплата государственной пошлины в размере 6867 рублей (л.д. 9).

Учитывая, что требования истца-ответчика удовлетворены в полном объёме, с ответчика-истца надлежит взыскать в пользу истца-ответчика государственную пошлину в размере 6867 рублей исходя из цены иска (размера удовлетворённых требований) 366 684 рубля.

В ходе рассмотрения дела ответчик-истец ФИО6, возражая против удовлетворения исковых требований, предъявил встречный иск, в котором указал, что ФИО4 был совершён наезд на принадлежащую ему лошадь, в результате чего она получила повреждения, от которых он был вынужден её забить, тем самым действиями ФИО4 ответчику-истцу причинён материальный ущерб в размере 250000 рублей.

В п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Таким образом, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.

Следовательно, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

При этом, по смыслу приведённых правовых норм, ответственность за причинённый источником повышенной опасности вред несёт его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности было передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Из приведённых выше положений закона (ст.ст. 1064, 1079 ГК РФ) следует, что по общему правилу ответственность за причинение вреда наступает при наличии в совокупности факта причинения вреда, противоправности поведения причинителя вреда, вины причинителя вреда, наличия причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Как следует из материалов дела, 20 августа 2023 года между ФИО2 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи скота №56, по условиям которого продавец продал, а покупатель приобрёл в собственность жерёбую кобылу породы Советский тяжеловоз весом 850 кг, возрастом 6 лет, по кличке «Прима» стоимостью 320000 рублей (л.д. 142, 143 т. №1).

В ходе судебного заседания ответчик-истец ФИО6 указал, что ФИО4 был совершён наезд на жерёбую кобылу породы Советский тяжеловоз, причинив ей телесные повреждения, а в последующем был вынужден её забить.

Между тем, в протоколе осмотра места происшествия от 07 января 2024 года, составленным участковым уполномоченным ОУУП и ПДН МО МВД России «Нижнеломовский» Свидетель №2 (л.д. 89-91 т. №1), в рапорте инспектора ДПС ОГИБДД МО МВД России «Нижнеломовский» ФИО1 от 07 января 2024 года, имеющихся в материале проверки КУСП №126 от 07 января 2024 года (л.д. 86 т. №1), сотрудниками полиции наличие лошадей или лошади не зафиксировано, а в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что в хозяйстве ФИО6 07 января 2024 года и после указанной даты, но от наезда транспортного средства 07 января 2024 года был зафиксирован падёж лошади.

Допрошенный в судебном заседании участковый уполномоченный ОУУП и ПДН МО МВД России «Нижнеломовский» Свидетель №2 также указал, что на месте ДТП он лошадей, пострадавших в ДТП, не видел, как и не видел следов крови. Не были зафиксированы данным сотрудником полиции следы крови лошадей (или иных лиц) и при составлении протокола осмотра транспортного средства, протокол осмотра места происшествия данным сотрудником не составлялся.

Тот факт, что в материалах по факту ДТП от 07 января 2024 года на автодороге Нижний Ломов-Плёсс-Голицыно Нижнеломовского района Пензенской области (л.д. 55-59 т. №1) имеется приложение к определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, составленное 07 января 2024 года инспектором ДПС ОГИБДД МО МВД России «Нижнеломовский» ФИО1, в котором указано, что пострадали лошади породы Русский Тяжеловоз светлого окраса, принадлежащие ФИО6 Однако указанное приложение не подтверждает факт того, что ФИО4 07 января 2024 года был совершён наезд на лошадь, принадлежащую ФИО6, как и не подтверждает, что в результате наезда пострадала лошадь породы Советский тяжеловоз (или иной породы), поскольку инспектором ДПС ОГИБДД МО МВД России «Нижнеломовский» ФИО1 в приложении к определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 07 января 2024 года не отражён источник, из которого он установил о пострадавших лошадях ФИО6 (не указаны также сведения о повреждениях на лошадях, количество пострадавших лошадей), тогда как в своём рапорте от 07 января 2024 года инспектор ДПС ОГИБДД МО МВД России «Нижнеломовский» ФИО1 указал, что лошадей на месте происшествия с участием транспортного средства марки Шевроле Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО4, он не обнаружил (л.д. 86 т. №1).

Наличие в материалах проверки КУСП №126 от 07 января 2024 года фотографий с изображением лошади (л.д. 102 т. №1), а также наличие в материалах дела фотографий с изображением лошади, представленных ответчиком-истцом (л.д. 116-118 т. №1) не подтверждает, что изображённая на фотографиях лошадь пострадала в результате наезда на неё транспортного средства Шевроле Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО4, поскольку на данных фотографиях отсутствуют сведения, указывающие кем (ФИО), когда (дата) были сделаны фотографии, каким образом данные фотографии появились в материале проверки КУСП №126 от 07 января 2024 года, на фотографиях изображена лошадь, лежащая на снегу, а не момент наезда на неё.

Кроме того, доказательств, из которых возможно установить отличительные признаки лошади, попавшей в ДТП, её масть, возраст, окрас и иные отличительные признаки, ответчиком-истцом ФИО6 и его представителем не представлены.

Более того, указанная ответчиком-истцом лошадь породы Советский тяжеловоз после ДТП на месте столкновения не была поймана, место нахождения лошади и принадлежность непосредственно после ДТП сотрудниками не установлены, поэтому вышеприведённые доказательства с бесспорностью не подтверждают факт наезда ФИО4 на лошадь ФИО6 07 января 2024 года и причинение её повреждений в результате наезда.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 показал, что 08 января 2024 года ему позвонил ФИО6 и попросил осмотреть лошадь, у которой перелом ноги. Так как он работает ветеринарным врачом, то приехал к ФИО6 в утреннее время. Я приехал в пос. Средний, где в деревне находилась лошадь, которая дрожала, у неё был болевой шок и много крови. У лошади была повреждена передняя правая конечность, ниже коленного сустава, торчала кость и было деформировано копыто (смотрело в бок). Нога у лошади находилась на весу. Он не пытался лечить лошадь, так как она потеряла много крови, у неё был болевой шок, сильный перелом ноги, раздроблена кость. Он сказал ФИО6, что лошадь умрёт и предложил ему не дожидаться её смерти, а решить вопрос с её забоем. Лошадь была породы «Тяжеловоз», в возрасте 5-6 лет. В письменном виде акт осмотра лошади и заключение о невозможности лечения и необходимости её убоя, он не составлял. Причину повреждения у лошади он не определял. Кобыла была рыжего цвета, с серым хвостом. Были ли лошадь жерёбая он сказать точно не может, так как не смотрел, но живот у неё отвисал. Какова давность образования повреждений он сказать не может.

Между тем, показания указанного свидетеля не подтверждают, что указанная им лошадь пострадала в результате наезда на неё истцом-ответчиком ФИО4 и именно 07 января 2024 года, поскольку причину образования повреждений у лошади и давность повреждений свидетель ФИО3 не устанавливал, очевидцем событий, имевших место 07 января 2024 года на 44 км автодороги «Нижний Ломов-Плёсс-Голицыно» Нижнеломовского района Пензенской области с участием транспортного средства марки Шевроле Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, данный свидетель не являлся. Кроме того, в показаниях указанного свидетеля (указавшего на пострадавшую лошадь рыжего окраса с серым хвостом) имеются противоречия с рапортом инспектора ДПС ОГИБДД МО МВД России «Нижнеломовский» ФИО9 от 07 января 2024 года, указавшего к приложении к определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 07 января 2024 года о том, что в результате ДТП пострадали лошади породы Русский тяжеловоз светлого окраса.

Акт осмотра лошади, пострадавшей в результате наезда ФИО4, как указывает ответчик-истец ФИО6, и заключение о невозможности лечения и необходимости её убоя от иных специалистов ответчиком-истцом ФИО6 и его представителем ФИО7 не представлены.

В подтверждении размера причинённого ущерба ответчик-истец ФИО6 и его представитель ФИО7 ссылаются на договор купли-продажи №56 от 20 августа 2023 года, заключенный между ФИО2 и ФИО6, о приобретении жерёбой кобылы породы Советский тяжеловоз стоимостью 320000 рублей (л.д. 143 т. №1), а также на справку о средней рыночной стоимости №21, выданной 21 июня 2024 года ООО «Импульс-М», в котором отражено, что средняя рыночная стоимость кобылы Советский тяжеловоз, жерёбой 8 месяцев, в возрасте 6 лет, весом 780-820 кг по состоянию на январь 2024 года составляет 330000 рублей (л.д. 183 т. №1). Между тем, указанные договор купли-продажи и справка не подтверждают размер ущерба, причинённый ответчику-истцу ФИО6, поскольку данные сведения содержат информацию о стоимости живой кобылы, тогда как в судебном заседании ответчик-истец ФИО6 указал, что пострадавшая в ДТП лошадь была забита и сдана на мясо, однако, сведений, подтверждающих указанное обстоятельство стороной ответчика-истца не представлено, как и не представлены сведения, указывающие на размер денежных средств, полученных от реализации мяса лошади.

Учитывая, что в нарушение ст. 56 ГПК РФ ответчик-истец не представил надлежащих и бесспорных доказательств, подтверждающих его доводы о том, что 07 января 2024 года ФИО4, управляя автомобилем Шевроле Каптива, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, совершил наезд на лошадь, принадлежащую ФИО6, а судом таковых не добыто, в том числе и проведённым по делу заключением экспертов №1569/2-2-24, 1570/3-2-24 от 04 сентября 2024 года, на которую ссылается представитель ответчика-истца ФИО7, как на доказательство вины ФИО4 в наезде транспортным средством на лошадь, в силу ст. 56 ГПК РФ ответчик-истец не представил доказательства наличия причинной связи между действиями (бездействием) истца-ответчика и наступившим материальным ущербом при дорожно-транспортном происшествии, как и не представлено стороной ответчика доказательств, подтверждающих, что 07 января 2024 года пострадала лошадь ФИО6, поскольку в материалах дела отсутствуют надлежащие и бесспорные доказательства, подтверждающие причинение повреждений лошади, в результате которых ФИО6 вынужден был её забить, вина истца-ответчика в причинении вреда ответчику-истцу не доказана (факт наезда), оснований, предусмотренных ст.ст. 1064, 1079 ГК РФ для возложения на ФИО4 ответственности по возмещению материального ущерба ФИО6, не имеется.

Следовательно, встречные исковые требования ФИО6 к ФИО4 о взыскании материального ущерба следует оставить без удовлетворения.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Решил:

исковые требования ФИО4 ча к ФИО6 о взыскании ущерба удовлетворить.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО4 ча:

- в возмещение причинённого ущерба 366 684 (триста шестьдесят шесть тысяч шестьсот восемьдесят четыре) рубля;

- расходы на проведение оценки стоимости восстановительного ремонта в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей;

- возврат государственной пошлины в размере 6 867 (шесть тысяч восемьсот шестьдесят семь) рублей;

- расходы за нотариальное удостоверение доверенности в размере 2 500 (две тысячи пятьсот) рублей.

Встречные исковые требования ФИО6 к ФИО4 о возмещении материального ущерба оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через районный суд в месячный срок со дня принятия в окончательной форме.

Судья О.А. Богданова

Решение в окончательной форме принято 22 октября 2024 года.

Судья О.А. Богданова