ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

РЕШЕНИЕ

по делу № 33А-12-136/2018

г. Уфа 02 февраля 2018 года

Судья Верховного Суда Республики Башкортостан Фаизова З.Ф.,

при секретаре Нуртдиновой А.Ф.,

с участием защитника ФИО1 – Мулюкова Р.М.,

в отсутствие надлежаще извещенных ФИО1 и защитника Дусалиева Р.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобы ФИО1 и ее защитника Дусалиева Р.С. на постановление судьи Октябрьского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 29 января 2018 года, которым:

ФИО1, дата года рождения, признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ и подвергнута административному наказанию в виде административного ареста сроком на 10 суток, срок исчислен с 28 января 2018 года с 21 часа 30 минут,

у с т а н о в и л а:

дата инспектором ГИАЗ ОП № 6 УМВД России по г. Уфе Я. в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении, которым в отношении последней возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ.

Судьей Октябрьского районного суда г. Уфы вынесено вышеприведенное постановление.

В жалобе, поданной в Верховный Суд Республики Башкортостан в порядке ст. 30.1 КоАП РФ, защитник ФИО1 Дусалиев Р.С. просит постановление судьи Октябрьского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 28 января 2018 года отменить, производство по делу прекратить, указав, что судья неполно отразил в судебном акте показания ФИО1, не отразил и необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о допросе свидетелей У. и Г., не отразил показания сотрудника полиции Я., необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства об отложении дела для представления доказательств; ФИО1 участия в шествии не принимала, только сфотографировалась с символикой, звукоусиливающей аппаратуры не было, официальных предупреждений от сотрудников полиции о несогласованности мероприятия не получала; в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО1 знала или должна была знать, что митинг не согласован с органами местного самоуправления; у ФИО1 больные почки, хронический пиелонефрит в стадии обострения, чему судья не дал должной оценки, отклонил ходатайство об отложении судебного заседания для предоставления документов, характеризующих привлекаемое к административной ответственности лицо; размер и тяжесть назначенного наказания не соответствуют тяжести совершенного деяния.

В судебном заседании защитник ФИО1 – Мулюков Р.М. доводы жалобы поддержал.

Допрошенная в качестве свидетеля Я. – должностное лицо УМВД по г. Уфе, составившая протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1, показала в качестве свидетеля показал, что сама она не видела, как ФИО1 принимала участие в публичном мероприятии, составила протокол по административному материалу, переданному ей из дежурной части.

Свидетель Ш. показал, что находился в месте проведения публичного мероприятия 28 января 2018 года, исполнял свои служебные обязанности по охране общественного порядка. ФИО1 находилась среди лиц, участвовавших в публичном мероприятии, выкрикивала лозунги. О том, что мероприятие является незаконным, она знала, так как он неоднократно объявлял об этом по громкой связи.

Проверив материалы дела, доводы жалобы, выслушав защитника Мулюкова Р.М., прихожу к следующему.

В соответствии с ч. 5 ст. 20.2 КоАП РФ административным правонарушением признается нарушение участником публичного мероприятия установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, за исключением случаев, предусмотренных ч. 6 настоящей статьи, предусматривающей административную ответственность за те же действия, повлекшие причинение вреда здоровью человека или имуществу, если они не содержат уголовно наказуемого деяния.

Повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. ч. 1 - 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ, если это действие не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет ответственность по ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ.

Порядок организации и проведения публичных мероприятий определен Федеральным законом от 19 июня 2004 года №54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее - Федеральный закон от 19 июня 2004 года №54-ФЗ).

Статьей 31 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, наряду с провозглашением права каждого свободно выражать свое мнение, исходит из того, что осуществление такой свободы налагает обязанности и ответственность и может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены в законе и необходимы в демократическом обществе в целях охраны здоровья и нравственности.

Исходя из провозглашенной в преамбуле Конституции Российской Федерации цели утверждения гражданского мира и согласия и учитывая, что в силу своей природы публичные мероприятия (собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирование) могут затрагивать права и законные интересы широкого круга лиц - как участников публичных мероприятий, так и лиц, в них непосредственно не участвующих, - государственная защита гарантируется только праву на проведение мирных публичных мероприятий, которое, тем не менее, может быть ограничено федеральным законом в соответствии с критериями, предопределяемыми требованиями ст. ст. 17, 19, 55 Конституции Российской Федерации, на основе принципа юридического равенства и вытекающего из него принципа соразмерности, то есть в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такой подход согласуется с общепризнанными принципами и нормами международного права, в том числе закрепленными во Всеобщей декларации прав человека, согласно п. 1 ст. 20 которой каждый человек имеет право на свободу мирных собраний, и в Международном пакте о гражданских и политических правах, ст. 21 которого, признавая право на мирные собрания, допускает введение обоснованных ограничений данного права, налагаемых в соответствии с законом и необходимых в демократическом обществе в интересах государственной или общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц.

Право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования, гарантированное Конституцией РФ и международно-правовыми актами как составной частью правовой системы Российской Федерации (ст. 15 Конституции Российской Федерации), не является абсолютным и может быть ограничено федеральным законом в конституционно значимых целях.

Соответственно, такой федеральный закон должен обеспечивать возможность реализации данного права и одновременно соблюдение надлежащего общественного порядка и безопасности без ущерба для здоровья и нравственности граждан на основе баланса интересов организаторов и участников публичных мероприятий, с одной стороны, и третьих лиц - с другой, исходя из необходимости гарантировать государственную защиту прав и свобод всем гражданам (как участвующим, так и не участвующим в публичном мероприятии), в том числе путем введения адекватных мер предупреждения и предотвращения нарушений общественного порядка и безопасности, прав и свобод граждан, а также установления публично-правовой ответственности за действия, их нарушающие или создающие угрозу их нарушения.

В рамках организации публичного мероприятия, каковым Федеральный закон от 19 июня 2004 года №54-ФЗ признает открытую, мирную, доступную каждому, проводимую в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акцию, осуществляемую по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений (п. 1 ст. 2), предусматривается ряд процедур, в том числе и предварительное уведомление органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления о проведении публичного мероприятия, которые направлены на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, согласующегося с правами и интересами лиц, не принимающих в нем участия, и позволяют избежать возможных нарушений общественного порядка и безопасности.

Частью 1 ст. 6 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ установлено, что участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных объединений и религиозных объединений, добровольно участвующие в нем.

Во время проведения публичного мероприятия его участники обязаны: выполнять все законные требования организатора публичного мероприятия, уполномоченных им лиц, уполномоченного представителя органа исполнительной власти субъекта РФ или органа местного самоуправления и сотрудников органов внутренних дел; соблюдать общественный порядок и регламент проведения публичного мероприятия; соблюдать требования по обеспечению транспортной безопасности и безопасности дорожного движения, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами, если публичное мероприятие проводится с использованием транспортных средств (ч. 3 ст. 6 Федеральный закон от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ).

Таким образом, вышеперечисленные обязанности участника публичного мероприятия устанавливаются для него Федеральным законом безусловно и не связываются законодателем с тем, принимало ли лицо участие в согласованном либо не согласованном с органами исполнительной власти публичном мероприятии. Вне зависимости от этого участник публичного мероприятия обязан соблюдать установленный Федеральным законом от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ порядок проведения публичного мероприятия в части, касающейся его обязанностей и не нарушать установленные для участников запреты.

Из материалов дела следует, что 28 января 2018 года в 17.00 часов по адресу: адрес. после официального уведомления сотрудниками полиции о недопущении нарушения законодательства РФ ФИО1 приняла участие в несанкционированном публичном мероприятии – организованном публичном выражении общественных настроений группой граждан с использованием во время передвижения от остановки общественного транспорта «Универмаг Уфа» до площади им. Ленина (остановки общественного транспорта «Гор.Совет»), плакатов, транспарантов и иных средств наглядной агитации, звукоусиливающей аппаратуры, тем самым нарушила требования п. 1 ч. 3 ст. 6 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ обязанности участника публичного мероприятия выполнять все законные требования организатора публичного мероприятия, уполномоченных им лиц, уполномоченного представителя органа исполнительной власти субъекта РФ или органа местного самоуправления и сотрудников органов внутренних дел, повторно, после вступления 20 февраля 2017 года в законную силу постановления судьи Калининского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 10 января 2017 года о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч. 5 ст. 20.2 КоАП РФ.

Факт совершения административного правонарушения и виновность ФИО1 подтверждены совокупностью доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают, а именно: 

протоколом об административном правонарушении от дата, при составлении которого ФИО1 были разъяснены права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, ст. 25.1 КоАП РФ, что подтверждается ее подписью (л.д. 2); 

письменными объяснениями У. от дата (л.д. 4 - 5);

письменными объяснениями Г. от дата (л.д. 6 – 7);

рапортом полицейского-водителя БОР Полка ППСП УМВД России по адрес Г. от дата (л.д. 8);

рапортом инспектора ППСП БОР Полка ППСП УМВД России по адрес У. от дата (л.д. 9);

рапортом полицейского БОР Полка ППСП УМВД России по адрес Х. от дата (л.д. 10);

копией постановления судьи Калининского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 10 января 2017 года (л.д. 13 – 15);

копией решения судьи Верховного Суда Республики Башкортостан от 10 января 2018 года (л.д. 16 – 19);

ответом заместителя Премьер-Министра Правительства Республики Башкортостан М. от дата №... (л.д. 20);

уведомлением о проведении публичного мероприятия (л.д. 21);

фототаблицей (л.д. 22, 23);

протоколом о доставлении от дата (л.д. 25);

протоколом об административном задержании от дата (л.д. 26);

видеозаписью на CD-диске, приобщенном к материалам дела (обложка дела).

Совокупность исследованных доказательств является достаточной для установления вины ФИО1 в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ.

Объективной стороной административного правонарушения предусмотренного ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ является повторное участие ФИО1 в публичном мероприятии, несогласованном в установленном порядке. ФИО1 принимая участие в публичном мероприятии, несогласованном с уполномоченным органом, должна была прекратить свое участие в нем после предупреждения сотрудников органов внутренних дел о его несогласованности.

Согласно положениям ст. 2 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ митинг - массовое присутствие граждан в определенном месте для публичного выражения общественного мнения по поводу актуальных проблем преимущественно общественно-политического характера;

демонстрация - организованное публичное выражение общественных настроений группой граждан с использованием во время передвижения, в том числе на транспортных средствах, плакатов, транспарантов и иных средств наглядной агитации;

шествие - массовое прохождение граждан по заранее определенному маршруту в целях привлечения внимания к каким-либо проблемам.

Поскольку ФИО1 приняла участие в организованном публичном выражении общественных настроений группой граждан с использованием во время передвижения от остановки общественного транспорта «Универмаг Уфа» до площади им. Ленина (остановки общественного транспорта «Гор.Совет»), в ходе которого использовались средства наглядной агитации, звукоусиливающая аппаратура, то ее действия подлежат оценке как участие в такой форме публичного мероприятия, как демонстрация-митинг. 

При таких обстоятельствах описание события, совершение которого вменено ФИО1, подлежит уточнению путем указания на участие лица в демонстрации-митинге вместо шествия в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, что не влечет ухудшение положения привлеченного к административной ответственности лица. 

Указанное не влечет изменения квалификации действий ФИО1 по ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ, поскольку совершенное ею деяние образует объективную сторону указанного административного правонарушения.

Вопреки доводу жалобы, информация о нарушении установленного порядка проведения мероприятия до сведения участников публичного мероприятия, в том числе, ФИО1, была доведена, что подтверждается письменными объяснениями очевидцев, рапортами сотрудников полиции, показаниями свидетеля Ш., а также видеозаписью, из которой видно, что сотрудник полиции Ш. уведомляет участников мероприятия о его несогласованности и просит их разойтись, ФИО1 в этот момент присутствует среди участников этого публичного мероприятия.

Отсутствие в деле показаний У. и Г., с учетом имеющихся в деле доказательств, в частности, их письменных объяснений, перед дачей которых им были разъяснены права, предусмотренные ст. 25.6 КоАП РФ, они были предупреждены об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ, не повлияло на полноту, всесторонность и объективность выяснения всех фактических обстоятельств дела. Соответствующего письменного ходатайства, равно как и ходатайств об отложении дела для представления доказательств, заявленных в порядке ст. 24.4 КоАП РФ, материалы дела не содержат.

Должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении, Я. допрошена в качестве свидетеля в судебном заседании. То обстоятельство, что она лично не присутствовала в месте рассматриваемых событий, не свидетельствует о том, что она не уполномочена составлять протокол об административном правонарушении. 

Нарушений при составлении процессуальных документов, на основании которых установлена вина ФИО1 по делу, не выявлено, в связи с чем не доверять зафиксированным в них сведениям оснований не усматриваю. В соответствии с нормами главы 26 КоАП РФ они являются допустимыми доказательствами, и обоснованно приняты в качестве таковых судьей при вынесении постановления по делу об административном правонарушении. 

Каких-либо противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на правильность вывода судьи о доказанности вины ФИО1 в совершении описанного выше административного правонарушения, материалы дела не содержат. В ходе рассмотрения данного дела судьей районного суда в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения. В соответствии с требованиями ст. 26.1 КоАП РФ установлено наличие события административного правонарушения, лицо, допустившее, как участник публичного мероприятия, нарушение установленного порядка его проведения, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Возможность ознакомления с материалами дела судьей районного суда ФИО1 и ее защитнику Мулюкову Р.М. предоставлена, что следует из их расписок в заявлении об ознакомлении с материалами дела (л.д. 33, 34).

При этом довод в жалобе о недостаточности предоставленного времени является несостоятельным, поскольку с учетом небольшого объема материалов дела (27 листов) предоставленного ФИО1 времени (20 минут) было достаточно для ознакомления с делом. Кроме того, защитником Мулюковым Р.М. материалы дела были сфотографированы в полном объеме. Соответственно, полагать о нарушении права ФИО1 и ее защитника Мулюкова Р.М. на ознакомление с материалами дела оснований не имеется.

Вопреки доводу жалобы, письменного ходатайства об отложении судебного заседания, заявленного в порядке ст. 24.4 КоАП РФ, материалы дела не содержат.

Доводы защитника о том, что ФИО1 не была участником публичного мероприятии, а лишь находилась рядом с ним, снимала происходящее, опровергается доказательствами, исследованными в ходе рассмотрения жалобы. Так, из видеозаписи (обложка дела) следует, что ФИО1 находится среди участников публичного мероприятия во время проведения демонстрации-митинга и скандирует с остальными участниками «Забастовка, забастовка!».

Довод защитника о том, что на видео изображена женщина, похожая на ФИО1, опровергается показаниями свидетеля Ш., который опознал в участнице публичного мероприятия ФИО1, и фотографиями, имеющимися в материалах дела, из которых следует, что женщина на фотографии и видеозаписи – одно и то же лицо. Нахождение на фотографии изображения ФИО1 со средствами наглядной агитации не оспаривается и в жалобе защитника Дусалиева Р.С.

При этом тот факт, что самой ФИО1 средства наглядной агитации в ходе демонстрации не использовались, не влечет удовлетворение жалоб, поскольку данный факт не имеет правового значения для квалификации ее действий, как участника публичного мероприятия, нарушившего порядок его проведения. Установление факта использования наглядной агитации другими участниками публичного мероприятия необходимо для определения формы публичного мероприятия.

По существу доводы жалоб не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, которые были исследованы судьей районного суда при рассмотрении дела об административном правонарушении.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности вынесено в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч.1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории.

В соответствии с общими правилами назначения административного наказания, предусмотренными ч. 1 ст. 4.1 КоАП РФ, административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с КоАП РФ.

При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность (ч. 2 ст. 4.1 КоАП РФ).

Наказание в виде административного ареста назначено ФИО1 с учетом вышеизложенных требований, направлено на предупреждение совершения новых правонарушений и воспитание добросовестного отношения к исполнению законодательства о митингах.

Вместе с тем, с учетом данных, положительно характеризующих ФИО1 ЕН., как личность, ее возраст, считаю возможным снизить ей срок наказания до 5 суток административного ареста в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ.

Также необходимо отметить, что согласно ч. 4 ст. 27.5 КоАП РФ срок административного задержания лица исчисляется с момента доставления в соответствии со ст. 27.2 названного Кодекса, а лица, находящегося в состоянии опьянения, со времени его вытрезвления.

Частью 3 ст. 3.9 КоАП РФ предусмотрено, что срок административного задержания включается в срок административного ареста.

На основании протокола о доставлении, составленного 28 января 2018 года, в 18.40 ч ФИО1 была доставлена в ОП № 6 УМВД России по г. Уфе для составления протокола об административном правонарушении и принятия решения о ее задержании как лица, совершившего административное правонарушение, предусмотренное ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ, предусматривающего наказание в виде административного ареста (л.д. 25). На основании протокола об административном задержании № 126 от 28 января 2018 года названная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении применена к ФИО1 28 января 2018 года в 21.30 ч (л.д. 26). 

При таких обстоятельствах срок административного ареста ФИО1, в который подлежит включению срок административного задержания, определяемый с момента доставления лица, начал исчисляться с 18.40 ч 28 января 2018 года, в не с 21.30 ч 28 января 2018 года, как указано в постановлении судьи Октябрьского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 29 января 2018 года, что влечет его изменение согласно п. 2 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену постановления судьи, по делу не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь п. 2 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, судья 

р е ш и л а:

постановление судьи Октябрьского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 29 января 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ в отношении ФИО1 изменить, указав на ее участие в публичном мероприятии в форме демонстрации-митинга, снизить срок назначенного ФИО1 административного наказания до пяти суток административного ареста, наказание исчислять с 18 часов 40 минут 28 января 2018 года вместо 21 часа 30 минут 28 января 2018 года.

В остальном судебный акт оставить без изменения, жалобы ФИО1 и ее защитника Дусалиева Р.С. - без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно после вынесения, его правомочны пересматривать Председатель Верховного Суда Республики Башкортостан или его заместители.

Судья Верховного Суда 

Республики Башкортостан З. Ф. Фаизова 

Справка: судья Багаутдинов Т.Р.

По делу 33А-12-122/2018