УИД 11RS0001-01-2024-011487-67 Дело № 2-231/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Сыктывкарский городской суд Республики Коми в составе

судьи Мосуновой Е.В., 

при секретаре Казаковой Е.Н.,

с участием прокурора Терентьевой К.С., представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Сыктывкаре 16 июня 2025 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО4 о взыскании ущерба, судебных расходов,

установил:

ФИО1, действуя в интересах ФИО3, обратился в суд с иском, с учетом уточнений, к ФИО4 о взыскании ущерба, причиненного вследствие повреждения принадлежащего истцу автомобиля Киа Спортаж г/н №... в дорожно-транспортном происшествии ** ** ** на 18 км автодороги «..., в размере 264200 руб., компенсации морального вреда в размере 400 000 руб., расходов по эвакуации автомобиля в места ДТП в размере 2500 руб., судебных расходов. В обоснование иска указано, что по факту дорожно-транспортного происшествия сотрудниками ОГИБДД по г.Сыктывкару составлен административный материал, согласно которому причиной ДТП послужило невыполнение требований ПДД РФ водителем автомашины ..., г.р.з ..., ФИО4 ФИО3 обратился в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о страховой выплате, которое признало случай страховым и осуществило страховую выплату в размере 400 000 руб. Согласно экспертным заключениям ИП ФИО6 стоимость восстановительного ремонта автомашины ..., г.р.з. ..., составила без учета износа 4123000 руб., с учетом износа – 1594900 руб., рыночная стоимость автомашины – 1014200 руб., стоимость годных остатков – 161700 руб. ** ** ** автомобиль был продан истцом в невосстановленном (поврежденном) состоянии за 350 000 руб. Таким образом, сумма причиненного ущерба составляет 664200 руб. (1014200-350000), а размер требований к ответчику с учетом страховой выплаты составит 264200 руб. (664200-400000). Также в результате дорожно-транспортного происшествия истец получил телесные повреждения, в результате чего находился на лечении. Возникшие телесные повреждения причиняли истцу продолжительное время физическую боль, вызывали дискомфорт, связанный с особенностями полученных травм. Также истце перенес нравственные страдания, связанные с переживанием по поводу здоровья своих супруги и дочери, которые получили в результате ДТП телесные повреждения в виде ссадин и ушибов мягких тканей.

К участию в деле привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, СПАО «Ингосстрах», САО «ВСК», ФИО5, соответчика – ФИО2

В судебном заседании представитель истца уточненные требования поддержал в полном объеме. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных исковых требований.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом по известным адресам, суд определил рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав объяснения участника процесса, исследовав письменные материалы дела, заключение прокурора, полагавшего исковые требования о компенсации морального вреда законными и обоснованными и подлежащими удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, и, оценив в совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ все представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно преамбуле Федерального закона от 25.04.2002 №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) данный закон определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших.

При этом Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац второй статьи 3 Закона об ОСАГО): страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, установленным статьей 7 Закона об ОСАГО, так и предусмотренным пунктом 19 статьи 12 Закона об ОСАГО специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме - с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов, и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, установленная Положением Банка России от 04.03.2021 №755-П (далее - Единая методика).

На основании пункта 15 статьи 12 Закона об ОСАГО по общему правилу страховое возмещение вреда, причиненного транспортному средству потерпевшего, может осуществляться по выбору потерпевшего путем организации и оплаты восстановительного ремонта на станции технического обслуживания либо путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на счет потерпевшего (выгодоприобретателя).

В силу пункта 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 указанной статьи) в соответствии с пунктами 15.2 или 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

При этом пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО установлен перечень случаев, когда страховое возмещение осуществляется в денежной форме, в том числе и по выбору потерпевшего.

Реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит.

Получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Закон об ОСАГО также не предусматривает.

Статьей 1072 ГК РФ определено, что юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст.931, п.1 ст.935 ГК РФ), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п.1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п.2).

В соответствии со статьей 1079 ГК РФ граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником.

При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ).

На основании статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с данной нормой ответственность наступает при наличии состава правонарушения, включающего доказанность наступления вреда и размер последнего, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда.

При этом вина причинителя вреда презюмируется, так как пунктом 2 статьи 1064 ГК РФ предусмотрено, что лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Таким образом, при возложении ответственности по правилам ст.1079 ГК РФ необходимо исходить из того, в чьем законном фактическом пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда и учитывать, что владелец источника повышенной опасности освобождается от ответственности, если тот передан в техническое управление с надлежащим юридическим оформлением, а также в случае, если отсутствует его вина в неправомерном изъятии источника повышенной опасности.

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пп.2 и 3 ст.1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В частности, в соответствии с пунктом 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Пунктом 23 статьи 12 Федеральным законом от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» установлено, что с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным Федеральным законом.

Как разъяснено в п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

При реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом (п.64 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ** ** ** в 06 час. 58 мин. на 18 км автодороги Сыктывкар-Ухта произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомашин ..., г.р.з., ..., принадлежащей ФИО2, под управлением ФИО4, ..., г.р.з. ..., под управлением собственника ФИО5, и ..., г.р.з. ..., под управлением собственника ФИО3

По факту указанного дорожно-транспортного происшествия в отношении ФИО4 должностным лицом ОГИБДД УМВД России по г.Сыктывкару ** ** ** вынесены определения о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования, которыми возбуждены дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст.12.24, ч.1 ст.12.5 и ч.3 ст.12.14 КоАП Российской Федерации. Соглано указанным определениям ** ** ** в 06 час. 58 мин. на 18 км а/д Сыктывкар-Ухта ФИО4, управляя автомашиной ..., ..., не убедился в безопасности совершаемого им маневра перестроения, вследствие чего совершил ДТП с а/м ... г.р.з. ... под управлением ФИО5 и вследствие непреодолимой силы совершил выезд на встречную полосу с последующим столкновением с а/м Киа г.р.з. Р651ТТ11, ДТП с пострадавшими.

Определением суда от ** ** ** по ходатайству представителя ответчика ФИО4 назначалась судебная экспертиза с целью определения механизма развития ДТП. проведение которой было поручено ИП ФИО7

В исследовательской части заключения эксперта от ** ** ** №... изложен процесс развития (механизм) дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ** ** ** в 06 час. 58мин. на 18 км автодороги ... с участием автомашин: ... ..., г.р.з. ..., под управлением ФИО4, ..., г.р.з. ..., под управлением ФИО5, и ..., г.р.з..., под управлением ФИО3, и образования повреждений автомобилей от указанного дорожно-транспортного происшествия от начальной до конечной фазы.

По результатам проведенного исследования эксперт пришел к выводу, что при обстоятельствах ДТП от ** ** **, водитель ТС ..., г/н №... ФИО5 при установленном механизме развития ДТП, т.е. в процессе движения в пределах левого ряда правой половины проезжей части (после осуществления маневра перестроения) на 18 км участка автодороги «...» со стороны ... в сторону ..., при расположении ТС ..., г/н №... в пределах правого ряда не создавал и не мог создать опасности для движения ТС ..., г/н №..., находящегося под управлением ФИО4 совершающему маневр перестроения с правого ряда в левый ряд перед ТС ..., г/н №..., в области места слияния транспортных потоков, по определению.

При обстоятельствах ДТП от ** ** **, опасность в направлении движения (в процессе движения в попутном направлении в пределах правой половины проезжей части дороги), для водителя ТС ..., г/н №..., была создана водителем ТС ..., г/н №..., обусловленная совершением маневра перестроения (из правого ряда в левый ряд) перед ТС ..., г/н №..., уже завершившему к этому моменту времени маневра перестроения в левый ряд, т.е. фактически осуществляющему движение в левом ряду попутного направления.

При обстоятельствах ДТП от ** ** **, опасность в направлении движения, для водителя ТС ..., г/н №..., была создана водителем ТС ..., г/н №..., которая характеризовалась потерей курсовой устойчивости (заноса) вызванного попутным столкновением с ТС ..., г/н №....

При обстоятельствах ДТП от ** ** **, причиной ДТП следует рассматривать действия водителя ТС ... г/н №... связанные с осуществлением маневра перестроения в пределах правой половины проезжей части дороги из правого ряда в левый ряд, не убедившись в безопасности совершаемого им маневра, создав помеху и опасность для движения попутно движущегося ТС Lada Kalina, г/н №..., что привело к столкновению между указанными ТС и в последующем в результате данного столкновения, к возникновению потери курсовой устойчивости ТС, выезду на сторону встречного движения и столкновению с ТС ..., г/н №..., а действия водителя ТС ..., г/н №... в сложившейся дорожной ситуации, связанные с движением по левому ряду позади ТС ..., г/н ... и намеревающемуся совершить его опережение, необходимым условием его возникновения. При этом действия водителя ФИО5 по управлению ТС ..., ... со скоростью 70-80 км/ч, т.е. превышающую максимально разрешенную/допустимую на данном участке дороги в 60 км/ч, при условии отсутствия запрещающего дорожного знака 3.24 в сложившихся условиях следует считать несоответствующими критериям технических требований ПДД РФ (п. 10.1 (абз.1) и п. 10.2). Однако достоверно установить имел ли водитель ФИО5 ТС ..., г/н №... при соблюдении скоростного режима движения регламентированного п. 10.2 ПДД РФ в 60 км/ч, объективную возможность избежать попутного столкновения с ТС ... г/н №..., совершившим маневр перестроения из правого ряда в левый ряд, по которому осуществлял движение ТС ..., г/н ..., а также оценить вклад в развитие аварийной ситуации, не представляется возможным.

Экспертом установлено, что эксплуатационное состояние дорожного покрытия на 18 км участка автодороги «Сыктывкар-Ухта», в области места происшествия, на момент (дату) рассматриваемого происшествия не отвечало установленным требованиям и стандартам по обеспечению безопасности дорожного движения, в частности п.6.3 и в случае превышения предельно-допустимых параметров дефектов «выбоин» и «колеи» п.5.2.4 таблицы 5.3 ГОСТа Р 50597-2017 «Автомобильные дороги и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения. Методы контроля», п.6.2 и в случае превышения предельно-допустимых параметров дефектов «выбоин» и «колеи» п.5.2.4 таблицы 2 ГОСТа 33220-2015 «Дороги автомобильные общего пользования. Требования к эксплуатационному состоянию», п.13.5 «б» и в случае превышения предельно-допустимых параметров дефектов «выбоин» и «колеи» п.13.2 «а» Технического регламента Таможенного союза «Безопасность автомобильных дорог» №... от ** ** **.

С технической точки зрения, достоверно установить, что рассматриваемый участок дороги, в области места происшествия (столкновений между ТС), на момент фиксации события ДТП от ** ** **, мог являться опасным для движения всех транспортных средств и требовал проведения комплекса работ по ограждению участка дороги или ограничению движения, а текущее состояние асфальтобетонного покрытия в виде локальных «выбоин» в асфальтобетонном покрытии при движении в сторону ... и «колеи» в асфальтобетонном покрытии при движении в сторону ... (определенно только зрительно при исследовании фотоматериалов с места ДТП) могло не отвечать установленным требованиям по обеспечению безопасности дорожного движения, при фактическом отсутствии сведений о параметрах вышеуказанных дефектов в Актах УДС и протоколах 11 ее 00933 от ** ** **, ... от ** ** **, ... от ** ** ** об административных правонарушениях, а также при отсутствии фотоматериалов на момент (дату) ДТП с проводимыми линейными измерениями дефектов регламентированных стандартами, не представляется возможным.

Согласно выводам экспертного заключения, при обстоятельствах ДТП от ** ** **, маневр перестроения из правого ряда в левый ряд, в области места слияния транспортных потоков, водителем ТС ..., г/н №... (ФИО4) был осознанным (исходя из объяснений водителя ФИО4), и никак не связан с потерей курсовой устойчивости (в том числе аварийной), которая могла бы быть обусловлена наездом колесами левой и/или правой стороны кузова ТС на дефекты дорожного покрытия в виде локальных «выбоин», а следовательно эксплуатационное состояние проезжей части дороги, даже при имеющихся дефектах в асфальтобетонном покрытии в виде локальных «выбоин» зафиксированных на фотоматериалах с места ДТП без проведения линейных измерений (акт УДС в отношении данных дефектов на дату ДТП (** ** **) не составлялся, в протоколе ... от ** ** **, имеющемся в материалах гражданского дела №... не указаны конкретные координаты расположения дефектов «выбоин», в связи с чем с достоверной точностью установить, соответствуют ли зафиксированные дефекты дорожного покрытия на фотоматериалах в области места происшествия (ДТП) на 18 км участка автодороги «...», дефектам дорожного покрытия, описываемым в вышеуказанном протоколе, не представляется возможным по объективным причинам), не состоит в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, а именно попутным столкновением между ТС ..., г/н ... и ТС ..., г/н ... и последующим выездом ТС ..., г/н №... на половину проезжей части дороги (полосу встречного движения) и столкновением с ТС ..., г/н №....

Эксперт указал, что при обстоятельствах ДТП от ** ** **, предотвращение ДТП (столкновения ТС ..., г/н №... и ТС ..., г/н №...), зависело не от наличия у водителя ФИО4 управлявшего ТС ..., г/н №... технической возможности предотвратить данное ДТП, а от его объективных действий, а именно от своевременного и полного выполнения им требований п. 1.3, п.1.5 (абз.1), п.8.4, п.9.1 ПДД РФ, связанных с положением транспортного средства в пределах правого ряда правой половины проезжей части дороги при движении по закруглению участка дороги в области закругления проезжей части дороги в месте слияния транспортных потоков (после окончания направляющего островка), а также связанных с обеспечением безопасности при осуществлении маневра перестроения из правого ряда в левый ряд, во избежание создания помехи и опасности транспортным средствам движущимся в попутном направлении в пределах левого ряда, в частности для ТС ..., г/н №.... Таким образом, при должном соблюдении требований п.9.1 ПДД РФ водитель ТС Toyota Corolla, г/н №... при фактической ширине половины проезжей части дороги в 6,5 метров (зафиксирована на схеме места ДТП, по результатам проведенных линейных измерений сотрудниками ГИБДД), располагал объективной возможностью, совершать нормальное движение по 18 км участка автодороги «...», в пределах правого ряда, так и при должном соблюдении требований п.8.4 ПДД РФ совершить маневр перестроения из правого ряда в левый ряд, предварительно убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств в левом ряду попутного направления, имеющих преимущество по отношению к ТС ..., г/н №..., в частности уступить дорогу совершающему опережение транспортному средству Lada Kalina, г/н №..., а следовательно располагал возможностью избежать создания помехи и опасности для движения ТС ..., г/н №....

При обстоятельствах ДТП от ** ** **, установить техническую возможность предотвратить ДТП (столкновения ТС ..., г/н №... и ТС ..., г/н №...) со стороны водителя ФИО5, управлявшего ТС ..., г/н №... при скорости движения ~70-80 км/ч (исходя из объяснений водителя ФИО5), а также при условии соблюдения водителем максимально допустимой/разрешенной скорости движения на данном участке дороги в 60 км/ч (п.10.1(абз.1) и п. 10.2 ПДД РФ), не представляется возможным, поскольку в материалах гражданского дела №..., административном материале по факту ДТП, отсутствуют сведения о расстоянии/удалении и/или времени от объекта создавшего опасность для движения, в направлении его движения по левому ряду, в виде совершившего маневр перестроения ТС ..., г/н №... из правого ряда в левый ряд, а также отсутствия сведений о скорости движения ТС ..., г/н №... до и в момент столкновения, позволяющих провести соответствующие технические расчеты для последующего сопоставления величины остановочного пути автомобиля (S0) или времени (Т0), то есть расстояния (или времени), на котором водитель мог остановить его, с величиной расстояния (или времени) от автомобиля до объекта создающего опасность в момент (Sуд или Туд). Стоит отметить, что по результатам исследования записи с камеры наружного наблюдения исходные данные необходимые для проведения соответствующих расчетов установить не представляется возможным, по причине удаленности места столкновения и частичного перекрытия области места развития ДТП между ТС ..., г/н №... и ..., г/н №... объектами инфраструктуры.

При обстоятельствах ДТП от ** ** ** в отношении водителя ТС ..., г/н №... необходимо пояснить, что появление препятствия на половине проезжей части дороги в направлении движения ТС ..., г/н №... было неожиданным, которое обусловлено в результате потери курсовой устойчивости (неконтролируемого заноса) ТС ..., г/н №... от попутного столкновения с ТС ..., г/н №..., и к моменту пересечения траекторий ТС ..., г/н №... и ..., г/н №..., последнее не было заторможено. При этом, в экспертной практике, в случаях, когда встречное ТС до момента столкновения не было заторможено, вопрос о технической возможности водителя предотвратить столкновение путем торможения не имеет смысла, так как в данном случае ни скорость, ни остановка ТС ..., г/н №... не исключали возможности столкновения между указанными ТС.

Проанализировав содержание указанного экспертного заключения, суд пришел к выводу о том, что оно отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности отсутствуют, т.е. оно в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Экспертное заключение составлено экспертом, имеющим необходимую квалификацию и опыт работы; экспертом исследован механизм дорожно-транспортного происшествия, экспертиза проведена полно, объективно, соответствует исследованным экспертом материалам дела, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Сам по себе факт несогласия стороны ответчика с выводами экспертного заключения не влечет его незаконности.

Эксперт ФИО7 в судебном заседании подтвердил выводы экспертного заключения в полном объеме.

Исходя из совокупности исследованных судом доказательств, в том числе фотоснимков и видеозаписей, заключения судебной экспертизы, пояснений ФИО3, ФИО4, ФИО5, показаний свидетеля ФИО8, оценивая обстоятельства рассматриваемого спора, суд приходит к выводу о том, что причиной ДТП, имевшего место ** ** **, является несоблюдение требований Правил дорожного движения ответчиком ФИО4, между нарушениями Правил дорожного движения со стороны водителя ФИО4 и наступившими последствиями имеется прямая причинная связь.

На основании изложенного, суд находит необоснованными доводы ответчиков и их представителя об отсутствии вины ФИО4 и наличии вины водителя ФИО5 в причинении вреда автомобилю истца. Бремя доказывания отсутствия вины лежит именно на ответчике.

Доказательств обратному ответчиком суду не представлено и при рассмотрении дела не добыто. 

Гражданская ответственность ФИО4 при использовании транспортного средства ..., ..., на момент ДТП была застрахована в СПАО «Ингосстрах».

Гражданская ответственность ФИО5 при использовании транспортного средства ... г.р.з. ..., и ФИО3 при использовании транспортного средства ... г.р.з. ... была застрахована в САО «ВСК».

По заявлению ФИО3 событие было признано СПАО «Ингосстрах» страховым случаем.

В соответствии с заключением независимой технической экспертизы №... от ** ** **, составленному ООО «...» по инициативе СПАО «Ингосстрах», стоимость восстановления транспортного средства истца на момент ДТП составила без учета износа 1015200 руб., с учетом износа 686500 руб., действительная стоимость ТС на дату ДТП составила 1144800 руб.

Платежным поручение №... от ** ** ** СПАО «Ингосстрах» перечислило ФИО3 страховое возмещение в сумме 400 000 руб.

Учитывая установленные обстоятельства, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом споре страховое возмещение выплачено в надлежащем размере.

По доводам стороны истца, выплаченного страхового возмещения недостаточно для восстановления нарушенного права. В целях реализации права истца на полное возмещение ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, в его пользу подлежит взысканию ущерб в виде разницы между рыночной стоимостью автомобиля, надлежащим размером страхового возмещения и стоимостью годных остатков автомобиля, в сумме 264200 руб. (1014200 руб. – 400000 руб.-350000).

В подтверждение размера ущерба представлены экспертные заключения ИП ФИО6 №... и №... от ** ** **, согласно которым стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца на дату ДТП без учета износа, с учетом округления составляет 4123000 руб., с учетом износа 1594900 руб., рыночная стоимость транспортного средства истца на дату ДТП с учетом округления составляет 1014200 руб., стоимость годных к реализации остатков на дату ДТП с учетом округления составляет 161700 руб.

Из договора купли-продажи от ** ** ** следует, что ФИО3 продал автомобиль ... г.р.з. ... за 350 000 руб. Согласно пояснениям истца ремонт автомобиля после ДТП ** ** ** не производился.

Мотивированных возражений относительно указанных заключений, которые могли бы повлиять на размер подлежащей взысканию суммы, ответчиками не приведено. Оснований для признания данных заключений недопустимым доказательством судом не установлено. Ходатайств о проведении экспертизы ответчиками не заявлено.

В соответствии со статьей 96 ГПК РФ расходы по проведению экспертизы, назначенной по инициативе суда, относятся на счет средств федерального бюджета.

Между тем, никаких разумных оснований для того, чтобы возлагать на федеральный бюджет дополнительные расходы в связи с рассмотрением частноправового спора, суд, с учетом правил статей 1, 10 ГК РФ, статьи 35 ГПК РФ о добросовестном пользовании лицами, участвующими в деле, всеми принадлежащими им процессуальными правами, не усматривает. 

В силу требований принципа диспозитивности гражданского процесса суд не может проявлять большей заботливости и усердия в защите прав сторон, чем сами эти стороны. Таким образом, суд не усмотрел оснований для назначения по делу судебной экспертизы по собственной инициативе, при отсутствии волеизъявления ответчика, в связи с чем дело рассмотрено по представленным в материалы дела доказательствам.

В соответствии с частью 1 статьи 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, что предполагает их свободу и самостоятельность в осуществлении своих материальных и процессуальных прав. Частью 1 статьи 56 ГПК РФ предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Сторона, проявляющая очевидную пассивность в процессе, должна нести риск последствий своего поведения. Факт непредставления доказательств подлежит квалификации судом как нежелание опровергнуть или подтвердить обстоятельство, на которое указывает конкурирующая сторона в процессе.

Также суд учитывает и то обстоятельство, что сторона ответчика не воспользовалась и правом на предоставление суду иных доказательств.

Как разъяснено в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса РФ, при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями гл. 59 ГК РФ, Конституционный Суд РФ в постановлении от 31.05.2005 №6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила гл.59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно постановлению Конституционного Суда РФ от 10 марта 2017 года №6-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения ст.15, п.1 ст.1064, ст.1072 и п.1 ст.1079 Гражданского кодекса РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.

Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подп. «ж» п.16.1 ст.12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО, а следовательно, сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчислен в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

Такая же позиция изложена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 11 июля 2019 года №1838-О.

Руководствуясь статьями 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований о взыскании ущерба в сумме 264200 руб. Оснований для ограничения ответственности причинителя вреда, уменьшения размера возмещения вреда по делу не установлено.

Также, учитывая положения статей 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, в пользу истца подлежат взысканию понесенные им расходы по эвакуации автомобиля в сумме 2500 руб.

Таким образом, общий размер подлежащих взысканию в пользу истца в возмещение ущерба денежных средств составляет 266700 руб.

При этом, судом установлено, что автомобиль ..., ..., с ** ** ** зарегистрирован в органах Госавтоинспекции на имя ФИО2 При этом, ФИО4 управлял указанной автомашиной на законных основаниях, на момент ДТП был включен в список лиц, допущенных к управлению транспортным средством, по договору ОСАГО, что подтверждается данными в судебном заседании пояснениями как самого ФИО4, так и ФИО2

На основании изложенного, надлежащим ответчиком по рассматриваемому делу будет являться ФИО4 

Определением суда от ** ** ** производство по настоящему делу в части исковых требований к ответчику ФИО2 о взыскании ущерба, судебных расходов прекращено в связи с отказом истца от исковых требований.

Рассматривая требования истца в части взыскания компенсации морального вреда суд приходит к следующему.

Как следует из представленных материалов, в результате указанного дорожно-транспортного происшествия ФИО3 были причинены телесные повреждения, которые квалифицируется как не причинившие вреда здоровью.

Так, согласно заключениям эксперта №... и №...-Д при обращении за медицинской помощью ** ** ** и ** ** ** и при проведении судебно-медицинского обследования ** ** ** у ФИО3 обнаружены следующие телесные повреждения: .... Вышеописанные повреждения могли образоваться незадолго до момента обращения за медицинской помощью, а именно ** ** **, в том числе в условиях конкретного дорожно-транспортного происшествия при сдавливании грудной клетки ремнем безопасности, соударении лицом о подушку безопасности, областью бедер о приборную панель и областью крестца о сиденье автомобиля, при его столкновении с другим транспортным средством, препятствием.

Все имевшиеся телесные повреждения, учитывая средние сроки сращения перелома, квалифицируются в совокупности по признаку длительности расстройства здоровья сроком более 21 дня как средней тяжести вред здоровью. 

Мотивированных возражений относительно заявленного истцом размера причиненного ущерба, выводов экспертного заключения, которые могли бы повлиять на размер подлежащей взысканию суммы, участниками процесса не представлено, также как не заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы.

В соответствии со статьей 96 ГПК РФ расходы по проведению экспертизы, назначенной по инициативе суда, относятся на счет средств федерального бюджета.

Между тем, никаких разумных оснований для того, чтобы возлагать на федеральный бюджет дополнительные расходы в связи с рассмотрением частноправового спора, суд, с учетом правил статей 1, 10 ГК РФ, статьи 35 ГПК РФ о добросовестном пользовании лицами, участвующими в деле, всеми принадлежащими им процессуальными правами, не усматривает. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации каждому человеку и гражданину гарантируется защита прав и свобод, в том числе право на жизнь и здоровье. 

В силу положений статьи 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, как и иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно статье 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 Гражданского кодекса РФ, согласно которой в случае причинения гражданину морального вреда (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 в абзаце 3 пункта 1 постановления «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). 

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14 постановления). Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска (пункт 15 постановления).

Обязательство компенсировать моральный вред подчиняется положениям главы 59 Гражданского кодекса РФ («Обязательства вследствие причинения вреда»), т.е. на него распространяются все общие положения о возмещении вреда (статьи 1064-1083 ГК РФ).

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

По общему правилу деликтная ответственность наступает за виновное причинение вреда. 

Наряду с этим статья 1064 ГК РФ подразумевает противоправность поведения причинителя вреда в качестве непременного условия деликтной ответственности.

Кроме того, ст.1100 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований истца ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает все обстоятельств дела, принимая во внимание характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, его моральное, нравственное и психическое состояние, особенности его личности, длительности и тяжести психо-травмирующей ситуации, продолжительность лечения, влияние полученной травмы на повседневный образ жизни истца, степень тяжести вреда здоровью, и исходя из принципов справедливости, разумности и соразмерности приходит к выводу о том, что с ФИО4 в пользу истца следует взыскать компенсацию морального вреда в размере 370 000 руб.

В соответствии со статьей 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Статья 94 ГПК РФ относит к издержкам, связанным с рассмотрением дела, среди прочего суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, расходы на оплату услуг представителей, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, а также другие признанные судом необходимыми расходы. 

Согласно статьей 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела следует, что в ходе рассмотрения спора интересы истца представлял ФИО1, действующий на основании доверенности от ** ** ** и договора оказания юридических услуг №... от ** ** **. Предметом договора является оказание ФИО1 по поручению ФИО3 юридических услуг по представлению интересов Заказчика в суде иску к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием ** ** **. В соответствии с пунктом 3.1 договора стоимость услуг сторонами определена в размере 20 000 рублей.

В соответствии со статьями 94, 100 ГПК РФ, учитывая сумму заявленных требований, цену иска, сложность дела, объем оказанных представителем истца услуг, время, необходимого на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства, а также исходя из принципа разумности и справедливости, суд признает заявленные расходы разумными, необходимыми и имеющими прямое отношение к обоснованию принятого по делу решения. 

Также судом признаются необходимыми расходы, понесенные истцом оценку аварийного автомобиля в размере 20 000 руб. Из материалов дела следует, что названные расходы были произведены потерпевшим вынужденно – в целях обращения с исковым заявлением в суд.

Учитывая положения подпункта 10 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, в пользу истца подлежит возврату излишне уплаченная государственная пошлина в размере 2083 руб. (при цене иска 266700 руб. размер государственной пошлины составляет 5867 руб.).

На основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины 5867 рублей.

Соответственно, общая сумма судебных расходов, подлежащих взысканию с ФИО4 в пользу истца, составит 45867 руб. (20000+20000+5867).

На основании ст.103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина 300 руб. по требованию о взыскании компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

решил:

Исковое заявление ФИО3 удовлетворить. 

Взыскать с ФИО4 (...) в пользу ФИО3 (...) в возмещение ущерба 266700 руб., компенсацию морального вреда в размере 370000 руб., судебные расходы 45867 руб.

Возвратить ФИО3 (...) излишне уплаченную государственную пошлину в размере 2083 руб., уплаченную по чеку по операции от ** ** **.

Взыскать с ФИО4 (...) в доход бюджета государственную пошлину в сумме 300 руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный суд Республики Коми через Сыктывкарский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.В. Мосунова

Мотивированное решение составлено 23 июня 2025 года